Текст книги "Грани Света. Хранитель (СИ)"

Автор книги: Юлия Четвергова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 14 страниц)

Глава 15

Сокровищница оказалась не такой, какой я себе ее представляла.

Внутрь меня запустили первой, галантно пропустив вперед. И уже следом вошли мужчины, принявшиеся что-то бурно обсуждать. Мне же не сильно хотелось общаться с Пьетро и вообще как-либо участвовать в их разговоре. Внешне Падший казался приятным, но стоило ему открыть рот и посмотреть стальным серым взглядом, как меня пробирала дрожь и становилось неуютно. Поэтому, только оставив их за спиной, я смогла свободно выдохнуть, и заняться рассматриванием главной достопримечательности Венеции.

Сокровищница представляла собой музей, а не то, что я ожидала увидеть – горы золота, как в пещере, в которую попал «Алладин», драгоценных камней, жемчуга, ларцов и прочей мечты любого уважающего себя воришки. Вдоль красной дорожки, по которой мы шли, стояли витрины с экспонатами, невольно притягивающими взгляд. Так что я не торопясь изучала все, что попадалось на пути, читая небольшие пояснения, крепящиеся на стекло витрины, над каждой древней редкостью.

Я настолько увлеклась разглядыванием, что не сразу заметила, как голоса мужчин становились все тише. Остановившись у ларца, инкрустированного по бокам разноцветными камнями, посмотрела на крест, что был высечен в нем. От креста исходила странная энергия. Теплая. Притягивающая. Ассоциирующаяся с приятными эмоциями или же с материнскими объятиями.

Возможно, причиной тому, что я стала более чувствительной ко всему сверхъестественному, была связь с Габриэлем, или же пророчество, появившееся на теле. Утверждать наверняка я не могла. Но факт оставался фактом. Я чувствовала исходящую от креста энергию так, так если бы могла услышать или увидеть ее, но при этом, она находилась за гранью моего понимания.

Протянув руку к ларцу, который относился к тем видам экспонатов, которые стояли вне витрин, я коснулась прозрачных камней. Они и заполняли вырезанное на дне ларца углубление в виде святого креста. Провела по гладкой поверхности камней. Отчего-то сердце забилось чаще, а кулон в виде девятихвостой лисы внезапно завибрировал на груди, как во время спиритического сеанса в фильмах ужасов.

Я испуганно отпрянула, но было уже поздно. Свет полился из креста, заполнив все пространство музея, ослепив. Я испуганно позвала Габриэля, но будто онемела. Мой голос потонул в вязкой тишине, давящей на уши. Я попробовала еще раз, но вновь потерпела неудачу.

Пытаясь сделать хоть что-нибудь, инстинктивно, как это бывало в тех редких ситуациях, когда мне было очень сильно страшно, схватилась за кулон и ощутила, как меня окатывает волнами спокойствия. При этом я прекрасно понимала, что оно было чужеродного характера. Вряд ли бы я была так спокойна сама, находясь в подобной ситуации, когда перед глазами только белое полотно, а уши не слышат ни звука.

А потом все резко прекратилось. Исчезла ослепляющая белизна, и вернулись звуки. Я снова была в сокровищнице, но рядом со мной никого не оказалось. Заозиравшись по сторонам, увидела проход, ведущий на выход из Музея. Так мне казалось на тот момент. И я пошла в ту сторону, надеясь отыскать Габриэля. Но чуть позже, поняла, что заблудилась.

Проходы петляли и петляли, даже и не думая заканчиваться. С высоких потолков и стен на меня с укоризной смотрели лики Святых, Ангелов и великомучеников. А затем они заговорили. Хором. От страха, накатившего в то мгновение, у меня затряслись руки.

– Смерть! Смерть! Смерть! – настойчиво твердили они.

Я не выдержала их давления. Сорвалась с места и побежала вперед, затыкая уши и не разбирая дороги. В музее с каждой секундой становилось все темнее и темнее. А стройный хор голос все не угасал. Наоборот, становился все громче и громче, набатом звуча в голове.

– Ты должна умереть! Тебе не место на земле! Умри! Умри! Умри!

– Замолчите! – крикнула им в ответ, не выдержав.

