Текст книги "Маугли из Москвы (СИ)"

Автор книги: Юрий Цой

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 12 страниц)

Глава 21

В один из напоенных негой вечеров, меня обдало холодным душем после услышанных роковых слов:

– Прости любимый… Это наш последний вечер. – Силь выбрала момент, когда я был наиболее расслаблен после нашего продолжительного тесного общения.

– Что, уже? – Затуманенный разум все же воспринял грустное известие, к которому я заранее был готов, но как оказалось не до конца. – Надеюсь полгода пролетят так же быстро… – я вздохнул обнимая любимую покрепче.

– Тут тебе Великая Мать велела выдать на дорогу денег. В качестве благодарности… Чего смотришь⁈ За камни! – Силька отстранилась и протянув руку достала из корзины два мешочка. – Тут серебро, а тут золото. Ты уж поаккуратнее там… На побережье живут не самые мирные люди. Мы им конечно рога пообломали, но за золото могут запросто башку проломить. Поэтому трать только серебро, да и то доставай понемногу.

– Хорошо, любимая. Я буду самым осторожным человеком на свете! Ведь мне надо прожить до нашей новой встречи, а потом еще и еще… Кажется у меня осталось еще капельку сил… Иди сюда…

Таким образом «капелька» находилась еще несколько раз, сделав нашу ночь просто квинтэссенцией любви, вымотав обоих до полного бесчувствия. Поэтому отплыли ближе к полудню так как время в этом случае не обговаривалось. Наша лодочка отчалила от приютившего меня островка без всякого пафоса и проводов посторонних, в компании двух корзин с продовольствием и еще одной с нашей драгоценной доченькой. Я с помощью сохранившей больше сил любимой растекся на дне нашего судна и только бездумно смотрел на колышущийся парус на фоне голубого неба. Периодически взор закрывало лицо любимой и мои руки невольно хватали пустоту под тихий смешок подруги, в которой печаль соединялось с довольством и перекрывалось любовью, щедро изливавшейся из лучистых глаз.

К вечеру, благодаря искусству сильфиды, мы достигли материка, а я пару раз основательно перекусив практически вернулся в норму и даже стал подумывать о нашем прощальном «поцелуе».

– Э-э! Нет, нет! Ты чего удумал⁈ – Силь сразу поняла мои намерения, когда мои руки в процессе поцелуя принялись совершать понятные всем действия. – Тебе понадобятся силы, любимый… Ну, хватит! Иди уже!

Пришлось подчиниться здравому смыслу, поцеловал в лобик спящую дочку, тиснул пискнувшую Сильку и шагнул в соленую воду, которой было всего по колено в нескольких шагах от суши.

– Береги себя! Мы будем ждать! – Голосок милой поплыл над водной гладью, а за ним последовала и лодочка, увозя два самых дорогих для меня существа.

Не стал ничего придумывать, а проверив сканером округу спокойно развел костер в небольшой бухточке и устроил себе праздник живота с одной корыстной целью – не тащить на себе корзины, наполненные заботливой сильфидой разнообразными вкусностями. Вот же – заботливая женушка! С поставленной задачей не справился, несмотря на плотный ужин и не менее плотный завтрак, так что пришлось изображать из себя носильщика, двигаясь с двумя корзинами на плечах к ближайшему поселению.

Дальше мой путь должен протекать вглубь суши, о чем поведала мне ранее моя ненаглядная, рассказав примерное описание маршрута. Если удастся купить лошадку, то дней за шесть можно добраться до Гинтании, а там и до столицы недалеко. Ненавистные корзины давили на плечи в добавок к моему рюкзаку, и только уважение к заботе своей благоверной не дали мне избавиться от них в ближайших кустах. Уф!

– Бабка! Здесь есть трактир? – Я присел на камень у первого дома небольшой деревни утопающей в зелени деревьев.

Старушка, не вовремя вышедшая во двор, с удивлением глянула на меня и ответила:

– На кой он нам⁈ Мил человек. У нас тут путников нема. – Пожилая женщина открыла загончик и скрылась в небольшом сарае.

– Всего одно яичко! – Вышла оттуда, осторожно держа в ладони свою добычу. – О-хо-хо! Видно, одной травки моим курочкам маловато выходит. На! Угощайся путник! Больше нечем приветить.

Меня чуть кондратий не хватил от этой сцены, и я подхватив корзины и бабулю за локоток принялся благодарить:

– Что вы, мама! У меня еды девать некуда! Давайте! Ведите меня в дом! Сил нет таскать эту тяжесть!

