Текст книги "Эксельсиор. Вакуумный дебют (СИ)"

Автор книги: Юрий Шотки

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 27 страниц) [доступный отрывок для чтения: 12 страниц]

Ли с интересом слушала объяснения, было удивительно осознавать насколько богат нюансами огромный пласт жизни, который ей совершенно незнаком. Молодой капитан подхватил грушу, слегка закрутил и поставил вертикально перед девушкой.

– Это «юл», обычно так ставят вещи у которых есть ось вращения или подходящая форма, способ очень полезный на пыльных астероидах, при вращении с вещи слетает пыль, прежде чем положить предмет в контейнер полезно юльнуть пару раз. А вот это…, – Ник подхватил грушу и разместил её абсолютно неподвижно – «стаб»!

– Ух ты! Научи меня делать так же, – весело потребовала девушка, от её слов груша слега покачнулась.

– Осторожнее! Стаб легко нарушить, это самый сложный став, давай пока поделаем бросы, – возразил, Ник, но заметив нетерпение компаньонки, сдался, – ладно, ладно. Для стаба очень важно предмет держать очень легко и пальцы разжать одновременно, вот так, – перс пару раз показал как двигать пальцами, – давай я подержу грушу, а ты потренируйся её отпускать, отлично, теперь сама.

– Ага! Поняла, – подхватив грушу Ли поставила её практически неподвижно, но упрямый предмет всё же слегка вращался, – Эх! Почти получилось.

– Да что ты! Это «якорь», для первого раза просто лёд! Я стабы только к пяти годам освоил.

Девушка взглянула на парня с укоризной:

– Вот видишь я сильно отстаю от тебя! Давай ещё попробую, кажется я начинаю понимать в чём тонкость.

События этого дня разворачивались так быстро, что Ли казалось словно лента мигов скользит перед нею: вот Ник предлагает отправиться в космос, вокруг гоночная трасса, фоном стрекочут кузнечики, сдвиг ленты и дирижабль уносит её квартиру куда-то вдаль, сдвиг – она прощается с обаятельным Ро и Землёй. Дальше миги только ускоряются: шлюз корабля, необычная каюта обставленная древней мебелью, гостья быстро узнаёт Шерлока Холмса в аватаре техинта, они осторожно обмениваются взаимными комплиментами.

Сдвиг, рубка Наутилуса теперь с прозрачными стенами, Земля стремительно уносится вниз, облака сменяет голубой шар, движение не ощущается, ей кажется, это только симуляция взлёта, но нет – следующий миг они в космосе.

Невесомость. Капитан предлагает провести сутки без тяготения, говорит, новичкам это полезно для адаптации, потом будет проще, она соглашается.

Неловкий момент в медотсеке, Холмс осторожно просит у неё разрешения сканировать импланты, убеждает её в необходимости процедуры, а она уже сожалеет, что оказалась здесь, конфигурацию её импов знает только она. Техинт уверяет её – эти данные никогда не покинут корабль, показывает протоколы защиты, они вместе изучают систему безопасности Наутилуса, монгерше картинка нравится, всё по высшему разряду, конечно, есть пара узких мест, которые хотелось бы поправить, но это мелочи. Неохотно, но она соглашается на процедуру.

Стерильные стенки медкапсулы. Сканирование. Уже всё? Так быстро? Даже обидно, ей казалось, что сложная структура её модулей потребует больше времени.

Сдержанные комплименты от Холмса её выбору имплантов, он деликатно подводит к мысли, согласно которой, часть полученной информации нужно сообщить капитану. Опять возникает напряжение, артин показывает схему крепления её навимпланта, ещё несколько других мест, замечает, что некоторые модули не имеют противоперегрузочной подготовки, капитану будет полезно знать диаграмму векторов максимально допустимых перегрузок, конечно о самих имплантах ему можно не знать, только диаграмму.

