Текст книги "Развод с драконом. Бракованная жена генерала (СИ)"

Автор книги: Зоя Кресак

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 14 страниц)

Глава 38

– Подожди, – вырвалось у меня. – Какая ещё альтернатива? О чём ты?

Но Райнар уже повернулся к выходу. И даже не замедлился, когда я задала ему вопрос!

– Райнар!

Дракон остановился только у двери.

– Ты остаёшься в поместье, – не оборачиваясь, сказал он зло. – Я вынужден запереть тебя для твоей же безопасности.

Брови в удивлении взлетели вверх.

– Что?! – возмутилась я ему в спину. – А ты куда, позволь спросить?!

– Разберусь с Сериссой и вернусь, – бросил Райнар.

И… вышел.

Я стояла и смотрела на закрытую дверь, как дура, и не понимала, в какой момент всё свернуло не туда.

– Да ты издеваешься! – крикнула я ему вслед.

Хотя и не надеялась, что дракон услышал моё возмущение.

Словно отмирая от шока, я открыла дверь и бросилась вслед за драконом, но он оказался сильно быстрее.

Оказавшись в холле на первом этаже, я увидела лишь закрывающуюся громадную дверь за его спиной.

И, ожидаемо, когда я подбежала к двери, та уже была закрыта, и не поддавалась мне ни на миллиметр.

– Он запечатал дом магией, – выныривая из тьмы, сообщил мне Тарзи. – Никто не выйдет и никто не зайдёт без его разрешения.

– Да что он о себе возомнил?! – громко возмутилась я.

– Успокойся, дитя, – послышался тихий голос наставницы. – Мы с тобой не в силах спорить с мужчинами.

Я обернулась и увидела Сальму, выходящую со стороны кухни.

– Он ведь хозяин, – вырулил вслед за ней Кузя, жуя кусочек хлеба. – А значит, может делать всё, что хочет.

– И вы туда же! – разозлилась я. – Если вы не можете противостоять самоуправству этого нахала, то это совсем не значит, что и я тоже не смогу!

– Но ты ведь заперта здесь, – пожав плечами, сказал очевидное этот маленький противный жук.

– Кузя! – воскликнула я обиженно.

Домовой лишь развёл лапками, мол, “А я здесь причём?”

Я повернулась обратно к двери и из упрямства и злости дёрнула её ещё раз, но та не поддалась.

Ожидаемо.

Резко развернувшись, я прошла по коридору мимо Тарзи, Кузи и Сальмы. Руки чесались, чтобы сделать хоть что-то, и я решила, что лучшее, что я могу – это снова сесть за ткацкий станок.

После той истории с шарфом мы с Тарзи больше ничего совместно не создавали. Райнар же запретил (чтоб он провалился со своими запретами)!

Поэтому я решила отвести душу и сделать большой плед из паутины – благо, Тарзи наплёл её впрок. А потом попрошу его наложить на него какой-нибудь успокаивающее заклятие.

Буду прятаться в этом пледе от самодурства муженька.

К вечеру злость не ушла. Она просто перестала быть такой острой, и превратилась в ноющую и тупую.

Я сделала чуть больше половины пледа, и пошла перекусить и отдохнуть. Спина в одном положении затекла так сильно, что единственное, чего хотелось – это лечь на диван у камина с кружкой горячего чая.

Все мои друзья разбежались по дому, как тараканы, и притихли. Даже Сальма, и та что-то затихарилась в своей комнате на третьем этаже.

Видимо, решили не попадаться мне на глаза, чтобы не злить ещё больше.

Вздохнув о своей тяжкой доле, я совершила набег на кухню и утащила с подноса несколько ароматных булочек с изюмом, сделала себе травяной чай (спасибо Сальме, что привезла с собой столько полезных корешков и цветочков) и отправилась в зал.

Подбросив дров в камин, я растянулась на диване и наслаждалась своим поздним скромным ужином. Я лежала на диване и честно пыталась просто отключиться. Не думать о драконе и его надменном “для твоей же безопасности”. Не думать про дверь, которая даже не дрогнула, когда я в неё вцепилась ногтями, как идиотка.

