Текст книги "Девушка бандита. Без права на любовь (СИ)"

Автор книги: Злата Зорич

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 10 страниц)

Глава 25.

Все это время мы смотрели друг другу в глаза, собираясь продолжить сложный для обоих разговор, но после этой фразы все рухнули. Мои глаза удивленно расширились, а Ник задрал голову, глядя на друга. В его лице вдруг появилось что-то хищное, напряженное, будто зверь готовился к прыжку.

– Кто?

– Ну Госнаркоконтроль, наверное. Кто же может еще…

– Блять, – Ник нахмурился, покачал головой, и в следующий миг словно собрался из хаоса и напряжения в нечто единое, собранное и четкое. Он выбросил едва зажженную сигарету, достал телефон.

– Я еду, – крикнул он. – Минут через двадцать буду там.

И только потом перевел на меня взгляд. В нем не было ни просьбы, ни вопроса – только неотвратимость событий.

– Потом поговорим.

Я кивнула, но ни на секунду даже не подумала о том, чтобы остаться. Тело двинулось следом за ним раньше, чем сознание успело осознать этот импульс. В последнее время мы разделяли всё – и в горе, и в радости. Новый удар по Нику стал и моим ударом тоже. Всё, что касалось его, неизбежно задевало меня, и я не могла – не хотела – оставаться в стороне.

Где-то на задворках остались мысли о нашем разговоре, о том, что впервые мы начали говорить по-настоящему откровенно. Но я без колебаний отложила его в сторону – Ник пообещал, что мы вернемся к этому, и я знала: если он сказал, так и будет.

Впервые он не стал говорить мне «останься», не стал просить «не лезь», и от этого внутри разлилось странное, болезненное тепло. Это значило, что он тоже во мне нуждается.

Когда мы вышли на улицу, холодный воздух ударил в лицо, смывая остатки мыслей. Я посмотрела на Ника – профиль был напряженным, но в движениях не было ни паники, ни лишней суеты. Он шел к машине быстрым шагом, целеустремленно, и я не могла не восхититься тем, сколько в нем было этой внутренней силы.

Я осмелилась взять его за руку. Это было настолько неосознанное, рефлекторное движение, я даже не успела испугаться того, что он отдернет руку или оттолкнет меня. Но он не только не убрал ладонь, но и сжал мою в ответ, чуть сильнее, чем следовало бы. Я почувствовала тепло его кожи, живую, горячую крепость его пальцев. Он не посмотрел на меня, но мне не нужно было его взгляда, чтобы понять – он благодарен мне за то, что я рядом.

Странно было видеть клуб с включенным светом глубокой ночью. Он выглядел чужим, хотя мне был знаком в нем каждый закаулок. Столики так и остались накрытыми, и это придавало происходящему еще большую абсурдность. Было очевидно, что люди уходили в спешке, беспорядочно, не по своей воле.

Нас встретила старшая хостесс. Она выглядела растеряной, испуганной, сбитой с толку, в глазах – страх, в движениях – суета, она почти металась от одного слова к другому, не зная, за что ухватиться.

– Я позвонила вам сразу, как только смогла добраться до телефона, – выпалила она, едва мы приблизились. – Но вы не отвечали… Я не знала, как быть… Всё произошло так внезапно.

Она шагала рядом с нами, стараясь не отставать.

– Они залетели, положили всех мордой в пол… Ну наши поскидывали веса, естественно, – лицо девушки исказилось нервной усмешкой. – Но они всё равно многих забрали… Забрали, конечно, и с пола весь вес…

– Хорошо, что мы здесь не храним ничего… Основное осталось дома, – бросил мне Ник.

Я согласно кивнула, хотя мне трудно было найти в произошедшем хоть что-нибудь хорошее.

Мы пересекли разоренный танцпол, поднялись вверх по усеянной мусором лестнице, добрались до кабинета. Замок был вскрыт, дверь криво висела на одном крепеже.

– Они и сюда добрались? – воскликнул Ник. В его голосе удивление мешалось пополам с возмущением. – Твою мать, что им тут было нужно?

Некоторое время мы молча смотрели на учиненный бардак, потом нас вдруг одновременно осенила простая мысль.

– Им было нужно видео с камер, – мы переглянулись, и Ник первым озвучил догадку. Внутри меня все похолодело – руки и ноги стали совсем ледяными. Трудно было даже представить сколько раз на камерах мелькала я.

