Another: Episode S (ЛП)

Текст добавлен: 18 июля 2025, 05:39

Текст книги "Another: Episode S (ЛП)"

Автор книги: Yukito Ayatsuji

Жанры:

Мистика

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 10 страниц)

Назад к карточке книги

В начале этого школьного года умер ученик по имени Мисаки из класса 3-3 Северного Йоми.

Мисаки был популярным парнем, любимым каждым. Никто из учеников не хотел принимать такую внезапную смерть, и...

– “Они сказали, ‘Мисаки не мертв. Мисаки все ещё жив, сидит в классе прямо вот здесь.’ Все они начали делать вид будто это правда. Учителя тоже делали это, и они продолжали подыгрывать так, по-видимому, вплоть до своего выпуска.”

Я помню, как рассказывал Сю о старой легенде.

После выпуска начали происходить странные вещи. Говорят, что фигура Мисаки, который не мог бы быть там в реальности, появилась на фотографии класса сделанной в кабинете после выпускной церемонии.

– “Фотография призрака?”, я помню, Сю спросил, наклонив голову.

– “Что-то вроде этого, во всяком случае. Хотя сам я никогда не видел это фото”, ответил я перед тем, как продолжить.

– “Говорят, это стало спусковым крючком. И в следующем, после этого, году, странные... или мне следует сказать, ужасающие вещи начали происходить в классе 3-3.”

Это не случалось каждый год. Казалось, что есть “такие года” и “обычные года”, и в “такой год” количество людей в классе увеличивается на одного, и никто ничего не замечает. Никто не мог сказать, кем был “лишний”. В начале семестра не было достаточно парт и стульев, так они могли сказать, что количество людей увеличилось. И затем —

– “В те года, когда был лишний в классе, с классом происходили катастрофы”

– “Катастрофы?”

– “Это значит неудачи, или несчастные случаи. Другими словами... люди могли умирать. Каждый месяц, кто-то имеющий отношение к классу 3-3 того года...”

Будет ли это несчастный случай, или болезнь, или самоубийство... Есть много способов умереть, но каждый месяц как минимум один человек связанный с классом умирает. Люди, связанные с классом, включая учеников и классного руководителя, а также их близкие родственники. Это могло продолжаться до дня выпускной церемонии.

– “Было ли это... ?”

Даже когда я объяснил, сначала Сю снова наклонил голову в замешательстве.

– “Было ли это проклятием?”

– “Проклятие... Ну, некоторые люди говорят, что это так. Но это не значит, что проникающий в класс лишний, является мстительным духом ученика Мисаки. Следуя легенде, лишний полагается, был жертвой... Кто-то, кто умер в катастрофе предыдущего года. Но этот человек не делает ничего плохого сам. Так что я думаю, что немного отличается от обычного проклятия.”

– “Это было...?”, Сю выглядел все более и более встревоженным. “Это было на самом деле?”

– “Я когда-нибудь лгал тебе, Сю?”

– “Но...”

– “Это действительно происходило”. Я ответил с серьезным лицом. “Я испытал это на себе одиннадцать лет назад. В классе 3-3 Северного Йоми...”

Количество парт и стульев в классе было неправильным, и была группа людей, которые начали паниковать, что это тот самый год... В Апреле первой умерла бабушка одного из учеников. Но, так как это была смерть пожилого человека, вызванная болезнью, было значительное количество скептиков, которые рассматривали это как неудачное стечение обстоятельств. Но потом —

– “В начале Мая у нас была школьная поездка, и когда автобус направлялся в аэропорт, прямо перед тем, как мы покинули границы Йомиямы, автобус попал в огромную аварию”

В доказательство я указал на мою левую ногу, которая до сих пор носила шрамы от травмы, полученную мной в той аварии. У Сю вырвался короткий вздох. Его выражение сменилось с замешательства на ужас.

– “Некоторые из моих одноклассников умерли в той аварии. Как и классный руководитель, который ехал с нами. Мы были все... Каждый в автобусе был покрыт кровью... Это было ужасное происшествие”

Я вздохнул и медленно потряс рукой. Сю, казалось, мог заплакать в любой момент.

– “Я был ранен достаточно тяжело, поэтому меня госпитализировали, и заняло целый месяц, чтобы меня выписали. Но когда я наконец-то мог пойти в школу, катастрофа поразила мою собственную семью. Тебе было всего лишь год, так что ты не вспомнишь, что случилось в середине Июля того года...”

Смерть моей матери Хинаки.

