Текст книги "Открывая двери (СИ)"
Автор книги: Жанна Никитина
Соавторы: Ари Дале
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 12 страниц)
– А где-то через день Юля впервые написала. Не знаю, кто дал ей мой номер, – Стас качает головой. – Она позвала меня поужинать. Я как раз порвал с той пассией, поэтому согласился. А чего я терял?
Грустное хмыкание Стаса дает понять, насколько он сейчас сожалеет о своем решении. Но уже поздно что-либо менять. Мы с ним стали заложниками одной ситуации, из которой я пока что не вижу выхода.
– Мы пару раз сходили на свидание, – продолжает Стас. – На удивление, Юля оказалась очень скучной и поверхностной особой. Она не вызвала у меня никакого желания. Так что я быстро потерял к ней интерес. Хотя, признаюсь, до последнего был милым и обходительным, – он улыбается.
Закатываю глаза. Даже в такой ситуации Стас найдет повод похвастаться. И вот парадокс, что один человек может вызывать противоположные эмоции у разных людей. Соколовский любил эту Юлю до безумия, Стас же… ну это Стас.
– Самая соль началась позже, – он тоже разворачивается к окну, опирается ладонями на подоконник. – Юля стала присылать мне сообщения. Чем дольше я не отвечал, тем больше смсок получал. Когда же, наконец, решил прояснить ситуацию, Юля сказала, что я играю с ней, чтобы сделать ее любовь ко мне еще крепче. Сумасшедшая баба! – Стас со свистом втягивает через нос воздух. – Она караулила меня возле дома, выяснила, где я работаю. Присылала подарки. В общем, сталкерила, как могла. В итоге, когда Юля начала угрожать очередной моей девушке, я вызвал охрану, и ей доходчиво объяснили, как поступать нельзя. Ну еще узнал, кто ее родители, и связался с ними. Насколько мне известно, они определили ее в лечебницу. Я помог оплатить расходы. На этом все, больше о Юле ничего не было слышно.
Мы снова молчим, погрязшие каждый в своих мыслях. Одна девушка, а столько проблем. Если бы я сейчас встретила эту Юлю, то повыдергивала бы ей все волосы. Как можно быть такой… а какой? Не могу подобрать слова. У меня не хватает злости на девушку. Жить с одним, а желать другого. Почему она сразу не поговорила с Андреем? Сейчас мне даже становится его жаль. Стыд опаляет щеки за недавнюю вспышку. Чуть-чуть… совсем капельку я стала понимать своего бывшего начальника. Только вот его желание отомстить сожгло в нем все хорошее, что было до этого. Если, конечно, что-то такое было.
– Я, правда, понятия не имел, что она с кем-то встречалась, – вдруг тихо произносит Стас.
Перевожу на него взгляд и замираю. На его лице отражается такой букет чувств, что я теряюсь в многообразии эмоций. Вина, гнев, смущение… стыд? Сердце затапливает нереальное желание избавить моего любимого мужчину от гнетущих мыслей. Не могу видеть его в таком разбитом состоянии. Хоть он и был ветренным, но Стас все равно не виноват в том, что случилось. Никто не виноват, кроме той самой Юли.
Отрываюсь от подоконника. Обнимаю Стаса, прижимаясь всем телом к его плечу. Минуту мы стоим в неудобном положении, но потом он крутится в моих объятиях, обвивает мою талию руками, зарывается лицом в изгиб между шеей и плечом.
– Прости, – говорит шепотом. – Из-за меня твоя семья оказалась в этом дерьме. Но если ты захочешь после того, что узнала, бросить меня, я не смогу тебя отпустить. Теперь как никогда понимаю Юлю. Кажется, я тоже болен тобой.
Отодвигаюсь от Стаса, кладу ладони на его щеки, поднимая голову так, чтобы заглянуть в глаза. Сталкиваюсь с печальным взглядом.
– Ну что ж, – пытаюсь говорить как можно бодрее. – Очень жаль, что нам придется расстаться.
