Текст книги "Виктор Цой и другие. Как зажигают звезды"

Автор книги: Юрий Айзеншпис

сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 25 страниц)

Враги

Я весьма щепетилен в человеческих отношениях, стараюсь и старался ни с кем не конфликтовать, никому сознательно не вредить. Если же взаимный или односторонний негатив возникает, всегда ищу его природу, однако внимание не акцентирую и скоро забываю. И когда мой соавтор Львович Кирилл допытывал меня об именах моих врагов, утверждая, что эта конкретика придаст книге необходимую скандальность, я почти ничего не мог ответить. Да, в мире шоу-бизнеса существует известная конкурентная борьба и не все ведут в ней себя достойно. Я, скажем, иногда весьма раздражался высказываниями Барри Алибасова в свой адрес: подчас болтает, как помело, сам не понимает что городит… Но считать его врагом? Он слишком добрый по сути человек и большинство его «тирад» наверняка имеет единственную задачу – самовыделиться… Или Олег Наумович Непомнящий, бывший директор Киркорова. Я его уже и не помню зрительно, однако в ушах так и звучит:

– Айзеншпис, да кто он такой, что он вам путного скажет?

Это Наумыч громогласно обращается к журналистам, которые толпятся вокруг меня и не обращают на него никакого внимания. Но и это не враг.

Из более злобных и склонных к грязным инсинуациям в мой адрес товарищей выделю Макса Фадеева. Считаю его нечистоплотным и даже полукриминальным типом. Помнится, еще во время работы с Линдой задолжал им большую сумму и должен был скрываться. Да и остальные, с кем он ни сталкивался, познали на себе его сущность и манеру вести дела.

А что касается декларируемых высоких музыкальных вкусов, так он обычный авантюрист: как запахло большими деньгами, так легко предал свое кредо.

А вообще в жизни встречалось мне немало и подонков. В первой своей камере я дружил с Вильей Лейбовичем Миллером. Он меня и сдал, и чуть из-за него не залетел мой друг на воле. Третье заключение под стражу организовал известный валютчик Шепеер, царство ему небесное, с которым тоже водочку пил…

При этом я прекрасно воспринимаю людей, если наш, так можно выразиться, «конфликт» определяется просто разными музыкальными вкусами или разными бизнес-интересами. Например, я против самодеятельности в музыке и совсем не любитель частушек. Но феномен Веры Сердючки и ее колоссальный успех отрицать нельзя. Или например, определенное непонимание с Костей Эрнстом, которого я знал еще молодом монтажером из видеосервиса в Сокольниках… Его карьера впечатляющая, и он легко входит в Кремль, где я и на экскурсиях не бывал. Но проект первого канала «Фабрика» хоть и по уровню исполнения явно ниже того же Билана, лежит в конкурирующих плоскостях, и Билан им помеха. Что же, у нас просто разный бизнес…

Динамит

13.12.2004

Летел тут на днях из Питера и сначала почитал книгу про интриги власти, а потом и газету полистал. Опять жаркие дискуссии об идее Путина назначать губернаторов. А я полностью поддерживаю. Эти местные выборы давно уже превратились в бизнес олигархов, в лоббирование своих людей, в войну политических и экономических кланов. Лучше бы затрачиваемые ресурсы направлять в экономику и развитие государства. Можно, конечно, кричать, что прямые назначения, это путь к тоталитаризму, но мы к открытой демократии не готовы. Никакой культуры власти, политики и управления… Как и вообще культуры немного. Но в целом, хоть и читаю и «Профиль» и «Коммерсант», рассуждаю о политике как обыватель и дистанцируюсь от нее. Хотя и готов признать, что это в чем-то вершина шоу-бизнеса, по крайней мере грязи, обмана, подлости там куда больше. И деньги куда большие. А шоу такие, что подчас от правды не отличишь.

