Текст книги "Маг двух стихий. Книга 1 (СИ)"

Автор книги: Анастасия Мирт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 16 страниц)

Глава 13.2

Сур оглянулся на перепуганного Корна и судя по его взгляду, ставшему серьёзным, всё понял. Но сумка уже была рядом с мечником, они ничего не успевали предпринять.

Перед глазами Корна проносились устрашающие последствия того, что будет, если все склянки разом взорвутся. Ужасающие ожоги по всему телу, оторванные конечности, тошнотворный запах… Терран определённо не выживет.

Корн, конечно, ненавидел Террана, но убивать он его никогда не планировал. Мечник был из большой дворянской семьи, даже у Академии могут быть неприятности, если с ним что-то произойдёт. Что уж говорить о Корне с Суром. Их точно не будет ждать ничего хорошего. Скорее всего, их просто отдадут на растерзание рассерженным членам семьи Гифан. Это будет мрачный и болезненный конец их жизни.

Вдруг сумка замерла в воздухе. Вокруг неё сформировался толстый водный шар. После чего внутри него возникла ослепительная оранжевая вспышка. Водный шар заколебался и взорвался, рассыпавшись мелкими брызгами, которые сразу превратились в пар.

В зале стало душно и жарко, Корн не ощущал запахов, но помнил, что в сумке также была «вонючка», так что он не мог не догадаться, каким был аромат, заполнивший всё вокруг. Многие не выдержали и упали на колени, пытаясь сдержать рвотные позывы. А кто-то… не выдержал.

Корн облечённо выдохнул. Кто-то спас их.

– Откройте дверь, – послышался холодный женский голос.

Рядом с тем местом, где только что взорвалась сумка Корна, стояла Вэсса, та молодая учительница, что недавно помогала ему с заклинанием директора. Она возникла словно из ниоткуда, но Корн помнил, что при их первой встрече она была невидима.

Значит, она находилась здесь с самого начала? Как предусмотрительно. Если бы не она… Корн оглянулся на Террана. Он сидел бледный на полу и невидящим взором смотрел на место недавнего взрыва. К нему подбежал Грэг и принялся накладывать целительные печати. После чего Терран очнулся и сказал ему:

– Я в порядке.

– Всё же проверю, – проигнорировал его попытки встать Грэг, активируя золотистую печать.

Сур стоял рядом с Корном, который всё ещё не поднялся с пола. Он обернулся к нему и протянул руку.

– Кажется, я победил, – ухмыльнулся он.

– Ты испортил мои запасы! – пришёл в себя Корн. – И как ты мог взорвать их все? А если бы они среагировали друг с другом?

– Вероятность этого была очень низка, никто же не ожидал, что ты умудришься создать прорву огненных зелий… Удивительно, что у тебя это вообще вышло без поддержки мага огня! Что ты использовал?

– Катись к демонам… – фыркнул Корн, поднимаясь самостоятельно. Тело после странного воздействия Сура уже двигалось, хотя и не полностью так, как он хотел.

После того как арену совместными усилиями привели в порядок, многих студентов направили на проверку в лазарет, а Сура, Террана и Корна, после осмотра Грэга, к директору.

– И почему ваши лица кажутся мне знакомыми? – насмешливо спросил их лорд Ниро, сидящий за своим столом. – Разве не ваша троица в первый день устроила сцену перед моим кабинетом?

– Сегодняшнее происшествие – досадная случайность… – пробубнил Сур.

– От тебя других слов я и не ждал. Что скажут остальные? – директор посмотрел на Террана.

– Это моя ошибка. Я не предполагал, насколько опасно это может быть. Мне показалось хорошей идеей попрактиковаться в бою против алхимика… – Терран полностью признал свою ответственность.

– А ты что скажешь? – директор перевёл взгляд на Корна.

– Мне нечего добавить, – он пожал плечами.

В конце концов, он не считал себя виновным. Он никак не мог предсказать безрассудные действия алхимика.

– Ну и что мне с вами делать? Вы хотя бы понимаете, в чём провинились?

Терран ответил первым:

– Да. Мне следовало лучше подготовиться, чтобы обезопасить членов дюжины.