Она пошла по магазинам одна и ей внезапно стало плохо, и к тому времени, как её доставили в отделение скорой помощи, было уже слишком поздно. Причиной смерти была записана остановка сердца, но если верить моему отцу Шотаро, она была в прекрасном состоянии. Он не мог поверить, что она умерла так внезапно и стал скептичным. Конечно, он тоже был опечален и заполнен горем.

Я не мог сказать что-нибудь ранее, но встретившись с этим, я раскрыл секрет класса 3-3 отцу. Нарушив заповедь переданную классом – что беспорядочно говорить другим людям об этом может навлечь на нас еще худшее бедствие.

Я предполагаю, что автобусная авария в Мае и внезапная смерть моей матери в Июне – оба были катастрофами, посетившими класс 3-3. Я уверен в этом.

Если легенда класса – правда, то бедствия ещё не закончились. Кто-то связанный с классом умрет в следующем месяце, и в следующем, и в следующем... вплоть до выпуска. Это могу быть я или моя семья – может мой отец или старшая сестра Тцукихо.

– “Мой отец – твой дед – был врачом, а врачи это ученые, так что он мне сразу не поверил. Но я упрашивал его так отчаянно...и я уверен, что с аварией и внезапной смертью матери, даже мой отец не мог помочь, но он почувствовал, что происходило что-то ненормальное...”

– “Вот почему вы уехали из Йомиямы?”, спросил Сю, его глаза были широко раскрыты.

– “Верно”, ответил Я, опуская свой взгляд.

– “Мы были напуганы. Мой отец и Я, оба. Так что мы убежали. Мы спаслись бегством от Йомиямы и переехали сюда”

Когда я сменил школу, и семья покинула Йомияму, после, конечно, мы могли избежать катастроф. Так мы думали. Так что...

Мы очистили наш дом в Йомияме и переехали сюда, в Поместье Лейкшор, будто экстренно эвакуировались. Это произошло сразу после начала Июля.

В том месяце, один из учеников класса 3-3 Северного Йоми спрыгнул с крыши школы и умер.

– ".. .Ну и как дела? Все в порядке?", спросил Сюдзи Хирацука.

– "... Да", ответила Тцукихо низким голосом. "На данный момент ... Думаю, да "

– "Говорят, что он сам отправился в путешествие, верно?"

– "Да. Это то, что сказала я"

– "И все в порядке в его поместье тоже?"

– "Коммунальные платежи автоматически составлены из его банка, так что не должно быть никаких проблем сейчас ... Я также договорилась, чтобы перестали доставлять газету"

– "Никто в районе не проходит там. И у него нет друзей, кто мог бы к нему заскочить."

– "... Нет"

Это было в самом начале Июня, однажды ночью, когда я появился в доме Хирацука. Я услышал этот разговор между мужем и женой. Я шел по длинной темной прихожей их растянувшегося дома, так и случилось, что я прошел мимо гостиной, где они разговаривали.

Услышав их разговор через раздвижные бумажные двери, я резко остановился и прислушался. Похоже, теперь я был призрачным соглядатаем.

– "… А что Сю?"

Это спрашивал Сюдзи. Даже со своей более молодой женой он говорил в вежливом тоне.

После короткого вздоха, Тцукихо ответила: "Без изменений. Он заперся в своей комнате. Иногда я зову его, но он не выходит ..."

– "Ну, я полагаю, помощи не будет"

– "Но когда я спрашиваю его о том, что случилось той ночью, он говорит мне: ‘Мне все равно’. Или ‘Не понимаю, о чем ты'. Или 'Не помню' ".

– "Это так?"

Сюдзи Хирацука был бизнесменом, но с другой стороны, он имел неортодоксальную карьеру, будучи когда-то учился в медицинском университете и стал квалифицированным врачом. Таким образом, он поддерживал связь с его покойного отца Шотаро, который был талантливым врачом. Судя по всему, была какая-то связь, которая объединила его с Тцукихо.

– "Он не появляется, так как ему становится хуже физически, так ведь?"

– "Нет"

– "Я подожду хорошего момента и сам с ним поговорю. При необходимости, есть специалист, с которым я в хороших отношениях и с которым я могу проконсультироваться"

– "Должно быть, это был такой шок для Сю ..."

– "Конечно, был. Но ... мы ведь договорились, Тцукихо, не так ли? Ты понимаешь?"

– "Да, я понимаю"

Мое подслушивание привело меня от сомнений, в которых я находился, к убеждению.

Несмотря на то, что они знали о моей/Терую Сакаки смерти, они, по крайней мере, Сюдзи и Тцукихо Хирацука, пытались не допустить, чтобы об этом узнали другие. По какой-то причине, они пытаются скрыть то, что случилось в ночь на 3 Мая.

Мою/Теруи Сакаки смерть попытались скрыть.

Она была спрятана от глаз общественности.

Что, конечно, означало, что ни похороны не были проведены, ни мой труп не был кремирован или погребен.

Так что тогда?

Такой вопрос неизбежно возникал в данный момент.

То, что случилось со мной после того, как моя жизнь закончилась в главном входе Поместья Лейкшор в ночь на 3 Мая. Что сделали со мной, а точнее с моим трупом? Куда его дели и в каком состоянии он сейчас?

Когда я начал думать о таких вещей—

Я начал думать, что причина, по которой после моей смерти я превратился в это, может находиться там.

Над трупом не провели ни одного похоронного обряда и оставили непогребенным после смерти.

Труп, текущее состояние и местонахождение которого было неизвестно, даже для его бывшего владельца.

... Вот почему.

Из-за такой уникальной ситуации я, должно быть, застрял в этом мире после моей смерти в этом неестественном и нестабильном существовании.

В таком случае...

Если бы это было так, то я бы ...

– "Ты знаешь, что это озеро полумертвое».

Я вспомнил этот разговор.

Это было в середине Июня. Я говорил спонтанно, стоя на берегу озера Миназуки и долго глядя на его темно-зеленую поверхность.

– "Можно сказать, что это озеро с двойным дном. Качество воды делится на верхний и нижний слой – мелкий слой и глубокий слой. Верхний слой – это пресная вода, а нижний – солоноватая".

– "Что значит ‘солоноватая’?"

Человек, с которым я разговаривал, слегка наклонил голову.

Я объяснил, что солоноватая вода была низкоконцентрационной соленой водой, образованной путем смешивания пресной и морской водой.

– "Соленая вода тяжелее, поэтому он опускается на дно, и в течение многих лет кислород в нем полностью рассеивается. Растения и животные не могут жить в обедненной кислородом воде. Таким образом, нижняя половина озера является миром, лишенным жизни. Вот почему озеро полумертвое".

– "Полу… мертвое"

Другой человек повторил эти слова.

А потом она осторожно сняла белую глазную повязку, которая прикрывала ее левый глаз. Да – тем другим человеком была та девушка: Мей Мисаки. Мы говорили, глядя на поверхность озера с того места на берегу.

– "Эй", сказал я, видя ее движение. "Зачем ты снимаешь глазную повязку?"

– "Просто так почувствовала", ответила она сухо.

Она была одета в белое летнее платье и плетеную соломенную шляпу. Красные кроссовки на ногах. Небольшой рюкзак был перекинутой через плечо, и она держала альбом под руку. Ее наряд пришел живо ко мне спиной. Ее образ ярко всплыл в моей памяти.

Это было … прошлым летом.

Думаю, это было в начале Августа. Через пару дней после того, как мы встретились на пляже в конце предыдущего месяца. Сю пришел ко мне в гости и заметил ее с открытым альбомом, устроившуюся в тени рядом с Поместьем Лейкшор. Она сказала, что не знала, что это был мой дом, что она бродила по окрестностям и нашла его случайно и захотела попробовать нарисовать его, или что-то в этом духе.

Я вышел к берегу озера, поэтому Сю привел ее ко мне ...

– "Тебе нравится рисовать? Ты состоишь в клубе рисования в школе или типа того?"

Девушка не ответили ни на один из этих вопросов, но пробежалась глазами по поверхности озера, и сказала: "Понятия не имела, что тут есть озеро настолько близко к океану".

– "Ты не знала об этом?"

Она не ответила.

– "На самом деле есть еще два озера неподалеку. Вместе они называются Три Озера Хинами. Они очень хорошо известны"

Она слегка кивнула, но продолжала сканировать поверхность озера, и поэтому я сказал ей: "Ты знаешь, что это озеро полумертвое?"

– "Мне оно нравится больше, чем океан"

Я припоминаю слова Мей Мисаки. Я запомнил их. Ранний летний полдень. Но небо было слегка облачным, и солнечный свет был мягким. Дувший с озера ветерок добавлял прохлады.

– "Почему?", спросил я.

– "Люди всегда говорят: 'Но океан прямо вон там… '. Очень мало людей потрудились прийти сюда, чтобы расслабиться. Во всяком случае, это непопулярное забытое место."

– "Океан", когда она ответила, Мей медленно закрыла и открыла оба глаза, левый и правый. "Океан слишком полон живых существ. Поэтому я предпочитаю озеро."

– "Хм-м."

И да, я уверен, что это было после того, как некоторое время спустя я сказал ей: "Твой глаз. Этот синий глаз".

Когда она сняла повязку, я глядел на странный синий цвет ее искусственного глаза.

– "С этим вашим глазом мы могли бы видеть одни и те же вещи…, глядя в одном направлении".

– "Почему?", на этот раз она задавала вопросы. "Почему ты...?"

– "Знаешь, я не уверен", я мог предложить ей только такую неоднозначную реакцию. "Интересно, почему я это сказал"

После паузы, она прошептала: "Если ты похож на меня ..., то я не уверена, что это хорошо".

– "И почему же так?", следовал я с другим вопросом, но слегка прикрыв ее левый синий глаз, она слегка покачала головой.

– "... Это просто"

Мей Мисаки.

Я слышал, что она была на втором году обучения в средней школе в Йомияме. Т.е. это лето означало бы начало ее третьего года обучения.

Интересно, в какую школу она пошла.

Мысли начали беспокоить меня, и почти одновременно я вздрогнул и озноб пошел по моей спине. Даже с учетом того, что я призрак.

Возможно ли, что ее средняя школа была Северная Средняя Йомиямы? И возможно ли, что она могла быть в классе 3?

И то, что она была в том же классе, что и та ученица, Юкари Сакураги, о смерти которой писали в газетах? ...

...

– "... Это не невозможно", пробормотал я сам себе хрипящим голосом.

Глава 3

– Ты хочешь вырасти? Или скорее нет?

– ... Без разницы.

– “Без разницы?”

– Ты не свободен, будучи ребенком... Но я ненавижу взрослых.

– Ты ненавидишь их?

– Это зависит от человека. Если бы я мог стать взрослым, каким хочу, я бы хотел вырасти прямо сейчас.

– А, понятно. Но ты знаешь, это не так классно быть взрослым.

– Не так?

– Мне бы хотелось вернуться назад. Чтобы стать ребенком.

– Почему?

– ...

– Почему ты хочешь вернуться для того, чтобы стать ребенком?

– ...Потому что, думаю, я хочу вспомнить это.

– Вспомнить что?

– Ну что ж...

Июнь прошел и начался Июль...Времена года поворачивались к лету, и все по-разному менялось, в то время как я оставался прежним.

В этой противоестественной, нестабильной “форме существования” как призрак, продолжая уклончиво задерживаться в мире живых полусформировавшимся способом, каждый раз время от времени появляясь без какого-либо устойчивого цикла или закономерности.

В Поместье Лейкшор или где-то поблизости.

В доме Хиратцуки или его окрестностях.

Я также появлялся в местах, которые не попадают ни под одну из этих категорий. На приморской дороге в дождливый день или на территории полуразрушенного храма, название которого я не помню...

И все еще никто не заметил эти частые явления. Ни один человек.

Какой может быть возможная причина, из-за которой я стал тем, что есть?

Я чувствовал, будто я уже знаю ответ на этот вопрос. Я бы не сказал, что я был на 100 процентов уверен, но это казалось правдоподобным.

Я не думаю, к примеру, что Я держал обиду на кого-то, или что я вцепился в какую-то удерживающую привязанность, или сожалею о каком-то не выполненном деле, которое мне не удалось завершить. Даже как утративший память призрак, я ожидал бы иметь по крайней мере крохотную осведомленность об этом, если такие сильные эмоции лежали в корне этого – и все же.

Я не чувствовал никакой злобы к кому-либо в частности.

И у меня не было каких-либо нормальных догадок о том, что я мог оставить не завершенным – не думаю.

Все что было, это чувство печали накрывающее всего меня, глубокое и все еще неопределенное...

... Вот почему.

Думая об этом, я чувствовал уверенность, что поводом был тот факт, что я оставался “неоплаканным.”

Я умер, но моя смерть никем не признана, и надлежащие похороны не были проведены. Не только это, но даже я не знал где моё физическое тело (читать: труп) или что случилось с ним после того, как я умер. В такой несправедливой ситуации, Я полагал, что я продолжу таким образом.

Что будет означать...

Когда я появлялся где-то, даже если я пытался прикоснуться к кому-либо, они никогда не осознавали, что я здесь. Я предполагаю, что некоторые люди могут почувствовать, но это не четко.

У призраков есть много проблем – это ли то, к чему в действительности все сводится?

Предположим, я был мстительным духом с жестокой злобой в корне моего существования: Я бы возможно преследовал человека, которого ненавидел и в конце попытался бы убить его. Думаю, такой тип призрака имеет характерные черты, которые делают легким обнаружение его присутствия, т.е., легко выявляемым. Эти примеры бессмысленных вещей, о которых я стал думать.

В моем случае, я был, возможно, другим типом призрака. В общих понятиях, никто не знал обо мне и не видел меня. Не говоря уже о том, что я не пытался преследовать или убить кого-то конкретного, не то чтобы я мог. Без разницы, где или как я появлялся, я абсолютно “не существовал” для людей.

Все, что я мог ещё сделать – это принять это и думать, Вот так вот... Как начался Июль, чувство поражения распространялось во мне.

К примеру, я думал о возможном поднятии суматохи, напоминающей полтергейста, чтобы привлечь внимание. Но даже если бы я должен был попробовать это, я не думаю, что мое сообщение (Теруя Сакаки умер и стал призраком, и я прямо здесь!) было бы, несомненно, обнаружено. Казалось, что было бы просто запутаться из-за многих проделок. Я чувствовал себя никчемным. Конечно, Сю и Мирей не понимали этого, как и Тцукихо или Сюджи, которые, казалось, скрывал мою смерть...

Сейчас для меня остался лишь один способ.

Что-то, что может иметь значение, если Я попробую это. Это —

Найти моё тело, вероятно.

Мое тело, упавшее к его смерти в парадной Поместья Лейкшор ночью 3-го Мая. Мое тело, после смерти которое, я знаб, не было оплакано как следует и, насколько мне известно, не было похоронено надлежащим образом.

Где оно сейчас? В каком оно состоянии? Если бы я мог просто обнаружить его..., Я думал.

Если бы я мог просто найти его и увидеть собственное тело, иметь возможность непосредственно испытать мою собственную смерть в такой неопровержимой форме...

Если бы я мог сделать это, может быть.

Может быть, после я бы освободился от моего нынешнего существования.

В таком случае —

Я начал проводить поиски моего тела каждый раз, когда я появлялся.

Я не предполагал, что оно будет в доме Хиратцуки или где-то поблизости. Местом, где оно, казалось, могло быть, было Поместье Лейкшор или окружающая местность.

С этими мыслями, Я решил, что каждый раз, когда я появляюсь, я буду обыскивать каждое мыслимое укрытие с этим намерением.

В первую очередь везде внутри дома.

Каждую комната на первом и втором этажах. На чердаке и в подвале. В ванных и туалетных комнатах, конечно, так же, как и в кладовых и чуланах и внутри разных шкафов. Способность к оказанию физического воздействия, казалось, зависела от времени и места, и существовали ограничения на диапазон и степень этого воздействия, но я был способен открывать и закрывать двери и выдвижные ящики без труда.

На втором этаже было несколько комнат с закрытыми дверьми, но это не представляло собой проблему для меня с тех пор, как я лишился физического тела из плоти и крови. Чистое желание войти заводило меня внутрь. Я также сходил на чердак и в подвал. Я даже заглянул в глубину старого камина, который давно уже не использовался. Тем не менее —

В конце концов, мое тело нигде не было найдено в доме...

Следующим местом, в которое я заглянул, бы гараж, построенный на участке земли примыкающем к дому.

С тех пор, как я стал призраком, мне все же пришлось вернуться в гараж. На его лицевой стороне был одноэтажный “навес” сделанный из дерева с обветшалой внешностью, который я использовал при жизни, чтобы парковать машину и хранить инструменты.

Машина была все еще здесь, также, как я её оставил.

Это был белый легковой автомобиль, о котором, не буду утверждать, что заботился безукоризненно. Я не владел мопедом или велосипедом. Одной из причин была старая рана на левой ноге, так что я всегда использовал только четырехколесные автомобили.

Машина не была закрыта, и ключ висел на приборной панели в гараже. Так же, как я делал в жизни.

Водительское сиденье, пассажирское, заднее, багажник... В целом были такими же: Мое тело было не здесь.

Я обыскал каждую трещину и уголок в гараже, включая под машиной. Но я до сих пор ничего не нашел...

Оно не было в здании.

Значит, предполагаю что снаружи. В таком случае, границы расширились до бесконечности.

Передний и задний дворы имения. Окружающие леса. Берег озера. Оно может даже быть в земле или озере. Даже отставив в сторону лес, здесь всегда был океан. Мысли об этом вогнали меня в ступор.

У меня не было ничего, походящего на нить, чтобы следовать.

По существу, была проблема, связанная с “что случилось там ночью 3-его Мая после смерти Теруи Сакаки?” Как это произошло, даже после становления призраком, тот же самый Теруя Сакаки/Я не знал. Ситуация совершенно абсурдна. Пустота, как густой туман, поднималась над событиями до и после моей смерти, Я продолжил рассматривать с горечью —

Я пересмотрел свои вопросы.

В первую очередь, почему я умер?

Что случилось после того, как я умер?

Поскольку эти вопросы остались такими же, тому, что я мог сделать, были пределы. По крайней мере, я мог попытаться расширить зону моих поисков с центром в Поместье Лейкшор...

С другой стороны, у меня также было чувство, что, у меня не было какой-либо конкретной спешки по этому поводу.

Потому что ничего не меняет того, что я мертв.

Конечно, я не могу назвать мое теперешнее состояние приятным, но при этом у меня не было никакой уверенности в том, что может произойти, если бы я смог найти мое тело. Я бы мог рассмотреть эту смутную идею, но когда я обдумывал, было ли это, так или иначе, тем, что я хотел на самом деле, Я становился немного неуверенным...

...Однако.

“Когда люди умирают, я полагаю, они могут соединиться каким-то способом со всеми“.

А...что это?

О да, это то, что я сказал кому-то в прошлом.

“Кто это – ‘каждый’?”

Когда меня спросили, полагаю, я ответил: “Я имел ввиду каждого, кто умер до них.”

...И все же.

Даже если я был мертв, я был совершенно один здесь. Выброшенный в это противоестественное, нестабильное существование.

Я не хочу быть таким вечно – Я знаю, что какая-то часть меня тоже чувствовала себя таким образом.

По мере приближения к середине Июля, мне случилось быть там снова, когда телефон в парадной зазвонил.

– “Сакаки? Привееет? Ты все еще не здесь?”

После того, как аппарат подняли, мужской голос, который, я помню, слышал раньше.

– “Это я, Арай. Ты уехал на все это время или что? Я догадываюсь, что ты не получил другие мои сообщения.”

Я получил их два месяца назад...но, хорошо.

Его тон значил: Я пытался позвонить несколько раз еще, ты знаешь. Возможно, конечно, Я, казалось, вспоминал, что было в том звонке два месяца назад, это звучало так, будто там было что-то, о чем он хотел поговорить.

– “Похоже ты в долгой поездке? Это было бы большой проблемой для меня. Я не могу вспомнить, есть ли у тебя сотовый телефон или нет. Я надеюсь, ты сможешь поймать этот сигнал SOS от старого приятеля.”

Хотелось бы, но...извини, сейчас я не могу ничего особо поделать с этим. Не говоря уже о том, что таким, как я сейчас, я все еще не могу вспомнить, как этот “старый приятель” даже выглядит, в самом деле.

– “Я сказал, что это SOS, но хорошо, что-то вроде этого в другой раз, я надеялся, ты сможешь помочь мне отделаться. Все же вспоминая североёми – мы прошли через это все вместе... Правда?”

Я подумал, Что—?

Мы прошли через все это в североёми?

Я догадывался, что “североёми” был “Северным Йоми.” Северная Средняя Школа Йомиямы. Где я отучил третий год, одиннадцать лет назад...

Итак, Арай был моим одноклассником с тех времен?

Из Северного Йоми... Из Класса 3-3 того года?

– “В любом случае, когда ты получишь это, мог бы ты позвонить мне? Пожалуйста, Сакаки, малыш?”

Как только он повесил трубку, Я направился прямо в библиотеку на втором этаже.

Старый друг по имени Арай... Я все ещё не мог вспомнить, писалось ли его имя с помощью кандзи так же как и новый колодец или как неотесанный колодец, но я думал, может быть...

Фото, стоявшее на моем столе в библиотеке... Памятное, снятое на летних каникулах в 1987 году. Я думаю, может быть один из людей на этой фотографии и есть он.

Говорят, это началось в 1972 году.

Двадцать шесть лет назад, оглядываясь сегодня назад и пятнадцать лет назад, когда Я был в третьем классе в средней школе одиннадцать лет назад.