Текст книги "Пять свиданий (СИ)"

Автор книги: Ада Николаева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 17 страниц)

– Если некому отдать, усыпим её. Я оплачу, – произнёс он с такой снисходительностью, словно делая мне одолжение, а не сообщая, что собирается умертвить моего питомца. – Иди собирай вещи.

Внезапно и неуместно я осознала, почему Тимур не хотел лишний раз заходить ко мне в клинику, почему кривился от историй с работы, почему не желал ночевать у меня дома… Всё из-за Ириски – безобидной пушистой кошечки, тянувшейся за лаской даже к нему. К этому бездушному тирану!

В одночасье мой рассудок прояснился, и я разом ответила на все тяготившие меня ранее вопросы.

Мой инстинкт самосохранения дал сбой. Слёзы высохли, и я резко вскочила на ноги с оскалом на лице, проговаривая по слогам:

– Пошёл вон.

Мужчина не сразу отреагировал, словно не веря собственным ушам, что я могу его прогонять. Пришлось повторить:

– Прочь из моего дома! – выпалила я напористо, смотря прямо в холодные глаза Тимура, которые в этот момент презрительно сощурились.

Он поднялся с дивана, слегка покачивая головой из стороны в сторону и ухмыляясь.

– Из-за кошки? – хмыкнул он.

– Из-за тебя. – Кратно, но строго заявила я.

Тимур подошёл вплотную. Я ощутила его горячее неровное от ярости дыхание и скрежет сдавленных зубов. Желваки на его скулах ходили ходуном, отчего моя решимость начала улетучиваться, уступая место страху. Краем глаза я видела, как его руки то сжимаются в кулаки, но разжимаются обратно.

Я уже не знала, чего ждать от мужчины, который совсем недавно казался мне близким человеком. Натуральный страх за свою жизнь обволок сердце, но я продолжала смотреть в его чёрные глаза, не позволяя себе отвести взгляд и проявить слабость.

– Ты и правда, одинокая кошёлка, – он бросил очередную гадость мне в лицо.

Но его слова больше меня не трогали. Сейчас мне хотелось одного – чтобы он скорее ушёл.

Этот тиран не думал о моих чувствах и желаниях, выставляя чудовищные требования. Самолично решил, что я однозначно сделаю всё так, как удобно ему. Но не тут-то было. Я бы не прогнулась, люби его даже сильнее всех на свете, поскольку в моём понимании любовь – это близость по духу, а не запреты и контроль. Он же предложил мне изменить собственную личность, отказавшись от того, чем я дорожу, в угоду своей безумной ревности.

Резким движением он выбил у меня из рук тонкую стопку фотографий, заставляя взвизгнуть и на миг зажмуриться. Но уже в следующее мгновение, когда я открыла глаза, то увидела, что мужчина вышел в коридор и принялся спешно одеваться.

«Ещё легко отделалась», – промелькнуло в голове.

Я даже умудрилась скорбно порадоваться, что этот поцелуй состоялся, и что я рассказала о нём. Ведь только благодаря откровенности я смогла узнать, какой Тимур на самом деле и этот человек оказался мне противен.

Наконец дверь за Тимуром с грохотом захлопнулась, а я осталась стоять одна посреди гостиной. Вздох облегчения вернул меня к жизни, а новый поток вырвавшихся слёз предзнаменовал облегчение.

Ириска притопала ко мне утешительно потереться о ноги. Но этого и не требовалось, я вовсе не сожалела о нашем разрыве, я плакала и тряслась от накативших после испытанного страха эмоций.

– Артём оказался прав на твой счёт… – пробубнила себе под нос, утирая влажные глаза и подбегая к двери, чтобы запереть её на все замки. – Ты хладнокровный и бездушный человек.

Почти бегом из-за выработанного адреналина я вернулась в гостиную и взяла дрожащими руками смартфон, а затем в пару кликов удалила из него все контакты Тимура, а заодно и приложение «Пять свиданий», с которым больше не желала иметь дела.

* * *

До приезда Егора и Хелен оставалось всего двое суток. Хотелось мне того или нет, но пришлось возобновить покраску кухни.

Заканчивала ремонт я уже в одиночестве. Не потому что Диана отказалась, она как раз предложила свою помощь, просто мне не хотелось сейчас ни с кем видеться. Мало того, что в клинике через силу приходится улыбаться, так хотя бы смогу избежать вопросов подруги о том, как я себя чувствую после случившегося. По правде говоря – не очень, но ей об этом знать необязательно. Уже не реву взахлёб и то хорошо, но настроение всё ещё под стать героине мелодрамы.