Дом после ухода Райнара, казалось, затих. Ни тебе странных звуков, ни трещин в полу. Красота!

И ещё одно подтверждение, что источников всех моих – и не только – бед был никто иной, как Райнар Дар’Аргос.

Я перевернулась на бок и уставилась на пляшущий в камине огонь.

А ведь если честно, мне даже стало легче. Без Райнара дом будто перестал давить. Не скрипел, не стонал. И не реагировал на каждый шаг, как дикий зверь. Даже воздух стал как будто чище.

Мелькнула мысль, что это как раз из-за того, что Райнар перед выходом запечатал дом, но я её тут же откинула.

Уж лучше бы всё дело было действительно в том, что дракон ушёл.

После запрета Райнара выходить на улицу мне почему-то отчаянно туда хотелось. Но я понимала, что в такой мороз вряд ли получится погулять по окрестностям дольше получаса.

Но куда тогда ушёл Райнар? Превратился в дракона и улетел? И как он найдёт Сериссу? А если найдёт – что будет делать?..

Когда за окном стало совсем темно, я всё-таки поднялась наверх. Комната встретила меня привычной прохладой.

Я закрыла дверь, сбросила обувь, автоматически проверила, закрыто ли окно – просто привычка.

И только я собиралась забраться в постель, как где-то сбоку что-то мягко щёлкнуло.

Заозиравшись по сторонам, я постаралась осветить свечой в руках тёмные уголки в комнате. Почему-то внутри стало уж слишком беспокойно.

Может, дом снова проснулся?..

Оказалось, что на стене прямо у двери вырисовывался знак!

– Это что ещё за…

Странный знак легко засветился голубым, и я вдруг поняла, где видела такой же.

Это был знак Совета! Совсем, как в том подвальном зале с ядром!

Глава 39

Я отшатнулась от стены так резко, что чуть не уронила свечу из рук. Горячий воск капнул на палец, и я тихо зашипела сквозь зубы.

Знак Совета продолжал светиться, как ни в чём не бывало.

От него ползли странные тонкие ломаные линии, будто кто-то рисовал их невидимой рукой. Голубоватое свечение пульсировало в такт моего сердца.

– Кузя! – гаркнула я раньше, чем успела подумать. – Тарзи!

Где-то в глубине дома что-то грохнуло. Наверное, домовой спросонья свалился с полки.

Через полминуты в комнату первым влетел Кузя. Растрёпанный, с диким взглядом и ложкой в руках.

– Пожар?!

– Хуже, – мрачно сказала я и ткнула пальцем в стену.

Домовой проследил за моей рукой… и побледнел. Прямо натурально побледнел. Даже уши как будто обвисли.

– Ой-ёй.

И это его “ой-ёй” мне совсем не понравилось.

Следом в комнату осторожно протиснулся Тарзи. И, едва увидел знак, то тоже подозрительно замер.

Уперев свободную руку в бок, я смерила живность строгим взглядом и заявила:

– Ваше молчание хуже даже самой страшной правды.

– Такие метки не появляются просто так, – глянув в мою сторону, сказал Тарзи.

– И что она значит? Дом снова ожил? – спросила я.

– Нет, это другое, – осмелев, шагнул Кузя ближе.

Его правая лапка осторожно коснулась светящегося символа, и Кузя тут же резко отдёрнул её.

– Ай! Она дерётся! – запричитал он, прыгая на месте и тряся лапой во все стороны.

– Кто-нибудь мне скажет, что это?! – не вытерпев, повысила голос я.

– Нам нужна библиотека, – со знанием дела заявил Тарзи. – Я сейчас.

И паук просто взял и уполз, оставив нас Кузей в комнате одних!

– Так, – я обернулась к домовому, – только не говори мне, что будешь брать дурной пример с Тарзи и отвечать на вопросы загадками. Что. Это. Такое?