Почему я должна умереть?! Почему Ангелы и все святые хотят моей смерти?! И где, черт побери, Габриэль?!

Слезы комком подступали к горлу, но я упорно давила их в себе. На очередном повороте, который был точно такой же, как и предыдущие, я остановилась. Выдохлась. Упала. Больше не могла бежать. Но шестое чувство внутри меня буквально кричало: «Опасность».

Чернота окутала меня, подступив со всех сторон, но я так и не успела толком испугаться еще больше, потому что на стенах зажглись старинные подсвечники. Сами, без чьей либо помощи. Пламя плясало, пожирая воск и отражаясь на стенах пугающими тенями.

Грудь сковал первобытный ужас.

Надо было убираться отсюда, но я даже понятия не имела, куда идти. Я просто напросто заблудилась. А архитектура здания, казавшаяся такой простой, на деле оказалась сложным хитросплетением ходов. Причем, бесконечных!

Сидя на коленях, я пыталась отдышаться. Голоса не смолкали, сводя с ума, зондируя одни и те же слова. В какой-то момент я не выдержала и громко закричала. Мой голос эхом отразился от высоких сводчатых потолков и зловеще распространился по всему музею.

Голоса резко умолкли.

Неверяще подняв глаза к потолку, на котором были изображены те, кто пытался свести меня с ума несколькими секундами ранее, я недоверчиво посмотрела на мозаики.

Почему они вдруг замолчали?

Я не знала, что и думать. До встречи с Габриэлем, я бы считала, что сошла с ума, но теперь… Что это было?

Посреди оглушающей тишины внезапно раздались чьи-то шаги. Надежда затопила грудь, придав сил, и я подскочила на ноги, помчавшись в сторону звука. Я бежала в верном направлении. В пользу этого говорили шаги, которые звучали все ближе и громче, отражаясь от стен.

Я не успела разглядеть того, в кого врезалась со всего разбега. Сильные руки обхватили меня, поймав, и тут же прижали к себе. Объятия не были дружелюбными – меня будто в тиски заточили. Чуткий нос тут же уловил запах корицы, исходящий от мужской одежды.

О, нет…

Когда я подняла глаза вверх, то уже понимала, насколько глупо поступила, побежав навстречу «спасителю»…

Это был не Габриэль.

– Ну, здравствуй, Свет Несущая душа. – оскалился белозубой улыбкой обладатель бархатного голоса и гетерохромных, нечеловеческих глаз. – Приятно, наконец, познакомиться с тобой воочию!

Я шумно дышала. От бега или от страха – для меня уже не имело особого значения. Слова застряли в горле. А близость чужого тела причиняла почти физическую боль. Глаза разного цвета – один красный, другой голубой – смотрели на меня насмешливо и с легкой заинтересованностью.

– Невежливо молчать, когда с тобой разговаривают. – и хотя тон его голоса можно было назвать спокойным, мне стало не по себе.

От мужчины веяло опасностью. Нутро выворачивало от ужаса, а волоски на теле встали дыбом. Инстинкты вопили: «Прячься, беги, сделай хоть что-нибудь!» Создавалось впечатление, что я загипнотизированный кролик, смотрящий в глаза змеи, которая в итоге проглотит меня и не заметит.

На языке вертелись тысячи вопросов, хотелось высвободиться из неприятных объятий незнакомого мужчины, но я не могла пошевелиться. Поэтому все, что мне оставалось – стоять и рассматривать незнакомца.

Он был необычный. Неоднозначный. И весь состоял из противоречий. Его глаза и насмешливо «улыбались» и смотрели на меня с презрением. Его волосы были черны, как ночь, но среди них проглядывались белоснежные пряди. Его черты лица были острыми, хищными, но стоило ему ухмыльнуться, как они становились миловидными и приятными, смягчаясь. Он не был таким же высоким, как Габриэль, но и не был столь низким, как Пьетро.

Габриэль…

Мысль о моем Ангеле вывела меня из странного оцепенения – я была и напугана и очарована одновременно. И я тут же пришла в себя, упершись руками в грудь мужчины. Появились силы сопротивляться.

– Отпустите меня! – хрипло произнесла я.

