332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » 55 Гудвин » Наизнанку » Текст книги (страница 5)
Наизнанку
  • Текст добавлен: 16 декабря 2020, 06:30

Текст книги "Наизнанку"


Автор книги: 55 Гудвин






сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 6 страниц)

Бекка познакомилась с ней, когда однажды, зайдя в туалет кафе, услышала странные пискливые всхлипы – Мышка сидела на полу в дальней кабинке и рыдала – ее бросила очередная наглая стерва. Вообще, как потом выяснилось, про Мышку ходили легенды – необыкновенно талантливая в своей области, одаренная, с пронзительным цепким умом и деятельная на работе, она совершенно терялась, когда дело доходило до личной жизни. Влюбить ее в себя могла любая льстивая бездарность, и таких находилось немало – Мышка писала за них работы, помогала подняться по служебной лестнице, но, добившись успеха, любовницы бросали Мышку за ненадобностью, находя себе более красивых партнерш. Много раз наступала она на эти грабли, каждый раз надеясь, что очередная пассия оценит ее внутренний мир, за неимением внешней красоты, и каждый раз это заканчивалось разочарованием.

Тогда, обнаружив эту хроническую неудачницу в состоянии истерики, Бекка утешила ее разговором вместо того, чтобы вызвать дежурную психологическую помощь и с тех пор стала для Мышки своего рода кумиром – попади она к психологам, загремела бы в клинику на полгода, и прощай работа. Мышка выражала свое почтение при всяком возможном случае, и в сложившейся ситуации это было опасно. Можно было сказать Гретхен: «Я отойду ненадолго», смешаться с толпой, выйти и быстро спуститься в гараж, где Бекка оставила свою малышку-Пежо (ну, в самом деле, не ехать же в переполненном метро в вечернем костюме и на каблуках), сесть в машину и, как поется в старой классической песне, «Нас не догонят!». Но наличие за столиком почти у самой двери Мышки исключало такой вариант – завидев Бекку, она непременно начнет звать ее, а поскольку голос у Мышки тихий, при таком столпотворении она непременно попытается выкрикнуть «Бекка, приве-ет!» как можно громче и пронзительней. И тогда Гретхен обернется и увидит, что Ребекка Беннет улепетывает со всех ног.

Все эти мысли пронеслись в голове Бекки за пару секунд. Возможно, выводы ее были чересчур сумбурными, но, учитывая состояние, в котором она находилась, ее удивляла уже сама способность хоть как-то мыслить. Поглаживания Гретхен становились все настойчивее, хотелось резко выдернуть ладонь, однако Бекка заставила себя мило улыбнуться и заговорить.

– Мне нужно отойти на пять минут, – спокойно сказала она и, за неимением лучших вариантов, удалилась в туалет.

Первым делом она бросилась к раковине, налила полную ладошку мыла и принялась энергично тереть руки, затем перевела ручку крана в положение ледяной воды и плеснула себе на лицо. В ту же секунду ужасная мысль пришла Бекке в голову – что, если Гретхен восприняла ее уход как приглашение перейти к интиму прямо здесь, в кафе, что если Гретхен сейчас идет сюда, с твердым намерением… Думать дальше Бекка не смогла – такой испуг ее охватил. Кровь прилила к голове и застучала в висках, паническое «беги, беги, беги!» сотрясало разум. Взгляд ее упал на отраженную в зеркале дверь, из-за которой в любую секунду могла появиться опасность, затем в противоположную сторону… И тут мысли Бекки стали проясняться.

***

Бэбилон очень надеялся, что выданное Хелльсом снадобье подействует. Потому что больше надеяться было не на что – в последний момент, когда друзья, уже одевшись, собирались выходить из квартиры (Мэт, переживавший за друга после его внезапного недомогания, почти переехал к Бэйби), зазвонил персональник Мэтью. Это оказалась Грымза, она обнаружила какую-то ошибку в составленных Мэтом документах, а документы, якобы, могли понадобиться завтра.

– Это чушь собачья, Мэт! – кипятился Бэбилон. – Завтра суббота, выходной, никому эти цифры не нужны! В крайнем случае, придешь завтра утром и сделаешь.

– Не могу, Бэйби. Раз Грымза сказала – сейчас, значит нужно делать сейчас, ты же сам понимаешь.