Баюкая лапку, Кузя посмотрел на меня с самым честным выражением мордашки:

– Я знаю лишь то же, что и ты. Это символ Совета. И он не может появиться в этом доме просто так. Должна быть причина.

“Первая причина – это ты”, – тут же возникла в голове песня, услышанная когда-то в детстве.

– Оно опасно? – вздохнув, спросила я.

– И ты ещё спрашиваешь?! – выпучив глазёнки, потряс передо мной лапкой Кузя.

– Да нет у тебя там ничего, – посветив в его сторону, возмутилась я.

Тарзи вернулся минут через пять. И не один.

Следом за ним, тяжело ступая и кутаясь в шерстяную шаль, шла Сальма с толстенной книгой в руках. Вид у наставницы был помятый и взволнованный.

– Я надеялся, что ошибся, – мрачно сообщил Тарзи. – Но, кажется, нет.

– Вы меня сейчас оба доведёте, – пробормотала я. – Может, кто-нибудь уже начнёт говорить нормально?

– Это старая метка допуска, – наконец тихо сказала наставница. – Такие использовал Совет в закрытых проектах.

– Каких ещё проектах? – насторожилась я.

Вместо ответа Сальма положила на стол перед нами книгу и открыла нужную страницу.

Жёлтые плотные страницы пестрели странными схемами, кругами и мелкими символами, похожими на выдуманный язык. А в центре всего этого странного безобразия был символ, точь-в-точь срисованный с того, что всё ещё сиял на стене.

– Что это за язык? – нахмурилась я.

В книге, которую я нашла в комнате Сериссы, я понимала каждое слово, но тут было что-то явно незнакомое хозяйке моего тела.

– Это древний язык рун, используемый Советом в закрытых архивах и старых исследованиях, – тихо сказала Сальма.

– Очень удобно, – буркнула я с сарказмом. – Особенно для тех, кто внезапно находит ночью светящуюся дрянь у себя на стене.

– На ваше счастье я им владею, – без хвастовства заявил паук.

Я замолчала и приготовилась внимать.

– Вот здесь, – ткнул он лапой в символ. – Видишь повторяющийся контур? Это не просто метка допуска. Это привязка.

– К чему?

– К носителю, – ответил он.

У меня похолодели пальцы и неприятно застучало в висках.

– То есть… ко мне?

Никто не ответил.

Я медленно перевела взгляд обратно на стену. Метка продолжала пульсировать мягким голубым светом. Спокойно так, будто вообще ничего странного не происходило.

– Ладно, – медленно произнесла я. – Давайте с самого начала. Что за закрытые проекты?

Сальма заметно напряглась. Даже шаль сильнее стиснула у груди.

– В своё время Совет пытался изучать истинные связи драконов, – сказала Сальма.

– Изучать? – переспросила я. – Зачем?

– Совет всегда был помешан на контроле, – качнул головой паук. – Истинные пары считались слишком… опасными.

– Чем именно? – не поняла я. – Тем, что люди влюбляются? Какая трагедия.

– Тем, что такие пары усиливали друг друга, – тихо сказала Сальма. – Иногда слишком сильно. Их магия могла выходить за привычные пределы.

В комнате стало как-то по-особенному тихо.

И я вспомнила то, что произошло в подвале дома совсем недавно.

Ядро, контур дома… и то странное ощущение внутри, когда мы с Райнаром объединили силы, чтобы спастись самим и спасти дом от разрушения.

– Вы сказали, что такие знаки не появляются просто так, – медленно проговорила я. И осознание ослепило: – Это место… оно как-то связано с Советом?

Тарзи перевернул ещё несколько страниц.

– Похоже на то.

Кузя тихо ойкнул у меня под боком.

– Тут написано про стабилизацию связи через внешний якорь, – продолжил паук.

– Чего? – не поняла я.

– Дом, – мрачно сказал Тарзи. – Поместье использовали как… проводник. Сотни лет назад они изучали истинность именно тут.