– Точно, – с улыбкой кивнул директор. – Хотя твоя идея была действительно интересной, но её осуществление чуть не лишило нас перспективного мага огня…

Терран смутился от скрытой похвалы и кивнул:

– Это больше не повторится.

Директор посмотрел на алхимика.

– Хэх, неужели мне правда нужно в чём-то признавать вину? Я же делал всё, как мне сказал временный капитан, – надул губы Сур. Корн пихнул его в плечо, алхимик закатил глаза. – Ну ладно, я недооценил Корна и не рассчитал, что в сумке может быть что-то опасное. Не стоило так опрометчиво взрывать неизвестные зелья. Шанс их спонтанной реакции хоть и был крайне мал, но всё же был… Мои действия чуть не… – он замешкался и, помедлив, с сарказмом продолжил: – «не лишили нас перспективного мага огня» – и едва слышно фыркнул. – Сожалею…

– Я не должен был носить так много опасных зелий одновременно, – кратко признал свою ошибку Корн.

Директор устало вздохнул:

– Терран, ты ответственный за мойку туалетов первого этажа на протяжении недели, – мечник побледнел и сглотнул. – Корн, займёшься уборкой в подвале.

Корну показалось, что он ослышался. Разве это не значит, что его направляют в то место, где директор помогает открыть ему магию? Значит, у него будет время на этой неделе? Или это действительно наказание и ему нужно там всё вымыть?

Впрочем, одно другому вовсе не мешало.

– Сур, – директор перевёл тяжёлый взгляд на алхимика. Тот натянуто улыбнулся. – Посидишь в тюремной камере сутки.

– Что⁈ – глаза Сура расширились в неверии. – В камере⁈ Может быть, я лучше что-нибудь вымою?

– Это лучшее для тебя наказание. Время подумать о своём поведении. Ни людей, ни занятий, ни еды, ни воды, ни магии, никаких зелий и записей о них… Просто пустые холодные стены. Как считаешь?

Сур хотел возразить что-то, но посмотрел в строгие серые глаза директора и благоразумно промолчал.

– Корн, ты будешь убирать рядом с ним. Если ты перекинешься с ним хотя бы единым словом, я прикажу тебя запереть в соседней камере. Ясно?

Корн открыл и закрыл рот. Кажется, директор был очень зол на Сура, если даже отдельно предупредил о недопустимости разговоров с ним.

– Я всё понял, директор.

Он не собирался облегчать Суру его участь, к тому же он всё ещё был зол на него за то, что он лишил его всех запасов зелий.

– Подождите за дверью. Я направлю тех, кто позаботится о вашем наказании.

Трое парней вышли и замерли рядом с дверью.

– Разве это нормально? Что за варёные плавники сдохшей фларедии? Почему только меня наказывают так жестоко? Даже еды и воды лишают! Корн, у тебя есть что-нибудь перекусить? Я уже голодный… – сразу стал возмущаться Сур.

– Нет, у меня были только зелья. Теперь и их нет. Не волнуйся, я специально принесу поесть в подвал что-нибудь ароматное…

– Корн! Ты настоящий друг! – щенячьими глазами посмотрел на него Сур.

Корн продолжил:

– … чтобы ты захлебнулся от слюны и не умер от жажды.

Сур расширил глаза, всем своим видом показывая, что не ожидал от Корна такого предательства.

– Думаю, это так не работает, – хмыкнул Терран. – Но за день он и так от неё не умрёт.

– Ты тоже злишься? – спросил его Сур. – Я же не специально… Если бы я действительно хотел тебя убить, то не стал бы опрометчиво делать это у всех на глазах.

Терран недовольно посмотрел на него:

– Тебе не кажется, что ты выбрал несколько неверный способ извиниться?

– Я не считаю себя виноватым, – Сур скрестил руки на груди. – А извинился я только ради того, чтобы директор отстал.

– Совсем не считаешь? – удивлённо спросил Корн.

– Даже если бы они все взорвались в руках у Террана, он бы остался жив. А Грэг бы его сразу вылечил. В любом случае опасности для жизни не было, – Сур пожал плечами. – По весу сумки я прикинул все возможные комбинации зелий в ней и, хотя был очень малый шанс того, что там на самом деле находилось, я и его посчитал. В случае, если бы Терран всё-таки поймал сумку, пять огненных зелий заглушились бы вонючкой, тремя распылялками и одним очищающим, в итоге Терран пережил бы взрыв.

