Текст книги "Пан Самоходик и тамплиеры (ЛП)"

Автор книги: Збигнев Ненацкий

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 12 страниц)

– Ева! Где они? – Схватил я девочку за руку.

– Не имею представления, но думаю, что где-то в подвале ...

Я испытал неприятное чувство беспомощности. Где-то рядом с нами вооруженный бандит отобрал письмо с информацией как попасть в сокровищницу тамплиеров, а я не мог ему противодействовать, хотя слышал каждое его слово.

– Быстро на двор! – Шепнул я. – Будем выслеживать бандита.

Мы побежали вниз по лестнице на темный двор Среднего замка. Но было слишком поздно. Мы только услышали, как всего в нескольких шагах разводят мост в Высокий замок.

Мы бросились бежать в обход. Где-то далеко позади, кто-то кричал угрожающим голосом. Наверно, это был ночной сторож, он услышал шум и поднял тревогу.

Незнакомец забежал на первый этаж Высокого Замка и исчез в коридоре, который вел к башне. Когда он был на лестнице, мы увидели, как мелькнул его силуэт.

Мы побежали за ним по узкому коридору, но тут он вдруг свернул на небольшую деревянную галерею. Когда-то это было место для прогулок и отдыха рыцарей. Прыгая по деревянной лестнице, мы видели его, он стоял у стены и цеплялся за свисающую толстую веревку. Я сразу подумал, что это очень спортивный человек, потому что он поднялся по веревке так ловко, как это делают артисты в цирке. Он посидел недолго верхом на стене, отцепил веревку и исчез из поля зрения, спрыгнул на ту сторону.

Во дворе замка загорелся свет и мы услышали бегущие шаги сторожа.

– Пока мы ловим этого типа, нас поймает сторож. И я не знаю, как мы будем ему объяснять наше ночное посещение замка. – Быстро произнесла Ева.

– Да, – Согласился я, – сматываемся как можно быстрее. Пусть сторож хватает Бахомета с женой.

Ева повела нас к тем воротам в стене, через которые мальчики попали в замок. Мы пролезли через кусты и заросли и, наконец, оказались на берегу реки Ногат. Запыхавшись, мы сидели и переводили дух.

– Интересно, что было в письме, которое похитил этот человек? – Спросил Вильгельм Телль. – Может быть, надо было его поискать за стеной?

Ева пожала плечами:

– Пока бы мы добрались туда в обход, его давно там уже не было бы. Ищи ветра в поле.

– Да, Ева. – Поддержал я ее. – Гоняться за ним не имело никакого смысла. А Бахомет должен и так помнить содержание письма. Завтра я постараюсь найти его и поговорить с ним начистоту. В конце концов, сегодняшний день принес нам большой успех: теперь мы знаем, как понимать слова: «Там сокровище ваше, где сердце». Сокровища спрятаны в столице Тевтонского ордена, в Мальборке. Мы также знаем об архитекторе тамплиеров, Петре Авиньоне.

– Что мы будем делать теперь? – Спросил Соколиный Глаз, потирая свой длинный, любопытный нос. – И зачем бандит похитил письмо?

– Ну, это очень просто! – Воскликнул Баська. – Ему нужна информация, содержащаяся в письме, и он ее получил.

– А что там может быть интересного? – Задумчиво произнес Вильгельм Телль.

Но Соколиный Глаз еще потер свой нос и продолжил:

– Все не так просто. Он, как и мы, спрятавшись спокойно мог услышать весь разговор Бахомета с женой. Но он этого не захотел, а решил письмо отобрать.

– А зачем ему запоминать информацию? Предпочтительней иметь письмо в кармане. – Ответила ему Ева.

Я вмешался в их разговор:

– Думаю, что не далее как завтра или послезавтра Петерсен получит предложение купить это письмо.

– Что?! – Вскрикнули пораженные мальчики. – Вы думаете, это был Малиновский?

– Конечно, это был Малиновский, больше некому. – И добавил. – Если у него хороший автомобиль, то он мог предыдущей ночью получить выкуп у Петерсена, а поздно вечером быть уже здесь. Одному это будет тяжеловато и, наверно, он не работает в одиночку. Его помощник мог остаться на берегу озера, в то время как сам Малиновский отправился в Мальборк ...

