Текст книги "Святоша (СИ)"

Автор книги: Юлия Резник

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 9 страниц)

Глава 9

Ида

Я догадывалась, что Светка примчится выяснять отношения. И чтобы этого избежать, сразу после тренировки мы отправились с Дашкой на прогулку. Тем более что погода, наконец, решила нас немного порадовать. Подморозило, и пошел снег. Сыпал он густо, будто кто-то встряхнул над городом огромный снежный мешок. Лохматые снежинки опускались на волосы и ресницы, касались щек холодным поцелуем зимы. Дашка хохотала, демонстрируя хищно поблескивающие в свете фонарей зубы, и хватала их ртом. Наблюдая за ее баловством, и я широко улыбалась, запретив себе вспоминать, во что вылилась наша репетиция со святошей.

Город казался ненастоящим – словно кто-то обернул его в белую вату, чтобы он, измученный суетой, наконец, отдохнул. Только где там… Столица готовилась к празднику. Проспекты сияли, увитые сотнями километров гирлянд, из витрин лился теплый свет, а многочисленные кофейни и рестораны будто соревновались за звание самой красиво украшенной входной группы. Впрочем, зная, какие затейники работают в нашей мэрии, можно предположить, что так оно и было в действительности.

Я остановилась у светофора. Снег делал чище не только город, но и мои мысли. Перебежав на другую сторону улицы, я купила стакан глинтвейна и задрала голову к небу, которое почти заслонили нависающие со всех сторон дома.

Мимо прошла пара с елкой. Женщина смеялась, мужчина что-то ей говорил, то и дела касаясь ее руки. Я невольно обернулась им вслед, не чувствуя больше ни зависти, ни злости по поводу того, что кому-то повезло больше, чем мне. Только тихое, немного щемящее чувство грусти, которое, признаться, нравилось мне гораздо больше.

Жаль, все хорошее довольно быстро заканчивается. Дашка завозилась, укутанная в плед, и я поняла, что пора возвращаться. Снег падал все гуще, и казалось, мир постепенно засыпает под мягким белым одеялом. Мы шли к дому медленно, стараясь продлить этот вечер – единственный за долгое время, когда я чувствовала себя почти счастливой. Почему? Ох, как же мне не хотелось о том задумываться…

Я остановилась у калитки, нащупывая в сумке ключи, когда из тени ко мне метнулась фигура.

– Ну и почему ты не берешь трубку? – раздалось за спиной. Я вздрогнула, едва не выронив связку.

– Светка? Ты с ума сошла, у меня чуть инфаркт не случился!

– Я бы предупредила, что решила забежать в гости, так до тебя же не дозвониться, – немного агрессивно парировала подруга.

– М-м-м, – протянула я, проталкивая коляску в калитку, которую ветер так и норовил захлопнуть прямо у моего носа. – Наверное, опять забыла включить звук после репетиции. А так бы предупредила, что сегодня мне вообще не до встреч.

– А что так? Совесть мучит?

– С чего бы это?

– Не прикидывайся, Корсакова. Я же вижу, как Паша на тебя смотрит! Не нужно строить из себя святую. Оставь эту роль ему.

Я вдохнула холодный воздух. Снег таял на губах, превращаясь в воду. Вода погорячей подкатывала и к глазам.

– Так, может, ты святоше и предъявляй, м-м-м? – жестко парировала я. – Он же смотрит!

Светка сощурилась. Я отвернулась, снимая ветрозащиту с коляски.

– Ладно, ты права. Еще не хватало портить отношения из-за этого кобеля. Он того не стоит. Мужиков вокруг как грязи, а подругу – поди найди.

Господи, а ведь я все про нее понимала, но… Не знаю, возможно, жалела? Светка давно уже не была той воздушной девочкой, с которой мы познакомились в танцевальной секции в старом ДК, куда нас привели родители. В ней вообще ничего не осталось от девочки. Передо мной стояла уставшая злая и ужасно одинокая женщина. Которую, да, мне было ужасно жаль.

Я кивнула, принимая скомканные Светкины извинения. Двери лифта открылись, я шагнула в сторону, все-таки приглашая Маслову в гости.

– Может, расскажешь, с какого перепугу он вздумал учиться танцам?

– Готовится к корпоративу, – усмехнулась я. – Насколько я поняла, Павла пригласили на солидную должность, так что он не хочет ударить лицом в грязь.

– М-м-м… Странно, что он тебя попросил об уроках.

