Текст книги "Девушка бандита. Без права на любовь (СИ)"

Автор книги: Злата Зорич

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 10 страниц)

Глава 21

По случаю своего возвращения и удачно решенной проблемы Ник устроил в квартире шумную пати, совсем как в старые-добрые времена. После затишья длиною в несколько недель музыка показалась соседям особенно громкой, поэтому они начали стучать в стену. Пьяный Ник вывалился на балкон, взял по дороге какую-то метлу и начал изо всех сил барабанить в окна соседке. За стеклом мелькнуло испуганное старушечье лицо. Она погрозила ему кулаком и крикнула, что сейчас будет звонить в полицию, чтобы та разогнала их гадюшник, а Ник, рассвирепев, грозился перебить ей все стекла к чертовой матери, если она не заткнется. Он даже предпринял попытку перелезть на соседский балкон. Я вышла вслед за ним, взбудораженная, раскрасневшаяся от вина, и сразу же попыталась вытянуть его из этого глупого конфликта.

– Оставь ее, – прошептала, прижимаясь к нему. – Не надо портить вечер.

Ник обернулся и, заметив мое сияющее лицо, сразу смягчился.

– Сегодня твой счастливый день, слышишь, стерва? – обратился он к вредной бабке и вернул ногу обратно на собственный балкон.

– А может, сегодня и мой счастливый день? – пошатываясь, он сделал шаг ко мне, обнял за талию и притянул к себе. Наклонившись, он спрятал лицо в копне моих волос, уткнулся в шею.

Я положила голову ему на грудь, ощущая, как его сердце начинает биться быстрее. Прикрыла глаза, чувствуя, как тело расслабляется в его объятиях.

Мы постояли так некоторое время, наслаждаясь моментом, тишиной и свежестью ночи. Балконная дверь отгородила нас от того шумного веселья, что творилось в квартире, и теперь казалось, что мы совершенно одни.

– Я так скучала по тебе, – прошептала я, подняв голову, чтобы встретиться с его взглядом.

Ник нежно коснулся моей щеки, потом его пальцы мягко скользнули по моей коже, прикоснулись к губам.

– Меня не было всего лишь сутки.

– Намного больше! Эти тридцать шесть с половиной часов! И ты мне почти не писал…

– Мне там было не до этого, милая, – проведя большим пальцем по моим губам, Ник поцеловал меня осторожно и нежно, но, чувствуя, что я таю в его объятиях, усилил напор. Проведя несколько раз по тонкому шелку руками, он неожиданно задрал мне юбку и скользнул под нее, коснулся голой кожи.

– Черт, я тоже скучал, – признался он, на миг перерывая поцелуй. – Думал все время про тебя. Представлял тебя голую. Это пиздец отвлекало…

Ситуация уже давно вышла за рамки – его руки вовсю хозяйничали по моему телу, оглаживали бедра, хватали за задницу и пару раз прошлись по тонкой ткани трусиков спереди. Несколько раз я хотела его остановить, но каждый раз откладывала – мне невыносимо хорошо было находиться в его объятиях. Чувствовать его тяжелое, пропитанное парами алкоголя дыхание на своей шее, каждый горячий, влажный поцелуй на своих губах, груди или плече, ощущать тепло ладони, скользящей вдоль по позвоночнику – нет, это остановить невозможно.

Однако уже очень скоро я начала опасаться того, что Ник попытается трахнуть меня прямо возле балконной двери, за которой собрались его друзья и Дашины подруги, в паре метров от соседки, продолжающей поглядывать на нас в окно.

«Еще немножечко» – думала я про себя, подставляя ему шею для все новых поцелуев. Такое удовольствие – горько-сладкое, дикое, невыносимое, я испытывала первый раз в своей жизни, а тот факт, что нас в любую минуту могли застать, только добавляло приятной опасности.

– Перестань, – мягко прошептала я, уворачиваясь от его уже ставшими агрессивными и голодными поцелуев. – Хватит…

Я уперлась руками ему в плечи, попыталась отодвинуться, но куда мне было справиться с подвыпившим Ником, который стремительно терял берега.

– Прекрати!

В конце концов мне пришлось оттолкнуть его резко, гораздо резче, чем мне того хотелось бы, но только так Ник, наконец, перестал меня лапать и с силой прижимать к балконному окну, которое своей рамкой больно впивалось мне в спину.

Тот отступил на шаг, пожирая меня глазами. Этот темный, голодный взгляд не сулил ничего хорошего.

– Нахуй ты тогда дразнишь? – бросил он.

Я резко одернула задранное платье.

