Текст книги "Нежность ночи"
Автор книги: Ярослава Лазарева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
Когда мы вошли во двор, я замедлила шаг: увидела паркующийся джип отца. Мама явно растерялась и посмотрела на меня с испугом. Но я сжала ее локоть и направилась к джипу. Раз уж решила наладить отношения, то отступать не стоило. Отец выбрался из машины, закрыл дверцу, включил сигнализацию, повернулся и только тут заметил нас. Маму в первый миг он не узнал, и мне доставило удовольствие наблюдать за сменой выражений его лица. Он словно не верил тому, что видел. Его приоткрытый рот и округлившиеся глаза выглядели глуповато, и я начала улыбаться, тут же ощутив, как спадает напряжение.
– Кто это?!– всплеснул отец руками, когда мы приблизились. – Что это? – уже тише спросил он.
– Это мы,– дрожащим голосом ответила мама.
Я посмотрела на ее раскрасневшееся похорошевшее лицо. Золотисто-каштановый цвет волос делал кожу свежее, а удачная стрижка подчеркивала миловидные приятные черты. И я понимала, отчего отец оторопел. Никогда мама не выглядела так стильно.
– Что с тобой произошло, дорогая женушка?– тихо поинтересовался он, приходя в себя.– Ты словно превратилась в Василису Прекрасную! Лада, твоя работа?
– Скорее Лизы,– улыбнулась я.– Так и будем здесь стоять?
Отец посмотрел на меня с затаенным любопытством, взял маму под руку, и мы направились к подъезду. Я порадовалась его выдержке, приобретенной за многолетнюю работу в рекламном бизнесе, потому что мама сильно разнервничалась и была на грани обморока. Она привалилась к плечу отца, шла с трудом, возможно, из-за высоких каблуков, хотя у меня создалось впечатление, что у нее от волнения подгибались колени.
У подъезда отец остановился.
– Одну секунду! – сказал он и быстро отошел от нас.
– Ты куда, Гриша? – растерянно крикнула ему вслед мама.
Но он даже не оглянулся.
– Чего это с ним? – спросила она, поворачиваясь ко мне.
– Не выдержал радости встречи и сбежал,– пошутила я.
Но мама шутки не восприняла и смотрела на меня немного испуганно.
– Он же сказал «секунду»,– напомнила я,– так что не волнуйся! Сейчас появится!
– Ладушка, ты того...– робко начала мама,– ты уж... Ты так изменилась! Я тебя не узнаю. Такая стала... решительная, настойчивая, упрямая. Ты уж полегче с отцом-то. Он ведь не на шутку переживает вашу размолвку. Ты не думай! Это вид у него такой невозмутимый. Но в душе-то! Плохо ему!
– Хорошо, мамочка! Я все поняла. Только не волнуйся! Ты же видишь, я пришла к вам... домой.
– Ты нас простила?– еле слышно спросила она.
– Конечно!– улыбнулась я и поцеловала ее в щеку.
Она сжала мою руку и расцвела счастливой улыбкой.
– Чего мы тут застряли?– продолжила я.– Может, домой пойдем? А отец, думаю, скоро появится.
– Не знаю,– неуверенно ответила она и вытянула шею, видимо высматривая его.
Я тоже глянула за угол и так сильно вздрогнула, что выронила сумочку. К нам быстро шла... Лера. Ошибиться я не могла. Несмотря на то что двор у нас довольно темный, к тому же пошел снег, я ее мгновенно узнала. Она по-прежнему была в имидже актрисы немого кино. Я нагнулась за сумочкой и начала отряхивать ее от снега, делая вид, что не вижу ее. Лера поравнялась с нами и расплылась в любезной улыбке.
– Привет, Лада!– сказала она ласковым голоском.
Мама с изумлением на нее посмотрела.
– Я сейчас,– сказала я, подхватила Леру под локоть и потащила от подъезда.
– Ладушка!– растерянно позвала мама, но я даже не обернулась.
Лера тихо хихикала, но не сопротивлялась. Мы дошли до конца дома, я завела ее за угол и прижала к стене. Она дышала тяжело, ее ноздри начали раздуваться, губы задрожали. Но я была разъярена и не обращала внимания на эти угрожающие признаки.