Сдвиг ленты, перед нею встревоженное лицо Ника – она была слишком долго в медотсеке. Всё нормально? Мгновение, он изучает её диаграмму, похоже схема ему не нравится, он почти скрывает свою досаду, но компаньонка уже успела немного узнать парня. Капитан открывает настройки корабля, долго двигает регуляторы допустимых перегрузок, Ли интересно, она заглядывает через плечо, теперь девушке понятна досада капитана, индексы на регуляторах упали в несколько раз. Он ей улыбается, говорит, всё нормально.

Следующий миг они в отсеке со скафандрами, она надевает аварийный скафандр, ей жутко неудобно, Ник шутит, говорит, так и должно быть, аварийные всегда неудобные, зато в них забираться легко, возможно это так, сейчас ей сравнивать не с чем, в любом случае выбираться из костюма было намного тяжелее, чем попасть в него.

Другой скафандр – боевая силовая броня. Зачем?! Надевай, объяснять будет дольше чем показать. Забираться в броню было неудобно, не хватало сноровки, наконец она закована в сталь. Перебирая меню скафандра перс его донастроил, теперь броня уверена, будто боец внутри неё легко ранен, контужен, временами теряет ориентацию.

Новый миг. Грузовой трюм, пустой, довольно просторный, какое-то время они здесь парят в невесомости, затем играют в догонялки, она в броне, Ник в лётной форме. В броне удобно, не нужно думать об ударах о стены, к тому же сам костюм направляет движения «контуженного бойца», мягко сдерживает резкие жесты «раненого», поэтому их игры обходятся без столкновений. Постепенно девушка понимает, как нужно двигаться в невесомости, скафандр всё реже корректирует её действия. Действительно, это лучше всяких объяснений.

Сдвиг, ужин, еда почти безвкусная, протеинцы, Ник уверяет, это вкусно, но по началу еда в невесомости всегда кажется немного пресной, хочется ему верить. А вот кофе был хорош, её обаятельный офицер говорит, это лунный купаж. Следующий миг, и вот, они забавляются с грушей из под кофе, изучают ставы.

Упражняясь, Ли расставила вокруг себя кольцо из протеинцев, некоторые встали в почти правильный став:

– Как тебе? – спросила девушка у перса.

– Сложно сказать, – ответил тот с напускной серьёзностью, – вообще-то, играть с едой считается дурным тоном, – но тут же ободряюще добавил, – пара крайних хорошо встали, ты делаешь успехи, быстрее чем я в пять лет.

– Взрослею, – с наигранным сожалением отметила Ли, – кстати, у тебя за спиною уже минуту дымит трубкой Холмс, вид у него такой, вроде он хочет тебе что-то сказать, но выбирает удобный момент.

– Это так? – развернулся капитан, Холмс сделал едва заметное утвердительное движение трубкой и перевёл взгляд на Ли.

– Похоже вам нужно поговорить, – отметила компаньонка, – Холмс не уверен хочешь ли ты чтобы я услышала, – начала она размышлять вслух, – но считает что нам полезно это обсудить вместе, поэтому он выбрал такую форму обращения.

– Похвально Ли, вы в точности прочли мимическую мизансцену, ровно так как я её запланировал, – одобрил Холмс, – мы с Ником договорились вне оперативной обстановки пытаться общаться человеческим образом, так можно передать больше нюансов, ведь если мысль сложная, то чем больше слоёв коммуникации, тем проще её передать с меньшими искажениями.

– Хорошо, вы оба мне не оставили выбора, – заключил капитан, – докладывай.

– Моя новость диаметральна, имеет хорошую сторону и обратную, – артин продолжил следовать парадигме общения в человеческом ключе, – пару часов назад мы получили запрос на фрахт, это несомненно хорошо, однако заказчик настаивает на скорой встрече, завтра, на Луне. С другой стороны, согласно психологическому анализатору, твоё общение с Ли в данный период имеет огромную важность для построения отношений, поэтому я решил, что такое положение дел нельзя нарушать как можно дольше. Я ждал до последнего, сейчас наступил оптимальный момент чтобы определиться. Если мы решим принять фрахт, то у нас есть ещё час для бронирования стыковочного узла на станции, где нас будут ждать для переговоров, клиент хочет осмотреть корабль.