Стас недоуменно моргает. Смотрит на меня затравленным взглядом. Я же широко улыбаюсь. Какой он все-таки бывает наивный.
– Потому что нас вряд ли положат в одну палату, – еле сдерживаю смех. – В любом случае, будем болеть друг другом вместе.
В глубине глаз Стаса тут же загорается огонек надежды. Это видно по тому, как его взгляд теплеет, становится мягче. Несмело улыбаюсь. Поглаживаю большими пальцами острые скулы на родном лице. Словно в замедленной съемке наблюдаю, как Стас наклоняется ко мне. Мягко дотрагивается своими губами до моих, нежно целует.
Ни одни из нас не углубляет поцелуй. Мы наслаждаемся теплом наших тел. Обнимаю Стаса за шею. Прижимаюсь к нему как можно теснее. Теперь близость Стаса кажется еще более будоражащей, когда понимаю, что этот мужчина мой. Никому его не отдам.
Сильные руки обхватывают меня за поясницу, сжимают ее. Прикосновения обжигают сквозь свитер. Возникает дикое желание сорвать одежду, чтобы кожей чувствовать касания Стаса. Трусь о его сильную грудь. В живот упирается твердый член.
– Что ты со мной делаешь? – губы опаляет теплое дыхание. – Алиса…
Стас проводит языком по моей нижней губе. Не могу удержаться, ловлю его зубами, втягиваю в рот, посасываю. Дотрагиваюсь кончика своим языком… у меня срывает все стопы. Сильнее обвиваю шею Стаса руками. Прижимаюсь вплотную. Языком проникаю в его рот. Целую грубо, напористо. Чувствую, как Стас усмехается. Мгновение, и я сижу на подоконнике.
Стас руками раздвигает мои колени, встает между ног. Сжимает попу, вдавливает меня в себя. Внушительный член упирается в мои складки сквозь одежду. В очередной раз думаю, как же она мешается. Стас уже буквально трахает меня своим языком. Стону ему в рот. Сжимаю мускулистые плечи. Мало… я отчаянно нуждаюсь в большем.
– Если мы не остановимся… – Стас упирается своим лбом в мой. Тяжело дышит. Его грудь ходит ходуном.
– Есть презервативы? – говорю с придыханием.
Стас хмурится, лезет в задний карман джинсов. Достает фольгированный пакетик. Не задумываясь, вырываю его из длинных пальцев. Хочу спрыгнуть на пол, но Стас не дает, прижимает мои бедра к подоконнику.
– Алиса, если мы хотим заняться сексом, то не растягиваем удовольствие. Дверь же открыта, – кивает за спину, забирая презерватив.
Усмехаюсь, но я настолько возбуждена, что не могу даже прокомментировать слова Стаса. Эмоции рвутся наружу. Мне необходимо выплеснуть их.
– Тогда давай так, – отпихиваю Стаса в сторону.
Спрыгиваю с подоконника, разворачиваюсь лицом к окну, оттопырив попу.
– Да чтоб тебя, – рычит Стас. – Ты сводишь меня с ума.
Он кладет презерватив рядом со мной, проводит рукой по моей спине, доходит до ягодиц. Глухой шлепок обжигает одну из них. Невольно поддаюсь вперед.
– Малышка, только тебе придется быть потише, – Стас ложится на меня, обнимает.
Проворные пальцы быстро расстегивают пуговицу и молнию на моих джинсах. Чувствую, как одежда медленно ползет вниз вместе с нижним бельем. Ежусь от прохладного воздуха. Но не обращаю на это никакого внимания. Пикантность ситуации будоражит нервы. Я теку от осознания что и где мы будем делать.
Не улавливаю момента, когда в меня входят два пальца. Вскрикиваю.
– Тише, – Стас шепчет мне на ухо, надавливает между лопаток, заставляя лечь грудью на подоконник.
Пальцы быстро двигаются во мне. Удовольствие разливается по телу, ноги подкашиваются. Стас тут же подхватывает меня за талию.
