Текст книги "Наследник от бывшего (СИ)"

Автор книги: Юлия Бонд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 16 страниц)

5

Денис смотрел на ребенка и едва дышал в этот момент, ощущая как к горлу подкатывает удушливый комок. Ещё буквально каких-то полчаса назад, когда он встретил в магазине Вострикову Женьку, то и подумать не мог, что у него есть сын. Маленький, темненький, с большими карими глазами, с курносым носиком и пухлыми губками, а ещё с ямочкой на подбородке, точь-в-точь как у него самого.

– Уходи! Мы с Тимофеем проживем без тебя, – девчонка шипела степной гадюкой и испепеляла взглядом.

А он ничего не ответил – слишком много эмоций обрушилось в один миг и пока не мог понять, как правильно реагировать на фразу. С одной стороны, она мама и защищает своё дитя, а с другой, от кого она его защищает? Он же не пёс, сорвавшийся с цепи и рванувший на кошку с котёнком. Да ему даже мысль в голову не придёт причинить вред этой маленькой девочке. Разве она считает иначе?

Женя подхватила малыша на руки и прижала к своей груди, а Денис сразу заметил, с каким трепетом и заботой она это сделала. Было видно, что девочка души не чает в своём сыне и очень ревностно относится к появлению в их жизни Стрелы. И теперь до него стало малость доходить, как знать, возможно, Женя ещё мягко с ним обошлась. Он-то реально деньги дал, когда на утро после бурной ночи запоздало сообразил, что последние два раунда были без защиты. Правда Женька тогда ничего не сказала, лишь головой кивнула.

Наконец он в себя пришёл и вдруг такая злость накатила, что не сдержался и рявкнул пугающим голосом, заставляя Вострикову встрепенуться.

– Почему я узнаю о сыне только сейчас? Почему ты скрывала, Женя?

– Потому что ты бросил меня и дал денег на таблетки! Тимофей – твой нежеланный сын! А еще ты был женатым.

В словах легко чувствовалась боль и ему тоже вдруг стало больно. Неужели два года назад он был таким подонком?

– Ладно, давай поступим так. Мы возьмём паузу на пару дней, чтобы успокоиться и обо всём подумать еще раз.

– Мне не нужна пауза!

– Нужна, Женя! Очень нужна. Нам нужно прийти к общему мнению.

– Как просто всё у тебя, как легко. Почему ты скрывала, Женя? Мы возьмём паузу на пару дней, – повторила с похожей интонаций, а затем истерически хохотнула. – Я видеть тебя не могу! От одного твоего вида меня наизнанку выворачивает.

– Я хочу всё исправить.

– Исправить? Сердце моё склеишь? Или девственность вернёшь? Или те бессонные ночи, когда я выла волком от адской боли после родов? Ты знаешь, что такое эпизиотомия? А что такое лактостаз?

Он смотрел на неё огромными от шока глазами, не понимая, о чём говорит эта девчонка! Видимо, что-то женское, связанное с родами. Ладно, пусть говорит. Если ей станет легче, если эта боль, которую она выплескивает ему в лицо как кислоту, хоть немного станет тупее, то он согласен слушать сколько потребуется.

– …так что, Стрела Денис, забудь о Тимофее. И даже не пытайся его у меня отобрать. Я тебе никогда не отдам сына!

Денис не нашёл, что ответить, лишь кивнул, соглашаясь со второй частью фразы. Он в жизни не станет отбирать ребенка. И как этой девчонке такое могло прийти в голову? Она же дружит с Машкой с первого класса и знает всю семью. Между прочим, это было обидно, да.

Не хотел уходить, но пришлось, иначе, если бы задержался еще ненадолго, то кто знает, чем всё закончилось. Он и так держал себя в руках сколько мог, лишь бы не поругаться. Конечно, в Женьке говорила обида и она вполне имела право его ненавидеть, но вот категорично заявлять, чтобы забыл о сыне? Да за кого она его принимает?

Нет, от сына он теперь не откажется!

Понятие не имеет, как они с Востриковой будут дальше, но то, что судьба – та еще шутница, он убедился на своей шкуре. У Светы было два выкидыша, хотя они наблюдались у лучших врачей! Получается, отцом он всё-таки стал, но нежеланному сыну, как выразилась Женя.