– Приехал сюда, проследил за Бахометом. – Продолжал я. – Когда Бахомет нас заметил и решил нейтрализовать меня, закрыв дверь камеры Кястутиса, это было на руку бандиту. Конечно, он не думал, что вы освободите меня. Продолжая следить за Бахометом и его женой, с помощью оружия он отобрал у них письмо. Вероятно, он пришел к выводу, что в письме нет ничего ценного и решил продать его Петерсену. И деньги получит и наведет капитана на ложный след. Вот и вся тайна ночных событий в замке.

– Капитан вновь будет бушевать от гнева. – Изрек Баська и передразнил Петерсена.

Ребята засмеялись. Мы поднялись с травы, пора было ложиться спать.

Прощаясь с нами, Ева сказала:

– Интересная сегодня получилась ночь. Мне с вами понравилось. Археология будет моей будущей специальностью.

– А как ты объяснишь матери, что так поздно вернулась домой? – Спросил я.

– Просто расскажу ей всю правду. – Ответила она.

– Как? Ты ей расскажешь о нас? – Удивились мальчики.

– Да. Она может помочь нам, так как очень много знает о рыцарях. И я никогда не лгу.

Мы шли по улице и смотрели, как светятся окна в современных многоквартирных домах, построенных рядом со средневековым замком. Тут же были и остатки старого города, который был очень красив.

Рядом с ратушей гуляли прохожие. Мы были еще заняты разговорами о событиях в замке и не обращали на них никакого внимания. Тем более было темно, уличные фонари стояли далеко друг от друга и между ними оставались неосвещенные промежутки. Но ничто не могло ускользнуть от Соколиного Глаза. Он вдруг резко остановился и сказал:

– Добрый вечер, панни Анка! Вот так встреча.

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

ДЛИННЫЙ ЯЗЫК – ЛИЦОМ К ЛИЦУ С БАХОМЕТОМ – ТРУСОСТЬ БАХОМЕТА – ССОРА НА БЕРЕГУ РЕКИ НОГАТ – ОПЯТЬ ПИСЬМО

– Что вы здесь делаете? В полночь? – Удивленно воскликнула Анка. Но тут же ее лицо стало ироничным. – Какая радостная встреча. Откуда вы идете, симпатичные джентльмены?

– А вы?

– Я иду из почты. Звонила своему редактору в Варшаву. А джентльмены, вероятно, идут из замка?

– Нoчью замок закрыт, – ответил ей Соколиный Глаз, – в это время там только лунный свет. Мы идем в лагерь.

– Но сегодня ведь нет луны. – Насмешливо сказала Анка.

– А панни давно в Мальборке? – Спросил Баська.

– С утра. Я видела в кемпинге вашу уродливую машину и поняла, что вы где-то поблизости. Почему вы бросили меня на озере? Как продвигается дело с Малиновским?

– Это вы должны знать, как поживает пан Малиновский! – Почти выкрикнул Баська. – Расскажите нам о нем.

– Я? – Поразилась Анка.

– Да, вы. Мы считаем, что вы с ним заодно. Мы доверяли вам, а вы нас обманывали. Мы видели, как от озера панни уезжала на мотоцикле.

– Эх, вы, детективы, детективы. – Покачала Анка головой. – Вы сказали, что собираетесь в Мальборк. Пан Самоходик не захотел взять меня с собой, так что я должна была найти способ добраться туда самостоятельно. Молодой и отзывчивый человек на мотоцикле предложил мне помощь. Почему я должна была отказаться? Хотя, говоря по правде, приятным путешествие было назвать трудно. Он мчался на мотоцикле, как будто за ним гнались черти. Но, вот, я тоже в Мальборке. Я живу в этом доме. На несколько дней сняла небольшую комнату в квартире номер 10. Можете зайти ко мне в гости.

Я спросил очень вежливо:

– С какой целью вы находитесь в Мальборке?

Она пожала плечами:

– В десятый раз я вам объясняю, что хочу написать репортаж о тех, кто ищет сокровища тамплиеров. Я приехала сюда для этого.

– А кто с озера, кроме нас, тоже приехал сюда?

– Супруги на синей «Шкоде». Еще я заметила на улице «Линкольн» Петерсенов, и теперь я наткнулась на пана Самоходика и его верных оруженосцев.

– Пожалуйста, говорите серьезно.