– Какого черта ты тут шляешься?!– прошипела я.– Тебе Рената ясно сказала, чтобы ты на этой территории не появлялась! Чего тебе нужно?
Лера тихо зарычала, и я отпрянула.
– Укусить меня решила?– уточнила я.– Тогда тебе точно не поздоровится! Грег от тебя мокрого места не оставит. Уж не сомневайся!
Лера отодвинулась, закрыла глаза и глубоко вздохнула. Я видела, что ее лицо становится спокойнее. Я молча ждала. И вот она открыла глаза, глянула на меня более осмысленно и тихо произнесла:
– Прости! Твоя кровь кружит голову. Мне трудно сдерживаться. На самом деле. Лада, я появилась, чтобы просить тебя о помощи.
– О чем?!– усмехнулась я.
Лера стянула черную перчатку с левой руки и подняла кисть. Пальцы по-прежнему выглядели прозрачными, словно были из стекла. Лера пошевелила ими и спросила:
– Видишь? Это не проходит! И даже наоборот– распространяется все дальше по руке.
Она загнула рукав полушубка, и я увидела, что не только кисть прозрачна, но и запястье.
– А ведь после превращения прозрачными были лишь пальцы.
– Не пойму, что ты от меня хочешь!– пожала я плечами.– Рената тебя обратила, так что все вопросы к ней.
– Да была я у нее!– раздраженно ответила Лера.– Она лишь смеется и издевается! А я схожу с ума от злобы! Я превратилась в машину: убиваю и убиваю, но моя жажда все растет. Кровь не может меня насытить! Думаю, все дело в этом уродстве– стеклянной руке.
– Избавь меня от таких подробностей,– сказала я и передернулась от отвращения.– Так
чего ты от меня хочешь?
– Рената обмолвилась, что наверняка есть какая-нибудь легенда и что она даже что-то смутно помнит. Но я искала в Интернете, в библиотеках просматривала редкие антикварные издания, однако ничего не обнаружила. Прошу тебя, Лада, в знак нашей прежней дружбы, поищи в их семейной библиотеке. Знаю, что они не один век собирают издания про вампиров. Но Рената отказывается мне помочь!
– В знак нашей дружбы? – ехидно повторила я.– Что-то не помню никакой особой дружбы между нами... скорее наоборот!
– Лада, где ты?– раздался в этот момент голос мамы из-за угла.
– Помоги!– быстро сказала Лера.– Не хочу тебе вредить! И твоим близким тоже,– с угрозой добавила она и вытянула шею, вглядываясь в угол дома и раздувая ноздри.
Я испугалась, что мама вот-вот появится.
– Хорошо! – согласилась я. – Поищу! Только убирайся с глаз!
Лера словно испарилась. Я приняла спокойное выражение лица и пошла навстречу маме. Она уже показалась из-за угла.
– Ладушка! Папа вернулся, а тебя все нет! Что же это такое?
– Знакомую встретила,– невозмутимо ответила я.– Кое о чем переговорить нужно было с глазу на глаз.
– Что ж ты нас не представила? Могли бы в дом пригласить! – укоризненно сказала она.
– Это лишнее! – испугалась я. – К тому же знакомая не из приятных, поэтому я решила, что вам лучше не знать друг друга. Так куда бегал папа? – перевела я разговор на другую тему.
– За цветами и шампанским,– ответила она и зарделась.
И действительно, возле подъезда стоял отец с огромным букетом роз и пакетом, из которого торчало горлышко бутылки шампанского.
– Ну вот, все в сборе!– немного нервно заметил он, когда мы приблизились.– Пойдемте скорее домой! Предлагаю устроить маленький семейный праздник... в честь воссоединения, так сказать!
Вечер прошел на удивление мирно. Мама накрыла на стол. Я даже сделала исключение и немного пригубила шампанского. Отец заливался соловьем, рассыпал комплименты и маме, и мне, цвел в улыбках. Но злобы я уже не испытывала. Видимо, обижаемся мы много раз, а прощаем всего один, зато уже навсегда.
Родители предложили мне остаться переночевать. И я, вспомнив о Лере, согласилась. Не хотелось покидать это уютное безопасное гнездышко и выходить на улицу в темноту. Они устроили меня на диване в гостиной, и спала я на удивление крепко. Когда открыла глаза, то поняла, что уже день. Вскочив с дивана, заглянула в спальню. Но кровать была застелена. Я отправилась на кухню. Увидела на столе записку. Мама сообщала, что они поехали на работу, а меня решили не будить.