Корн удивился, что Сур правильно перечислил все зелья, что находились в сумке.

– А если бы там было девять взрывных?

– Этого не могло быть. Они тяжелее остальных. Могло бы быть только шесть. И всё равно Терран бы выжил.

– О, выжил бы? И какие бы травмы у меня были в случае взрыва пяти огненных зелий? – с дёргающимся глазом уточнил мечник.

– Разве это имеет значение, если бы тебя сразу подлатали? – нахмурился Сур.

– И всё же. Мне любопытно, – настаивал Терран.

– Ты бы лишился обеих рук, и твоё лицо покрылось бы ожогами третьей степени, а глаза… Ну, если сказать мягко, они бы не смогли видеть.

Корн и Терран смотрели на алхимика с расширенными глазами. Почему он спокойно рассказывает такую жуть? Они отвернулись от него и замолчали.

Глава 14
Определить причину

Корн стоял посреди тренировочной комнаты, в руке у него был зажат чёрный шар. Узоры на нём вспыхивали один за другим: как только гас квадрат, загорался рисунок лисы, Корн зажёг каждый по очереди, но всё ещё не мог высветить часть рисунка.

Мао стоял перед ним и с удивлением наблюдал за успехами Корна:

– Директор занимается с тобой дополнительно? – наконец, спросил он.

Корн молчал, он не знал, что говорил директор своему сыну об их встречах, и можно ли ему раскрыть правду. Поэтому он ответил:

– Он не обучает меня контролю вэ. Я практиковался самостоятельно.

Мао подозрительно на него посмотрел, но ничего по этому поводу не сказал.

– Что ж, с контролем внутренней энергии у тебя всё хорошо. Возможно, нет смысла практиковаться с этим артефактом и дальше, но если хочешь, можешь оставить его себе.

– Оставлю, – кивнул Корн. Он хотел научиться высвечивать один хвост лиса, как его куратор.

– Тогда, что ты хочешь потренировать без магии? Есть идеи?

– Нет. На твоё усмотрение.

– Сегодня давай посмотрим, насколько ты хорош в бою на мечах. Ты владеешь им?

– Весьма посредственно.

– Держи, – Мао кинул Корну деревянный меч и тот поймал его. – Я нападаю, – предупредил он и двинулся на Корна.

Мао был быстрым, кроме того, он был выше и сильнее. Несмотря на то что он сдерживал себя, Корн раз за разом оказывался на полу. Но его техника становилась лучше. После тренировки, Мао со странным выражением лица спросил:

– Твои запасы вэ тоже увеличиваются?

– Да, похоже, так, – Корн припомнил, что раньше у него не было сил, чтобы высветить и две фигуры подряд, а сегодня хватило на целых шесть, и даже энергия на тренировку с мечом осталась.

– Как ни посмотри, слишком странно, что ты не можешь пользоваться магией.

Корн чуть нахмурился.

– Скажи, а если ты станешь магом, что ты планируешь делать? – куратор задал тот же вопрос, что и директор. Но вряд ли они сговорились.

– А ты как думаешь? – не стал отвечать прямо Корн.

– Не знаю, поэтому и спросил. Мне кажется, было бы наиболее плодотворным влиться в аристократическую семью.

– В какую?

– Я не знаю, примет ли тебя отец, но, разумеется, лучше всего было бы присоединиться к Ниро, – Мао едва заметно улыбнулся.

– И ты не будешь против?

– Ни в коей мере, пока это решение лорда моей семьи.

Корн не знал, что тут ответить, поэтому не стал продолжать разговор, а просто поблагодарил за тренировку и попрощался.

Только через две недели директор смог уделить внимание Корну.

На этот раз в подвале их ожидала нетерпеливая Миранда Блэр. Она носила красный тренировочный костюм, плотно обхватывающий её соблазнительные формы, и алые сапоги по колено.

– Директор, я жду вас уже десять минут. А мне ещё кипу бумаг проверять. Между прочим, вы сами мне их и отдали на проверку! Пощадили бы… – вздохнула она.