– Я вам не нравлюсь, – с сожалением сказала Анка, – и вы никогда не расскажете мне о ваших новых приключениях.

– Никогда! – Ответил Телль. А Баська выпятил грудь:

– Ничего мы вам расскажем. А мы бы многое могли рассказать ...

Он не закончил, потому что Телль и Соколиный Глаз руками закрыли ему рот. Бедный парень только лепетал и пробормотал что-то невнятное.

– Отпустите, а то я задохнусь! – Наконец крикнул он.

– Болтун несчастный! – Кричали на него оба мальчика. – С сегодняшнего дня, вместо Баськи, ты будешь называться Длинный Язык.

Баська перевел дух:

– Но я же ничего не сказал ...

– Длинный Язык! Длинный Язык!

Анка вдруг рассердилась:

– Уже давно за полночь! Как вам не стыдно, пан Самоходик, бродить ночью с детьми. Я вот возьму и напишу их родителям, пожалуюсь на вас.

– С чего это вдруг вы забеспокоились о мальчиках? – Спросил я с иронией. – Сейчас, может, и поздно гулять, но перед сном полезно. И они учатся разным интересным вещам.

– Воображаете себе, ужасным вещам они у вас научатся.

– Но зато живут честно, без коварства. В отличие вас, ваши поступки деморализуют их. Казалось бы, такая приличная девушка с виду, а на самом деле ...

– Что: «На самом деле»? – Не понравилось Анке. – Вы ничего не знаете обо мне. Вы наивны, как дети. Я к вам со всей душой, а вы меня гоните.

Она продолжала что-то еще говорить, но мы уже не слушали. Мальчики махнули рукой и пошли к палатке.

– Тоже, нашлась воспитательница. – Пробормотал я себе под нос.

– Какая-то она подозрительно заботливая, как вы считаете? – Спросил Баська.

– Как по мне, то я предпочитаю быть без няньки.

– Она на самом деле очень хорошая. – Заявил Вильгельм Телль.

– «На самом деле», «На самом деле». – Передразнили мальчики Телля. – Что мы знаем о ней? Пусть будет хоть самой симпатичной, но мы должны держать с ней ухо востро. Напишет про нас так в газете, что вся Польша будет смеяться.

Мы шли к лагерю на реке. Подходя, мы увидели между машинами синюю «Шкоду».

– А вот и машина Бахомета. Только почему мы ее раньше не заметили?

По соседству с нашим лагерем мы стоял «Линкольн» и домик на колесах. Козловский прогуливался недалеко от них.

– Почтение вам, – Поздоровался он вежливо, – Я вас приветствую, господа. Откуда вы возвращаетесь так поздно?

– С ночной экскурсии мы возвращаемся. – Тоже вежливо ответили мы.

Из домика вышла панни Петерсен.

– Ну как? Вы уже нашли сокровища тамплиеров? – Кривляясь, спросила она.

Баська ей ответил:

– Мы находимся у разгадки, где искать сокровища. Пан Самоходик уже знает, что означает: «Там сокровище ваше, где ...»

Бедняжка не успел закончить, потому что Телль и Соколиный Глаз закрыли ему рот руками.

– Длинный Язык! Длинный Язык! – Закричали они.

Панни Петерсен умоляюще подняла руки:

– Отпустите немедленно беднягу. А то он задохнется ...

С ее лица исчезла ухмылка. Мальчики отпустили Баську и он стал жаловаться плачущим голосом:

– Я что, совсем не имею права разговаривать?

Услышав слова Баськи, Козловский подошел к Карен и сказал ей вполголоса, что мы получили какую-то новую информацию о кладе.

Я с мальчиками пошел к нашему лагерю, а Карен увязалась следом.

– Пан был прав, документ оказался ничего не стоящим. Я потратила на него много денег. Вы знаете, что в нем написано? О покупке Орденом крестьянской фермы. Отец очень расстроился. Я надеюсь, что вы и мы будем сотрудничать. Я потеряла последний шанс найти клад. Можете ли вы мне помочь?

– Могу дать совет. – Ответил я. – Сегодня вы получите предложение о покупке новой и ценной информации. Не соглашайтесь на это.

– Что вы говорите? Пан видел Малиновского? – Спросила она немного со страхом.

