Текст книги "Газета Завтра 161"

Автор книги: "Завтра" Газета

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 10 страниц)

ГОРОД В ЗИМНИХ КАЗАРМАХ Михаил Архангельский

ЗАММИНИСТРА АБДУЛБАСИРОВ НАМАЗАЛ АРМЕЙСКИЙ ПАЕК СЕБЕ НА БУТЕРБРОД

Командующие округами и флотами бомбардируют министра обороны РФ И. Родионова телеграммами: в армии нечего есть. Загадочная структура – Федеральная продовольственная корпорация затягивает на шее Вооруженных Cил голодную петлю.

Только два с лишним месяца назад постановлением правительства N 1236 монопольным поставщиком провизии для армии вменено было быть Федеральной продовольственной корпорации (ФПК). И вот уже министр обороны РФ Игорь Родионов заявляет: ФПК не в состоянии поставить целый ряд продуктов, специальные пайки и рационы; всего этого у нее нет.

С 1992 года, после одномоментного отключения от “социалистического продснабжения”, армия худо-бедно наладила его сама: завелось 15 тысяч коммерческих поставщиков плюс централизованные поставки. Коммерческие партнеры МО ценили такого клиента, даже инвестировали в пищевые предприятия, поддерживали аграрное производство в регионах, например, сахара в Курской области. Были возможности привлечь кредиты крупных банков, снизить заложенные в контрактах цены. И вот в сентябре 1996 года последовала новая ломка.

Армия давно чаяла снять с себя коммерческие заботы. Да и в интересах аграриев иметь столь крупного клиента, как армия.

Однако созданная еще в 1994 году под личным патронажем вице-премьера А. Заверюхи ФПК по сию пору остается блефом. Она патологически не выполняла взятые на себя обязательства. А воровство там достигло масштабов прямо-таки фантастических.

В прошлом году, констатировала Счетная палата РФ, ФПК заготовила зерна в объеме 16,3 процента от утвержденных показателей. Мяса, рыбы, картофеля и овощей – 0,8-1 процент, мясо-молочный продукции – не более восьми процентов. При всем том ФПК еще и жестко требует предоплаты, на что у МО попросту нет денег. “Продовольственные” армия получает помесячно и с перебоями.

Начатое же Счетной палатой в 1996 году коррупционное расследование продолжает прокуратура. Ряд руководителей ФПК очутились под следствием. В начале ноября ситуация в корпорации рассматривалась на закрытом заседании ВЧК.

Из ФПК, только по официальным данным, ушло “крутиться” в коммерческие банки около десяти триллионов рублей, ассигнованных из бюджета на закупки продовольствия до 1994 года. В 1995 году корпорация взяла у банков под гарантии Минсельхозпрода РФ 1,9 трлн. рублей. Но не расплатилась, и Минфин РФ был вынужден изъять для погашения долгов 2,8 триллиона из средств на поддержку села. В первом полугодии 1996 года ФПК опять набрала кредитов на три триллиона, и вновь Минфину пришлось раскошеливаться.

И хотя в этом году первого руководителя ФПК – первого заместителя сельского хоязйства и продовольствия Т. Абдулбасирова сменил Владимир Чаплыгин, Счетная палата рекомендовала кабинету ФПК упразднить.

Чего, было от нее, ФПК, ждать?

“Переориентация Вооруженных Сил РФ на получение продовольствия от корпорации привела к разрыву связей с поставщиками, ранее отпускавшими продовольствие, к их отказу поставлять продовольствие в долг, выставлению штрафных санкций Министерству обороны РФ”, – писал 3 декабря министр обороны РФ И. Родионов первому вице-премьеру А. Большакову. – Ограниченность ассортимента, поставляемого… корпорацией, привела к тому, что из-за многократных замен свежих продуктов консервированными и концентрированными питательная стоимость пайка военнослужащих снизилась на 25-30 процентов”.

“Сложилась критическая ситуация по оплате за уже поставленное продовольствие”, – сообщают начальнику тыла Вооруженных Сил РФ генерал-полковнику В. Чуранову из Забайкальского военного округа. “Поставщики, которые ожидали оплаты до 90 банковских дней и более, прекратили отгрузку продукции, подают иски в арбитражный суд. Счета округа будут арестованы. Имеются случаи анонимных угроз должностным лицам…” Подписана депеша командующим войсками ЗабВО генерал-полковником Н. Кормильцевым.

