Текст книги "Мне – 75"

Автор книги: Юрий Никитин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 18 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

Но тупенькие и трусливенькие – даже подростки! – старающиеся быть «как все» в стаде, дружно кричат хором обвиняющее «Силикон!» и тем самым как бы стоят за старое древнее посконное, когда женщины всегда покрывали головы платками, да-да, я жил в то время, помню, и ходили в юбках до земли.

Это я говорю к тому, что, если у вас появились морщины и вы их не одобряете, смело идите в косметический кабинет. Несколько уколов ботокса или гиалуроновой кислоты, а лучше – то и другое, сделают вас моложе.

Это относится и к мужчинам. Для них это не менее важно, хотя и по другой причине. Да, согласен, в мужчине должна быть некоторая небрежность: то ли ширинка расстегнута, то ли рукав в говне, однако мужчина все равно должен выглядеть бодрым и готовым к долгой и напряженной работе.

Когда он видит в зеркале свое лицо, похожее на печеное яблоко, то понимает, что уже старик, а старику можно не работать, сидеть в кресле и смотреть на пролетающих птичек.

Я сопровождал Лилю в косметическую клинику, где ей покололи ботокс, а потом гиалуроновую. Она заметно посвежела, и, когда через несколько лет ей снова пришла пора идти подновлять красоту, я недолго отнекивался и пошел с нею.

Это заняло меньше часа. Острой иголкой потыкают в рожу, где особенно глубокие морщины, мелкие сковывают ботоксом, глубокие заливают гиалуроновой, та расправляет морду лица изнутри. Когда вот такого видишь в зеркало, то понимаешь, нечего такому здоровому лбу надеяться полежать, иди арбайтэн, арбайтэн!

Да, иду и арбайтничаю. У меня в жанре фантастики самые высокие тиражи в России… Что, уже говорил? А такое и повторить приятно, потому что не прошу у государства повысить пенсию, а зарабатываю на себя, семью и на помощь друзьям.

Возможно, этого не было бы, пусти я все на самотек и не пытайся отодвинуть старость всеми доступными методами, в том числе силовыми упражнениями, анаэробными, правильным питанием, приемом препаратов, ездой на велосипеде и даже косметическими процедурами…

Хотя, может быть, можно было бы обойтись и без последних. Но, думаю, держать режим было бы труднее.

Во всяком случае, я говорю о своем пути. Это не значит, что он лучший в мире, но все-таки я им прошел. Большинство же из тех, чьи книги вы читаете и говорите, что там написано лучше и правильнее, их рекомендации пока что проверку временем не прошли. Если говорить точнее, то у них лишь предположения, как жить и питаться правильно. Возможно, их варианты лучше, но это можно будет узнать только через десятки лет.

То же самое относится и к моей книге «Как стать писателем». Да, она игнорируется стадным большинством социальных «как все», но это написано тем человеком, у кого и тиражи, и гонорары, а их невозможно получить, не умея писать.

Затрону щекотливый вопрос насчет допинга… Сейчас то один препарат, то другой, что всегда лежали во всех аптеках в свободной продаже, заносится нашим сверхзаботливым Министерством здравоохранения в каталог запрещенных веществ.

Конечно, им всегда можно найти замену, но если я десять лет, если не пятнадцать, сидел на модафиниле, то непросто перейти на что-то иное, однако приходится.

Я в самом деле не понимаю такой странной заботы, очень странной, если я на модафиниле всегда бодр и силен, много работаю, работаю со штангой и гантелями, решаю сложные задачи, а после стакана водки мне хреново, не говоря уже о том, что и наутро голова раскалывается от похмелья, печень болит, тошно… но модафинил нельзя, а вот водкой хоть залейся! В каждом магазине, магазинчике, лавке и лавочке! Как и сигареты, кстати, что ежегодно убивают сколько-то сотен тысяч человек. Хоть алкоголь еще больше. Но и табак и водку Министерство здравоохранения не запрещает…

Хотя здравоохранение во всем мире глупит, просто наше по глупости впереди планеты всей. Честно говоря, я не понимаю, почему везде запрещена марихуана с ее терапевтическим эффектом, еще никого не убившая, почему под строжайшим запретом ЛСД, хотя им лечили даже идиотов в самой тяжелой степени…

В начале книги я уже упоминал, что я в молодости, конечно же, лизал марки с ЛСД, его тогда привозили именно на марках, что объясняется не только конспирацией, но и способом нанесения ЛСД на большой лист бумаги, его просто опускали на мгновение в раствор, а потом вытаскивали, высушивали и разрезали.