– Нет. То есть, в некотором смысле, да. Я видел его. Я видел, как он украл письмо с информацией. Я преследовал его, но он убежал. Это была не совсем кража, скорее, грабеж. Ограбление он, вероятно, сделал для того, чтобы продать письмо вам. И заломит опять немалую сумму...

– С чего вы решили, что нас опять обманут?

– Просто я так думаю, панни.

Она аж подскочила от злости.

– Ах да? Вы так считаете? А мы думаем, что вы уже подобрались к сокровищам, и нас оставили далеко позади. В этом случае, пусть Малиновский приходит как можно скорее со своим предложением. Мы ему заплатим.

И она быстро пошла к своему домику. Я хотел ей еще сказать, но она не стала меня слушать, так была раздражена тем, что я знаю больше их.

Как же я действительно хотел найти это сокровище!

Когда я залез в свою палатку, три моих друга уже дружно храпели в другой.

Утром я проснулся довольно поздно. Выглянул из палатки и увидел, что небо пасмурно, а из туч накрапывает дождь. Погода настраивала на сон, поэтому я снова намеревался залезть в спальный мешок, когда вдруг заметил Козловского, возвращавшегося со стороны города. В палаточном лагере семейная пара из синей «Шкоды» собиралась к отъезду. Я быстро оделся и пошел к ним.

– Доброе утро, пан Бахомет. – Поздоровался я с толстым мужчиной, собирающим палатку. – Как вам удалось выбраться из замка? Проблем не было?

Он посмотрел на меня со страхом, а его супруга быстро спряталась в автомобиле.

Она тоже была толстая и представляла собой женскую копию своего супруга. Мне показалось, что они так похожи друг на друга, словно были братом и сестрой.

– Кто вы? – Спросила она испуганно, но я ей не ответил.

– Да, проблем не было. – Сказал Бахомет, мрачно глядя на меня.

– Наши дела идут хорошо, а вы собрались уезжать. Вам не кажется, что нам надо поговорить?

Бахомет испугался еще больше, а его супруга совсем исчезла.

– Я не очень доволен вчерашним приключением. Вы заперли меня в камере. Я никогда не был в тюрьме. А вы не хотите туда попасть?

Вместо ответа Бахомет только глухо застонал.

– За то, что не имея никаких на то прав вы заперли на ночь в холодной камере невиновного человека может последовать наказание. Как говорится: не рой другому яму, а то сам в нее попадешь. Вы закрыли меня в камере Кястутиса, и теперь я могу пойти в милицию и пожаловаться. Не хотите побывать в СИЗО?

– Но... я... ничего... Он не договорил.

Его жена всплеснула руками, как будто в молитве и затараторила:

– Я умоляю вас, простите его. Он сделал глупость. Я клянусь вам, что мы больше не будем искать сокровища тамплиеров. Мы никогда не встанем у вас на пути. Мы уезжаем.

– Почему? Вам не понравилось в замке? – С иронией спросил я.

– Ах, пожалуйста, пан. – Заплакала жена Бахомета. – Это занятие не для нас. Мы мирные люди, мой муж работает инженером-химиком. Это я, я во всем виновата. Я начиталась историй о сокровищах тамплиеров, написала письмо к другу мужа во Францию, он историк, и тут начались наши беды. Я уговорила мужа, чтобы мы искали сокровища во время летних каникул. Но больше мы не будем вас беспокоить. Мы уезжаем.

– Вы не беспокоите меня. Я только думаю, зачем вы меня закрыли в камере. Я не давал вам повода для глупых шуток. Мои друзья скоро освободили меня, так что этот неприятность не продлилась долго. Я даже намеревался помочь вам, когда на вас напали, но бандит оказался проворней.

Супруги дрожали от страха. Я понял, что они мне не верят, думают: это я был с пистолетом в маске ночью.

– Пожалуйста, простите нас. – Сказал Бахомет, положив руку на грудь в знак искренности.

– Хорошо. Тогда скажу и я. Я был вашим конкурентом, но не врагом. Я не взламывал дом учителя. И это не я напал на вас, чтобы забрать письмо.

Я рассказал им об истории с Малиновским, о выкупе, о часовне. Я объяснил им, как получилось, что я был свидетелем нападения бандита в маске.

– Это письмо Малиновский будет использовать, чтобы получить деньги от Петерсена. Его наглость не имеет границ. Вот почему я обращаюсь к вам с предложением: помогите мне в борьбе с ним.