Телеграмму за телеграммой шлет начальник тыла Черноморского флота контр-адмирал В. Лавров – исчерпаны запасы мяса, рыбы и масла. Растут просроченные долги за поставки провианта. Контр-адмирал просит МО разрешить “планировать приготовление пищи, исходя из фактического наличия продовольствия с отклонением от норм… утвержденных по приказу МО N 200 от 1992 года”.

Вот так: просит официально санкционировать голод.

“…В войсках СКВО сложилось катастрофическое положение с обеспечением личного состава свежим хлебом. Ни одна федеральная продовольственная корпорация на местах не обеспечивает бесперебойное снабжение… а также не погашает задолженность продовольственных складов перед хлебозаводами. Неоднократные обращения в ФПК, встречи с главами ФПК результатов не дали…” – летит в Миноброны депеша от 2 декабря из Северокавказского округа.

Денег нет, нет и нет.

Если на 1996 год МО РФ запрашивало на снабжение пищей 8 триллионов рублей, то в бюджет заложили 6,1 триллиона. 19 ноября на совещании в Минобороны первый вице-премьер Алексей Большаков объявил: эти средства закончились к началу IV квартала. Приходится брать продовольствие с сельхозпроизводителей в счет прежних товарных кредитов – горючего, которое давали аграриям в прошлые годы. Но, сетовал замминистра экономики РФ И. Стариков, экономический механизм не отработан, идет свара по поводу цен. Армия тем временем голодает.

К тому же по закону “О государственном оборонном заказе” (куда входят закупки провианта для войск) деньгами должно распоряжаться Миноброны – федеральный орган, а не ФПК. Не имея денег, корпорация не в состоянии ни влиять на поставщиков, ни отвечать за поставки. К тому же ей особым постановлением разрешено брать 3 процента комиссионных, а этих денег в бюджете МО опять-таки нет.

Как тут не вспомнить о 15 триллионах первого замминистра сельского хозяйства и продовольствия Т. Абдулбасирова, которые утекли из ФПК неведомо куда!

“Ситуация с продовольственным обеспечением стала предельно критической”, – считает Игорь Родионов, убеждая: необходим переходный период для перевода войск на новую схему снабжения. Иными словами, пока она не отработана досконально, надо сохранить прежний порядок.

Голодающая армия – это признак безумия правящих политиков. Уже сегодня командующие округами мало-помалу переориентируют свои надежды – пока чисто финансовые – на региональных лидеров. По прогнозам наблюдателей, весьма скоро продовольственная зависимость армии от регионов сделается в руках “региональных баронов” козырем для торга с Кремлем за новые конфедеративные вольности. Голодных бунтов армии пока не видать, но и они, похоже, не за горами.

ИРАК: ВИД ИЗ МОСКВЫ ( Госпожа Олбрайт возражает… ) Иван Алексеев

В конце ноября Совет безопасности ООН разрешил продажу иракской нефти в обмен на гуманитарные поставки Багдаду начиная с 10 декабря. Однако уже сегодня США – пока по неофициальным каналам – выражают недовольство быстрыми темпами развития российско-иракских отношений. Это давление скачкообразно усилилось с назначением Мадлен Олбрайт главой американского внешнеполитического ведомства.

В 1960-80-х годах Ирак был важнейшим торгово-экономическим и военно-политическим партнером бывшего СССР в регионе: на эту страну приходилось около половины экспорта и не менее трети советского импорта из стран Ближнего и Среднего Востока. Большинство промышленных предприятий (нефтескважины и нефтеперегонные заводы, электростанции, текстильные фабрики, ирригационные системы и т. п.) было построено или реконструировано там при финансовой и научно-технической помощи СССР.

Такой альянс был понятен: после прихода к власти в Ираке в 1958 году националистического руководства, ему (и собственно, Ираку) Запад объявил блокаду. Но Ирак был и остается крупнейшим в мире производителем нефти и ее экспортером, таковым же являлся и бывший Союз (нефтеэкспортные возможности которого унаследовала Россия). Совместные же действия Багдада и Москвы на мировом рынке, с учетом наращивания Ираком своего нефтеэкспортного потенциала с помощью СССР, превратили бывшую Месопотамию в едва ли не главного политического и экономического противника Запада в регионе.