– Мало, – сиплю, понимая, что хочу большего. – Пожалуйста, – стыдно от того, какой я становлюсь размазней. Но сейчас это неважно. Ничего неважно, кроме желания, сжигающего изнутри.
Стас отстраняется. Вытаскивает из меня пальцы, подносит их к моему лицу.
– Смотри, как ты течешь, – демонстрирует мою влагу. – И все из-за меня.
– Да трахни ты меня уже, – цежу сквозь стиснутые зубы.
Тихий смешок сменяется вжиканьем молнии и шуршанием пакетика. Мгновение, и Стас входит в меня на всю длину. Звонкий шлепок кожи о кожу кажется оглушительным в стенах небольшого кабинета. Стас сдавливает мою талию, фиксирует так, чтобы я не могла двинуться. Вцепляюсь пальцами в край подоконника. Тут же ощущаю, как член почти полностью выскальзывает из меня. Сжимаю стенки влагалища, пытаясь удержать его, не дать покинуть моего тела. Стас сзади шумно втягивает воздух.
– Плохая девочка, – рычит он, снова проникает в меня до упора.
Застывает. Пытаюсь подмахнуть ему бедрами, но не могу пошевелиться. Мне неудобно, движения стеснены. Следующий толчок оказывается острее предыдущего. Внутри разгорается нереальный пожар. Низ живота тянет от желания кончить. Стас наращивает темп, вбивается в меня с каждым разом резче, жестче. От каждого движения проезжаю грудью по твердой поверхности. Набухшие соски трутся о лифчик. Все ощущается нереально остро. Закусываю губу, но не могу не стонать. Скулю от каждого движения.
– Так не пойдет, – Стас ложится на меня, проталкивает пальцы в мой рот. – Соси, – приказывает он.
Подчиняюсь. Обхватываю его руку за запястье. Пробегаюсь кончиком языка по всей длине пальцев. Кусаю подушечку указательного, после чего погружаю в рот сразу два пальца. Пытаюсь подстроиться под темп движениям внутри. Получается плохо. Голова уже не соображает от получаемого удовольствия. Стас долбится в меня короткими, грубыми толчками.
Вскрикиваю, когда чувствую его свободную руку у себя между ног. Стас невесомо кружит вокруг клитора. Выходит из меня, оставляя внутри только головку. Застывает. Резко вбивается внутрь, с силой давит на клитор. Если бы не пальцы во рту, я бы во всю кричала от нереального удовольствия. Внутри все сжимается в одну точку. Стас повторяет движение, при этом стискивая набухший бугорок. Прокручивает его, входя особенно глубоко в меня.
Дрожь пробегает по телу, сосредотачивается между ног. Еще один толчок, и я выгибаю спину, взрываясь в нереальном оргазме.
Меня трясет. Не могу опомниться. Напряжение еще пару мгновений не отпускает тело. Удовольствие настолько мощное, что дрожь никак не проходит. Обмякаю на подоконнике. Стас убирает пальцы из моего рта, обхватывает бедра обеими руками. Чувствую еще несколько толчков. На одном из них Стас входит до упора, вжимаясь в мою попу. Подрагивает. Жар разливается внутри.
Стас падает на меня сверху. Его грудная клетка ходит ходуном. Мы оба пытаемся восстановить дыхание. Легкие обжигает от прохладного воздуха. Перед глазами плывет. Но чувствовать член внутри себя офигенно. Мне не хочется двигаться. Так бы и лежала пока…
Громкий стук раздается в дверь кабинета.
– Да что за… – вздрагиваю под тяжестью Стаса.
– Вы там еще долго? – за дверью раздается громкий голос одного из следователей. Не могу разобрать, какого именно.
Замираю. Стараюсь не дышать, потому что кажется, мои вдохи звучат слишком громко. Но от этого в груди начинает жечь. Шумно выдыхаю. Стаса возится сверху. Выпрямляется. Выходит из меня.