– Нет! Мы не можем! – Испуганно вскрикнула супруга Бахомета. – Мы мирные люди. Мы уезжаем. Я думаю, что сегодня ночью бандит с пистолетом не шутил.

– Я думаю: это был не настоящий пистолет. – Сказал Бахомет. – Я убежден, что он нам угрожал зажигалкой в виде пистолета, а мы так напугались, что не смотрели на его руки.

– Все одно: зажигалка или пистолет! – Плакала жена Бахомета. – Мы хотим отдохнуть после всех этих переживаний.

– Вы слышите? Жена не разрешает мне. – Бахомет беспомощно развел свои пухлые руки.

– Может вы и правы. Борьба с бандитами не для вас. Но я не хочу оставлять это безнаказанным.

– Делайте, что хотите. – Сказала жена Бахомета. – Я желаю только одного: чтобы как можно скорее уехать отсюда.

– Тогда скажите, – Обратился я к Бахомету, – какая информация содержалась в письме от вашего друга.

– Конечно, я скажу! – Бахомет даже обрадовался, что я прошу от него так мало. – Мой друг пишет в своем письме, что Зигфрид фон Фойхтванген, думая о будущей столице Тевтонского ордена, не обязательно имел ввиду Мальборк или как он тогда назывался Мариенбург. Он писал: пусть не смущается сердце ваше. Не исключено, что Фойхтванген думал построить столицу где-то в другом месте. В Мальборке уже стоял относительно большой замок. В это время, кроме того, Петр Авиньон вернулся в Францию, где он вскоре умер, что затруднило работу по строительству столицы. И быть может поэтому было решено отказаться от планов строительства нового замка, а приступить к расширению Мальборка.

Бахометова жена, до сих пор стоявшая с бледным со страха лицом, теперь покраснела от удовольствия за своего мужа. Она с гордостью сказала:

– Видите, как мой муж хорошо разбирается в истории? Ведь он химик, но история его хобби. Знаете ли вы, что он занял первое место в телевизионном турнире? Выиграл двадцать тысяч за свои ответы в истории средневековья. Я уговорила его отправиться на поиски сокровищ тамплиеров; я думала, может быть, нам повезет, но оказывается, тут нужны не только знания, но и сильный кулак. А на эту роль мой муж не подходит. И вот почему мы оставляем нашу затею. Хватит с меня ночных визитов в замок и встреч с вооруженными бандитами.

Супруги продолжили собирать вещи. Они хотели как можно скорее оставить Мальборк, где у них были такие неприятные приключения. Они сели в свою «Шкоду» и уехали, помахав мне на прощание рукой. Все-таки они были хорошие люди, и они дали мне некоторую информацию.

После возвращения в лагерь я нашел мальчиков, занятыми подготовкой завтрака. Шел дождь, поэтому мальчики развели костер под навесом. Там пахло кофе и было очень уютно.

У наших соседей Петерсенов тоже происходило какое-то движение. Капитан принес ведро воды, а через открытые двери домика на колесах было видно, как панни Карен готовила на газу омлет. Козловский ей помогал и одновременно что-то рассказывал, вероятно, разговор шел о нашей вчерашней с ним встрече.

Петерсену их разговор явно не нравился, с недовольным лицом он вылил все ведро на пол домика, вода хлынула во все стороны. Швырнув ведро в угол, он направился к нам в гости. Когда он присел под нашим навесом, мы предложили ему чашку горячего кофе.

– Спасибо, ребята.– Поблагодарил он. – У вас прекрасная страна, леса, озера ... Моя дочь рассказала вам про историю с выкупом? Документ был бесполезным, а я опять заплатил Малиновскому кучу денег.

– Давайте относиться к этому спокойней. – Ответил я. – Малиновский раз и второй обманул вас, но уже в третий раз ему не удастся.

– Вы намекнули Карен, что Малиновский опять будет что-то нам предлагать купить.

– Я надеюсь, что теперь вы будете более благоразумны. Вы должны передать это дело милиции.

– Я тоже так считаю, – кивнул он головой, – но моя дочь против. Ее охватило какое-то безумие. Он настаивает на поиске этих сокровищ. Я не знаю, что с ней делать, мы даже поссорились с ней сегодня утром. Но я беспомощен, потому что обещал ей перед отъездом, что в нашей экспедиции будет командовать она.