Вышел из старушкиного жилища весьма в благостном настроении. Сделал сразу два дела – избавился от продуктов, которые я могу добыть в любой момент и обеспечил одинокую пожилую женщину на некоторое время едой, от вида которой она совсем расстроилась, и только мое поспешное бегство избавило меня от потока благодарности и неловкости момента. Теперь я был мобилен и проинформирован, что лошади мне не видать, как своих ушей, так как последних забрали на прошлую войну, а местные давно перешли на рыбный рацион и соответственно к водному транспорту. Пришлось мне вспомнить уже подзабытые времена и вновь дать нагрузку своим ножным мышцам, с удовольствием ощущая их физическую кондицию. Двинулся прямо по бездорожью ориентируясь по солнцу и сверяясь со сканером, чтобы зря не лезть на какую-нибудь горушку или чащобу. В деревни и поселки решил больше не заходить, во избежание ненужных расспросов и возможных эксцессов. Отвык я немного от людей!

Дорога домой заняла еще больше времени, чем я предполагал, так как пару раз я завернул не в ту сторону и только благодаря подсказкам местных вновь брал нужное направление. Границу моей новой родины пересек только на двенадцатый день. Таможенный пост проявил полный игнор к одинокому путнику, а я поспешил к ближайшему поселению надеясь все же прикупить коняшку. Надоело уже эта шагистика!

– Эй, хозяин! – Я свернул с дороги к большому хозяйству, не доходя до нужной деревни. – Здравы будьте! Хорошие у вас кони! – Обширные хозяйственные постройки заканчивались загоном с табуном неплохих лошадок.

– А то! У меня самые лучшие в округе! – Кряжистый мужичок оторвался от своего дела, а мелкая детвора бросила свою игру и уставилась на пришельца.

– Можно я угощу мальцов? – С удовольствием оглядел девчушек и пацанов мал мала меньше и достал мешочек с сушеными сухофруктами.

– От чего же… Угости, если есть чем.

Раздал все и протянул руку фермеру.

– Я Гор. Иду в столицу, мне бы коня… Не продашь?

– Сирко… проходи в дом, обсудим, – выдал вместе с крепким пожатием пейзанин, почуяв прибыток от неожиданного гостя.

– Мирия! Накрой нам на стол! – Густым голосом окликнул жену с младенцем на руках. – У нас покупатель, хе-хе!

Довольно ладная женщина быстро организовала нехитрую крестьянскую еду, чему я был рад, соскучившись по каше, хлебу и овощам.

– Откуда идешь? Вроде как наш, а непохож совсем, – после еды как водится пошли расспросы, так как газет и радио в этом мире еще не существовали и любого путника ждал жесткий прессинг на предмет новостей. Это была одной из причин по которой я перемещался минуя населенные пункты. Но тут деваться было некуда…

Лошадь стоила пары часов, в течении которых старательно придумывал «новости», больше упирая на охоту и морские приключения и ни словом не упоминая о своем знакомстве с царством Сильфид.

В конечном итоге всего за пять больших серебряных кругляшей получил симпатичную кобылу с кокетливыми белыми чулочками на бабках. В ту же сумму вошло нехитрое седло и домашние пироги от хозяйки. С трудом расстался с довольным фермером и погладив по бархатной морде удивленную кобылу и послал ей мысленной восхищение.

– Какая красавица! Хочешь познакомлю тебя с победителем Имперских скачек? Его зовут Ворон и если ты постараешься, то мы скоро увидим его. Он тебе обязательно понравится!

Простимулированная таким образом, резвая лошадка с энтузиазмом понесла нас по грунтовым дорогам и всего за две ночи и три дня домчала до пригорода столицы еще до захода солнца. Понятно, что мы все же отдыхали, сколько это было необходимо, но почти постоянная скачка оказалось достаточно утомительно даже для меня.

– Это что это вы ту делаете⁈ – Окрикнул мужичонку, с узлом и двух моих женщин тоже не с пустыми руками.

– Ви-и-и! – Истошный визг младшей пронзил мои уши, заставив отпрянуть кобылу, которую я держал под уздцы. – Гор! Миленький! – На меня обрушилось тело сестренки побросавшей котомки и повисшей на шее с ногами в жестком захвате вокруг пояса. – Нам сказали – ты погиб! – Выдохнула рыжая и впилась недетским поцелуем в мои губы.

– Эй, эй! Осторожнее! Я – живой! Куда это вы собрались? – С трудом оторвал от себя резвую девушку и погладил пушистую рыжину волос.

– Выселяют нас! Все сроки прошли. Марух уже больше месяца, как вернулся, а тебя нет. Вот управляющий и распорядился!

– Марух вернулся! Это очень хорошо! А ну! Заноси все обратно!

Дальше началась кутерьма! Женщины носились вокруг меня пока я мылся с дороги, а Шанька неизменно порывалась потереть мне спинку, подглядывая в щелочку за простыню, которой я отгородился с большим тазом нагретой воды. Нурия тем временем раскочегарила очаг и пока я отдыхал с чашечкой чая под влюбленным взглядом расположившейся у ног сестренки, приготовила одурманивающе пахнущую маставу с большим количеством мяса. Вот это я понимаю! Меня накрыло ощущение вновь обретенного дома и легкая грусть об отсутствии Силь с малышкой.

Глава 22

Вчера, после отдыха и небольшого расслабона пробежался по всем инстанциям со счастливой вестью о своем возвращении. Первым делом естественно навестил своего самого преданного друга – Ворона, который чуть не снес ограду, едва «услышал» на расстоянии мой зов. Радости и восторга не было предела, так что даже симпатичная кобылка с белыми носочками была напрочь проигнорирована, а моя шевелюра была подвергнута вылизыванию, что совсем не свойственно лошадиным повадкам. Видимо иначе мой друг не смог подобрать соответственное выражение своих чувств, и он попросту повзаимствовал у других животных этот интимный ритуал, заменявший им поцелуи. Затем я почти разорвался надвое, решая куда идти. Если к Профессору, то быстро уйти не получится, а к управляющему пойду – могут и к Правителю потянуть. Долг службы перевесил, и к Профу я попал уже под вечер пройдя адские муки пересказа одного и того же трем разным чиновникам, один из которых был Падишахом, то есть – Великим Правителем.

– Значит, на острове жил? – Проф почувствовал недосказанность в моем повествовании и несоответствии с моим довольным лицом и цветущим видом. – Что-то ты слишком хорошо выглядишь! Не похож на умирающего от жажды и голода!

– Я же говорю! Вода была! А в море пищи – лови, не перелови!

– И у тебя конечно это легко получилось с голыми руками… – скептически усмехнулся ученый. Вся эта беседа протекала уже после того, как накал радостной встречи поутих, мы успели отведать с накрытого служанкой стола, после чего я и приступил к «дозволенным речам», поведав почти все как есть и даже приплел прекрасную рыбачку, которая меня и вывезла на материк.

– Я лесной охотник! Учитель, вы же видели на что я способен!

– Да, знаю я! Только очень уж невероятно твое спасение! Когда Тугун сказал, что тебя унесло дерево в бушующий поток – у меня сердце оборвалось! Шансов выжить в таких обстоятельствах практически ничтожные.

– Согласен уважаемый Марух! Видимо всевышней имеет на меня виды и не дал сгинуть в слепой стихии.

– Да Самур благоволит к тебе! Давай возблагодарим его!

Мы помолились, каждый по-своему, поцеловали два пальца и приложили ко лбу. Затем я достал единственный сохранившийся энергетический кристалл и с поклоном протянул его учителю.

– Хотел отдать его вам еще на берегу ручья, но не успел. Нашел, когда набирал воду для чая. Думаю, вам он будет полезней чем мне…

Проф, потеряв дар речи осторожно двумя пальцами взял с моей ладони драгоценность и замер, разглядывая на просвет игру зеленых огоньков.

– Какой большой!.. А энергии в нем сколько! Какая красота! Боюсь придется все же показать его нашему Повелителю. Если на то будет Его воля – то позволит мне использовать для кое-каких опытов. Нет – даст что-нибудь помельче и это тоже неплохо! Жалко, что к этому ручью мы неизвестно когда сможем попасть! Да и смыло там все потоком.

Утром спросонья не понял, где нахожусь, затем в мозг хлынули воспоминания последних дней, и я потянулся в радостном осознании, что жизнь удалась! Целый месяц прожил с найденной любимой на райском острове! Да еще с неожиданно образовавшейся дочкой…

Я зажмурился, а когда открыл глаза, то увидел перед собой личико одной назойливой особы.

– Ты уже проснулся?

– Стучаться надо! – пробурчал я, поправляя простыню.

– Зачем? Мы же родня, хи-хи! А мы сделали сладкие лепешки! Можешь идти завтракать! Давай, вставай! – И потянула край моего укрытия.

– Эй! А ну выдь! Никакого уважения к старшим!

– А я все видела! Э-э… – засранка высунула язык и весело хохоча выскочила из комнаты, видя что я ищу глазами чем бы швырнуть в бесцеремонную девушку.

– Ну… – Я облизал пальцы от сметаны и откинулся на подушку. Завтракали мы на полюбившемся всем топчане под сенью плодового дерева. – Рассказывайте! Все деньги потратили?

– Ничего не потратили! – Выпалила Шанька вытаращив глаза, не успела Нурия открыть рот чтобы ответить. – Ты перед отъездом много всего накупил, мы тут огородик организовали, а мясо добрые люди давали. Так что все в целости и сохранности! – Отчиталась довольная сестренка.

– Это плохо… теперь деньги придется отдать казначею обратно… Не нужны они нам! – Я притворно вздохнул и тут же рассмеялся. Уж очень комично выглядели лица двух моих женщин. Отсмеявшись и увернувшись от щипка возмущенной сестренки, продолжил:

– Я же вам говорил! Брать и тратить! Я еще денег привез. Сегодня же идем на рынок, и чтобы от месячного жалования ничего не осталось!

– И-и! А можно мне сережки⁈ – Шанька стала похожей на котенка с огромными глазами, в которых застыло ожидание чуда.

– Ах, да! – Я кое-что вспомнил и сбегав в свою комнату вернулся с сюрпризом в зажатом кулаке. – Закрой глаза и протяни руку! – Вложил в ладошку две крупные жемчужины, иногда встречавшиеся в морских раковинах, которых я съел не мало. Продолговатый перламутр поймал блики солнца, отразившиеся в глазах сестренки. Затем из них потекли прозрачные ручейки и ощущение бесконечного счастья хлынуло во вне, доставив мне глубокое удовольствия от этого зрелища.

– Это мне?…

– Тебе, тебе… Сделаем у ювелира подвеску – будет очень красиво!

– Ы-ы-ы… – Шанька вдарилась в панику.

– Чего опять не так⁈

– У меня их заберут! Хнык… Таких даже у жен казначея не-ет…

– А ты их одевай для меня, а потом на свадьбе уже всем покажешь.

– Да! Спасибо, спасибо!

Дальше я минут пять отбивался от благодарных объятий и поцелуев, под снисходительные улыбки Нурии. Оба раскраснелись и были весьма довольны, с трудом уняв бурление крови и понятное томление некоторых частей тела.

– Все! Хватит! Считай, что я осознал всю глубину твоей благодарности! – Закончил я потасовку, разжимая захват девичьих ручек и отодвигаясь на безопасное расстояние. – А то некоторые могут подумать, что ты никакая мне не сестренка, ха-ха!

– Прошло два месяца и четыре дня от назначенного года, – Шанька тяжело дыша сдула непослушную челку и улыбнулась. – Недолго тебе быть моим «братом»!

Поход на рынок оказался весьма утомительным, но мы честно потратили больше пяти золотых, как и обещали. Женщины понятно обзавелись обновками, а я лишь походным котелком и парочкой понравившихся ножей. Оставил обеих разбираться с примеркой и готовкой обеда и отправился навестить Ворона, который не очень-то и скучал в обществе новой кобылки.

– Что? Понравилась? Это я тебя расхваливал, пока мы добирались до дома.

– Ф-р-р… Меня не надо хвалить!

– Да. Но это – если ты уже виден. А на расстоянии, надо сделать рекламу… ну, то есть похвалить и рассказать какой ты могучий и красивый!

– Да, я такой! Спасибо! А там только одна кобылка была?..

До вечера мы носились по дворцовому парку, наплевав на возможные запреты, так как душа у обоих пела и скучный ипподром совсем не подходил под наше настроение. Распугав несколько служанок и пару гуляющих фрейлин, мы утолили свой азарт забравшись в конце в пруд у моего домика.

– Все! Завтра узнаю, когда нам готовиться к скачкам и приду. Следующий праздник урожая только через год. Но есть же и другие праздники…

Дома меня ждал торжественный ужин и две нарядные женщины, полностью одетые в обновки, включавшие плетеные из кожи сандалии с высокой шнуровкой и цветные платки.

– А сережки сделают только через три дня! С ними я бы была еще красивее! – Поспешила добить меня Шанька, увидев восхищение в моих глазах.

– Какие вы у меня красавицы! – Похвалил я обеих, ничего не понимая в прелести этих ярких одежд, закрывающих почти всю фигуру. – Давайте кушать!

Глава 23

– Нет! Пока нашему Повелителю не до тебя, – начальник королевского двора не сразу принял меня с утра. Вернулся – и молодец! Боюсь, что теперь нам будет не до праздников…

Я спохватился и с поклоном положил на столик перед повелителем дворовой челяди бархатный мешочек с пятью жемчужинами помельче, чем я подарил сестренке.

– Вот! Пока сидел на острове – ел одни ракушки. А в них нашлись эти красавицы. Сразу подумал: «А почему бы мне не прихватить для хорошего человека?» Даже жалование мне выдали…

– Хе-хе… И ты тоже понимаешь толк в жизни, – «Зам по тылу» покатал перламутровые шарики на ладони и наклонившись прошептал, – война будет скоро! Ория и Лима объединились и скоро пойдут на нас. Только – т-с-с! Я тебе ничего не говорил!

Вышел от непосредственного начальника немного не в своей тарелке, вспоминая прочитанную литературу, где описываются действия в таких случаях. Мне, конечно, не воевать, если только дело не дойдет до осады столицы. Что прежде всего? Продовольствие и безопасность! Как там говорил Логар? Победители портят девок и ловят рабов… Рабом я уже побыл и за Шаньку теперь отвечаю… Надо с Профом посоветоваться!

– Что ты! – Проф выслушал мой сбивчивый рассказ и поспешил успокоить. – Встретятся два войска в чистом поле, сразятся, а потом победившие пограбят округу и уведут рабов на продажу. Тех, кто побогаче выкупят родственники, а остальные устроятся как-нибудь. Ты же сам в курсе!

– А какие у нас шансы победить?

– Раньше я бы сказал более определенно, но теперь, когда Ория и Лима объединились, шансы пятьдесят на пятьдесят. Так что не паникуй! Ведь войны для того и нужны, чтобы кровь не застаивалась, а армия отрабатывала вложенные в нее деньги.

Через неделю Мадур встретил меня у конюшен и оглядев скорбным взглядом произнес:

– Гор. Его Величество решил, что ему нужен быстрый вестовой и не придумал ничего лучшего как назначить на эту должность тебя.

– Ик… – невольно вырвалось у меня от неожиданности. – Это что? Я поеду на войну?

– Именно так! Маман кушим! Но ты не переживай! Будешь при Правителе и Ворон будет с тобой… Улетишь на нем от любой стрелы!

Еще через три дня меня одели в кожаную куртку с металлическими бляхами, на голову водрузили коническую шапку с белым пером, а через плечо устроилась сума для донесений. Меня с еще пятью гонцами поселили в палатке с краю огромного военного лагеря, расположившегося непосредственно у столицы. Когда мы должны выступить я, как и остальные, не знал и отчаянно скучал, разглядывая построения и тренировки вооруженных людей в различных доспехах. Отряды делились на копейщиков, лучников, всадников, которые опять же делились на свои подкатегории, легкие, тяжелые, щитоносцы и метатели. Короче, как и на земле, наука убивать себе подобных двигалась в процессе таких операций семимильными шагами совершенствуя как орудия, так и тактику. Нашу задачу нам объяснили в первый же день, выдав шпаргалку с названием полков их цвета и имена командиров. Хорошо, что я научился читать!

Сдав командиру «экзамен» на знание нехитрого перечня командного состава и продемонстрировав в реальности умение найти нужную часть, мы с Вороном были предоставлены самим себе, чем я бессовестно пользовался, устраивая длительные «тренировки» с забегом в город, путем подкупа несколькими монетами стражников на воротах. Дома меня неизменно ждали, и сестренка не теряла возможности продемонстрировать свою радость повисая всем телом на мне, как будто я только что вернулся с войны.

– Горик! Ты выглядишь очень мужественно! Дай я тебя поцелую!

Дальше меня понятно кормили, холили и лелеяли, после того как я вымытый под сооруженным во дворе душем или прямо в пруду вместе с Вороном, устраивался на любимом топчане.

– А у вас в войске есть женщины?

– Есть маркитантки… такие, э-э… понимаешь женщины… для помощи некоторым безруким. Постирать, подшить… и еще чего-нибудь…

– Знаем мы это – «чего-нибудь»! Нурия! Ну, скажи хоть ты! На войне могут убить, а я останусь тут как дура – нераспечатанной!