– Да что тут странного, Свет? Просто понял мужик, что я в тяжелом финансовом положении, и решил помочь.

– Фу, какой.

– Какой?

– Тошнотворно-правильный.

– Что же в этом плохого? – спросила я, заходя в квартиру.

– Скучно. – Света пожала плечами и повернулась к гардеробу, чтобы снять пальто. Из-под короткой шубы показались обтягивающая водолазка и блестящие легинсы, как будто она собралась не ко мне домой, а на вечеринку. Впрочем, в её случае грань между тем и другим давно стёрлась. Она всегда жила на высокой ноте, будто боясь остаться с собой один на один в тишине.

– По-моему, в этом нет ничего плохого, – пробормотала я, снимая с Дашки комбинезон.

– М-м-м. Значит, он тебе понравился?

– Да мужик как мужик, – слукавила я. – Мы же говорим о ситуации в целом. А я, знаешь ли, с некоторых пор больше всего остального стала ценить предсказуемость. Встрясок мне до конца жизни хватило.

– Значит, вы со святошей прямо идеальная парочка.

– Свет, ты опять за свое?

– Да нет, – выдохнула она. – Не бери в голову. Я просто устала, наверное. День был адский. Марат, как обычно, психует, его костюм не готов, мои туфли с какого-то перепугу вдруг стали натирать, а тут ещё Паша чудит.

– Хочешь, я поставлю чайник? – спросила я, чтобы уже поскорее сменить набившую оскомину тему.

– Поставь, – кивнула она. – Только не заваривай тот зелёный кошмар, что ты заваривала мне в прошлый раз. Он воняет нестиранными носками.

– Боже мой, ну у тебя и ассоциации, – хмыкнула я.

– Кстати, ты чего молчишь про колье?

– Ой, да я передумала его продавать. Не могу. Илья же его подарил, когда я сказала, что беременна…

– М-м-м… Только голову мне морочила.

– Я не специально, – нахмурилась.

– Замечала, у тебя все так? – подначила Маслова. Я застыла, занеся руку над чайником. Покусала щеку и резко обернулась к подруге:

– Свет, как-то не выходит у нас разговора сегодня, не находишь? Иди-ка ты лучше домой, пока мы не разругались. Я что-то сегодня беззащитна совсем к твоему яду.

– Ого, это жирный намек, что я – змея?

– Господи, – я сжала пальцы на переносице. – Я этого не говорила, ладно?

– А как понимать твою оговорку про яд?

– Да как хочешь, так и понимай! Бред какой-то! Я даже не представляю, в чем так перед тобой провинилась, что ты…

– Что я?

– Да не знаю, Свет. Ты как будто на ровном месте мне мозг выносишь. Ну, передумала я с колье, с кем не бывает? Я же из отчаяния пошла на этот шаг, а потом да, одумалась. Неужели ты не можешь войти в мое положение?

– Да я только и делаю, что в него вхожу! Всю жизнь…

– Даже так? – удивилась я, подхватывая куксящуюся дочь – ее явно пугал агрессивный тон нашего разговора.

– Конечно! Но ты же у нас настолько зациклена на себе, что этого не замечаешь! С самого детства. Если на танцы пришел мальчик, то это партнер тебе. Если какие соревнования – так обязательно под тебя номер. Спонсоры дали деньги – так, конечно, потому что ты их впечатлила! – почти выкрикнула Света. – У тебя хоть раз в жизни была ситуация, когда пришлось бороться за место под солнцем? Когда приходилось зубами свое выгрызать, а?

Я замерла с чашкой в руках, чувствуя, как Дашка напрягается у меня на коленях. Слова Светы обрушились ледяным дождём.

– Свет, ты что несёшь?

– Правду! – резко повернулась она. – Ты всю жизнь была любимицей тренеров, организаторов, прессы. Даже когда ты ушла со сцены: «О, Корсакова пожертвовала карьерой ради семьи, какая благородная!». А я? Я, значит, всё это время вкалывала как проклятая, чтобы хоть как-то удержаться на плаву и…

– Ты думаешь, мне было легко? – сжала я губы.

– По крайней мере, у тебя всегда была поддержка. – Света резко вскочила с места, ходя по комнате, как тигрица в клетке. – Ты родилась во вполне обеспеченной семье! Разве ты думала о том, как заплатить за секцию, или где взять деньги на поездку и платье?! А у меня мама три года носила одно пальто, чтобы я могла поехать на свой первый чемпионат. Или, может, тебе приходилось ложиться под спонсора, чтобы оплатить аренду зала?