Будучи курсантом Академии, Ник считал важным, чтобы капитан принимал решения с беспристрастным лицом, не выдавая сомнений. Однако на практике это оказалось сложным, непостижимым образом его новая компаньонка научилась читать его настроение даже раньше, чем он его осознавал, а техинт прочтёт все сомнения по развёртке личностной модели, в таких условиях любые усилия на контроль мимики были лишены всякого смысла. Поэтому сейчас на лице капитана было легко прочесть и радость по поводу первого дела, и досаду, по поводу неудачного момента.

– Фрахт, это ведь замечательно!? Я ведь хотела путешествовать, – вновь поделилась мыслями Ли, – тем более мы летим к Луне, а я давно хотела облететь Персополис, когда я была последний раз на Луне, его только достраивали. Прежде всего ты капитан, дела важны, я подстрою свои желания под общие планы, не собираюсь быть обузой.

Слоны. Развитие дебюта

Орбита Луны, станция «Луносибирск», сектор хороводов

Наиболее комфортные места для швартовки космосудна находятся в хороводах, огромных вращающихся кольцах со стыковочными гнёздами. Двигаясь в хороводе, суда обретают центробежную силу, которая позволяет создать вполне комфортное тяготение на палубах. Чтобы произвести хорошее впечатление на потенциального клиента, Ник забронировал стыковочный узел во внешнем хороводе, единственном на котором формируемая сила тяготения равна одному тягу. Конечно следующий хоровод 0.8 был в два раза дешевле, но первое впечатление важно, к тому же Ли так будет привычнее, рассудил капитан. Чтобы как-то компенсировать траты на расточительную стоянку, Ник заказал недорогую стыковку по четвёртому классу. В отличие от стыковки первого класса, при которой на судне постоянно сохраняется нормальная сила тяжести, четвёртый класс предполагает умеренные колебания ускорения по нормали и незначительные боковые перегрузки. Экономия была разумной, ведь в момент стыковки все люди на борту Нау должны были крепко спать.

Корабль приблизился к станции по пологой норм-спирали на автопилоте, в приводочном секторе автопилот передал управление автолоцману станции, тот мягко подвёл корабль к огромному километровому швартовому манипулятору. Захваты манипулятора деликатно вошли в стандартные швартовые слоты корабля и долгим плавным движением зафиксировали Нау в сыковочном гнезде хоровода. Так как трафик на станции в это время был низкий, то класс швартовки был автоматически повышен до второго уровня, однако Ник узнает об этом только через час.

* * *

Первой проснулась Ли, было приятно снова ощущать нормальное тяготение, бодрая нега разливалась по всему телу, напоминая о прошлой ночи, когда Ник вертел ею как хотел. Похоже секс в невесомости ему нравился, но сама Ли ещё не определилась, сейчас ей нравилось просто быть с парнем, она хотела его чувствовать как партнёра, на этом этапе разнообразие больше отвлекало, чем помогало. Сквозь дремоту она вспомнила, как громко стонала ночью, похоже, мешала спать Холмсу, или чем он там был занят, но девушка быстро вспомнила о технической природе первого помощника, после чего наваждение рассеялось. Примечательно, как в мыслях она часто очеловечивала артина, это заставляло задуматься. Определенно, этой ночью Холмс её слышал, но это ему точно не мешало, интересно, как он отнёсся к её стонам? Анализировал спектры звуков? Сопоставлял с данными телесных датчиков? Артины любят всё анализировать.

Как обычно, мысли монгера, попадая в колею, пытались пройти этой дорогой до конца, рассуждения без выводов бесплодны, а гонять мозг впустую претит любому опытному киберу. Итак, Холмс.