И хотя западные компании и банки “вернулись” в Ирак в 70-х, СССР остался стратегическим союзником багдадского руководства и основным экономическим партнером Ирака. Союз предоставлял этой стране льготные кредиты и займы, отсрочки по платежам за уже поставленные туда товары. Но более двух третей подобных льгот касалось экспорта в Ирак вооружений, запчастей к ним, боеприпасов, реактивного топлива. Как следствие, “военная часть” иракской задолженности СССР и его правопреемнице – России – составляет, по российским и иракским оценкам, более 70 процентов: почти $6,5 млрд. из 9-миллиардного долга Багдада Москве.

“Буря в пустыне” и последующие санкции Совета безопасности ООН против Ирака отдалили, казалось, на неопределенное время возврат этой страной “советских” долгов и заодно сделали невозможным развитие российско-иракского сотрудничества. Но…

Когда в СБ ООН обсуждают вопрос, продлевать или смягчать санкции против Ирака, на российскую делегацию оказывается давление, чтобы она не противилась пролонгации санкций. Представители посольства РФ в Багдаде неоднократно отмечали, что далеко не последняя причина, из-за которой США и их союзники под любым предлогом стремятся продлить блокаду Ирака, – противодействие восстановлению российско-иракских связей и, соответственно, роли России в регионе. По мнению заместителя министра иностранных дел России Виктора Посувалюка, курирующего арабское направление российской дипломатии, в нефтеиндустрии Ирака наша страна должна действовать “на высшем пределе активности”, ибо картель западных нефтекомпаний настолько силен, что с ним придется иметь дело и буквально драться не только за контракты с Багдадом, но и за источники финансирования.

Как только намечаются конкретные меры по восстановлению российско-иракских связей, особенно в “нефтяных делах”, тут же следуют либо продление санкций СБ ООН, либо прямые военные акции США против Ирака. Например, в начале сентября российская делегация, возглавляемая В. Посувалюком, достигла в Багдаде предварительной договоренности с руководством Ирака о деятельности “ЛУКойла”, “Роснефти” и “Зарубежнефти” в этой стране после отмены санкций СБ ООН, ожидавшейся осенью 1996 года. Но за сутки до окончания визита ВВС США нанесли удар по Ираку (под предлогом “защиты иракских курдов”) – Виктор Посувалюк еще находился в Багдаде, когда американцы нанесли еще один удар по этой стране. И, как следовало ожидать, санкции против Ирака были продлены.

По данным иракских источников, когда в мае Совет безопасности разрешил Багдаду продавать нефть в течение полугода, а на вырученные средства приобретать исключительно продовольствие, представители некоторых стран Запада намекали иракцам, что санкции могут быть сняты или существенно ослаблены, если в Багдаде будут ориентироваться на экономическое сотрудничество прежде всего со странами и компаниями “большой семерки”. В частности, о таком давлении говорили иракский президент С. Хуссейн, министр иностранных дел Тарик Азиз, министр нефтяной промышленности Сафа Джавад. А ведь иракское руководство еще в феврале 1996 года обещало предоставить именно российским компаниям разнообразные льготы, стимулирующие их работу в этой стране после отмены ооновских санкций.

Несмотря на скрытое или явное противодействие извне, встречные шаги для восстановления связей предпринимает Россия. Так, по инициативе “ЛУКойла”, “Роснефти” и “Зарубежнефти”, входящих в Ассоциацию российских предприятий по сотрудничеству с арабскими странами (АРКАРАБ), создается специальная российско-иракская компания для финансирования работ российских нефтяных фирм в Ираке после отмены санкций СБ ООН. Доля РФ в уставном капитале компании, с согласия Багдада, будет учтена в счет части иракской задолженности бывшему Союзу (в размере $7 млрд.). С российской стороны финансовое обеспечение в этой компании возьмет на себя консорциум в составе Инкомбанка и “Российского кредита”, возможно подключение к нему других отечественных банков.