– Не понимаю! Она все равно не узнает, когда ты придешь – наверняка попрется отмечать юбилей…

– И не проверит в понедельник время активации моей карты при входе? Ты, правда, веришь, что она упустит возможность проконтролировать, насколько точно исполнено ее требование? Бэйби, ты знаешь, что я прав.

– Знаю, просто…

– Расслабься. Там будет куча народу, этот придурок не посмеет к тебе сунуться, тем более твой загадочный Хелльс дал тебе эту штуку.

– Он не загадочный, но ты прав. Я просто параноик.

Друзья прошли по коридору и сели в лифт. Мэт вышел на пятидесятом этаже, а Бэйби поехал до самого низа – до гаража. Он решил, что в этой малоприятной ситуации лучше иметь под рукой собственное средство передвижения.

У въезда в гараж корпорации была длиннющая очередь – видимо, вечеринку многие восприняли как возможность пощеголять своими авто, которые обычно не попадались на глаза коллегам. Бэйби ненавидел очереди, потому проехал чуть дальше, свернул за угол и остановил машину на тротуаре. Вообще-то в деловой части города это было строго запрещено, но он надеялся, что его никто не заметит – стоящие вокруг небоскребы бросали гигантские черные тени, не пропуская на землю необыкновенно яркий сегодня свет луны. В связи с глобальным энергетическим кризисом окна в офисных зданиях были темны, все вокруг казалось застывшим. Бэбилон вышел из машины, нажал кнопку сигнализации (ее обычно тихий щелчок при включении прозвучал оглушительно в мертвенной тишине опустевшего делового квартала), и быстрым шагом направился к зданию «Food Fusion».

Первый этаж корпорации казался единственным освещенным пятном на километры вокруг, в окнах мелькали сотрудники, уже начавшие отмечать юбилей – Бэйби специально приехал попозже, чтобы пропустить невыносимо-помпезные речи, обязательные в таких случаях. Чем ближе подходил Бэбилон к зданию, тем медленнее он шел, глядя по сторонам и оправдывая себя тем, что редко видит свое рабочее место с этой точки – ведь обычно он приезжает на метро. По небольшой лестнице из пяти ступенек он поднимался в таком темпе, что любая улитка показалась бы рядом с ним спринтером. В ту же секунду, как среагировал на него фотоэлемент на входе, и двери разъехались, выпуская наружу шум вечеринки, в образовавшийся проем прямо на Бэйби выскочил Боб.

– Так-так, кто же это пожаловал? – протянул он, как обычно с легким презрением в голосе. – Значит, поставил машинку и решил подняться пешком? Впрочем, для такого любителя древностей, как ты, это неудивительно – лифт для тебя слишком новое изобретение, да? – он нагло усмехнулся, наклонившись к Бэйби так близко, что тот едва не задохнулся от отвратительного запаха – от Боба разило алкоголем, причем, похоже было, что он успел смешать несколько видов спиртного.

– Стало быть, – продолжал Боб, почти вплотную приблизившись к Бэбилону, – потом обратно в гараж пешочком? Или тоже на лифте? Хотя, какая разница – все равно пойдешь за своим драгоценным авто, не то, что нормальные люди, которые оставляют машины на работе, чтобы как следует выпить. Не-ет, ты дрожишь над своей железякой, ты ее не бросишь, я же знаю. Но даже если и бросишь – в переходах метро темно и пустынно, а твой драгоценный дружок сидит наверху, трудится, наверняка связь отключил? Даже ради тебя не оставит работы? Так? – он откинул голову назад и захохотал преувеличенно громко и безумно. Бэйби был в шоке – во-первых, его поразило, что Боб знает о нем столько – и о привязанности к машине, и о любви к историческим древностям. Во-вторых, он понял, что это Боб стал причиной внезапного звонка Мэту от Грымзы – наверняка сочинил что-то о нетерпеливых заказчиках, а ведь ей только повод дай погонять сотрудников. Бэйби оставалось лишь возблагодарить небо за то, что Боб, прилично нагрузился и не соображал ничего, иначе, с какой стати он стал бы столь откровенно рассказывать о своих планах. Очевидно, весь его монолог был попыткой выяснить, как именно Бэбилон собирается возвращаться домой, плавно перетекшей в декларацию: «тебе не уйти от меня». Бэйби мысленно пожал себе руку за то, что оставил машину на улице – этого никто, в том числе он сам, заранее предположить не мог.