– Ты, может, и привык зажиматься по углам каким-то, а я – нет!

Ник убрал со лба намокшие от пота волосы, сжал зубы. На скулах заиграли желваки.

– А меня уже заебало, что ты строишь из себя какую-то недотрогу. Тоже мне принцесса! – он отвернулся и заметил наконец, что бабка, увлеченная происходящим, пялится на нас в окно. – А ну съебалась отсюда, живо! – прикрикнул Ник на нее и добавил, посмотрев на меня: – Блять, ты меня моментально из себя выводишь.

Я смотрела на его напряженную спину, на то, как он стоит, опираясь на подоконник, на то, как злится и хмурит брови, и, несмотря ни на что, чувствовала себя безмерно счастливой. Сегодня, когда Ник вернулся, я едва сдержала себя, чтобы не броситься ему в объятия уже на пороге. Весь вечер просидела рядом, глядя на него влюбленными глазами, ловя каждую его эмоцию, каждое движение. И, когда только получилось выгадать момент, постаралась оказаться с ним наедине – чтобы почувствовать его живое, теплое тело, прижаться к нему, ощутить, что он здесь, рядом, со мной. Та опасность, которой Ник себя подвергал, обостряла все чувства, делала их невыносимо острыми.

Я хотела тепла и заботы от него, хотела быть рядом, чтобы чувствовать себя надежно и в безопасности, но Ник заводился с пол-оборота. И теперь он был просто в ярости из-за того, что я попросила его остановиться. Его взгляд прожигал меня насквозь, в нем кипело раздражение, нетерпение, глухая злость.

– Ник, мы едем в клуб? – дверь стукнулась об стену, на балкон заглянула Даша. – А что это вы здесь делаете? – она окинула нас взглядом, в котором мгновенно зажглось подозрение.

– Мы курим, – выпалила я, инстинктивно делая шаг назад, чтобы казалось, что я стою дальше от Ника.

Даша бросила взгляд на наши руки, в которых не было сигарет.

– Аа, курите, – она кивнула, всем своим видом демонстрируя нарочитую доверчивость. – Ну курите, курите. Мы без вас тогда поедем. Если вам нужно уединение…

Глава 22.

Я ойкнула. Хотела вырваться – совершенно не ожидала такого поворота.

Но Ник держал крепко.

Дергаться с голой грудью? Глупо.

Я застыла, испуганно глядя на него. В темноте его глаза казались еще темнее, почти бездонными. Он шарил взглядом по моему телу, словно изучал, словно запоминал.

Прохлада осеннего вечера прошлась по разгоряченной коже, вызвав мурашки. Соски затвердели. От холода? От возбуждения?

– Это шедевр, – произнес Ник, его голос был низким, тягучим. Он наслаждался моей беспомощностью. – Произведение искусства.

Но очень скоро ему надоело пустое любование.

Он склонился, провел губами по нежной коже груди. Потом – языком по затвердевшим соскам.

Руки его между тем привычно скользнули под шелк. Провели по бедрам. Притянули к себе.

Так, чтобы я почувствовала его твердый, напряженный член.

Чтобы он упирался мне в низ живота.

Чтобы я осознала, насколько сильно он меня хочет.

Я запрокинула голову. Темное небо висело над нами, усеянное россыпью звезд.

Я смотрела вверх.

Я не видела его.

Я не чувствовала себя.

Чужие руки по-хозяйски ощупывали мое тело. Лишали движения. Заставляли замереть. Почти не дышать.

Глубокий вдох. Медленный выдох.

Противоречивые эмоции захлестнули с головой.

В этот момент я привычно разделилась, раскололась на части. Тело, которое реагировало возбуждением на откровенную ласку, отдельно. Разум, который не в силах справиться с затопившим его страхом, отлетел.

Я всматривалась в звездное небо и представляла себя парящей в вышине, далекой от этого места. Могу только наблюдать со стороны наши объятия.

– Что, блять, опять не так? – раздался голос Ника.

Я вздрогнула. Он остановился. В его голосе звучало раздражение.

– Что у тебя с лицом?

Я моргнула.

– Что у меня с лицом?

Очнувшись, посмотрела прямо на него.

Я знала, что с ним.

Оно ничего не выражало. Было слишком отстраненным, мертвым, пустым.

– Ты меня за идиота держишь? – процедил Ник. Раздражение в нем набирало обороты.

– Нет! Все не так! – окончательно очнувшись, я испугалась того, как он на меня смотрит.

Но в то же время легко можно было понять его разочарование – девушка, которую он так старался завести, стоит перед ним, окаменевшая, с застывшим лицом глупой куклы.