Вообще же с раскрученными политическими фигурами я часто пересекаюсь на различных мероприятиях, иногда даже за руку здороваюсь, но дружбы не вожу. Хотя вот забавный факт из моей жизни – году в 96–97 приехал в Сочи просто погреться. Жил я в Редиссон-Лазурной, там же по какому-то стечению обстоятельств оказались и Игорь Крутой, Шуфутинский, Володя Дубовицкий… Еще, вроде, Аллегрова. И вечером у бассейна накрыли стол персон на 16 и туда пришли А. Коржаков и М. Барсуков – их совсем недавно сняли с кормушки. И этот всесильный Коржаков сидел со мной рядом, подливал водочки и весьма дружелюбно беседовал. Выяснилось, что он отлично знает мою биографию – вот это да! Конечно, я был клиентом их ведомства, но не только поэтому: он оказался заядлым меломаном и хорошим знатоком молодежной культуры. Думал, что сухарь, а вполне милый человек.

История одной из самых позитивных, энергичных и взрывных российских групп, к созданию которой я имею самое непосредственное отношение, началась в 1998 г. Именно тогда Илья Зудин – потомственный музыкант, сын одного из известных сочинских саксофонистов – приехал в Москву с электронным world-house проектом Sun City. За его плечами была учеба в Сочинском музыкальном училище, игра в рок-группе и джазовом оркестре, диджейство в ночных клубах и на радио. В те времена – как, впрочем, и сейчас – Зудин слушал Боба Марли, Стиви Уандера и модную house-волну, что неизменно отражалось и на его творчестве, и на образе жизни. Хитроумная смесь реггей, фанка и электронщины, которую культивировал Sun City, не привлекла московских продюсеров, к которым Илья обращался до меня. Не привлекла и меня, как слишком уж экзотическая, зато отличные данные аранжировщика я разглядел и всерьез заинтересовался ими. Молодой артист стал автором песен сразу для трех моих проектов – Лены Зосимовой, певицы Саши и певца Никиты. Ну, а в какой-то момент Зудину надоело писать песни для других, и он предложил мне создать бойз-проект с тремя вокалистами. Первым в него влился столичный мажор, эстет и модель, сын дипломатических работников, семь лет проживший в Швеции, Леонид Нерушенко.

Поиски третьего участника велись долго и закончились с появлением второго Ильи – Дурова. Родом из Иваново, прославившегося в отечественной поп-истории «Дискотекой Авария», Илья Дуров, как и его тезка, имел большой музыкальный опыт. В частности, долгое время он пел в детском эстрадном ансамбле «А+Б», из которого вышло немало нынешних героев поп-сцены – в частности, как Алексей Серов («Дискотека Авария») и Дима Голубев («Фабрика»). Дуров, со временем приобщившись к джазу, закончил ивановское музыкальное училище по классу саксофона и играл в нескольких джаз-группах, а позже, на базе знаменитого Ивановского рок-клуба, организовал собственную группу «Сарафанное радио». Именно там его радикальные музыкальные пристрастия – от Ministry, new industrial и до Red Hot Chili Peppers – впервые обрели отчетливые очертания. После окончания училища Дуров поступил в московский областной институт культуры: там он учился вокалу, а тренировал его в ресторане, исполняя фирменные поп – и рок-хиты. Но однажды на МузТВ услышал объявление о том, что я набираю новую группу.

Первая же записанная группой песня «Твое тело» сразу попала на радио, а вместе с ней появилось и название, взрывное и очень удачное – «Динамит». В целом это слово сейчас растиражировано в шоу-бизнесе: помимо группы, есть радиостанция, серия поп-сборников и телегладиатор под этим именем. Но радио появилось позднее моей придумки. Кстати, во многом из-за этого совпадения песни «Динамита» на другие радиостанции не брали, чтобы не поддерживать конкурента. Я зарегистрировал торговую марку «Динамит», но это касается только музыкального ансамбля. В любом случае, название оказалось вполне говорящим – внутри группы сконцентрировалась отличная, здоровая энергетика. В 2001 г. компания «Медиастар», где я тогда работал генеральным продюсером, выпустила дебютный альбом «Куда уж лучше». И он произвел впечатление и на деятелей шоу-бизнеса, и на слушателей, моментально заразившихся позитивом материала. Это, кстати, нечастое явление в стране, где минорный лад в почете и слезы Тани Булановой в большой цене.