– Сколько же претензий в тебе скопилось… – в ужасе прошептала я. – Не знала, что все так плохо.

– Ха! Вздумала меня жалеть? Не надо, Ид. Правда. Себя лучше пожалей. Я-то на коне.

– Ну, если ты так считаешь… Я рада. Правда, рада, Свет. Только не очень понимаю, как нам теперь общаться. И надо ли?

– Ну, конечно! Света-неудачница тебя устраивала гораздо больше.

– Ты ошибаешься. Мне никогда не нужно было над кем-то возвыситься, чтобы почувствовать себя лучше.

– А мне, значит, надо?!

– Ну, знаешь… Именно такие выводы напрашиваются из твоих слов.

– Естественно. Я же дерьма кусок!

– Заметь, я и слова плохого тебе не сказала. Но знаешь, мое терпение подходит к концу. Уходи, Свет, правда. Не знаю, какого черта тебя так вспенило, но я не собираюсь все это выслушивать.

Светка вскочила с табурета так резко, что он даже качнулся. Выбежала в коридор. Громыхнула дверьми гардероба. Я взяла трясущейся рукой чашку и поднесла к губам, свободной рукой прижимая Дашку под животик.

Вот это да! Нет, я подозревала, что Света… Но ведь не так! Не до такой степени!

День, который так хорошо начинался, пошел наперекосяк. Я приготовила ужин, с трудом справляясь с раскапризничавшейся Дашкой. Покормила ее и сама немного поковырялась в тушеной с мясом картошке. Во рту горчило от обиды, аппетита не было совершенно.

Пока загружала посудомойку, Дашка развела бардак в ванной. Вытащила грязное белье из корзины, размотала целых три рулона туалетной бумаги и даже добралась до туалетного блока, который я буквально в последний момент выдрала из ее цепких ручек.

– Фу! Кака, Дашка… Нельзя. Будешь купаться?

Хулиганка затрясла головой, улыбаясь во весь рот – купаться она любила. Я набрала ванну, опустила в воду игрушки и, усевшись рядом, уткнулась в телефон, слепо скроля ленту. Преимущественно я была подписана на танцоров и некоторых публичных личностей, чья деятельность и жизнь были мне интересны. Танцоры мелькали в ленте гораздо чаще, выкладывая кусочки с репетиций. Я слабо улыбнулась. Светка упрекнула меня в том, что мне все давалось легко, но я и тут не могла с ней согласиться. Разве мои титулы упали мне на голову с неба? Разве я не стирала ноги в кровь, отрабатывая до безупречности каждое движение? Разве не пожертвовала нормальным образованием, ограничившись лишь институтом физкультуры? Господи, да я даже ни с кем не встречалась почти до двадцати трех лет!

Улетев в свои мысли, споткнулась на страничке Снежаны – своей недавней ученицы. В дорогущем комбинезоне, с хищной улыбкой, она кружилась вместе с новым преподавателем, сопроводив видео провокационной надписью: «Совсем другое дело! Ни тебе детских криков, ни пауз на кормление. Только танец, только драйв!».

Я замерла. Телефон дрогнул в руке. В горле защипало, как от холода.

Наверное, именно так рушится годами создаваемая репутация. Просто намек, даже без указания имени педагога, который позволил себе непрофессиональное поведение, но волна пошла…. Уверена, что в личке со своими богатенькими подружками Снежана поносила меня только так. И вроде подумаешь… У нее не такой большой блог. Что такое три сотни лайков? Но… Это три сотни потенциальных клиенток. Простые смертные не могут позволить себе мои уроки, а дамочек, готовых раскошелиться, не так уж много. Не три сотни, конечно, но так ведь еще не вечер!

Дашка захохотала, с удовольствием людоеда вгрызаясь в голову резиновой уточке. Я потрепала ее по щечке, и тут мой телефон булькнул.

«Добрый вечер, Ида. Кое-что случилось, так что я вынуждена отменить нашу репетицию», – написала одна из записавшихся на днях девушек.

«Добрый вечер. Очень жаль. Если что – ее можно перенести».

«Не думаю, что мне это будет удобно».

«Ну, тогда всего хорошего», – пожелала я, опускаясь лбом на колени. Телефон снова подал сигнал. Я схватила его в надежде, что Алина все-таки передумала. Но это был Павел.

«Ты так быстро убежала, что я даже не успел поблагодарить тебя за занятие и узнать, когда встречаемся в следующий раз».