«Странно, что я сама не проснулась,– удивилась я.– Но как отлично отдохнула! Что значит родительский дом!»
Я и правда ощущала прилив бодрости, и даже мое подавленное последнее время настроение явно улучшилось. Я умылась, сварила кофе и неторопливо позавтракала. Затем вернулась в гостиную и забралась с ногами в кресло. На душе становилось все легче, словно знакомая с детства квартира, все эти вещи, мебель неведомым образом умиротворяли. Я будто перенеслась в то время, когда была обычной девушкой и понятия не имела о том, что вампиры существуют, а самой большой проблемой для меня был выбор наряда для школы или вечеринки с друзьями. Я дотянулась до пульта, лежащего на журнальном столике, и включила радио в музыкальном центре.
Грустный усталый взгляд,
Песня печальная,
Не смотри на меня,
Я так не выдержу.
Дальше мне без тебя
Будет еще трудней,
Без тебя, без тебя...[9]
[Закрыть]
Мое настроение упало, привычная печаль сжала сердце. Я вслушивалась в слова и думала о
Греге. Какой-то легкий ветерок пронесся по моему лицу.
– Но ведь вы оба так этого хотели!– услышала я голос и вскрикнула от неожиданности, вжимаясь в кресло.
Напротив стоял Дино и смотрел на меня. Он стал еще красивее после нашей последней встречи.
«Как он попал в квартиру?– начиная пугаться, подумала я.– Ведь вампиры без приглашения хозяев не могут войти в дом!»
– Когда-то твоя мама сама меня и пригласила, думая, что я твой приятель,– напомнил Дино и улыбнулся.
– Ты по-прежнему читаешь мысли,– констатировала я.– Хотя кровь больше не пьешь. Или...
– Не волнуйся!– мягко произнес он и без приглашения устроился на диване.– Питаюсь исключительно кровью животных. По примеру Грега и Ренаты– предпочтительно кроликов.
– Но Грег...– начала я.
– Ах да! Он уже человек и может есть что угодно!– заметил Дино.
– Зачем ты появился?– спросила я, по-прежнему испытывая дискомфорт от его присутствия.
Хотя Дино и не был опасен, но я давно уже взяла за правило не доверять до конца ни одному вампиру. К тому же я только что чувствовала умиротворение и успокоение, радовалась, что я снова в доме родителей, ощущала себя вернувшейся в безмятежную пору моего незнания о вампирах, и вдруг– появление одного из них. Это было неприятно. И как бы хорошо я ни относилась к Дино, мне хотелось, чтобы он исчез. Немедленно.
– Я исчезну,– быстро сказал он,– и не буду больше тебя беспокоить. Но, умоляю, помоги Лере! Это невыносимо!
– Опять Лера!– вздохнула я.– Вчера она разговаривала со мной по поводу своей стеклянной руки. Но ты тут при чем?
– Мы вместе,– сообщил он и опустил глаза. Длинные густые ресницы бросали тени на мраморно-белые щеки. Я скользнула взглядом по его красным, четко очерченным губам, они были неподвижны. Лицо выглядело спокойным.
– Снова?– удивилась я.
– Став вампиром, Лера примчалась ко мне,– начал он рассказывать.– Она была ужасна. Ни в ком я не встречал такой неуемной жажды. Лера буквально ненасытна. Все мы после превращения словно одержимы кровью, но она точно сошла с ума и бросалась на любого, кто попадался ей на пути. Я с трудом увел ее из Москвы. Знал, что клану Ренаты, да и другим обитающим здесь семьям не понравится, что охотятся на их территории. И тогда Лере не поздоровилось бы.
– Это точно!– кивнула я.– Рената при мне ее предупреждала.
– Мы обосновались в подмосковной Балашихе,– продолжил Дино.– Я купил дом на окраине. Нашел отличный особняк. Хозяин недавно разорился и продавал его в срочном порядке. Но, главное, он стоит на отшибе, в отдалении от коттеджного поселка. Это меня и привлекло. Лера вначале радовалась и даже занялась обустройством нашего гнездышка. Накупила кучу мебели, техники, потом все это перетаскивала из комнаты в комнату, с этажа на этаж. Зато меньше охотилась. Потом пригласила дизайнера, так как сама не могла устроить «модное стильное жилище», так она говорила. Приехал молодой человек, с усердием принялся за работу. Лера захотела готику. Он выполнял все ее желания. Через неделю все было закончено. И она...