Надо сказать, что я в большой степени поверил и доверился таланту Зудина и Дурова и изрядно поощрял их экспериментаторство. Пусть делают, как считают нужным. Редчайший случай, когда я не вел своих артистов «за руку», и не ошибся – они вышли на правильную дорогу. Получившийся музпродукт отличался большой выверенностью, оптимальностью формы и содержания, утонченности, модности и доступности. С моей легкой руки за «динамитчиками» закрепилось прозвище «Иванушки XXI века». Общественное мнение уже прочило группе пустующее место главного бойз-бэнда страны. Не последним аргументом в пользу столь серьезных претензий стал очередной клип группы на песню Ильи Дурова «Убегаю». Этот видеобоевик, снятый режиссером Ириной Мироновой, буквально взломал телеротации. Пластинка пользовалась таким спросом на музыкальном рынке, что выпустившая ее компания «Артес» сделала сборник из двух альбомов группы «Динамит» – Все лучшее», релиз которого состоялся в конце 2002 г. В то же время группа успешно гастролирует по стране, выступает в обеих столицах, принимает участие в российских и зарубежных фестивалях (в том числе в юрмальской «Новой волне») и постоянно генерирует новый материал.

Лето 2003 г. «Динамит» проводит в концертных разъездах по курортным городам совместно с Димой Биланом, в качестве специальных гостей закрывает «Новую волну» в Юрмале, осенью открывает радиостанцию «Динамит FM» во Владивостоке, принимает участие в съемках программы «Песня года», а в декабре 2003 г. из группы был отчислен один из солистов группы – Леонид Нерушенко. К сожалению, в течение последних двух лет обстоятельства в коллективе складывались так, что вопрос об изгнании Лени ставился неоднократно. По мнению двух других солистов «Динамита» Ильи Дурова и Ильи Зудина, их бывший коллега не прилагал никаких усилий к реализации творческого потенциала группы. «Динамит» распрощался с ним, пожелав успехов в осуществлении личных планов. Некоторое время в качестве третьего участника в группе работает Евгений Морозов, и в январе 2004 г. трио в этом промежуточном составе принимает участие в кремлевском концерте «Галактика Высоцкого». Исполнив «Балладу о любви», группа срывает овации. А уже в первых числах февраля в «Динамит» входит Илья Данильченко. Участники «Динамита» познакомились с Данильченко еще в 2000 г., когда тот играл в молодой группе «Гейзер». Позже Данила – как называют его близкие – перешел в группу «Факультет», а последний год работал перкуссионистом и шоумэном у Дмитрия Маликова. Любитель экстремальных видов спорта и большой поклонник «тяжелой альтернативы» – Linkin Park, Limp Bizkit, Guano Apes – Данильченко хорошо знает, какое ощущение свободы дает ему каждый выплеск адреналина, будь то победа на соревнованиях по сноуборду или концерт перед тысячной аудиторией. Дуров и Зудин надеются, что появление Данильченко увеличит и концертный потенциал «Динамита». В планах группы – unplugged-концерт, где владение Данильченко перкуссией придется как нельзя кстати. «Динамит» не останавливается ни на миг – ребята приступили к работе над новым альбомом, и уже написали четыре песни: «Что случилось», «Одинокая», «Расколем ночь», «О чем плачет дождь». Очередная пластинка группы обещает быть максимально не похожей на все предыдущие, а также безупречно стилистически выверенной.