***

Он ушел, а я еще долго стояла посреди двора, и смотрел ему вслед. Предательские слёзы жгли глаза, а шею сдавливало удавкой. А я не знала, что может быть так больно. Тогда, два года назад, когда я увидела на тесте для беременности две полоски, думала, всё пропало, и жизнь закончилась. Сейчас понимаю, нет! Жизнь как раз только зародилась у моего сынишки. А вот закончилась она у меня, кажется, сейчас! Стрела дал ясно понять, что от Тимофея не откажется. Странно, но он даже не усомнился в своём отцовстве ни на секунду. И как долго я собиралась хранить эту тайну?!

– Ушел? – бабушка подошла еле слышно, а потому от неожиданности и испуга я едва не вскрикнула. – Жень, вот дать бы тебе ремня, да поздно уже!

– Ба, – хлюпнула носом, опустила сынишку на землю погулять и прильнула в объятия к дорогой бабушке, – я ненавижу его, понимаешь? Я не смогу с ним воспитывать сына.

– Ах, Женя, от ненависти до любви один шаг. Раньше же ты любила его, внучка, иначе не было бы у нас такого славного карапуза. Всё пройдёт. Поплачь.

– Не пройдёт, бабушка. У меня сердце разрывается на части. Видеть его не хочу.

Бубуля ничего не ответила, лишь обняла крепче и погладила по голове, а чуть позже шепнула на ухо, что время расставляет всё на свои места и как будет – известно только одному Богу.

Я успокоилась, извинилась перед бабушкой за то, что развела тут на её плече плач Ярославны и, подхватив сына на руки, двинулась к дому. А дома постаралась реабилитироваться перед самой собой. Нечего быть размазнёй! Денис сказал, что нам нужна пауза, что ж, пожалуй, сейчас я с ним согласна. Он ворвался в мою жизнь совсем нежданно, вскрыл затянувшиеся на сердце раны и заставил вспомнить о том, что я так сильно старалась забыть, но не забыла, увы.

Накормила бабушку завтраком и проследила, чтобы она приняла свои лекарства – часто филонит или банально забывает. Сняла с веревки сухое белье, погладила его и разложила на полках в шкафу. Не успела оглянуться, как наступило время идти на работу. А на работе звонила бабушке каждый час, всё спрашивала, как там мой карапуз. Бабушка у меня отличная нянька: покормит, покупает и даже памперс на сон оденет. Я в ней нисколько не сомневаюсь, но она уже старенькая и силы давно не те.

Уже перед самым закрытием в цветочный киоск кто-то пришел. Я возилась в подсобке, наводила в ящиках порядок. Звук колокольчика заставил меня отложить всё в сторону и выйти к покупателю.

Я только взгляд подняла и обомлела. Светлые джинсы сидели на нём идеально, а белая футболка облегала широкие плечи и бугрящиеся на руках бицепсы. Он хорош собой, да. И, наверное, по этой причине мне каждый раз не по себе. Прошло два года, а гадкий утёнок так и не превратился в прекрасного лебедя. И что он тогда во мне нашел, чем привлекла?

Денис тактично прокашлялся, заставляя меня оторвать взор от его стильной футболки и наконец-то поздороваться. Это было трудно. Язык будто онемел и прилип к небу. Теоретически Стрела мог оказаться в любое время в любом месте, но в девять вечера в цветочном киоске, где работаю я? Серьезно?

Пригладила рукой непослушные волосы, спадающие на лоб, и поправила очки. А он ближе подошел и заглянул мне прямо в глаза, словно намереваясь прочитать мысли. Расправила плечи и фальшиво улыбнулась, стараясь не показывать, как всю трясёт от его присутствия на моей работе. Нет, мне не стыдно, что я работаю в цветочном киоске. Просто меня колбасит, когда Стрела находится в опасной близости и дышит тем же воздухом, что и я.

– Привет, – улыбнулся он, осматриваясь по сторонам. – Поможешь выбрать два букета?

– Добрый вечер, – сухо ответила я, – если не секрет для кого букеты, чтобы могла понять, что посоветовать?

– Для женщины постарше и для молодой девушки.

