Текст книги "Сбежавшая истинная для дознавателя (СИ)"
Автор книги: Юлианна Винсент
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 8 страниц)
Глава 17
Глава 17
Лилит
Тот поцелуй... Он был глотком свежего воздуха после долгого удушья. Он был… свободой. Но сладкий вкус ее тут же перебивал горький привкус страха. Страха перед Орденом. Перед тем, что они могут сделать.
Орден Эмоционального Сопротивления. Само название звучит как оксюморон. Сопротивление... эмоциям? Это все равно что сопротивляться жизни, самой ее сути. Они, как стервятники, кружат над миром, выискивая слабых и уязвимых, тех, кто чувствует слишком много, тех, кто не вписывается в их стерильную, лишенную красок реальность.
Они отнимают то, что делает нас людьми. Они высасывают эмоции, словно сок из перезрелого фрукта, оставляя после себя лишь пустую, безжизненную оболочку. Они называют это исцелением, контролем, порядком... Но это ложь. Это просто способ держать власть в своих руках, превращая людей в покорных марионеток, лишенных воли и желаний.
Ярость клокотала в груди, но вместе с ней был и страх. Орден был силен. Они контролировали власть, деньги, информацию. Они были повсюду, словно невидимые нити, опутывающие весь мир. А сейчас хотели заполучить еще и трон короля, используя меня в своих грязных целях. И противостоять им в одиночку казалось невозможным.
Но я не одна. У меня есть Ксавьер. Он – моя надежда, моя сила, мой… поцелуй, который разрушил иллюзорные оковы Баггера. И наша дочь.
“София! Вот, кто им нужен ! – пришла в голову страшная мысль. —После того, как она расправилась с теми, кто ее похитил, они поняли насколько она ценна и решили заполучить ее себе!”
Мысль об этом заставила похолодеть кровь в жилах. Нет. Я не позволю им этого. Я буду сражаться. Я буду бороться за нее, за себя, за право чувствовать. За право жить.
Этот мрачный голос у меня за спиной... "Вам придется дать нам то, что мы хотим!"
– Дрыша с два вы получите то, что хотите! – зло процедила я.
В голове внезапно зашумело. Мир начал расплываться, теряя очертания. Все стало меркнуть, пока не погрузилось в непроглядную тьму.
– Лилит! – голос Вьера пробивался сквозь густой туман, окутавший мое сознание. Я попыталась сфокусировать взгляд, но все вокруг плыло и кружилось.
– Лилит, дорогая, как ты? – обеспокоенно спросила Франческа, склонившись надо мной. Ее лицо, обычно такое спокойное и умиротворенное, сейчас было искажено тревогой.
– Что… что произошло? – прохрипела я, пытаясь сесть.
– Ты потеряла сознание, – ответил Ксавьер, придерживая меня за плечи. – Просто рухнула мне на плечо и не откликалась.
Глаза постепенно привыкали к свету. Я огляделась. Все тот же кабинет, где и начался этот жуткий кошмар. Меня бережно уложили на диванчик. Рядом с Вьером стояла Франческа, за ней Горнел и дети.
София и Тьерра с тревогой смотрели на меня. Глаза дочери были полны страха, и это резануло по сердцу острее ножа.
"София! Вот, кто им нужен!" – эхом отозвалась в голове страшная мысль.
Я резко отстранилась от мужчины, сканируя взглядом лица окружающих, и заметила какую-то возню.
– Так, ну ка разошлись все и дали мне дорогу к больной! – раздался приятный, немного строгий баритон и в поле моего зрения появился высокий блондин с добрыми глазами цвета крепкого чая.
– О, вот и доктор подоспел, – радостно потирая руки, сообщил хозяин дома. – Скорым на помощь тебя, конечно, не назовешь.
– Будем считать, что я этого не слышал, – отозвался блондин и присаживаясь рядом со мной на край дивана. – Меня зовут Дэмиан, я лекарь. Можешь звать меня просто Дэм.
– Не может, – тут же буркнул Ксавьер. – Она вообще-то без пяти минут замужняя женщина.
– Вот дрыш ревнивый, – хихикнул блондин, игриво мне подмигивая. – Как себя чувствуешь?