Я употреблял ЛСД несколько лет, но изменение моего сознания проявилось только в том, что я захотел из литейщиков стать писателем, чтобы получить возможность описывать эти сказочно прекрасные миры, что открывались мне.

И я им стал.

А изобретатель ЛСД швейцарский химик Хофманн, который принимал его до конца своих дней, умер от сердечного приступа на сто третьем году в ясном уме и твердой памяти. Стоит учесть, в его роду долгожителей не было, он сам упоминал об этом.

Разумеется, я, как законопослушный гражданин, наркотики не применяю и вам говорю с этих страниц: наркотики – зло! Однако повторяю насчет различных ноотропов, усиливающих деятельность вашего мозга, все-таки будьте смелее.

Почему?

Биология наша такова, что мозг работает либо из-под палки, тогда очень недолго, либо при условии поощрения сладкой морковкой.

И нам гораздо легче сохранить здоровье и дожить до ста и больше лет, но все-таки хотелось бы еще и в какой-то мере сохранить способность понимать, что мы делаем.

Сейчас же у нас перспектива при соблюдении строжайших режимов и бережного отношения к здоровью в сто лет сохранить все двигательные функции. Будем гулять по улицам городов, красивые, стройные и румяные, но не состоянии вспомнить, кто мы такие…

Потому я сам принимаю мощные ноотропы, что заставляют работать мозг в турборежиме, и вам… нет, я не могу порекомендовать, и дело не только в Большом Брате, который все видит, просто я не знаю вашего веса, темперамента, болезней и много чего разного, что влияет, потому осторожно говорю только о себе.

Наш мозг ленив, он всегда старается увильнуть от любых нагрузок, потому чрезвычайно легко дряхлеет, слабеет, наконец оказывается неспособным выполнять самые простые умозаключения.

Он обижается и даже огрызается, когда я его вот так грубо большой толстой палкой, но потом видит, что мы молодцы, столько работы переделали, пусть завидуют, гады!

Может оказаться странным, но я считаю наш возраст, именно в районе от семидесяти и выше, самым интересным и продуктивным. Да, можно сказать, каждый кулик свое болото и свой возраст хвалит, однако мы же помним, как бездарно тратили не дни, не месяцы, а годы, а кто-то и десятилетия!

И вот сейчас, когда есть жизненный опыт, а мозги все еще работают, мы вдруг поняли, что если сейчас не сделать все, что хотели, то уже никогда не сделать.

И потому сейчас живем интенсивнее, чем двадцать или сорок лет назад, работаем больше, узнаем больше, стараемся успеть и все доступные радости и в то же время понимаем, что те радости, какие казались главными в двадцать-тридцать лет… ну, они тоже как бы радости, но есть и повыше их, которых в те годы не знали.

А-а, вот первый вариант начала этой книги, отыскался среди файлов. Это я к тому, что написано не вот так с лету, а собиралось медленно и вдумчиво, хотя сам я человек не медленный и не очень вдумчивый, предпочитаю все делать быстро.

«Аннотация

Это не продолжение «Мне-65», за десять лет ничего не случилось такого, чего бы вы не знали сами. Это в некотором роде пособие для 75-летних, но еще больше для тех, кто хочет к такому возрасту подойти полным сил и здоровья, ясного ума и высочайшей работоспособности, какой у вас не было ни в 30, ни в 40 лет.