А ведь я была счастлива до Хэллоуина и установки того дурацкого приложения. Жила себе спокойно и горя не знала. Но хватит самобичевания, пора взять себя в руки и докрасить эту унылую серую кухню.

К работе приступила оперативно, а без отвлечений на болтовню, с последней стеной управилась всего за полтора часа, оставшись при этом горда собой, поскольку смогла в процессе отвлечься от событий минувших дней. И если время – лекарство номер один, то труд занимает почётное второе место. Я даже улыбнулась от осознания того, что иду на поправку.

В приемлемом настроении я принялась активно скатывать забрызганную плёнку в трубочку и складывать использованные валики и ванночку из-под краски в мусорный пакет.

Дело сделано. Оставалось только прибраться в квартире и начинать паковать вещи.

– Что ж, – вздохнула, любуясь результатом. – Вот я и закончила.

Я взяла подмышку плёнку, а во вторую руку пакет, локтем нажимая на дверную ручку, чтобы выйти в подъезд, но тут же замерла в проходе.

Прямо на лестничной площадке, у дверей соседней квартиры, Артём громко ругался с Яной (вернее она на него орала, а он молча выслушивал). Он стоял за чертой своей квартиры, а она снаружи в верхней одежде.

«И как я только не услышала её крик раньше?» – я восхитилась шумоподавлением двери брата, после чего сразу попыталась спрятаться обратно.

Но неповоротливый свёрток в руках не дал мне незаметно исчезнуть, ещё и предательских зашуршал, привлекая к себе внимание девушки.

– Что пялишься? – она тут же переключилась на меня. – Радуешься, да?

«И чему я собственно должна радоваться?» – поинтересовалась у себя в голове, в реальности не издав ни звука.

А Яна продолжила орать:

– Только о ней и говоришь! Как же вы меня бесите!

Я опустила вниз мусор, решив всё-таки закрыть дверь, даже будучи уже застуканной, пока не услышала в потоке ругательств очередное обращение к себе:

– Довольна?! Ты этого добивалась?! Что ж, мои тебе поздравления! – прорычала она в мою сторону, после чего бросилась к лифту, шумно стуча каблуками, которые заглушали ругательства, всё ещё вылетавшие из её рта.

И я, и Артём, каждый из дверей собственного жилища, проводили её глазами, а когда девушка скрылась за дверями лифта, наши с ним взгляды соприкоснулись.

Я стояла всё в той же одежде для ремонта: посыпавшейся и растянутой футболке с растрёпанным пучком на голове и полным мусорным пакетом у ног. Он в выглаженной рубашечке и уложенными волосами, явно с неудавшегося свидания. Такие разные мы смотрели друг на друга, не моргая.

Не выдержав, я первой нарушила образовавшуюся после ухода Яны тишину:

– Э-э… как дела? – я медленно зашагала вперёд.

– Сама видишь, – Артём кивком головы указал на лифт, также выходя в подъезд мне на встречу. – А твои как?

– Да вот не особо, – пожала я плечами, продолжая двигаться ему навстречу. – Как Боря?

– Ест как конь, – ответил мужчина. – Почему не особо?

– Много всякого произошло за последние дни, – пояснила я. – И очень мало приятного.

– Например? – сосед остановился по центру лестничной клетки прямо напротив меня.

– Рассталась с Тимуром, – вздохнула я. – Он оказался ещё тем…фруктом.

– Он тебя обидел?

– К счастью, нет. Хотя думала, что может. Я рассказал ему о нашем с тобой поцелуе, – взгляд стеснительно скользнул вниз. – А он проявил себя как неадекватный ревнивец.

– Даже так? – в голосе Артёма не было удивления, только беспокойство. – Он точно тебя не тронул?

– Нет-нет, – я подняла глаза обратно на мужчину, чтобы звучать убедительнее. – Досталось только моим фоторамкам. А у вас что случилось?

– Похоже, мы тоже расстались, – сообщил он. – Кажется, я слишком часто тебя упоминал.

– Да ладно? – я не смогла сдержать улыбку.

– Яна решила, что ты мне нравишься.

У меня глаза округлели от незнания, как на такое реагировать, хотя душа запела.

– А я не смог соврать, когда она задала мне прямой вопрос, – продолжил мужчина. – Конечно, поначалу я думал, что в Новый год на меня повлияло спиртное, а мои чувства и предложение встречаться не более, чем эффект от праздника. Потом решил, что соскучился по нашему общению, вот и вспоминаю часто.

– У меня также! – воскликнула я. – И я соскучилась.