– Сейчас уже неплохо, – неопределенно ответила я.
– Мне нужно тебя просканировать на предмет ментальных и физических повреждений, – открывая небольшой чемоданчик, который, оказывается, принес с собой, сообщил Дэмиан. – Это не больно и от тебя требуется просто немного полежать с закрытыми глазами.
Я кивнула, соглашаясь на диагностику, но настороженно смотреть на мужчину не перестала.
– Покиньте, пожалуйста, все кабинет, – попросил лекарь, не оборачиваясь. – Когда закончу, я вас позову.
– Я останусь! – категорично заявил Ксавьер.
– Можно Ксавьер останется? – одновременно с мужчиной спросила я у Дэмиана.
Лекарь лишь спокойно кивнул.
– Вот, а ты говорил мои методы не работают, – возмутилась Франческа обращаясь к мужу, когда они выходили из кабинета. – Вон, видишь, какое единодушие!
Я слегка ухмыльнулась, понимая, что Фрэнки даже и близко не подозревает о том, что со мной случилось на самом деле.
Думать о том, что она из Ордена не хотелось абсолютно. Чутье подсказывало мне, что кто-кто, а она точно не предатель.
Дверь кабинета закрылась и лекарь предложил мне лечь на диване поудобнее и закрыть глаза. Я инстинктивно посмотрела на Вьера и получив его одобрительный кивок, выполнила просьбу Дэмиана.
Меня не обманули. Действительно, было не больно. Пару раз мне казалось, словно у меня под кожей бегают мурашки, но в целом процедура была довольно приятная.
– Вот и все, – убирая руки от моей головы, сообщил блондин. – В целом, все хорошо. Есть парочка нарушений в магических потоках, но это скорее всего из-за стресса, пережитого за последние несколько дней.
– Еще бы! – вклинился Ксавьер.
– Из рекомендаций, – вставая, сказал лекарь. – Пить вкусный чай, есть вкусняшки, принимать теплые ванны и как можно меньше общаться с теми, кто заставляет нервничать.
На последней фразе Дэмиан недвусмысленно посмотрел на Вьера, а тот лишь недовольно фыркнул в ответ.
– А сейчас я вас оставлю, – подходя к двери, сказал блондин. – Если будут какие-то вопросы, ты всегда можешь связаться со мной по магофону.
– Но лучше, конечно, с ним не связываться, – не смог удержаться от подкола Ксавьер.
– Ой, кто бы говорил! – беззлобно улыбнулся лекарь и вышел из кабинета.
А я сидела и обдумывала его слова.
“Как интересно знать, я должна сократить уровень стресса в своей жизни, если он течет вместо крови по моим венам?” – возник в голове безутешный вопрос.
А Ксавьер подошел, присел на край дивана, взял мою руку в свою и пристально глядя мне в глаза своим проницательным изумрудным взглядом, хрипло спросил:
– Лилит, а ты знала, что иллюзию Баггера может разрушить только поцелуй истинной любви?
Глава 18
Глава 18
Лилит
– То есть ты был там? – вырвалось у меня, и хоть я и старалась придать голосу спокойствие, во рту пересохло. Тактично проигнорировать признание в "истинной любви" было проще простого. Сердце как будто запнулось, пропустило удар, а потом бешено заколотилось.«Истинная любовь»… Звучит как насмешка природы. Между магами и анимаморфами не может быть истинности.
Мужчина коротко кивнул, поджав губы, словно ему и самому было не по себе от этой темы. Тонкие линии залегли у его глаз, выдавая напряжение. Интересно, чего он сейчас опасается?
– Но как? – я беспомощно развела руками, пытаясь подобрать слова, хоть и понимала, что ответа все равно не найду. – Что это вообще было? Как ты вернулся?
– Меня выкинуло оттуда само, – пояснил Вьер, и в его голосе послышалось раздражение, от которого стало немного не по себе. – Незадолго до того, как ты очнулась. Я только и успел позвать на помощь.
“Позвать на помощь?” – значит, даже Ксавьер, этот вечный самонадеянный герой, нуждается в помощи.
