Текст книги "Сыграем в любовь, или Фиктивная невеста (СИ)"
Автор книги: Юлия Обручева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 13 страниц)
Глава 4
Застываю на полушаге и не удерживаюсь от ругательств. Что теперь делать? Возвращаться и просить Васю выручить еще раз или пешком идти домой через полгорода?
Про полгорода я преувеличила. Километров восемь отсюда до моей квартирки. Дойду к утру. А то и раньше, чем рассветет.
Я бы так и поступила. Только в сумочке смартфон. Он, конечно, заблокирован паролем и отпечатком пальца. Но Стамиру если захочется, то труда не составит найти умельцев, которые его вскроют.
И увидит Стамир уйму фотографий меня с Катей. Если меня он рассмотрел плохо и может не опознать, то свою любовницу узнает с первого взгляда. И прощай, мой единственный шанс выяснить, куда исчезла моя сестренка.
Значит, надо идти на поклон к Васе. Вот он обрадуется-то. И без того рисковал, пропуская меня в клуб. За то, что он поищет и заберет мою сумочку, к гадалке не ходи, запросит сумму размеров в еще пару моих зарплат.
Во время учебы я подрабатываю санитарной в больнице, в реанимационном отделении, и деньги это невесть какие большие для обычных людей. А вот для меня – они просто огромные.
Но делать нечего. Нельзя допустить, чтобы Стамир увидел фотографии Кати. По фамилии он нас не сличит: отцы у нас с сестрой разные. И по внешности тоже. Вряд ли он сразу начнет меня с ней сравнивать и искать сходство. А вот как вскроют смартфон, так и понесется его паранойя по кочкам.
И я вспомнила слова Кати о том, насколько он боится, чтобы никто никуда не вынес информацию. Даже сотрудники его фирмы обязаны сдавать смартфоны на входе в офис. А то, не приведи Господь, сфотографируют компромат. Или разговор приватный запишут.
«До чего же ты подозрительный тип, Стамир Огнев!» – проворчала я про себя и направилась к яркому пятну света в полутемном парке.
Когда добираюсь до входа и приближаюсь к Васе, то даже в темноте вижу, как кривится от недовольства его лицо.
– Вася, я облажалась, – говорю я извиняющимся тоном.
– А я здесь при чем?
От его скептического взгляда не укрывается мой потрепанный вид и босоножки, которые покачиваются в моей руке. Так я изображаю расслабленность. Но сама чувствую, что получается так себе. Когда я нетрезвая, актриса из меня никакая.
– Ты можешь мне помочь.
– С чего вдруг я буду тебе помогать? – но голос стал заинтересованным, и я знаю, куда сейчас повернет разговор.
– С того, что я тебя отблагодарю.
– Что надо? – пренебрежение в его тоне окатывает меня ледяной волной. Но я мужественного держусь и только улыбаюсь. Как дурочка.
– Сумочку забыла. Можешь принести?
Вася переминается с ноги на ногу. Оглядывается на дверь. И я понимаю, что сейчас решается вопрос, в какую копеечку мне влетит это его одолжение.
– Где оставила, – спрашивает он, наконец.
– В ВИП – секторе, – и не успеваю я договорить, как меня перебивает присвистывание охранника.
– Ну ты даешь! В ВИП-сектор я не пойду. Уволят еще, – качает он головой, но я знаю, все это игра и врет он виртуозно. – А если еще за столом, отведенным персонально господину Огневу, то даже не проси.
– За ним, – вздыхаю я нарочито печально.
Впрочем, мне и в самом деле грустно. Я расстроена незапланированной тратой на Васю.
– Семьсот, – выдыхает, наконец, охранник, и мне кажется, я вижу, как он зажмуривается от собственной наглости.
– Пятьсот, – пытаюсь я сбить цену.
Но он понимает, что выхода у меня нет, и лишь мотает головой.
– С собой у меня нет денег.
– Тогда и разговора нет.
– Я напишу расписку, что взяла в долг.
Все эти игры с Васей я знаю как свои пять пальцев. От Кати он тоже немало денег получил в свое время.
Я стискиваю зубы и беру мятый листок и ручку, которые протягивает мне охранник, и пишу, что должна и что верну через два месяца.
– Подпись и дату поставь, – обрывает он мой порыв поскорее отдать ему расписку.