Во многом Холмс был загадкой, едва попав на корабль Ли запустила десятки протоколов которые исследовали местное киберпространство, большинство протоколов были невинными, часть притворялись невинными, некоторые были коварными, а избранные вероломными. Однако артин, если и заметил атаки, то внешне никак не отреагировал на на них, лояльные протоколы принесли данные которые должны были, а вероломные не смогли добыть чего-нибудь ценного. Большая часть собранной о Холмсе информации носила характер отрицания: непрозрачен для сканирования, непроницаем для внедрения, неуязвим. Перебрав все знакомые ей архитектуры построения техинов, девушка пришла к неутешительному выводу, они не описывают особенности реактивного поведения Холмса, а реактивные отклики невозможно подделать, у артинов они срабатывают подобно рефлексам, стимул – реакция. Из архитектуры артина, можно было бы извлечь его слабости, а опираясь на уязвимости, можно было бы выстраивать хотя бы равноправные отношения. В текущей ситуации уязвима только она, незавидная позиция.

Однако провал с определением архитектуры был не самым болезненным, сложно признать, но из-уровень артина она тоже не смогла выяснить. По паспорту корабля уровень мастер-интеллекта судна был из7, но это точно не так. Разнообразные тесты уровня вернули различные значения, косвенно это указывает на уровень выше семи, восьмёрка это предел, таких артинов в Соле не больше десяти. К счастью, у Ли был опыт работы с интеллектом этой мощности, как автор Избранного алгоритма, она получила право его адаптации для ГосПлана, после чего несколько месяцев изучала особенности из8. Собрав вместе все знания, полученные во время работы с ГосПланом, и то, что удалось наскрести о Холмсе, девушка начала строить нейросеть, которая установит из-уровень местного хозяина кибер-среды. Это будет нахальная сеть, она не будет церемониться, раз уж Холмс великодушно снёс её прежние пинки, то и эти стерпит.

* * *

Раскрыв глаза Ник, вгляделся в лицо Ли – как хорошо, что она рядом! Хотелось её обнять, но заметив фантомные движения глаз под веками, парень понял, что компаньонка чем-то занята в вирте, тормошить монгера в такой момент, значит откровенно напрашиваться на справедливую грубость. Жаль.

Тогда осмотримся, включив внешний обзор в генераторе оптополя каюты капитан огляделся. Вокруг громоздились корпуса других судов, так, два земных лайнера, танкер с Эроса, и балкер из Гильдии Пояса. К последнему капитан присмотрелся придирчиво, корпуса балкеров часто покрыты низкомерной микропылью, если сутки вертеться рядом с таким, то позже придётся чистить весь корпус, протирать внешние датчики и обслуживать шарниры огневых точек. Деликатно пройдясь радаром вокруг балкера, так чтобы с того не догадались о его подозрениях, Ник убедился, что судно недавно с чистки, вакуум вокруг него не грязнее обычного для таких портов, хотя, если задуматься, раз уж у владельца балкера были средства на дорогой хоровод, то и на чистку должны были найтись.

Успокоившись, капитан переключил оптополе на дальный обзор, прямо под ногами медленно вращалась поверхность Луны, у «Луносибирска» близкая орбита с умеренным эксцентриситетом, сейчас на глаз было около пятисот километров до поверхности, если точно, то по навигатору – 518. Среди рельефных кратеров, громоздились города, посёлки и ресурсные комплексы, в мелких кратерах едва заметно вращались мерцающие огнями ярусные кольца, искусственные объекты складывались в сложный узор с замысловатой приятной глазу симметрией, что неудивительно, ведь за формированием внешнего ландшафта Луны следит специальная арт-комиссия, вид открывшийся Нику не был следствием хаотического освоения поверхности, это была коллективная картина, которую лучшие художники пишут с помощью человеческого вмешательства. Обширная часть справа вверху была пуста, похоже там был один из лунных заповедников.

– Красиво! – вдруг сказала Ли.

* * *

Для завтрака пара с Наутилуса выбрала уютное кафе в земной зоне «Луносибирска», поскольку Ли ещё не прошла карантин, а Ник имел с ней «близкие контакты», то они оба были ограничены земным сектором станции. На местных туристических станциях земные сектора занимают значительную зону, но «Луносибирск» это деловой СВаТ, поэтому лунный и поясный сектора потеснили земной сектор ближе к карусельному сегменту. Реклама созданная Ником лунному кофе оказалась правдивой, Ли выпила лишнюю чашку, даже две, кофе был превосходен, особенно вприкуску с лунными безе, в рецепт которых неизменно входит лунное тяготение: 0,166 ɡ, не больше, ни меньше. Настроение было превосходное! Но дела.

Согласно довольно старому двухсотлетнему установлению, обновления программного обеспечения реакторов нельзя проводить удалённо, данные энергетических устройств повышенной опасности нужно передавать только лично, на физическом носителе. По мере службы реактора, протоколы его выработки требуется предъявлять в Технический Надзор Флота уполномоченным членом экипажа, на стике. Пока Нау стоял на верфях Штернов, никто не мог снимать показания с реакторов и относить их в ТНФ, поэтому сейчас Нику пришлось оставить девушку прогуливаться по пирсу станции, а самому нести горсть стиков в администрацию флота. Капитан и компаньонка условились встретиться уже на Наутилусе.

Быстро разобравшись с формальностями, офицер возвращался на корабль, задержавшись по пути, чтобы придирчиво осмотреть стыковочный узел. Наставник по механике часто говорил, что техники на станциях не чета флотским, а стыковочный узел это орудие пыток корабельного шлюза, после стыковки не поленитесь и осмотрите цанги! Это Ник и проделал, не заметив криминала, с мыслями о кофе и протеинце, капитан поднялся в кубрик.

Офицер уже собирался делать первый глоток, когда рука с чашкой застыла на полпути, в кубрике кто-то был. На их уютном кубричном диванчике непринуждённо расположилась эффектная блондинка, незнакомка безмятежно спала.

Уже давно Ник разделил для себя женскую моду по целеполаганию, на мужскую и женскую. Мода женской ориентации посылала сложные сигналы позволяющие выстраивать неустойчивую конструкцию социальных рангов между самками, мужчине обычно сложно разобраться в этих сигналах, которые заведомо были посланы не ему. Такие наряды у парня вызывали недоумение, обескураживали и заставляли задуматься: что принуждает привлекательную девушку скрывать свою красоту за таким недоразумением. Тем не менее, он не спешил судить, не понаслышке зная, что методы используемые профессионалами узкой специализации, не всегда понятны специалистам широкого профиля.

Напротив, сигналы женской моды, нацеленной на мужчин, Ник считывал моментально, на уровне базовых инстинктов, можно сказать, нутром. Так было и в этот раз, наряд незнакомки выгодно подчёркивал, то что хотелось бы подчеркнуть, а если что-то скрывал, то лишь из намерения сохранить интригу. Наскоро рассеяв туман обычных мужских помыслов, парень оценил мизансцену, учитывая картинность позы девушки, некоторую идеальность форм её тела и черт лица, он решил, что это визор-проекция от артина. Рука проделала остаток пути, капитан сделал глоток кофе и спросил:

– Холмс, твои проделки?

Глаза блондинки показали свою бездонную голубизну, она соблазнительно потянулась и кокетливо ответила:

– Да, мои.

– Шутка удалась, – ответил капитан, про себя решив, что нужно как-то ограничить излишнюю человечность артина, – можешь убирать проекцию.

Грациозно поднявшись с дивана девушка сделала пару шагов к офицеру, затем глядя ему в глаза, взяла его левую руку в свои. Её прикосновение отдавало теплом и шёлком, а от её тела приятно пахло женщиной.

– Это не шутка, разве я похожа на проекцию?

Чуть не уронив чашку, Ник поперхнулся:

– К-х-х! – прокашлялся капитан. – Холмс! Доклад! Откуда посторонние на борту?

Лицо незнакомки приняло серьёзный вид, она вытянулась и доложила:

– Никак нет, на борту нет посторонних. Перед вами манипулятор социальных взаимодействий кибернетический антропоморфный МаСоВКА-В14-ЛЛТ42! Доставлен на борт этой ночью вместе с другим оборудованием, по накладной, которую вы утвердили накануне вечером. Манипулятор прошёл первичную настройку, готова к работе.

– Вольно! – машинально ответил капитан, – признаться, я ожидал что это будет стандартный стюард-бот.

– Простите капитан, мне показалось, что будет полезно, если вы оцените первое впечатление которое я произвожу в этом виде, – примирительно сказала девушка и указала на себя ладонями, – я ведь выгляжу впечатляюще?

– Ещё бы! – поспешил согласится капитан, немного запоздало коря себя за юношескую поспешность, – откровенно говоря, даже слишком впечатляюще, может стоит поработать над образом? Придать ему более… м-м-м, флотский вид? Чтобы не смущать наших пассажиров.

– Смущать? В этой одежде, скорее уж соблазнять, – справа от красотки появился Холмс, – это, так сказать, «заводская упаковка». Я заказал разработку манипулятора три года тому назад, за основу взяли киберсекс-юнит ЛЛТ41, так как у этой модели были лучше всего проработаны кинетические реакции, она движется человечнее большинства настоящих людей. Её протобиологическое покрытие практически неотличимо от кожи, она дышит, потеет, плачет, в общем делает всё, что свойственно человеческому телу. Я давно приметил группу киберскульпторов, которые её произвели, талантливые ребята, повёрнутые на андроидах и сексе. Порою некоторые женщины двигаются с особым изяществом, даже не всегда осознавая как это им удаётся. Эта группа два года потратила на анализ такого эффекта, пытаясь воспроизвести его так, чтобы дроид не просто повторял заученные движения, а свободно двигался. Но они раз от разу терпели неудачи, подделка рано или поздно выдавала себя. Тогда они зашли с другой стороны, выделили в мужском мозгу нейронные контуры, которые возбуждаются при взгляде на женственные движения и замкнули их на кинетический контур робота. Получается натуральные женщины своим естественным движениям придают сексуальность, а этот андроид наоборот, изначально сексуальным движением придаёт практичность. Результат превзошёл все ожидания, даже если уменьшить уровень секса в кинематике до минимума, то все равно движения получались удивительно человечными, никакая иная кибернетическая модель человека ещё не достигала такой убедительности.

Пока артин читал импровизированную лекцию, сексюнит-манипулятор стояла на месте, лишь время от времени переводя вес тела с одной ноги на другую, как бы танцуя под тихую музыку слышимую только ей, неохотно Ник признал, что даже такие скупые и скованные движения выглядят манящее, приходилось убеждать интуицию, что это не женщина, хотя подсознание вопило об обратном.

– По реестру корабля, предполагается что она будет исполнять обязанности стюарда, – голос артина вернул капитана к действительности, – но основным её назначением будет обеспечение твоей безопасности вне корабля. Это требование Совести, мы ведь не можем рисковать своим капитаном.

– Насколько я в курсе, таким андроидам нельзя свободно разгуливать среди людей?

– Можно, если есть паспорт от ООН.

– Совесть, понятно, – саркастически заметил Ник, – однако безопасность, – капитан по иному взглянул на девушку, – то-то, она великолепна, но охранные дроиды выглядят иначе, внушительнее, она справиться?