Он натянул бретельки от платья обратно на мои плечи, прикрыв грудь.

Отстранил меня.

– Думаешь, мне нравится, что ты раздеваешь меня в подворотне, как какую-то шлюху? Ты снова пытаешься унизить меня? – я пыталась объясниться, но он грубо прервал.

– Теперь ты еще и плачешь? Блять, избавь меня от этого.

В голосе металл. Во взгляде отстраненность.

Он посмотрел в сторону стоянки, заметил там машины своих ребят.

– Иди в клуб. Скажи, чтобы приготовили нам место. И всё проконтролируй.

Приказ, не терпящий возражений.

Он подтолкнул меня ко входу для персонала, который находился за углом, а сам направился на стоянку.

Его лицо, еще недавно наполненное страстью, теперь тоже ничего не выражало.

Глава 23.

Я зашла в клуб, поздоровалась с охранниками. Голова все еще была как в тумане, колени дрожали, руки ледяные. Будто я только что пережила сильнейший шок, а не любовную прелюдию. Тело помнило каждое прикосновение, но разум не мог осмыслить, что именно произошло.

Я передала распоряжение Ника персоналу, проконтролировала его выполнение, а потом поднялась в его кабинет. Открыла его теперь уже собственным ключом, села за стол. Пыталась сосредоточиться на бумагах, но мысли путались. В голове проносились тысячи вопросов: как теперь Ник будет себя вести? Как мне исправить все? Смогу ли я вернуть то, что мы едва начали строить?

Я удерживала в себе слезы, потому что ждала, что вот-вот в кабинет войдет Ник. Он уже высказал мне насчет моих бесконечных истерик по всякому поводу, и я не хотела снова дать ему повод для упрека. Прошло больше часа, но он так и не появился.

Я бегала по клубу, выполняя обычные поручения, и постоянно проверяла телефон. Ни сообщения, ни звонка. Как будто меня не существовало. Я не была уверена, что мне можно присоединиться к их тусовке в кабинке для випов, потому что уже давно чувствовала себя в клубе как сотрудник. Мне было страшно от того, как жестко Ник мог поставить меня на место, если я вдруг заявлюсь к ним.

Заглянув в каморку к охранникам, я начала выдавать им зарплату – мы полностью перешли на оплату в конвертах. Старалась выглядеть спокойной, уверенной, но украдкой все же бросала взгляд на мониторы.

На одном из них отражался столик, за которым сидела вся компания Ника. Видимость была неидеальной, но я сразу заметила, что рядом с ним сидит какая-то девушка. Нет, не рядом. Сидит у него на коленях.

– Заебись. Просто отлично, – процедила я, возвращаясь к деньгам.

Нахлынувшее чувство ревности ударило резко и больно, заставляя ладони вспотеть, а сердце – сжаться.

– Все нормально? – спросил один из охранников, посматривая на меня с опасением.

– Конечно. А что?

Я не могла видеть себя со стороны и не знала, что выгляжу не лучшим образом. Мертвенно-бледная, с глазами, горящими дикой смесью боли и тоски.

Вернулась к расчетам, погрузилась в цифры, чтобы отвлечься от панических мыслей о том, что Ника сейчас уведет у меня из-под носа очередная девушка, но через несколько минут в каморку влетела официантка.

– У нас там драка у випов, – выпалила она, запыхавшись. – Разбили кальян, перевернули стол. Бегите быстрее!

– Что произошло? – спросила я, не отвлекаясь от пересчитывания денег.

– Ник подрался.

– Кто? – я развернулась резко, уставилась на официантку широко раскрытыми глазами. – С кем?

Та пожала плечами.

– Не знаю. У них там между собой случилась какая-то заваруха.

Я метнула взгляд в монитор. Действительно, там, где еще несколько минут назад мирно тусила его компания, развалившись на мягких широких диванах, сейчас творился какой-то бардак. Были и другие охранники, они разнимали, но дерущиеся бросались друг на друга каждый раз, когда их оттаскивали хотя бы на несколько сантиметров в разные стороны.

Не раздумывая, я бросилась туда. Запах спиртного, дыма и адреналина ударил в нос, когда я прорвалась в самую гущу событий.

Ник был пьян. Он еле стоял на ногах, с двух сторон его удерживали, а с разбитого лица у него стекала кровь.

Впрочем, его противнику тоже досталось. Влад едва держался на ногах, опираясь на кого-то из друзей, и выглядел не лучше. Драка затихла, но они все еще сверлили друг друга взглядами, полными взаимной пьяной ненависти.

Я оттолкнула тех, кто мне мешал, схватила Ника за руку, увидела его разбитые костяшки.