Двери за спиной Боба снова разъехались, выпуская на улицу нескольких парней. Бэбилон не замедлил воспользоваться случаем:

– Отвали, Боб, – бросил он, отстраняя верзилу легким толчком в плечо. – Проход загораживаешь.

– Я все равно доберусь до тебя, гаденыш, – процедил Боб сквозь зубы, развернулся и вошел в ресторан. Вышедшие на воздух парни уже скрылись в направлении въезда в гараж. Бэйби достал сигареты и спустился с крыльца. Отсюда нужно было уезжать и уезжать немедленно. Быстро оглянувшись, он прошел вдоль здания в противоположную от гаража сторону. Уйдя достаточно далеко, чтобы свет из окон перестал освещать его, он остановился и закурил, наблюдая из своего укрытия за крыльцом.

На ступенях снова появился Боб в сопровождении одного из своих любовников – из их же отдела. Убедившись, что рядом никого нет, Боб что-то шепнул на ухо своему дружку и тот быстро удалился в сторону гаража. Сам Боб остался стоять на крыльце. Это было скверно – похоже, мерзавец подключил всех, на кого имел влияние. Сейчас они выяснят, что машины Бэйби в гараже нет… Да, здесь волшебной сывороткой Хелльса не обойдешься – для Боба это уже не вопрос сексуального желания, ему нужна месть, реванш, и он нацелился получить Бэйби во что бы то ни стало. Бэйби сделал глубокую затяжку – что бы ни говорил па Элвис, а у него все-таки было медицинское образование, но Бэбилона курение успокаивало, поэтому он не отказывался от него, несмотря на родительские увещевания.

Итак, что можно предпринять в сложившейся ситуации? Можно отправиться к машине прямо сейчас, но, что, если кто-то из подручных Боба уже следил за ним, когда Бэйби шел сюда? Что, если один из них стоит сейчас где-то поблизости и не решается идти к Бобу только потому, что скрип гравия, которым посыпан тротуар вокруг здания, может выдать его присутствие? Идти по темной улице, зная, что в этот момент кто-то может докладывать: Бэбилон МакГиллис, один, направляется к пустым соседним зданиям – такая перспектива не радовала. Парализованный страхом, Бэйби в нерешительности оглядывался по сторонам, понимая, что опасность быть обнаруженным увеличивается с каждой секундой.

Он снова глубоко затянулся и решил рискнуть – будь, что будет! – направиться к своему автомобилю, когда что-то пребольно ударило его по затылку. Бэйби резко обернулся и посмотрел наверх, откуда был нанесен удар, но нападавшего не увидел. Тут же что-то пролетело прямо перед его лицом и со стуком упало. Он наклонился, пошарил по земле, и его снова ударило по голове, на этот раз что-то мягкое. Бэйби вскочил, в последний момент нащупав упавший, довольно странный по форме предмет, и, плюнув на конспирацию, нажал кнопку персональника – экран осветил сжатую в его руке… женскую старомодную туфлю-шпильку.

Бэбилон быстро погасил экран и прижался спиной к стене, готовый обороняться – какое бы извращение ни придумал чертов Боб, Бэйби так просто не сдастся!

– Эй! Ты там! Хэй, бэйби! Давай-ка, помоги! Я же вижу, ты там стоишь! – донеслось откуда-то сверху. Бэйби поднял голову и в лунном свете увидел белое пятно над собой на высоте вытянутой руки. Пятно шевелилось, скорее всего, оно было одеждой того, кто заговорил… Женским голосом?! Бэйби замер от удивления, а голос продолжал:

– Ну, чего ты стоишь?! Тебе трудно помочь, что ли?

– Откуда вам известно мое имя?! – наконец нашелся Бэбилон.

– Какое, еще, к черту, имя? – недовольно проворчал голос. – Мне вообще, прости за откровенность, наплевать, кто ты, лишь бы помог мне выбраться отсюда!