– Если бы ты пришел раньше на полчаса, я бы сделала красивые букеты. Любые. А так… – оглянулась. – Могу предложить классику. Розы. Красные для женщины. Белые для девушки.

– Хорошо. Если ты так считаешь, то я возьму эти два букеты. Тебе ведь они нравятся?

– Нравятся. Я вообще цветы люблю, – ответила на автомате, а затем призадумалась, почему он спросил?

Денис рассчитался за цветы и, поблагодарив, ушел. А я не сразу заметила, что денег он оставил раза в два больше, чем стоимость букетов. Ну и зачем? Мне на чай так много не оставляют, а если он решил подсунуть таким образом лишнюю копейку, то зря. Лучше бы прямо дал. Не факт, что я взяла их, но попытаться всё-таки стоило.

Я посчитала выручку и закрыла кассу, а затем погасила в магазине свет и стала закрывать входную дверь на замок.

На улице уже было темно, а потому я не сразу заметила, как за спиной вырос силуэт. От страха моё сердце убежало прямо в пятки!

– Девушка, а у вас зажигалки не найдется? – спросил мужской голос, и я медленно обернулась.

– Не курю, – ответила ровным тоном, а сама уже в сторону поглядывала, прикидывая в голове, куда стоит бежать.

Стрёмный какой-то мужик, одетый в спортивный костюм с длинным рукавом и с капюшоном на голове, и это в конце мая, когда на улице тепло, почти как летом!

– А вы здесь работаете? – кивнул на цветочный киоск за моей спиной.

– Извините, я пойду.

Напустила на себя невозмутимый вид, сделала решительный шаг вперед, но мужчина вдруг преградил дорогу. Предательские мурашки заплясали по всей спине. Страшно стало и очень сильно.

Принялась читать “Отче наш”, как вдруг послышался голос Дениса и я безумно ему обрадовалась в этот момент.

– Какие-то проблемы? – Денис подошел ближе и теперь моё сердце не стучало таким галопом, как минуту назад.

– Хотел попросить зажигалку, – нагло отмахнулся мужик, хотя тут и ежу было понятно, что зажигалка ему не нужна, а лишь повод прицепиться.

– Девушка не курит.

– Да, я услышал.

Денис молча взял меня за руку и повёл прочь от цветочного киоска, а я послушно шла рядом и даже, когда мы подошли к его машине, позволила усадить себя не переднее сиденье. Денис обогнул капот, прыгнул за руль, но заводить двигатель не спешил. Ко мне повернулся вполоборота, положил на руль согнутую в локте руку и стал тарабанить пальцами по кожаной обивке.

– Спасибо, что спас.

– На здоровье. Знаешь, Женя, у меня сейчас было какое-то дежавю. У тебя нет?

– Угу, есть такое.

– Ты ничего не хочешь мне сказать?

– Нет.

– Вот как? А я бы с удовольствием пообщался с твоим парнем и узнал, почему он разрешает тебе ходить по ночным клубам и почему позволяет работать здесь, да еще и допоздна?

Мои щеки вспыхнули предательским румянцем.

Чёрт!.. Он сказал про “моего парня”, а я уже успела забыть, как придумала его при нашей первой встречи.

– Молчишь? Нечего сказать или же я не прав?

Вздохнула. Бросила беглый взгляд на Дениса.

Злой он. Рассерженный зверь, а не бывший. И если я сейчас признаюсь в том, что соврала, то выставлю себя полной дурой в его глазах.

– Дай номерок своего парня. Я с ним встречусь и поговорю. По-мужски. Это ненормально, что ты работаешь до десяти ночи, а он тебя даже не встречает после работы.

– Ничего я тебе не дам! Сестре своей будешь приказывать, а не мне. Спасибо, что спас, но много на себя не бери.

– Почему у меня такое ощущение, что у тебя нет никакого парня и ты его нарочно придумала, чтобы я приревновал?

– Вот еще что, – раздосадовано буркнула.

– Всё с тобой ясно.

Больше Стрела ничего не сказал, лишь громко вздохнул и посмотрел на меня исподлобья, словно злился. А мне плевать было в этот момент, что на Стрелу, что на его злость. Домой поскорей бы добраться, да прижать к себе спящего сынишку, устроив его под боком на кровати.