– Типун тебе на язык! – Нурия особо не утруждала себя вербальным общением, но тут все же высказалась. – Надо верить – и наш господин вернется к нам целым и невредимым. И эта, твоя блажь бабья! Хватит думать одним местом! Лучше положи ему еще пахлавы…

В принципе Шанька была не так уж и далека от моих истинных мыслей, чутко улавливая мое желание в момент коротких объятий. Именно поэтому устраивала провокации каждый раз, невинно надеясь, что я поддамся и возьму ее как женщину. Но так как во мне жестко засел пришелец из далекой Земли, я почему-то решил следовать своим законам и стойко отражал как попытки совращения от юной особы, так и свои сомнения о принятом решении.

Подготовка армий трех противостоящих друг другу государств продолжилась почти полный местный месяц, и вот в один из дней пришла команда, приведя в движение огромную массу людей. Ручейки людских потоков слились в реку вооруженных воинов и груженого транспорта, двинувшаяся в сторону границы для встречи неприятеля. Наше отделение пока оставалось на месте дожидаясь своего начальства, которое выйдет в поход только после того, как войска со всей страны объединятся и станут лагерем на рубеже государства граничащего с враждебно настроенными соседями.

– Гор. Пообещай, что не будешь лезть в драку! – Мой командир отпустил меня попрощаться с сестренкой, сообщив, что завтра с утра мы едем к войскам.

– Конечно, моя маленькая!

– Я не маленькая!

Шани угрожающе сузила глаза и нависла надо мной, выставив прилично подросшие бугры на груди.

– Только не бей! Вижу, что не маленькая…

– То-то же! «Братик»! Может передумаешь? – Хитрая бестия куда то отправила Нурию под надуманным предлогом и предпринимала очередную попытку соблазнить своего названного родственника.

– Нет, моя дорогая! – Я подгреб девушку как маленького котенка к своей груди и принялся гладить по голове приговаривая:

– Пройдет война, я вернусь, ты вырастешь в красивую молодую женщину, и мы поженимся… У нас будет красивая свадьба с огромным количеством гостей, и сам Правитель будет почетным гостем на ней. А потом у нас родятся дети, красивые – как ты… Не плачь! Все так и будет…

Кортеж Правителя был многочисленным и пышным, провожаемый толпами восторженных горожан, уверенных в непобедимости своего удачливого господина. Я ехал на гордом Вороне прямо за группой Верховного, готовый отправиться в любую секунду с правительственной депешой. Детвора, женщины и девушки кричали от восторга при нашем приближении, не допуская мысли, что битва может быть проиграна и многие мужья и братья не вернутся домой никогда. Чтож! Такова «се ляви», как говорят. Родят новых, потом опять нарожают и так до тех пор, пока в один миг война не заберет всех, вернув планету к исходному состоянию.

Выйдя из города, наш кортеж развернулся в походную колонну и потек по дороге извиваясь большой змеей, украшенной разноцветными флагами. Только на пятый день мы достигли места, где расположились наши войска. Интенданты уже подготовили походный город-штаб и почетный караул выстроился для нашей встречи.

– Орлы! – Приветствовал встречающего командира наш Верховный. – Несомненно с такими богатырями – мы победим! – Сопровождающие вельможи согласно принялись восхвалять мудрого и могучего Повелителя, и все двинулись занимать большие палатки согласно ранжиру и должностям.

Для нас тоже нашлась палатка и командир убедившись в ее комплектности умчался организовывать питание, а мы расседлав своих скакунов с наслаждением вытянулись на нарах застеленных матрасами набитыми травой.

– Хорошо! – Высказался Вишан. Все вестовые, как и я, были молоды и горели желанием отличиться на войне, пылая юношеским энтузиазмом. – Когда победим, поймаю самую симпатичную рабыню или две! – Улыбка до ушей появилась у всех. – Будет у меня гарем! А по вечерам симпатичные ручки будут омывать мои ноги перед сном.

– Ха-ха-ха! – Не то поддержали его товарищи, не то выразили сомнение его детским мечтам.

– Не надо разделывать не пойманного Хумуза! Самур велик, и только он решает – кто победит, а кто проиграет! – Высказался самый умный и все приложили пальцы во лбу, признавая очевидное.

Я же углубился в размышления, с трудом представляя грядущее массовое уничтожение себе подобных. Кажется – так творится история!