Бэбилон понял, что это явление вряд ли имеет отношение к Бобу. Договориться с женщиной – на такое он точно не способен. Тем более, никто заранее не мог предугадать, что Бэйби пойдет курить под окно женского туалета, где, как он понял, он сейчас оказался. Следовательно, просьба о помощи – вещь чисто случайная, никакой ловушки здесь быть не должно, хотя, на всякий случай, стоит быть начеку.

– И как же я должен помочь? – скептически спросил он, бросив сигарету под ноги и затушив ее – все равно утром здесь пройдут роботы-мусоросборщики. Он повернулся к стене лицом и отошел на шаг. Теперь, когда глаза привыкли к темноте, Бэйби отчетливо увидел небольшое окошко, высовывающийся из него воротник белой блузки и край черных волос на нем – все остальное тонуло во мраке.

– Как-как! – недовольно передразнил его голос. – Руки подставь, и вытащи меня наружу!

Бэбилон, в который раз за вечер, огляделся по сторонам – даже если наблюдатель из компании Боба и был здесь, сейчас он наверняка под шумок смылся. В любом случае, стоило убраться отсюда как можно скорее, пока эта возня не привлекла чье-либо внимание.

– Ну, парень, не тупи! – подгоняла сверху, лежа на подоконнике уже наполовину высунувшаяся из окна девушка. – Будь человеком, помоги, пожалуйста! За мной гонятся!

– Кто гонится? – насторожился Бэйби. – Полиция?

– Хуже, – в отчаянии полушепотом воскликнула девушка, – моя начальница – Гретхен. Она… домогается, меня, а я не хочу! Долго рассказывать. Короче, ты можешь просто помочь?

Бэбилон больше не медлил ни секунды – он протянул руки вверх, девушка положила свои руки ему на плечи, он подставил ладони под ее талию и начал пятиться до тех пор, пока незнакомка не смогла согнуть ноги в коленях и оказаться целиком снаружи, тогда Бэйби осторожно поставил ее рядом с собой.

В тот момент, когда он почувствовал под своими ладонями тонкую ткань блузки и тепло тела под ней, сердце его учащенно забилось, по коже пробежали мурашки, но он приписал это боязни быть застигнутым Бобом. Да и вообще, вся ситуация побега – и его собственного, и этой девушки – безусловно относились к разряду того, что может вывести человека из равновесия. Краем сознания он, правда, отметил, что его ладоням было приятно ощущать контраст между талией и широкими бедрами девушки, но он сразу же запретил себе думать на эту тему – сейчас было не до приступов слабости – нужно было сматываться. Воспоминание о большом красном склизком НЕЧТО, чем, безусловно, обладало и это создание, привело его в чувство и заставило забыть о тактильных ощущениях.

– Так, – вздохнув, произнес Бэйби, как он надеялся, спокойно. – Что дальше?

– Пойду, спущусь в гараж, сяду в машину и домой поеду, – ответила девушка, поднимая с земли упавшие туфлю и сумочку – вот, что нанесло Бэйби последний удар. – Тебе она не нужна? Могу оставить, если нравится.

– Что? – нахмурился Бэйби, поняв, что девушка спрашивает его о чем-то. – Нет, забирай, конечно! – опомнился он, когда понял, что речь идет о второй туфле – он в смятении умудрился запихать ее каблуком себе в карман. – Как ты собираешься добраться до гаража – вот, что меня интересует.

– Очень просто – спуститься. Он ведь общий, значит, с вашей стороны тоже должен быть вход.

– Так-то оно так, да только если тебя в твоей юбке увидит кто-нибудь из парней, они решат, что ты – извращенец из маргинального квартала, не поверят же они, что здесь могла появиться женщина. А после того, как они тебя отколошматят, доказывать их неправоту будет поздно. Ты, надеюсь, знаешь, как у нас относятся к извращенцам-трансвеститам? Сколько бы ни говорили о толерантности, все впустую…

– Знаю я, знаю. Но какая разница – сейчас все должны быть на вечеринке, наверняка в гараже никого нет.

– Есть, совершенно определенно, кое-кто там есть, и у этого кое-кого с мозгами точно не все в порядке.

– Откуда такая уверенность?

– Они меня ждут. Точнее, подстерегают.

– Ты им денег должен?