Дени привез меня домой, я поблагодарила за поездку и сразу же выскочила на улицу.

***

Утром проснулась пораньше и, пока бабушка спала, покормила Тимофейку кашей, а затем устроила сынишку в коляске и потопала на рынок. Купила всё на праздничный стол и еще успела пробежаться по рядам с одеждой. В итоге выбрала для бабушки красивый летний сарафан, длинный и неброский, как она любит. Довольная походом на рынок, стала возвращаться домой и только свернула на свою улицу, как в груди защемило сердце, будто предвещая что-то нехорошее.

Его черную иномарку, припаркованную напротив ворот моего дома, я узнала сразу. Оттого пульс затарабанил в висках, а к горлу подкатил противный комок. Разозлилась. Подошла ближе к машине, заглянула в салон через лобовое окно, а там никого нет. Дурацкие предчувствия заставили испытать тревогу. Где же хозяин машины? Неужели в доме?

Миновала калитку, двор и, подхватив сынишку на руки, только ступила на крыльцо дома, как передо мной распахнулась дверь и на пороге появился он. Мы встретились взглядами буквально на мгновение. И если я в этот момент от злости готова была лопнуть, то Стрела сиял широченной улыбкой и тянул руки к моему сыну. Интуитивно я попятилась назад, прижимая Тимофейку к груди.

– Привет, давай помогу, – кивнул на сына.

– Что. Ты. Здесь. Делаешь? – отчеканила каждое слово, а глазами сравняла с асфальтом.

– Пришёл поздравить с днём рождения твою бабушку.

Я дар речи потеряла от подобного ответа, а потому захлопала ресницами.

В смысле?

– Жень, заходи. Не стой на пороге.

А чего он тут командует?

Но сказать это вслух я так и не успела – из-за спины Стрелы выглянула бабушка, и её тёплый взгляд растопил в моём сердце лёд. Я посмотрела на этих двоих недовольным взором, а они судя по дружным улыбкам, уже успели сговориться, иначе я отказываюсь понимать происходящее.

Мне ничего не оставалось другого, как зайти в дом и целый час терпеть присутствие Стрелы. Оказывается, он приехал не ко мне, а к моей бабушке и с этим я ничего не могла поделать!

Он подошёл ко мне неслышно со спины и позвал по имени, когда я резала торт. От неожиданности я вздрогнула и ранила себя ножом. Обиженно хмыкнула и тут же сунула пораненный палец в рот.

– Поранилась? Давай под холодную воду.

– Зачем ты подкрадываешься? Я чуть заикой не осталась.

– Извини.

Денис подвёл меня к умывальнику, открыл кран, приказал держать палец под холодной струёй воды, а затем ненадолго вышел из кухни и вскоре вернулся с коробкой из-под обуви, нашей домашней аптечкой. Я наблюдала за ним тайком: как он искал лекарства, как рассматривал каждую баночку, читал надписи. Наконец-то Стрела, вооружившись бинтом и перекисью водорода, подошёл ко мне.

– Выставь палец. Да… вот так. Умница.

Он поливал на мою рану лекарство, затем зачем-то дул на неё, а потом перевязал палец бинтом. И было в его движениях много нежности и осторожности, а в голосе заботы. И если бы Дэн не разбил мне сердце два года назад, сейчас от подобного я точно растеклась бы лужицей у его ног.

– Порядок, – сказал он после всего.

– Спасибо, – смущённо отвела в сторону взгляд и поспешила отдалиться от Стрелы.

А затем мы все сидели за одним столом и пили чай с тортом, который принёс Денис. Было так странно: сидеть рядом с ним в моём доме и праздновать день рождения моей бабушки. Я иногда поглядывала на Дениса и незаметно вздыхала. Это теперь всегда так будет? Он будет приходить ко мне домой, когда ему только захочется?

Тимоха стал канючить, и я поняла, что пришло время спать. Молча поднялась из-за стола и, подхватив на руки сынишку, потопала в спальню. А когда Тим заснул, и я вышла из комнаты, то Стрелы и след простыл.