Ощущение вселенской потери охватывает тело. Такое чувство, что я лишилась частички себя. Встряхиваю головой. Это уже перебор. Любовь любовью, но нужно мыслить трезвее.
– У вас там все нормально? – стук повторяется вновь.
– Да, – сипит Стас. Прокашливается. Одновременно с этим вжикает молнией на джинсах. – Да, дайте нам три минуты. Сейчас идем.
За дверью повисает тишина, после чего звучит задумчивое:
– Ждем вас.
Удаляющиеся шаги ударами сердца разносятся в груди.
– Вот черт! – упираюсь лбов в холодный подоконник.
Стас тихо посмеивается сзади.
– Это уже второй раз, – недовольно бурчу.
Чувствую нежные прикосновения к своим ногам. Стас начинает одевать меня: сначала подтягивает трусики, в самый последний момент отпускает резинку, которая с звонким шлепком ударяется о кожу. Прикрываю глаза. Вот гад! Затем идут джинсы. Горячее тело прижимается к моей спине. Сильные руки обвивают талию, чтобы застегнуть молнию и пуговицу.
– Я сама, – закусываю губу, чтобы не застонать.
Тело до сих пор неимоверно чувствительное. И даже самые незначительные касания отдаются дрожью внутри.
– Хорошо, – Стас отстраняется.
Без него становится холодно. Выпрямляюсь. Быстро застегиваю молнию с пуговицей, отдергиваю свитер. Дотрагиваюсь до щек. Мне кажется, что они горят. Стоит посмотреть на мое лицо, и станет понятно, чем я только что занималась. Мгновенный порыв “выпустить пар” сейчас кажется безумно глупым.
– Эй, – Стас подходит ко мне вплотную. Поднимает голову за подбородок. Заглядывает в глаза. – Чтобы не крутилось в твоих мозгах, забудь. Я рядом и все решу.
В его взгляде намешано столько заботы, тепла и силы, что я теряюсь. И впервые за последнее время я… отпускаю ситуацию. Плевать, что подумают, скажут. Стас рядом, и он защитит меня. Никто больше не сделает мне больно. Я теперь действительно за мужчиной. За своим мужчиной, который любит меня. И это прекрасно!
Счастье… настоящее счастье зарождается в животе, растекается по венам, наполняет тело. Прислушиваюсь к себе. Губы сами собой разъезжаются в улыбке. Ловлю себя на том, что больше не боюсь ничего вообще. Я уверена в завтрашнем дне… потому что Стас рядом.
– Вот, эта улыбка мне нравится, – он чмокает меня в уголок губ. – Пойдем. Нужно разобраться с Соколовским, и поехали отсюда.
Стас разворачивается к двери, но я перехватываю его за руку.
– Как думаешь, можно что-то сделать с ним? – спрашиваю с надеждой.
– Не знаю, – Стас оборачивается через плечо. – Все зависит от того, что покажет обыск.
– Так он действительно будет? – аж приоткрываю рот.
– Да, – Стас кивает. – Твоя сестра согласилась написать заявление на него, по факту которого сейчас и ведется проверка.
– Что? – неверяще распахиваю глаза. – Когда ты с ней связался?
– Пока ты спала, – Стас разворачивается ко мне, кладет руки на плечи. – Только не заводись. Я еще не знаю, что из этого получится. Но мы все подготовили. Должно сработать. Аня чуть приукрасила факт получения Андреем записей с ней. Сказала, что он ее принуждал. Поэтому не пугайся и не кидайся на него, если услышишь это. Так нужно было сделать, чтобы получить разрешение на обыск в его квартире.
– Что?! – вскрикиваю снова. – О таком предупреждать надо!
– Вот поэтому я не хотел тебя брать, – Стас тяжело вздыхает. – Алиса, пожалуйста, хоть раз на встревай. Сейчас, главное, все четко отыграть. Прошу, будь сдержанной, чтобы все получилось.
Прикрываю глаза. Пытаюсь взять себя в руки. С другой стороны, чего я возбухаю?! С моей помощью или без нее, я рада, если Соколовский понесет название.