– Хуже, – Бэйби, невольно копировал недавнюю интонацию девушки, – у них на меня примерно такие же планы, как у твоей начальницы на тебя.

– Вот мерзость! – в ужасе воскликнула незнакомка.

– И не говори, – мрачно согласился Бэйби.

– Не соглашайся ни за что! – топнув только что надетой туфлей, твердо заявила девушка.

– Да они не особо-то ждут моего согласия, – горько усмехнулся Бэйби. Услышав такое, девушка судорожно вздохнула и схватила Бэбилона за руку.

– Это же… просто отвратительно! Тебе надо бежать отсюда быстрее! У меня идея – что если я обойду здание, спущусь в свой гараж и приеду за тобой на машине? Или лучше пошли сразу вместе – они ведь не ждут, что ты можешь спуститься с моей стороны и уехать на другом авто? А, может, и вовсе не заметят, что кто-то появился на нашей половине?

– Не выйдет, – процедил Бэбилон. Его поразило, что незнакомая девушка поняла всю мерзость ситуации с полуслова, тогда как друзьям приходилось объяснять, почему его настойчивые ухаживания Боба не устраивают. Конечно, ее реакция была вызвана схожестью их ситуаций, но кроме легко возникшего взаимопонимания, Бэйби чувствовал странные, накатывающие на него волнами ощущения. Думать становилось все сложнее, и Бэбилон начинал злиться, не на девушку, но на себя. Поняв это, он постарался продолжить мягче:

– Не выйдет, потому, что здания стоят вплотную. Это же центр, фактически мы с тобой стоим у стены, которая тянется на много километров в обе стороны.

– Точно, об этом я не подумала. Что же делать? Прямо как та древняя стена…

– Китайская?

– Берлинская. Китайская тянулась по границе, а Берлинская – по городу.

– Да верно, – Бэйби сказал это лишь бы поддержать разговор. Он понимал, что исторические уточнения нужны им обоим только для того, чтобы не впадать в панику. Они и так уже находились в каком-то странном оцепенении.

– Слушай, – внезапно очнулась девушка, – а как насчет метро? Оно ведь здесь ходит.

– Ходит. Но отсюда мы можем выйти только на нашу станцию, пока доедешь до ближайшего женского квартала, вряд ли цела останешься. В метро всегда отморозков хватает.

– Дурацкая схема движения!

– Совершенно с тобой согласен. Ладно, другого выхода нет – идем к моей машине.

– В гараж?! – девушка в ужасе сжала его руку – ее острые ногти Бэйби почувствовал даже через плотную ткань пиджака.

– Нет. Мне повезло – я случайно машину на улице оставил.

– Ты молодец! – восхитилась девушка и, кажется, даже слегка подпрыгнула на месте от радости, не выпуская руки Бэйби. Странно, но его это почему-то не раздражало. – Идем!

В этот момент откуда-то из глубин женского туалета донесся окрик:

– Бекка! – видимо, источник голоса был еще далеко, но приближался к окну. – Бекка, дорогая, где ты прячешься?

Бэйби снова почувствовал, как ногти девушки впились в него, а в следующую секунду она судорожно схватилась за лацкан его пиджака, прижимаясь к Бэбилону всем телом. В ее движениях читался такой отчаянный ужас, что все было понятно без слов. В одно мгновение Бэйби оценил обстановку – угол обзора из окна, свет луны, возможный свет от персональника этой Гретхен и прекрасно отражавшую свет блузку новой знакомой. Недолго думая, он скинул пиджак, набросил его на девушку и с силой надавил ей на плечи, заставив встать на колени и прижаться к стене. Поняв его в полсекунды, Бекка сжалась у ног Бэйби, закрывшись пиджаком почти полностью. «Счастье еще, – успел подумать Бэйби, доставая и закуривая вторую за вечер сигарету, – что у нее, в отличие от меня, темные волосы». Не успел он затянуться, как из окна показалась голова и тот же, что и прежде голос проворковал:

– Бекка-а!