– Да, – подтвердила нашу догадку хостесс. – Они изъяли всю аппаратуру. Вырвали ее с корнем.

Мы прошли внутрь, осмотрели кабинет. Все шкафы вывернуты, полки опустошены. Пол покрыт бумагами – счета, договора, отчеты в полном беспорядке валялись вокруг, словно их разбросали нарочно, как в каком-то гребанном кино про полицейские рейды.

Но это было не кино, а наша реальность.

– Черт… – на секунду Ник застыл, глядя на это безобразие, пальцы его напряглись, будто он готовился ударить кого-то или что-то, но тут телефон в его кармане завибрировал. Он бросил взгляд на экран, и по выражению его лица я сразу поняла, что это нехороший звонок.

– Федя… – прошептал он и выругался. Я видела, как напряглась линия его челюсти, прежде чем он вышел из кабинета.

– Да, Федь, здорово, – наигранно бодро произнес Ник из коридора.

Я осталась стоять на месте, все еще пребывая в глубоком шоке. События последних суток, которые еще несколько минут назад казались самыми важными в мире, вдруг поблекли перед лицом новых неприятностей. Все, о чем мы говорили, все, что мы чувствовали, разом отошло на второй план.

Я медленно прошла дальше в кабинет, рассматривая этот хаос. Старшая хостесс продолжала стоять у входа, явно не зная, куда себя деть, ожидая возвращения начальника.

И тут мой взгляд зацепился за небольшой листок. Он лежал прямо посередине совершенно пустого стола, словно кто-то специально оставил его на самом видном месте. Среди смятых и порванных финансовых документов он выглядел инородно, и именно поэтому привлек мое внимание. Я потянулась за ним, рука вдруг ощутимо задрожала.

«Я знаю, что ты здесь»

Знакомый, идеально ровный почерк. Почерк психопата.

Я судорожно сглотнула. Горло пересохло, сердце, казалось, пропустило удар. Словно во сне, я медленно перевернула бумагу на обратную сторону.

«Я за тобой вернусь»

Шаги в коридоре. Я мигом сжала кулак, сминая бумагу, и запихнула ее в сумочку. В комнату вошел Ник, и я выпрямилась, стараясь выглядеть как можно более собранной.

Глава 26.

Кто-то вошел на кухню, щелкнул выключателем, и резкий свет ударил мне по глазам. Я даже не моргнула. Продолжала сидеть, обреченно уставившись на стакан, стоящий передо мной.

Не стоило мне так много пить. В алкоголе растворялась моя решимость, а мне она сейчас была очень нужна. Но хуже всего то, что алкоголь притупил страх и чувство самосохранения. Из-за этого я уже битый час не могла заставить себя встать и уйти. Физически не могла пошевелиться – только прислушивалась в отчаянной надежде, что в квартиру зайдет Ник.

Даша, которая вышла на кухню, выглядела не лучшим образом – вчера она так много выпила, что ей стало совсем плохо, и она не смогла поехать со всеми в клуб. Ей повезло не стать свидетельницей безобразной сцены драки, которую устроил Ник с Владом. Она еще ничего не знала. Проспала почти сутки в своей комнате, пока все это творилась.

– Ну ты даешь! – Даша схватилась за сердце. – Ты меня так напугала! Я думала, в квартире нет никого. Так тихо… Ты чего сидишь в темноте?

Она прошла к раковине, выцепила среди груды запачканых бокалов один, вымыла его и, наполнив водой из-под крана, залпом выпила. Потом еще один.

Я продолжала сидеть, судорожно сжимая стакан. Передо мной стояла полупустая бутылка.

– Прямо с утра? – повернувшись ко мне, Даша кивнула на стол. – Пьешь?

– Даш, уже вечер, – тихо произнесла я. Губы отказывались шевелиться. – Вечер следующего дня.

– Ужас, – девушка попыталась поправить волосы, которые в жутком беспорядке топорщились в разные стороны у нее на голове. Вытерла растекшийся под глазами макияж. – Мне так плохо… Я больше никогда не буду пить.

Даша налила еще стакан воды и тоже села за стол. Только тогда она наконец продрала глаза.

Я чувствовала, как она внимательно осматривает мое лицо и видит там что-то такое, от чего ей становится не по себе.

– Умер кто? – глухо спросила она. – Что случилось?

Я ответила не сразу. Некоторое время разглядывала жидкость в стакане, словно могла найти там ответы. В висках глухо стучало.