В 2003 г. я вместе с группой отправляюсь на главный остров всех растаманов мира – Ямайку, чтобы снять два видео на песни «Сумасшедшее лето» и собственно «Ямайка». Последнюю написал давно грезивший о волшебном карибском острове Зудин, и благодаря мудрому решению продюсера, то есть меня, режиссер Гоша Таидзе и оператор Влад Опельянц именно этому ролику отдали все силы. И пусть говорят что рифма «майка-Ямайка» проста и очевидна, ролик получился классным. На этом волшебном острове же произошло мое неформальное знакомство с Дэйвом Стюартом из Eurythmics и продюсером No Doubt Брайаном Маклайном. И хотя английский я знаю слабо, мы общались на одном языке, пили один ром. Он моего имени никогда и не слышал, но этот факт меня особо не задел. Я всегда трезво оценивал возможности наших артистов на западном рынке и не верил ни одному громкому заявлению о грядущем его покорении – ни «Парка Горького», ни Кузьмина, ни «На-На».

Вскоре после возвращения с родины регги, «Динамит» выпустил третий номерной альбом «Я не забуду». В пластинку из 14 песен вошли радиохиты, новые песни («Ямайка» и «Сумасшедшее лето»), а также трек «Ты не моя», некогда написанный Зудиным для певца Никиты. На презентации диска в «Метелице», пронизанной солнечной атмосферой Ямайки, собрались все друзья группы: Дима Билан и «Сливки», «Гости из будущего» и Саша, «Отпетые Мошенники» и «Дискотека Авария».

С этими ребятами – талантливыми, красивыми, интеллигентными я работаю и по сей день, они приносят мне и деньги, и творческое удовлетворение. Да, я им даю немало.

И хотя в последнее время они слегка обижаются, что свое внимание акцентирую на Билане, это значит просто одно – доверяю их чутью и мастерству.

Билан. Дима

Наша встреча состоялась – а сейчас мне страшно подумать, что она могла и не произойти на отвязной вечеринке, посвященной выходу нового номера журнала «Лиза». Туда пригласили «Динамит», идеально подходящий под молодежный формат, пришел туда и я. Как всегда, за кулисами толпилось много праздношатающихся фанатов и более конкретных персонажей, стремящихся с помощью тусовки свести знакомства с нужными людьми, войти в орбиту шоу-бизнеса.

Я с кем-то разговаривал и краем глаза смотрел на парочку – парня и девушку, которые как маятник проходили мимо меня – взад-вперед, при этом парень пританцовывал, украшал гомон какими-то мелизмами и вообще вел себя неординарно. Явно желая привлечь мое внимание. Ну и привлек.

– А ты что артист?

– Нет, еще учусь в Гнесинке.

– Ну и где поешь?

– Да так, особо нигде. А я, кстати, узнал вас. Вы Юрий Шмильевич, очень приятно познакомиться…

– А что тут делаешь?

– Да вот, тусуюсь, вот познакомился с вами. А вообще я хочу петь…

– Ну вот тебе номер моего телефона.

– Обязательно позвоню, да вы наверное и не вспомните.

И Дима настойчиво звонил, наверное, несколько недель кряду, и когда откладывать встречу стало уже просто неудобно, позвал его на студию. Дима приехал, рассказывал о своей жизни, о планах, мягко, красиво, вежливо. Сказал, что сейчас идет кастинг, отбор на очередную «Фабрику». И если я хотя бы попробую начать с ним работать, он никуда не пойдет.

Может, и странная постановка вопроса, но прозвучало весьма убедительно. Все в его облике и речи говорило о хорошем воспитании, хотя вырос и родился он в провинции. Но мама закончила консерваторию по классическому вокалу, так что гены вполне. И я ему посоветовал:

– Успеешь с кастингом. Давай посмотрим…

Я не спешил. Начинать новый проект всегда сложно, надо тысячу раз подумать, отмерить, в сознании перекрутить. Уйти от первого впечатления и личного обаяния, примерить на массы…

Внешность Димы я оценил как своеобразную, может без особо ярких черт, но нечто отличало, цепляло глаз. Пригласил на смотрины Отара, спросил шепотом – как думаешь, не страшноватый? Отар подивился – с чего это ты взял? Очень даже ничего.