– Мэ-эм? – откликнулся Бэбилон, подняв голову. На его счастье свет в женском туалете эта Гретхен не включила. Все тот же глобальный энергетический кризис вынуждал переходить с фотоэлементов на обычные механические выключатели – таким образом каждый сам решал, нужен ли ему, или ей верхний свет, или можно обойтись светом собственного персональника. Вот и Гретхен понадобилось потратить несколько секунд, чтобы усилить яркость почти потухшего экрана. Этих нескольких секунд хватило Бэйби для того, чтобы, развернувшись, прислониться боком к стене, словно он небрежно облокотился на нее (он понимал, что здорово вжал девушку в кирпичную кладку, но ведь это делалось для блага самой Бекки). В лицо ему ударил белый свет персональника.

– Вы тут никого не видели? – деловито спросила Гретхен, и Бэйби поразился перемене ее тона – от нежного грудного тембра не осталось и следа, зато чувствовалось – с ним говорит заправская скандалистка. Кроме того, этот требовательный тон показался смутно знакомым… Да, конечно! Он частенько звучал за стеной – двери между мужской и женской частями отдела, возможно, и были звуконепроницаемыми, зато на стенках, одинаковых для всех перегородок, явно сэкономили. Бэбилон понял, что он чуть не каждый рабочий день слушает, как эта стерва либо орет на подчиненных, либо выясняет отношения по телефону. Бекка, вообще-то, имя довольно редкое, значит, у его ног сейчас, сжавшись в комок, сидит та самая девушка с книжной фамилией – Беннет. Ребекка Беннет.

Бэбилон затянулся, выпустил прямо в лицо Гретхен сигаретный дым, она закашлялась, а Бэйби, растягивая слова, ответил:

– Кого вы имеете в виду? Если я не ошибаюсь, вы звали некую Бекку. Готов поспорить – это не мужское имя, а на нашей стороне, знаете ли, редко встретишь кого-то с не мужским именем, так что, я вряд ли пропустил бы это зрелище, – он снова нарочито глубоко затянулся, и Гретхен испуганно отпрянула. Бэйби продолжал:

– Желаете проверить лично? Тогда постойте, не спешите, я позову ребят поглазеть на эту потеху.

– Хам! – взвизгнула Гретхен, выключила персональник, втянула голову внутрь и, судя по стуку каблучков, быстро удалилась.

Бэйби затушил сигарету о стену и отбросил подальше – не хватало только кинуть ее на голову девушке. Он чуть наклонился и стянул свой пиджак с головы испуганной Бекки.

– Мисс Беннет, я полагаю?

***

Если, глянув на окно, Бекка и решила, что это идеальный путь к спасению, то после того, как она, выбросив наружу туфли и сумочку, попыталась вылезти, ей уже так не казалось. Она немного высунулась, поняла, что до земли далековато и вернулась обратно, оставив снаружи только голову – пути назад не было, разве что босиком и без денег, документов и ключей от машины. Бекка замерла от осознания ужаса и нелепости положения, в котором оказалась, и тут тишину нарушили странные звуки – какая-то возня под окном. Бекка пригляделась и, в еле проникавшем из-за высоких зданий свете луны, различила фигуру внизу. Вот незнакомец включил персональник, осветил зажатую в его руке туфлю Бекки, резко выключил свет и непонятно почему быстро прижался к стене. «Да уж, – подумала Бекка, – все-таки мы и мужчины – очень разные существа. Черт знает, что у них в голове творится! С другой стороны, раз уж он здесь оказался… Вряд ли он выдаст меня Гретхен, да и вряд ли вообще заинтересуется, кто я».

Конечно, убедить его помочь получилось не сразу, но когда все же удалось… У Бекки перехватило дыхание – ощущение от его рук, сжимающих ее талию, на какой-то момент лишило ее способности соображать. Зато она немедленно почувствовала знакомый жар между ног, почувствовала себя горячей и влажной там внутри, и снова что-то сладко заныло внизу живота. Касание длилось секунды, как и самые яркие из нахлынувших ощущений, однако когда мужчина поставил Бекку на землю, возбуждение хоть и схлынуло, но не прошло совсем. Она мысленно одернула себя и попыталась сосредоточиться на разговоре о плане побега, но игнорировать тот факт, что мужские руки на ее теле – это в сто, нет в тысячу раз лучше идиотских поглаживаний Гретхен, так и не смогла.