– Не тяни, ты меня пугаешь, – прошептала подруга. – Это Ник? Что он опять натворил? Он что-то… тебе сделал?

– Нет, – я мотнула головой. – Ник не сделал ничего плохого. В клубе был обыск, – выдавила я наконец. – Прошлой ночью, пока ты спала.

Даша нахмурилась.

– Что?

– Обыск. Ночью. Вломились маски-шоу, всех положили лицом в пол. – Я отпила из стакана, чувствуя, как алкоголь обжигает горло. – Перевернули всё вверх дном. Многих увезли.

Даша тихо охнула.

– Это… серьёзно? Ты… Ты в порядке?

Я усмехнулась. В порядке ли я? Хороший вопрос. Наверное, я никогда не была по-настоящему в порядке.

– Меня там не было. – я ушла от ответа. – Мы приехали уже потом.

– А Ник? Где он?

Я закрыла глаза и медленно вдохнула. Его имя снова вызвало во мне ту же волну боли, что не отпускала с того самого момента, когда я видела его в последний раз.

– Не знаю, – прошептала я. – Могу только предположить. Возможно, он пошел в полицию.

– Что? – Даша побледнела. – Зачем?

– Договариваться.

– Это из-за убийства бывшего хозяина клуба? Но они же вроде с ментами уже договорились… Почему они так взъелись? За что?

Я пожала плечами, хотя знала ответ. Точнее сказать, я догадывалась, что снова стала причиной большой беды. Теперь я принесла ее в дом подруги, приютившей меня, и Ника, самого дорогого для меня человека.

Даша чертыхнулась, провела ладонями по лицу.

– Зачем он туда пошел? Это… это же опасно. Они могут…

– Знаю, – перебила я её. – Я знаю. Они могут все.

Мы замолчали. В тишине тикали часы, монотонно, беспощадно отмеряя время.

Даша не знала, что у меня уже собран чемодан – он стоит, спрятанный в шкафу в коридоре. Там же, в сумке, пачка наличных в конверте – все, что мне удалось заработать у Ника. Немало. Мне точно хватит на первое время.

Подруге я не хотела ничего говорить. Знаю, что паршиво вот так уходить, но у меня не было сил на разговоры. Все эти объяснения, прощания мне сейчас ни к чему. Придет время, и я обязательно скажу ей спасибо.

К тому же, будет лучше ей ничего не знать – тогда она ничего никому и не расскажет.

Через несколько часов я должна была уехать из города. Раствориться. Исчезнуть. А свою прошлую жизнь забыть.

Но я не могла.

Не могла уехать, не увидев его в последний раз. Не сказав то, что ещё можно было сказать. Не пытаясь…

Возможно, в глубине души у меня была жива надежда на то, что он убежит со мной. Бросит все – клуб, бизнес, связи, друзей, перспективы. Деньги. Большие деньги. Ради чего? Глупо было так думать. Если я действительно люблю его и хочу для него лучшей доли, я должна прямо сейчас уйти.

Чудовищным эгоизмом было дожидаться его, чтобы снова разбередить раны, нанесенные мною же. Вчера, в машине, я все сказала. Я поставила точку. Надо отпустить.

Меня трясло, руки дрожали. Я снова сделала глоток, но алкоголь уже не мог унять эту агонию.

– Алиса… – осторожно начала Даша. – Может это… Хватит пить? Иди ляг, отдохни. Ты выглядишь неважно. Не стоит так переживать из-за клуба. Ник обязательно что-нибудь решит. Он всегда решает.

Входная дверь снова хлопнула. Во время нашего разговора квартира начала постепенно наполняться людьми. Конечно, ведь теперь многолюдная тусовка Ника временно не могла развлекаться в клубе, поэтому они вернулись в его гостеприимное жилье. Кухня и гостиная заполнились разговорами, смехом, музыкой.

На фоне всеобщего веселья, я была словно тень. Время от времени ко мне подходили, пытались пообщаться, но так как я с трудом могла выдавить из себя даже приветствие, в конце концов от меня отстали. Даша ушла приводить себя в порядок, и я осталась в одиночестве. В центре этого хаоса, отделенная от него глухой невидимой стеной.

Я молчала, пытаясь забыться в чужих разговорах. Голоса многочисленных непрошенных гостей не оставляли места для моих мыслей, но не спасали от них. Смех, музыка, болтовня – все сливалось в беспорядочный шум, который не мог заглушить панику внутри меня.