– Цветочки видела? Мне таких раньше никто не дарил, даже твой дед, царство ему небесное, – бабушка расплылась в широченной улыбке и кивнула на наш старенький трельяж, где стояли вазы с букетами шикарных роз, тех самых, что Денис вчера купил у меня в киоске.

– Ба, ты продалась за цветочки? – хмыкнула я.

– Ах, Женька. Молодая ты, амбициозная. Бабка твоя сегодня-завтра может помереть, а у вас с Тимохой, кроме Дениса, никого и нет, получается. Так что налаживай отношения, внучка. Ради сына, естественно.

От возмущения я едва ногой не топнула. Помирать она собралась!

6

Через пару дней Машка позвала меня на шопинг. Я попыталась соскочить, даже нашла весьма убедительные отговорки, но это же Маша! Она просто приехала ко мне домой и пригрозила применить физическую силу, если не пойду добровольно.

Пока я орудовала расчёской, распутывая свои длинные волосы, непослушные, вечно вьющиеся и торчащие в разные стороны, Маша решила поиграть с крестником. Я с опаской поглядывала на подругу, гадая: рассказал ей обо всём Денис или же нет. И судя по всему, Маша ничего не знала, иначе давно уже сделала бы вырванные годы.

В скором времени я всё-таки распутала волосы и заплела их в толстую косу. Надела привычные джинсы и мешковатую футболку. Вдруг за моей спиной выросла Машка и укоризненно качнула головой.

– А ничего другого у тебя нет? – спросила подруга, явно раздосадованная моим внешним видом.

– Что-то не так? Мы разве не в торговый центр идём?

– Жень, – тяжелый вздох, – в таком прикиде только вместо пугала на огороде. Это же просто ужас.

Машка сказала это не со злобы, но меня всё равно царапнули её слова. Ну, да. Ворот футболки растянут, да и на ткани местами имеются катышки. Зато мои вещи чистые и без дырок. Мне не стыдно! И я совсем на пугало не похожа.

Подруга подошла к шкафу и стала осматривать его содержимое. Доставала по очереди каждую вещь, рассматривала её, морщила нос и отбрасывала в сторону.

– Просто кошмар. Жень, у тебя всё ещё хуже, чем я думала.

– Чем тебе не подошли мои обычные футболка и джинсы?

– Всем! Сегодня ты должна выглядеть на все сто. Ладно. Купим тебе что-то в торговом центре и там переоденем.

– Зачем?

– У нас знакомство с другом жениха.

Мне как-то сразу стало плохо, да и озорной блеск в глазах Машки подлил масла в огонь. Сваха! Она уже всё продумала.

Мои возражения подруга не приняла, а я с ней редко спорила. В нашей дружбе Машка всегда была лидером. Она – ведущая, я – ведомая. И этот факт никогда раньше меня не раздражал, но сегодня всё было иначе. Мне хотелось нагородить подруге с три короба и послать её лесом, далеко и надолго!

Да не нужен мне никакой друг жениха. Мне вообще никто не нужен, я прекрасно обхожусь без отношений с парнями, да и зачем это мне? У меня есть: Тимофей, бабушка и работа в цветочном киоске. Не до романтики, в общем.

***

Я не могла поверить, что позволила Машке уговорить меня на эту авантюру. В итоге мы с ней всё же приехали в торговый центр и, помимо туфель, купили мне джинсовые шорты и майку на широких бретелях, которая нагло обтянула мою грудь. Я смотрела на себя в зеркало и не могла узнать. Это было какое-то дежавю как тогда, когда подруга нарядила меня в ночной клуб. Шорты казались слишком короткими, хотя Машка уверяла меня в том, что я слишком закомплексованная и вообще, у меня такая фигура отпадная, что она даже иногда завидует. Я не понимала, чему она может завидовать. Мы носим с ней один и тот же тридцать восьмой размер одежды. И если у Машки красивая гладкая кожа, то у меня ужасные растяжки на животе и груди, которые появились после беременности и родов.

Машка рассчиталась за наши покупки и мне вдруг стало не по себе. А возражать бесполезно, да и как-то невежливо, что ли. Поэтому я натянула на губы широкую улыбку и расцеловала подругу в обе щеки, поблагодарив за подарки.