– Но потом я смог самому себе признаться, что думаю о тебе не как о друге, – эти слова дались моему соседу с таким трудом, что он даже сделал шаг назад. – Так что Яна не ошиблась, а я не стал её разубеждать.

– Я тоже осознала, что ты мне не просто друг… – я почувствовала, что краснею, а сердцебиение стремительно набирает обороты.

– Я идиот, – Артём потёр ладонью лоб и щёки. – Испугался. Встречаться с другими девушками не то же самое, что заинтересоваться кем-то после Ани. Разве это не предательство по отношению к жене?

– Я… я не знаю, – ответила честно, ощутив, как сердце разогналось и упало. – Но разве она не желала бы тебе счастья после своего ухода?

– Я идиот и трус, – повторился он, продолжая себя корить.

– Не надо, ты не такой, – я хотела приобнять соседа, но остановила руку в миллиметре от его плеча, не зная, в праве ли его касаться. – Я сама часто и во всём медлю, а когда тороплюсь, то ничего путного из этого не выходит. Взять хоть Тимура… Так что это мне впору зваться дурой. А ты не такой, ты преданный и верный. Я бы всё отдала за подобного человека рядом…

– Правда?

– Ага, – сверкнула тоскливой улыбкой. – А по поводу чувств не переживай, если они тебя беспокоят, ведь я скоро перестану мозолить тебе глаза.

– Что ты имеешь в виду?

– Завтра я переезжаю на другой конец города, – улыбка в одночасье испарилась. – Забудешь меня как страшный сон и продолжишься жить дальше. Как и я…

– Нет! – внезапно заявил он. – Я не могу этого допустить.

– Но ведь ты только что сам сказал, что чувствуешь себя предателем по отношению к жене.

Артём молчал, но его глаза говорили о многом. Было заметно, что он метается, не знает, как ему поступить. Но всё же спустя несколько долгих мгновений он произнёс:

– Я не могу потерять ещё и тебя.

Мне хотелось ответить, что мы можем переписываться и созваниваться, но это была бы неправда. Слишком трудно поддерживать дружеское общение с тем, с кем хочешь быть душой и телом.

И снова настала тяжёлая тишина. Даже воздух вокруг уплотнился. Мы принялись молча сверлить друг друга взглядами. Мне не хотелось расставаться с его вечно хмурым лицом, пробившейся на висках сединой и колючей щетиной, которая резала меня во время нашего единственного поцелую. С Артёмом даже мелочи могут ранить…

– Ты когда-нибудь думала о судьбе? – он разрушил тишину шёпотом.

– Постоянно, – проговорила на вздохе.

– Может мне пора перестать бояться событий прошлого и сделать шаг вперёд? – спросил он, не ожидая ответа, поскольку сделал буквальный шаг навстречу ко мне.

Его рука окрутила мою талию, а губы накрыли мои глубоким и чувственным поцелуем. В мгновение ока я ощутила себя королевой с лёгким ароматом малярной краски.

Поцелуй набирал обороты. Мои руки переместились ему на шею, после чего он только сильнее прижал меня к себе. Всё тело прошибло жаром, а ноги подкосились, но крепкая мужская рука удержала меня от падения.

– Переезжай ко мне, – произнёс он, осыпая мои щёки россыпью коротких поцелуев. – Мне пора выбираться из кокона и жить дальше, но без тебя я не справлюсь.

– Ты уверен? – внутри вулкан извергнулся, и всё вокруг перестало казаться реальным.

Пальцы скользнули по щетине, но на этот раз она не показалась мне такой уж колючей.

– Теперь да. Перебирайтесь с Ириской ко мне. Боря будет рад подруге, а я тебе. Понимаю, что до меня долго доходило из-за страхов, но страх потерять тебя сильнее всех остальных. Я любил Аню, но сейчас я… люблю тебя, – он выдохнул и повторил ещё раз: – Я люблю тебя.

– Я тоже тебя люблю, – я чмокнула Артёма в губы, после чего расплылась в счастливой улыбке, глядя в глаза «своего человека».

Эпилог

Спустя десять месяцев…

Я держала его под руку, медленно прохаживаясь по торговому центру. Стреляла глазами витрины, пока он нёс пакеты с моими покупками и ни на что не жаловался.

Артём не любил магазины, не любил очереди и бесконечные примерки, но он любил меня и поэтому мужественно терпел такие вот вылазки. А я любила его, и поэтому старалась прикупить за раз как можно больше всякой всячины, чтобы следующий поход по магазинам случился не скоро.

– О! – воскликнула я. – Рамы для картин. Давай зайдём.

– Зачем? – поинтересовался Артём.

– Как зачем?! Хочу вставить в рамку картину Дианы.

– Ты хочешь её у нас повесить? Там же Боря и Ириска на первом плане, а мы как их фрейлины позади нарисованы. И почему мы оба в платьях? – он шутливо возмутился.

– Не бузи, смешная картина. А тебе очень даже идёт корсет, – хихикнула я. – О, точно! Потом заглянем в гиковский магазин, мне нужны драконьи яйца!

– А это ещё зачем? – ухмыльнулся мужчина, посматривая на меня сверху вниз, ведь я доставала ему только до плеч.

– Подарю их Диане на этот Новый год, – сообщила я, затаскивая Артёма в картинную лавку. – Она же теперь пепельная блондинка – настоящая Дейнерис Аммиакорождённая! А ещё надо подыскать подарок Марине и её мужу. Кто бы мог подумать, что у них всё настолько хорошо сложится после свадьбы спустя всего месяц отношений. А ведь она чуть твоей девушкой не стала!

– Ты о той паре-тройке сообщений? – он вздыхая, помотал головой. – Я почти не отвечал ей.

– Почему?

– Не хотел, – отрезал Артём, но видя, что я жду развёрнутого ответа, добавил: – Ждал сообщения от другой.

Мягкая улыбка растянулась на лице, а глаза ласково скользнули по щетинистому подбородку мужчины, после чего я резко развернулась и бросилась к прилавку с картинными рамами.

– Как тебе эта? – указала на золочёную с завитками рамку, под стать царственной тематике творения Дианы.

– Я доверяю твоему вкусу, – по обыкновению произнёс Артём.

Мне нравилось, что он позволяет мне выбирать всё, что я захочу, и переделывать наш дом как мне вздумается. Попросил только кабинет не трогать и оставить его прежним тёмным логовом. Конечно же, я согласилась, ведь это более чем честно. Ему же приходится спать и есть в светлых помещениях, так пусть хоть работает в привычной для себя атмосфере.

– Значит, берём эту, – я жестом подозвала консультанта. – А, вечером мы оба приглашены в гости к Егору и Хелен. Хочу побольше с ними побыть, пока они снова не улетели.

– Куда ещё больше? Мы же живем с ними на одной лестничной клетке, – хмыкнул носом Артём.

Пока продавец запаковывал рамку, позади меня окликнул голос, который я никак не ожидала услышать. Резко обернувшись, я увидела перед собой бывшего парня Женю, который широко улыбаясь, поздоровался:

– Привет, что делаешь?

– Да вот рамку покупаю и новогодние подарки друзьям выбираю, а ты?

Но парень не ответил, с ходу обратив внимание на кольцо у меня на пальце:

– Это что обручальное кольцо?

– Да, а это мой жених, – я указала на Артёма, только что расплатившегося за рамку.

Мужчины обменялись рукопожатиями, а я продолжила:

– Артём у меня геймдизайнер, но я тебе о нём уже рассказывала, – заявила я, после чего поймала на себе непонимающий взгляд Артёма и удивлённое выражение лица Жени.

Как же приятно сказать это по-настоящему, а не как в прошлый раз, когда я прикрывалась соседом перед бывшим. Теперь-то всё взаправду: и кольцо, и жених.

– А, ну, поздравляю, – всё ещё хлопая глазами, проговорил Женя.

Наверняка в нашу прошлую встречу он мне не поверил, решил, что я лгу (умничка какой, догадался!), но те времена давно прошли.

– Ладно, нам уже пора, – я помахала рукой парню, взяла Артёма под локоть, и мы устремились дальше по торговому центру.

Остановившись возле гиковского магазинчика, я потянулась на цыпочках вверх, чтобы одарить своего жениха лёгким поцелуем в щёку, но он решил иначе, рьяно впившись в мои губы. Обхватил меня руками за талию и приподнял над полом, позволяя нашим взглядам соприкоснуться.

– За что? – прошептала я, касаясь своим его кончика носа.

– За то, что ты у меня такая есть.

Мы живём в эпоху, когда всё происходит внезапно. Бесконечный поток информации, никогда не спящие мегаполисы, мы даже мыслить начали быстрее. Для того чтобы завести партнёра нам больше не нужно выходить из дома, достаточно зарегистрировать свой профиль в приложении и бежать дальше но насущным делам, а отношения как-нибудь сами тебя настигнут.

Но за всей этой суматохой так легко упустить то единственное, ради чего стоит притормозить…