Глава 27.

Влад застыл на пороге. Кажется, он тоже был удивлен меня увидеть. Его взгляд был злым, неприязненным. Я почувствовала, как внутри все сжалось.

А потом появился он.

Я почувствовала его присутствие еще прежде, чем он вошел. Как будто воздух стал другим, слишком плотным, слишком заряженным. Я не могла отвести глаз от двери, сердце колотилось с бешеной скоростью.

Но он был не один.

Девушка, с которой я застукала его вчера в ванной, была рядом. Держала его за руку, прислонялась головой к плечу. Ник не посмотрел в мою сторону, он даже не почувствовал моего взгляда – был слишком занят болтовней с этой девицей. Он обнимал ее за талию, прижимал к себе – властно, с силой, как он обычно это делает.

Я закрыла глаза. Вот он, этот момент. Сейчас мне нужно встать, взять чемодан и уйти. Все кончено.

Ник с девушкой прошли в гостиную. Путь свободен. Я встала, будто механически, вышла в коридор, подошла к шкафу, открыла его. На меня пахнуло ароматом его духов. Здесь, в шкафу, его одежда, и здесь так пахнет им…

Маленький розовый чемоданчик и моя сумка, в которой лежит конверт с деньгами, тоже здесь. Я достала его, еще раз пересчитала, положила обратно. Взяла в руки куртку, потопталась у выхода.

Черт, как же ломает. Даже не думала никогда, что может быть так сложно совершить простые физические действия. Возьмись за ручку двери. Дерни на себя. Сделай шаг за порог. Свали нахрен из его жизни.

Невозможно.

Я бросила куртку и вернулась на кухню. Там налила себе еще, залпом выпила. Решимости не прибавилось. Тогда я взяла бутылку с оставшимся в ней содержимым и пошла по коридору. В его спальню.

Легла на его диван, вытянулась на нем, закрыла глаза. Здесь так спокойно. Музыка и голоса остались за дверью, здесь их почти не слышно. Это была не его квартира, а какая-то другая реальность, где я еще могла сделать вид, что ничего не случилось.

Я не знаю сколько времени прошло – я потеряла счет минутам и потерялась сама в этой тягучей темноте его комнаты, в которой витал аромат его парфюма.

Но темноту вдруг разрезал луч света, упавший из приоткрытой двери прямо на мое лицо.

– Что ты, черт возьми, здесь делаешь?

Его голос резкий, холодный. Пугающе чужой.

Я не ответила. Просто лежала, стараясь не дышать, чтобы не выдать, как сильно трясутся мои руки. За его спиной стояла девушка, которая с любопытством поглядывала на меня. Очередная блондинка, с которой он планировал уединиться, а я помешала.

Он обернулся к девушке, нахмурившись.

– Подожди меня. Я скоро приду. Только разберусь с этой ненормальной, и мы уедем.

– Но… – она попробовала возразить.

– Никаких но. – Оборвал ее Ник. – Сказал же, подожди.

Она неохотно вышла, бросив на меня недовольный взгляд.

Когда девушка закрыла дверь, в комнате снова воцарилась темнота. Я не видела этого, но почувствовала, как Ник приблизился к кровати. Так как я осталась лежать, его силуэт теперь нависал надо мной. Он молчал. Ждал.

– Хорошо, что ты помирился с Владом. Это правильно, – я еле ворочала языком. В ожидании я почти допила бутылку, чтобы приглушить страх и тревогу, но теперь мне это только мешало. Я совсем поплыла. Теперь я не уверена даже в том, что у меня получится приподняться, а не то что вести осмысленный диалог.

Ник усмехнулся. Я снова не увидела, но мне и не нужно было. На сетчатке глаз отпечатан его образ с этой наглой, насмешливой улыбкой. Белые, ровные зубы, блеск его глаз, спадающие на лоб мягкие волосы.

– Черт, ты правда думаешь, что мои действия нуждаются в твоем одобрении? Кто ты такая вообще?

– Действительно, – согласилась я. – Просто мне бы хотелось, чтобы рядом с тобой был человек, на которого ты можешь положиться. Не стоит с ним ссориться из-за меня.

Ник подошел к окну, одним движением раздвинул шторы и открыл форточку. Уличный свет немного развеял сумрак комнаты. Я наконец смогла его увидеть.