Дино замолчал и опустил голову. Платиново-белые пряди упали ему на лицо. Я ощутила странный приступ жалости, поняв, что на самом деле Дино трудно все это рассказывать. Но причину его смятения я не знала.
– Она осталась недовольна?– поинтересовалась я.– Лера же очень... недалекая девушка... была! А уж вампир из нее могу только представить какой! Тупая жестокость– вот все, на что она способна!
– Да,– тихо ответил он.– Она заманила дизайнера и двух рабочих в подвал и там убила. Напилась крови и устроила танцы прямо на трупах.
– Ужас!– прошептала я и содрогнулась от представившейся картинки.
– Мне пришлось ночью инсценировать автокатастрофу, что они в пьяном виде разбились на машине, которая перевернулась пару раз и потом будто загорелась.
– Дино, уйди ты от нее!– взволнованно произнесла я.– Зачем она тебе? Одно дело, когда она была обычной невинной девушкой, а ты мечтал выполнить условия поверья и стать человеком. Но ведь сейчас все изменилось! Зачем она тебе?– настойчиво повторила я.
– Хоть я и вампир,– задумчиво ответил Дино,– но чувствую вину. Ведь это я втравил ее во все это. Если бы я с ней не познакомился тогда в клубе, то уверен, Лера так бы и жила обычной жизнью.
– Сомневаюсь! – сказала я.– Насколько помню, Лера подрабатывала танцовщицей гоу-гоу в каком-то сомнительном заведении, учиться не хотела, даже одиннадцать классов не закончила. Что ее ждало?
– Все было бы лучше! А сейчас она вампир. Из-за меня!
– Не думаю!– перебила я.– Каждый проходит свой путь. И не мне это тебе говорить!
– Еще и этот странный дефект!– продолжил Дино.– Мне кажется, если бы ее рука приобрела нормальный вид, то Лера стала бы спокойнее. Мне кажется, ее стеклянная кисть и эта кровожадность как-то связаны. Но я все-таки надеюсь, что она перестанет охотиться на людей.
– Зря вы в Балашихе поселились!– заметила я после паузы.– Так близко от Москвы!
– Она твердо пообещала мне, что в городе охотиться не будет,– сообщил он.– К тому же Лера...
Дино вновь замолчал. Я видела, что он о чем-то мучительно раздумывает. Его бледное лицо выглядело сосредоточенно-застывшим и напоминало маску. Только прозрачные зеленоватые глаза жили на этом будто бы мертвом лице.
– Что Лера?– прервала я его раздумья.
– Она устроилась на работу в ночной клуб... стриптизершей. И уже получила некую известность. Ее прозвали Черной Перчаткой. Ведь она не может демонстрировать стеклянную кисть, вот и раздевается не до конца. На ней остается лишь черная перчатка и черные босоножки на огромных каблуках.
– Сменила имидж и стала женщиной-вамп, – пробормотала я. – И что за клуб? Неужели в Москве?
– Ее уже пригласили в Москву, но пока она выступает в Балашихе. Есть там закрытый ночной клуб для элиты,– хмуро произнес он.
– Дино! О чем ты думаешь?! Зачем ей разрешаешь? Разоблачить твою подружку не представляет труда! А если она сорвется и захочет поохотиться на одного из клиентов клуба?
– Она уже убила одного из телохранителей,– мрачно сказал он.– Пришлось мне прострелить место укуса, чтобы скрыть следы. Хозяин телохранителя решил, что это его хотят припугнуть, он много денег должен, и шума поднимать не стал. Знала бы ты, как полезно уметь читать мысли!
– А Лера?
– Обещала, что в Балашихе больше не охотится. Да и клуб решила поменять.
– Смотри, доиграешься ты с ней!– предупредила я.
