Текст книги "Сбежавшая истинная для дознавателя (СИ)"

Автор книги: Юлианна Винсент

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 8 страниц)

Сбежавшая истинная для дознавателя

Глава 1

Лилит Легран

“Твой ребенок у нас! Если хочешь получить ее назад живой и невредимой – отправляйся на королевский бал и перед первым танцем обнародуй информацию о том, что ты внебрачная дочь Теодора Брэйва! И без глупостей! Мы следим за тобой!” – гласила записка, воткнутая во входную дверь.

– Сходила за хлебушком, называется, – не давая панике подниматься выше солнечного сплетения, проговорила я вслух самой себе.

Страшно ли мне было за дочь? Ужасно. Но последние почти десять лет моей жизни, с тех пор, как Теодор Брэйв стал королем Дрэдфилда, были наполнены страхом, тревогой, неприятными сюрпризами и желанием исчезнуть с лица этого мира. Поэтому часть эмоциональных реакций у меня были уже атрофированы.

А все потому что я его внебрачная дочь, как поведала мне моя маменька перед смертью. И видимо кому-то она еще об этом поведала, потому что спустя пару лет после назначения Брэйва на должность короля, ко мне в дверь постучались не самые приятные люди. Представились Орденом Эмоционального Сопротивления и сначала дружелюбно попросили присоединиться к ним, а после моего отказа, стали угрожать расправой.

В тот вечер мне удалось сбежать от них. Хвала моей любви к детским спортивным играм и дружбе с мальчишками. Я успешно скрывалась до недавнего времени. И вот, они добрались до меня и до моей малышки.

Я зашла в дом и увидела лежащую на полу без сознания, связанную няню с кляпом во рту. Подбежала, прощупала пульс.

– Есть! – облегченно выдохнула я. – Хвала Сенсее, живая!

Я встала и огляделась вокруг, в поисках хоть каких-нибудь дополнительных подсказок. Жизнь в постоянном скитании научила меня быть очень наблюдательной.

Но ничего не было. Ни следов борьбы, мебель не сдвинута. Ничего. Словно они пришли, взяли Софию за руку и преспокойно вывели.

И это могло означать только одно – у них был сообщник. А точнее сообщница. Я перевела взгляд на лежащую на полу связанную няню, достала из потайного кармана платья складной нож-бабочку, раскрыла его одним быстрым движением руки и присела рядом с женщиной, приставив к ее горлу острое лезвие.

– Триша, – обратилась я к няне. – В твоих интересах прийти в себя быстрее, чем у меня кончится терпение.

Спустя пару мгновений, не сразу, но женщина пришла в себя.

– Госпожа? – удивленно выпучив на меня большие серые глаза, спросила женщина.

– Корчить святую невинность будешь потом! – жестко отчеканила я. – А сейчас отвечай, где моя дочь?

– Я не… – начала было женщина, но я чуть усилила нажим лезвия на ее горло и фраза так и осталась недосказанной.

– Подумай хорошо прежде, чем дать мне ответ, – предупредила я няню.

– Простите, госпожа! – закрывая глаза и тяжело вздохнув, прошептала Триша. – Мой ребенок болен. Они обещали мне большую сумму, если я помогу им. Я не могла отказаться. Мне нужно вылечить моего мальчика.

Я чувствовала нутром, что она говорила правду. И, наверное, как мать я ее даже понимала, потому что тоже бы пошла на многое ради своего ребенка, но жертвовать одним ребенком ради другого – это было выше моего понимания.

В груди разливалось неприятная смесь обиды, предательства, очередного разочарования и злости.

– Что ты должна была сделать? – ядовито спросила я.

– Уложить Софию спать и просто впустить их в дом, – неохотно ответила Патриция.

– Ты видела их лица? – задала я очередной вопрос, надеясь хоть на какую-то крупицу информации. – Может быть они о чем-нибудь говорили?

– Нет, – отрицательно помотала головой женщина. – Только просили передать, чтобы вы, госпожа, не пытались их искать.