Предварительное соглашение “ЛУКойла” с правительством Ирака о разработке “лукойловцами” нефтеместорождений в регионе Западная Курна (Южный Ирак) было подписано еще в позапрошлом году при содействии АРКАРАБ.

Добываемая здесь нефть, в соответствии с соглашением будет зачтена в погашение иракского долга Москве: данное месторождение, запасы которого превышают 50 млн. тонн, Багдад намерен предоставить в долгосрочную концессию российским нефтекомпаниям. А в перспективе этим же компаниям намечено предоставить в концессию и соседнее крупное месторождение “черного золота” (провинция Румейла).

Таким образом, у России может оказаться не менее 1 млрд. тонн иракской нефти (запасы Западной Курны и Румейлы). Так что перспективные позиции российского нефтяного бизнеса в Ираке очевидны. Нужна лишь полная отмена санкций…

Как мы уже отмечали, Совет безопасности ООН 29 ноября разрешил Ираку продавать свою нефть, покупая взамен гуманитарные товары с 10 декабря.

Есть и другие инициативы российско-иракского сотрудничества. В частности, Багдад намерен поставлять, в том числе в счет своей задолженности Москве, хлопок, шерсть, кожу, серный колчедан, фосфориты, табак и другое сырье, в котором сегодня нуждаются многие отрасли российской экономики. Намечено также восстановить льготы по внешнеторговому транзиту России через иракские коммуникации, в том числе порты в Персидском заливе. В случае необходимости российский и иракский нефтепотоки могут перекачиваться, например, по мощным нефтепроводам, соединяющим Ирак и его порты со средиземноморскими терминалами Ливана, Сирии и Турции.

Так что геополитические дивиденды России от восстановления связей с Ираком под стать экономическим. Но все это возможно после отмены эмбарго ООН.

Может ли это нравится США? Характерно, что Комитет по санкциям ООН с 1993 года выдает разрешения иностранным фирмам и банкам на деятельность в Ираке. Но российские просьбы аналогичного характера Комитетом либо отвергаются, либо остаются без ответа. В результате к началу декабря истекшего года в иракской экономике работало не менее 50 зарубежных компаний, в основном из стран “большой семерки”. Российские же фирмы в этом перечне не значатся.

Кроме того, зарубежные эксперты не исключают, что развитие российско-иракских связей будет способствовать нормализации отношений Ирака с Ираном и Сирией, с которыми Россия установила довольно тесные контакты. А перспектива регионального “пророссийского альянса”, согласно западным комментариям (нередко транслируемым и зарубежными радиоголосами), тем более не может устраивать США. Поэтому обострение американо-российских противоречий в регионе считается неизбежным.

ПРОДАЖА ЧУДА ( рука Сороса на электрорубильнике России ) Владимир Викторов

5 НОЯБРЯ ГОСКОМИМУЩЕСТВО РФ заявило о твердом намерении получить от зарубежных инвесторов деньги от реализации 8,5 процентов акций РАО “ЕЭС” (“Единая энергосистема России”). 8,5 процентам акций предстояло, по плану ГКИ, выступить своеобразный залогом, под который за рубежом должны были быть проданы еврооблигации. Которые через три года надо либо погасить деньгами, либо конвертировать в акции “ЕЭС” (агентом-посредником по продаже еврооблигаций, по некоторым сведениям, планировалось сделать американский банк First Boston, уже владеющий 10,36 процентами акций РАО). Сумму, которой таким образом предполагалось пополнить казну до конца года, ГКИ оценивало в пределах от 1,5 триллиона рублей (около $277 миллионов) до $450 миллионов.

Цифры анекдотические: только планируемые вложения германской “Siemens” всего-то в одну электростанцию в Калининградской области исчисляются полумиллиардом долларов.

Разумеется, сделка, фактически равнозначная вдобавок безвозвратной продаже, не встретила поддержки ни в СБ РФ, ни в Минтопэнерго, ни в департаменте промышленности правительства, ни в Госдуме, ни, наконец, в самом РАО.