Взяв в руки по несколько пакетов, мы потопали в пиццерию, что находилась на первом этаже торгового центра. И только успели зайти внутрь заведения, как Машка стала оглядываться по сторонам. А потом она увидела своего будущего мужа и махнула ему рукой.

– Жень, улыбайся, ладно? У тебя такая красивая улыбка, а ты вечно хмурая, как грозовая туча. Кому ты такая понравишься?

– А я и не собираюсь никому нравиться, – недовольно буркнула.

– Да ладно тебе. Макс классный. Вот увидишь. Он работает вместе с Пашей, тоже айтишник. Живёт без родителей, один. Холостой. Зарплата у него хорошая. Так что постарайся ему понравиться.

– Знаешь, Машка, у меня такое ощущение, будто я племенная кобыла, которую привезли на выставку.

– Глупости не говори, – обиженно фыркнула Машка и потянула меня за руку вперёд.

Мы только успели подойти к столику, за которым сидели ребята, как две пары глаз уставились на меня. От пристального внимания мне стало неловко, захотелось сорвать с ближайшего столика скатерть и обмотаться нею, спрятавшись по самые уши. Машка дёрнула меня за руку, мол, пошли, чего застыла. И я заставила себя сделать шаг вперёд.

Подошли к парням совсем близко, один из них сразу же вскочил с дивана и рванул к Машке. Я отвернулась, покраснев до корней волос. Они целовались, только поцелуями это можно было назвать с большим трудом. Скорее, прелюдией к самому интересному.

Я поравнялась со свободным стулом, повесила на его спинку пакеты и плюхнулась на сиденье.

– Привет, – поприветствовал приятный баритон, и я вынуждена была поднять взгляд на молодого человека. – Я Макс.

– Привет. Я Женя.

Макс протянул руку, и я едва коснулась её пальцами, на что парень заметно ухмыльнулся. Вскоре к нам присоединились будущие молодожёны и мы вчетвером принялись листать меню.

Пока я пряталась за большой папкой, чувствовала на себе чей-то тяжёлый, пронзительный взгляд. Выглянула ненадолго и тут же пожалела об этом. Макс смотрел не в меню, а на меня! И он, вроде, хорош собой. Русые волосы, большие светлые глаза, волевой подбородок. Да только мне всё равно. В груди ничего не ёкает, не отзывается. Я после Дениса перестала испытывать какие-либо чувства к противоположному полу. И не потому, что никого не встретила лучше Стрелы. Просто мне хорошо одной. И спокойнее. Никто больше сердце не разобьёт. Ха! Там и разбивать больше нечего.

– А чем ты занимаешься, Женя? Учишься где-то? – вдруг спросил Макс.

Поправила на переносице очки и посмотрела на парня сквозь толстые линзы. Вот чего он хочет от меня, а? Не поверю, что ему не преподнесли на блюдечке мою биографию. Машка вон всю подноготную о нём меньше, чем за минуту рассказала.

Набрала в лёгкие воздух. Ладно. Лучше сделать это прямо сейчас, чем терпеть потом какие-либо знаки внимания.

– Я работаю в цветочном киоске. Живу с бабушкой. Воспитываю маленького сына.

– Ты мать-одиночка?

– Да.

– Ясно, – вдруг сказал Макс, и я победно улыбнулась.

Сдулся, да?

Да кому нужны матери-одиночки, ещё такие страшные, как я?!

За столом появилась живая беседа. Ребята обсуждали будущую свадьбу, а я молча сидела на стуле и переводила взгляд с одного на другого. У Машки зазвонил телефон. Порывшись в сумочке, она достала мобильник и приложила его к уху.

– Я нескоро буду, – возмущённо. – Да. Ключи у меня. Приезжай и забери. Сам! Так всё, Денис. Мне некогда.

Я видела с каким психом Машка ткнула пальцем на красную трубку и с каким порывом сунула мобильник в сумку. В отличие от Машки, я не разозлилась, а испугалась. О Господи, это же он приедет сейчас сюда! В голове ожили картинки, как Стрела смотрит на меня разгневанным взглядом, а затем говорит, что надел бы паранджу, будь на месте моего парня.

– Маш, я пойду, – подскочила со стула и стала в спешке сгребать пакеты.