Я не поддерживаю ее и я бы хотел, чтобы вы считали меня своим другом. Меня не волнуют сокровища тамплиеров, мне все равно кто его найдет вы или Карен. Моя цель поймать Малиновского и посадить его в тюрьму.

– Это заслуживает уважения, – Ответил я торжественно, – в этом деле вы можете рассчитывать на мою помощь. Малиновский должен быть наказан. В противном случае меня будет мучить совесть.

Мы крепко пожали друг другу руки и он ушел к себе.

Вскоре пришла Карен, она была одета в резиновый плащ, по-видимому, куда-то собралась.

– Пан Самоходик, – сказала она с усмешкой, – набирает в свои ряды новых последователей. Даже мой отец перешел в его лагерь. Но даже если все ополчатся против меня, то я все равно не откажусь от поиска сокровищ. Я и Козловский решили посетить замок.

И она ушла.

– Ребята. – Обратился я к своим разведчикам. – Надо за ними проследить. Обратите внимание на то, что они будут делать в замке. А вдруг они знают больше, чем мы?

Ребята последовали за Козловским и Карен, а я вернулся к завтраку. Когда после начал мыть посуду, меня за этим занятием застала Анка.

– Вот это самое подходящее дело для вас. – Сказала она с иронией. – Пан моет посуду. Мальчиков послал шпионить, а сам занялся кухней.

– Почему ты говоришь, что я послал мальчиков шпионить? Какое некрасивое выражение.

– Встретила их на пути. Впереди идут панни Петерсен и Козловский, а за ними ползут ваши скауты с таким видом, будто на них возложены задачи государственной важности. Даже здороваться со мной не хотят.

– Потому что они тебе не доверяют.

– А все от того, что я приехала в Мальборк. И еще этот мотоцикл. Ну, конечно, вы автомобилисты не любите мотоциклы. В противном случае вы могли бы стать паном Мотоциклом. А вам какое прозвище больше нравится?

– Я предпочитаю старое.

– Но ведь вы не можете винить меня только за то, что я приехала на мотоцикле. – Продолжала она. – И кстати, почему ребята называют мотоциклиста кроликом?

Я пожал плечами:

– Не знаю.

Она снова стала оправдываться, но я ее не слушал.

Когда я закончил мыть посуду и вытер руки, к нам подошел странно одетый человек. Он был маленького роста, в шортах и тельняшке, на голове у него сидела кепка.

– Приветствую вас. – Почтительно обратился он ко мне. – Могу сдать в аренду лодку для прогулок по озеру. Вашей спутнице будет интересно. Влюбленные на лодке – это так романтично. Лодка находится внизу у причала.

– Спасибо, не надо. Я думаю, что скоро пойдет дождь.

– Вы боитесь дождя? – Не отставал он. – Для такого спортсмена как вы, дождь не имеет значения. Вы не сахарный, не растаете.

– Я не сахарный, – согласился я, – но мокнуть под дождем не собираюсь.

– Пан может плавать на лодке сколько захочет. – Настаивал он. – Хоть час, два, даже целый день. Вы можете нанять меня, я буду грести. Мои услуги широко известны. Я работаю в хорошей компании.

– Нет. Спасибо. – Решительно ответил я.

А Анка покраснела после слов о романтичной любви на лодке.

– Нет, так нет, – вздохнул человек в кепке, – а кто живет в этом домике на колесах? Может быть, он захочет прокатиться?

– Это иностранец, с ним надо говорить по-английски. Если вы хотите, я могу быть переводчиком.

– Спасибо, пан. Я поговорю с ним сам. Здесь отдыхало столько иностранцев, что я выучился говорить с ними на их языках и они всегда арендовали у меня лодку.

Он пошел в лагерь Петерсенов и постучал в дверь их домика. Вышел Петерсен и человек в кепке стал ему что-то объяснять, но капитан как видно ничего не понимал из того ломанного языка на котором изъяснялся мужчина.

Петерсен выглядел весьма забавно: с недоумевающим видом он стоял голый до пояса, на груди была татуировка в виде синего якоря.

– Пан моряк, арендуйте у меня лодку. – Объяснял ему на ужасном английском мужчина в кепке.

– Что вы говорите? Ничего не понимаю. – Отвечал ему Петерсен.

– Арендуйте у меня недорого лодку, ну, по-вашему каяк.