Если честно, я уже была готова передать его кому-нибудь из коллег, чтобы… не забивать голову всякими глупостями, но теперь… Теперь у меня просто тупо не было выбора, потому что святоша вдруг оказался чуть ли не единственным моим клиентом. Вот так.

Глава 10

Ида

Выходные у меня выдались странными. Скандал со Светкой, конечно, оставил после себя след, но он в значительной мере поблек перед свалившимися за этим головняками с работой. Окончательно погрязнуть в депрессии мне не дала разве что дочь. В своей вечной борьбе с гравитацией она была такой смешной... Пыталась встать, психовала, когда не получалось, плюхалась на попу и тут же куда-то ползла, развивая совершенно космические скорости… А заметив, что я на нее смотрю, улыбалась – широко и искренне, как могут лишь дети.

Ну, вот и как так вышло, что мне больше не с кем посмеяться?

Увлеченная танцами, я все детство и юность провела в зале. А в спорте, если уж откровенно, человек человеку волк. И это чудо, что мы подружились со Светкой, хотя теперь, конечно, понятно, что и в этом случае поговорка пришлась к месту. Был еще Маратик. Но это не то. Во-первых, он мальчик, во-вторых – мусульманин, со своими представлениями о роли женщины, которые слабо коррелировались с моими. Словом, близости в истинном понимании этого слова между нами так и не возникло. Мне бы даже в голову не пришло начать изливать ему душу или делиться потаенными мыслями.

А еще были друзья семьи. То есть изначально друзья Ильи, конечно. Но после его гибели я не нашла в себе сил поддерживать с ними отношения. Так что приближающийся праздник нам с дочкой предстояло встретить в одиночестве и тревоге. Глуша ее, я включила радио. Ведущие поздравляли слушателей с наступающим, желали любви, тепла и исполнения желаний. Может, это намек? Может, мне тоже стоит загадать что-нибудь? А я даже не знала, что – все мои мечты как будто умерли вместе с мужем. Ну не просить же у Вселенной тупо денег на жизнь?

Ночь я почти не спала. Снился Илья... Он смеялся, стоял у окна в своей старой футболке и звал меня смотреть фейерверки. Я шла к нему, но расстояние между нами лишь увеличивалось. Когда-то Илья пытался мне объяснить, почему человек никогда не сможет преодолеть скорость света. Штука заключалась в том, что чем выше становилась скорость объекта, тем тяжелее он делался, и тем больше энергии требовалось на его дальнейшее ускорение. А еще при достижении скорости света, согласно математическим расчетам, время полностью останавливалось. Это означало, что для самого движущегося тела «движение дальше» просто переставало существовать. Может, я потому и не могла подобраться к Илье?

Проснулась в темноте, с мокрыми от слез щеками, и долго не могла отдышаться.

К утру стало легче, но это было то самое состояние, когда на страдание просто не осталось жизненных сил. Я собрала волосы, натянула пальто, одела Дашку, застегнув молнию ее комбинезона до подбородка. И решила, пока у меня есть хоть какие-то деньги, сходить в магазин и купить подарок для дочери. Я бы себя не простила, если оставила ее без подарка…

Телефон зазвонил, когда я зависла у витрины с пестрыми развивающими игрушками. Номер был незнакомым.

– Да? – осторожно произнесла я.

– Ида? Привет. Это Костя. Костя Морозов.

Друг Ильи. Тот самый, с которым они вместе катались на сноубордах, потом часто зависали у нас, спорили о фильмах, смеялись и обсуждали новые стартапы. После похорон он пытался удержать меня на своей орбите, но, поняв, что я безнадежна, сдался. С тех самых пор я ничего о нем не слышала.

– Ты, что ли, номер поменял? – спросила я, стараясь, чтобы голос не дрогнул.

– Тебе честно?

– Конечно.

– Не менял. Просто взял телефон у знакомого, опасаясь, что ты опять сольешься, а у меня для тебя, между прочим, прекрасные новости! Мы могли бы встретиться?

Я замерла. Прекрасные новости? Для меня? С губ сорвался испуганный смешок.

– Костя, ты меня пугаешь. Что случилось?

– Ничего плохого, наоборот. Просто я тебе лучше при встрече все выложу. Вы в городе, или рванули в отпуск?

– Да какой там! Тут я.

– Тогда как насчет обеда? Я угощаю!

За время разговора я сумела выйти из магазина и по случайности остановилась как раз у входа в когда-то любимый ресторан.

– Ну-у-у… Я как раз в *-Плаза. Если тебя не смущает общество Дашки – подъезжай.