И я решил попробовать, и песню найти и затрат особых не нести. Поскреб по сусекам, нашел Зудинского «Малыша» по каким-то причинам не пошедшую в работу, но с готовым минусом. И я попросил Пашу, очень талантливого звукорежиссера, который еще со Сташевским работал, записать материал. После записи он сразу позвонил мне:

– Вы кого привели?

– В каком смысле…

Я подумал сейчас последует уничтожительная характеристика, но нет.

– Да он певец. От бога. Вы спуститесь, послушайте.

И действительно за час работы они сходу сделали отличный продукт. Свели – еще лучше зазвучало. Теперь требовалось посмотреть, как парень будет себя вести на сцене, и когда начались новогодние вечеринки с участием Динамита, я начал на одну песенку выводить Диму. Вроде неплохо, но четкой оценки не мог дать.

Через 10–12 концертов он демонстрировал уже вполне уверенное выступление, потом записали еще несколько песен и… И наступил перерыв и я просто не знал, что делать дальше. Ибо требовалось или нырять, или оставаться на суше.

Вообще, даже в крупной рекорд-компании, прежде чем подписать полновесный контракт на выпуск альбома, вначале существует соглашение с артистом – забыл этот термин, позволяющее при минимальных затратах максимально определиться и обезопасить себя. Но там эта методика проработана, а у нас все решается от случая к случаю.

И такой случай нам представился, ибо возобновилась Юрмала, «Новая волна», близкая к тому, что делает Билан. Стала конкретная задача подготовиться к конкурсу: одна новая песня и два ретро шлягера: русский и западный.

В первый день отборочного тура Дима мандражировал и, как признались мне члены жюри, не произвел особого впечатления. А во второй день выглядел куда более расковано и в итоге попал на конкурс. Так началась его карьера. Конкретное же место (4-е) комментировать не буду – вполне могло быть и первое.

По крайней мере, мое решение работать с Димой пришло раньше итогов конкурса, на подготовительном этапе. И чем больше работаю с ним, тем больше убеждаюсь что сделал правильный выбор: очень талантлив, с достаточно уникальным голосом, отличным слухом. Настоящий музыкант… И артист с большой буквы.

За два года совместной деятельности он дал уже больше сотни концертов, выпустил два полновесных отличных альбома, «подорожал» в несколько раз – с полутора до восьми тысяч за концерт. Он прекрасно освоился на сцене, все больше и больше совершенствует вокал и сценическое мастерство. И при этом не заболел звездной болезнью. Просто молодчина!

ПРОШЛОЕ

Я не жалею о прошлом – это бессмысленно, деструктивно, отнимает много сил. Как мировая история не знает сослагательного наклонения, так и история человеческой жизни не знает ответа на вопрос «Что было бы, если бы я не…?» или «Если бы я, вместо этого…?».

Я не оцениваю те или иные мои действия или поступки, даже имеющие весьма отрицательный исход, как ошибки. Нет, это просто жизнь с ее взлетами и падениями, с ее опытом, иногда неприятным.

В моем понимании жизни есть только одна идея постоянно совершенствоваться. Во всем, что ты делаешь. В малом и в большом. Сегодня лучше, чем вчера, завтра лучше чем сегодня.

Нельзя сравнивать, кто совершеннее – Бетховен или Битлз. Но каждый конкретный музыкант может и должен постоянно улучшать свое мастерство, свое искусство. Это же относится и к продюсерам.

Когда я смотрю назад, я словно лучом прожектора выхватываю из прошлого яркие события, лица, эмоции. Не до всех темных уголков памяти удается добраться, не все можно разглядеть. Но и того, что лежит на поверхности, вполне достаточно чтобы сказать – это была настоящая жизнь. И добавить – эта жизнь продолжается.

31.12.2004

Завтра начинается новый год, голова идет кругом. А сразу после праздников уезжаем в месячные гастроли по Прибалтике, затем в Лондон и далее, и далее. Я заканчиваю книгу, и она мне кажется такой маленькой, такой незначительной.