Вместо ответа, он положил мне руку между лопаток и еще сильнее придавил к себе. Склонился к моему лицу максимально близко, обдавая своим горячим дыханием. Сердце затрепыхалось в груди, словно крылья колибри. Я дышала через раз.

– Я отпущу тебя тогда, когда сочту нужным, ангелочек. – угрожающе низко пророкотал мужчина, почти касаясь губами моих губ.

Я замерла. Его аура подавляла. Заставляла подчиниться.

В эту минуту, в эту секунду, больше всего на свете я желала, чтобы Габриэль оказался рядом. И только сейчас я поняла, насколько ничтожны были те передряги, из которых брюнет меня вытаскивал. Я буквально кожей ощущала, что именно сейчас я вляпалась по самое «нехочу».

И на этот раз мой Ангел-Хранитель не сможет мне помочь…

– Хм… – выражение лица мужчины стало задумчивым, когда его рука, лежащая между лопаток начала путешествовать по спине. Я вздрогнула и дернулась всем телом, испытывая отвращение на грани с необъяснимым трепетом. – А ты не такая уж и чистая Душа. В центре твоего Света уже поселилась червоточина. Тебе повезло, что она ничтожно мала.

Я не понимала, о чем он говорил. Поэтому просто пыталась высвободиться из стальных объятий. Дергалась изо всех сил. Но все было без толку.

– Если ты меня сейчас же не отпустишь… – сердце колотилось в горле от страха, но я старалась не подавать вида.

– Что? Ты мне угрожаешь, маленький мотылек? – иронично выгнув бровь, незнакомец сверкнул разноцветными глазами. – Давай. Удиви меня. – его лицо было близко. Даже слишком. Я испытывала дичайший дискомфорт, а вот мужчина, наоборот, будто питался моими эмоциями.

– Габриэль от тебя мокрого места не оставит! – кое-как высвободив одну руку, я со всей силы ударила незнакомца в грудь. Но тот даже не обратил внимания.

– Хотел бы я тебя обнадежить, девочка, но все будет с точностью, да наоборот. Поэтому не советую вставать у меня на пути. Любой, кто посмеет, будет безжалостно уничтожен. – перехватил мою руку, занесенную для нового удара, за запястье. И с силой сжал. Синяки останутся точно.

А после случилось то, чего я совсем не ожидала. Рука мужчины, все еще покоящаяся на спине, сжала ткань футболки, что была надета на мне, и рванула вниз. Материал не выдержал, треснул, причиняя боль, и одежда полетела на пол, превратившись в порванную, бесполезную тряпку. Я же осталась перед незнакомцем в одном бюстгальтере, едва успев прикрыть руками грудь.

Ошарашенная и испуганная, я не знала, чего ожидать дальше. Поэтому просто стояла, с ужасом наблюдая за странным мужчиной. Холод обдал кожу, и я невольно поежилась.

Я знала, что бежать было бесполезно – меня с легкостью поймают, а там уже неизвестно, чем мне аукнется побег. Как и знала то, что Габриэля здесь нет. Нигде нет. Я не ощущала его, будто мы с ним находились в разных мирах. Или будто он… исчез из нашего мира.

«Кто этот незнакомец? Что ему от меня нужно? И где я вообще?» – ответов на эти вопросы не было. По крайней мере, сейчас.

– Повернись спиной. – приказал мужчина.

И я подчинилась, понимая, что сопротивляться бессмысленно. Я абсолютно бессильна.

Поворачивалась медленно, ощущая себя смертницей, приговоренной к казни. Все происходящее было противоестественным. Странным. Похожим на сон. Слишком затянувшимся и реалистичным.

Мужчина не стал довольствоваться обычным осмотром моей спины. Ему показалось этого мало. Он подошел почти вплотную, протянул руку, и принялся выводить какие-то узоры на коже. Каждое его прикосновение сопровождалось не только физической, но и душевной болью.

Я шипела, закусывала губу, но это мало чем помогало. И лишь когда пытка закончилась, я вспомнила, что было у меня на спине.

– Интересно… Так вот, как звучит продолжение пророчества… – задумчиво бормотал вслух.

Продолжение? Неужели у него есть еще одна часть пророчества?

– Что тебе нужно? – желудок прилип к позвоночнику от страха, но я понадеялась, что «за спрос не бьют».