Чиркаю еще пару коротких строк. Вася забирает ее у меня и скрывается за металлической дверью. Совсем не такой пафосной, каким себя позиционирует этот клуб. Хотя дверь черного хода может выглядеть и попроще. Ее видит только обслуга да такие, как я, неустроенные в жизни девицы.
Босиком на асфальте стоять некомфортно. Ноги начинают мерзнуть, и я снова надеваю босоножки. Едва успеваю застегнуть вторую застежку, как дверь открывается и Вася протягивает мне сумочку.
Я спешно расстегиваю молнию, нащупываю смартфон, и сердце мое успокаивается. Катастрофы удалось избежать.
– Спасибо! – благодарю я Васю и даже немного радуюсь его меркантильности. Не будь ее, прогнал бы меня и топала бы я пешком домой. А потом объясняла Стамиру, откуда у меня фотки с его любовницей.
– Через два месяца я жду деньги.
– Будут, – бросаю я в ответ, поворачиваюсь и беру курс на остановку.
– Если срастется у тебя с Огневым, еще мне скинь тысчонку, – летит мне в спину, и я, едва не спотыкаясь, оборачиваюсь.
– С чего вдруг ты решил… – но Вася не дает мне договорить.
– Он твой номер у меня стрельнул, – снова лицо охранника расплывается в самодовольной улыбке. И в свете неярких фонарей я вижу, как он мне подмигивает.
В горле у меня возникает ком. То ли от радости, что все почти удалось и скоро мне ждать звонка Стамира. То ли от предчувствия надвигающейся катастрофы.
Ведь одно дело – распланировать и попытаться поймать рыбку. И совсем другое – играть с такой золотой рыбкой. Больной паранойей, между прочим.
В ответ я пожимаю плечами и цепляю хмурую мину на лицо. Нечего Васе знать лишнее. И, удерживая равновесие, шагаю прочь. Мне еще надо привести себя в порядок после сегодняшнего алкоголя и встретить Стамира в полной боевой готовности.
«А приводить в порядок будет что», – вздохнула я и помянула недобрым словом свои сложные отношения с алкоголем.
Глава 5
Утреннее пробуждение оказалось предсказуемым. С раскалывающейся головой, с жаждой, как после сухой голодовки, и с зудящим лицом.
Рассеянным жестом я коснулась щеки и поняла, что от зеркала, во избежание инфаркта, мне лучше держаться подальше. Хорошо, сегодня выходной и, хоть на работу все равно идти – моя смена, – почти никто из коллег в таком виде меня не застанет.
А пациентам все равно, насколько опухшее лицо у санитарки. Лишь бы она все обязанности выполняла и не косячила сверх меры.
Я вздохнула, вспоминая, что отпуск и все отгулы запланировала на зимнюю сессию в медуниверситете. Которая обещает быть самой тяжелой из всех.
Неторопливо, чтобы удержать равновесие, встала с постели и в непосредственной близости от стенки прошлепала босиком на кухню. Открыла кран с холодной водой и набрала ее в пригоршню. И выплеснула себе в лицо. Потом еще одну. И еще.
Кажется, полегчало. Теперь принять пару таблеток, и надо собираться на выход.
«Работа не перейдет на Федота», – вспомнила я любимую присказку своего шефа, заведующего реанимационным отделением.
Проглотила аж три чашки чая и с сожалением посмотрела на активированный уголь. Вчера я приняла его дозу как при отравлении. С нулевым эффектом! Вот как мне следующий раз выкручиваться, если снова придется пить?
Побросала в сумочку, обошедшуюся мне в дополнительные семьсот долларов долга Васе, самое необходимое. И направилась в коридор. К зеркалу.
Все же первое решение – не смотреться в него – было самым правильным. Но поздно я спохватилась. И я продолжила расширившимися от страха глазами смотреть на свое опухшее отражение.
Все совсем плохо. Три года назад, когда я первый и последний раз праздновала с одногруппниками успешную сдачу сессии, меня не так разнесло.
«На лицо прогрессирование непереносимости алкоголя», – чертыхнулась я и влезла в лодочки. Ходьбу в босоножках даже на небольшом каблуке мне сейчас не осилить.
Когда я была почти готова выходить и принялась искать ключ, затуманенный мозг напомнил последние слова Васи. Про то, что Стамир взял у него мои координаты.