Что-то в этой мысли взбудоражило меня, словно приоткрыло завесу над его человечностью.
Я села на диване, чувствуя себя абсолютно обессиленной, и устало потерла виски. Головная боль сжимала голову клешнями, напоминая о пережитом ужасе, о моей беспомощности.
– Они поймали нас в ловушку, – продолжил объяснять Ксавьер, и его голос вдруг стал твердым, как камень. – Когда мы были максимально уязвимы, надеясь, что получится заставить тебя отдать им Софию. Я считаю, что нужно все рассказать ребятам и вместе придумать способ, как защитить дочь и тебя от них.
София. Имя дочери словно плетью хлестнуло по лицу. Я снова едва не совершила ошибку, едва не поддалась на уловки этих уродов. Ярость вскипела во мне, смешавшись с леденящим душу страхом.
– Ты им доверяешь? – я впилась взглядом в его лицо, пытаясь разглядеть хоть малейшую тень сомнения. Так просто поверить кому-то – это не про меня.
– Больше, чем себе, – не раздумывая ответил Вьер, и я на мгновение замерла, ошеломленная этой искренностью. – Они – моя семья.
Семья. Это слово словно эхом пронеслось в моей голове, вызвав странный, болезненный отклик. У меня никогда не было настоящей семьи. Была мама, которая, казалось, видела во мне лишь успешный проект, а не личность. Была София, которую я любила больше жизни, но страх за ее будущее застилал мне глаза.
И тут – Ксавьер, с его "семьей", с его непоколебимой верой в дружбу и преданность. Это было чем-то диковинным для меня.
Его слова оказались для меня неожиданностью. Я отвела взгляд в сторону, пытаясь скрыть непрошенные слезы. Мне бы тоже очень хотелось, чтобы у меня была семья. Такая, в которой я буду непоколебимо уверена. Надежный тыл, которого у меня никогда не было. Это всегда было моим самым слабым местом. Все детство я мечтала, что меня будут окружать люди, готовые помочь, поддержать.
Видимо, каким-то образом Ксавьер считал мое состояние, потому что его большие теплые руки легли мне на плечи, обнимая, согревая. И от этого тепла что-то дрогнуло внутри меня, какая-то плотина, сдерживающая мои эмоции.
Его ярко-зеленые глаза нашли мои, и он вкрадчиво произнес:
– Но я бы очень хотел, чтобы вы с Софией приняли меня в свою семью, – он не требовал, не угрожал, он озвучил свое желание и дал мне возможность принять решение самой.
И это было самым страшным. Возможность выбора. Возможность впустить его в свою жизнь. Возможность довериться.
Что-то щелкнуло внутри меня. Это было так непохоже на того Ксавьера, которого я знала. Словно там, в лесу, что-то в нем сломалось, а потом собралось заново, но уже по-другому. Словно он стал… настоящим. Или, может быть, это я впервые увидела его настоящего? А может это уловка? Хитрая стратегия? Никогда нельзя быть уверенной.
“А от постоянного сомнения недолго и менталкой поехать!” – проворчал внутренний голос в моей голове.
И я даже была с ним согласна, но все равно решила взять время на то, чтобы подумать, взвесить все “за” и “против”, обсудить этот вопрос с дочерью. В конце концов, она еще даже не знает, что Ксавьер ее отец и этот деликатный вопрос нужно было решить в ближайшее время.
Мы договорились обсудить дальнейшие действия за ужином, на который должны были приехать блондин-лекарь со своей женой и детьми.
Что удивительно, Софию за это время, я почти не видела. Она постоянно была где-то с детьми. В этом доме ими занимались все, кто попадался на пути. Франческа убедила меня в том, чтобы я не переживала за дочку. И у меня это даже получалось, но с трудом.
Переступив порог столовой, я даже не успела среагировать, как меня сдавили в крепких рыжих объятиях!
– Лилит, как я рада, что с тобой всё в порядке! – выдохнула мне прямо в ухо девушка, чьё имя я так и не запомнила в суматохе того бала.
От неожиданности я просто замерла. Какое вторжение в мое личное пространство!