У меня по спине пробежал холодок, хотя я толком не понимала, чего следовало бояться.

– И раз этот знак появился здесь, то на этот раз Совет заинтересовался тобой и Райнаром, – добавила Сальма.

Я с опаской посмотрела на женщину, не понимая толком, откуда у неё такие знания. Разве может пожилая наставница знать о тайных планах Совета?

– Спасибо за помощь, – кивнул Тарзи Сальме. – И извините, что разбудил.

Глава 40

За дверцей оказалось небольшое помещение без окон. Настолько тесное, что Тарзи пришлось поджать лапы ближе к телу, чтобы не снести половину полок.

Здесь не было привычного архивного беспорядка. Даже наоборот: всё выглядело слишком аккуратно. Узкие шкафы и стопки тонких папок с выцветшими символами Совета. Даже пыли было меньше, будто это место каким-то образом сохраняли чистым и нетронутым все эти годы.

Тарзи осторожно провёл лапой по ближайшему шкафу. Руны на металле слабо вспыхнули голубым, а потом погасли.

– Защита ещё работает, – тихо сказал он. – Ничего руками без меня не трогайте.

– А почему это тебе можно? – деловито уточнил Кузя.

– Потому что я королевский ткач, – спокойно напомнил он. – Мы чувствуем охранные плетения. И можем пропускать их через себя, не разрушая.

– Это как вообще? – не поняла я.

Паук слегка повёл лапой над рунами, и голубоватое свечение вдруг тонкими нитями потянулось к нему. На миг мне показалось, будто по чёрному панцирю пробежала светящаяся паутина.

– Защита считает его частью системы, – глядя на Тарзи с явным уважением, тихо пояснил Кузя.

– Королевские ткачи раньше работали в хранилищах Совета, – добавил Тарзи. – Они могли проходить через магические печати, не тревожа их.

– Очень удобно для тех, кто любит совать нос в чужие тайны, – пробормотала я.

– Именно поэтому нас и ценили, – невозмутимо согласился Тарзи.

Мы двинулись дальше.

Метка на руке продолжала едва заметно пульсировать под кожей. И чем глубже мы заходили в эту часть архива, тем сильнее я ощущала её.

Тарзи внезапно остановился возле дальнего шкафа.

– Здесь.

Я подошла ближе и сначала не поняла, почему Тарзи заинтересовал этот кусок металла. Просто старый ящик, врезанный прямо в стену. Без ручки и замка.

И как нам его открыть?..

Словно в ответ на мой неозвученный вопрос метка на руке нагрелась ещё сильнее и засветилась.

И в ту же минуту ящик тихо щёлкнул и выдвинулся вперёд.

В глубоком ящике лежала самая обычная чёрная папка. Да такая тонкая, что я засомневалась в нашей находке.

Вокруг было так много старых толстенных книг! Наверняка в них ещё больше информации о Совете и всём происходящем со мной.

Тарзи потянулся к папке так, будто не на секунду не сомневался в удаче нашей маленькой вылазки. Он вытащил её из ящика и положил на стол рядом, будто забирая на себя часть голубой защитной магии.

– Теперь можно открыть, – деловито пояснил паук.

Мы вчетвером склонились над столом, и я, как предводительница этой странной банды, потянулась рукой к папке.

Не произошло ничего странного. Ни магического взрыва, ни странного свечения, ни даже разряда от прикосновения.

Папка открылась без спецэффектов, и я порадовалась, что хотя бы сейчас всё шло спокойно.

Первым сверху лежал какой-то отчёт.

Я скользнула взглядом по плотной пожелтевшей бумаге и почти сразу нахмурилась. Половину слов я не понимала: какие-то схемы потоков, расчёты магического резонанса, пометки о “стабильности связи”. Но одно слово повторялось слишком часто.

Носитель.

– Что там? – подпрыгивая рядом, спросил Кузя.

Тарзи забрал у меня лист и быстро пробежался по строчкам.

