Текст книги "Наследник от бывшего (СИ)"
Автор книги: Юлия Бонд
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 16 страниц)
Наследник от бывшего
1
Увидела его и сердце остановилось. И вдруг забыла, куда шла. А он стоял ко мне вполоборота, зажимая плечом телефон, и смотрел вдаль.
Мне дышать тяжело. С плеч рюкзак сняла и в спешке принялась искать баллончик с лекарством. Глубокий вдох. Ещё и ещё. Из лёгких вырвался свист, но я сжала зубы и с трудом продолжила глотать воздух. А потом я в себя пришла. Ну и что такого случилось? Подумаешь, увидела его. Он же не фильм ужасов, чтобы пугаться до чёртиков и хвататься за баллончик, купирующий приступ астмы.
Головой качнула. Тщетно. На подкорке всё. Не прогнать! И та фраза, выученная наизусть, как на репите, крутится и крутится:
"Мы не предохранялись, поэтому лучше купи в аптеке таблетки".
Взгляд бросила на иномарку, возле которой он стоял. Красивая и дорогая – мы с сыном на таких не ездим. Решительно шагнула вперёд и, опустив голову, мимо прошла. А он в упор меня не видит или просто не узнает. Два года почти прошло. Он мог забыть: меня, мой голос, моё имя.
И я не хочу, чтобы он меня заметил. Только не сейчас, когда на мне обычные потёртые джинсы и белая футболка – всё куплено в секонд-хенде. А ещё волосы собраны на затылке в дурацкий пучок, я без макияжа и, о боже, на мне большие очки в металлической оправе. Я выгляжу не стильно, скорее, дешёво. В принципе, меня это никогда не парило, важнее, чтобы у сына было всё, но сейчас я реально стесняюсь.
– Женька, – неожиданно пронеслось, когда я поравнялась с иномаркой.
Чёрт…
Узнал.
Какой ужас!
– Привет! – подошёл ближе, завершил звонок и, сунув мобильник в карман, продолжил говорить, будто мы старые знакомые, которые давно не виделись. – Ты изменилась. Я не узнал тебя.
У него красивый баритон с хриплыми нотками. Я даже заслушалась, не обращая внимание на участившийся пульс, который в этот момент тарабанил где-то в висках.
– Ты куда бежишь? К Машке?
– Да.
– Садись. Подвезу.
Я не пошла за ним следом. На месте застыла, как вкопанная. Разглядывала его со спины, делая про себя отметки, что в плечах ещё шире стал, подкачанный. Видимо, железки свои не переставал тягать всё это время, что мы не виделись. А я тоже спортом занималась, если можно так сказать. Тимофей бутузом растёт, плюс коляска у меня совсем нелёгкая. Вот и силовые упражнения на каждый день.
– Жень, ну ты чего? Садись.
– Спасибо, я пешком. Мне ещё в один магазин нужно заскочить.
– Так я подвезу. Не проблема же.
Он принялся улыбаться, обезоруживая меня полностью. А мне так захотелось сбить с него спесь: наговорить кучу гадостей и швырнуть в лицо деньги, те самые, что оставил мне после проведённой вместе ночи. Я же их так и не потратила, хотя было пару моментов, когда очень не хватало на жизнь. Вот буквально недавно Тимофейке на кашу. Тогда бабушка добавила, а мне стыдно было в очередной раз. У бабушки пенсия смешная, а тут ещё я со своим ребёнком.
– Садись, – настойчиво повторил, распахнул передо мной дверцу машины и чуть ли не толкнул в спину.
Очень вовремя у меня зазвонил телефон. Я тут же достала его из кармана и, не глядя на имя абонента, поднесла к уху.
– Да, любимый. Конечно, я помню. Не переживай, со мной всё хорошо!
Чувствовала, как пылают щёки и про себя молилась Богу, чтобы телефонный разговор выглядел правдоподобно. Не знаю, зачем я вздумала разыграть этот спектакль, да и бабушка на том конце провода в шоке, что я назвала её "любимый”, но мне так отчаянно захотелось выглядеть в его глазах счастливой! Пусть не думает, что пока он вил своё семейное гнёздышко, я пыталась подняться с колен. Ха! Я на них даже не упала. Слава богу, бабушка сразу сказала, что ни о каком аборте и речи идти не может. Рожать будем несмотря ни на что!
Завершив звонок, я демонстративно спрятала мобильник в карман и, поправив на переносице очки, осмелилась заглянуть в его золотисто-карие глаза. В горле тут же пересохло, и я даже не смогла пошевелить языком, потому что во рту было будто битое стекло.
– Я не езжу с чужими мужчинами. У меня парень ревнивый, – выдала на одном дыхании, круто развернулась и пошла прочь.
И пока я шла, ощущала, как спину прожигает тяжёлый взгляд. В этот момент хотелось обернуться, чтобы ещё раз посмотреть в его красивые, наглые глаза, но разум приказывал иное: вздёрнуть подбородок повыше, расправить плечи и не оглядываться.
Я молодец!
Не оглянулась.
И даже дошла до конца улицы уверенной походкой от бедра, а затем завернула за угол и вдруг остановилась. Дальше просто не смогла идти. Грудную клетку снова сжало тисками, а горло задушили непролитые слезы. В голове застучало набатом и на подкорке всплыл его образ.
Как же трудно, Господи.
Как не слететь с катушек?
Я думала, сильная, выдержу. Тысячи раз я представляла эту встречу. Была уверена, что пройду мимо и сделаю вид, будто мы незнакомы. И вот этот день настал. Куда подевалась вся моя броня? Кажется, ее и вовсе не было, наверное, поэтому у меня трясутся коленки, а по спине мелкой струйкой стекает холодный пот.
Через двадцать минут подошла к дому подруги. Оглянулась по сторонам, и не увидев поблизости той дорогой иномарки, нажала на дверной звонок. Послышался лай собак и вскоре на горизонте замаячили темные волосы моей Машки. Увидев меня, подруга приветливо помахала рукой и поспешила открыть калитку.
– Женька, ты сейчас упадёшь! – с ходу заявила Маша, стоило мне зайти во двор. – Идём скорее, я хочу тебе кое-что показать.
– Маш, да что случилось?
– Это сюрприз.
Я так ничего и не поняла, а потому просто послушно потопала за подругой. Мы зашли в дом, а на первом этаже в гостиной мама Маши натирала полиролью мебель. Увидев меня, она приветливо улыбнулась и предложила пообедать. Я поздоровалась в ответ и поспешила отказаться. Мне всегда было так неудобно перед этой женщиной и её заботой. И дело не в том, что её чай невкусный или же те паровые котлетки, которые она специально готовила для меня. Просто я видела в её глазах жалость и это было больно, будто ковыряло свежую рану острой иглой.
А ещё меня мучила совесть, что я не имею права так поступать и не должна скрывать правду...
Маша привела меня в свою спальню и подтолкнула в спину, когда я застыла посреди комнаты. А на вешалке, прицепленной к карнизу, висело вечернее платье. Очень красиво. У меня аж дух захватило, стоило подойти поближе и детальнее рассмотреть этот наряд. Длинное, на широких бретелях, с открытой спиной. Силуэт “рыбка”. Цвет шампанского. Я не удержалась и коснулась его рукой. В голове сразу же нарисовался образ, как я кружу по залу в этом восхитительном платье.
– Примеряешь? – из грёз вырвал голос подруги.
– Да как-то неудобно.
– В смысле? Неудобно ей! – хмыкнула Машка и, обогнув меня с правого фланга, рванула к платью. – Давай, Женёк, раздевайся.
– Может, не надо?
Сложила на груди руки и заглянула в глаза подруги умоляющим взглядом. Я же знала, что это платье Машка мне хочет подарить, а потому и пыталась дать задний ход. А толку? Вместо ответа Маша сняла с вешалки платье и демонстративно сунула мне в руки.
– Жень, я хочу, чтобы подружка невесты была самой красивой на моей свадьбе.
– Вот именно. Твоей свадьбе, Маша! Ты должна быть самой красивой.
– Ой, да ладно тебе. Не ёрничай. Ты же поняла, что я имела ввиду. Примерь платье, пожалуйста. Или оно тебе не понравилось?
– Шутишь? Оно восхитительное.
***
Я всё-таки надела платье. Оно оказалось настолько изумительным, что в зеркале я с трудом смогла узнать саму себя. Нет! Эта красивая девушка определённо не могла быть мной. В повседневной жизни я носила мешковатую одежду, а потому привыкла видеть себя другую. Сейчас передо мной была девушка с красивой фигурой, напоминающей песочные часы. Да я даже не знала, что моя полная грудь, которую я всегда стеснялась и прятала под бесформенной футболкой, может так сильно преобразиться в этом лифе платья, расшитого мелкими камушками.
– Какая же ты у меня всё-таки красивая! – воскликнула Машка и поспешила снять с меня очки и распустить волосы.
– Маш, очки отдай.
– Они портят всю картину.
– А без них я вообще никакой картины не вижу.
– Я сейчас тебя сфоткаю без очков, а потом покажу. Сама посмотришь.
Кивнула и следующие пару минут позировала перед подругой, ощущая себя настоящей моделью.
– А теперь выставь ногу вперед и сделай прогиб в спине.
– Зачем, Маш?
– Будем обновлять твои фотки в Инсте.
– Да у меня её и нет, – хмыкнула, на что подруга недовольно цокнула языком.
– А вот теперь будет. Жень, тебе сколько лет? – я пожала плечами, и Машка продолжила говорить: – вот мы знакомы с тобой с самого детства и сколько я тебя помню, ты всегда была такой.
– Какой?
– Не от мира сего! Тебе только двадцать лет, Жень. Это молодость! Нужно веселиться, развлекаться, встречаться, влюбляться, а ты что?
– А у меня Тимофей, Маш. Мне не до развлечений. Мне сына поднимать на ноги нужно. Как-то не до веселья.
– Угу, Тимофей у неё. А от кого ты всё-таки родила, подруга? Ты же вся такая скромница. Я вот до сих пор понять не могу. Непорочное зачатие?
– Маш, – я обиженно поджала губы.
– Ну что Маш? Мне больно на тебя смотреть, подруга. Может пора сказать отцу ребёнка, что он – отец?
– Мне от него ничего не нужно!
– Ну, да. Гордая. Ты тянешь на себе дом, больную бабушку и маленького сына, а сама что?
– А что сама?
– Жень, тебе только двадцать, а ты одеваешься чуть лучше своей бабушки. Работаешь в цветочном киоске, а могла учиться на юрфаке.
– Не могла, и ты это знаешь.
– С твоей золотой медалью ты могла поступить на бюджет. На дневное! Но вместо юрфака ты выбрала путь стать матерью-одиночкой.
– Я же тебе говорила. Мне нельзя было прерывать первую беременность.
– Да слышала я про этот твой отрицательный резус-фактор. Сейчас медицина шагнула вперёд и очень серьёзно. На ранних сроках можно пить таблетки. Ещё я слышала про иммуноглобулин...
– Маш, давай закроем эту тему. Мне она неприятна. Я люблю своего сына и ни о чём не жалею.
– Да я тоже люблю твоего Тимофейку. Прости, я не то имела в виду. Я хотела сказать другое. Мне просто непонятно, почему отец ребёнка не помогает вам. Он же тоже должен нести ответственность.
– Он ничего не должен!
– Какая ты упрямая, Женька. Он мог бы помогать тебе финансово. Тебе же трудно. Я знаю. Ты хочешь казаться сильной, взрослой. Жень, но тебе только двадцать, пойми. Ты слишком много взвалила на свои плечи. У меня есть родители, которые тянут на себе всё. У меня есть старший брат, который всегда поможет. А кто есть у тебя, кроме бабушки? Завтра с ней что-то случится и что ты будешь делать?
***
К концу реплики Машки я всё-таки расплакалась. А подруга, поняв, что перегнула палку, принялась меня успокаивать. Она обняла за плечи, погладила по спине между лопаток и пообещала, что в этой жизни я обязательно стану счастливой и всё у меня будет хорошо.
– А давай мы с тобой чай попьём?
Я одобрительно кивнула и поспешила размазать по щекам солёную влагу.
– Переодевайся и спускайся в кухню. Я буду тебя там ждать.
Машка вышла из спальни, оставляя меня в одиночестве. Я подхватила с пуфика очки, надела их и стала перед зеркалом. И правда, ничего так. Если сделать красивую причёску и макияж, то получится здорово.
Я наконец-то успокоилась. Переоделась в свои привычные джинсы и футболку, пальцами расчесала волосы и собрала их в тугой пучок на затылке. За платье, конечно же, спасибо, но я вряд ли приму такой дорогой подарок. Совесть не позволит, ведь бабушка воспитала меня жить по средствам, а к такому платью нужны туфли шикарные, и сумочка, наверное. И вообще, я думала на свадьбу подруги надеть брючный костюм белого цвета – мой парадный! Я в нём на выпускном была.
А сейчас смотрю на это платье и понимаю, в какой дурацкой ситуации оказалась. Машка всегда пытается задарить меня подарками: то кофту свою подарит, то типа джинсы не угадала с размером, то второй спортивный костюм по скидке пятьдесят процентов взяла. И я благодарна ей за это, хотя чаще всего мне неловко. С платьем же реально перебор! Да оно стоит как вся моя зарплата за месяц, если не больше.
Спустилась по лестнице на первый этаж и только успела подойти к кухне, как невольно услышала разговор подруги и её матери.
– Мам, а чего Денис вернулся?
– Сказал, что в отпуск.
– И как его только Светка отпустила?
– Они же развелись. Ты не знала? – в ответ подруга громко фыркнула, и женщина продолжила: – я смотрю, Маша, тебя совсем не волнует жизнь брата.
– Не волнует. Он взрослый мужик. И если он развёлся, то мне-то какое дело?
– Ну, знаешь ли. Между прочим, у него сейчас трудный период. Могла бы ему помочь. Брат всё-таки.
– Помочь? Это как же? Стать его личным клоуном? Веселить его?
– Да не ёрничай ты, Машка. Я не это имела в виду. Просто поговори с ним по душам.
– Мам, мне двадцать. Денису тридцать. О чём нам разговаривать?
– Очень плохо, что тебе даже не о чем поговорить с родным братом.
Я прижалась к стене и трудно задышала. Сердце бешено застучало, а пульс забарабанил где-то в висках.
ОН приехал в отпуск.
ОН развёлся!
Да я с ума сойду, пока Стрела Денис будет околачиваться в нашем городе.
Так… Стоп!
Это его родной город, во-первых. А во-вторых, всё это временно. Нужно только потерпеть всего лишь месяц или сколько там люди отдыхают в отпуске?
2
Наверное, я слишком шумно дышала, потому что вскоре Машка оказалась стоять напротив меня.
– Ну и чего ты тут стоишь?
– Маш, я пойду домой, наверное.
– Здрасьте, моя радость, – подруга повела бровью и раскинула в стороны руки. – Мы, вообще-то, собирались делать мне пробный макияж. Забыла?
– Да, прости. Конечно.
Я виновато улыбнулась.
Чёрт… Ну почему мне только стоило услышать разговор о нём, как перед глазами пронеслась вся моя жизнь за последние два года?
– Жень, тебе нехорошо? Бледная какая-то. Давай всё-таки чай попьём, а макияж потом сделаем. В другой раз.
Отказаться не получилось – Машка едва не клещами вцепилась в мою руку и потащила к столу. Усадила на стул, поставила передо мной чашку с чаем и тарелку с бутербродами, и приказала есть.
– Нет, спасибо. Я не голодная, – попыталась мягко возразить, но тут уже подключилась мама Маши, Оксана Васильевна.
– Жень, а хочешь, я тебя супом накормлю? С фрикадельками, как ты любишь. А ещё у меня есть перец фаршированный.
Боже, я чуть не расплакалась.
Неужели я так жалко выгляжу, что меня обязательно нужно кормить каждый раз, когда я появляюсь в этом доме?
– Я просто чай попью. С бутербродами. Спасибо!
Я всё-таки смогла тактично отказаться и, кажется, Оксану Васильевну мой отказ нисколько не расстроил. Она повернулась к кухонной плите и продолжила готовку. Я пила чай, когда за окном послышался лай собак. Машка встала со стула и прошлась к окну, отдёрнула занавеску и всмотрелась вдаль.
– О, братец приехал, – произнесла подруга, а я вдруг подавилась бутербродом.
Закашлялась. Схватилась за кружку и принялась жадно пить, надеясь проглотить кусок, ставший поперёк горла.
***
Присутствие ЕГО я ощутила на интуитивном уровне. Возможно, это обычное совпадение, а может быть, я просто сильно зациклилась на приезде Стрелы в родной город. Он шёл по коридору, а мне казалось, что топчет моё сердце, потому что в этот момент внутри меня всё переворачивалось. Я чувствовала, как в душе надрываются печальные струны, а в голове бахает молот. И я не знала, сколько ещё смогу продержаться, ведь в этот момент мне казалось, что я не сдержусь и выдам себя с потрохами.
Мгновение и мы встретились взглядами. И в этот момент он смотрел на меня как-то иначе, не как тогда, когда мы случайно встретились на улице пару часов назад. Сейчас его карие глаза скользили по моему стану не торопясь, будто изучая.
Денис сжал губы в одну линию и шумно втянул воздух ноздрями, а затем его присутствие обнаружили мать с сестрой и наш с ним зрительный контакт прервался.
– Всем привет, – сказал он и моё сердце пропустило удар.
– Привет, сыночек! Садись к девчонкам, я сейчас тебе чай налью, – поспешила ответить Оксана Васильевна.
Я спрятала взгляд, уткнувшись в чашку чая, и затаилась, прислушиваясь к бахающему в груди сердце. В этот момент оно так громко стучало, что, казалось, эти звуки слышны абсолютно всем.
– Ну что, рассказывай, как твои дела, – заговорила Маша. – Мама сказала, ты развёлся.
– Да, – коротко бросил он, а сам на меня посмотрел, будто ожидая реакцию.
– И чего так? У вас же такая любовь была! Вы с первого курса универа вместе. Или дочка прокурора нашла себе кого поинтереснее и адвокаты нынче не её формат? – съязвила Машка и я стала наблюдать, как багровеет лицо Дениса.
– Маш, – вмешалась Оксана Васильевна. – Давай без вот этих твоих подколов.
– Ну а что я такого сказала? Просто спросила, почему развелись. Что в этом такого?
– Света ушла к другому, – ответил Денис, а я сама не поняла, как внутри меня всё просто запищало от радости.
Нельзя радоваться чужому горю, ведь у него горе, да? Любимая женщина ушла к другому!
Наверное, для Стрелы это трагедия, а я радуюсь, как ненормальная. Не потому, что, он теперь холост, а потому что его бросили. Подло и нагло предали, как он меня когда-то.
Ему больно? Вот и замечательно.
Пусть на себе испытает, каково это, когда тебе плюют в душу и сердце разбивают. Вдребезги! Конечно же, это всё ничто, по сравнению с тем, что испытала я, но да здравствует “Закон бумеранга”.
В комнате повисла пауза. Все неожиданно замолчали и лишь свисток закипевшего чайника разбавлял угрюмую тишину, повисшую над нами невидимым облаком. Мы с Машкой переглянулись, и я пожала плечами, мол, ну, наверное, так бывает, люди расходятся.
– А у тебя как дела, Жень? – вдруг спросил он, всматриваясь в мои глаза, которые я прятала за толстой линзой очков в металлической оправе.
– Хорошо, – коротко ответила.
– На юрфак поступила?
– Нет.
– Почему? – удивился он, а я чуть не расплакалась.
В смысле?
Он не в курсе?
Не знает, что у меня есть маленький сын, что я, в отличие от его младшей сестры, не имею таких крутых родителей и брата адвоката, известного на всю столицу?
– Так получилось, – ответила я, натянув фальшивую улыбку.
– Жаль.
И мне жаль...
Очень жаль, что влюбилась в тебя когда-то, а ты всего лишь нашёл во мне утешение, когда незадолго до свадьбы поругался со своей любимой девушкой.
Почувствовав, как пылает моё лицо, я поспешила отвернуться. А затем, извинившись перед всеми, рванула прочь из кухни. Быстрым шагом прошлась по коридору, юркнула в ванную комнату, закрылась на щеколду и дала волю слезам.
Вот и всё. Вот и вся моя броня рухнула! Наивная дура!
Что я себе думала, когда продолжила дружить с его сестрой? На что рассчитывала? Не знала, что ли, что Стрела рано или поздно приедет в родной город? Или думала, после всего смогу спокойно сидеть с ним за одним столом, пить чай и делать вид, что ничего не произошло?
Я подошла к умывальнику, стащила с переносицы очки, включила в кране холодную воду и принялась умываться. Подставив обе ладони под струю, я черпала воду и чуть ли не втирала её в лицо. Успокоилась нескоро, а потому, когда спустя время вышла из ванной комнаты и лоб в лоб столкнулась с лучшей подругой, поспешила отвернуться в сторону.
– Жень, всё хорошо?
– Да.
– Ты как-то выглядишь не очень. Может попросить Дениса отвезти тебя домой или вызвать такси?
– Ничего не нужно. Пешком дойду.
– Точно?
Устало улыбнулась и попыталась убедить подругу, что ничего "такого" не произошло, со мной всё нормально и я в состоянии дойти домой.
– Странная ты какая-то сегодня, – Машка напоследок ухмыльнулась и обняла меня за плечи, а затем шепнула на ухо: – пойдём вечером погуляем? Мне кажется, тебе нужно расслабиться.
– Маш, не могу. Извини.
– Ты всегда не можешь. Ну хоть раз бы сходила со мной на дискотеку или в торговый центр на шопинг.
– Схожу. Обязательно. Но не сегодня, ладно?
Подруга обиженно поджала губы.
– А платье хоть понравилось?
– Очень.
– Значит, на днях поедем покупать к нему туфли.
– Маш, я не уверена…
Не успела закончить мысль, как Маша поторопилась убедить меня в том, что отказы не принимаются.
***
Когда я подошла к дому, то напротив ворот заметила припаркованный чёрный автомобиль с тонированным окнами. Это не могли быть гости или знакомые, ведь мы с бабушкой ни с кем особо не общались. А потому в сердце остро кольнуло, нехорошие предчувствия забрались в душу и стали царапать её изнутри, будто осколками стекла.
Миновав калитку, я оказалась во дворе и неожиданно встретилась с незнакомым мужчиной немного за сорок, одетым в чёрную одежду. Мне он сразу не понравился. Какой-то стрёмный. Лицо худое, вытянутое, шрам на брови, кривой нос. Неприятный человек, от таких, как он, нужно держаться подальше. Мужчина мазнул по мне пугающим взглядом и так хищно оскалился, что у меня похолодели внутренности. Но я сделала вид, что ничего не боюсь и осмелилась заговорить с ним первой.
– Вы к бабушке приходили?
– Приходил.
– А по какому вопросу?
– У бабули своей спроси. И передай, что её внучка в жизни ещё красивее, чем на фото.
Я ничего не успела ответить, но мужчина этого и не ждал. Он ухмыльнулся и решительно двинулся вперёд, к воротам. А я смотрела ему вслед, ощущая неподдельную тревогу. Бабушка. Тим!
Рванула к дому. Наспех скинула кроссовки и бегом в коридор. Застала бабушку в моей спальне. Она сидела возле кроватки и пела колыбельную. Я порывалась подойти к ней, но подо мной скрипнули половицы – бабуля обернулась и жестом указала мне на дверь. Я молча вышла в коридор, а потом с трудом дождалась, когда бабушка убаюкает внука.
Бабуля вышла спустя минут пять, которые мне показались мучительной вечностью. Я едва не извелась вся, меряя шагами коридор. Бабушка взяла меня за руку чуть выше локтя и повела в зал.
– Ба, а кто к тебе приходил? Я видела во дворе мужчину. Такой стрёмный.
– Напугал?
– Напугал, – согласно кивнула. – Сказал, чтобы я тебе передала, что внучка в жизни ещё красивее, чем на фото.
– Вот же ж урод!
– Бабушка, да что такое?
Бабуля вдруг за сердце схватилась и часто-часто задышала. Я поспешила усадить старушку в кресло, а потом рванула на кухню, к шкафчику, где хранилась аптечка. Быстро отыскала знакомую бутылочку тёмного цвета, достала рюмку и накапала сердечные капли. Отнесла бабушке. Дождалась, пока она примет лекарства.
– Ба, – упала перед старушкой на колени и взяла её за холодную руку, – ты меня пугаешь.
– Всё хорошо, Евгеша.
– Может скорую вызвать?
– Не нужно, – покачала головой. – Сейчас всё пройдёт. Что-то я сильно разволновалась.
– Из-за того мужчины? – спросила я и бабушка согласно кивнула. – Что он хотел? Ба, я же не отстану от тебя. Скажи сразу.
– Он хочет купить наш дом.
– Но мы его не продаём, – удивилась я.
– Ха, таких как он не волнует наше мнение.
– Он бандит, да?
– А чёрт его знает. Но рожа неприятная.
– Ба, а зачем ему наш дом? Из-за земли?
– Да, внучка. Ведь только мы и ещё несколько домов остались в этом районе. Земля им наша нужна, чтобы построить здесь пентхаусы для богачей. Центр города всё-таки.
– Ах, бабушка. И давно у нас дом хотят купить?
– Да вот уже второй месяц ходит. Я оборону держу.
– А если в полицию обратиться?
– С чем ты обратишься, внучка? Какую статью закона нарушил этот человек?
– Я не знаю. Ну должен же быть какой-то выход?
– Должен. И мы обязательно его найдём.
***
Я была на работе, когда позвонила Машка и поставила перед фактом, что сегодня вечером мы идём тусить в клуб, а завтра у нас будет шопинг – нужно купить туфли для подружки невесты, да и самой невесте что-то не хватает по мелочи. Я пыталась дать задний ход, но Машка стала обижаться.
– А я бы пришла на твой девичник, Жень.
– Маш, ну, где я, а где клубы? – усмехнулась. – Вы с девчонками танцевать любите, а я не танцую. Ты же знаешь.
– Угу, ещё и не пьёшь, и на мальчиков не смотришь. Скучная ты, – обиженно фыркнула подруга, а затем поспешила добавить: – если не придёшь, то я не буду с тобой разговаривать до самой свадьбы.
Скрепя сердце я согласилась, а как иначе? Мы же с Машкой дружим с первого класса, за эти годы она мне стала как сестрой, которой у меня никогда не было.
Я доработала до конца смены, а в восемь часов вечера закрыла цветочный киоск и потопала домой. И пока я шла, меня не покидало стойкое ощущение, будто за мной следят. Обернулась. Вроде никого подозрительного, да только сердце бухало в груди с таким грохотом, что казалось его стук слышно на всю округу. А ещё позади меня мелькнула чёрная иномарка и в голове тут же всплыл образ того неприятного мужика, что буквально недавно стал незваным гостем в доме моей бабушки. Попыталась прогнать дурацкое чувство тревоги. Просто я себя накручиваю, и никто за мной не следит, ну сколько таких иномарок в нашем городе?
***
– Мне кажется, она сильно короткая, – я потянула юбку вниз, и Машка тут же закатила глаза.
– Тебе кажется, Жень.
– Да? Тогда почему у меня такое ощущение, что я голая?
– Да потому что ты привыкла ходить в своих балахонах.
Машка подошла сзади, обняла меня за талию и устроила голову на моём плече.
– Жень, посмотри в зеркало и скажи, кого ты там видишь?
– Вижу вульгарно одетую девушку. Джинсовая юбка едва прикрывает филейную часть, а эта майка слишком обтягивает грудь и вырез глубокий.
– Глупышка. А я в зеркале вижу молодую и привлекательную девушку. Юбка ни разу не короткая, да и майка вполне себе приличная. Между прочим, я в ней на пары в универ ходила, а там у нас абы в чём не пускают.
Вдруг Машка потянулась к моим волосам.
– Так… Сейчас мы сделаем из тебя настоящую красотку.
– Может, не надо?
– Надо, Женя. Очень надо. Мы пойдём в клуб и там кого-нибудь для тебя подцепим.
– Мне никто не нужен, – резко возразила я, да только Машке было плевать на все мои протесты. Она схватилась за плойку и стала подкручивать мои волосы.
– А сейчас мы тебе сделаем макияж.
Я уже не сопротивлялась, понимая, что Машка вцепилась в меня клещами и теперь вряд ли отпустит. В зеркале я себя не узнала. Не помню, когда в последний раз так выглядела красиво как сейчас. Нет, не так! Я никогда не была такой красивой.
Тёмные волосы спадали на плечи волнами, я коснулась локонов, и они слегка подпрыгнули на моей ладони. Маша подвела мне брови, делая их более выразительными. Нанесла на веки тени бледно-розового цвета, а ресницы подкрасила чёрной тушью. Я захлопала ими и вдруг поняла, что сейчас они идеальные: пушистые, длинные и объёмные, как у моделей в рекламе по телевизору. Скулы подчеркнули румяна, а мои ненавистные шрамы от ветряной оспы были совсем незаметны – Машка скрыла их консилером. И я бы никогда не поверила, что могу выглядеть настолько круто, если бы сейчас не смотрела на себя в зеркальном отражении.
– Теперь помада. Надеюсь, ты хоть умеешь красить губы? – ухмыльнулась подруга.
– Машка, я не такой уж и динозавр. Конечно, я умею. У меня даже помада есть.
– Гигиеническая, чтобы губы зимой не обветривались?
– Ха-ха-ха, – наигранно засмеялась, отбирая из цепких пальцев подруги губную помаду.
– Знаешь, Женька, вот смотрю на тебя сейчас и думаю, какой же дурак тебя профукал. Ты же настоящий бриллиант, а отец Тимофея слепой олух, раз не смог отличить дешёвую подделку от драгоценности.