– Каяк? – Поразился Петерсен. – Это что, байдарка?

– Да, байдарка, – закивал ему головой человек в шортах и тельняшке, – пан моряк может пользоваться ею хоть целый день.

Петерсен почесал голову, потому что так ничего и не понял из того, что говорил ему человек в кепке. Потом он осторожно спросил:

– Вы не знаете, случайно, Малиновского?

– Малиновского? – Воскликнул человек в кепке.

– Да, Малиновского. – Повторил Петерсен.

– Я Малиновский. – Ткнул тот себя в грудь. – Вы слышите меня? Я и не знал, что моя компания по аренде лодок так широко известна в мире. Это я.

И он опять что-то произнес на своем непонятном английском языке.

Петерсен взревел, как дикий буйвол:

– Малиновский?! Ты Малиновский?!

– Да, пан, я и есть Малиновский. – Радостно восклицал человек в кепке.

Петерсен бросил на траву полотенце, которое было накинуто на голые плечи. Потом шагнул вперед и схватил за горло человека в кепке. Тот затрясся как осиновый лист.

– Так вот ты какой, Малиновский? – Ревел капитан. – И ты опять пришел, чтобы вымогать деньги? Ты мошенник! Ты вор! Ну, держись, сейчас я сниму с тебя живьем шкуру!

Крики Петерсена привлекли внимание людей палаточного лагеря. Собралось целое сборище, все решили, что иностранец поймал вора, который хотел украсть его домик на колесах.

Капитан держал его в своих больших лапищах и кричал:

– Злодей! Охрана! Мошенник! Он вымогал у меня деньги! О, Малиновский, теперь ты заплатишь за все свои махинации ...

С большим трудом толпа вырвала у Петерсена бедного Малиновского.

– Надо позвонить в милицию! – Кричали люди. – Пусть его заберут под стражу раз он вор!

И каждый считал своим долгом пнуть в зад бедного человека в кепке. Напрасно тот пытался им что-то объяснить, его никто не слушал.

– Пан Петерсен, – подходя к ним, сказал я, – это не тот Малиновский.

– Как это не тот? – Подскочил капитан. – Он говорит, что он Малиновский. И он что-то на плохом английском предлагал мне за деньги.

Маленький человек застонал:

– Да, да, я Малиновский. Отпустите меня, ребята. Меня все здесь знают, я сдаю в аренду лодки.

– Он Малиновский! – Снова заревел Петерсен. – Ну все, держись!

Барышня в огромных очках ткнула в меня пальцем:

– А вот этот пан, вероятно, соучастник Малиновского. Конечно, вдвоем удобнее грабить туристов.

Меня тут же схватили за руки.

– Держите вора! – Заверещала какая-то дама в брюках. – Даже на отдыхе нет от них житья.

Я попытался вырваться, но несколько человек держали меня очень крепко.

– Держите его, а то он может убежать!

– Пан Петерсен! – Закричал я капитану. – Это не тот Малиновский! Это другой Малиновский!

Но Петерсен не услышал меня, мой голос потерялся в общем шуме.

Тут я заметил в толпе Козловского. Но вместо того, чтобы помочь мне, он, наоборот, подстрекал всех:

– Да-да, держите его. Надо сдать его в милицию.

– Ах, ты, ублюдок, подожди же у меня! – Крикнул я Козловскому.

– Посмотрите, люди, он еще угрожает! – Пропищала барышня в очках и так больно ущипнула меня, что я взвыл как раненый волк.

Наконец, нам на помощь пришла Анка. Она всем объяснила, что суматоха произошла оттого, что пан Петерсен не знает польского языка, а Малиновский не понимает по-английски.

– Tьфу! – Плюнул в сердцах Петерсен. – Ну, и история. А вы, пан Козловский, подливали масла в огонь, и даже не попытались предотвратить все это.

– А что мне было делать? – Оправдывался Козловский. – Я думал, вы, наконец, поймали Малиновского и хотел вам помочь.

– А, ну вас. – Махнул рукой Петерсен и вдруг внезапно бросился к своему «Линкольну». Там на лобовом стекле белела бумага. Развернув, он посмотрел на нее и в следующий прыжок оказался рядом со мной.

– Прочитайте, здесь написано на польском языке. Я уже вижу знакомую подпись. – Стиснул он в бессильной ярости зубы.