– Это часть исследования истинных пар, – тихо сказал он. – Они пытались… закреплять связь искусственно.

– Что значит “закреплять”?

– Делать её стабильнее и сильнее. А иногда создавать там, где её не было.

Я резко вскинула голову.

– Так же не бывает.

– Видимо, Совет считал иначе.

В комнате вдруг стало душно. Я машинально потёрла метку на руке, которая всё ещё грела кожу изнутри.

Ниже, под отчётом, была ещё какая-то бумажка.

Я медленно пробежалась взглядом по строчкам.

“…наблюдается стабильный отклик…”

“…внешний якорь успешно закреплён…”

“…при совпадении условий возможен перенос носителя…”

Перенос?!

– Тарзи, – тихо позвала я. – Что значит “перенос носителя”?

Тарзи нахмурился и вгляделся во второй документ на столе. И, чем дальше он читал, тем сильнее мрачнел.

– Это старые исследования Совета, – наконец сказал он. – Очень старые. Здесь говорится о возможности… перемещения души при разрушении связи.

У меня пересохло во рту.

В голове вспыхнули последние мгновения моей жизни перед попаданием в этот странный магический мир.

Авария, темнота, холод… а потом приговор: “Ваша жена бесплодна, лорд Дар’Аргос”.

Я резко выхватила следующий лист, словно надеялась найти там нормальное объяснение всему происходящему.

И замерла, потому что глаза зацепились за знакомое имя.

– Это невозможно, – выдохнула я.

Пальцы задрожали так, что бумага тихо зашуршала.

Элиара Тэйлин.

Я уже слышала эту фамилию. Та самая Элиара, в тело которой я попала! Но ведь Тарзи сказал, что…

Глаза опустились ниже, на строку с датой.

– Тарзи, – шепнула я тихо, чтобы притихшая в отдалении Сальма нас не услышала. – Сколько лет прошло с этой даты?

Паук быстро произвёл рассчёты и огорошил:

– Две тысячи пятьсот двадцать семь лет.

Вряд ли жёны драконов столько живут. А это значит…

– Документ был составлен за два с половиной тысячелетия до рождения Элиары, – так же тихо добавил паук.

Всё закручивалось уж слишком стремительно.

Но как такое возможно? Разве можно предугадать, кто родится спустя две тысячи лет?

Только если всё было спланировано заранее.

В голове вдруг всплыли слова Райнара, которые он сказал перед своим уходом: “Ты под защитой в этом поместье. Альтернатива была хуже”.

Тогда он больше ничего не объяснил и исчез, оставив меня наедине со своими мыслями.

Но что, если за все беды, свалившиеся на меня и Элиару, стоило благодарить Совет? Что, если они спланировали не только бесплодие Элиары и мою смерть, но и ссылку именно сюда, в поместье Дар’Аргосов?

Глава 41

Я резко отшатнулась от окна.

Сердце загрохотало в груди, как ненормальное.

Человек во дворе не двигался.

Высокая тёмная фигура стояла у самой кромки заснеженной дорожки и смотрела прямо на меня. Лица я не видела. Только длинный плащ и неподвижный силуэт, будто он был не живым человеком, а вырезанной из самой темноты фигурой.

Это точно был чужак! Но кто мог бы забрести в настолько отдалённый и неприветливый уголок этого мира?..

– Тарзи, – не отрывая взгляда от окна, тихо позвала я. – У нас гости.

Кузя позади меня, кажется, подавился печеньем.

Паук моментально оказался рядом. Его лапы едва слышно царапнули пол.

– Где?

Я подняла руку и указала во двор.

И в ту же минуту фигура сдвинулась с места, явно спеша скрыться.

Я метнулась к соседнему окну, заметив, что незнакомец уже стоял возле старого заледеневшего фонтана во дворе.

– Кто это такой?.. – не спуская с него глаз, тихо пробормотала я.

Кузя нервно вцепился в край ковра.

– Мне это не нравится.

Я почти бегом двинулась вдоль комнаты к следующему окну, чтобы не упустить ночного визитёра из виду.