В нем не было прежней теплоты. Только напряжение и обида. Он смотрел на меня так, словно я была проблемой, которую он не знал, как решить.

– Ты напилась, – сказал он. – Тебе нужно под холодный душ. Или хотя бы на свежий воздух.

– Я никуда не уйду, – заявила я, испугавшись, что Ник хочет от меня отделаться.

Немного постояв у окна, он подошел к дивану и сел рядом со мной.

– Почему ты здесь? – спросил он тихо. Почти устало.

Я не знала, что сказать. Все слова, которые я могла бы произнести, встали комом в горле.

– Я просто… – запнулась и замолчала. – Я не знаю.

Он смотрел на меня долго, как будто пытался что-то разгадать. В глубине его взгляда теплилось что-то, похожее на сожаление.

– Алиса…

– Нет, не надо, – я покачала головой. – Не говори ничего. Просто… Позволь мне немного побыть рядом.

– Ты чокнутая. Я уже ничего не понимаю.

Поддавшись внутреннему порыву, я схватила его за руку.

– Почему ты с ней? Я думала, что мы… Я думала, что у нас… Есть что-то особенное.

Он скривился.

– Она хотя бы не выглядит так, как будто я ее… – Ник задумался, подбирая слова. – насилую. Ты хоть понимаешь, как ты тогда выглядела, когда мы с тобой… на парковке…? Как будто я заставляю тебя, беру насильно. Я помню этот твой взгляд, твое лицо, и я… Не могу забыть. Я чувствую себя виноватым, но за что? Я же ничего плохого с тобой не сделал. Ты же хотела сама, или… Мне все это только кажется? И твои признания… Я не могу тебя понять.

Он устало покачал головой, его раздражение было почти физическим. Попытался встать, но я еще сильнее вцепилась ему в руку. Держалась, как за соломинку, как за единственное свое спасение.

– Не уходи, – я обхватила его колени. – Пожалуйста. Не уходи от меня.

Ник медленно наклонился. Его горячее дыхание коснулась моего лица. Я почувствовала (или мне это показалось, потому что я сама дрожала как осиновый лист?), что его пальцы дрожат, касаясь моей щеки.

– Не плачь, – глухо произнес он. – Мне невыносимо видеть, как ты плачешь.

Глава 28.

Ужас сковал тело. Сейчас нужно было действовать быстро, а я не могла заставить себя даже пошевелиться.

Они уже поднимаются.

Как же Ник?

Сколько у нас времени? Минута? Полминуты?

Бежать? Но куда?

Где-то внизу хлопнула дверь машины, и этот звук вдруг показался мне таким же зловещим, как предвестие конца.

Мышеловка захлопнулась. Мы в ловушке.

Я выскочила с балкона. Сердце глухо бухало в груди. Воздух внутри комнаты казался вязким, тяжелым. Время замедлилось, хотя счет шел на секунды.

Ник стоял в дверях. Разгневанный, разочарованный, сбитый с толку. Он уже от меня уходил. Минуту назад я потеряла тот последний шанс, который он дал мне, но проблемы наших отношений снова отошли на второй план перед лицом внешней угрозы. Чтобы выжить сейчас, мы должны были сплотиться.

– Ник, надо закрыть дверь! – я задыхалась, меня трясло, слова вылетали обрывками. – Надо избавиться от товара!

Вцепившись ему в руку, я почти повисла на нем.

– Они идут. Они уже здесь!

– Кто? Кто, черт возьми? – он с раздражением отстранился от меня. В этот момент раздался грохот на лестнице. Подобный раскату грома, расколовшего небо над нашими головами.

Мы одновременно повернулись в сторону входной двери. В комнате на мгновение повисла зловещая тишина, нарушаемая лишь моим прерывистым дыханием.

До него, наконец, дошло.

– Держи дверь сколько сможешь! – бросил Ник стоящему в коридоре Владу. Сам он уже двигался к спальне. – Собери наших. Быстро!

Его не пришлось просить дважды. Одним прыжком Влад бросился к двери, повернул замок, навалился на нее всем телом. С другой стороны двери послышались топот и команды.

Ник вбежал в спальню, я последовала за ним. Даша, которая мирно сушила феном мокрые волосы, вздрогнула, увидев нас.

– Какого хрена?! – ее взгляд метнулся от меня – босой, в одной майке и трусах – к Нику в одних джинсах, который наклонился к кровати. – Что происходит?