Мне с моим образом жизни удается быть все еще на подъеме. Сейчас работаю, как многие видят, больше, чем пять лет назад, десять или двадцать, а продукции выдаю, как говорится, в разы.

Это не просто, но в то же время и нетрудно, если знать как. В 90-е это звалось сейчас позабытым «ноу-хау», то есть знаю как. Да, я знаю как.

Мне 75. Битва за молодость

Мне неважно, сколько проживу, мне важно, чтобы работал до последнего дня.

Юрий Никитин».

Потому здесь просто свой путь. Но он настолько типичен, что просто противно, ну никакой уникальности. С другой стороны, это прекрасно, потому что смотрю на других и вижу, как надо, что не надо, что изменить, а что оставить.

Иногда в Инете нахожу прекрасные образцы, «как надо», там сразу и говорят: «Смотрите, семьдесят лет, а какая фигура!», но это практически всегда бывшие чемпионы по фитнесу – что продолжают заниматься и по сей день. Почти у всех у них собственные фитнес-клубы, где проводят регулярные занятия, то есть вынуждены себя держать в форме, от этого зависит бизнес.

Я же сам то толстел весьма безобразно, то кое-как сбрасывал вес, а потом набирал снова. Моя работа располагает к этому как нельзя больше: сижу дома, пишу книги, отправлю по имейлу. В издательстве, с которым сотрудничаю уже пятнадцать лет, был всего дважды, и то на праздники, где во дворе устраивали концерты, а в само здание не входил.

На тусовки не хожу, на конференциях не бываю, интервью не даю, совсем не публичный человек, почему бы не растолстеть?

Так вот, толстеть или не толстеть – для меня всегда было неважно. Важно – сохранить высокую работоспособность. Но это, как ни парадоксально, напрямую завязано с весом.

Для меня большой вес – это масса крови, которая ходит по жировым запасам, снабжая их кислородом, вместо того чтобы все отдать мозгу. Сердце у толстяка и худого по размерам одинаково, просто у худого работает без надрыва, а у толстяка пашет так, что дым идет: надо зачерпывать чаще!

Самые худшие на свете спортсмены – писатели, художники и прочие люди свободных профессий.

Эллины говорили, что в здоровом теле здоровый дух, но мне важнее здоровый мозг. Люди живут все дольше, и мы все больше видим вокруг маразматиков, впавших в детство, старчески слабоумных, альцгеймериков, как ни назови, но эта перспектива пугает больше согбенной спины и передвижения с палочкой.

Быть слабоумным идиотом все-таки хуже, чем передвигаться на коляске и блистать эрудицией, памятью и остроумием. Впрочем, еще лучше передвигаться на своих двоих, а то и пробежаться за уходящим троллейбусом.

Именно с этой целью я и строил свою жизнь, и, как результат – я практически единственный писатель, что пишет много и зарабатывает своим трудом на себя и семью, а не рассчитывает на смешную пенсию.

Дожившие до моего возраста писатели в лучшем случае переходят на преподавание, на поучения молодых как жить, а кто-то пишет мемуары о том, как раньше было все хорошо, девушки целомудренные, а сейчас все хреново и молодежь пошла не та.

Но так как я не просто дожил и работаю очень активно, но и намерен так же активно работать дальше, то делюсь, как этого достиг, чего не достиг, а что достигнуть нужно обязательно.

Обычно такие книги начинают с того, что, смотрите, каким я был слабым хилым и болезненным, а теперь какой я ого-го!.. Это все сущая правда, именно такие люди и достигают самых заметных результатов.

Об этом я впервые написал в романе «Я живу в этом теле», где описал свой поход в Клуб Советской Армии в 1976 году, когда там состоялся съезд людей, излечившихся от неизлечимых болезней именно своими усилиями, когда медики разводили руками, мол, медицина не всесильна.

Все собравшиеся в зале выглядели моложе своих лет и были моложе, а методы, какими они избавились от тяжелейших недугов, сводивших их в могилы, шокировали бы любого человека с улицы.