– Катарина, да у Лилит и так стресса в жизни выше крыши, – прозвучал за нашими спинами насмешливый голос Ксавьера. – А ты тут со своими внезапными порывами обнимашек.
– Единственный стресс в её жизни – это ты, братец! – парировала рыжая бестия и, наклонившись ко мне, прошептала: – Если этот обормот будет тебя донимать, скажи мне! Я-то знаю, как его приструнить!
– Рина! – строго одернул её Ксавьер.
– А ты не подслушивай! – Катарина показала брату язык. – У нас тут вообще-то девичьи секретики!
Ксавьер только закатил глаза, но промолчал и прошел вглубь гостиной, где Франческа и Горнел уже вовсю накрывали на стол. И тут я, кажется, окончательно выпала из реальности. То, что я увидела, ну никак не вязалось с моими представлениями о... семье?
Ксавьер взял тарелки и принялся расставлять их на столе! Дэмиан – этот строгий лекарь – протирал бокалы для вина! Горнел резал салат с таким видом, будто это самая важная миссия в его жизни, а Франческа… Франческа сама готовила ужин! И всё это сопровождалось какими-то взаимными подколами, подшучиваниями и совершенно искренним, заразительным смехом. Движения их были настолько слаженными, будто они проделывали это каждый день, год за годом.
Я словила себя на какой-то совершенно безумной мысли:
"А я бы хотела быть частью этого… таинства? Быть частью этой… семьи?".
И тут же испугалась этого внезапного, щемящего желания, попыталась затолкнуть его обратно, в самую глубокую, самую темную часть своего подсознания. Подальше, чтобы никто не увидел.
– Не делай этого, – тихо прошептала Катарина, всё ещё стоявшая рядом со мной.
– Не делать чего? – непонимающе спросила я.
– Не беги от этого желания, Лилит. От желания быть частью этой семьи, – пояснила она, а я вздрогнула от удивления.
Откуда она вообще знает, о чём я сейчас думаю?
– Я очень хорошо понимаю, что ты сейчас чувствуешь. Когда-то Дэмиан точно так же привёл меня к ним. Не уговаривал, не настаивал, не давил. Просто дал возможность самой захотеть. Разрешить себе… довериться. И знаешь, Лилит? Не было ни одного дня, чтобы я пожалела о том, что согласилась. Ни одного.
Я молча кивнула, тем самым давая понять, что обещаю подумать над словами девушки.
– Прошу к столу, – громко сказала Франческа и мы все прошли вглубь столовой.
Мне досталось место рядом с Ксавьером. Он, видимо, почувствовав, что я немного нервничаю, аккуратно взял меня за руку под столом и немного сжал ладонь в поддерживающем жесте.
По телу разлилось тепло, но когда все расселись по своим местам, я заметила, что напротив одной тарелки нет человека.
– Мы кого-то еще ждем? – спросила я, обращаясь к Франческе.
Но она не успела ответить, потому что дверь в столовую распахнулась и в нее вошел король.
– Спасибо, что пригласили! – глядя на меня и скромно улыбаясь, сказал Теодор.
Глава 19
Глава 19
Лилит
Король Теодор, собственной персоной, сел с нами за один стол. Абсурд. И чем дольше я смотрела на его чуть смущенную улыбку, тем сильнее внутри нарастало какое-то странное, почти болезненное чувство. То ли жалость, то ли… прощение?
Ужин начался с легкой напряженности. Все, кроме, кажется, только Ксавьера, вели себя чуть более сдержанно, чем обычно. Ксавьер же, как всегда, казался абсолютно невозмутимым, подливая мне вина и кидая короткие, успокаивающие взгляды. Теодор, в свою очередь, старался поддерживать разговор, спрашивал Франческу о рецепте салата, шутил с Горнелом про старые времена. Но все мои чувства и внимание были прикованы к нему. Это мой отец. Мужчина, о котором я ничего не знала, который исчез из моей жизни еще до моего рождения.
Не знаю, что именно растопило лед, но, возможно, это было когда Катарина, не удержавшись, начала травить байки о юности Ксавьера, к которым присоединился и Горнел. Теодор хохотал вместе со всеми, а я, наблюдая за ним, ловила себя на мысли, что он, несмотря на свой статус, кажется… обычным. И это почему-то обнадеживало.
После ужина Франческа, как опытный дипломат, тактично предложила нам с Теодором пройти в кабинет, чтобы поговорить наедине. Я последовала за ним, чувствуя, как внутри меня растет нервное напряжение.
Теодор, казалось, нервничал еще больше, чем я. Он то и дело переминался с ноги на ногу и избегал смотреть мне в глаза.
– Лилит, я… я не знаю, с чего начать, – проговорил он, наконец, после долгой паузы.
– Может, с правды? – ответила я, стараясь сохранить спокойствие в голосе.
– Правды? – слегка удивившись, переспросил король. – Правда в том, что я понятия не имел о твоем существовании.
В этот момент раздался тихий звук магофона. Теодор извинился и достал небольшую тонкую пластинку, которую я ранее уже видела у Ксавьера и Горнела. Его лицо моментально изменилось. На смену нервному напряжению пришла какая-то… гордость? Но затем, очень быстро, ее сменила тень тревоги.
– Это от Кристиана, – пояснил он, откладывая магофон. – Его повысили. Он теперь… командир дивизии.
Мое сердце встрепенулось. Кристиан – мой, получается, младший брат – у руля целой дивизии?
– Это… хорошо? – спросила я, хотя и так знала ответ.
– В обычной ситуации – да, – ответил Теодор, сжимая губы. – Но сейчас… Обстановка на границе не самая спокойная, но он сам выбрал этот путь и я уважаю его решение.
Не успела я ничего ответить, как дверь распахнулась, и в кабинет влетела София. Она была взволнована и запыхалась, как будто пробежала марафон.
– Мама! – закричала она, подбегая ко мне. – Я так соскучилась по тебе! Ты поиграешь со мной?
София! Ворвалась в кабинет, словно маленький вихрь, спутав все мои мысли и чувства. Соскучилась? Играть? Сейчас?!
– София, милая, я тоже соскучилась, – ответила я, стараясь не выдать своего замешательства. – Но сейчас мама занята, мы с дядей Теодором разговариваем.
Я украдкой посмотрела на Теодора. Он смотрел на Софию с такой… нежностью? Всегда суровый и сосредоточенный, сейчас король выглядел как человек, у которого сбылась мечта всей жизни.
– Дядей Теодором? – переспросила София, нахмурившись. – Он никакой мне не дядя!
И тут она сделала то, чего я никак не ожидала. Она оттолкнула меня, подбежала к Теодору и обняла его за ногу.
– Его магия похожа на твою! – заявила она с такой уверенностью, что у меня перехватило дыхание.
В комнате повисла оглушительная тишина. Я ошеломленно смотрела на Софию, Теодор – на Софию, потом на меня, а потом снова на Софию. Что, дрыш бы вас всех побрал, происходит?!
– София, откуда ты это взяла? – спросила я, стараясь сохранить спокойствие в голосе.
– Просто знаю! – ответила она, глядя на меня своими большими, невинными глазами. – Я почувствовала! Ты моя мама, а он твой папа! Значит, он мой дедушка! Это же так просто!
София посмотрела на Теодора.
– Дедушка, ты будешь со мной играть? – спросила она. – И читать мне сказки?
Теодор опустился на одно колено, чтобы быть с Софией на одном уровне. Он смотрел на нее с таким трепетом, словно перед ним был самый драгоценный бриллиант в мире.
– Конечно, буду, – ответил он, ласково улыбаясь. – Если ты позволишь.
София радостно захлопала в ладоши.
– Конечно, позволяю! – воскликнула она. – Ура! Теперь у меня будет дедушка! Еще бы папу найти. Мама, давай найдем мне еще и папу?
Я стояла, как громом пораженная. София… Она никогда не проявляла интереса к моим родственникам, тем более к отцу, которого я никогда не видела. Откуда у нее такое знание? Интуиция? Магия? Или просто детская непосредственность?
“Лилит, тебе нужно просто смириться, что ты родила очень необычного ребенка!” – подсказал решение внутренний голос.
Но, как бы то ни было, ее поступок изменил все. Теодор, глядя на Софию, расцвел, словно цветок под солнцем. И я поняла, что не могу лишить его этого. Не могу лишить Софию возможности узнать своего дедушку. И, возможно, не могу лишить себя возможности узнать своего отца.
Но риски… Орден…
– Лилит, – заботливо поглаживая внучку по спине, обратился ко мне король. – Я понимаю, что тебе сложно мне доверять, но прошу, дай мне шанс, я постараюсь восполнить потерянные годы. Я стану лучшим дедушкой для Софии и постараюсь стать для тебя надежным и мудрым отцом.
И тут я увидела в глазах мужчины решимость. Больше никаких сомнений, никаких колебаний. Только твердая уверенность в правильности своего решения. Он понял, что скрывать правду больше невозможно. Что единственный способ защитить нас – это принять вызов и встретить опасность лицом к лицу.
– Лилит, – произнес он, глядя мне прямо в глаза. – Я сделаю это. Я объявлю об этом. Завтра.
– Объявишь что? – переспросила я, хотя уже догадывалась о его решении.
Он крепче сжал Софию в руках и посмотрел на меня с той самой королевской уверенностью, с которой он смотрел на мир со всех портретов Дрэдфилда.
– Я объявлю, что ты – моя дочь.
Глава 20
Глава 20
Ксавьер
– Нам нужно поговорить, – сказал я, когда мы с парнями остались они в столовой.
– Я знал, что этот день так просто не закончится, – устало потирая переносицу, сказал Горнел, присаживаясь обратно за стол.
– Скажи, что Лилит согласилась стать твоей женой и мы это отметим, – наливая по бокалам светло-коричневую жидкость со льдом, сказал Дэмиан.
– Очень бы хотелось, но нет, – грустно развел руками я. – Разговор пойдет об Ордене.
– Тогда нам тем более нужно выпить, – скривившись, прокомментировал Дэм и протянул нам бокалы.
– Что там с этим Орденом? – спроси Гор, сделав небольшой глоток.
– Судя по тому, что они пробрались в наше с Лилит подсознание, – начал я. – Они настроены более, чем серьезно.
– И что им нужно? – уточнил Дэмиан.
– Не что, – поправил друга я. – А кто. Им нужна София.
– Если они каким-то образом прознали о том, что она эмотерра, – продолжил рассуждения Дэм. – То их интерес вполне понятен. Она маленькое оружие всевластия.
– Я не удивлюсь, если у них и в Отряде есть шпионы, – сделав большой глоток, сказал Горнел. – К сожалению, мир становится очень продажным и даже самые страшные магические клятвы не спасают от предательства.
– Ты говоришь, как дед, – хихикнул Дэм.
– Он и есть дед, – поддакнул я другу. – Ему почти двести лет.
– Ой, тоже мне, малолетки нашлись, – фыркнул Гор и добавил, обращаясь ко мне: – А ты, вообще-то, старше меня на два года.
– Да-да, помню, – протянул я, отмахиваясь от его ворчания. – Но только у тебя есть опыт проведения стратегических операций. И поэтому ты должен подсказать нам гениальный план.
– Ладно, раз уж ты так просишь… – чуть подобравшись на стуле, сказал Гор. – Для начала, нужно понять, как много они знают. Если им слили информацию о том, что она выпила тех двух бедолаг, то они не остановятся.
– Им слили, – отозвался я. – И они не остановятся.
– Откуда ты знаешь? – спросил Дэм.
И тяжело вздохнув, я рассказал друзьям о том, что происходило со мной и Лилит во время упражнения Франчески.
– Дрышевы уроды! – выругался Горнел, когда я закончил свой рассказ. – Они вошли в мой дом с ноги, а я даже не в курсе.
– Ну, технически, они вошли не в твой дом, – поправил его Дэмиан. – А в сознание Ксавьера, который так и не научился закрывать свою черепушку от чужого воздействия, и Лилит, к которой нет вопросов – она не тренированная.
– Ты не помогаешь, – отмахнулся от него Горнел. – Надо узнать кто крыса?