Я перевел на английский язык: «Мисс Петерсен! У меня есть новая, ценная информация, которая приведет вас к сокровищам. Это стоит двенадцать тысяч. Приезжайте сегодня в одиннадцать часов вечера на пятидесятый километр дороги к Хойнице. Только не надо опять устраивать на меня засаду. Малиновский»

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

МЫ УГОВАРИВАЕМ КАРЕН НЕ ИДТИ НА ВСТРЕЧУ – ПЛАНЫ НОВОЙ ЭКСПЕДИЦИИ – КАРЕН В БЕДЕ – ПОГОНЯ – В ХАЖИКОВО

Шел дождь. Мы сидели в уютном домике на колесах у Петерсенов – Анка, Карен, капитан, Козловский, я и мальчики. В маленькое окно был виден туман на улице, сквозь дождь проглядывал коричневый силуэт Мальборкского замка, во втором окне виднелась черная вода реки Ногат.

Капитан Петерсен открыл бутылку французского коньяка, а ребятам достал бутылку с апельсиновым соком. Карен держала в руках письмо от Малиновского и, казалось, что читает его уже в десятый раз, хотя мы знали, что она не понимает по-польски.

Мы напряженно ждали: на что она решится, что скажет. Карен была очень красива, сидела в задумчивости, с разбросанными по плечам волосами. Когда моргала, длинные ресницы бросали тень на щеки и делали ее еще красивей.

Вдруг девушка дернула головой, откидывая волосы назад, и сказала:

– Я принимаю это предложение. Беру автомобиль и еду на пятидесятый километр.

– Я знал, что это так и будет! – Воскликнул Петерсен. – Моя дочь упряма.

– На этот раз и я вам не рекомендую. – Сказал Козловский. – Это очень опасно. Одной ночью ехать на встречу в лес с человеком, который может быть вооружен. Нет, я не советую.

– Очень вероятно, что это новый обман. – Добавила Анка.

– Нет. – Покачала Карен головой. – Хоть я и хотела бы видеть Малиновского за решеткой, но на этот раз я считаю, что он располагает ценной информацией.

Тогда я рассказал ей о ночном происшествии в замке.

– Странно. – Сказал Козловский задумчиво. – Почему он хочет встречи лично с панни Карен и почему так поздно и далеко?

– Я думаю, он хочет сообщить мне что-то действительно важное.

Я покачал головой:

– Я знаю, что в документе. Ничего интересного. Между тем, он назначил встречу так далеко. Будьте осторожны, Карен.

Девушка посмотрела на меня сердито:

– Я не боюсь. И вы меня не отговорите от встречи. Вы просто не хотите, чтобы я получила информацию, которой нет у вас. Я получу ее и найду сокровища тамплиеров. Я сделаю это, если даже буду рисковать всеми нашими деньгами.

Я поколебался, но все же настойчиво повторил:

– Панни Петерсен, поверьте, вас опять обманут, не надо ехать на встречу. Я даже могу вам рассказать содержимое этого документа.

В домике воцарилось полное молчание. Анка схватила меня за руку и с силой ее сжала:

– Не раскрывайте ей свои секреты, а то потеряете шансы найти сокровища. Ведь вы завладели этой информацией благодаря своей отваге, хитрости и изобретательности. Карен не заслуживает такой щедрости.

– Нет. – Повторил я упрямо. – Я ищу сокровища не для того, чтобы нажиться, а из интереса к приключениям, мне это интересно. А Малиновский плохой человек. Если что-то случится с панни Карен, меня будет мучить совесть.

– Пан Томаш, вы просто глупец. – Сердито буркнула Анка. – И учтите, что ..., что ты глуп и потому, что влюблен в эту Карен. А она ... она просто этого не заслуживает.

– Я все равно поступлю как сказал, и не потому, что влюблен как ты сказала. – Ответил я Анке.

Все слушали меня очень внимательно, только одна Карен насмешливо улыбалась.

Тогда я решил говорить о документе. Рассказал им и про Зигфрида фон Фойхтвангена и про Жака де Моле, про строительство столицы Тевтонского ордена. Я рассказал о Петре из Авиньона, который прибыл в Пруссию, чтобы возвести замок, в подвале которого, вероятно, спрятаны сокровища. И про треугольный знак на стене, который может указать нужное место.