Именно там я сообразил, что путей к излечению существует много, нужно только заниматься собой… и все придет! Разные пути, разные способы, но – в результате здоровье, долгая жизнь, ясность ума и даже достаток, как следствие!

Медкомиссию в армию я проходил вместе со своими друзьями по улице, крепкими здоровячками. Тогда не отслужить считалось великим позором, но мне дали белый билет и сказали, что на перекомиссию даже не приходить, со мной все ясно.

Мои друзья на зависть мне все прошли. Отслужили, вернулись орлами, еще более крепкими и накачанными. Увы, им все и так хорошо и легко давалось, теперь в живых нет ни одного, кто от болезней, кто от старости…

Я же, вынужденный и лекарства принимать по часам, выжил и карабкался дальше, дальше, дальше.

К шестидесятилетию накопил с гонораров дикую сумму в восемнадцать тысяч долларов и купил в Южном Бутове однокомнатную квартиру.

С этого момента заканчивается мое многолетнее скитание по съемным квартирам и начинается новый этап жизни.

Сейчас другой мир. Расхожая фраза? Ладно, укажу только на одно отличие, но зато самое важное. Даже не на мой взгляд, а вообще, так как мой взгляд, естественно, самый правильный, вы это понимаете, а кто не понимает…

В детстве, помню, на столбах висели репродукторы, и оттуда денно и нощно неслись бодрые песни, и мы с ними тоже пели с энтузиазмом:

 
Мы смело в бой пойдем
за власть Советов!
И как один умрем
В борьбе за это!
 

Или другую, не менее бодрую и оптимистическую:

 
Вперед вы, товарищи, не смейте отступать!
Чапаевцы смело привыкли умирать!
 

А вот еще она из таких же жизнерадостных:

 
Мы светлый путь куем народу,
Свободный пусть для всех куем,
И за желанную свободу
Мы все боролись и умрем, умрем, умрем!
 

Сейчас слова «смерть» и «умрем» обывателя повергает в ужас, он и слышать такое не хочет.

 
Наверх вы, товарищи, все по местам!
Последний парад наступает…
Врагу не сдается наш гордый «Варяг»,
Пощады никто не желает.
 

Или вот эта, трагическая и красиво-гордая, которую нужно исполнять с надрывом:

 
Он упал возле ног вороного коня,
И закрыл свои карие очи,
Ты, конек воронок, передай, дорогой,
Что я честно погиб за рабочих.
 

Да, отцы писали заявления в военкомат с просьбой направить их в Испанию, «чтоб землю крестьянам отдать», мы писали (я так обиделся на отказ!) в кубинское посольство с просьбой позволить защищать Кубу от захватчиков и умереть за ее свободу.

К чему это? Да хотя бы к тому, что вот опять наткнулся в Инете на гневное обличение режимов из-за «чудовищных цифр» потерь в Гражданской войне, Второй мировой. Хватит об этом. Тогда было иное отношение в жизни и смерти. Как сказал Окуджава: «Нам нужна победа… Мы за ценой не постоим».

Иначе нужно все пересматривать и всех осуждать. Ну, навскидку, у Пушкина и Лермонтова, как и Толстого и других наших «совестей нации», были крепостные, что те же рабы, так вот с нынешних позиций Пушкина и прочих занесем в разряд чудовищ и гнуснейших преступников?

Сейчас даже шпиона, засылаемого к противнику, наставляют, что, если схватят, он должен признаваться сразу во всем, а то вдруг еще вдарят!

Это отличие – жизнь. Тогда погибали миллионы, это было нормально, никого особо не возмущало, сейчас в Папуасии перевернулся паром, два человека погибли, а еще один прищемил палец, и об этом ужасном случае трубят во всех СМИ, клеймят и требует привлечь виновных к ответу.

Потому оставим прошлое. Там были не только другие законы, но и понятия. Другое отношение к жизни и смерти. Не только злобные и кровожадные правители не ценили человеческие жизни, да и сами люди не ценили.

Отношение к потерям было иное. И не нужно с сегодняшней меркой. Хотя бы потому, что это глупо. А кто так все еще делает, просто дурак. Дурак. Неважно, сколько там у него так называемых высших образований, три или четыре, все равно тупой дурак, не понимающий, что уже живет совсем в другом мире с другими ценностями, что неприменимы к предыдущим эпохам.

Потому да, только сейчас можно и нужно говорить, что жить следует как можно дольше, что жизнь – ценность и что в идеале нужно стремиться достичь бессмертия, а там и сингулярности.

Даже сейчас хватает сопротивляющихся идиотов! Потому что идиоты не только не успевают за стремительным прогрессом и даже изменениями в морали, многие не успевают, но идиоты упорно стараются навязать свое мнение и свои ценности.

Начал ловить себя на том, что, едва начав работать, лезу в Инет посмотреть новости. Нет, сперва заглядываю на «свои» форумы, потом смотрю новости хай-тека, игр, биотехнологий, а потом как-то нечаянно вроде сползаю на политику, дорожные происшествия, а спохватываюсь не раньше, чем внимательно рассмотрю, что же там особенного засветила очередная кинозвезда или певица и силикон у нее там или натуральное.

Потом пошло еще хуже: включаю ноут, а пока тот разогревается, щелкаю по пиктограммкам «большого», что для игр, смотрю все то, что перечислил выше, а когда спохватываюсь, время уже идти на кухню делать второй, а то и третий кофе, завтракать.

Ну, а по возвращении, понятно, нужно сперва по форумам, вдруг там что-то изменилось, появились новые интересные постинги?

Э-э-э… о чем это я? Ах да, если я вот такой железный и неотвлекающийся ни на что, кроме велосипеда, игр, женщин, животных, муравьев и всякое разное, если даже я отвлекаюсь на новости, а потом посмотрю, что там засветила Аня Межелайтис, то вы в еще большей опасности от этой лавины.

Так что держитесь. По возможности.

Начинаю ограничивать себя в стратегиях. Раньше играл во все, даже в квесты, хотя для гуманитария, что не очень-то склонен решать задачи, это вообще не его дело, дольше продержался в стрелялках и ролевках, но затем постепенно отошел…

Отвечая на вопросы, почему вдруг, сформулировал для себя, что это, видимо, просто возрастное. Все мы сперва – рядовые, так сказать, потому бегаем, прыгаем, стреляем или рубим мечами, выполняем задания, добываем, приносим, получаем повышения, награды, бонусы, спасаем принцесс из лап драконов или Землю от инопланетных мутантов, и мы этим вполне довольны.

Но постепенно наступает возраст… как бы это сказать, когда оставаться рядовым уже как-то не совсем прилично. Как бы признаться, что глуп, выше подняться не можешь, ума недостает, широты охвата, только и годен, что бегать и выполнять распоряжения того, кто старше и умнее.

Вот тогда и начинаешь чувствовать, что стрелялки и ролевки уже не твои, а вот стратегии, когда уже не ты бегаешь с заданиями, а других посылаешь, и от твоего ума, прозорливости, стратегического мышления зависит – останутся они живы или погибнут, будет твое королевство процветать или захиреет, а потом и вовсе падет под натиском более умных…

Да, стратегии как раз для взрослых, очень даже взрослых, короли не бегают с мечами или бластерами по руинам, а посылают отряды или даже армии, в то же время не забывая находить полезные ископаемые, закладывать шахты, добывать руду, выплавлять и готовить из нее слитки, а из них всякое разное для народных нужд, засевать поля и охранять от потравы, шить одежду, регулировать налоги, строить школы и университеты, поощрять торговлю и многое чего еще, на что подросток просто не обратит внимания и не станет заморачиваться.

Но вот, после многих лет, счастливо проведенных в стратегиях, я начал замечать, что начинаю погружаться в них все глубже и сладостнее. Новые книги выходят редко, потому запускаю старые и переигрываю снова и снова, подбираясь к победе другими способами. Ищу в Инете карты, созданные энтузиастами, и тоже добиваюсь там победы разными вариантами.

И… работаю все меньше, что не весьма как бы зело.

Да, играть в стратегии – это великолепная тренировка мозга, однако моя работа по придумыванию идей, тем, сюжетов и образов для книг – та же тренировка, только на порядок сложнее. Но мой хитрый организм всегда ищет лазейки к более легкой жизни, и вот я, чуточку застряв с романом, как бы нечаянно поворачиваюсь к другому экрану, пальцы сами переползают к другой мышке, щелчок, и вот уже загорается красочная заставка с приглашением порулить королевством…

Думаю, у вас возникают те же проблемы, если бы не совсем уж такое, для кого и домино уже предел сложности – была такая игра в древности! – да еще в подкидного.

Железным Феликсом вечно жить невозможно, разве что быть совсем уж… Феликсом, потому да, это не трагедь, после такого игрового запоя больше работаешь, со стыдом наверстывая упущенное и отрабатывая свои грехи.

Лев Толстой 6 декабря 1908 года записал в дневнике: «Люди любят меня за те пустяки – «Война и мир» и т. п., которые им кажутся очень важными», а в разговорах не раз упоминал, что теперь написал бы намного сильнее, интереснее и глубже, однако же уже давно ничего не писал, если не считать некоторые нравоучительные статьи на богословские темы. Если же вспомнить, что «Война и мир» были опубликованы впервые в 1865-м, то можно себе вообразить этот промежуток в сорок пять лет, когда писатель набирался ума и опыта, но… уже не писал.

Хотя нет, он еще написал «Анну Каренину», но затем только записывал пословицы и поговорки, а еще, как все, бросившие писать, занимался критикой.

Еще в январе 1871-го он писал А. А. Фету: «Как я счастлив… что писать дребедени многословной вроде «Войны» я больше никогда не стану». Но он вообще ничего не писал, опять же кроме критики, хотя сохранил память и свежесть ума до последних дней, когда отправился в путешествие, намереваясь посетить Болгарию или Кавказ, но заболел по дороге воспалением легких и умер 20 ноября 1910 года, то есть через сорок пять лет после выхода из печати «Войны и мира».

Это я к тому, что нам нужно суметь сохранить в себе это свойство не только понимать, но и мочь делать. Помните старое «Если бы молодость знала, если бы старость могла!», так вот, мы должны мочь, а не только понимать, как надо правильно.

Что ж, у нас иная эпоха. Толстой сохранил ум и память и без наших ноотропов, но с ними можно не только жить в ясном уме, но и продолжать активно участвовать в жизни общества. И если вы придумаете, как улучшить свою «Войну и мир», написать что-то еще круче или открыть еще один бозон Хиггса, то теперь вы это сделаете, в отличие от мастеров даже нынешнего времени, которые все-таки принадлежат прошлому.

Все мы сталкиваемся с нехваткой времени. Ну, кроме совсем уж диких существ, которые ищут способы «убить время», тем хоть кол на головах теши, это не совсем даже люди, а так, питекантропы с дипломами. И все пробуют разные варианты оптимизации, чтобы и успевать делать все задуманное, и в то же время как бы развлекаться хотя бы для виду, ибо у нас все еще уникальная страна, где упорно работающий вызывает насмешки и снисходительное презрение, а бездельничающий – одобрение. А если еще и пьющий, то вообще к нему самое теплое чувство, не странно ли?

Оптимизация начинается с того, что человек пишет на листке перечень, что обязательно начнет делать с понедельника (первого числа месяца, дня рождения, Нового года и пр.). Там так много необходимых и просто желательных пунктов, что после того, как прикрепишь такой листок на стену, долго любуешься собой, таким замечательным, что вот, в отличие от всех остальных, сумел, взялся, преодолел, теперь вот будет яркий и стремительный взлет…

И в самом деле мы придерживаемся такого вот жесткого режима где-то с неделю плюс-минус, это в среднем, потом начинается все снова… ну, вы знаете, что начинается. Вернее, продолжается.

Конечно же, я не только прошел это, но и повторял и повторял много раз, увы.

После многих проб и ошибок пришел наконец-то к оптимальному варианту. Предупреждаю, оптимальному для меня, для кого-то он покажется чересчур жестоким, а для кого-то излишне мягким. Но благодаря ему я в свои семьдесят пять работаю больше, чем в тридцать или сорок, и делаю это с большим удовольствием, так что это да, вариант хороший.

Нелишне сообщить, что в большей степени избавился от болячек, омрачавших мне жизнь с детства, а остальные перевел в так называемые хронические, когда они вроде бы и есть, но жить не мешают и вообще не сказываются.

Так что, это… читайте, не перескакивайте.

Облитерирующий эндартериит. Это сказали впервые на медкомиссии, когда призывников водили из кабинета в кабинет. К стыду своему, не было ни одного, в котором бы меня не забраковали.

Нет, в одном не забраковали: там измеряли вес и рост. Во всех остальных «к прохождению службы негоден». Запомнил я только «порок сердца» и «облитерирующий эндартериит», первый потому, что прост и понятен, а второй за его романтическую музыкальность и загадочность, от которого повеяло чем-то далеким и прекрасным, как, скажем, Скагеррак, Па де Кале или Сейшельские острова.

Правда, диагноз неутешителен: хотя болезнь эта поражает молодых мужчин, почему-то почти не трогая женщин, но до старости никто из нас не доживает, будучи прикончен гангреной и усекновением конечностей, если еще раньше тромбы не закупорят сердце.

Почему и откуда он берется, этот эндартериит, неизвестно и до сих пор, но давно поняли, что к нему приводят пять бед:

1. Курение.

2. Частое длительное охлаждение ног.

3. Стрессы.

4. Алкоголь.

5. Обилие жирной пищи.

Все это у меня было, потому в свои двадцать лет я бросил курить, перестал употреблять водку, а только вино (непьющему вообще нечего делать в мужском коллективе рабочих), стал наворачивать двойные портянки (я тогда работал по пояс в снегах Крайнего Севера с бензопилой в руках на лесоповалах), и только жирную пищу практически не удавалось сократить очень долго, так как другой в те годы практически не было.

Разумеется, когда удавалось, я проводил очищающие голодовки, напоминая себе о том, что мне, в отличие от своих друзей-счастливчиков, нужно заботиться о здоровье, чтобы быть с ними на одном уровне…

И вот сейчас, когда кто-то из друзей летом видит мои почерневшие ноги, так как хожу в шортах, и ахает, уговаривая пойти к врачу, я мирно отвечаю, что такие уже лет тридцать. Добавлю для вас, что и сорок лет тому уже было достаточно заметно, на пляж стеснялся выйти из-за них тоже.

Так что определенный выверенный режим позволяет организму самому справляться с рядом болезней, а другие настолько замедлить, что, к примеру, этот эндартериит, а также варикоз и тромбофлебит точно убьют меня лет через пятьдесят, но вряд ли сумеют сделать это раньше. Раньше, понятно, постарается что-то другое.

Но, думаю, за это время стремительно прогрессирующая медицина найдет на все эти гадости управу. Вам нужно только продержаться как можно дольше.

Девиз нашей медицины «Не навреди!» в настоящее время звучит как «Не навреди ни в коем случае!», а это уже перегиб. Представьте себе ситуацию, что создано лекарство, которое в девяносто девяти случаях из ста полностью излечивает любые болезни и даже создает иммунитет на всю оставшуюся жизнь, что позволит дожить до ста двадцати лет, но один, увы, умирает сразу, как только примет это лекарство.

Как бы поступила наша медицина? Когда говорю «наша», я имею в виду вообще медицину, потому что давно уже стала всемирной, нормы везде одни и те же. Так вот, это лекарство и не подумали бы применять, что и понятно, надо чтобы излечивало именно все сто человек…

Ладно, создали такое, что полностью излечивает девятьсот девяносто девять из тысячи, и только один тут же умирает. И, всем нам понятно, наши этические законы таковы, что такое лекарство в аптеках продавать не станут. Медики будут хоть сто лет биться над этим лекарством, чтобы достичь стопроцентного результата.