– Буду минут через тридцать. Нормально?

– Отлично. Как раз успею выбрать ей новогодний подарок.

Я отбила вызов и нервно закусила губу. Стало ужасно стыдно за то, что лучший друг нашей с Ильей семьи был вынужден прибегать к таким уловкам, чтобы я его выслушала. Да, мне было больно. Но так ведь и для наших друзей произошедшее стало шоком. Стоило ли их отталкивать от себя? Может, и нет. Но иначе я не могла. Так надо ли ругать себя за то, что просто выживала, как получалось?

И все же интересно, что у него там за новости?

Костя опоздал минут на десять, но я, погруженная в свои мысли, того даже не заметила.

– Идка, – улыбнулся. – Боже мой... А куда делись твои роскошные волосы?

Я взметнула руку к голове, растерянно потрогав короткие прядки. Сейчас волосы уже отросли. Летом я даже сходила в парикмахерскую, чтобы придать какую-то форму прическе. А вот сразу после похорон я обкорнала себя сама. Было все равно, как это выглядело – лишь бы покороче. Чтобы никто меня не мог оттаскать за волосы, как это сделал убийца Ильи… Так что уже год я не носила длинных волос, но все равно помнила те жуткие ощущения. Не болезненные ничуть – адреналин в моменте лупил в венах так, что боли я совершенно не чувствовала. Только животный страх. Его было сколько хочешь.

– Да вот решила имидж сменить, – неловко пожала плечами я. – Некрасиво?

– Что ты! – Костя старательно растянул губы в улыбке. – Просто немного непривычно.

– Знакомься, кстати, это наша Дарья Ильинична.

– Привет… Что-то есть от Ильи, да? Хотя и на тебя вроде похожа.

– В этом нет ничего необычного, Кость. Гены перемешиваются в равной пропорции, – подмигнула я, чтобы как-то избавиться от нервозности.

– Жаль, что он ее не увидел.

– Да…

Отвернулась. Костик откашлялся. Ему явно было неловко. Как, впрочем, и множеству людей до него. В нашей ситуации что ни скажи, прозвучит пошлостью. Сочувствую? Крепись? Все до того банально!

– Ну, что мы стоим? Давайте попытаемся выбить столик.

– Чур, это будет твоя битва, – ухмыльнулась я.

– Вот так всегда, – деланно застонал Костик, толкая дверь в ресторан. Удивительно, но стол для нас нашелся без проблем, хотя в обед выходного дня посадка тут была полной, и без предварительной брони я не особо рассчитывала на удачу.

Посадили нас в нише. Дашке подогнали детский стульчик и раскраску с котами. Естественно, первым делом она попробовала на зуб карандаш, из чего я сделала вывод, что обычная пища привлекает ее гораздо больше духовной, и улыбнулась своим же мыслям.

Потирая руки, уставилась в меню. Оно за год, что я здесь не была, поменялось. И раз уж Костя нас угощал, я решила не скромничать и попробовать все новинки, о чем тут же ему и сказала. Морозов заржал, приняв мои слова за шутку. Откуда ему было знать, как плачевны мои дела? Пусть…

В итоге заказали хачапури по-аджарски, мамалыгу с языком, грузинский салат и огромный графин с морсом.

Отпустив приветливого официанта, я сунула Дашке в ручку кусочек лепешки, принесенной в качестве комплимента от шефа, и нетерпеливо поерзала:

– Ну, говори! Что там у тебя за новости?

– Помнишь старый дом на Большой Н., где находится мой офис?

Помню. Кирпичный, дореволюционный, с аркой и огромными комнатами минимум на два окна, а то и на все четыре.

– Конечно, – кивнула я.

– Так вот. Помнится, тебе там приглянулся подвал… Он через месяц освобождается! – обрадовал меня Костя и добавил, широко разведя руки: – Тадам!

Я не сразу поняла, а когда поняла… Сердце сделало сальто. Тот самый подвал – толстенные стены, просторная площадь, низкие своды, которые я когда-то обводила взглядом и думала: вот бы здесь зал, паркет, зеркала по всю стену… Один зал, другой, чтобы сразу несколько групп вести, окучив и профессионалов, и любителей, в общем, всех, кто болел танцами так же, как ими болела я.

– Блин, – шепнула я, – ты сейчас серьёзно?