– Они заплатили тебе столько, сколько обещали? – с презрительной жалостью глядя на женщину, спросила я.

Триша молча кивнула. Я убрала нож от ее горла, разрезала им веревку, что связывала руки няни и скупо сказав:

– Иди, лечи своего сына! – встала и отошла к окну.

Я слышала, как Патриция шуршит платьем, поднимаясь с пола. Как делает нерешительный шаг в мою сторону, набирает воздуха в грудь, чтобы что-то сказать, но в последний момент передумывает, разворачивается и выходит из дома, тихо прикрывая за собой дверь.

Я сделала глубокий вдох-выдох и попробовала настроиться на дочь. Почувствовать ее. Минута, две, три ничего не происходило, а потом меня захлестнуло волной любопытства и волнения. Ей не было страшно – это было хорошо. Значит, они не пугают ее. Она тревожилась, видимо от того, что была без мамы, но любопытства было больше и это немного успокаивало мое материнское сердце.

Еще раз тяжело вздохнув, я подошла к большому платяному шкафу, что стоял в углу моей, до сегодняшнего дня уютной гостиной. Раскрыла разом обе дверцы и заглянула внутрь:

– Ну что, пора стряхнуть пыль с бального платья и опозорить короля!

Глава 2

Глава 2

Ксавьер Моро

– По воле рока, так случилось, иль это нрав у вас таков, – тихо начала петь Настя, пряча записку с угрозами в небольшой ридикюль, когда мы входили в бальный королевский зал. – Зачем троим, скажи на милость, такое множество врагов?

– О, я знаю, – отозвался я. – Это песня про мандарины.

Дэмиан хихикнул в кулак и, обращаясь ко мне, проговорил по слогам:

– Гар-де-ма-ри-ны! Учите матчасть, сударь!

– Я вообще-то уже старый для того, чтобы запоминать такие длинные незнакомые слова, – парировал я.

– Ну, какой же ты старый, братец? – нежно беря меня под руку, спросила Катарина. – Вон, ни одного седого волоса.

– Это потому что у него все еще своих детей нет, – подал голос Горнел.

– Спасибо! – ответил я, поднимая руки вверх. – Мне и ваших вполне хватает. Особенно Тьерры, которая все время норовит проверить свои летающие способности, потому что ее папа дракон.

Настя с Горнелом ехидно улыбнулись мне в ответ.

– Может быть кто-нибудь уже скажет ей, что девочки в драконов не превращаются? – возмущенно спросил я.

– А чего сам не скажешь? – спросил Дэм.

– И быть причиной психологической травмы у этой взрывной смеси дракона и ведьмы? – я посмотрел на друга, как на умалишенного. – Ну уж нет, увольте!

– Да, ладно тебе причитать, – похлопала меня по плечу Настя, когда мы подошли к небольшому столику в углу и встали так, чтобы каждый мог осматривать свой кусок зала. – Дети тебя любят, а ты любишь их. Ты был бы прекрасным отцом.

– Так, давай поговорим об этом на следующей сессии, хорошо? – остановил я нашего местно психотерапевта. – Мы здесь собрались абсолютно по другому поводу.

– Кстати, да, – Дэмиан поднял на меня удивленные глаза, будто только что проснулся. – А по какому поводу мы тут собрались?

Я посмотрел на друга недовольно.

– Вы мое прикрытие, – пояснил я.

Гор, который в это время как раз решил отпить из бокала с шампанским, чуть не поперхнулся:

– Кто? – переспросил он. – Прикрытие? Вьер, не хочу тебя расстраивать, но для прикрытия обычно берут с собой одну, ну максимум двух, красивых девушек. А не две глубоко женатых семейных пары.

– А я и взял с собой двух красивых девушек! – с этими словами, Настя с Риной взяли меня под руки, мы дружно показали этим оболтусом языки и отправились приветствовать прибывающих гостей или, как говорила Настя, прошествовали на круг лицемерия.

Неделю назад временно исполняющий обязанности короля (вот уже почти десять лет как) Дрэдфилда – Теодор Брэйв – вызвал меня на приватную беседу. И поведал грустную историю о том, что его нагло шантажируют информацией о том, что где-то у него есть ребенок, от которого он отказался.

– А я не отказывался, – поправляя военный камзол, сурово поведал мне мужчина. – Да, молодость была у меня бурная. А у кого ее не было? Но я всегда был осторожен в данных вопросах. У меня только один ребенок – моя гордость Кристиан и других детей у меня нет.

– Это я уже понял, господин Брэйв, – напомнил я о своем присутствии. – Какая помощь требуется от меня?

– Мне нужно, чтобы ты проверил эту информацию, – прочистив горло, ответил Теодор и протянул мне довольно увесистую папку. – Вот, я подготовил список возможных матерей.

Мои брови взлетели вверх от удивления быстрее, чем я успел их проконтролировать.

“Вот говорил мне Горнел, – вспомнил я про себя слова друга. —Учись держать лицо, иначе твоя карьера частного детектива продлится не очень долго!”

– Что-то нетак? – уточнил Брэйв, видя мое удивленное выражение лица.

– Нет-нет! – поспешил я убедить его в обратном. – Я все проверю и как соберу информацию, доложу.

– Я же могу рассчитывать, – голос мужчины стал тише. – Что наш разговор останется в тайне?

– Естественно! – подтвердил я. – Конфиденциальность клиента – первое правило частного сыска.

– Я знал, что могу на тебя положиться, Ксавьер! – скупо улыбаясь, проговорил бывший советник.

Я вышел из резиденции короля немного разочарованным. Когда три года назад друзья предложили мне открыть частное детективное агентство, я представлял себе это совсем по-другому.

Я думал, что буду ловить преступников и вершить правосудие. А по факту оказалось, что я каждый день копаюсь в чужом грязном белье. Расследую кражу цветочных горшков, слежу за мужьями, что изменяют своим женам, а потом и за этими же женами, которые в отместку изменяют мужьям, выясняю, кто главный вандал Дрэдфилда и тд.

Горнел предлагал мне и должность в Отряде Теней и стать преподавателем в академии, но я отказался, потому что не хочу быть вечным нахлебником.

Я понимал, что восстановить некогда богатый и уважаемый род Моро будет непросто, но я не думал, что настолько.

Как говорит Настя:“У всего есть своя цена, друг! Это – твоя за пятнадцатилетнее скитание”. Я даже не спорил. Понимал, что сам идиот. Натворил дел, теперь расхлебываю. Ладно хоть сестра меня простила. И друзья приняли обратно в семью. Значит, я еще не сильно потерян для общества.

И даже согласились отправиться со мной на задание. Ну как согласились? Они то просто на бал ехали. На бал, на котором собралась половина женщин из списка господина Брэйва.

И этот бал был прекрасной возможностью выяснить, имеются ли у них дети и насколько сильно они похожи на Теодора.

Вот только я тогда еще не знал, какой сюрприз мне готовит этот бал.

Глава 3

Глава 3

Лилит Легран

Годы скитания помогли мне нажить себе ряд полезных знакомых, к которым я и планировала обратиться, чтобы достать пригласительный на бал.

И каково же было мое удивление, когда взглянув в список приглашенных, который любезно мне предоставил один из таких знакомых для того, чтобы я выбрала под чьей фамилией поеду на бал, я обнаружила там имя своей покойной маменьки.

Видимо, те, кто составляли список, были не в курсе ее кончины и это было очень выгодно для меня.

– Сделай меня Вивьен Легран, – сказала я невысокому мужчине в забавных круглых очках, отдавая небольшой мешочек с золотыми монетами.

В ответ мне понимающе кивнули и сказали приходить ближе к вечеру за пригласительным.

Я отправилась прикупить бальные туфли, потому что их у меня, как выяснилось после ревизии шкафа, не оказалось.

Собрав все необходимое, к вечеру я, наконец-то, вернулась в свой пустой дом. Зайдя в дверь и не услышав звонкое:

“Мамочка, ты велнулась!” – сопровождаемое быстрым топотом детских ножек моей маленькой лохматой непоседы, я позволила эмоциям немного пробраться в мое сердце и голову.

Опустилась в кресло, почувствовав, как силы покидают меня, а по щекам текут горячие слезы. Раскисать было нельзя, но и выдерживать это бесконечное напряжение я тоже уже не всегда могла.

Я это называла “жизнь на полусогнутых”, когда ты в любой момент готов сорваться с места и побежать, потому что тот, кто тебя преследует, добрался до тебя.

Я ненавидела себя за эту слабость. Я должна быть сильной ради Софии. Ради моей малышки, которая появилась в моей жизни настолько неожиданно и перевернула все с ног на голову, что я больше не представляла свою жизнь без нее.

Она была мудрой не по годам и всегда внимательно смотрела на меня своими невероятно красивыми глазами, цвета насыщенного изумруда.

“Мамочка, мы всегда есть длуг у длуга!” – говорила она мне перед сном, крепко обнимая меня за шею.

Я смахнула непрошенные слезы, встала с кресла и пошла готовиться к балу.

Дорога до дворца оказалась дольше, чем я рассчитывала, но это дало мне время морально подготовиться ко встрече с отцом, которого у меня никогда не было.

Где-то внутри промелькнула мысль, что может стоит попросить у него помощи в поиске дочери, но потом я вспомнила, что он и свою-то дочь не искал никогда, а чужую и того вряд ли ринется.

Мама ничего о нем никогда не рассказывала. Только когда призналась во всем, сказала, что это была лучшая ночь в ее жизни. И что после него она так и не смогла больше никого полюбить.

Эх, сейчас я ее, конечно понимала. А тогда ужасно злилась на то, что всю мою жизнь она молчала и мне пришлось расти без отца.

– Госпожа, мы прибыли, – раздался голос кучера. – Королевский дворец.

Я дождалась пока к моему экипажу подойдет королевский слуга, откроет дверь и поможет мне выбраться наружу.

“Да-а-а у-уж ! – восхитилась я про себя. —На то он и королевский дворец, чтобы быть таким роскошным! И это я еще даже внутрь не вошла”.

Но быстро себя одернула, потому что приехала я сюда не для того, чтобы осматривать местные красоты, а для того, чтобы выполнить требования похитителей моей дочери и вернуть ее себе.

Быстро дойдя до дворца, я вошла внутрь. Прошла в бальную залу, выбрала себе свободное место рядом с одной из колонн, так чтобы у меня был максимальный угол обзора и принялась ждать выхода короля.

Отвлеклась на слугу с подносом, который предлагал закуски и шампанское, беря бокал, поэтому не заметила как ко мне подошли другие гости.

А когда подняла глаза, замерла и забыла как дышать. Это был он. Тот, чьи зеленые проницательные глаза я узнаю из миллиона других. Тот, в чьих руках я сгорала в свою единственную ночь с мужчиной. Тот, от кого сбежала, как трусиха еще до рассвета, испугавшись осуждения и позора. Тот, что сейчас стоял напротив меня в сопровождении двух… Двух? прекрасных девушек и судя по всему не узнавал меня.

– Эмоционального вечера, госпожа! – поприветствовал меня его низкий бархатный голос.

– Эмоционального вечера! – отмерев не сразу ответила я.

– Позвольте представиться, – делая небольшой поклон головой, проговорил мужчина. – Ксавьер Моро. А Это мои прекрасные спутницы, Катарина Хейнрот и Франческа Харташ.

Эти фамилии были мне знакомы, но я не могла припомнить, где о них слышала.

– Вивьен Легран, – представилась я в ответ именем маменьки и протянула свою руку в перчатке мужчине.

– Очень приятно! – вновь наклоняясь, беря мою руку и едва касаясь ее губами в приветственном поцелуе, почти промурлыкал Ксавьер. – Вы тут одна?

– Вье-ер, – дернула за рукав мужчину та, что была с кудрявыми рыжими волосами. – Госпожа Вивьен, простите моего брата за бестактность! Он не так давно высшем обществе.

– Ничего страшного, – легко улыбнулась я. – Да, одна. К сожалению, мой покойный супруг не смог составить мне компанию.

Вторая девушка заливисто рассмеялась в ответ на мою шутку, чем привлекла к нам лишнее внимание.

– Вивьен, дорогая! – отсмеявшись сказала Франческа. – У вас великолепное чувство юмора. Приезжайте как-нибудь к нам в гости. Я бы с радостью выпила с вами чаю и посмеялась. Можете приезжать с детьми. Они поиграют с нашими. У вас есть дети?

Я чуть по инерции не ответила “Да!”, но вовремя остановилась и грустно сказала:

– Нет, Сенсея не была благосклонна ко мне.

– Прошу прощения! – чуть склонив голову ко мне, проговорила госпожа Харташ. – Но я все равно буду вам очень рада.

Я согласно кивнула и вся троица попрощавшись, отправилась дальше.

А через некоторое время церемониймейстер объявил короля, все присутствующие встретили королевскую чету бурными аплодисментами, а я внутренне напряглась, потому что совсем скоро мне нужно было осуществить задуманное.

Теодор Брэйв был, действительно, красив, не смотря на свой уже немолодой возраст. Высокий, широкоплечий, с военной выправкой. Голубые глаза пронзительно рассматривали присутствующих. Но было видно, что он немного нервничает. Вопрос только почему?

– Дорогие гости! – раздался громкий голос церемониймейстера. – Я рад объявить первый танец открытия осеннего бала.

“Все, – сказала я самой себе. —Пора!”

И уже отправилась в центр зала, чтобы выполнить требования похитителей, но меня кто-то крепко схватил за руку и я услышала над ухом знакомый бархатный голос:

– Госпожа Легран! Разрешите пригласить вас на танец открытия?

– Господин Моро, в другой раз, – пыталась вырвать руку я и пробраться в центр танцевального зала, где уже стали собираться гости и вставать в пары для танца.

– Я настаиваю, госпожа Легран! – глаза мужчины сверкнули недобрым блеском, а хватка на моей руке усилилась.

– Господин Моро, мне некогда, – вновь попыталась отмахнуться я от назойливого кавалера. – Я должна…

– Даже не вздумай! – тихо прошипел Ксавьер, наигранно улыбаясь. – Я не позволю тебе сделать то, что ты задумала.

– Отпусти меня или я закричу! – перешла я на угрозы от безысходности.

Внутри меня закипала злость, отчаяние и страх за дочь.

– То, что ты собираешься сделать – преследуется по закону! – попытался образумить меня мужчина.

– Да, плевать я хотела на закон, – ядовито прошипела я в лицо Ксавьеру. – Они похитили нашу дочь!

Глава 4

Глава 4

Лилит Легран

Секунда. Две. Три. Ксавьер смотрит на меня со злостью и возмущением, пока до него доходят сказанные мной слова.

– Я не ослышался? – уточнил мужчина, внимательно глядя мне в глаза, видимо, пытаясь определить врут я или нет.

Я отрицательно помотала головой.

– А ну, идем со мной! – с этими словами, он аккуратно приобнял меня за талию и повел прочь из танцевального зала, стараясь не привлекать к нам внимания.

Все внутри меня разрывалось на части. С одной стороны – я боялась за дочь, потому что не знала, что с ней сделает Орден, если я не выполню их требования, а с другой – рассудком понимала, что рассказать все Ксавьеру и попросить его о помощи более логичное решение. Вот только чем обернется для Софии это решение? Пока мы почти бесшумно двигались по коридору, мужчина достал из кармана какую-то тонкую пластину, которая засветилась от одного его прикосновения, и сказав:

– Соединить с Горнелом, – продолжил вести меня прочь от короля и моей возможности вернуть дочь живой.

– Внимательно, – раздался из этой пластины серьезный мужской голос.

– Гор, нужно оцепить территорию и никого не выпускать, – строго сказал Ксавьер. – И наложить антимагический полог. На всех!

– Принял! – коротко ответил тот, кого назвали Горнелом и отключился.

– По документам Вивьен Легран ровесница короля, – начал диалог мужчина, когда мы вошли в небольшую комнату, что была спрятана за гобеленом в конце коридора. – Тебе явно значительно меньше. Так кто ты? И что значит “Они похитили нашу дочь?”

Ксавьер сделал акцент на слове “нашу”, а я пыталась лихорадочно сообразить, что же все-таки делать дальше: признаваться ему в том, что София его ребенок или выкрутиться и сохранить это в тайне. Решив, действовать по ситуации, я набрала в грудь побольше воздуха.

– Я Лилит, – коротко ответила я. – Вивьен Легран – моя мать, а Теодор Брэйв – отец.

– Значит, история с внебрачным ребенком не просто чья-то шутка, – задумчиво проговорил мужчина. – Но кому это выгодно?

Возможно, он спрашивал это не столько у меня, сколько просто размышлял вслух, но так как у меня был готовый ответ, я решила его озвучить:

– Ордену Эмоционального Сопротивления.

Взгляд Ксавьера вмиг стал хищным, а черты лица заострились.

– Этим все неймется! – зло прорычал он, сделал пару шагов по комнате, взъерошил рукой волосы и посмотрев на меня, все также с рычащими нотками в голосе, сказал: – А теперь, поговорим о нас, сбежавшая незнакомка!

– Значит, ты все-таки меня узнал? – спросила я и тут же мысленно поругала себя за такие вопросы.

– Я же не слепой, – ответил Ксавьер, присаживаясь на подлокотник кожаного кресла, что стояло недалеко от входной двери. – И не идиот. Ну, по крайней мере, думал так, до сегодняшнего дня.

– Я не говорила, что ты идиот! – выпалила я, поймав себя на том, что начинаю нервничать.

– Да, ты много чего мне не говорила, – скрещивая руки на груди, с ноткой возмущения заметил мужчина. – Ты не сказала мне свое имя, например.

– А ты особо и не спрашивал, – парировала я.

– Не сказала, что ты делала в той придорожной таверне, – продолжал он, проигнорировав мой выпад.

– Меня преследовали, – я злилась, потому что что-то внутри меня заставляло оправдываться перед этим мужчиной. – Я никому не могла доверять. В том числе и тебе!

– Как и не сказала то, что после той ночи, у тебя родилась дочь! – рычащие нотки вернулись в голос Ксавьера. – Моя дочь.

Я пропустила тот момент, когда эмоции, которые я сдерживала внутри себя столько лет, прорвались наружу и взяли верх над разумом и какими-либо логическими доводами.

Яростной стрелой я подлетела к мужчине и прошипела ему прямо в лицо:

– София – моя дочь! И сейчас она в опасности, пока ты тут сидишь и пытаешься выяснить, дрыш знает что, ее возможно уже убили, потому что ты помешал мне выполнить их требования.

А в следующее мгновение, меня накрыло волной необъяснимой тревоги и детского желания оказаться у мамы на ручках.

София! Это были ее эмоции.

Я выпучила на Ксавьера полные слез от страха глаза:

– София!

– Что? – подскочил мужчина с кресла.

– Она в опасности! – выпалила я, сквозь слезы.

Глаза Ксавьера сверкнули яростным изумрудным огнем, а рядом с нами материализовался большой черный волк. Подошел ко мне, обнюхал мои руки, закрыв глаза.

– Я найду ее! – только и сказал мне мужчина, а после подошел к окну, резко распахнул ставни и выпрыгнул вместе с волком наружу.