– Что произошло? В чем ты… – попыталась заговорить, но он даже не посмотрел на меня. Все его внимание было направлено за мою спину, к Владу, который теперь, наверное, уже перешел в разряд бывших друзей.

– Отстань, – он слегка оттолкнул меня. – Отпустите! Я поеду домой. Эй, кто из вас хочет поехать со мной? Продолжим в квартире. У меня там есть, чем вас угостить. Обещаю каждому минимум по две отборнейшей дороги!

Я сжала кулаки, сдерживая желание обнять его прямо здесь и сейчас, перед всеми, успокоить, никуда не пускать. Но понимала – бесполезно. Он не в том состоянии. Договорилась с одним из его друзей, что он сядет за руль и не даст Нику поехать на мотоцикле, а сама осталась помогать персоналу наводить порядок.

Кроме того, у меня еще была куча задач, которые надо решить в клубе – Ник, кажется, окончательно забил на свои обязанности управляющего, скинув все на меня.

– Что произошло? – спросила я у молоденькой официантки, которая в этот вечер обслуживала их столик. – Не знаешь?

Она посмотрела на меня смущенно, как будто пыталась решить, стоит ли рассказывать.

– Они, кажется, говорили о тебе, – призналась она.

– Ты уверена?

Девушка кивнула.

– Влад сказал, что Нику пришлось сделать тебя своей помощницей, но это все равно не помогло ему тебя... Ну, ты понимаешь. – Она покраснела и отвела взгляд.

Я села на заляпанный диван. Пальцы сжались на осколках стекла, оставшихся от разбитого кальяна. Один особенно острый впился в кожу, но я даже не почувствовала боли. Я кивнула, словно принимая удар, и вернулась к уборке.

– Но это еще не всё... – голос официантки заставил меня поднять голову.

– Не всё? – я повернулась к ней, чувствуя, как сердце глухо ударилось о грудную клетку.

– Ага. Они поначалу это в шутку перевели, забили типа, поржали, но потом Влад заявил, что у него точно получилось бы... Что он бы смог... В отличие от Ника. Кто-то еще поддержал, мол, тоже без проблем справился бы. В итоге Влад предложил устроить что-то вроде пари на то, кто сделает это первым. Победитель получает машину. Как-то так, – выдав информацию, девушка снова смутилась, полагая, что сказала слишком много.

В голове звенело. Я смотрела на нее, не мигая, словно пыталась разглядеть ложь, несостыковки, хоть что-то, что бы доказывало – это ошибка.

Глава 24.

– Где Ник? – едва войдя в квартиру, я не стала тратить временя на поиски и просто спрашивала у всех подряд. Кто-то отворачивался, кто-то пожимал плечами, кто-то ухмылялся. Очевидно, что абсолютно все уже были в курсе причины ссоры между Ником и его лучшим другом, и, скорее всего, считали виноватой меня.

Его нигде не было. В квартире тусовалось рекордное количество народа, сигаретный дым мешался с запахом алкоголя, травы и сладких парфюмов. Дверь была открыта нараспашку, на лестничной клетке творился настоящий бардак – народ стоял, сидел, чуть ли не лежал на ступеньках, перекрывая проход. Кто-то громко спорил, смеялся, кто-то целовался в темном углу.

Я уже почти отчаялась, пока кто-то из его друзей в ответ на вопрос не указал взглядом на дверь в ванную комнату. Мне было достаточно и этого намёка. Я бросилась к двери, яростно застучала в неё кулаками.

– Я знаю, что ты здесь! – кричала я. – Открой!

Вокруг меня собрались люди, которым доставляла глумливое удовольствие наблюдать за тем, как будет разворачиваться эта драма. Затихли громкие голоса, кто-то даже сделал музыку потише.

– Нам надо поговорить! Открой мне! Пожалуйста! – умоляла я. Бесконечно злило, что на меня пялится вся эта толпа, ожидающая продолжения произошедшего в клубе, но другого выхода не было.

Наконец у него закончилось терпение. Дверь приоткрылась, но ровно на пару сантиметров, которых хватило для того, чтобы я увидела, что он там не один. Мелькнули белокурые локоны, обнаженное бедро, задранная юбка. Всё именно так, как я и предполагала.

– Свали отсюда, – бросил он и попытался закрыть дверь, но я успела поставить ногу в проем.

– Я не уйду, пока ты со мной не поговоришь!

– Я, как видишь, слегка занят!

Я видела. Длинные стройные ноги вокруг его талии, руки обхватывают шею. Девушка сидит на раковине, Ник между её разведённых ног. Его рубашка расстёгнута, волосы взлохмачены, на губах пьяная ухмылка. Картина маслом.