И замолчала. По правде говоря, я чувствовала себя уже настолько дискомфортно, что хотелось убежать куда глаза глядят. Присутствие Дино в квартире родителей, а ведь для меня это была зона безопасности, угнетало. Да, мой любимый больше не принадлежал к миру вампиров, я сама счастливо избежала этой участи и по-прежнему оставалась обычной девушкой, так что могла бы не волноваться. Вначале я по наивности думала, что после обратного превращения мы сможем зажить обычной жизнью и постепенно забудем все, что происходило с нами, но сейчас понимала, насколько ошибалась. Мир вампиров не отпускал, и я по-прежнему являлась его частью.
– Не знаю, что делать,– после длительной паузы сказал Дино.
– Выход один: прекратить с Лерой любые отношения,– безапелляционным тоном предложила я.– Ни к чему хорошему такая связь не приведет!
– Она не отпустит,– тихо ответил Дино.– Знаю, ты беспокоишься из-за того, что я здесь, в этой квартире,– невпопад добавил он.
– Я постараюсь найти хоть что-то о... стеклянной руке,– пообещала я, не ответив на его последнее замечание.– Перерою все книги. У Грега огромная библиотека. Наверняка что-то имеется по теме, может, какая-нибудь легенда... Мало ли!
– Буду ждать,– сказал он, грустно мне улыбнулся и исчез.
Я глубоко вздохнула, откинулась на спинку кресла и закрыла глаза
.
Пустота.
Мы отлетаем, отпуская руки...
Пустота.
Глаза такие жадные до красок.
А в душе пустота...
Этого не может быть со мной,
Я же выхода не знаю.
Вниз лечу без крыльев за спиной...—
доносилось из музыкального центра.
Будто кто-то прибавил звук, так четко я услышала слова песни. Но они вызвали лишь усиление угнетенного состояния, и я выключила радио. Затем быстро собралась и покинула квартиру.
Дойдя до метро «Пролетарская», задумалась. Ехать в квартиру в Замоскворечье не хотелось. Стоило мне представить наше пустое гнездышко, как сразу становилось нехорошо. Вновь оказаться там в полном одиночестве, бродить из комнаты в комнату, думать о Греге, сдерживать слезы, бороться с тоской и отчаянием? Это было выше моих сил. Мне явно требовалось отвлечься, но из головы не выходила история с Лерой. Я обещала Дино, что пороюсь в книгах, и понимала, что он ждет результат.
Достав мобильный, набрала номер Ренаты. Она ответила довольно быстро. Я рассказала ей о встрече с Дино.
– Как раз хотела тебе звонить,– сказала она.– Посмотрела в нашей библиотеке, но ничего не нашла.
– Вот как! Жаль,– огорчилась я.– Дино просто места себе не находит.
– Зря он с ней снова связался!– раздраженно произнесла Рената.– И зря я тогда ее не убила!– с угрозой добавила она.– В общем, так, Лада, я тут на днях связалась с Порфирием. Пообещал поискать информацию, он сейчас в Лондоне. Сегодня от него пришло письмо. И там текст легенды.
– Может, тогда я сразу к тебе?– обрадовалась я.– Распечатаю и отдам Дино!
– Н-не знаю,– замялась Рената.– Давай я лучше перешлю тебе этот текст по емейлу! А там уж делай с ним, что сочтешь нужным.
– Ну хорошо,– ответила я. удивляясь, что Рената явно не хочет, чтобы я к ней пришла. Но ведь она вампир, так что до конца понять, что творится у нее внутри, я не могла.
И я отправилась к себе в Замоскворечье. Но решила не пользоваться метро, а прогуляться. Погода испортилась, хотя за ночь резко потеплело. Под ногами была слякоть, с неба сыпался то ли снег, то ли дождь, воздух был влажным. Город словно тонул в серой дымке этой промозглой сырости. Я поднялась на Новоспасский мост, о чем, правда, тут же пожалела. Едущие мимо машины разбрызгивали грязь, тротуар по краю был узким, и я пошла как можно быстрее. Когда спустилась по лестнице с моста, то увидела, что на переходе горит зеленый. Я почти бегом бросилась туда, но не успела. Уже загорелся красный.
Возле меня притормозила машина. Окошко приоткрылось, и я услышала оклик:
– Лада!
Удивившись, вгляделась в лицо – в приоткрытом окне была Тина. Ее рыжую гриву, раскосые глаза и ослепительную улыбку невозможно не узнать.