И, едва оказалась у него, как тут же испуганно взвизгнула и отшатнулась.

Потому что эта чёрная тень вдруг оказалась всего в метре от окна! Но как?..

Луна скользнула по чёрному капюшону, и я успела заметить серебристый отблеск на перчатке незнакомца.

А в следующую секунду он медленно поднял руку… и коснулся стекла.

По позвоночнику будто кто-то провёл ледяным ножом. Появилось странное ощущение, что тебя узнали раньше, чем ты успел понять, с кем имеешь дело.

– Не открывай окно! – вдруг рявкнул Кузя так резко, что я сама вздрогнула.

– Я вообще-то не собиралась!

Незнакомец больше не двигался.

Только снег вокруг него почему-то не падал вниз. Снежинки будто зависали в воздухе и таяли ещё до того, как касались плаща.

Тарзи бесшумно встал между мной и окном, будто отгораживая меня от незнакомца. Огромный, чёрный, напряжённый – он мог напугать, кого угодно.

Но только не человека на улице.

– Я не чувствую от него обычной магии, – тихо сказал паук.

Это прозвучало плохо, потому что Тарзи чувствовал вообще всё.

Незнакомец отмер и слегка склонил голову набок, рассматривая меня за спиной паука.

А потом… исчез.

Без вспышки, дыма и прочих спецэффектах, как принято показывать в фантастических фильмах на Земле.

Просто секунду назад он стоял за стеклом, а теперь там был только снег и пустой двор.

И я бы подумала, что мне это привиделось. Но ведь мы стояли у окна втроём!

Я ещё пару мгновений тупо смотрела в окно, пытаясь осознать увиденное.

– Чего?..

– Он ушёл порталом, – Кузя нервно икнул и попятился от окна подальше.

– Каким ещё порталом? Тут же барьеры Райнара! – повернувшись к домовому, не понял Тарзи.

– Вот именно! – Боковым зрением я увидела, как домовой аж подпрыгнул на месте. – Через контур Дар’Аргосов нельзя вот так просто прыгать! Это тебе не деревенский сарай без защиты!

Всё внутри замерло и неприятно сжалось в комок.

Кузя был не просто испуганным. Он выглядел так, будто сейчас начнёт паковать вещи и рыть себе могилу под клумбой.

Домовой сглотнул.

– Ну… либо сам хозяин дома. Либо…

Он запнулся.

Я резко повернулась к нему.

– Либо кто?

Кузя медленно перевёл взгляд обратно на окно.

– Кто-то из высокопоставленных лиц.

Готова поспорить, непроизнесённое Кузей слово “Совет” прозвучало в наших головах одновременно.

В комнате стало тихо. Только одинокий треск поленьев в камине не давал окончательно сойти с ума и списать всё на галлюцинации.

Я снова развернулась к окну… и заметила то, что стало с той его частью, до которой дотянулась рука незнакомца.

– Ребята, – позвала я тихо.

На замёрзшем стекле медленно проступал знак.

Тонкие голубоватые линии расползались прямо по инею, будто их кто-то выжигал изнутри. И этот символ был мне знаком.

Точно такой же символ мы видели у ядра дома вместе с Райнаром.

И снова во всех моих бедах был замешан этот проклятый Совет!

– Им так не терпиться познакомиться со мной? – вслух усмехнулась я.

Страх куда-то пропал. Не насовсем, разумеется. Скорее, он просто спрятался куда-то в уголок моего сознания и ждал своего часа, пока ему на смену пришёл самый настоящий гнев.

– Что ты там уже придумала? – с недоверием поинтересовался Кузя.

– Тарзи, как насчёт воспроизвести нашу работу над волшебной одеждой? – хмуро поинтересовалась я.

Что там говорил Райнар? Что Совет разберёт этот дом по кирпичику, если узнает о моём занятии?

Значит, пусть считают это приглашением.

И, уж поверьте, я подготовлюсь к их следующему визиту!