– Для начала позволь заметить, в таком образе андроид может проследовать за тобою туда, куда обычных охранных дроидов не пустят, к тому же, без обид, но в ёе присутствии ты будешь привлекать меньше внимания, даже с чёрным значком экстры, – Холмс провел рукой и рядом с девушкой возникла её виртуальная копия, – Под этой мягкой шёлковой кожей, находится гибкая броня, – кожа копии стала прозрачной, обнажив серебристый манекен, под зеркальной покрытием которого двигались мышцы, и хотя в движениях манекена сохранилась грация, но теперь это выглядело жутковато – лучше не спрашивай из чего сделана эта броня, всё равно не скажу, просто знай, что она сравнима с бронёй Нау. Хотя кинематика и настройки контроллеров в основном остались от сексюнита, но мышцы и энергосистема ей досталась от боевого бронекостюма Витязь-14, – под ставшей прозрачной бронёй проступили прочные сплетения гибридных мышц боевого образца, оплетающих изящный скелет чёрного цвета – к тому же я потратил уйму времени чтобы совместить её код с кодом учебного андроида который используется для рукопашных тренировок космодесанта – Побратим-38. Занятно, но во время схватки она сначала просчитывает сексуальность движений, а затем делает их летальными для противника, похоже со стороны это будет увлекательным зрелищем. Лучшие боевые практики и навыки владения большинством видов оружия здесь прошиты на базовом уровне операционной системы, то-то в сложной ситуации ты всегда можешь положиться на нашу малышку.

– Так-то один только Витязь-14 стоит больше мегаэрга, как мы её оплатили?

– Не беспокойся, все требования Совести остаются на её совести, – Холмс усмехнулся, – прости за каламбур, не удержался. К слову сам сексюнит, бронекостюм, прошивки Побратима это не самое ценное из того что заложено в «нашу малышку».

Бровь Ника слегка выгнулась – ну-ка, удиви!

– Очевидно, что действуя вне корабля, манипулятор уязвим, ведь если у него не будет доступа к требуемой вычислительной мощности, то он превращается в недалёкого сексуально озабоченного андроида с незаурядными боевыми навыками – опасная смесь! – в качестве иллюстрации девушка сделала несколько быстрых движений вокруг капитана, которые с одинаковой легкостью можно было принять как за серию изящных рукопашных приёмов, так и за лёгкий эротический танец. Капитан безуспешно попытался уследить за ней взглядом, но приятно пахнущий вихрь пронёсся вокруг парня, чтобы материализоваться на месте незаметно исчезнувшей проекции артина, полностью повторяя его позу.

– Поэтому, – усмирив дыхание, девушка как ни в чём не бывало, продолжала рассуждения Холмса, – у меня установлены несколько блоков вычислительного геля, это лучшее, что сейчас могут предложить плетельные технологии, с этими блоками я могу решать любые задачи оперативной обстановки даже полностью утратив связь с материнским вычислителем, – изящно проведя ладонями вдоль тела, она обхватила ими груди – гель установлен, вот здесь, но он работает в неэффективном режиме, есть такая особенность, что для нормальной работы геля нужна вибрация или хотя бы периодическая дислокация. Если пожимать меня здесь вот так, – ладошка сжалась, Ник сглотнул от напряжения, – Дай руку! – словно загипнотизированный капитан подчинился, – Так! Хорошо, сжимай, разжимай, дай другую! – манипуляторша решительно взялась за другую руку офицера и положила её себе на ягодицу, – Здесь тоже! Делай так же!

Приятная упругая мягкость под руками Ника обескураживала, теплый аромат близкого женского тела кружил голову, всё произошло так внезапно, что не было никакой возможности одуматься, а девушка наседала:

– О! Да!! Гель работает гораздо лучше, давай интенсивнее, ещё, ещё!

Поэтому вопрос:

– Кажется я вам помешала? Это ведь не то, о чём я подумала? – прозвучал из уст Ли как «гром среди ясного неба», эту метафору Ник подцепил на Земле чтобы пощеголять ею среди друзей на Поясе, признаться, он не полагал, что она пригодится ему так рано.

Слова: «Да, это не то о чём ты подумала», синхронно прозвучали из уст блондинки и её незадачливого кавалера, совпадение получилось комичным, да и сама сцена вызвала невольную улыбку на лице Ли, когда за её спиною раздался иронический хохот Холмса.

– Простите, Ли, Ник! – сквозь смех, начал говорить Холмс, – ситуация вышла забавной, словно с экрана древней комедии положений, я просто не смог удержаться, простите! Думаете легко было так точно подгадать время! Уверен вы потом в записи будете не раз пересматривать этот миг, скажете мне не одно спасибо! Но сейчас простите! Ли, дайте мне минуту, я всё поясню.