Осознание этого вызвало приступ паники, и сердце в груди тревожно затарахтело. Неизвестно, как долго мне такой писаной красавицей шастать по улицам и на работе.
«А вдруг Вася выдал и место моей работы?»
Руки сами потянулись набрать знакомый номер. Но я одернула себя: толку беспокоить охранника. Только лишнее недовольство вызову. Он, поди, отсыпается сейчас после работы.
И я вышла на лестничную клетку и вдавила кнопку вызова лифта.
Воздух, наполненный выхлопными газами, свежести голове не прибавил. А духота в метро тем более не взбодрила. Хорошо, хоть привычной давки не было. У людей выходной.
До работы добралась без приключений. Даже ни одного знакомого не встретила.
– Оксан, мы тебя ждем, – обрадовала меня Маринка, медсестра.
И, не дождавшись моего ответа, резко выдохнула. Ну все понятно, увидела мой фейс опухший.
– Но мы можем и без тебя начать… Только ты сама хотела обучиться этой манипуляции…
– Со мной все хорошо, – я поспешила заверить ее нарочито бодрым голосом.
– Точно?
– Точно! Аллергия это… – вздохнула, я не уточняя, на что именно у меня аллергия.
Маринка всплеснула руками. Но предлагать помощь не стала. Оно и понятно. Пусть я на третьем курсе меда, но справиться с аллергией уже способна.
«Вот только я не справилась…» – вздохнула и я переключилась на актуальные дела.
– Что у нас за манипуляция?
– Бронхоскопия. Помнишь, ты хотела с Иваном Арнольдовичем поучиться ее делать?
– Угу, – кивнула я.
– Сегодня его смена. И пациенту назначение сделали. Срочное.
– Поняла, – кивнула я и принялась вертеть головой в поиске Ивана Арнольдовича.
На самом деле, мне очень повезло, что именно он сегодня дежурит. Мой видок он, конечно, оценит как положено. И полуправда про аллергию с ним не прокатит. Но морализаторствовать он не станет.
Я надела белый халат и направилась в ординаторскую.
– Оксана Владимировна! – нарочито удивленный возглас эндоскописта, седого и годящегося мне в деды, меня не смутил. – На славу вчера погуляла, а, Оксана Владимировна?
– Не совсем, – тряхнула я головой.
– Зря. Гулять надо так, чтобы потом не жалеть. А ты, небось, жалеешь?
– Угу, – кивнула я.
– И от скольких граммов такая красивая?
– Не знаю, совсем немного выпила… И вот, – развела я руками.
– И вот, – повторил за мной чуть сварливо старший. – Будешь учиться бронхоскопию делать или посидишь в стороне?
– Буду учиться.
– Вот и славно. Но все равно эндоскоп тебе сегодня не доверю. Смотри, запоминай. А тыкать трубкой будешь в другой раз.
– Хорошо, – с облегчением согласилась я.
Отказаться от процедуры я не могла: давно просила научить. Но и состояние у меня сегодня такое, что я бы себе и ведро со шваброй не доверила, не то что эндоскопом в бронхиальном дереве возиться.
В отличие от Ивана Арнольдовича, пациент мое присутствие рядом воспринял крайне негативно. Я кожей почувствовала, как после первого же взгляда на меня от него хлынула волна неприязни.
А когда я устроилась рядом и глаз не сводила с экрана монитора, отображающего дыхательные пути, по которым продвигался эндоскоп, пациент и вовсе, казалось, начал метать глазами молнии.
«Ну да, решил, что пришла тут санитарка с бодуна и еще у врача под руками мешается», – чуть улыбнулась я про себя. И продолжила наблюдать за уверенными манипуляциями покрытых пигментными пятнами рук Ивана Арнольдовича.
– Вот, смотри, – принялся он комментировать перемещения эндоскопа. – Идем сюда, потом вот сюда. Помнишь, почему именно сюда?
И выразительно посмотрел в сторону лежавшего неподалеку снимка легких.
– Да, помню. В третьем сегменте левого легкого на снимке видна тень.
– Умничка, все помнишь, – подтвердил Иван Арнольдович и продолжил манипуляцию. – Теперь нажимаем вот здесь. Еще немного… и все. Фрагмент ткани отправляем на исследование.
Глава 6
Когда я думала, что Стамир сразу перезвонит, я ошибалась. Телефон как умолк, так больше до конца рабочего дня и не ожил.
Но переживать, что рыбка сорвалась с крючка, я не спешила. Еще вчера, касаясь Стамира во время танца, я поняла, что с ним надо поступать так, как учит моя подруга Танька.
«Подальше пошлешь – поближе найдешь», – девиз Таньки в общении с мужчинами в нескольких словах.
Но слишком лихо моего вчерашнего знакомца прокатывать все-таки не надо. Только чуть-чуть. Вот как сейчас: проигнорировала звонок. Потом трубку сниму, но от встречи откажусь. И еще раз откажусь. А вот через неделю можно будет и согласиться. К тому времени следы вчерашнего возлияния должны сойти.
Однако планировала я одно, а Стамир мои планы перечеркнул. И все сделал по-своему. Впрочем, недаром он состояние заработал. Решительный. Быстрый. Знает, чего хочет. Зря я про эти его качества не подумала, когда собиралась сегодня на работу. Потому что на обратном пути меня ждал неприятный сюрприз.
Едва моя смена закончилась, я сняла белый халат, схватила сумочку и направилась к выходу. И даже успела спуститься с крыльца больницы, когда услышала окрик.
– Оксана!
От знакомого голоса мурашки побежали по коже, а тело вдруг в летнюю теплынь онемело, как от холода.
Я представила, какая картинка сейчас нарисуется в моем лице перед глазами Стамира. Не переживет магнатик вида моего опухшего, покрытого яркими алыми пятнами лица. И останусь я в полной неизвестности о своей сестре.
Встречаться мне с ним сейчас никак нельзя. И я резко сменила угол движения на противоположный. Хорошо, местную подворотню знаю как свои пять пальцев.
– Оксана! – донеслось вслед.
Кажется, незадачливый ухажер отстал. Я мысленно поблагодарила счастливую звезду, под которой родилась, и прибавила скорости. А за углом свернула на едва приметную тропинку.
Шаги за спиной начали стихать, а потом и вовсе растворились. Вряд ли мой преследователь ориентируется на территории больницы, в этом огромном лабиринте. Десятки мелких корпусов, разбросанных на немалой площади. Попробуй разберись в них! Я же чувствовала себя тут уверенно.
Поплутав между корпусами с полчаса, я окончательно успокоилась и направилась в сторону железной калитки на выход.
Но едва я вышла за территорию больницы, как меня резко схватили за руку. От неожиданности я оторопела, сердце сжалось, а потом запрыгало как мячик.
Неужели Стамир выследил меня?
Взглянула на нападавшего и чуть успокоилась. Не Стамир. Обычный парень с короткими русыми волосами. Чуть перекачанный: вон как прорисовывается рельеф мышц под тонкой светлой футболкой.
– Молодой человек! Что вы себе позволяете! – рявкнула я грозно и резко рванула руку.
Приходилось иметь дело с такими нахалами: с ними надо пожестче.
Но хватка у парня оказалась железной. Мою руку будто сжали в тиски.
– Я сейчас кричать буду! – предупредила я и даже набрала воздуха в легкие побольше, чтобы сразу же привести угрозу в исполнение.
– Ори сколько влезет, – отмахнулся от моей угрозы нахал.
Держал меня крепко правой рукой, но больше никаких агрессивных действий не предпринимал.
Левой же рукой принялся кому-то звонить. Получалось это у него совсем плохо. Даже смартфон чуть не выронил.
– Помогите! На помощь! – завопила я, пользуясь тем, что парень весь ушел в разборки со смартфоном. – Грабят!
Но кто меня мог услышать! Голос мой после вчерашнего возлияния сильно пострадал. Мне надо было голосить, как сирена, а вместо этого раздалось только негромкое сипение.
– Никто тебя не грабит, заткнись! – прошипел парень и продолжил тыкать пальцами свободной руки в яркий экран.
Как назло, никого вокруг не было. По ту сторону ограды мелькнула парочка пациентов, но они предпочли быстрей уйти и не вмешиваться, едва я принялась сипло звать на помощь.
Что делать? Кричать? Не получается. Ударить или укусить – как бы не получить еще большие неприятности.