– И как мы это узнаем? – спросил Дэм, скептически вскинув бровь. – Сыграем в экстрасенсов? Или залезем в головы к этим уродам из Ордена?
– Есть один способ, – задумчиво произнес я. – Опасный, но действенный.
– Ну выкладывай, не тяни дракона за хвост, – нетерпеливо поторопил меня Дэм.
Я глубоко вздохнул, собираясь с духом.
– За время своего скитания, – начал я, понимая, что парням эта затея не понравится. – Я оброс кое-какими связями…
В комнате повисла тишина. Я знал, что предлагаю рискованный шаг. Если они узнают, что я вышел на связь, мне не поздоровится. Но ради Софии я готов пойти на все.
– Ты с ума сошел, Ксавьер? – первым опомнился Горнел. – Это самоубийство! Они же тебя на куски разорвут!
– Знаю, – спокойно ответил я. – Но это единственный шанс узнать правду. И я не могу его упустить.
– А что, если они только этого и ждут? – спросил Дэм.
– Возможно, – согласился я. – Но я буду осторожен. Я не собираюсь лезть в пасть льву без подготовки.
– И как ты собираешься это провернуть? – поинтересовался Горнел. – Тебе же нужно будет покинуть поместье. А это сейчас слишком опасно.
– У меня есть один старый друг, – ответил я, вспоминая о темноволосом колдуне, который не раз выручал меня в прошлом. – Он поможет мне остаться инкогнито.
– Ладно, – вздохнул Дэм, видя мою решимость. – Но мы идем с тобой.
– Нет, – категорично возразил я. – И это не обсуждается. Если я не вернусь, вы должны будете обеспечить безопасность Лилит и Софии.
– Кстати о Лилит? – спросил Дэм. – Ты собираешься ей рассказать?
Я замялся. Эта тема была для меня болезненной. Я не знал, как подступиться к ней. И, честно говоря, я боялся ее реакции.
– Я… я пока не знаю, – признался я. – Мне нужно сначала все обдумать.
– Ты же понимаешь, что она все равно узнает, – сказал Горнел. – И если ты ей не расскажешь сам, она будет в ярости.
– Знаю, – снова повторил я. – Но я не хочу ее пугать. Ей и так сейчас нелегко.
– Нелегко? – усмехнулся Дэм. – Да она, наверное, уже сто раз пожалела, что связалась с таким, как ты.
– Заткнись, Дэм, – огрызнулся я. – Ты не понимаешь.
– Да что тут понимать? – возмутился Дэм. – Ты любишь ее, она любит тебя. У вас есть дочь, которую нужно защищать. В чем проблема?
– Проблема в том, что я боюсь ее потерять, – признался я, чувствуя, как ком подступает к горлу. – Я боюсь, что она опять сбежит.
В комнате воцарилась тишина. Дэм и Горнел переглянулись.
– Ксавьер, – мягко сказал Горнел, – ты должен ей доверять. Она сильная женщина. Она справится со всем.
– Я знаю, – ответил я, – Но…
– Никаких "но", – прервал меня Дэм. – Завтра же идешь к ней и все рассказываешь. Иначе я сам это сделаю. И поверь, ей не понравится моя версия.
Я вздохнул и отпил остатки янтарной жидкости, которая приятно обожгла горло. Они правы. Я должен довериться Лилит. Она единственная, кто может помочь мне спасти Софию.
– Ладно, – сказал я, поднимаясь со стула. – Я с ней поговорю. А сейчас… мне нужно поспать. Завтра будет тяжелый день.
Я вышел из столовой, оставив друзей за столом. В голове роились мысли, одна тревожнее другой. Смогу ли я защитить свою семью? Смогу ли я остановить Орден? И, самое главное, смогу ли я вернуть любовь Лилит?
В раздумьях над всеми этими вопросами, я не заметил, как ноги сами привели меня к двери спальни Лилит. Пару секунд я стоял, раздумывая, постучаться или нет. Решившись, поднял руку и тихонько стукнул пару раз костяшкой указательного пальца. Дверь почти сразу распахнулась, а на пороге стояла Лилит и ее глаза были полны слез.