24 октября заместитель секретаря Совета безопасности Николай Михайлов направил первому вице-премьеру Владимиру Потанину письмо, в котором утверждалось, что один американский банк – CS First Boston через подставные сумму уже владеет 20 процентами акций “ЕЭС”, и “есть опасения”, что и выставляемые ныне на продаже акции тоже будут куплены тем же банком: “Представляется, что концентрация столь крупного пакета акций такой стратегически важной фирмы, как РАО “ЕЭС России”, в руках иностранного банка является серьезной угрозой национальной безопасности Российской Федерации. Считали бы целесообразным срочно приостановить дальнейшую продажу акций РАО “ЕЭС” до полной инвентаризации нынешних акционеров”.

Кроме того, еще 12 сентября на совещании у В. Потанина, посвященному вопросу реализации крупного пакета акций “ЕЭС”, министр топлива и энергетики Петр Родионов выступил с особым мнением: никакой продажи (Минэкономики и Минфин РФ во встрече участия не принимали). 21 октября свое “нет” сказали парламентарии: председатель думского комитета по экономической политике Ю. Маслюков и глава комитета по промышленности, строительству, транспорту и энергетике В. Гусев направили протестующее письмо премьер-министру В. Черномырдину.

Позиция Госкомимущества формально была вполне ясна: надо давать заложенные в бюджет-96 плановые доходы от приватизации – 12 триллионов рублей. А, по словам главы ГКИ РФ А. Коха, к октябрю удалось дать всего один триллион. Вся, дескать, надежда – на реализации акций РАО “ЕЭС” и АО “Связьинвест”.

Как бы там ни было, к концу ноября стало ясно, что и первый вице-премьер А. Большаков также однозначно против сделки с консорциумом First Boston и Credit Suisse.

Она не состоялась.

Но гг. Потанин и Кох не были бы самими собой, если с этим смирились.

Они добились своего – не мытьем, так катаньем.

Согласно указу президента РФ N 993 от 14 февраля 1992 года и постановлению правительства РФ N 1258 от 26 декабря 1995 года, государству должен принадлежать лишь 51 процент акций “ЕЭС”. Было же их у государства около 60 процентов. Поэтому решение о закрытой подписке на акции РАО – продаже гигантского, оцененного экспертами в $4,4 млрд., куска собственности было, в развитие упомянутых уложений, проведено всего лишь рабочим распоряжением председателя ГКИ.

Просто до гениальности.

“ЕЭС” – ЭТО ДЕЙСТВИТЕЛЬНО уникальная система, охватывающая не только Россию, но и все государства экс-СССР. Значение ее для нашей безопасности огромно. Чудо технической цивилизации истекающего века, “ЕЭС”, не имеет мировых аналогов. Ни по масштабам, ни по способностям маневрировать гигантскими энергопотоками на огромных пространствах, работать с запасом мощности в 13-15 процентов (против 30-40 процентов у энергосистем западных стран), ни по дешевизне. Она никогда не знала системных аварий электроснабжения такого масштаба, какие случались, например, в США в 1965 и 1978 годах, когда Нью-Йорк погружался во тьму, или в августе 1996-го, когда был “вырублен” весь запад страны.

Однако после ваучерной приватизации управляемость “ЕЭС” была утрачена. Ведь у “Единой энергосистемы” появились многочисленные дочерние структуры – региональные “АО-энерго”. Долги, неплатежи, коррупция, дикий разнобой тарифов, изнурительный процесс согласования акционерных интересов – все это реалии нынешнего времени. Но дело еще и в том, что верховное, “материнское” акционерное общество “ЕЭС” тоже управляется из рук вон плохо.

Бюрократический нюанс: в еще одном президентском указе, определяющем статус РАО, N 1334 от 5 декабря 1992 года имеется пункт второй, согласно которому в управлении госпакетом акций “ЕЭС” должны принимать участие субъекты РФ. 30 процентов голосов по акциям должны делиться между их комитетами по управлению имуществом – сообразно объемам потребления электричества. В результате вышла невероятно запутанная система управления, в которой способно увязнуть любое решение президента или правительства.

Однако плохое управление – вроде бы не повод для распродажи спрохвала. Минтопэнерго РФ, наоборот, настаивает на передаче государству 75 процентов акций РАО.

