Текст книги "Легенды о героях и злодеях"

Автор книги: Юрий Туровников

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

Глава шестая1717
  По мотивам песен группы Король и Шут «Гробовщик», «Некромант» и «Волшебный глаз старика Алонса»


[Закрыть]

Экипаж трясся на ухабах, грозясь вот-вот завалиться на бок. Моросящий дождь доставлял сплошные неудобства, большая часть из которых доставалась вознице, кутающемуся в промокший до нитки зипун и то и дело поправляющему котелок. Накидка от дождя успешно свалилась с его плеч пару верст назад и попала под колеса, а такую мерзость даже в руки брать противно, не то что надевать. Старик бурчал и кашлял, кашлял и бурчал. Сверху на него капало, а снизу в него брызгало и с колес и с копыт гнедой, которая в тайне мечтала, чтобы ее скорей прокрутили на колбасу. Уж лучше быть съеденной, чем так надрываться. Осенняя жижа затягивала коляску чуть не наполовину, стоило коняге застыть хоть на мгновение, и в тот же миг ей доставалось вдоль хребта кнутом. Приходилось громко ржать и вытягивать транспорт из глиняного плена. А, может, кобыла и не думала ни о чем. Леший ее знает…

Но вот пассажир выражал свое недовольство так, словно это он и тянет и правит, хотя даже носа не казал, чтобы помочь. На вид ему было лет около тридцати – тридцати пяти. Мужчина кутался в видавший виды плащ и смотрел в окошко, покашливая в кулаки. По ту сторону экипажа мелькали то поля, то леса, то болота. Он уже сто раз пожалел о том, что покинул отчий дом, и пошел по своему пути, который и привел его в эти дебри.

Отец молодого человека работал продавцом тканей, имел небольшую лавку и получал неплохой доход, откладывая деньгу на образование для своего юного отпрыска, который, откровенно говоря, не испытывал к наукам особого влечения. Поначалу. Он больше любил пробираться в балаганы и смотреть представления фокусников и наслаждался тем, как ловко они доставали из шляп зайцев и распиливали женщин. В мыслях мальчишка уже видел себя великим магом, который пользовался всемирной известностью, хотя еще толком и не знал, насколько этот самый мир велик.

Из школы его выгнали. Однажды он решил повторить фокус, увиденный в шапито, и едва не отправил к праотцам своего соседа по парте. Про то вовремя прознали учителя и остановили представление, которое хотел показать волшебник-самоучка. Юнец украл где-то двуручную пилу и хотел располовинить друга на потеху остальным ученикам. Мгновением позже, и полы каморки в подвале пришлось бы засыпать песком, чтоб избавиться от крови. Но все обошлось. Тогда отец заставил непутевого сына отстоять на горохе целый день и всыпал ему розог по первое число, после чего тот не мог сидеть еще два дня.

Несносного мальчишку отправили на обучение к отшельникам, что обитали в дремучих лесах, подальше от мирских соблазнов. Но и там жизнь Джузеппе не задалась.

Монахи, которых в заморских странах сочли бы за колдунов и сожгли на костре, заставляли нового послушника изучать всякие травы, яды и снадобья. Все ничего, но приготовленные растворы предписывалось изучать на себе, в результате чего много времени несостоявшийся маг проводил в нужнике. Не усваивал его организм настои из поганок, мухоморов и странного вида кореньев. Со временем у Джузеппе начало получаться. За несколько лет он поднаторел в изготовлении отваров, настоев и мазей. Возможно, стал бы великим знатоком в этой области, если бы не один случай, в результате которого пострадал послушник монастыря. Юный, по меркам монахов, ученик решил изобрести эликсир молодости, смешал множество ингредиентов и уговорил одного монаха опробовать его на себе, опять-таки со слов самого Джузеппе, которого выгнали за то, что подопытный отдал богу душу.