Распахиваю веки. Коротко киваю, отчего Стас расслабляется.
– Ну тогда пойдем, – отпускает меня. Перехватывает мою ладонь. Ведет к выходу.
В соседнем кабинете царит тишина, когда мы заходим в него. Три пары глаз обращаются к нам. Щеки снова начинают пылать под чужими взглядами. Закусываю губу. Стас сжимает мою руку, успокаивая, ведет к нашим местам.
– Как дела? – он смотрит на долговязого следователя.
– Ждем результатов, – тот пожимает плечами.
– У меня есть право на звонок, – вдруг рычит Андрей.
– Ну раз просите, – отвечает более крупный следователь.
Протягивает Соколовскому, по ходу дела, его же телефон. Тот, не задумываясь, хватает гаджет, быстро тыкает на экран. Видимо, трубку снимают почти сразу.
– Живо приезжай, адрес пришлю в сообщении, – повышает голос Соколовский. – В сути разберешься на месте. Мне не важно, какие у тебя дела. Жду!
Он тут же сбрасывает вызов. Быстро строчит сообщение. Следователь жестом просит показать его. Соколовский разворачивает к нему экран и только после короткого кивка отправляет напечатанный текст.
Напряжение с каждой секундой нарастает внутри меня. Нетерпение заставляет пальцы подрагивать. Мне бы очень хотелось, чтобы Соколовский оказался за решеткой. Но надежда такая призрачная, что я даже боюсь позволить ей прочнее прорасти.
Очередной звонок раздается на телефон долговязого мужчины минуты через три.
– Алло, – бодро отвечает он. Вслушивается в то, что ему говорят. Кивает в такт неслышным нам словам. – Нашли сейф? – бросает долгий взгляд на Соколовского. Андрей вздрагивает, дергается в сторону. – Ого, – вдруг следователь выпрямляется. – Ну все, ты встрял, – усмехается, обращаясь к Соколовскому.
Андрей тут же напрягается, вытягивается как струна. А я пытаюсь понять, что же такого могли найти в его сейфе, раз он аж замер, словно статуя. Закусываю щеку, бегаю взглядом между мужчинами. Жду, когда хоть кто-нибудь прояснит происходящее.
– Так, – долговязый следователь кладет трубку. – Интересная ситуация получается. Вы нам тут рассказали душераздирающую историю, а по факту, злодей здесь вы, – он усмехается Соколовскому. – Все-таки шантаж был?
Андрей молчит. Смотрит в сторону.
– Ну что ж. Мы задерживаем вас на двое суток до выяснения всех обстоятельств.
– Какого черта?! – вскрикивает Соколовский. – Вы не имеете права!
– Право мы как раз имеем, – кивает следователь. – Распечатанных фото в сейфе предостаточно. Как и несколько флешек с проектами некой компании «Архистила».
Тут уже напрягается Стас. Вперивает в Соколовского тяжелый взгляд. Сжимаю руку в кулак, вгоняя ногти в ладонь. Черт!
– И это я молчу про папки и чертежи с пометками «взять в свой проект» и что-то в таком духе. А да, еще же есть ноутбук, правда, он запаролен. Но наши спецы быстро его разблокируют. Думаю, там мы найдем то самое отправленное видео, – следователь откидывается на спинку стула. – Интересная ситуация. Ваша что ли контора? – он поворачивается к Стасу.
Тот кивает. При этом молчит. Не знаю, играет ли он, чтобы усугубить вину Соколовского, или на самом деле расстроен, но все-равно придвигаюсь ближе, прижимаюсь к плечу Стаса.
– Видимо, мы много любопытного узнаем, когда будем разбирать документы, – глухо отзывается крупный следователь.
– Она таскала для меня всю информацию, – вдруг вскрикивает Андрей. Тыкает в меня пальцем. – Если я пойду на дно, заберу ее с собой.
– Это правда? – долговязый следователь приподнимать бровь, глядя мне в глаза.