– Тебя подвезти? – спросила она.
Я кивнула, дверца распахнулась, и я забралась на заднее сиденье. Машину тут же тронулась с места, За рулём сидел Тин. Он обернулся ко мне, улыбнулся и поздоровался. Я улыбнулась в ответ. Тин выглядел таким же красивым, как и Тина, только его волосы были не такими ярко-рыжими, а скорее медового оттенка, а глаза – зелеными. К тому же Тин не обладал такой вызывающей сексуальностью, как его сестра. Его мужское обаяние было скрытым, но от этого намного более притягательным. К тому же воспитанность, утонченность и благородство выгодно отличали его от бесшабашной, порой развязной и явно легкомысленной Тины. Они оба были лисы-оборотни, но в Тине ярче проявлялась лисья натура. Мне даже казалось, что улыбается она всегда с хитрецой, а в ее глазах постоянно прячется лукавство. Тогда как Тин выглядел открытым, уверенным в себе и спокойным.
– Куда направляешься? – спросил он, поворачивая на Кожевническую улицу.
– В Замоскворечье, – сообщила я – Можете высадить меня возле Павелецкой, а там и пешком недалеко.
– Можем и до подъезда довезти. Или не хочешь, чтобы мы знали, где ты обосновалась с красавчиком Грегом? – неожиданно заявила Тина.
– С чего ты взяла? – усмехнулась я. – Мало ли куда вы сами едете! И вам совсем не по пути!
– По пути!– закивал Тин. – Мы едем в ту сторону, так что не волнуйся.
– Прикинь, Лада, мой братец решил посетить Третьяковскую галерею,– вдруг расхохоталась Тина.– А чего я там не видела? Древние замшелые картины! Тоже мне ценность!
– Живопись облагораживает натуру,– мягко заметил Тин. – А мы должны постоянно стремиться к совершенству.
– Я прекрасно совершенствуюсь в ночных клубах, – капризно проговорила она.– Там обалденная музыка! Чем не искусство? Вот мы были с Петенькой как раз тут неподалеку в Форум Холле[10]
[Закрыть] на транс-пати! Улет полный! Я так оторвалась! Лада, ты любишь транс? – живо поинтересовалась она.
– Нет – поморщилась я.– Мне больше по вкусу рок-музыка.
– А! Хэви-металл!– не смутилась Тина.– Брутальные мальчики с длинными волосами и в татушках с ног до головы. Просто вау! Тоже обожаю! Может, закатимся сегодня куда-нибудь в клуб?– возбужденно предложила она.
– Вначале в Третьяковскую галерею,– невозмутимо сказал Тин.– Лада, может, составишь нам компанию? Или все-таки домой?
Его предложение меня удивило и озадачило. Мне по-прежнему отчего-то не хотелось оказаться дома. Примирение с родителями принесло покой в душе и какую-то тихую затаенную радость, и, возможно, психика сопротивлялась возвращению в угнетенное состояние, которое непременно охватывало меня в пустой квартире. Вероятно, поэтому возникало такое устойчивое нежелание возвращаться в наш с Грегом дом. Однако Рената наверняка уже отправила мне письмо с текстом легенды.
– Так что? – спросила Тина и заулыбалась.– Составишь нам компанию?
– Не знаю,– неуверенно произнесла я.
– Волнуешься из-за Грега? Думаешь, приревнует к моему красавцу-брату? – не унималась она.
«Они, конечно, ничего не знают,– мелькнула мысль.– Да и откуда? Оборотни не очень-то дружны с вампирами и стараются избегать с ними встреч».
– Грег сейчас в отъезде,– после паузы сообщила я.
– Тем более!– сказала Тина.– Чего одной дома сидеть? Или ты тоже не любишь классическое искусство? Тин все пытается приобщить меня к вечным ценностям. Только я это терпеть не могу, все эти музеи, картинные галереи, выставки дурацкие!
– Не скажу, что я фанатка,– улыбнулась я, увидев, что она искренне возмущена.– но под настроение почему бы и не посетить интересную выставку?
Тин уже ехал по Большой Ордынке.
«Может, и правда сходить с ними в Третьяковку?– подумала я.– Развеюсь немного. К тому же с ними я могу без стеснения говорить о моем любимом».