– Всего лишь знания. – он сделал небольшую паузу, в течение которой обошел меня, чтобы остановиться напротив. – И одна маленькая, заблудшая Душа, несущая Свет. – добавил, искривив уголок рта.

– Почему ты меня так называешь? Зачем я тебе? – меня била крупная дрожь. Мужчина хмыкнул, смотря на меня оценивающе. Прикидывая в уме отвечать на мой вопрос или нет.

Габриэль… Ну, где же ты?.. Пожалуйста…

– Чтобы попасть в Рай, мне нужен ключ. – ухватив меня за подбородок, незнакомец насильно приподнял его, заставляя смотреть в свои нечеловеческие глаза. Не отводить взгляд. – Но ключа у меня, к сожалению, нет. – с притворной грустью заключил он, цокнув языком от недовольства. – А значит, я могу попасть в Небесный Город только одним оставшимся способом – я должен стать Ангелом.

– Но Ангелом нельзя стать. – недоумение проскользнуло в моем голосе, и затерялось в его насмешливом ответе.

– Можно, глупый человечек, если ты с самого рождения им являешься. Осталась только ма-аленькая деталь – я должен уравнять свою темную сторону. На время заглушить ее. Перевесить Светом. И в этом мне как раз таки поможет твоя Душа, наполненная им до краев. Поглотив Свет, я смогу попасть в Рай, после чего уничтожу Писание. Миры объединятся в один, и больше не будет существовать ни Рая, ни Ада. Будет Срединный Мир, где у каждого будет свой выбор. Своя жизнь. Никаких заранее написанных Судеб! Будет только свобода. Везде и во всем.

Боже… Неужели это…

– Кто ты? – вырвался отчаянный шепот.

– Меня зовут Каин. Я – Проклятый Сын Ангела и Демона и будущее этого мира. Освободитель! – громогласно произнес мужчина, распахивая за спиной огромные крылья. Одно черное, а другое белое. Я пораженно выдохнула, не веря своим глазам. – А теперь, пойдем со мной. Хватит с тебя вопросов, ангелочек.

Ухватив мой локоть, Каин дернул меня на себя, больно впечатав в свое тело. И стоило только моему взгляду уцепиться за его, как меня накрыла тьма.

Габриэль

В Сокровищнице многое изменилось с тех пор, как я был в ней последний раз. Росла история – расширялась и сокровищница, пополняясь все новыми и новыми реликвиями. Что осталось неизменным – иконы и базилики, посвященные библейским историям людской веры во Всевышнего.

Мы с Пьетро негромко переговаривались о пророчестве, в то время как Лекси, тактично ушла вперед, рассматривая экспонаты. Или же ей просто было некомфортно рядом с Падшим, судя по взглядам, брошенным украдкой в его сторону.

– Ты уверен, что Пророчество звучит именно так, а не иначе?

– Тебе снять рубашку и показать? – иронично выгнув бровь, хмыкнул в ответ.

– Нет уж, благодарю, вынужден отказаться от твоего бесплатного стриптиза. – покачал головой Пьетро, поддержав мою шутку. – Поверю на слово.

В задумчивости, он приложил руку к подбородку. Я же украдкой наблюдал за подопечной, остановившейся у Святого Креста.

Как бы Армарос не доверял Пьетро, считаю, что лучше перебдеть, чем разгребать последствия.

– Насколько мне известно, Писание иначе интерпретировало Пророчество в те времена, когда я еще был Хранителем Бытия. И там уж точно не было ни слова о… девчонке. – из его уст слово «девчонка» прозвучало, как оскорбление. Я клацнул зубами.

Что за предвзятое отношение к людям?

Мой ехидный внутренний голос, в ответ на эту мысль, тут же услужливо бросил в меня отрывками из недавнего прошлого, где меня только назначили Хранителем еще не родившейся Свет Несущей Души, и я сам был не рад тому, что буду присматривать за человеком.

Вздохнул. Как же быстро меняется мнение о людях, стоит пожить среди них в их же шкуре. Или… полюбить.

– Ты уверен?

Мы остановились у базилики, изображающей восемь Архангелов Всевышнего. Пьетро сложил руки за спиной, внимательно рассматривая их. Я тоже поднял глаза вверх. Увидев среди них свой портрет, скривился. Что ни говори, а люди собиравшие базилику, были не самыми талантливыми художниками. Разве я похож вот на… это?! И что вообще означает нимб над головой?

– Я помню Пророчество так же, как помню то, что происходило секунду назад, Габриэль. – на меня скосили осуждающий взгляд серых глаз.

– И как же оно звучало раньше? – поинтересовался.

А сам внезапно ощутил некую нервозность. Чуждую. Похожую на предчувствие. Нехорошее предчувствие.

Повернув голову в сторону Лекси, которая стояла в нескольких метрах от нас, увидел, как она протянула руку к Святому Кресту. И я уже не слышал, что ответил Пьетро, потому что остро почуял неладное и тут же, распахнув крылья, бросился вперед.

Но опоздал! На какую-то долю секунды…

Музей накрыла вспышка белого света. Он на пару мгновений ослепил даже глаза Архангела, а это означало лишь одно – свет был неестественного происхождения. Произошло вмешательство извне. Кто-то из собратьев приложил к этому крыло.

Дьявол! Дьявол! Дьявол!

Я зарычал, продолжая упорно лететь вперед. Протянул руку, чтобы ухватиться за то место, где примерно недавно стояла подопечная, но пальцы ухватили пустоту. А когда белый свет развеялся, девушки уже не было.

– Лекси? – из уст вырвался отчаянный шепот.

Я стоял посреди божьего «дома» и не мог поверить своим глазам. Не дышал, ощущая, как в груди образовывается черная дыра. Как Тьма, так долго спящая внутри, и ожидавшая подходящего момента, берет вверх, расползается змей. Заполняет сосуды, проступает наружу бугрящимися черными венами. Заполняет глаза.

Ловушка… С самого начала это была чертова ловушка!

Ярость, охватившая меня, больше не поддавалась контролю. Да я и не видел смысла контролировать себя. Убивать – вот что сейчас хотелось. И я убью Пьетро прямо здесь. В месте силы, которое он так долго строил и оберегал. Похороню его в собственном Храме за предательство. И он сам станет одной из горячо любимых им же реликвий.

Тьма бурлила внутри, наполняла силой, которая до сего момента постепенно покидала меня, пока я находился на Земле. Пока был «светлым» Падшим. Но теперь я вновь становился тем, кем когда-то был в Раю – Архангелом. Или же кем-то иным… Высшим Демоном. Но мне уже было плевать с Судной Горы на то, кем я стану.

Оперение крыльев заострилось, начало опасно топорщиться. Взмах, и я уже завис перед пятящимся назад Пьетро. Он в ужасе округлил глаза, взглянув на меня.

– Габриэль, это…

Я схватил его за грудки, приподняв над полом.

– Где она?! – прорычал. – Говори и, быть может, сохранишь свою прогнившую суть!

– Я понятия не имею! – прокряхтел Падший, которого душил собственный галстук. – Не глупи, Габриэль, зачем это мне?! Я ведь все свое существование был и остаюсь Хранителем Истории! – отчаянно вопил Пьетро в свое оправдание.

Голос разума твердил, что он не врет. Но мне хотелось растерзать мужчину. Выместить злость, скопившуюся внутри. И было уже неважно, прав он или нет. Сила, текущая по сосудам, требовала выхода. Требовала жертвы. Крови. Подчиняла разум.

– Я повторю вопрос последний раз. – пробасил угрожающе низко, исказившимся голосом. Для пущего эффекта подставил сталь крыла к горлу Падшего, чтобы тот окончательно осознал, что шутки кончились в тот момент, когда Лекси пропала из поля моего зрения. – Где. Александра?!

– Ты позволяешь управлять собой. Тьма тебе не помощник! – хрипел Пьетро, задыхаясь.

Его глаза закатились за веки, являя на обозрение белок. Судороги охватили тело Падшего. Подступала стадия агонии. Но он молчал, не пытаясь хоть как-то спасти себя. А значит…

Я с великим усилием разжал пальцы, крепко вцепившиеся в ворот рубашки. Пьетро громко упал на пол, тут же принявшись неистово кашлять и вдыхать столь желаемый кислород. Его грудная клетка ходила ходуном, словно он не мог надышаться.

Хранитель Истории действительно не в курсе происходящего. Я только зря потерял время. Такое драгоценное время…

– Что это был за свет? – нервно дернув крылом, скосил глаза на лежащего у моих ног Падшего.

Надеюсь, хоть в этом от него будет какая-то польза.

Глава 16

Снаружи царил настоящий хаос.

Стоило покинуть Собор, как в лицо тут же ударил сильнейший поток ветра, разметав волосы во все стороны. Я поднял голову вверх и увидел, как на небе сгущаются тучи. Нахмурился. Засунув руки в карманы куртки, пошел вперед.

Стихия не щадила никого, люди едва успевали прятаться в укрытиях, чтобы ветер не снес их с ног. Черные тучи вдали сверкнули молнией. И все бы ничего, можно было бы списать на погодные условия, но молния неестественно ударила прямо в землю несколько раз.

Я резко остановился. Что-то было не так.

Остановился неудачно. Посреди дороги. Но Венеция на то и портовый город, что свои гондолы они любят больше машин и предпочитают наводный способ передвижения, либо прогуливаются пешком. А у Собора Сан Марко, так и вообще дороги всегда пустовали – запрещенная зона. Поэтому несущаяся на меня машина стала сюрпризом.

Свет фар ослепил, и я, решив не заморачиваться, распахнул крылья и взлетел вверх. Пусть потом придумают для себя достойное объяснение мистическому событию. Люди это любят. Да и им было не до крылатого человека, парящего над городом. Всех занимала разражающаяся громом стихия. Если кто и увидел меня, то только из окон домов.

Но на самом деле, мне было плевать. Главное, скорее отыскать Лекси.

Пьетро, как назло, был многословен. Он тараторил без умолку, и как всегда бубнил слишком много лишнего, потому пришлось припугнуть трусливого Падшего еще раз. И тот сразу же перешел к сути. Подскочив на ноги, он лихорадочно принялся вытаскивать пожелтевший пергамент из-под стекла витрины. Всучил мне изношенную временем бумагу и все тараторил, и тараторил…

Но я его уже не слушал. Кусок бумаги очень кратко и емко передал то, что произошло. И что происходит прямо сейчас.

В воздухе запахло озоном. С неба начали падать первые капли дождя, которые буквально через пару секунд превратились в сплошной ливень. И погода даже для меня стала нелетной. Крылья потяжелели, намокнув, и потянули вниз. Лететь уже было не так комфортно и легко. Поэтому я снизился, у самой земли спрятав крылья.

Встал на один из множества мостиков, перекинутых через реку, в которой ускорилось течение и поднялись берега. В кармане куртки, в кулаке, сжал третью часть Пророчества, гласившего:

Любовь пробудит силы Зла,

Лишь кровь и боль Его Стезя.

Освободившись от оков,

Он уничтожит всех Богов.

И, черт побери, меня смущала, дико смущала последняя строчка. Каких нахрен Богов? Всевышний один. И если уж и брать Люцифера в расчет, то он никогда не был Богом и не станет. Отец создал Вселенную, создал нас, Ангелов, и затем создал Срединный Мир – Землю, населенную людьми. Все, что существует – его творение. Все мы – его дети. Ни мир людей, ни наш, никогда не знали иных Богов.

Но даже дураку понятно, что первые строки третьей части Пророчества уже сбылись. И меня потряхивало от одной только мысли, что наша с Лекси любовь помогла освободиться Каину. Может ли быть так, что Отец именно поэтому запрещал любое проявление чувств к людям?

Но как?! Как Проклятый Сын выбрался из самой страшной тюрьмы Ада благодаря нам? Мы ему что, красную ковровую дорожку по небу протянули, пока занимались любовью?

О том, где сейчас подопечная и что с ней, я старался не думать. Просто искать. Идти вперед. Лететь, основываясь на предчувствие. Цепляясь за нашу с ней связь. Я ощущал ее теплые отголоски, волнами касающиеся моих энергетических плетений, что означало, что Лекси… еще жива.

Даже простая мысль о том, что может быть иначе, причиняла мне физическую боль.

Стиснув зубы и сжав руки в кулаки так, что хрустнули костяшки, я рванул вперед, сквозь толщу воды. И в какой-то момент просто застыл посреди безлюдного закоулка, потому что теплый импульс, похожий на слабое биение сердца и ведущий меня прямиком к Лекси, внезапно рассеялся, перестав тянуться в одном направлении. Теперь он ощущался вокруг меня. Везде. И нигде одновременно.

Это жутко перепугало. Ввело в состояние неистовой злобы.

Я взревел и вновь распахнул крылья, которые в одночасье промокли. Но я упрямо, с усилием, летел вверх. В небе будет проще определить направление – не мешает людская энергетика. Каин, – а похитил Лекси именно он, я был уверен на сто процентов, – не мог уйти далеко. Ангелы и Демоны не владеют телепортацией. Поэтому он все еще находился в городе.

Если только он не использует артефакты…

Зависнув в воздухе, закрыл глаза и сосредоточился. Внутренним взором увидел золотую нить, связывающую нас с Лекси. Потянул за нее. Нить вела на северо-запад, а затем резко не то оборвалась, не то разветвилась, указывая во все стороны света.

В городе не горел ни один фонарь, погрузив его во мрак. Окна домов также были темны. Похоже, непогода в виде неестественно активной молнии повредила электрическую станцию.

Скорей всего, это тоже дело рук Каина. Но для чего ему это? Зачем ввергать Землю в Хаос? Проклятый Сын угрожал своим существованием только Небесам, но никак не людям.

Лететь было тяжело и не так быстро, как я привык, но все же это намного лучше, чем по земле. В месте прерывания путеводной нити, я остановился. И тут же настороженно посмотрел за спину, почуяв чужую энергетику вокруг меня.

Ловушка. Очередная. Каин хорошо подготовился. Что ж, расхлебывай плоды своей беспечности, Габриэль…

Ливень наверняка мешал бы зрению, затуманивая его, но я не был человеком. Более того, я завис в неком промежуточном состоянии между Ангелом и Демоном. Больше не Ангел, но все еще не Демон. Оставалась последняя деталь, удерживающая меня в ангельской Сути – убийство собрата.

Плотную стену дождя разрезали острые концы кожистых крыльев. Трое Демонов ловко облетели меня, и преградили путь. Один из них парил ближе ко мне. Скорее всего, их лидер. Он и заговорил.

– Каин просил передать, чтобы ты бросил эту затею. – скрестив руки на груди, пробасил Демон. – Если продолжишь – он уничтожит тебя. Не вставай у него на пути, и тогда вы оба останетесь живы.

Упоминание Лекси, пусть даже мельком, больно полоснуло по груди. Я судорожно выдохнул сквозь стиснутые зубы.

– Где она?

– Пока в безопасности. – говоривший не желал отвечать на мои вопросы, и меня это злило. – Габриэль, у тебя есть возможность примкнуть к нам. Помочь планам Каина осуществиться. Он был так любезен сохранить тебе жизнь и даже позволит быть рядом с человеческой девчонкой. Великий Сын дает тебе право выбора, которое в Новом Мире будет у каждого.

Я вздернул губу. Что за бред он несет? Какой еще новый мир? Всевышний придавит этого пернатого одним лишь своим взором.

Вот только червячок сомнения противно зашевелился внутри, говоря, что в этому случае, Михаил со своим Карательным Отрядом уже бы устраняли проблему. А их все нет… В то время, как на Земле происходит нечто за гранью людского понимания. Сверхъестественное.

– Примкнуть? – усмешка исказила губы. – Вы серьезно? После того, как Каин так подло похитил Лекси?

– Это был гарант.

– Гарант чего? – зло прошелестел, уже заранее предугадывая ответ.

– Того, что ты подумаешь над его предложением. Каин предположил, что такой высокомерный Архангел, как ты, вряд ли даже станет слушать то, что он хотел бы сказать. Поэтому решил… достучаться до твоего голоса разума таким вот радикальным способом. – Демон позволил себе холодный оскал. Двое других молчаливыми телохранителями парили по бокам от него.

– Если с ее головы упадет хоть волосок…

– Ты не в том положении, чтобы ставить условия. Каин дал выбор. Принимай решение. На думы у тебя чуть меньше суток. Мы будем ждать твоего ответа завтра в этом же мес…

Он не договорил, пронзенный моим крылом. Насадив брюхо этого отродья на острые перья, я притянул его рывком к себе, перехватил Демона за горло и выдернул крыло, встряхнув им, помогая дождю смыть черную кровь. Двое других не спешили нападать, но приняли боевую позу, готовые ко всему, пока их предводитель находился в плачевном положении.

– Заткнись, ущербный. – Демон не испугался. Он спокойно встретил мой убийственный взгляд, помогая себе удерживать тело в воздухе крыльями, чтобы не задохнуться. Казалось, рана его ни капли не волновала.

– Я давно готов к смерти, Архангел. И уж тем более готов умереть за то, во что верю. За цели Каина. За Новый Мир. По крайней мере, я сгину с мыслью, что внес значительный вклад в его освобождение. Сделал все, что было в моих силах.

– Ты сдохнешь. – я закивал, соглашаясь с его высказыванием и сильнее сжимая пальцы на его горле. Тьма заклубилась вокруг меня, предвкушая кровавый пир. Проступила сквозь кожу, испещряя руки черными венами-змеями. – Но не сейчас. Сначала ты скажешь мне, где прячется Каин. И где находится моя подопечная. А потом я обеспечу тебе Небытие. Быстро и безболезненно.

– Ха… Аха-ха-ха-ха! – Демон рассмеялся мне в лицо. – Каин оказался прав. Ты ничем не отличаешься от заносчивых Ангелов. Предсказуем, как судьба человека в Писании.

Прогремел гром. Молния ударила в землю. А затем еще. И еще. И эти вспышки были единственным источником света. Снизу кричали люди. Начался переполох. Потому что из земли начали расти Врата Ада. Они разрезали землю трещинами, крушили дома, ширясь. Многие люди, кто находился в той области, погибли мгновенно, придавленные обломками строительных материалов, или же самими Вратами. Некоторые проваливались в разверзшиеся трещины под ногами.

Нет… Полчища низших Демонов Ада… Они же сейчас полезут в Срединный Мир, стоит только Вратам открыться.

Я отвлекся. И это чуть не стоило мне жизни. Я едва успел почувствовать, как рука, сжимавшая горло Демона, внезапно сжала воздух, вместо худой шеи. А двое других зажгли огненные мечи Ада и бросились с обеих сторон, окружая.

Я резко взлетел вверх, но один из мечей успел задеть крыло, опалив перья. Запахло паленым. Летя все выше, за облака, я достиг определенной точки и резко сложил крылья, устремившись вниз. Мертвая петля стремительно набирала скорость, оставляя преследователей позади.

Нужно срочно разрушить Врата Ада. Иначе от Срединного мира останутся только руины. Низшие Демоны обладали только зачатками интеллекта. Они были словно злобные дети, действующие основываясь только на свои желания. Их не волновало ничего. Не терзала ни советь, ни мораль. Это верная погибель для людей. И о каком праве выбора говорила эта мерзость, прислуживающая Каину?

Очнувшись, приспешники Проклятого Сына рванули за мной. И хотя у меня было преимущество, я при всем желании не успел бы разрушить Врата, а уже потом заняться Демонами. И одновременно драться с ними и пытаться разрушить Врата я не мог.

И Лекси… Она все еще в лапах Каина. Ей, наверняка, страшно… И она ждет меня.

Я разрывался. С одной стороны, если я не закрою Врата, Лекси не сможет вернуться в привычный для нее мир. И тогда не будет никакого смысла от того, что я полечу ее спасать. Низшие Демоны станут армией Каина. Они полезут изо всех щелей и задавят нас числом. Но если я сейчас не отправлюсь спасать Лекси, начав разрушать Врата, вдруг я не успею потом…

Нагнавший меня главарь Демонов напал со спины, метясь между крыльев. Подло, но действенно. Это бы меня не убило, но я бы больше не смог взлететь. Увернулся. Свое ангельское оружие я не больше не мог призвать. Единственным оружием у меня были крылья. Перья заострились, начали топорщиться, став жесткими пластинами, которые не пробьешь никаким оружием. Крылья Ангела Смерти.