Артин принялся повторять свою лекцию, гель восхитил кибер-монгершу, она тоже не удержалась от того чтобы помять гелевые блоки, но делала это более осмысленно, наблюдая корреляцию показателей вычислительной мощности и движений своей руки:

– Лёд! Это словно вручную управлять вычислениями! – подитожила Ли, – однако у нас остался ещё один важный вопрос! Как мы будем называть нашу уникальную подружку? У неё есть имя?

– Ксю, – ответил Холмс, – кибернетический сексуальный юнит, а так как исходным прототипам является Холл, то есть я, получается Ксю·Хо!

– Хм, звучит совсем немного слегка вульгарно, – осторожно усомнилась Ли.

– Имена не выбирают, – резюмировал Ник, – Ксю, так, Ксю. Добро пожаловать в экипаж!

* * *

По неформальным флотским наставлениям во время переговоров желательно скрывать тело собеседников ниже пояса, считается, что это позволяет людям принять комфортную позу сохраняя представительный вид. Поэтому официальные визор-переговоры обычно ограничены протокольными визор-рамками, а личные переговоры принято проводить за столом. Для общения с клиентом идеально подошла кают-компания пассажирской зоны, в центре светлого и просторного по корабельным меркам помещения был сконфигурирован белый полукруглый стол. На Поясе такие столы уже стали традицией, стороны переговоров помещались с разных полюсов полукруга, так, чтобы с одного бока их соединяла прямая грань, а с другого дуга. Символически это означает, что в общении важны прямота и гибкость, стороны должны прямо обсуждать, то что их сближает, деликатно обходя спорные моменты.

В кают-компанию вошёл клиент в сопровождении Ксю, флотская стюард-форма преобразила девушку, сделав её образцом строгой деловой сексуальности. Накануне Ли больше часа колдовала с настройками формы пытаясь добиться идеального баланса привлекательности и строгости, Холмс высоко оценил её старания, по мнению капитана, они оба не зря были довольны результатом.

– Позвольте представить, – с официальной улыбкой обращённой к клиенту сказала Ксю, – Унтер-капитан рейд-крейсера Наутилус 127 капитан-универсал-лейтенант Ник·То, – затем улыбнувшись уже Нику, добавила, – Заслуженный инженер-архитектор Объединенной Инженерной гильдии Луны гос-дин Эф·Эс.

– Приветствую на борту, – Ник присмотрелся к клиенту, лицо статного мужчины средних лет вызывало смешанные чувства, словно оно вылеплено талантливым скульптором, вдохновлённым античным образом, но местами ваятель впадал в авангардизм. Правильный красивый нос нависал над строгими губами чуть гротескнее чем следовало, однако тонкая линия усов между ними удачно компенсировала диспропорцию, крупный лоб был бы красив, если бы был чуть менее плоским, а тёмные глаза были бы дружелюбными, если бы не взгляд, поражающий пронзительной остротой.

– Прошу прощения за некоторую отчуждённость, – продолжил капитан, – я прохожу пост-земной карантин, между нами будет биоэкран, надеюсь это не доставит неудобства.

– Не беспокойтесь, – голос гостя обладал вкрадчивой мягкостью, – ваша очаровательная помощница, уже предупредила об этом, она переживала по поводу недостаточной дружелюбности первого впечатления, уверила, что это не так, я склонен ей верить. Однако тяжело осознавать, как рисковала девушка своим здоровьем, принимая биоблокатор карантина только для того, чтобы встретить меня.

– Здоровье и комфорт пассажиров, наш приоритет, – ответил Ник, – простите, на днях я уже принимал блокатор, поэтому не смог вас встретить лично, подобающим тому образом, однако уверяю вас, я никогда не рискую самочувствием экипажа больше, чем того требуют обстоятельства. Прошу не принимать эти риски на свой счёт, присаживайтесь.