Иногда об одном дне можно написать почти столько же, а это ведь целая жизнь. Конечно, много о ком и о чем можно было упомянуть, много какие события вспомнить.

Наверняка какие-то фамилии остались за бортом автобиографии – прошу прощения.

Возможно, когда-нибудь исправлюсь.

Ведь кто знает, может быть написание книг окажется столь же заразным, как музыка.

А потому…

Расстаюсь, но не прощаюсь.

Ваш

Ю. Айзеншпис

ШОУ-БИЗНЕС В РОССИИ – ОПЫТ БЕСПОЛЕЗНОГО ПОСОБИЯ

Ю. Айзеншпис (совместно с К. Львовичем)

Моя жизнь – открытая книга, и многие ее страницы, образно говоря, исписаны нотами, песнями, проектами в области шоу-бизнеса, автографами многочисленных артистов и исполнителей. И, конечно, рассказывая в автобиографической части книги о себе, я неоднократно касался этой темы. В конце концов, моя жизнь от нее неотделима.

Я рассуждал о музыке, излагал свои взгляды на проблемы отечественного шоу-бизнеса, субъективно оценивал взаимоотношения и творчество, потенциал и перспективы. Но издательство попросило, а я согласился написать небольшое пособие по теме, где изложение носит более сконцентрированный и последовательный характер.

И вот я излагаю свои представления о шоу-бизнесе в России, делаю это максимально честно и профессионально, насколько вообще профессионально понимаю эту тему. При этом я специально избегаю конкретных примеров, цифр и практически не привожу имен.

Хорошо что-то или плохо – в конце концов, дело вкуса. Но в бизнесе существуют некие объективные показатели, бухгалтерия, что ли. И в шоу-бизнесе она ничем не отличается от обычной, в ней так же присутствуют активы и пассивы, баланс. И успешность артиста или проекта в целом определяется той прибылью, которую он приносит. Это – коммерческий проект его имени. Ну и имени его продюсера, конечно же.

К сожалению, детально бухгалтерию никто не раскрывает, в том числе и я, поэтому конкретные цифры, где бы они не приводились, едва ли можно считать достоверными. Они носят исключительно оценочный характер. Суммируя вышесказанное, что-то конкретное сказать о шоу-бизнесе в России сложно.

И, тем не менее, я попробую…

Польза пособия

Кто-то из моих знакомых пошутил – ну вот, напишешь умный учебник и вырастишь себе конкурентов. К счастью, это не так. Если чемпион по прыжкам в высоту скажет новичку – надо разбежаться с такой то скоростью, оттолкнутся с такой-то силой и так то прыгнуть – разве новичок взлетит так же высоко? Нет, не взлетит.

Не так это и к сожалению. Я был бы не прочь увидеть кого-нибудь молодого энергичного продюсера со схожими принципами и менталитетом, который бы признался, что ему помогли мои заметки. Или артиста, который с их помощью одолел хотя бы одну ступеньку при восхождении на музыкальный Олимп. Но не думаю, что это реально.

Артисты и исполнители вообще не склонны много думать, а читать – тем более, а продюсеры тоже едва ли станут интересоваться моими мыслями – они считают, что сами с усами.

А вот просто читателям эти заметки могут быть интересны, могут помочь немного разобраться в существующем порядке вещей на нашей эстраде, в правилах игры, в корнях той российской музыки, которую они каждый день слышат из своих видео и аудио устройств. И, как правило, ругают.

Определение понятия «шоу-бизнес»

Что стоит за этим понятием, кроме привлекательного и часто употребляемого термина, что оно значит? Простейшее лексическое толкование – бизнес на шоу, ибо как бывает шоу без бизнеса, так и бизнес без шоу…

Что конкретно относится к этому миру, какие именно действа? Возможно – и политика, но я бы отнес туда и мир моды, и мир кино, да и классическое искусство, балет, например – ну чем ни шоу? А спектакли и мюзиклы?! Думаю, список можно продолжать, но лично я хорошо разбираюсь лишь в его музыкальной составляющей. И именно она наиболее емкая, именно ее рынок максимальный по охвату.