Теоретически, услышав его признание о готовящемся на него нападении, она должна была испытать отвращение, вспомнив, каким способом сношаются мужчины. Отвращение она и впрямь испытала, но лишь к самой идее – ее хоть и вынуждали, но не угрожали насилием, а тут… Испытать отвращение к особи мужского пола, стоящей напротив, никак не получалось, особенно после того, как, услышав голос Гретхен, Бекка инстинктивно прижалась к нему – снова секунда головокружительных ощущений и осознание чувства вины – нельзя, нельзя испытывать такое рядом с мужчиной!

Сосредотачиваться на этой мысли, к несчастью, или к счастью, времени не было – на Бекку набросили что-то черное (лишь потом до нее дошло – это чтобы белая блузка не светилась в ночи) и толкнули вниз. Как выяснилось, вовремя – сверху послышался голос Гретхен. И, хотя все время короткого диалога между Грет и своим спасителем Бекка дрожала от страха быть обнаруженной, к страху примешивалось радостное возбуждение, она снова чувствовала себя как во сне. Умом она понимала, что приходящие в ее голову мысли и желания – провести рукой по его ногам, прикоснуться к выступу в районе ширинки, почувствовать под своими руками нечто, что там прячется – мысли эти грязные, мерзкие, противоестественные. Однако чувство стыда хоть и мелькнуло, но как-то не задержалось у Бекки. Отвращения, того, что было после сна с осьминогом – отвращения от мысли про секс с неравным себе существом, не было. И это несмотря даже на то, что Бекке вспомнились фотографии из учебника общей анатомии – серый бугристый кусок плоти – то самое, что пряталось под джинсами этого мужчины, то, чего ей так хотелось коснуться. Бекка знала, что неправа, знала, но не чувствовала этого.

Чтобы хоть как-то прийти в себя она попыталась дышать глубже, но это не помогало. Что-то было в воздухе, точнее, в аромате, исходящем от наброшенного на нее пиджака, что-то, что заставляло ее все больше сходить с ума, дрожать не от страха, а от возбуждения, прижиматься теснее к своему спасителю. Вдруг пиджак был сдернут, и, как разряд электричества, Бекку встряхнул вопрос:

– Мисс Беннет, я полагаю?

***

Девушка явно была ошарашена и лишь молча открывала и закрывала рот, видимо, не зная, что сказать.

– Спокойно, мисс, – он протянул ей руку, помогая подняться. – Если я знаю ваше имя, это не значит, что я причиню вам вред – мы же не в какой-нибудь старой сказке, где злой колдун управляет несчастными, чье истинное имя стало ему известно, – он усмехнулся. – А у вас очень грозная подруга. Из биохимического отдела, кажется?

– Да, – наконец сумела заговорить Бекка. – Откуда вы узнали про Ник?

– Представьте себе, недавно встретил в лифте девушку, которая была очень обеспокоена судьбой некой Бекки Беннет из Отдела идей, а поскольку представшую недавно передо мной особу по имени Гретхен я имею сомнительное удовольствие слышать за стенкой чуть ли не каждый день… Я сопоставил, – Бэйби улыбнулся, хоть и не знал – заметит ли девушка его улыбку в такой темноте.

– Значит, вы… Значит, это вы рассказали Николь про «Грымзу»?

– Да.

– И это вы, или ваш друг назвали Чокнутую Ма родной матерью?

– Моему другу и в голову не пришло бы такое святотатство – он всегда слишком беспокоится по поводу соблюдения правил. Из нас двоих такой идиотизм ляпнуть мог только я, – Бэбилону стало неожиданно легко. Несмотря на то, что на все еще могли охотиться, тот факт, что от преследовательницы Бекки они избавились, добавил ему уверенности в себе – он не один такой, они в одной лодке с этой девушкой, а раз ей удалось вывернуться, значит, и ему удастся. Странность такой логики компенсировалась резко улучшившимся настроением, однако, оптимизм оптимизмом, а выбираться надо было как можно скорее. Возбуждение, охватившее его ранее, добавляло сил.

– Теперь нужно скорее добраться до моей машины. Идем! – скомандовал Бэйби. – Не снимай пиджак, нас все еще могут заметить.

Девушка согласно кивнула и робко взяла его за руку. Ладонь Бекки была холодной, с нежной шелковой кожей. Бэбилон, вздрогнув от удовольствия, тут же оправдал себя той мыслью, что просто отметил гладкость кожи Бекки как факт – никаких особых ощущений.