Это тоже понятно: мы живем в благополучнейшем мире. Да-да, это самый благополучный мир, уж я могу рассказать о голодоморе на Украине, когда трупы лежали на улице и некому было хоронить, об ужасах войны с Германией, о голодных годах восстановления, когда недоедала вся страна и целью было просто выжить…

И вот сейчас, когда не просто выжили, но и живем хорошо, в самом деле хорошо, это видно по тому, что забыли саму проблему выживания и занимаемся улучшением жизни, уже само общество не торопится с разработкой «вакцины бессмертия», это не горит, мы же и так почти всего добились, живем хорошо, даже замечательно…

Но именно потому, что живем хорошо и замечательно, многие уже усиленно ищут пути, как продлить жизнь, как остаться как можно дольше молодым, сильным и работоспособным.

Разумеется, мы совсем недавно вышли из тьмы Средневековья, а многие еще даже не вышли: ищут рецепты у ясновидящих, предсказателей, алхимиков, «мудрецов древности», астрологов…

Словом, лишь малая часть общества понимает, в каком направлении искать, и лишь ничтожнейшая часть ученых ищет там, а остальные разрабатывают новые виды губной помады и улучшенные имплантаты женской груди.

В общем, две важные причины, что тормозят наступление эры бессмертия. Первая, мы совсем недавно еще голодали, и общество не готово к новому рывку. Оно только-только начало наедаться вдоволь, проблема ожирения появилась совсем недавно, не знали? А нужно, чтобы все наелись как следует и подняли морды от корыта.

Вторая причина, «у нас и так все хорошо» в том смысле, что медицина ведет наступление на болезни и те отступают одна за другой. И человечество довольно: скоро все смогут жить до ста лет и умирать в полном уме и здравии!

Лишь немногие понимают, что на самом деле все равно смерть и в сто лет та же смерть. Все, чему научился, все пропадет вместе с тобой. И эти люди, конечно же, с великой охотой и без колебаний принимали бы лекарство, что излечит их от всех болезней, рискуя оказаться тем единственным, которого убьет. Почему? Да ведь все равно умрешь, только чуть позже… А так есть шанс дожить до создания того самого эликсира бессмертия, который искал еще Гильгамеш.

От этой невеселой леммы шагнем к тем препаратам, что время от времени появляются на рынке. Все они играют на естественной нашей жажде жить долго и счастливо, в рекламных аннотациях обещают и здоровье, и память, и невероятные способности, и мускулы и, конечно же, половую потенцию в любом возрасте.

Какие из них врут? Скажем так, врут все. Но одни лишь преувеличивают возможности своих препаратов, другие занимаются откровенным обманом, продавая пустышки. Спешу заверить, почти никто не продает ничего особо вредного, зачем это им, обычно это безвредный мел с какими-нибудь примесями. Главное, побыстрее нажиться на жажде человека получить долгую и здоровую жизнь. И это, увы, удается.

Однако же есть ряд препаратов, что в самом деле дают хорошие результаты. Я сам пользуюсь многими из них уже не один десяток лет, и могу сказать, что да, работают, и работают достаточно четко, эффект чувствую практически сразу.

Честно хотел было дать рекомендации, но в конце концов делейтнул. Все время появляются постоянно новые, более чистые и мощные, просто следите за новостями медицинского хай-тэка, покупайте или заказывайте через Амазон или Ибэй, если не отыщется в Москве, где все есть, не то, что в Греции.

Мир консервативен, даже молодые ребята, которым бы хватать все новые тенденции и развивать дальше, как старые пердуны на лавочках сидят, перед мониторами и злорадно орут, что вон у той имплантанты, и вот у той, а та себе губы подкачала!

То есть с помадой уже смирились, как и вообще с макияжем, а вот следующий шажок – ни-ни!