Тина от природы была необычайно любопытна и болтлива. Через пару минут разговора с переска-киванием с одной темы на другую она вновь начала выяснять о Греге.
– А куда он уехал?– поинтересовалась она.
– Тина, ты производишь впечатление крайне невоспитанной девушки, – заметил Тин и улыбнулся мне.
– Зато ты очень воспитанный!– хмыкнула она. – Делать мне замечания при посторонних! И вообще мы ровесники, так что нечего тут делать вид, что ты старший заботливый брат.
– Хватит вам!– засмеялась я.– А Грег уехал... по семейным делам. Никакого секрета в этом нет.
Как ни странно, но эта парочка оборотней вызывала у меня постоянную улыбку, и никакого страха я не испытывала. К лисам я всегда испытывала симпатию, они казались безобидными для человека, хотя и считались хищниками. Неожиданно я вспомнила, как они были у нас в гостях, когда мы ездили в поместье вампира Константина. Сколько они тогда еды поглотили! Я еще не знала, что это оборотни, удивилась их неуемному аппетиту.
– А кафе в этой твоей хваленой галерее имеется?– в унисон моим мыслям спросила Тина.
– Конечно!– невозмутимо ответил Тин.
– И то ладно!– вздохнула она.
– Проголодалась?– уточнила я.
– От куриной ножки не отказалась бы!– оживилась Тина. – Бедные вампиры! Так их жаль! Питаться лишь кровью! Забыть вкус настоящей, такой разнообразной еды! А ты при Греге ешь? Как он реагирует?
– Безразлично, – ответила я и вспомнила его лицо, когда он сидел напротив меня в столовой и наблюдал за моими трапезами.– Правда, последнее время он даже сам начал готовить мне еду.
– Супер!– чему-то восхитилась она. – Это от любви! Давно хотела сказать, по вам сразу видно, что вы любите друг друга. Вот странность-то!
– Почему?– тихо спросила я.
– Ну так, он же вампир! Я их побаиваюсь. Мы вот наполовину люди, кто бы там что ни говорил! Просто звериную сущность выпускаем, когда хотим. А вампиры, мне кажется, совсем не люди. Ничего в них человеческого не остается после превращения! Твой Грег не такой! Это я сразу поняла! Внутри он нежный. И какой красавчик!
– А не много ли ты болтаешь?– перебил ее Тин.– Мы уже приехали.
Он припарковал машину в переулке и помог нам выйти.
– Хорошенький мой, любименький братец,– захныкала Тина,– может, Лада составит тебе компанию? А я лучше пока по магазинам побегаю! Ну неохота мне приобщаться к искусству! Ну ни капельки!
– Это некрасиво по отношению к Ладе,– заметил Тин, прибегнув к легкой манипуляции.
Он глянул на меня, я улыбнулась и кивнула. Потом подхватила их под руки и направилась в сторону Третьяковской галереи. Тина рассмеялась. Когда мы взяли билеты и сдали верхнюю одежду в гардероб, Тина неожиданно успокоилась и принялась с любопытством оглядываться по сторонам и обсуждать со мной посетителей, причем одинаково пылко и парней, и девушек. Мы прошли несколько залов. Возле некоторых картин Тин останавливался и стоял по нескольку минут, внимательно изучая. Я скользила с взглядом, но особенно ничего за душу не брало. К тому же я неотступно думала о картинах Ренаты. Все-таки было в ее даре что-то дьявольское... или божественное? Хотя последнее предположение казалось нереальным. Однако сравнивая то, что я сейчас видела, с ее полотнами, я не могла не признать, что картины Ренаты обладали какой-то магической силой и красотой.
Когда мы зашли в следующий зал, Тин сразу остановился. Я замерла, изучая картину Михаила Врубеля «Демон сидящий». И хотя я хорошо помнила этого смятенного чернокудрого юношу-демона по многочислен-ным иллюстрациям, но оригинал произвел сильное впечатление. Краски были яркими, техника художника создавала эффект многочисленных кристаллов.
– «Демон Врубеля– символ нашего времени, не ночь, не день, не мрак, не свет... Врубель пришел к нам как вестник, что в лиловую ночь вкраплено золото ясного вечера. Он оставил нам своих Демонов как заклинателей против лилового зла, против ночи», – медленно прочитал Тин цитату из какого-то маленького томика, который достал из борсетки.