Корн встретился с лордом Ниро по пути и поэтому зашёл сразу после него.

– Светлой Рэи, учитель, – поздоровался Корн с Мирандой. Сегодня их занятия вели другие преподаватели и они ещё не виделись.

– Ох, ты… Так это Корн? – удивилась она, когда обратила на него внимание.

– Именно он, – кивнул лорд Ниро.

В центре зала уже полыхала алым печать, она была другой, нежели в тот раз, когда директору ассистировала Вэсса, но всё же чем-то напоминала её.

– В любом случае давайте уже приступим. У меня были планы на вечер, так что… Я подготовила печать, но не представляю, как в неё вы впишите символы молнии. Мне это представляется невыполнимым. Так что, я с удовольствием взгляну на то, как вы это сделаете, – Миранда подошла к печати поближе, не заступая на неё, и приготовилась внимательно наблюдать.

Директор прикоснулся рукой к внешнему кругу и от неё побежала фиолетовая молния. Она проносилась по каждой извилине красного узора. Некоторые символы оставались алыми, другие вспыхивали ярко-фиолетовым.

Корн уже сбросил лишнюю одежду и приготовился войти в печать, как только ему скажут.

Лорд Ниро поднялся и кивнул ему. Корн прошёл в центр и лёг. Миранда поправила его положение и скинула сапоги.

– Готово, – сказала она, обойдя печать по кругу.

– Хорошо, начали, – скомандовал директор.

С одной стороны стояла Миранда, босыми ногами на краю печати. С другой присел лорд Ниро, касаясь её руками. От них побежали красная и фиолетовая волны, которые столкнулись в центре, где лежал Корн.

Если в прошлый раз, когда его тело пронзало молнией, ему казалось, что он сгорает заживо, то в этот раз у него не было сомнений, что так оно и есть! Пламя полыхало вокруг, вонзаясь в тело, волны молний пронзали болью. На этот раз, он не смог выдержать и закричал.

Он не знал, сколько это продолжалось, но наконец вспышки прекратились. Жадные стихии, пожиравшие его тело, отхлынули, оставив после себя дрожащее тело.

– Корн, ты как? – спросила Миранда.

Она склонилась над ним, но не прикасалась.

– Жив, – тихо выдохнул Корн.

– Да ты везунчик, – подмигнула она. – Мы через тебя столько магии пропустили, а ты мало того, что жив, так ещё и в сознании. Наверняка ведь будущий маг огня, – учитель обернулась в сторону директора. – Да?

– Если бы всё было так просто, – вздохнул он, отмечая что-то стилусом в тетради. – Но становится интересней и интересней… – улыбнулся он, так и не отрываясь от листа.

– Я вам ещё нужна? – спросила Миранда, натягивая сапоги.

– Нет, благодарю за помощь.

– Всегда пожалуйста. Только и надеюсь, что не будете скидывать на меня столько работы в дальнейшем. Студента не нужно оттащить в лазарет?

– Благодарю, я сам, – Корн сидел посреди тусклой печати, пока не пытаясь подняться на ноги. Голова ощутимо кружилась.

Миранда пожала плечами и вышла из зала.

– Каковы результаты? – спросил Корн, догадавшись, что директор просто не стал их озвучивать при Миранде.

Лорд Ниро улыбнулся.

– Даже не знаю, поверишь ли ты в это…

– Значит, вы узнали причину того, почему я не могу открыть стихию? – Корн от такой новости вскочил на ноги и тут же об этом пожалел. В глазах потемнело, он пошатнулся и присел обратно, приходя в себя. Пошевелил телом, проверяя, что оно двигается, как он того хочет, после чего медленно встал и подошёл к директору.

– Можно сказать, и так… Процентов восемьдесят, что это и есть твоя причина.

– Так что же это? – сердце застучало громче.

– Помнишь, что я сказал после того, как мы попробовали проверить твои каналы воды?

– Вы тогда сказали, что я, скорее всего, стану магом воды.

– Верно. Как я и думал, теперь я могу повторить то же самое про стихию огня.

– Но это невозможно!