Узнав о том, что его непутевый сын, которому на тот момент стукнуло двадцать лет, не смог и в дремучих лесах проявить смирение, отец отказался от него и запретил переступать порог родного дома. Даже мать не смогла повлиять на его решение. Юноша украл все сбережения своего озлобленного предка, покинул город, на корабле перебрался за море, где зарабатывал, изготавливая всякие снадобья и мази. Не гнушался и подделкой различных документов, как то «блаженные грамоты», дающие право получать дотации из казны на содержание умалишенных. Понятно, что так долго продолжаться не могло, и однажды мошенника едва не отправили под топор, но ему удалось сбежать. Именно тогда вернулась мечта стать великим магом. Джузеппе решил во что бы то ни стало найти известного алхимика Алонса и стать его учеником. Поиски заняли несколько лет, и вот, наконец, юноша узнал, где можно найти старца. Потратив почти все свои сбережения, Джузеппе пересек десяток морей и горных хребтов и практически добрался до цели.

Внезапно экипаж дернулся и накренился. Мужчина ударился головой о дверцу и грязно выругался, но не так громко, как это сделал возница, который слетел с облучка в грязь, погрузившись в нее почти с головой.

– Твою-то в гриву мать! – крикнул старик, утирая лицо и нахлобучивая на голову шляпу. – Все, барин, чтоб тебя, приехали…

Он плюнул и даже не сделал попытки встать, а остался сидеть в жиже, глядя в грустные глаза своей кобылы.

– Что случилось, мужик? – поинтересовался пассажир, высунувшись из повозки. – Почему стоим?

– Колесо отвалилось, ось вырвало. На ремонт уйдет уйма времени, а я замерз, делать буду, когда моросить перестанет и солнце выглянет.

Джузеппе вздохнул и посмотрел наверх. Судя по бескрайнему серому небу, распогодится нескоро. Тучи растянулись, покуда хватает глаз.

– А далеко ли отсюда до деревни Бэквудс?

Возница призадумался, вылез-таки из колеи на обочину, сорвал пук пожухлой травы и принялся оттирать грязь.

– За тем лесом река, название не помню, а на той стороне погост в роще. Вот аккурат за ним она и есть. Там переправа должна быть, – Он утер лицо, – если не унесло. Давно оттуда никто не выбирался. Чай и в живых-то никого не осталось. И чего вы там забыли?..

Джузеппе не ответил. Он взял свой саквояж, выпрыгнул на поле и посмотрел на повозку. Старик не соврал, колесо, действительно, отвалилось. Как его чинить? На какое-то мгновение путешественник даже пожалел возницу, но тут же свыкся с мыслью, что такая его доля. И вообще пусть радуется: до места не довез, а при деньгах остался, хотя заказчик мог потребовать компенсацию. В этих краях так повелось, что оплата производилась исключительно вперед, ибо бывали случаи, что клиент добирался до нужного места, а потом отказывался платить и просто убегал. А однажды какой-то ухарь, угрожая топором, не только не заплатил, но и отобрал имеющиеся у возницы личные гроши. С тех пор клиент проводил оплату в артели и его везли, куда тому вздумается. Хоть к лешему на кулички!

Закутавшись в потрепанный плащ, подняв воротник и натянув широкополую шляпу, мужчина отправился пешком в сторону леса, держа в руке саквояж. Возница сокрушенно покачал головой, обложил отборной бранью кобылу и залез в повозку, чтобы спрятаться от дождя, хотя от этого толку мало, и так весь сырой да грязный, но хоть не продует.

Лес оказался не таким жутким, каким казался издалека, а еще страшнее. Дорога закончилась прямо на опушке, а дальше ни просеки, ни тропинки. Деревья и кусты росли так густо, что казалось невозможным сквозь них продраться. Немудрено, что из деревни никто не выбирался, поди все в лесу сгинули. Но пути назад не было. На родине Джузеппе прослыл мошенником, и если его словят, то непременно колесуют, четвертуют, повесят или обезглавят. Придется начинать новую жизнь вдали от дома, а для этого надо освоить такую магию, за которую не предадут гонениям. На изготовлении настоев и ядов долго не протянешь, таких ухарей пруд пруди, на подделке бумаг тоже. Один вариант – познать истинную магию и покорить весь мир, как он когда-то мечтал. Или сейчас, или уже никогда!

Джузеппе шагнул в чащу. Ветви цепляли и больно царапали, они хватали за одежду, пытались обвить руки и ноги, стремились вырвать саквояж. Поваленные деревья валялись повсюду, словно тут часто гуляли ураганы. Стволы дубов, сосен и осин трещали, заставляя неожиданного путника озираться. То тут, то там раздавались устрашающие звуки. Вода в ямах пузырилась и изрыгала невыносимую вонь, сопровождаемую каким-то гулом. На поля шляпы падали то листья, то желуди. Маленькие сухие ветки ломались под ногами и заставляли вздрагивать при каждом шаге. Противная паутина прилипала к лицу и рукам, казалось, весь лес покрыт ею. Плюс ко всему дождь усилился. Воздух пах гнилью, плесенью и постепенно наполнялся страхом, который вместе с холодом сковывал члены.

В сапогах хлюпало, кисти рук посинели от холода, а от зловонных запахов стало трудно дышать. Джузеппе потянуло в сон. Ему хотелось вставить в глаза палки, чтобы не заснуть. Где-то глубоко внутри он понимал, что если сядет передохнуть на поваленное дерево и на мгновение сомкнет веки, то уже никогда не поднимется. Пришлось взять всю волю в кулак и двигаться дальше, проваливаясь по колено в грязь, ломая ногти и разрывая одежды. В конце концов, когда силы уже готовы были покинуть усталого путника, он вырвался из лесного плена и вышел к реке, которая тоже не внушала доверия. Вокруг клубился туман, и от этого становилось немного не по себе: непонятно, где начинался и кончался берег. Земля и небо слились воедино. Так ведь можно свалиться в воду и пойти на корм ракам. Сломав ветку орешника, Джузеппе принялся прощупывать перед собой путь, покашливая и шмыгая носом.

– Ну и захолустье. Прав возница, вдруг тут давно все умерли, а я поперся искать какого-то мифического алхимика, которого, быть может, и не существовало вовсе?! Может, повернуть назад, пока не поздно? Помогу старику починить повозку, устроюсь в подмастерья к какому-нибудь лекарю или ядоделу, познакомлюсь с одинокой вдовой, и гори оно все огнем. – Он замечтался и едва не свалился с обрыва в воду. – Ой…

Джузеппе посмотрел вниз. Высоко, спуск резкий, в три роста. До противоположного берега далеко, почти не видно, но это из-за тумана. И где этот паром, чтоб его? Чтобы рискнуть преодолеть реку вплавь, нужно быть полным идиотом. Другое дело летом, когда тепло, а в такую погоду потонешь на середине.

Мужчина вздохнул, посмотрел по сторонам и обнаружил в сотне шагов слева от себя лодку, что покачивалась на волнах, а от этого берега к другому, едва касаясь глади, тянулся толстый канат. Подойдя ближе, Джузеппе обнаружил вырубленную в земле лестницу, ведущую вниз. Сквозь туман ступени еле различались. Где-то заквакали лягушки и зашелестела осока. Непередаваемое ощущение ужаса: вокруг ничего нет, а звуки есть. Словно путь на тот свет, в неизвестность.

По спине путника пробежали мурашки.

– Что ж, посмотрим.

Он спустился и шагнул в лодку. Та качнулась, и туман слегка отступил. Поставив на дно саквояж, путник взялся за канат обеими руками и потянул на себя. Утлое суденышко пришло в движение. Белесое марево расстУпалось на мгновение и вновь смыкалось, беря лодку в плотное кольцо. Теперь слышался только всплески воды, что била о борта.

Сколько прошло вРемени, Джузеппе не знал, но когда нос судна коснулся другого берега, уже начало темнеть. Поискав глазами веревку, которой можно подвязать плавсредство, и не найдя таковой, он прыгнул на берег. Слишком сильно оттолкнулся, лодка просела и отплыла назад, в результате чегО Джузеппе одной ногой свалился в воду. Чтобы не окунуться полностью, пришлось пожертвовать саквояжем, который отправился в одиночное плаВание, исчезнув в тумане. Пальцы врезались в сырую, холодною землю, что не позволило свалиться в воду полНостью. Выбравшись на твердую землю, путник сплюнул, вылил из сапога жижу и осмотрелся.

– Дьявольщина! Хуже места и представИть невозможно.

За спиной клубилось белое марево, уходящее в небо, а впереди раскинулось огромное кладбище с покосившимися оградами, крестами и могильными камнями. Березы и осины бросали свои пожелтевшие листья на могильные холмики, окруженные папоротником. Какое-то напряжение витало в воздухе. Даже ветра нет, ни единого дуновения. Среди могил еле различалась тропинка, наполовину заросшая репейником. Именно к ней и двинулся Джузеппе. Ворона, которая поначалу показалась ему мертвой, противно каркнула и взмыла в небО, качнув ветку рябины. Джузеппе Вздрогнул, и по его спине пробежали мурашки. Мелкие красные ягоды застучали по полям шляпы.

– Премерзкое местечко, – откашлялся мужчина. – Хотя чего приятного может быть на погосте…

Миновав могильник, он увидел вдалеке деревушку, которуЮ так долго искал. Несмотря на сырость и холод, ни из одной трубы не валило дыма. Это показалось странным. Джузеппе ускорил шаг, ибо основательно замерз. В его голове роились мысли. А что если возница прав, и в деревне никого нет? С одной стороны это хорошо, он сможет найти пРиют в любом доме, согреться, а если повезет, то и поесть. Благо проситься на ночлег не придется, раз хозяев нет, то и не прогонит никто. Но с другой – выходит, зря он столько времени потратил на поискИ алхимика, который, к тому же, может оказаться всего лишь выдумкой, плодом чьего-то воображения. На лице Джузеппе промелькнула горькая усмешка, и он пошагал через поле пожухлоЙ травы. Нет так нет. В конце концов, можно просто остаться тут и дожить до старости со всеми вытекающими отсюда последствиями. Мысли лезли в голову одна мрачнее другой. Воистину странное место.

Ему ужасно захотелось выпить, но фляжка с ядреным напитком осталась в саквояже, а тот, наверное, качается на воде уже в нескольких милях отсюда или барахтается неподалеку, зацепившись за корягу. А ведь в нем все документы: справка из школы и из монастыря, аттестат с оценками его знаний по всяким наукам, грамота о рождении, удостоверяющая личность. Хорошо, что кошель всегда при себе носил…

Джузеппе не заметил, как ступил в деревню. Селение только на первый взгляд казалось маленьким, а на самом деле домов пятьдесят, если не больше. И не просто халупы покосившиеся, а вполне приличные строения, с амбарами, сараями. Заборы из тесаного штакетника. Огороды, правда, запущенные, все заросло лопухами да крапивой. Видать, и вправду жители покинули эти края. Дома стояли по обе стороны от дороги. Ну, как дороги… Тропа, все остальное заросло подорожником. Хорошее растение, выжимка из него идет на компрессы, помогает при ссадинах. Это Джузеппе еще в школе узнал. Частенько обдирал коленки, играя со сверстниками. Порой учеников специально заставляли собирать листки, так как запасы лекаря улетучивались быстрее, чем ром на пиратских кораблях. Дети… Их хлебом не корми, дай побаловать. Отсюда синяки, ссадины, порезы.

Джузеппе улыбнулся, вспомнив беззаботное детство, друзей… Тут же в памяти всплыли родители и такой далекий, но по-прежнему родной, дом. Как там мать и отец, живы ли? Слушался бы родителя, сейчас бы был почтенным горожанином, торговал тканями, открыл свою лавку, женился. А вместо всего этого он стоит посреди далекой деревни, про которую никто слыхом не слыхивал, и которой, поди, и на картах-то нет!

Открыв калитку, путник продрался через заросли сорняков и попытался заглянуть в окошко первого дома, что встал на его пути, но окна плотно занавешены, ничего не видно. Он покачал головой и поднялся на крыльцо по скрипучим ступеням, и первое, что бросилось в глаза – приоткрытая дверь. Словно хозяева ждали гостя и нарочно не заперлись. Толкнув створу, которая скрипнула петлями, давно не знавшими смазки, гость прошел внутрь.

– Мир вашему дому. Есть тут кто? – никто не ответил. Половицы, покрытые вязаными ковриками и циновками, натужно пели под ногами при каждом шаге. Мертвая тишина окутала дом. Под потолком еле колыхалась паутина. Да, здесь явно не чувствуется хозяйской руки. Все кажется каким-то заброшенным и диким. Путник откашлялся. – Я взял на себя смелость…

Он шагнул в комнату, но тут же отшатнулся и едва не упал. Прямо на полу, там, где в обычных домах стоят кровати, лежали два гроба, в которых лежали два тела: старика и старухи. Их серые лица и мутные глаза так напугали Джузеппе. Он прежде никогда не видел покойников так близко. Оставаться в этом месте у него не было никакого желания.

Выскочив на улицу, путник оперся рукой о крыльцо и постарался отдышаться. Он оттянул ворот и повел шеей.

– Надеюсь, в другом доме хозяева будут более разговорчивыми, – попытался взбодрить сам себя мужчина и отправился на поиски живых.

Стоило поторапливаться, ибо сумерки сгущались. Нужно было выбрать место для ночлега, если треклятого алхимика здесь нет, будь он не ладен! Но в какой бы дом Джузеппе не зашел, везде его ждало одно и тоже: в гробах лежали покойники. После десятой попытки найти живое существо, Джузеппе чуть привык к мертвым и неожиданно для себя задался двумя вопросами: почему в домах нет ничего, кроме умерших, даже мебель напрочь отсутствовала, только паутина и пыль, и почему тела не разлагаются?

Однажды, в монастыре, на чердаке умер прихожанин. Это заметили только тогда, когда смрад начал распространяться по всему двору. Тут же и намека не было на естественные процессы, что странно.

Осмотрев все строения, кроме одного, Джузеппе сделал вывод: возница оказался прав, деревня вымерла – это раз, и два – ему придется перетаскивать мертвяков из одного дома в другой, чтобы освободить себе место для ночлега. Спасть в одном доме с покойниками – удовольствия мало. Да никакого. Нет, он не боялся, просто как-то… Не встанут же они, в самом-то деле!

Джузеппе вздохнул и решил осмотреть последний дом, вдруг удача улыбнется ему, и там не окажется покойников. Вдруг он не ошибся и встретит Алонса.

Войдя в последний дом, который, надо сказать, стоял поодаль от остальных, усталый путник облегченно вздохнул. Тут не оказалось ни гробов, ни лежащих в них покойников. Более того, тут и мебель имелась, как и должно быть в нормальном хозяйстве. Все внутренне убранство освещалось множеством масляных ламп. Даже угли в камине теплились, а это значит, что тут есть кто-то живой! Этот факт очень обрадовал Джузеппе. Он помялся в прихожей и зашел в комнату. Постояв еще немного на пороге, решил изучить это место, тем более, что запретить это ему пока никто не может. Хозяин или хозяйка отсутствовали по неизвестной причине. Внимание непрошенного гостя привлекли книжные полки, заставленные различными томами, склянками с препарированными животными, какими-то настоями и прочей всячиной, которую он и раньше встречал, обучаясь при монастыре. Развернув один из найденных свитков, Джузеппе понял, что попал именно туда, куда нужно. На пожелтевшей бумаге красовались непонятные письмена. Непонятными они остались только для самого Джузеппе, который так и не смог освоить популярную среди жадных до науки умов латынь. А в том, что это именно она – мужчина не сомневался, ибо нашел знакомые слова necromancer и curse. Убрав свиток на место, он подошел к столу и покрутил в руках склянку, в которой плавал глаз.

– Здесь попахивает черной магией, да, мой карий друг? – Джузеппе посмотрел на плавающее в растворе око. – Тебе свет спать не мешает?

Поставив банку на место, он порыскал по разным шкафчикам и ящичкам в поисках чего-нибудь съестного, но кроме засохшего куска хлеба ничего не нашел. Есть не стал, вдруг пропитан отравой от грызунов, а продолжил изучать дом. В соседней комнате нашел пустующий гроб. Стало ли для него неожиданностью? Нет. Просто хозяин предусмотрительный, как и все жители деревни. Бывшие. Джузеппе вернулся в гостиную, взял с полки книгу с рецептурой ядов и сел в кресло. По прочтении двух страниц его сморил сон. Очнулся он оттого, что услышал, как хлопнула дверь, и раздался топот. Словно ураган в комнату влетел худой, долговязый старик с копной белых, взъерошенных волос и с одним выпученным глазам, ибо второй скрывался под черной повязкой.

– Кто ты такой?! – крикнул он, остановившись возле кресла, нависая как скала, над непрошенным гостем. – Что ты искал? Хотел украсть труды всей моей жизни?!

– Я… – начал оправдываться Джузеппе, поднимаясь на ноги, но его оборвал старик, больно ткнув пальцем в грудь.

– Что ты? Ну, отвечай! Что ты, а?! – седовласый сделал два шага назад и прищурился.

– Я ищу алхимика Алонса, надеялся найти его здесь. И ничего я не собирался красть. Просто из чистого любопытства…

Старец уставился в потолок и задумчиво почесал подбородок. Он что-то пробубнил, поспорив с самим собой, помахал руками и обратился к непрошенному гостю, который уже поднялся с кресла и теперь топтался, как нашкодивший мальчишка, теребя поля своей шляпы.

– Я Алонс. Чего тебе от меня нужно?

На лице Джузеппе заиграла улыбка.

– Я хочу стать великим волшебником или магом. Я бы мог показать вам свои бумаги, но они уплыли вместе с саквояжем. Я неплохо разбираюсь в травах, имею степень по ядоделию, – Он и вправду хорошо знал яды, мог их готовить, но степень была липовой. Джузеппе сам нарисовал себе несколько дипломов, но об этом он предпочел умолчать.

– Поди, хочешь овладеть формулой эликсира бессмертия?

– А такой существует?! – удивился гость.

Старик двусмысленно развел руками.

– Я работаю над этим. Подобрался совсем близко. Как раз бродил в поисках последнего ингредиента в нескольких милях отсюда, когда увидел, что ты рыскаешь в моем доме, – старик взял свиток, что разглядывал Джузеппе, когда изучал полки. – Читал?

– Пробежал глазами, – отчасти соврал тот, стараясь произвести впечатление.

– Ну и что думаешь? – поинтересовался его мнением алхимик.

Джузеппе принял более раскованную позу и ответил.

– Думаю, мое мнение вас совсем не интересует.

– Ты абсолютно прав! – воскликнул старик, выудил из карманов своего грязно-серого плаща какие-то коренья, отодвинул один из шкафов и скрылся в потайной комнате, чем немало удивил гостя. – Мне плевать на твое мнение…

Джузеппе подошел к отодвинутому шкафу и попытался заглянуть внутрь, но на его пути вырос Алонс, который загородил собой бессчетное количество склянок, стоявших на столе. Еще пока несостоявшийся ученик успел заметить несколько скелетов, стоящих вдоль стены, и множество свитков, разбросанных на полу. Судя по всему, со всей серьезностью подошел к изобретению эликсира вечной жизни.

– Простите, а как вы смогли увидеть, что я нахожусь в доме, если находились далеко отсюда?

Старик оттолкнул его и прошел к столу. Он схватил со стола склянку и покрутил ею.

– Вот мой лучший шпион, – указал Алонс на глаз, плавающий внутри. – Он помогает мне присматривать за домом в мое отсутствие.

Джузеппе открыл от удивления рот.

– Но… Но как такое может быть?! Это магия или алхимия?

Старик поднял указующий перст и прошептал.

– Некромантия. Знал бы ты, скольких я лишил ясных очей, пока эксперимент удался! – Он сел в кресло, вытянул ноги и прикрыл свой единственный глаз. Казалось, что Алонс заснул. – Так ты хочешь жить вечно? А зачем тебе это?

Гость подошел ближе и встал напротив хозяина.

– По правде сказать, я всегда хотел стать великим фокусником. Это мечта моего детства, а без настоящей магии я не смогу стать лучшим. Вы поделитесь со мной своими знаниями, возьмете в ученики?

Старик постучал пальцами по подлокотникам, причмокнул и резко вскочил.

– Пойдем на двор.

Ночь уже полностью вступила в свои права. Ветер разогнал серые, моросящие тучи, открыв черное небо, усыпанное звездами, но не тронул туман, что клубился вокруг деревни. Казалось, еще чуть-чуть и он сожрет селение, не оставив ни бревнышка. Луна повисла над домом некроманта, пытаясь заглянуть в давно заброшенный колодец, чей журавль противно поскрипывал, подпевая невидимым сверчкам и лягушкам.

Джузеппе натянул шляпу и вышел вслед за стриком. Ночная прохлада забиралась под одежду, покрывая кожу мурашками.

– Что мы здесь делаем? – робко спросил он.

Безумный старик хмыкнул.

– Сейчас я покажу тебе, чем занимался последние десятилетия, – Алонс вскинул руки и стал заунывно распевать какое-то заклинание, от которого Джузеппе стало не по себе. – Mortui vitam meam beatam ut et ipse ego faciam in lege mea. Vacatio a morte! Venite ad me, et audi vocem meam indurabo aures. Surge et vade! Mortui vitam meam beatam ut et ipse ego faciam in lege mea. Vacatio a morte! Venite ad me, et audi vocem meam indurabo aures. Surge et vade!

Казалось, на улице резко похолодало, изо рта старика вырывался пар, его губы посинели, но не прекращали шептать заклинание, которое походила на какую-то загробную молитву, которая неслась над деревней.

Поначалу ничего не происходило, и Джузеппе счел старика умалишенным, что было не далеко от истины, но потом случилось то, от чего волосы встали дыбом. Двери всех без исключения домов со скрипом отворились, и на пороге появились их обитатели, которые еще вечером были мертвее некуда. Подчиняясь чьей-то неведомой воле, они покидали свои жилища, продирались через заросшие дворы, выходили на дорогу и шли в сторону седовласого старика и его гостя.

– Демоновы силы… Что происходит?! – прошептал Джузеппе и попятился назад.

Алонс на миг прервался.

– Ты говоришь, я демон? Меня так все называли… Я некромант высшего уровня. Только мы и никто другой можем создать эликсир бессмертия, – и он продолжил распевать заклинание. – Mortui vitam meam beatam ut et ipse ego faciam in lege mea. Vacatio a morte! Venite ad me, et audi vocem meam indurabo aures. Surge et vade! Mortui vitam meam beatam ut et ipse ego faciam in lege mea. Vacatio a morte! Venite ad me, et audi vocem meam indurabo aures. Surge et vade!

Джузеппе смотрел, как к ним, еле передвигая ноги, приближается толпа мертвецов. Они протягивали свои руки и беззвучно открывали рты, словно рыбы, выброшенные на берег морской волной. В их помутневших глазах царила вселенская пустота.

– Но как они могут двигаться?! Они же мертвые! Я хоть и не особо дружен с анатомией, но знаю, что это невозможно!

– А что, по-твоему, сейчас происходит? Я попрал твою науку, да? – тем временем ходячие покойники окружили странную парочку. – Одно мое слово, и они порвут тебя на куски. Впечатляет?

Джузеппе закивал.

– Больше, чем вам кажется. У меня спина взмокла, и ноги подкашиваются от страха. Об остальном предпочту умолчать.

Некромант скривился.

– Ладно, дохляки, по домам! – Он взмахнул руками и его крик громом прогремел в ночи. – Et vade in domum tuam in anima!

Шатуны остановились, развернулись и поплелись прочь, скрываясь в своих домах. Джузеппе снял шляпу и вытер рукавом плаща взмокший лоб.

– Я думал, что это все сказки, и вот вживую увидал.

Старик повернулся к нему и посмотрел сверху вниз.

– Главное держать их под контролем, а то нападут, схарчат и пойдут бродить по свету. Это хорошо только для охотников за нежитью, за каждого упокоенного хорошо платят. Кхе… – Он кашлянул в кулак и поправил повязку на глазу. – Так ты говоришь, что хочешь служить у меня? А на что пойдешь, ради исполнения желаемого?

Мужчина, не раздумывая, ответил.

– На все!

Алонс ухмыльнулся.

– Пойдем в дом. Пройдешь обряд посвящения, – старик пошагал к своему жилищу. Джузеппе пошел следом, поглядывая назад, вдруг какой мертвяк схоронился и ждет возможности напасть, но все шатуны уже заняли свои гробы.

Пока Алонс химичил в своей потайной комнате, готовя какое-то снадобье для ритуала, его гость сидел в кресле и смотрел, как пляшет пламя в камине. Жизнь уже не казалась Джузеппе потерянной, ведь он нашел алхимика, которого так долго искал, и теперь сможет овладеть его знаниями, которые сможет применить для того, чтобы стать величайшим в мире фокусником.

– Учитель, – Он снял сапоги и пошевелил затекшими пальцами, – а откуда взялись все эти покойники? Почему они не на погосте, а в своих домах?

Старик не удосужился выйти, а просто прокричал из своей лаборатории.

– Все они – материал для моих опытов. Кто-то жил тут и раньше, кого-то я нанял за деньги, когда те были, а потом попросту забирал у тех, кто… Ну в общем у тех, кому они уже не понадобятся. Я на них испытывал свои снадобья, яды, мази, заклинания всякие и все такое. Не хоронить же мне их, в самом деле. Я стар, чтобы копаться в сырой земле, да и некогда мне. Я уже вплотную подобрался к изобретению эликсира бессмертия. Хотя я это уже говорил. И хватит крутить мой глаз, у меня голова кружится!

Джузеппе вжал голову в плечи и поставил склянку с всевидящим оком обратно на стол, затем встал и на цыпочках подкрался к тайной комнате. Он прислонился к шкафу и заглянул внутрь коморки. Некромант держал над масляной горелкой склянку и грел в ней какую-то жидкость, потом, когда та закипела, кинул в нее только ему известный порошок. Жидкость почернела, а из склянки повалил красный дым. Затем алхимик смешал в миске еще несколько ингредиентов из жестяных банок, растолок их и залил жижей из колбы. Вонь стояла невыносимая, однако старик даже не кашлял, а вот Джузеппе то и дело утирал слезы.

– Учитель, я очень долго пытался вас найти, но никто точно не мог сказать, где вас искать. Мало кто знал мага Алонса, а те, кто знал, утверждали, что вам нет равных. Как так?

Седовласый старик прервался, вытер руки о передник и повернулся.

– Наверное потому, что меня зовут вовсе не Алонс. Мое настоящее имя – Сандер Бальамо. Я так назвался, чтобы меня прекратили преследовать, как колдуна. Со временем от таких, как я, отстали, но все уже привыкли к моему новому имени. А то, что мне нет равных… – Он усмехнулся, подошел к шкафу, открыл шкатулку и достал из нее свиток. – Вот моя родовая грамота. Да, было время… Если ты, не называя себя, кстати, как тебя зовут?

– Джузеппе Остро.

– Так вот, – шмыгнул носом старик. – Если ты повсюду будешь говорить, что некий Джузеппе Остро самый сильный маг на свете, то скоро об этом будут знать все. Слухами земля полнится, как говорится. Придумай к этому тройку-другую историй и все, ты популярнее самой красивой дворцовой распутницы. Однако ты меня отвлек.

Некромант вновь вернулся к своим склянкам, а Джузеппе отошел к камину и уставился на огонь. Спать, как ни странно, совсем не хотелось, да и есть тоже. И это с учетом того, что он обедал последний раз почти сутки назад. Усталость тоже отступила вместе с голодом. Странная атмосфера царила в этой деревушке. Скорее всего, во всем виноват воздух, леший знает, какие испарения намешаны в нем. Вон, покойники, и те хорошо сохранились, а не сгнили. Хотя старик мог их и забальзамировать. В монастыре имелась одна мумия, принадлежавшая какому-то древнему монаху. Поговаривали, что когда он покинул этот свет, ему стукнуло тысячу лет.

– Учитель, а когда мы приступим к занятиям?

– Завтра, – прозвучал ответ, а после раздались шаги. – Если все пройдет хорошо.

– Что именно? – спросил Джузеппе.

– Не важно, – отмахнулся Алонс, протягивая гостю склянку. – Пей, этим ты докажешь, что доверяешь мне. Пей или катись отсюда!

Уже не юный господин Остро несколько мгновений колебался, а потом принял склянку из морщинистых рук старика. Но на этом его сомнения не улетучились, страх не спешил уходить. Вдруг алхимик решил поставить на нем один из своих опытов? Ведь вокруг ни единого живого существа, одни покойники, которые уже стали жертвами безумца. Вздохнув, Джузеппе закрыл глаза и опорожнил колбу.