– Жень, ты чего? Мы же только недавно пришли, – подруга обиженно надула губы. – Ну давай ещё немного посидим? Обсудим плейлист на свадьбу?

– Жень, оставайся, – подключился Макс, – я тебя потом домой отвезу.

Осталась. Ладно. Ничего страшного не произойдёт. В конце концов, я не могу всю жизнь убегать от Дениса. Он – отец моего сына и потому нам теперь видеться до конца наших дней, хочу я того или нет.

Следующие двадцать минут я сидела вся как на иголках, ожидая появление старшего брата подруги. И он появился! Внезапно. Со спины. Испугавшись, едва за сердце не схватилась и хорошо, что в этот момент все взгляды были обращены на Дениса, а не на меня.

– Всем привет, – Стрела подошёл к Машке и навис сверху, ожидая, пока она достанет из сумочки связку ключей.

Вдруг он повернул голову вправо и впился в меня колючим взглядом, забирающимся прямо под кожу. Я сразу почувствовала, что он рассердился. Поджал губы. Сузил глаза. А ещё ноздри его носа широко раздулись. И я вдруг осознала, что последние секунды Стрела смотрел не на меня, а на Макса, который имел наглость подсесть ко мне немножечко ближе.

– Держи.

Машка потрясла связкой ключей и Денис резко их отобрал. А затем он вдруг сел на свободный стул, прямо напротив меня и взял в руки в меню.

Всё было будто немое кино без титров. Ребята, трое как один, уставились на Дениса, а Дэн на меня смотрел. Хмурил брови. Сверлил глазами. Словно я заняла у него до зарплаты и не отдаю больше месяца.

– Денис, ты чего? – спросила Машка, и я аж облегчённо вздохнула – Стрела перевёл взгляд на сестру.

– Проголодался. Закажу пиццу. Будет кто-то?

– Ну, мы как бы э-э-э… – Машка зависла, а Паша ткнул её в бок локтём, ну мол, это же твой брат, пусть остаётся. – Уже поели.

Я перед всеми извинилась и, схватив сумочку, двинулась к выходу. Спину прожигал взгляд, а уши горели огнём. И я знала, кто буравил дыры на моей филейной части, которую с трудом прикрывали джинсовые шорты, поэтому шла не оборачиваясь.

Юркнула в уборную. Открыла в кране холодную воду и стала яростно умываться, намереваясь остудить жар, который охватил всё лицо и уши. Хлопнула дверь. За спиной послышались тяжёлые шаги. Стала на ощупь искать очки, которые положила на раковину. И тут мне их кто-то всунул прямо в руки!

Тушь перестала жечь глаза, я проморгалась и уставилась перед собой шокированным взглядом. Остолбенела. Вжалась в холодную стену и проглотила язык. А он приблизился ко мне почти вплотную, но не прикоснулся. И если бы Стрела сейчас до меня дотронулся, я бы точно свалилась в обморок.

– Женя, а что за внешний вид? – спросил он, кивая на мои коротенькие шорты.

– Что-то не так?

– Тебе мало по жизни приключений? Ты скажи, если не хватает острых ощущений, так я тебе мигом порцию адреналина выпишу. Хватит надолго!

Он едва не рявкнул и, как мне показалось, его фраза прозвучала с подтекстом. Мне не адреналин обещали выписать, а дать ремня!

И тут я разозлилась. Выпрямила спину, сделала глубокий вдох и шагнула вперёд, замирая прямо напротив Дениса.

– Ты мне сейчас угрожал?

– Предупреждал.

Ухмыльнулась, вложив в этот жест максимум пренебрежения. Ничего не сказала. Решила молча пройти мимо, да только кто ж позволил? За руку схватил, когда поравнялась со Стрелой. Вынужденно остановилась. А он подошёл ко мне сзади и едва не прижался к спине. Его дыхание колыхнуло волосы на моём затылке и мурашки заплясали по позвонкам.

– Женя, не провоцируй меня. Я не хочу, чтобы мать моего сына ходила в таких откровенных шмотках и все на неё пялились. Как и не хочу, чтобы она сидела со всякими козлами в каких-то там пиццериях. Ты же хорошая девочка. Всегда была умницей. Что на тебя нашло? Это на тебя так Машка плохо влияет или ты специально делаешь мне назло?