Но ей никто не ответил. Одним рывком Ник перевернул нашу кровать, оторвал тонкую панель, которая была прибита ко дну. Оттуда посыпались пакеты. Даша округлила глаза.

– Ты с ума сошел? – она сделала шаг назад. – Ты хранил все это дерьмо здесь? В моей комнате?

– Не мешай! – рявкнул на нее Ник.

– Ты знала? – подруга подскочила ко мне, тряхнула за плечи. – Ответь, ты знала или нет?

Ник сгребал пакеты, разлетевшиеся на полу. Один из них разорвался, белый порошок просыпался на пол.

– Твою мать, – прорычал он, пытаясь стряхнуть порошок с ковролина.

– Ник, быстрее! – очередной раскат грома, который донесся до моего слуха из коридора, заставил выйти из оцепенения. Я оставила вопрос Даши без ответа – но и без слов было очевидно, что я в курсе всех дел.

Ник бросился в ванную, я сгребла остатки и сорвалась за ним.

– Даш, помоги нам, – я притормозила на пороге, умоляюще глядя на подругу.

– Он все-таки твой брат! – мне пришлось об этом напомнить, потому что лицо Даши выражало только возмущение. У нее не было ни малейшего желания нам помогать.

Я кинулась к раковине, выкрутила кран на полную мощность. Ник зачерпывал товар и смывал его в унитаз. Он бросил мне следующий пакет, и я, не раздумывая, высыпала его в поток воды. Растирала кристаллы по керамике, пока они не исчезли. Руки дрожали, но я не останавливалась. Белый порошок слипался, забивал слив, я проталкивала его пальцами, стирала с ладоней и ногтей. Кожа щипала, горло саднило от напряжения.

Вдруг в дверях возникла Даша.

– Ник! – кажется только сейчас до нее дошло, что дело по-настоящему серьезное. – Что происходит? Почему они ломают дверь?

В ответ снова раздался грохот – и мне показалось, что дом содрогнулся от этого удара. У меня потемнело в глазах, я пошатнулась. Тошнота подступила к горлу. За всеми этими мероприятиями по утилизации наркотиков я совсем забыла о том, что мне жизненно необходимо исчезнуть из этой квартиры до того, как они ворвутся в нее. Но меня, к сожалению, так просто не высыпешь в раковину и не смоешь в унитаз.

– Открывайте! Полиция!

Я схватилась за край раковины. Животный ужас схватил за горло и душил. Еще немного и я потеряю сознание. Ник схватил последний пакет.

– Ускоряемся! – процедил он сквозь зубы, бросая остатки порошка в воду и дергая ручку слива.

Я сжала пальцы на краю раковины, пытаясь унять панику. Даша, напуганная серьезностью ситуации, присоединилась к брату. Бросив на меня быстрый взгляд, она мгновенно считала мое состояние.

– Ник, – позвала Даша. – Она сейчас на кафель грохнется.

Он посмотрел на меня. Звук выбиваемой двери ударил по ушам, как выстрел. Мы замерли.

– Они не должны увидеть меня здесь, Ник, ты не понимаешь, я не могу, ты не понимаешь… – Я захлебнулась ужасом. Руки заледенели, по спине пробежал холодный пот. Я уже была не в состоянии двигаться, и Даша полностью заменила меня, сливая в канализацию последние остатки товара.

В его лице что-то изменилось, исчезла вся ярость. Ник искал выход, перебирал варианты в голове. Их, очевидно, было немного. Он схватил меня за руку, рывком выдернул из ванной и потащил обратно на балкон.

– На, надень это, – бросил он, сдергивая со стула первую попавшуюся под руку толстовку. – Там холодно.

Моя одежда вперемежку с его валялась на диване и на полу. Но наше время уже кончилось, не до одеваний. Мне с трудом удалось засунуть руку в рукав, так сильно она тряслась. На балконе ледяной воздух резал кожу, сжал ледяным кулаком легкие.

– Я не спрячусь тут, – я попятилась назад. – Они проверят балкон. Они не идиоты.

Последняя надежда на спасения растаяла. Кажется, мне нужно смириться с тем, что это конец. Я прикрыла глаза.

– Значит, туда, – Ник указал на соседский балкон и подтолкнул к нему. – Быстро, Алиса!

Я взглянула вниз – и сердце подпрыгнуло к горлу. Высоко. Слишком. Я не смогу. Проще сразу сдаться, выйти с поднятыми вверх руками.