Все знали, что стихии огня и воды несовместимы. Никто не мог овладеть ими двумя сразу! Просто потому что каналы воды проходили так, что пересекались с каналами огня, если по ним проходила одна из стихий, вторая сталкивалась с ней и нивелировалась. Когда было больше огня, вода бы не могла проявиться, когда вода была сильнее, то не смог бы проявиться уже огонь.

Но те редкие незадачливые маги, у кого было оба типа энергии, страдали оттого, что их основная магия глушилась второстепенной. И чем сильнее была вторая стихия, тем слабее была первая. Конечно, такие маги не могли использовать вторую стихию, только первую, и то не в полном объёме, а за вычетом второй. Таким образом, они сильно уступали своим одностихийным коллегам.

Корн начал понимать…

– Я не могу открыть стихию, потому что моя энергия воды глушит энергию огня? И она становится ничтожной настолько, что я просто не могу её почувствовать?

– Верно. Твои каналы воды и огня очень близки по объёму. Настолько, что в твоём случае, даже не определить, какая стихия более сильна.

И с этими прозвучавшими словами все надежды Корна на славное будущее рухнули, словно карточный домик. Он не мог поверить, что ему настолько не повезло. За вычетом второй стихии от первой у него выходит полный ноль! Это значит, что у него тот редкий случай, что магом не стать, как ни пытайся. У любого простолюдина с улицы – шансов многократно больше!

Неудивительно, что отец его изгнал из семьи. Даже то, что он ждал целых девять лет до того, как выгнать ничтожного отпрыска, можно считать милостью. Ведь наверняка он провёл исследование способностей собственных детей, когда те только родились.

Корну хотелось исчезнуть. Зачем он вообще появился на этот свет? Настолько никчёмный. Это было невыносимо.

Он накинул одежду и направился к двери, слабо различая дорогу перед собой, кажется, он даже один раз наткнулся на стену. Директор что-то говорил ему, но Корн был не в состоянии услышать ни слова. Очевидно, что теперь ему не место на Парящем острове. Это шутка, что он до сих пор здесь!

Он дошёл до своей комнаты. Была ночь, Сур отсутствовал, комната была тёмной и пустой. Корн сел на пол рядом со столом, облокотившись на боковую часть кровати, и уставился в одну точку. Всё кончено. Его жизнь разбилась, как стеклянная ваза. Он никогда не сможет вернуться в семью.

Мерное тиканье доносилось с тумбы, в проблеске звёзд на лицо Корна легла тень от распахнутых крыльев дракончика, в форме которого были выполнены часы. Глаза привыкли к темноте, Корн повернулся, и в тусклом свете хорошо различил толстое пузико и смешную мордочку. Этот дракончик был подарком его матери. Он лежал в том чемодане, который для него приготовил верный слуга, когда Корна изгнали из семьи. Слуга действительно знал, что было важно его маленькому лорду.

Корн облизнул губы и протянул руку к дракону, взял его и поставил перед собой. Ему очень хотелось разбить фарфоровую статуэтку с циферблатом, чтобы распрощаться со своим прошлым, с которым уже пришла пора расстаться. В то же время сердце Корна щемило от одной мысли о том, что он своими собственными руками может это сделать.

В мрачной комнате появился луч света. Он расширился до размера проёма двери и ослепил привыкшие к темноте глаза. Корн зажмурился.

– Трёхперепончатые лапки радужной рыбы! – Сур вздрогнул, зайдя в комнату. – Ты что, стал призраком? Почему ты сидишь посреди комнаты в полной тьме? Ох, как напугал! Я думал, уже демоны проникли в Академию и теперь поджидают студентов под кроватью, чтобы их сожрать… А… Может быть… Неужели ты смог сделать зелье ночного зрения, и теперь просто проверяешь его⁈ Но оно такое сложное. Ты уже дорос до такого? Кажется, я опять тебя недооценил.

– Не делал я никакого зелья. Не дорос, – хмуро откликнулся Корн, он поднялся с пола и поставил дракончика обратно.

Наверное, пора собирать вещи. Хотя, как он сейчас спустится с острова? После экзамена, остров причалит к одному из городов, чтобы исключить отчисленных студентов, так что похоже и Корну придётся дожидаться этого времени.

Сур зажёг свет, и Корн зажмурился.

– А что с твоим голосом? Как будто тебя обокрали. Неужели Терран отнял все твои зелья?

– Не мели чепухи, – стал раздражаться Корн. – Последним, кто отнял все мои зелья, был ты!

– Не переводи стрелки… Ладно, – Сур сел на свою кровать и стал серьёзным. – Выкладывай. Что случилось?

Корн не отвечал, он опять сел в свою прежнюю позу и не собирался ничего рассказывать. Это было слишком позорно… Он даже думать об этом не хотел, и уж тем более говорить.

– Ты опять собираешься молчать? Мне обязательно нужно подлить тебе в кружку зелье правды? Ты хотя бы представляешь, сколько драгоценных ингредиентов я на него потрачу зазря?

– Зелье правды? – заинтересовался Корн. – Я о таком не слышал. Что оно делает?

– О, пресветлая Рэя, ты скорее жив, раз ещё интересуешься зельями… Расскажу тебе всё о нём, но сначала ты.

Корн вздохнул:

– Не так уж и важно, что это за зелье.

– Ах так⁈ Я тебя всё-таки напою чем-нибудь. Дождёшься! – Сур насупился, залез в сумку и стал в ней рыться.

– Эй! Ты что удумал? – всполошился Корн. Кто знает, что придёт в голову раздражённому Суру.

Алхимик прищурился и зло зыркнул на Корна. Достал пробирку и демонстративно поболтал золотой жидкостью в ней.

– Твой последний шанс, – прошептал Сур.

– Что это?

– Не скажу. Итак, считаю до трёх. Раз… Два…

– Что ты творишь! – возмутился Корн. – Почему я должен что-то говорить, если не хочу? Я же не заставляю тебя рассказывать о себе.

– О… Спрашивай. Я вроде ничего и не скрываю… Хотя не, сначала ты говори, а потом я отвечу на любой твой вопрос.

Ну да, конечно, не скрывает. И о том, чем занимается в Белом дворце дни и ночи напролёт тоже совсем не скрывает…

– Так уж и ответишь, – Корн с сомнением посмотрел на Сура.

– Обещаю, – хмыкнул алхимик и улыбнулся.

– Ладно… – Корн вытянул ногу. – Лорд Ниро провёл исследование моих магических каналов.

– И что? – Сур расширил глаза и присел поближе, пробирка в его руках мелькнула и исчезла.

Корн вздохнул:

– Если кратко, то мага из меня не выйдет.

– А если не кратко? – нахмурился алхимик.

– У меня предрасположенность к двум стихиям…

Сур не дал договорить и перебил Корна:

– Да это же прекрасно! Не зря ты Массвэл! – он замер, а потом нахмурился. – Тогда в чём проблема?

– Огонь и вода.

– Чешуйки красноголовой сколопендры… – пробормотал Сур. – Но ты же всё ещё можешь вызвать стихию? Небольшая магия всё же лучше никакой. Я тебя научу филигранно использовать те силы, которые у тебя есть. Я тоже очень слабенький маг, но ведь приспособился и могу дать жару много кому, так что не всё потеряно.

– В том то и самая большая проблема! Стихии равны друг другу. Понимаешь? Равны! – Корн вскочил на ноги и стал шагать по комнате туда и обратно. – Я не могу использовать ни одну из них, потому что они полностью блокируют друг друга!

Сур молчал и потерянно смотрел на Корна, через минуту он тихо спросил.

– А директор?

– Что директор?

– Он что-нибудь сказал?

Корн задумался, он вроде действительно что-то говорил, но неужели он мог сказать что-то кроме слов утешения или просто о том, что их попытки открыть Корну магию на этом прекращаются?

– Не знаю, он что-то говорил, но я так расстроился, что ничего не соображал и не слышал.

Сур встал и кулаком мягко ударил Корна в плечо:

– Отставить панику. Ложись и спи. Я дам тебе снотворное. Утром идёшь к директору и спрашиваешь, может ли он тебе помочь.

– Да как он тут поможет?

– Поможет, не зря же он заинтересовался твоим случаем. Поэтому отчаиваться рано. Сначала нужно сделать всё, что в твоих силах.

Корн вяло кивнул. Алхимик заставил его выпить зелье, после чего Корна так клонило в сон, что он даже не успел ничего спросить до того, как провалился в забытье.