Страх пробирается под кожу. Черт! Неужели и я попаду за решетку? Мне жутко от мысли, что могу оказаться в тюрьме, хотя по сути заслужила этого, работая на Соколовского.
– Ее не трогаем! – твердо отзывается Стас. Вздрагиваю от стали в его голосе. – Она ни причем. Он шантажировал Алису теми самыми фотографиями сестры и состоянием ее родителей.
– Еще интереснее, – грузный следователь придвигается к столу, кладет на него руки. – Ну что ж, тогда пришло время все рассказать. Нам нужно понимать, с чем мы имеем дело.
И я рассказываю. Каждую подробность, каждое мгновение нашего с Соколовским общения.
В итоге, мы выходим из здания в начале восьмого вечера. На улице уже потемнело. Холодный ветер тут же пробирается под одежду. Но я его почти не чувствую. Не верю… просто не верю, что Соколовского действительно задержали. А меня не тронули. Более того, теперь в отношении него заведут уголовное дело, будут проведены проверки и еще что-то. Не помню, что именно. Но Андрею не отвертеться и не выйти сухим из воды. А главное, что мою семью не тронут. Мы в безопасности. Сейчас точно и окончательно.
Останавливаюсь. Вдыхаю полной грудью.
– Ты чего? – Стас оборачивается ко мне.
– Понятия не имею, как ты это сделал, но очень тебе благодарна, – смотрю ему в глаза.
Не знаю, как передать все тепло и любовь, которые испытываю к Стасу. Если бы не он, я бы до сих пор так и находилась под гнетом Соколовского. А теперь я свободна.
– Просто все сложилось, – Стас делает шаг в мою сторону. Обнимает за талию. – Аня большая молодец, что согласилась фигурировать в деле, – он прижимает меня к себе. – Будет тяжело, но мы обязательно справимся. Предстоит еще много со многим разобраться. Но у нас есть основания прижать Соколовского.
Я как никогда горжусь своей сестрой. Оказывается, за сегодняшнюю ночь они провернули большое дело. И да, пусть все получилось благодаря связям Антона и влиянию Стаса, но это не важно. Моему мужчине все-таки тоже пришлось прибегнуть и к своим возможностям, но он не желает об этом. Наоборот, я вижу, что Стас этому рад. И я тоже!
– Мы справились, – Стас широко улыбается.
– Точно, – киваю.
– Это потому, что мы вместе, – он наклоняется ко мне, заглядывает через глаза в самую душу. И я хочу ему ее показать.
– Я люблю тебя, – вкладываю в слова все свои огромные чувства. – Бесконечно сильно!
– Правильно, так и должно быть, – Стас обольстительно улыбается, но тут же становится серьезным. – Алиса, запомни, ты моя. С этого момента и навсегда, ты окончательно моя. Больше никто никогда тебя не обидит. Но для этого я, как настоящий дракон, похищаю тебя в свой замок, из которого ты низачто не выйдешь, – на этим словах Стас ныряет под меня, резко закидывает на плечо, и бежит к машине.
Радостно визжу, вцепившись в талию Стаса. Я счастлива быть похищенной им.
– Куда мы теперь? – задаю вопрос, уже сидя в салоне.
– Домой, – Стас разворачивается ко мне. – К нам домой. Я не шутил, теперь мы будем всегда вместе. И у тебя нет выбора.
А я и не хочу, чтобы он у меня был. Пусть все решает мой мужчина. Усмехаюсь. Тянусь к Стасу за поцелуем, он тут же проникает языком в мой рот.
Впервые осознаю, что мы действительно принадлежим другу другу… окончательно и навсегда. И между нами больше не стоит недомолвок и тайн. Наконец, мы можем наслаждаться друг другом, не заботясь больше ни о чем.
История, начавшаяся со спора, превратилась в настоящую любовь. Вот правда: там, где одна дверь закрывается, обязательно откроется другая. Нужно только позволить этому случиться. И я позволяю!