– Мне всё равно, – произнесла я спокойно, хотя внутри всё клокотало. – Я не уйду.

Разозлившись, он толкнул дверь, отстранил меня и выскочил из ванной. Секунды ему хватило, чтобы оценить окружающую обстановку – глазеющие на нас люди не скрывали любопытства.

– Вы че пялитесь? – он обвел толпу взглядом. – Телок никогда не видели?

– Надеюсь, они подерутся, – сказал кто-то из толпы, прихлебывая пиво.

В этот момент всеобщее внимание сконцентрировалось на нас двоих. Девушка из ванной стояла в дверном проеме, её взгляд метался между мной и Ником – испуганный, настороженный. Я же смотрела на неё почти с ненавистью. Это продолжалось несколько долгих, напряженных секунд, пока я не взяла себя в руки и не вспомнила о том, что сейчас действительно важно. Соревноваться с ней мне было незачем. Я развернулась и направилась вслед за Ником.

По толпе прокатился вздох разочарования. До последнего они надеялись, что станут свидетелем того, как две девушки будут рвать друг другу волосы из-за Ника, а теперь вечер снова грозил превратиться в заурядную пьянку.

Я догнала его парой пролетов ниже. Он, видимо, хотел выйти на улицу, но его состояние не очень к этому располагало – Ник шел, сильно пошатываясь, касаясь стены и перил. В руках у него была бутылка «Джек Дэниэлс», к которой он приложился, когда в полной мере осознал бесплодность попыток сбежать от меня, от нашего грядущего диалога.

Я молча взяла у него из рук бутылку, так же молча сделала глоток.

– Что произошло в клубе? – крепкий виски обжег мне горло. Я выпила ещё, надеясь, что алкоголь поможет унять дрожь и волнение. Волнами накатывало неприятное чувство, что что-то очень важное для меня прямо сейчас ускользает, а я не в силах это остановить.

Ник скривился. Он забрал у меня бутылку и небрежным жестом вытер кровоподтек под бровью.

– Ничего особенного. Меня всего лишь выставили оленем, который бегает за телкой.

– Ну, по правде сказать… – неуверенно протянула я. – Не очень-то ты за мной бегал… Или это о ком-то другом? Может о той девушке, с которой ты в ванной…?

– Только попробуй сказать, что тебе всего этого было мало! – разозлился Ник. – Я ни с кем так больше… Ни с одной…

– И именно поэтому я только что сняла тебя с пьяной телки? – теперь уже разозлилась я. – А что было бы, если бы я опоздала? Ты бы трахнулся с ней?

– Я ничего тебе не должен, – процедил сквозь зубы Ник. – Ты мне никто.

Я замолчала, пораженная откровенностью этой фразы, которую Ник бросил мне в лицо. Это ощущалось как удар, как пощечина, от которой горит не кожа, а где-то глубоко внутри. Вся неприглядная правда встала передо мной в полный рост – мы действительно никто друг другу. Ник ни словом, ни действием никогда ничего мне не обещал. Он всего лишь хотел секса со мной, а больше ничего не хотел. И, наверное, так было с самого начала. Просто я сама придумала себе другую историю.

А сейчас он стоит передо мной, и я вижу отпечатки чужих губ на его груди и животе, смазанную помаду на рубашке... Больно, как же больно. Словно мне наживую сердце пытаются вытащить, безо всякой анастезии.

С глухим вздохом я опустилась на ступеньки, обхватила руками колени, прикрыла лицо ладонями. Только бы не видеть, только бы на него не смотреть...

– Что между нами?

Этот вопрос разрезал воздух. Я не сразу поняла, что именно Ник произнес это вслух. Погруженная в свои мысли, я продолжала сидеть, отрешенно глядя в пол, избегая его взгляда. В голове царил хаос, и я не знала, что ответить, не осознавала, для чего он задал этот вопрос сразу после того, как объявил, что мы никто друг другу.

– Черт, ты опять заставляешь меня чувствовать себя каким-то, блять, идиотом! – увидев, как я растеряно хлопаю глазами, Ник пнул жестяную банку, служившую нам пепельницей на лестничной площадке. – Когда я задаю все эти вопросы типа "что между нами? какие у нас отношения?", все эти тупые, типично бабские вопросики... Мне это, знаешь что? Мне это нихуя не нравится! И, кажется, прав был Влад, когда сказал, что из всех баб в городе я выбрал самую проблемную, потому что мне нравится, когда трахают мой мозг, потому что просто трахание меня уже не вставляет!