Между тем уже на начало ноября 1996 года 22,3 процента только привилегированных акций РАО “ЕЭС России” (всего же – 23,7 процента) принадлежали иностранным инвесторам. Утекли еще во времена “раннего Чубайса” с его ваучерными аукционами. И самые крупные акционеры-иностранцы – это уже упоминавшиеся американские банки First Boston, Chase Manhattan Bank, швейцарский Credit Suisse и кипрская фирма Crafford Holding Ltd.

Руководство РАО “ЕЭС” утверждает, что иностранные фирмы-акционеры не аффилированы, то есть не связаны между собой по принципу “учредитель-зависимая фирма”. Заместитель секретаря Совета безопасности Н. Михайлов допускает обратное. Из двадцати одного зарубежного юридического лица-акционера “ЕЭС” десять – это компании, зарегистрированные в оффшорных зонах Кипра и Багамcких островов. В “налоговых убежищах”, где регистрация предельно упрощена.

В солидном деловом мире к “оффшорам” относятся настороженно. И они в данном случае могут быть как подставными структурами больших западных “китов”, так и фирмами российского капитала давно облюбовавшего Кипр. Кроме того, десять инофирм в этом списке – компании с ограниченной, а не с полной ответственностью. А это в западном мире ограничивает доверие к ним финансистов.

Президент РАО А. Дьяков еще в октябре публично заявил, что никто из акционеров не вложил в энергосистему ни цента. И, однако, согласно закону РФ “Об акционерных обществах”, иностранцам достаточно будет добрать акций всего-то до 25 процентов (т. е. реально прикупить 1,7 процента) для того, чтобы пользоваться правом вето на решения госинстанций

собственников, владеющих 51 процентом акций “ЕЭС России”. Иностранцам окажется по силам заблокировать любой не нравящийся им проект реструктуризации РАО, любую попытку пересмотреть его устав, приведший, кстати, сказать, к настоящему положению всей. Они смогут одним росчерком пера запретить правительству эмиссию акций, если оно вдруг захочет, чтобы еще какие-нибудь иностранцы вложили в энергосистему хоть цент. Смогут, наконец, помешать “ЕЭС” снабжать энергией “неплатежеспособные” бюджетные структуры – армию, флот, транспорт.

Вряд ли мы ошибемся, если предположим, что именно они-то и сделались фаворитами той декабрьской закрытой подписки на акции “ЕЭС”.

Одним из главных составляющих жизнеобеспечения нации оказывается под иностранным контролем.

НО КТО ЖЕ СТАНЕТ управлять госпакетом (51 процентом) акций РАО, который хаотически разметан между госинстанциями?

А вот кто.

Министерство экономики РФ предлагает решить судьбу РАО на свой лад. Под сурдину благодушных разговоров об устроении “федерального оптового рынка энергоматериалов (ФОРЭМ)” и его структур, “комплексе первоочередных мер по энергосбережению” первый замминистра Я. Уринсон в рабочей записке, оказавшейся в распоряжении “Завтра”, рекомендует премьер-министру передать госпакет акций национальной энергосистемы “Временной Межведомcтвенной Коллегии государственных уполномоченных (ВМКГУ) для реализации мер по реструктуризации РАО “ЕЭС России””. Кто это такие? Кто их будет назначать? Неведомо.

И как же видит Минэкономики РФ эту самую реструктуризацию? Я. Уринсон говорит загадками. Он ведет речь о “переходе на спотовый рынок”, о “зональном эксперименте”. На языке специалистов, недоступном для непосвященных, это означает, что структуру энергосистемы станут привязывать не к потребителю, а к электростанции. Спотовые рынки, планирует Я. Уринсон, образуются во всех “энергозонах ФОРЭМ” вместо прежней системы региональных “АО-энерго”.

И не приходится это трактовать иначе как дробление РАО в ситуации, когда 50 регионов России энергодефицитны.

Как удушение последней, еще связывающей кисельную федерацию промструктуры. Случайное ли? “Нет, – уверил корреспондента “Завтра” высокопоставленный сотрудник Минэкономики РФ. – За консорциумом банков, замахнувшихся на “ЕЭС”, просматривается фигура Дж. Сороса. А с ним связаны интересы слишком многих в Кремле”.