Бекка испытала новую волну радостной дрожи, когда большая горячая рука сжала ее пальцы. «Наплевать, – подумала Бекка. – Я чуть было не переспала с Гретхен, так что, если я получаю удовольствие от прикосновения мужчины, это не большее извращение, чем то, что я собиралась сделать».

Они быстро шагали по выложенному гравием тротуару в ту сторону, где, как казалось Бэйби, должна стоять его машина. Вокруг было так темно, что они еле видели друг друга. Наконец, Бэбилон остановился и, вытянув руку вперед, нажал кнопку выключателя сигнализации. Машина пискнула в нескольких шагах от них, и сразу вслед за этим рядом раздался противный голос Боба.

– Итак, малыш Бэйби, ты решил обойтись без гаража. Забавно, мы тоже.

Бэйби охватила паника. Такая, какой он не испытывал еще ни разу в жизни. Он не мог даже пошевелиться, не зная, с какой стороны ждать удара. Ладонь Бекки, которую он от страха сжал так, что едва не сломал девушке пальцы, осторожно выскользнула, и Бэбилон мысленно искренне пожелал спутнице сбежать подальше отсюда. Хоть обратно в окно к этой Гретхен, все лучше, чем столкнуться с пьяным Бобом.

Боб, тем временем, вышел из укрытия, а стоял он за машиной Бэйби, ее контур был едва виден в темноте. Но и в этой темноте щегольский белый костюм Боба был прекрасно заметен. Пока Боб медленно приближался к Бэйби, тот прикидывал, где могут стоять остальные, и сколько их.

Вдруг белое пятно костюма пошатнулось, послышался стон, и Боб свалился на землю. Бэбилон быстро включил персональник, осветив бесчувственное тело, распростертое на гравии. Сразу же со всех сторон послышался топот ног – это удирали неудавшиеся помощники Боба.

– Бекка? – неуверенно спросил Бэйби, увидев в тусклом свете носок знакомой туфли.

– Я… Он… – слабо простонала Бекка. – Я его убила?!

«Только этого не хватало!» – подумал Бэйби, резко опускаясь на колени и прикладывая руку к шее Боба. Пульс был ровным, ран не было.

– Живой, – констатировал Бэбилон, поднимаясь, – что этой свинье сделается. Чем ты его?

– К-каблуком, – дрожащим голосом ответила Бекка, еще секунду назад думавшая, что убила человека.

– Ну, приложила ты его как следует, однако, зная чугунную башку этого придурка, не думаю, что у нас есть больше пяти минут прежде, чем он очнется. Впрочем, надеюсь, этого нам хватит, чтобы уехать.

– Нам и полминуты хватит! – горячо поддержала его Бекка. – Давай уберемся отсюда побыстрее!

Они сели в машину, и Бэйби осторожно, чтобы не задеть Боба, выехал на дорогу. В молчании и в темноте они проехали несколько кварталов. Сперва молчание их было следствием накатившей на обоих усталости – наконец-то преследователи остались позади, но постепенно тишина стала более напряженной, будто воздух между ними сжался, уплотнился, стал резиновым. Чтобы разрядить обстановку Бекка решила заговорить первой. Как ей казалось, она начала весьма непринужденным тоном:

– Послушай, мы ведь ушли от погони, почему бы не включить свет в машине?

Бэйби и сам удивился: почему он до сих пор едет в темноте? Навигация работала исправно, предвидя любой объект на дороге и предупреждая об этом водителя. Видимо, все еще сказывался страх быть пойманным. Недовольно покачав головой по поводу собственной трусости, Бэйби нажал кнопку включения света и бросил беглый взгляд на спутницу. И чуть было не потерял управление, пришлось резко тормозить – рядом сидела та самая девушка, что стала причиной его, мягко говоря, неприятных ощущений пару дней назад. В его мозгу вспыхнули мерзкие картины: рвота на дне ванны, «большое красное НЕЧТО». Бекка, в свою очередь, увидев Бэйби, испуганно подавилась воздухом. Недаром вспоминался ей несколько минут назад, когда этот мужчина прижимал ее своими коленями к стене, треклятый осьминог!


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю