![](/files/books/160/oblozhka-knigi-tender-na-lyubov-si-345290.jpg)
Текст книги "Тендер на любовь (СИ)"
Автор книги: Юлия Леонова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 27 страниц)
Заметив тонкую розовую полоску над бухтой, девушка достала телефон и набрала номер брата, но абонент, оказался не абонент.
– Странно, Никита не отвечает, – поделилась она с Егором. – Поехали обратно в «Стэлс», может перебрал?
– Как скажешь, – Егор завёл гелендваген и вырулил на дорогу.
Удивительно, что так рано в центре города образовался затор, да ещё в субботу. Проезжая перекрёсток, Аня поняла, что причиной пробки стала авария. Скорая, полиция, красно-синие всполохи мигалки на автомобиле ДПС. Карета скорой как раз отъезжала, а полицейский махал жезлом, чтобы любители поглазеть быстрее проезжали и не задерживали движение. Девушка вскрикнула, когда узнала в искорёженной груде металла, которую поднимали на эвакуатор, машину брата.
– Егор! Тормози! – вцепилась она в запястье Маркелова.
– Да, подожди, мало что ли таких прадосов в городе, – резко затормозил Егор.
– Номер его, – дрожащей рукой Анна указала на исковерканную машину.
– Сиди здесь. – Маркелов вышел и направился прямо к машине ДПС.
Его не было около двадцати минут. Вернулся Егор хмурым и злым.
– Да, это Никита. Он жив. Увезли в первую городскую. Говорят, легко отделался, – отрывисто выдал он всю информацию.
– Поехали к нему, – прижала стиснутую в кулак руку к губам Анна.
– Поехали, – вздохнул Егор, разворачивая джип, и следуя в том направлении, куда уехала скорая.
Когда приехали в больницу, Никита был уже в операционной. Анна не могла сидеть спокойно и поэтому кружила по больничному коридору, заламывая руки. Ей было уже наплевать на то, что рядом Егор, и в его глазах она всегда хотела быть красивой. Лицо опухло от пролитых слёз, глаза и нос покраснели. Маркелов спустился в фойе и принёс кофе из автомата. Честно говоря, он сам был в шоке. Никольский никогда! Никогда не садился пьяным за руль! А значит случилось нечто такое, что совершенно выбило его из колеи.
Когда операция закончилась, и Никиту вывезли из операционной, Анна лишь мельком увидела бледное лицо брата, всё в ссадинах и кровоподтёках, а потом его увезли в реанимацию. Врач, который оперировал Никольского, сказал, что угрозы для жизни нет, но увидеть его можно будет только на следующий день.
– Я Веронике позвоню, – встрепенулась она, вспомнив о девушке брата. – Нужно ей сказать.
Вероника ответила не сразу.
– Да? – Услышала Анна приглушённый голос подруги брата.
– Ника, Никита в аварию попал, – всхлипнула девушка.
– О, Господи, как он?!
– Он в реанимации. Ты можешь приехать?
– Прости, сейчас не могу, – едва слышно прошептала в трубку Вероника.
Нажав отбой, девушка уставилась на тонкую картонную полоску, где ярко алели две полоски. Принимать таблетки она перестала ещё два месяца назад, надеясь, что беременность подтолкнёт Никольского в нужном направлении. Но, как же невовремя это случилось, когда на горизонте замаячил, куда более солидный куш. Можно попытаться потянуть время и потом сказать Сабурову, что это его ребёнок, тем более что они не предохранялись. Но слишком рискованно. Руслан не из тех, кто поверит на слово. Тест ДНК – и её ложь тотчас будет разоблачена.
Глава 5. Начало конца
Руслана разбудил рингтон мобильного. Звонил Генка.
– Включи местные новости пятый канал, – без всякого предисловия произнёс Ветров.
Прижав айфон к уху плечом, Сабуров потянулся за пультом от телевизора. Пощёлкав кнопками, нашёл нужный канал. На экране огромной плазмы возникли кадры погрузки разбитого автомобиля на платформу эвакуатора.
«По словам водителя большегруза, – вещал женский голос за кадром – рулевой внедорожника выехал на перекрёсток на очень высокой скорости, проигнорировав запрещающий сигнал светофора. Избежать столкновения не удалось. Молодой человек за рулём тойота «Прадо» находился в состоянии алкогольного опьянения. В настоящее время он госпитализирован и находится в реанимации. Наш выпуск завершает прогноз погоды».
Руслан убрал звук.
– И? – обратился он к Ветрову.
– Никита Никольский ночью разбился на машине, – вздохнул Генка.
– Полагаешь, я к этому причастен? – холодно осведомился Сабуров.
– Тебе лучше знать, – буркнул Ветров.
– Ты билеты уже поменял?
– Нет ещё, не успел, – отозвался Генка.
– Не спеши, мне твоя помощь понадобится.
– Дружеская? – спросил Ветров.
– Юридическая! – рявкнул в трубку Руслан. – Ты ведь юрист у нас! – сбросил вызов Сабуров.
Выбравшись из постели Руслан направился в ванную. Пока чистил зубы, хмуро рассматривал своё отражение. Провёл ладонью по колючему подбородку, вздохнул и потянулся к полке, где лежал несессер с бритвенными принадлежностями.
Сабуров задумавшись водил станком по лицу. Видит Бог, он этого не хотел. Не хотел, чтобы Никольский попал в аварию. Однако, пусть косвенно, но его вина в произошедшем всё же была, от того и колыхался на душе мутный осадок.
– Чёрт! – отдёрнул руку со станком Руслан.
На шее расплывалось кровавое пятно. Порез вышел довольно глубоким. Плеснув на ладонь немного виски, что ещё оставался в бутылке Сабуров прижал руку к порезу. Ярко-красная царапина пересекла горло в том месте, где под кожей билась артерия. Вроде и ничего криминального, но у Руслана пробежал холодок по позвоночнику. Не то, чтобы он был чересчур суеверным, но такая отметина выглядела, как предостережение. «Не я эту войну начал», – вздохнул Сабуров качая головой.
День обещал быть жарким. Руслан достал из гардероба классические джинсы и простую чёрную футболку. Накинув на плечи кожаную косуху и прихватив ключи от BMW, покинул номер.
Он и сам себе не смог бы объяснить, за каким лешим с утра поехал в больницу, в которую ночью привезли Никиту. Припарковавшись за металлической решёткой ограждения, Руслан собирался покинуть салон автомобиля, но его внимание привлекло яркое пятно. Девушка в красном платье стояла на крыльце.
Опираясь на руку Егора, Анна вышла на крыльцо больничного корпуса, прикрыла тыльной стороной ладони глаза от слепящих лучей жаркого июньского солнышка. Красное коктейльное платье при свете дня выглядело жалкой помятой тряпкой, тушь размазалась под глазами, завитые накануне локоны распались и висели сосульками.
Маркелов скинул с плеч тонкий серебристый кардиган и укутал девушку в него. Спускаясь по ступенькам на высоких шпильках, Анна подвернула ногу. Всё навалилось разом: страх перед Сабуровым, переживания из-за брата, теперь вот ещё адская боль в щиколотке. Девушка расплакалась. Егор подхватил её на руки и понёс к своему автомобилю. Осторожно поставил у пассажирской двери, придерживая за талию, открыл дверь и усадил в салон.
– Может лучше вернёмся? – осторожно прикоснулся он к опухающей на глазах щиколотке. – Пускай врач посмотрит.
– Обычное растяжение, – хлюпая носом, отозвалась девушка. – Нужно тугую повязку наложить, само пройдёт. Егор, отвези меня домой.
Сабуров не сводил глаз с молодой пары, благо тонированные стёкла бэхи позволяли остаться незамеченным. Где-то глубоко в душе шевельнулось какое-то давно забытое чувство, весьма напоминающее сожаление. Девчонка и в самом деле выглядела жалкой и потерянной. Отец после инфаркта, брат в реанимации, одна одинёшенька на всём белом свете. Пока он размышлял чёрный гелендваген вырулил со стоянки, увозя ту, что занимала в это время мысли Сабурова. Он пока ещё не знал, как поступит, чёткого плана не было, так обрывки мыслей, поэтому и нужен был Генка, чтобы разложить по полочкам, расставить приоритеты и приступить к активным действиям.
Анна отрешённо смотрела в окно, не замечая проносящегося мимо пейзажа, только тогда, когда машина свернула на дорогу, ведущую к коттеджному посёлку, очнулась от своих невесёлых дум. Случившееся с Никитой почти заслонило мысли о Сабурове. Непонятна была реакция Вероники, то она проходу брату не давала, а сегодня даже отказалась приехать, когда Никита так в ней нуждается.
Егор затормозил перед воротами, вышел из машины и распахнул дверь со стороны пассажира. Из-за ворот выглянул охранник и поспешил открыть калитку. На лице секьюрити легко читалось любопытство, но задать вопрос он не осмелился.
– Я сама дойду, – попыталась протестовать Анна, когда Маркелов легко подхватил её на руки.
– Дойдёт она, конечно, – проворчал Егор, ногой захлопывая дверь автомобиля.
– Егор, останься со мной, – прошептала девушка на ухо парню. – Мне страшно одной.
– Хорошо, – выдохнул Егор. – Только машину во двор загоню.
Маркелов вернулся минут через десять. Комната Анны располагалась на втором этаже, поэтому на сей раз помощь Егора она приняла без возражений. Опустив свою ношу на кровать, Маркелов поинтересовался местоположением аптечки.
– У Никиты в комнате в комоде в верхнем ящике спортивные бинты, – подсказала Аня.
– Сиди здесь, я сейчас, – вышел из комнаты Егор.
Было очень больно, а ещё очень хотелось стянуть, наконец, опостылевший красный шёлк, принять душ и переодеться во что-нибудь более удобное. Пока Маркелов отсутствовал Аня кое-как доковыляла до комода, вытащила чистое полотенце и бельё.
– Ты в душ собралась? – появился на пороге Егор. – А если поскользнёшься?
– Так помоги, – вздохнула девушка.
Парень со свистом втянул воздух.
– Знаешь, Анют, я всё-таки не монах и обет целибата не давал.
Анна стянула с плеч платье, и оно бесформенной тряпкой упало к ногам. На девушке остались только красные кружевные стринги. Егор снял через голову белую футболку, расстегнул молнию на джинсах, не отводя горящего взгляда от Никольской.
– Снимай, или ты в джинсах душ принимать будешь? – наверное, впервые после встречи с Сабуровым в клубе улыбнулась Анна.
В душевой кабине Маркелов не позволил себе ничего лишнего. Аня прекрасно видела его возбуждение, но Егор старался лишний раз даже не смотреть на неё. Крепкие мужские руки надёжно удерживали её, пока она смывала с себя всю накопившуюся усталость. Он вынес её из ванной комнаты и отвернулся, пока она переодевалась.
– Бельё возьми в комнате у Никиты. В шкафу вторая полка, – обратилась девушка к наряжённой спине Егора.
Из комнаты Никиты Егор вернулся в белых боксерах.
Пока Маркелов накладывал тугую повязку, Анна сидела, стиснув зубы.
– Готово, если станет хуже, завтра отвезу тебя в травмпункт, – улыбнулся Егор, заправляя конец бинта.
Аня поднялась с кровати и стянула с неё шёлковое покрывало.
– Давай спать, глаза слипаются, – девушка легла на постель и подвинулась, освобождая место Егору.
– Не самая удачная мысль, Никольская, – проворчал Маркелов, укладываясь рядом.
Анна сама потянулась к нему. Обхватила ладонями щёки, колючие от проступившей щетины, провела большими пальцами по густым бровям, приподнявшись, коснулась губами мягких губ Егора. Маркелов ответил на поцелуй, стиснул тонкую талию в стальных объятьях, а потом со стоном отстранился.
– Анечка, ну, что же ты творишь? Я же не железный, – Егор отвёл влажную густую прядь, упавшую девушке на лицо.
–Ты ночью говорил, что хочешь меня, – расстроенно отозвалась Анна.
– Я и сейчас хочу, – прошептал Егор, – но не так. Не сейчас.
– Почему нет? – нахмурилась Аня.
– Потому что твой отец при смерти, брат в реанимации, а ты не в себе. У нас обязательно всё будет и не один раз, – улыбнулся Егор, кончиками пальцев поглаживая тонкие ключицы девушки. – Давай спать, – Маркелов развернул Анну к себе спиной, прижал к широкой груди и заключил в крепкие объятья.
Анна завозилась, устраиваясь поудобнее, но услышав, как сквозь зубы выругался Егор, затихла.
– Я люблю тебя, – услышала она над ухом, проваливаясь в сон.
Проснулась она словно от толчка. На прикроватной тумбочке вибрировал мобильный. За окном сгустилась чернильная темнота июньской ночи.
– Да, – хриплым шёпотом отозвалась девушка, покосившись на спящего Егора.
– Анна Андреевна, ну, наконец-то, – услышала она приглушённый голос отцовского заместителя Артёма. – Весь день не мог до вас дозвониться. Вы дома?
– Да, дома, – напряглась Аня, различив в голосе мужчины тревожные интонации.
– Я могу подъехать к вам?
– Конечно, Артём Сергеевич, – Анна уставилась на погасший экран смартфона.
– Кто звонил? – открыл сонные глаза Егор.
– Зарецкий.
– Зам отца твоего?
Анна кивнула.
– Пойдём на кухню, я бы слона сейчас съел, – Маркелов соскользнул с кровати, потянулся всем гибким тренированным телом и принялся натягивать джинсы.
– Знаешь, я так привыкну, что ты меня на руках носишь, – прижалась щекой к виску Егора Анна, пока он спускался по лестнице с ней на руках.
– Я не против, – усмехнулся Маркелов. – Ты мне давно нравишься, Анют.
– А как же Анжелика? – не удержалась от вопроса, что вертелся на языке Анна. – Она же твоя девушка.
– Была моей девушкой – внёс уточнение Егор.
– Вы поругались и поэтому ты сейчас со мной, – нахмурился Анна, когда Маркелов усадил её на высокий табурет около барной стойки.
– Не придумывай, – вздохнул Егор. – У нас с ней никогда не было ничего серьёзного. Мы оба знали, что это не навсегда.
– Ты не обращал на меня внимания, – обвинительным тоном заговорила Анна.
– Никита сказал, что, если я даже просто посмотрю в твою сторону, он из меня евнуха сделает, – рассмеялся Егор.
– Что изменилось?
– Сама у него спросишь, когда поправится, – Маркелов коснулся губами макушки девушки и прошёл к холодильнику.
– Там должно быть мясо запечённое и овощи на гриле на гарнир, – подсказала Анна.
По выходным у прислуги в доме Никольских тоже был выходной. Поэтому домработница Марья Ильинична в пятницу обычно готовила провизию на два дня.
Егор только успел вынуть из микроволновки разогретый ужин, как во входную дверь постучали.
– Открой, пожалуйста, – попросила Анна, – это, наверное, Зарецкий приехал.
Это действительно был Артём Сергеевич.
Мужчина прошёл в кухню, поставил на стул портфель, не решаясь взглянуть на девушку.
– Анна Андреевна, примите мои соболезнования, – глухо произнёс Зарецкий.
– Никита?! – вскрикнула девушка.
Артём Сергеевич покачал головой.
– Отец… – выдохнула Аня.
– Андрей Николаевич утром увидел репортаж в местном выпуске новостей… врачи сделали всё, что смогли, но… – Зарецкий тяжело вздохнул. – Организацию похорон я возьму на себя. Анна Андреевна, вы и Никита – единственные наследники. Андрей Николаевич давно составил завещание. «Стройинвест» принадлежит вам с братом в равных долях, но в наследство вы сможете вступить только через полгода. Учитывая, что Никита Андреевич сейчас не сможет руководить компанией, а некоторые решения требуют согласия собственника, я взял на себя смелость оформить доверенность на вас задним числом.
Анна пропустила всю длинную тираду мимо ушей. В голове, причиняя боль, засела только одна мысль. Отца больше нет… Артём Сергеевич ещё что-то говорил о документах, которые нужно немедленно подписать, но она ничего не слышала.
Заглянув в остекленевшие глаза, Егор вмешался в разговор.
– Артём Сергеевич, оставьте документы, Аня придёт в себя и подпишет, всё, что нужно. Я понимаю, что дело не терпит отлагательства, но дайте ей немного времени.
– Да, конечно, – Зарецкий извлёк из портфеля папку. – Егор Валентинович, проследите, пожалуйста, чтобы Анна Андреевна подписала доверенность. Её нужно предоставить в банк не позднее десяти часов утра понедельника, иначе у нас отзовут банковскую гарантию и тогда проблем с контрактом нам не избежать.
– Я прослежу – Егор мягко выпроводил Зарецкого за дверь и вернулся к Анне.
Она сидела на том же месте, не меняя позы.
– Папа умер, – прошептала она, утыкаясь лицом в плечо Маркелова. – Господи, за что?
Анна зарыдала.
– Я не могу больше… не могу. Что мне делать, Егор?
– Девочка моя, – вздохнул Егор, гладя широкими ладонями вздрагивающие плечи. – Я тебя не оставлю. Всё будет хорошо.
– Ничего уже не будет хорошо! – у Анны случилась самая настоящая истерика. – Это я виновата! Я во всём виновата! Этот чёртов контракт! Я думала, что смогу помочь… Это я убила отца!
Егор открыл буфет, в жилище Никольских он чувствовал себя как дома, и достал початую бутылку коньяка. Маркелов налил полный коньячный бокал и протянул Анне.
– Пей!
Огненная жидкость обожгла горло и пищевод, Анна закашлялась, но истерика прекратилась. Мысли путались, но интуиция подсказывала, что всё произошедшее – не просто цепочка роковых случайностей. С того самого момента, как она поднялась из-за столика в ресторане «Высота» и сделала первый шаг по направлению к Сабурову, запустился какой-то механизм, который грозил разрушить её жизнь до самого основания. Она уже потеряла самого дорогого и близкого человека, брат находился где-то между жизнью и смертью, а будущее виделось совершенно не определённым. Единственное, что не было в этом мире зыбким и ненадёжным – это присутствие рядом Егора.
Глава 6. Дёргать тигра за усы
Наплакавшись, Анна уснула на диване в гостиной. Егор погасил верхний свет, укрыл девушку пледом, а сам устроился в кресле около торшера, намереваясь просмотреть документы, которые оставил Зарецкий.
Он как никто другой понимал, что сейчас чувствует Анна. Сам прошёл через тоже самое два года назад. Откинувшись на спинку кресла, Егор прикрыл глаза, погружаясь в воспоминания. Спустя время уже не было так больно, как в первые дни.
Годам к тридцати пяти, когда семейный бизнес уже довольно прочно стоял на ногах, отец Егора позволил себе осуществить давнюю мечту и приобрёл парусную яхту. Как только открывалась навигация, Маркелов старший всё свободное время проводил под парусом. Больше десятка лет белоснежная «Мечта» бороздила прибрежные воды. Вот и тридцатую годовщину свадьбы родители Егора решили отметить вдвоём на яхте. Собирались сходить на острова, коих было великое множество в акватории залива, и к понедельнику вернуться. Но не вернулись. Причину, по которой яхта затонула, выяснить так и не удалось. Её не смогли поднять со дна, в месте, где она ушла под воду имелось довольно сильное подводное течение, да и глубина была немаленькой. Всё, что осталось Егору в память о родителях, это памятник на кладбище.
Маркелов провёл ладонью по лицу, отгоняя болезненные воспоминания, и принялся изучать бумаги. На первый взгляд в них не было ничего необычного: доверенность, которой Андрей Николаевич доверял дочери вести дела компании, совершать сделки и заключать договора от его имени, счета. Внимание Егора привлекли платёжные документы на перевод довольно крупной суммы со счетов «Стройинвеста» в банк на Каймановых островах. Конечно, это совершенно не его дело, и не ему судить, каким образом ведутся дела в «Стройинвесте», но выглядело всё, так, будто кто-то пытается слить активы компании. С Анной говорить на эту тему было бесполезно, тем более в её нынешнем состоянии. Оставалось дождаться, возвращения к делам Никиты и уже с ним обсудить странную находку.
Отложив папку, Егор пролистал список контактов и набрал Анжелику. События последних дней выбили из колеи, но откладывать этот разговор на потом, больше не имело смысла. Для себя он уже определился, стало быть, нужно расставить точки над «и».
– Привет, – услышал он голос девушки. – Я знала, что ты позвонишь. Егор, извини не могу долго говорить, перерыв скоро заканчивается, давай я перезвоню, когда освобожусь.
– У нас уже ночь, Лика, – отозвался Маркелов, – и я не отниму у тебя много времени. Я хочу, чтобы по приезду ты забрала свои вещи из моей квартиры.
Лика молчала около минуты, Егор слышал только её частое прерывистое дыхание, он догадывался, что девушка пытается сдержать слёзы. У неё же съёмка, сессия, нельзя допустить, чтобы макияж поплыл.
– Это твоё окончательное решение? – тихо спросила она.
– Ты сама сделала выбор, я просил тебя не уезжать. Думала, что будешь мотаться по всему миру, а я ждать тебя, как цепной пёс.
– Егор, я тебя тоже просила. Просила дать нам шанс…, да ты прав, я сделала выбор. Я люблю тебя, Егор, но не хочу приносить своё будущее в жертву нашим отношениям.
– Поэтому ты принесла в жертву эти самые отношения, – невесело усмехнулся Егор. – Знаешь, Лика, я тебя тоже любил.
– Любил? В прошедшем времени! Быстро же ты… Ладно, Егор, я заберу вещи, как только вернусь. Пускай даже следа моего в твоей жизни не останется…
– Прощай, Лика, – Маркелов сбросил вызов, не желая выслушивать очередную истерику.
Если уж рвать, то с корнем. Довольно уже этих камбеков.
***
Похороны прошли для Анны, как в тумане. Зал службы ритуальных услуг не смог вместить всех желающих проститься с Никольским. Приходили коллеги, друзья, родственники, просто знакомые. Потом была поездка на кладбище, поминальный обед, который Анна не смогла высидеть до конца. Было много разговоров, воспоминаний, а ей тошно было находиться среди толпы и выслушивать бесконечные соболезнования. Хорошо, что Егор почти всё время был рядом. Вместе с ней ездил к Никите, настоял на визите к врачу, который прописал успокоительное. Она цеплялась за него, как утопающий за соломинку, словно он был единственным маяком, не позволявшим сбиться с намеченного курса.
А может от скатывания в бездну безумия, удерживала ещё и необходимость заботится о брате, дела, компании, в которых она мало, что понимала, положившись полностью на Зарецкого. Артём Сергеевич привозил документы, говорил, где надо ставить подпись, и Анна послушно подписывала, не вникая в детали. Отец доверял своему заместителю, значит и у его дочери не должно было быть повода для беспокойства.
Куда больше её волновало состояние Никиты. На следующий день после аварии и проведённой операции его перевели в палату интенсивной терапии. Ему и в самом деле сказочно повезло. Никольский младший отделался закрытой черепно-мозговой травмой и парой сломанных рёбер. Причём перелом вышел со смещением, обломок кости сместился и пропорол лёгкое, поэтому понадобилась операция. Анна очень боялась, что брат станет овощем и испытала невероятное облегчение при первой встрече, когда Никита посмотрел на неё вполне осмысленным взором. В своё первое посещение они с Егором договорились пока ничего не сообщать о смерти Андрея Николаевича. Сказали, уже после похорон. После этой новости Никита замкнулся, Анна догадывалась, что он винит себя в смерти отца. Чтобы как-то поддержать брата, она дозвонилась до Вероники и приложила максимум усилий, чтобы уговорить её приехать. Если бы она знала, чем закончится эта встреча…
– Привет, – заглянула в палату Вероника, но натолкнувшись на ледяной взгляд Никиты, остановилась на пороге.
Аня поднялась со стула, на котором сидела, намереваясь освободить место девушке брата.
– Зачем пришла? – глухо поинтересовался Никита. – Что, олигарх пинка под зад дал?
Вероника застыла, с минуту она молчала, а потом перешла в наступление.
– Не думала, что ты так сильно головой приложился, – огрызнулась она. – Какой олигарх, Ник? Ты вообще о чём?
– Я всё знаю, Ника. Довольно! Я видел, с кем ты ушла из клуба.
– Ты поэтому напился? – округлила глаза Вероника.
«Надо же, ревнует!» – обрадовалась девушка. – «Может быть ещё не всё потеряно, тем более что Сабуров так и не перезвонил!»
– Напился, потому что дурак, – отвернулся к окну Никита. – Ника, просто уйди, по-человечески прошу.
– Я беремена, Никита, – выпалила Вероника.
Никольский попытался приподняться на постели.
– Что, последний аргумент? А я ведь теперь не уверен, что это мой ребёнок. Могу денег на аборт дать?! – прошипел Никольский.
– Мудак! – Вероника выскочила в коридор и от души хлопнула дверью.
– Прости, – дотронулась кончиками пальцев до руки брата Анна. – Это я уговорила её прийти.
– Ты не виновата, ни в чём, – вздохнул Никита, откидываясь на подушку. Стычка с Вероникой отняла последние силы.
– Ник, а если она на самом деле беремена? Если это твой ребёнок?
– И что теперь? Понять и простить? – уставился на сестру Никита. – Нет, Анют. Умерла, так умерла. Пускай Сабурова грядущим отцовством обрадует. Да и не верю я ей.
Анна вздрогнула, услышав фамилию Руслана.
– Ты уверен?
– В чём? Что она беремена, или в том, что она мне рога наставила с Сабуровым?
– Ты уверен, что она тебе с Русланом изменила?
– С Русланом? Ого, Анют, ты мне чего-то не договариваешь, – испытывающим взглядом уставился на сестру Никольский. – С каких это пор он для тебя просто Руслан?
– Не придумывай, – отвела взгляд Анна. – Ну, он не сильно старый, чтобы его по имени отчеству величать.
– Ладно, давай не будем о нём. Не сыпь мне соль на рану, – криво усмехнулся Никита.
Из палаты брата Анна вышла будто оглушённая. Чуть прихрамывая, спустилась вниз. Нога уже почти не беспокоила, но при ходьбе по лестнице, ещё оставались неприятные ощущения. Оказавшись на парковке, щёлкнула кнопкой на брелке сигнализации и села за руль отцовского мерседеса. Нужно было ехать в офис. Сегодня истекал срок подписания контракта, но она не могла тронуться с места. События последней недели вновь промелькнули перед глазами. Она стащила у Сабурова контракт, увидев её в клубе, он обо всём догадался, Ника уехала с ним, Никита напился и попал в аварию, сердце отца не выдержало полученных новостей, и он скончался. Господи! Да она кругом виновата. Всё, что случилось – её вина и ничья больше. А Руслан Тахирович – настоящий гавнюк.
Анна закрыла глаза, откинувшись затылком на подголовник. Как же так можно? Как можно так целовать, а потом с другой кувыркаться? Воображение живо воспроизвело вечер в гостиничном номере. Поцелуи, объятья, аромат его парфюма, железные мышцы под её ладонями. Девушка брезгливо передёрнула плечами. «Кобель!» – вынесла свой вердикт Анна.
Повернув ключ в замке зажигания, Аня вырулила с парковки.
В офисе царила тишина. Конец рабочего дня, большая часть сотрудников уже разошлась. Анна прошла к отцовскому кабинету, включила ноутбук и открыла ящик стола, в котором лежала флешка с её личной электронной подписью.
Резкий звонок стационарного телефона напугал.
– Анна Андреевна, к вам посетитель, – услышала она голос отцовской секретарши.
– Кто? – дурное предчувствие приподняло волосы на затылке.
– Руслан Тахирович Сабуров просит его принять.
– Пусть войдёт, – Аня вытерла мгновенно взмокшие ладони о строгую юбку карандаш.
Захлопнув крышку ноутбука, Анна сцепила пальцы в замок и спрятала руки под столом.
– Добрый вечер, Анна Андреевна, – Сабуров излишне аккуратно закрыл за собой дверь. – Прошу прощение за вторжение.
– Чему обязана, Руслан Тахирович? – выдохнула Анна.
Серые глаза прожигали насквозь.
– Странно у нас разговор начинается, – улыбнулся Сабуров. – Позволите присесть?
Анна кивнула:
– Я вас внимательно слушаю.
– Да и знакомство у нас вышло, мягко говоря, странным, – усмехнулся Руслан, разглядывая девушку.
Нынче она ничем не напоминала соблазнительницу из ресторана или яркую красотку из ночного клуба. Настороженная, колючая, но всё такая же красивая.
– Я, полагаю, вы пришли сюда не за тем, чтобы обсудить обстоятельства нашего с вами знакомства, – Анна вздёрнула подбородок.
– Разумеется. Я хочу сделать вам предложение. Вы ведь ещё не подписали контракт? – осведомился Руслан.
– Ваше предложение меня нисколько не интересует!
– Не торопитесь. Откажитесь от подписания. «Старком», как вторая компания в рейтинге, получит контракт, а вы лично более, чем щедрые отступные.
Руслан набрал на мобильном семизначное число и положил его на стол так, чтобы Анне видна была сумма.
Анна почувствовала, как загорелись щёки.
– Мне не нужны ваши отступные. Мне этот контракт больно дорого обошёлся, – процедила она.
– И кто виноват в этом? – вскинул бровь Сабуров.
Делового разговора явно не получалась. Девушкой владели эмоции, а не разум. Когда Сабуров только вошёл Аня очень испугалась, но с каждым его словом, страх отступал, вытесняемый самой настоящей яростью. Её бесило его спокойствие, бесила сама ситуация. Он явно чувствовал себя королём, а вот она не могла сказать о себе того же. Больше всего ей хотелось впиться ногтями в его красивое насмешливое лицо. У неё вся жизнь под откос летит, а он тут сидит и нагло ухмыляется.
– То, что вы сделали, характеризует вас не с лучшей стороны, – поднялась она из-за стола.
– Вы ничего не путаете, Анна Андреевна? Может стоит напомнить вам о том, как мы познакомились? Кстати, красивое бельё было, – усмехнулся Сабуров.
– Это низко! – задохнулась от возмущения Анна.
– Разумеется, ведь подливать клофелин в алкоголь – это так просто верх благородства! – Прошипел в ответ Руслан. – Интересно, если бы я сдох тем вечером, угрызения совести не замучили бы?
– Это был бы идеальный исход, – не осталась в долгу Анна.
– А если бы не получилось с клофелином, легла бы под меня? – прищурился Сабуров.
Не помня себя, Анна шагнула к Руслану, ладонь обожгло, а на его щеке остался красный отпечаток её пальцев. Оба замерли на какое-то мгновение. Сабуров поднялся с кресла, нависая над девушкой, обхватил жёсткими пальцами её подбородок, не позволяя отвернуться.
– Никогда больше так не делай! – глаза потемнели от едва сдерживаемой ярости.
– А то, что? – не выдержала Анна пристального взгляда.
– Пожалеешь.
– Покиньте мой кабинет, или я вызову охрану, – прошептала она.
– Значит, нет?
Аня отрицательно покачала головой.
– Ну, тогда не обессудьте, Анна Андреевна. Помните, что на войне все средства хороши. – Сабуров вышел, дверь за ним тихо закрылась. Анна рухнула в кресло, где он только что сидел. Сукин сын! Это что же он угрожал что ли?
Зазвонил мобильный. Анна провела пальцем по экрану смартфона.
– Я освободился. Тебя забрать? – поинтересовался Егор.
– Да, давай, сейчас только закончу кое-что.
Вернувшись к ноутбуку, Анна зашла на сайт информационной системы, открыла личный кабинет, выбрала нужную вкладку на странице и нажала «подписать».
– Утрись! – прошипела она, вытаскивая флешку из гнезда.
Руслан не спешил уехать с парковки возле офиса «Стройинвеста». Был реальный шанс решить всё миром. Ну, должна же она понимать, что «Стройинвесту» не вывезти этот контракт. Решение, что он предложил, было оптимальным, но девчонка закусила удила. Сабуров не мог понять, почему она столь резко отреагировала на его визит, и эти обвинения… Да и он хорош, позволил личному выйти на первый план. Не нужно было её дразнить. Руслан прикоснулся к щеке, кожа всё ещё горела после полновесной пощёчины.
Пока она размышлял на парковку въехал уже знакомый гелендваген. Спустя некоторое время на крыльце здания показалась Анна. Её дружок вышел из машины и распахнул перед девушкой пассажирскую дверцу.
– Что-то случилось? – поинтересовался Маркелов, садясь за руль. – На тебе лица нет.
– Всё хорошо, Егор, – растянула губы в улыбке Анна. – Столько всего навалилось, папа, Никита, контракт этот.
– Да, – хмыкнул Егор. – Ты ж бизнес-вумен теперь. Не страшно такими объёмами ворочать?