Подавляющее количество денег вращается именно в этой сфере шоу-бизнеса, поэтому сюда, на эстраду, так стремятся и модели, и артисты кино, и оперные исполнители. И в дальнейшем под термином «шоу-бизнес» я понимаю лишь его музыкальную, эстрадную составляющую. И именно ее плоды мы наиболее активно потребляем.

Я думаю, если бы проводилось специальное исследование, оно показало бы, что ежедневно человек слушает песни достаточно долго, ну хотя бы полчаса… В качестве фона они звучат и дома и в машине, и в ресторане и даже на работе. А песни – самый главный продукт музыкального шоу-бизнеса. Так же я интуитивно уверен, что концентрация эмоций на минуту звучания максимальна именно в песне. А ради чего мы живем, как ни ради эмоций?

Этапы развития отечественного шоу-бизнеса

Говорить, что в России нет шоу-бизнеса, нельзя (похожим образом раньше уверяли, что у нас нет секса). Он есть, несомненно, и отличается от западного так же, как «Волга» от «Мерседеса» или «Кадиллака». И качеством, и стоимостью, и ареалом покрытия. Более того, в том или ином виде шоу-бизнес существовал здесь всегда и, видоизменяясь, проходил этап за этапом.

1. В СССР шоу-бизнес тоже присутствовал, как легальный, так и нелегальный. Среди нелегальных вариантов я бы выделил торговлю (спекуляцию) импортными дисками и концерты «за наличку», которые подчас проходили вне ведения местных филармоний. Легальная же концертная деятельность также осуществлялась, и на ней неплохо зарабатывали и ведущие артисты, и сами филармонии (государство). Практически в золоте валялись авторы популярных шлягеров советской эпохи – их песни исполняли во всех кабаках СССР и каждое исполнение заносилось в так называемую «рапортичку». И с каждого шли отчисления на сберкнижку. Те немногочисленные артисты, которые умудрялись засветиться на телеэкранах, сделали своей известности задел на многие годы вперед и эксплуатируют ее по сей день.

2. Следующий этап начался в первые годы перестройки, прежде всего с уменьшения монополистской роли худсоветов, Мос-Гос-Рос концертов и прочих разрешающих и контролирующих структур. Уменьшения, а потом и сведения на нет. Начался концертно-кассетный бум, изголодавшийся рынок подметал все подчистую. В жанрах особо ценился рок с его протестной составляющей. При этом еще не было клипов, как таковой не существовало музыкальной рекламы и промотирования артистов. Только-только начали возникать независимые лейблы и музыкальные радиостанции. Основные деньги артист собирал на стадионах, куда народ валом валил.

3. В году 92–94 произошло определенное насыщение рынка, музыкальные каналы и программы, радиостанции начали брать деньги за ротацию песен. Появились первые клипы. Репертуар от рокового постепенно переходил в попсовый, в столице началось клубное движение и артисты в основном стали зарабатывать выступая по клубам.

4. Дальше шоу-бизнес начал активно развиваться и приносить большие деньги. Появились инвесторы и спонсоры, артистов стали использовать в рекламных компаниях ТИП. С подачи первого президента СССР их стали покупать для политической агитации. Как грибы росли многочисленные лейблы и радиостанции разного формата, среди толстосумов особой популярностью стали пользоваться частные вечеринки с участием эстрадных звезд…

5. Кризис 1998 года во многом прибил зарождавшийся шоу-бизнес, разорил многие маленькие и средние компании. Медленное оживление экономики страны сопровождалось еще более медленной реанимацией музыкальной индустрии. Гонорары сильно упали, сбыт музыкальных носителей уменьшился на порядок. Денежный акцент выступлений окончательно перешел на корпоративные мероприятия. Одновременно стали появляться отечественные группы, пытающиеся делать модную современную музыку, на рынок вышли западные рекорд-мейджоры. Потихоньку цивилизованность стало приходить и этот потаенный уголок бизнеса. Однако наиболее характерным явлением последних лет я считаю монополизацию.