– Руку отпусти! Это раз. Я – мать твоего сына, а не жена. Нечего мне указывать! Это два. Я тебе ничего не должна! Это три.

Дэн отпустил мою руку, и я даже успела подойти к двери, как он сказал:

– Я даю тебе десять минут, чтобы попрощаться с друзьями. Жду на парковке возле торгового центра. Если не придёшь – я поднимусь в пиццерию сам. И поверь, тебе это – точно не понравится!

Я ничего не сказала в ответ, хотя на самом деле испугалась. Вдруг он не шутит? Придёт в пиццерию, возьмёт меня за руку, будто имеет на это право, заглянет в мои глаза через толстые стёкла очков и скажет: “Мать моего ребёнка, пошли домой”. Мне как-то сразу стало плохо, да ещё воображение подкинуло красноречивую реакцию Машки. Интересно, она меня убьёт, а потом перестанет со мной разговаривать или же сначала поговорит, а потом всё-таки убьёт?

Вернулась к ребятам. Одна. Оглянулась, а Дениса и след простыл. Значит, всё-таки пошёл на парковку ждать меня.

– Ребята, извините, мне надо бежать.

– Жень, что-то случилось? – взволнованно спросила Маша.

– Нет. Бабушка просто позвонила, сказала, чтобы я поскорее домой вернулась.

– Что-то с Тимохой?

– Нет, – подхватила пакеты. – Всё в порядке. Я убежала, позвоню тебе, – послала воздушный поцелуй и выскочила из пиццерии.

Наверное, я была не слишком убедительной, потому что вскоре пропиликал мой мобильник, оповещая о новом сообщении. Пробежалась взглядом по экрану: “Если ты от меня что-то скрываешь, то я прибью тебя, Женя” . Сунула телефон в сумочку и ускорила шаг. А оказавшись на улице, стала оглядываться по сторонам. Вроде стреловским духом не пахло на горизонте, а потому я быстренько потопала к остановке.

Визг тормозов и дым из-под колёс. У меня даже туман перед глазами образовался, и я закашлялась от запаха палёной резины.

Хлопнула дверца и моему взору предстал злой Дэн.

– Вздумала динамить меня? Давай. Садись.

Втянула воздух ноздрями, а пальцы сжала в кулаки. Но на этом всё. Мне даже возмутиться как следует не дали. И как у Стрелы так легко получилось запихнуть меня в машину – это я тоже не поняла. Всё произошло мигом. Моргнула и уже оказалась сидеть рядом со Стрелой.

По дороге домой мы не проронили ни слова, хотя я видела, каким багровым от злости было лицо Дениса. Ха! Это он ещё меня в платье не видел, которое подарила его младшая сестра. А в платье открытая спина, ткань идеально облегает бёдра, а на лифе достаточно глубокий вырез.

Машина остановилась напротив ворот моего дома, и я поспешила выскочить наружу. А Дэн следом пошёл. Я обернулась и взглядом сравняла его с тротуарной плиткой. Но не помогло. Он за мной в дом следом и с бабушкой поздоровался, а та, предательница, предложила его накормить супчиком, и он не отказался. Гад какой! Дома, что ли, супа нет?!

И пока я стаскивала с себя дурацкую майку и шорты, в спальне открылась дверь, и мы со Стрелой встретились взглядами. Мгновение. Секунда. Я смотрела ему в глаза, а он на мой полупрозрачный лифчик без пуш-апа.

– Выйди! – процедила через зубы, и он наконец-то скрылся за дверью с обратной стороны.

Всё моё негодование рвалось наружу. Ну какой гад, а? Приходит как себе домой, ест из моей тарелки, общается с моей бабушкой, врывается ко мне в спальню, а завтра что? Подушку у меня отожмёт?

Надела хлопковый халат чуть выше колен и вышла из спальни. А он под дверью стоял и на меня так странно посмотрел, что я сперва растерялась и даже замерла.

– Всё? Переоделась? Я могу войти в комнату?

– Зачем?

– С сыном хочу побыть. Нельзя?

И он такими глазами на меня глядел. Умоляющими!

– Иди. Ладно, – согласилась я и поспешила к бабушке на кухню.