– Абсолютно. Хозяин ищет надёжного арендатора на долгий срок. Я сразу вспомнил о тебе. Мне кажется, это знак, Ида. Ну правда, ты столько лет говорила про школу. Там отличная транспортная доступность, адекватная для центра города стоимость аренды – подвальные помещения сейчас не в цене. К тому же мы можем ещё немного поторговаться, хоть частично разделив затраты на ремонт.

Он говорил, а у меня перед глазами, как в калейдоскопе, мелькали картинки. Я видела девочек у станка, слышала музыку и счет – раз, два, три… Раз, два, три.

– Можем прямо сегодня посмотреть, – продолжал искушать Костя. – Тут же буквально полчаса ехать.

– Сейчас? – я растерялась. Сердце рвануло в груди – да-да-да, ты же так этого хотела! В смысле, когда-нибудь… Так какой смысл откладывать?

«Да потому что у меня тупо нет денег, чтобы воплотить свою мечту в жизнь! И непонятно, будут ли они в принципе…» – огрызнулась сама на себя.

– Нет, Кость. Мы же только заказ сделали.

– Ну, так поедим и поедем. Ты не представляешь, как неуютно я себя чувствовал все это время, понимая, что ничем не могу помочь. Хотелось хоть что-то для вас с Дашкой сделать…

– Спасибо.

– Пока не за что, – улыбнулся Морозов, ероша волосы на макушке.

– Есть, – взволнованно начала я и запнулась, потому что в этот момент у стола материализовался официант с нашим заказом. – Уже то, что ты обо мне вспомнил, дорогого стоит. Жаль, я пока не могу в это вписаться…

– Из-за малой? Она вроде смирная, – сделав абсолютно неверные выводы, Костя неловко потрепал Дашку за кулачок, который та со всех сторон обсосала, почесывая десна.

– Дело не в Даше.

– Да? А в чем тогда?

– Я не вытяну это все по финансам, Кость. Слишком дорого, а у меня сейчас с деньгами полный швах.

Морозов округлил глаза, будто это – последнее, о чем он мог подумать. Смутился. Потупил взгляд.

– Так чего же ты не сказала? Илья – мой друг. И ты… Я думал, ты тоже друг, Ида.

– Конечно. Но разве друзья нужны для того, чтобы перекладывать на них свои проблемы? У тебя их и без меня наверняка хватает. И так у всех…

– Ну, знаешь…

– Не спорь. Мне и так неловко.

Костя откинулся на спинку стула и замолчал на какое-то время. Потом вздохнул тяжело и развёл руками.

– Ладно, понял, не дурак. Навязываться я не стану. Но знай: если надумаешь – я рядом. Как человек, у которого есть кое-какие сбережения, лишняя пара рук, дрель и энтузиазм.

Я усмехнулась.

– Вот чего-чего, а энтузиазма и у меня хватает. А дрель зачем?

– Привет! Там же нужен ремонт.

– А-а-а, – рассмеялась я, сама удивившись тому, что мой смех прозвучал так искренне. Костя закусил щеку, посмотрел на часы. Он явно разрывался между работой и желанием провести с нами еще какое-то время. – Слушай, Новый год скоро… Вы как, уже решили, где будете праздновать?

– Дома, – я пожала плечами. Костик кивнул, окликнул официанта и попросил счет.

– Гостей ждете?

– Да нет. Будем только мы с Дашкой. И елка.

– Может, ко мне тогда? Все свои собираются. Пожарим мясо, запустим фейерверки, а утром покатаемся на санках с горы, если, конечно, все к чертям не растает, – Морозов кивнул за окно, где все так же тихо сыпал снег.

– Не знаю. Правда… Не буду обещать, но если надумаю – звякну накануне.

Костик кивнул. Расплатился по счету и терпеливо дождался, пока мы с Дашкой оденемся. Дочь сегодня была настоящей лапочкой. Она не ругалась, хотя обычно всегда скандалила, если успевала вспотеть. Морозов даже расслабился и неловко потрепал ее за ушком. Боднул, вспомнив из детства «идет коза рогатая»… Дашка заливисто рассмеялась. Довольный произведённым эффектом, Костя изобразил козу ещё раз, пыша энтузиазмом. Тут уже и я захохотала, забирая пальто из рук гардеробщицы.

– Всё, хватит, – велела, смеясь. – А то решат, что ты спятил.

– Ну и пусть. У нас в обществе сейчас все немного того, я просто иду в ногу со временем, – ответил он и подмигнул.

С этим трудно было не согласиться. Все еще похихикивая, я обернулась к выходу и чуть не выронила перчатки, натолкнувшись на холодный взгляд Павла!