Монополизация шоу-бизнеса…

В последние лет пять началась и успешно идет монополизация музыки. Возможно, это особенность русской души – стараться все подмять под себя… По крайней мере, на Западе каждый занимается своим делом: лейбл не лезет в концерты, телевиденье в лейблы и т. д. Каждый артист, клип, песня проект отбирается каждым элементом структуры прежде все по соображениям качества и продаваемости.

У нас же правит бал монополизм: музыкальные каналы и станции подписывают контракты, становятся владельцами бренда артиста и ни с кем не хотят делить прибыль.

А значит у них появляются свои концертные отделы, лейблы-сателлиты. И в плей-листах корпоративные интересы начинают превалировать над настоящими рейтингами, что в свою очередь требует их фальсификации и т. д.

Я смотрю на происходящее трезво, протестовать и переделывать мир не пытаюсь – думаю, со временем такая политика сама обанкротится. При этом я без сочувствия отношусь к ряду озлобленных артистов, которые прорваться через эти заслоны не могут, сотрудничать не хотят (или им не предлагают) и вот они начинают скандалить в прессе, апеллировать к власти и общественности. А сами-то что – несут доброе и вечное?! Такой же не особо осмысленный шансон или рок.

Коррумпированность шоу-бизнеса сегодняшнего дня привела к тому, что элемент творчества отнюдь не на первом месте и даже не на втором, что яркие личности не востребованы, что активно задействованы технологии производства и раскрутки «звезд», засорения мозгов и т. д. Формат же самого творчества сжался практически в один – русско-советской модернизированной попсы и частушек.

Итак, в музыкальных конгломератах происходит смешение основных функций, что несомненно сказывается на качестве каждой из них. Например, основная деятельность муз-канала – создавать качественное ТВ, ротировать лучшие клипы, выискивать самое новое и интересное. А когда он начинает пропагандировать личное творчество своего владельца, близких ему артистов – это явно перебор. Но коммерческие итоги подобной монополизации скорее всего неплохие, по крайней мере пока. Здесь ведь, как для «Жигулей», не надо ставить преграды перед западной продукцией, да и антимонопольные законы не действуют.

Монополизация музыки привела к тому, что оставаться независимым и при этом активно вращаться в сердцевине шоу-бизнеса становится все более и более сложно. Наличие нескольких реально влиятельных медиа-структур и патологическое желание сконцентрировать все в одних руках, перекрывают «независимым» доступ к главному источнику промотирования их творчества – к радио и ТВ эфирам, к сборным концертам под чьей-то мощной эгидой.

Парадоксы российского шоу-бизнеса

Существует немало по сути нормальных вещей, которые, попадая на российскую почву, приобретают слегка уродские формы, становятся с ног на голову. Шоу-бизнес не исключение, здесь тоже существуют местные парадоксы.

Например, структура бизнеса артистов в России и на Западе принципиально иная – там концерты идут в поддержку новых альбомов, и именно альбомы приносят наибольший доход. В России наибольший доход приносят именно выступления. У подобного перевертыша немало объективных причин – и низкий уровень платежного спроса населения на музыкальные носители, и традиция переписывать кассеты и диски, и распространение записей через Интернет, и подчас грабительские условия взаимоотношений артистов и лейблов, и пираты…

Соответственно на Западе куда больше смысла тратить силы на запись альбома, на звучание фонограмм, на качество вокала. У нас же запись происходит между делом, забежать, напеть, дать в работу аранжировщику… Минимизация затрат на студию, на сессионных музыкантов – только одно из объяснений. Отсутствие профессионализма, честолюбия, непонимание, что и как надо делать – другое. А самое главное – это затраченное время, которое можно потратить на гастроли, на чес по городам и весям, что куда выгоднее.