– Будешь нам лекцию читать? – нахмурилась Тина.
– Это слова Александра Блока, – спокойно ответил он. – Неужели ты не чувствуешь на сколько эта картина касается и нас с тобой
– Нас? – хмыкнула она. – С чего ты взял? Я понимаю, если бы туг были нарисованы лисы.
– Врубель говорил, что Демон – дух не столько злобный, сколько страдающий и скорбный. Его Демон не воплощенное зло, а олицетворение вечной борьбы мятущегося духа, – сказал Тин, не сводя глаз с картины – И разве мы не вечно мятущиеся' Разве этот Демон не олицетворяет и нас с тобой, наши раздираемые на части натуры?
– Лично меня ничего не раздирает! – хмуро произнесла Тина. – Только чувство голода. Пора подкрепиться! Где тут кафе?
Тин посмотрел на нее, но промолчал и только вздохнул. Тина пожала плечами, отвернулась и пошла к выходу из зала.
– Не обращай на нее внимания, – сказал он. – Она с детства отличалась своенравным характером.
– Да, вы совсем разные, – заметила я и направилась к банкетке в углу.
Тин последовал за мной. Мы уселись. Я с любопытством вглядывалась в его красивое лицо. Сегодня он открылся с неожиданной стороны. Я понимала, что Тин– глубокая, разносторонне развитая личность, которая к тому же постоянно стремится к совершенству. Но мне было странно думать, что оборотни способны на такое. Я всегда считала, что они на ступень ниже, чем, к примеру, вампиры, но сейчас задумалась, а так ли это. Видимо, я поддаюсь устойчивому стереотипу. Да и отношение Ренаты, как, впрочем, и Грега, к этим представителям иной с формы жизни было пренебрежительным и даже злобным. Я вспомнила, как Рената, когда мы были в поместье Константина, погналась за близнецами. Причем ее реакция была моментальной, лишь только лисы-оборотни появились в ее поле зрения, как она угрожающе зарычала и мгновенно обратилась в собаку. До этого я ни разу не видела, чтобы Рената обращалась в какое-либо животное.
Я прочитала несколько легенд и узнала из них, что вампиры и оборотни всегда были противобор-ствующими сторонами, но как-то особо об этом не задумывалась, потому что все время проводила с Грегом и с другими представителями иных форм жизни практически не общалась. И вот Тин! Даже за такой короткий срок он сумел произвести на меня сильнейшее впечатление. Я видела, насколько он утончен и благороден. Ничего от хитрого коварного и подлого лиса в нем явно не было. Я догадывалась, что так поменять его природную лисью натуру мог вполне определенный путь. Тин вызывал у меня симпатию и любопытство. Я пребывала в угнетенном состоянии, меня мучила проблема, психика искала пути ее решения, и, видимо, поэтому меня тянуло к этому неординарному и умному лису. Когда непрерывно ищешь ответ на жизненно важный для тебя вопрос, то обращаешь внимание на всех, кто появляется у тебя на пути. А вдруг именно этот человек... или не человек поможет найти нужное решение. Я последнее время научилась доверять своей интуиции. Меня неосознанно тянуло к Тину. Поэтому я устроилась на банкетке в уголке, чтобы спокойно поговорить с ним и, может быть, узнать что-то важное.
– Твоя сестрица направилась, по всей видимости, в буфет,– заметила я.
– Может, и ты хочешь выпить чаю?– поинтересовался Тин.
– Чуть позже,– улыбнулась я. – Знаешь, давно не была здесь. И даже рада, что попала. Картины как-то гармонизируют внутреннее состояние. И я успокоилась, глядя на все эти прекрасные полотна.
– Рад, что тебе хорошо,– ответил он и улыбнулся.
Я засмотрелась в его глаза. Они были красивой миндалевидной формы, большие и прозрачно-зеленые. При темных изогнутых бровях и черных ресницах они выглядели необычайно эффектно и невольно притягивали взгляд. Густые медово-рыжеватые волосы только подчеркивали их прелесть. Тин, несомненно, обладал яркой притягивающей красотой, и я впервые подумала, есть ли у него возлюбленная. Трудно было предположить, что такой заметный молодой человек мог кого-то оставить равнодушным.