Пока я решала, что делать, нападавший, наконец-то, справился со смартфоном. На всю улицу раздались гудки дозвона.
– Стас? Что у тебя? – долетел до меня вопрос с той стороны связи. – Нашел?
– Не знаю, вроде нашел, – почему-то замялся парень.
Оказывается, этого нахала зовут Стасом. Красивое имя… но этот Стас мне ну совсем не нравится!
– Что? Что не так? – сердито спросил его собеседник.
– Передатчик показывает на нее… – услышала я непонятные слова.
Какой передатчик? Что происходит? Я, что, попала в фильм о шпионах?
– Тогда веди ее к нам! Чего тормозишь? – недовольно спросил голос из трубки.
– Я не уверен, что это наш объект. Может, передатчик ошибся? – мой нападавший тем временем буравил меня взглядом.
Да уж, нахал вдвойне! И за руку девушку схватил, и в лицо ей пялится.
– Что тебе в ней не нравится? – снова долетел до меня недоуменный голос.
– Страшная она, – без всякого стеснения заявил Стас. – На алкашку похожа!
Всё, такую наглость я уже стерпеть не могла.
– Какая я тебе алкашка! – завопила я и дернула рукой. – А ну быстро отпустил меня! А то хуже будет!
И что у меня в итоге получилось? Одно лишь жалкое сипение, пусть и угрожающее.
– Тихо ты! – еще крепче сжал мне руку вредный Стас.
Нет, он определенно напрашивается, чтобы я его укусила! Или поцарапала. Надо только отвлечь его внимание и… Но тут я услышала из телефона совсем неожиданное:
– Пусть сам Огнев решает, раз ему приспичило.
Я аж застыла на месте, услышав фамилию источника моих неприятностей.
«Если он так легко меня вычислил, он и с Катей мог сделать что угодно», – в груди заныло от тревожных мыслей. И все мои помыслы о побеге растворились в один миг.
Да и не вырваться мне от этого терминатора…
Так и быть! Испугаю магнатика своим видом. Придется объяснять, почему выпила вчера, и вообще как-то выкручиваться. Но я же шустрая, справлюсь.
Глава 7
Огромный автомобиль цвета кофе с молоком с блестящим хромированным радиатором притаился под раскидистым деревом. Как раз напротив въездных ворот на территорию больницы.
И ведь табличка висит: «Не парковаться». Но она, видимо, для простых смертных, к которым Стамир Огнев и не думает себя причислять.
Пока мы шли, дверца автомобиля бесшумно открылась. И прямо на пути Стаса возникла знакомая мне фигура.
Я взглянула на притягательное лицо, на котором играли солнечные блики, и сердце снова подпрыгнуло в груди. Потом вспомнила, какая я сейчас «красивая», и мне захотелось провалиться сквозь землю.
Щеки запылали, но держу пари, что из-за общей красноты и припухлости лица этого никто даже не заметил.
Стамир Огнев сделал несколько шагов. И его чуть насмешливая улыбка, с которой он подался нам навстречу, испарилась. Остался лишь внимательный взгляд удивительных, словно подсвеченных внутренним светом, карих глаз. Или это все еще солнечные блики играют?
В любом случае картинка, которую я привыкла видеть, когда Стамир давал интервью, и близко не соответствовала реальному положению дел. Передо мной стоял самый настоящий красавчик и щеголь. Гордый, харизматичный и с манящей ямочкой на подбородке.
А в телевизоре и прессе я наблюдала почти обычного мужчину. Ну ничего интересного. Нефотогеничный магнатик оказался. Вживую да при свете дня – совсем другой человек. Теперь понятно, почему Катя в него влюбилась без памяти.
«Как бы и мне не влюбиться», – вздохнула я, глядя на волосы цвета вороного крыла. Чернющие и блестящие.
Впрочем, даже если влюблюсь и он окажется не последним негодяем, мне ничего не светит.
Во-первых, есть Катя. И она беременна.
А во-вторых, такого эпического провала у меня еще не было. И будет вспоминать меня Стамир, как странное недоразумение, отвлекшее его от важных дел аж на целых пять минут.
Но делать нечего, надо доигрывать до конца. Хоть и ежу понятно: я проиграла. И сейчас моя добыча, которую я считала уже трепыхающейся в моих руках, развернется и уйдет.
– Господин Огнев, вот у нее сработал передатчик. Только это, видимо, ошибка.
Мне отчаянно захотелось затрясти головой в знак согласия, что конечно же это ошибка. Что вчерашняя Оксана и сегодняшняя – две разные девушки. И через неделю от сегодняшней не останется и следа.
Вместо этого я продолжила стоять и молча поглядывать на обоих мужчин. Мне вдруг стало ужасно неловко за несколько реплик, которые я обронила в адрес Стаса пару минут назад.
Да что там реплики! За мысли свои стало совестно. Повела себя как взбалмошная девица. В первый раз со мной такое. Оттого стыд еще сильнее залил краской мои щеки.
Стамир завис на минуту, а потом кивнул моему терминатору:
– Спасибо, дальше я сам разберусь. Можешь идти.
Только теперь Стас соизволил разжать свою ладонь и отпустить мою руку. А потом исчезнуть с наших глаз.
Миллионы мурашек сорвались с места. Пока он держал меня, рука немного онемела, и теперь я почувствовала неприятное покалывание. Я помассировала руку, но ничуть не полегчало. Надо ждать, когда кровообращение восстановится. Тогда и мурашки пройдут.
– М-да, – кашлянул магнатик и потеребил подбородок. И совсем уж пристально всмотрелся в мое лицо.
Я продолжила с невозмутимой миной стоять на месте. Он весь сегодняшний цирк заварил, пусть теперь и думает, что делать дальше. Потому что я окончательно перестала понимать его мотивы. Сейчас бы ему прыгнуть в свой блестящий автомобиль и укатить от меня, как от прокаженной, а он стоит на месте, рассматривает.
– Быстро вы вчера ушли, Оксана. Даже сумочку забыли.
– Повод был веский, – вздохнула я.
И с его переходом на «вы» окончательно осмелела.
– Не ожидала, что мы еще встретимся, – слукавила я, поглядывая мимо него в сторону перегороженного проезда на территорию больницы.
– Деловой разговор есть. Пройдемся? – махнул Стамир рукой в сторону липовой аллеи.
– Хорошо, – согласилась я.
И мы направились по мощеной тропинке вглубь парка.
На липах гроздьями висели мелкие невзрачные цветы. В воздухе разлился густой медовый аромат. Голова закружилась. То ли от запаха, то ли от присутствия рядом Стамира. Он шел рядом и молчал, заставляя меня нервничать.
Мне тоже нечего было сказать. Я лишь думала, как моя сестра могла подцепить такого мужика? И где их пути могли пересечься?
– Здесь можно остановиться, – произнес Стамир, когда мы отошли на приличное расстояние от людных мест.
Я остановилась.
Сердце, которое успело успокоиться, снова взволновалось. Стамир действовал на меня при свете дня так же, как и вчера ночью в клубе.
«Чертовы феромоны, чертов Стамир», – ругнулась я про себя.
– Мне нужен личный секретарь, – мой спутник прервал молчание, грозящее перейти в неловкую паузу.
Мои брови от услышанного взлетели вверх. И мне показалось, что я ослышалась. Он издевается? Или он зрения лишился?
– А я здесь при чем? – как можно более вежливо выговорила я.
– Мне нужна помощница вашего типажа.
– Моего типажа? Не понимаю.
– Нечего понимать. Я предлагаю вам работу, – он засунул руки в карманы и отвернулся.
Я стояла как ушибленная и не могла поверить в свою удачу. Но лучше раньше времени радоваться не начинать.
– Мой… э-э… внешний вид не пугает? – на всякий случай решила уточнить я.
– Вчера нормальный внешний вид был, – выдохнул Стамир и снова развернулся лицом ко мне. А потом приблизился вплотную. Настолько, что я чуть не задохнулась от уже знакомого парфюма.
Коснулся тонкими изящными пальцами моей щеки. Провел ими по подбородку и уронил руку. Я стояла, замерев на месте и мечтая только об одном: чтобы он не услышал как сильно стучит в груди мое сердце.
– Адрес офиса? Когда приступать? – прохрипела я, едва сдерживая победную улыбку.
– Адрес я вам в мессенджер пришлю. Нет с собой визитки. Приступать можете, как только я снова увижу знакомое лицо, а не это вот… – с нотками досады в голосе мотнул он головой.
