Текст книги "I don't wanna be in love (СИ)"
Автор книги: Яна Рейнова
Жанры:
Современные любовные романы
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 8 страниц)
Человек, который дышит полной грудью, испытывает самые разнообразные эмоции и чувства, не может жить с полной уверенностью в завтрашнем дне. Каждый день его будет настигать назойливый страх, нерешительность и даже растерянность, что рано или поздно приведут только к одному – к эмоциональному истощению и самобичеванию. Нельзя отказываться от чувств, но нужно быть излишне осторожным, когда речь заходит о самых близких для нас людях. В гонке за счастливой судьбой для родных и близких важно не предать и не потерять себя самого, жертвуя всем ради кого-то.
Сквозь широкие окна школьной столовой пробивался ослепляющий солнечный свет, освещая бежевые столы и стулья. Как только раздался раздался оглушающий звонок, коридор заполнил неугомонный рой старшеклассников. Они никогда не упускали возможности лишний раз заглянуть сюда, чтобы отвлечься от будничной суеты. В понедельник это желание превращалось в острую необходимость. Одиннадцатый класс почти строем зашел в столовую, мгновенно занимая свободные столики. Когда до выпускного остается чуть больше месяца, желание учиться как рукой снимает. К сожалению, уроки ещё никто не отменял, поэтому приходилось ежедневно терпеть эту нудное тяготенье, спасаясь лишь частыми посещениями школьной столовки.
Одинадцатиклассники с хмурыми лицами располагались за столиками, увлеченно обсуждая насущные проблемы. Просторы столовой заполнял сладостный аромат свежей выпечки, вызывающий на лицах старшеклассников приятную улыбку. Шум неугомонный болтовни свидетельствовал только об одном – началась очередная учебная неделя.
Дилан, подпирая рукой подбородок, с недовольным видом наблюдал за непрерывно улыбающимися одноклассницами, которые украдкой косились в его сторону. Если раньше игривые взгляды девушек забавляли О’Брайена, то теперь он начал относится к флирту с неким презрением. Нет, это не значило, что отношения со Стивенс превратили его с неисправимого раздолбая в преданного подкаблучника. На самом деле всему виной была Стефани Ховард. Парень часто стал ловить себя на мысли, что их дружба начинает выходить за всевозможные рамки. Если ещё совсем недавно их общение ограничивалось банальными переписками в соцсетях и встречами в школе, то нынче дружеские беседы переросли в разговоры по душам с ярым обсуждением пикантных подробностей личной жизни. Жизнь примерной отличницы изрядно меркла по сравнению с безумной жизнью гуляки О’Брайена. Но по необъяснимой причине Дилан делился с одноклассницей тайнами, половину из которых не знала даже Лорен. Её пристальный взгляд всегда был направлен в самое сердце: медово-карие глаза заставляли улыбаться и хмуриться, восторгаться и смущаться, радоваться и злиться. Стефани подкупала своей необыкновенной искренностью и усердной заботой. О’Брайен слабо понимал, когда успел к ней так сильно привязаться, но знал точно – он её не потеряет. Никогда.
– Когда ты уже перестанешь издеваться над этой несчастной отбивной? – осуждающе промолвил Кристофер, наблюдая за лихорадочными действиями О’Брайена, который уже несколько минут не переставал ковыряться ножом в куриной отбивной. Кларк заметил, что друг явно чем-то удручён, но не хотел лишний раз донимать его расспросами. Парень знал, что такое странное поведение вошло у Дилана в привычку, но не до сих пор не находил этому объяснения.
– Я просто задумался, – спокойно ответил О’Брайен и отложил нож в сторону. Горькое напряжение в голосе подчеркивали скованные движения. Назойливые мысли не давали покоя, а сердце отбивало безумный ритм, похожий на громкий стук осеннего дождя. Дилан мысленно пытался найти оправдание жуткой тревоге, которая не покидала его весь день, но все попытки были безуспешны.
– Такое ощущение, что ты погряз в своих мыслях, как в болоте, – с колкой усмешкой выпалил Крис, протягивая руку к стакану сока. Его холодный взгляд полон недоверия. Дилан чувствовал угнетающее презрение в голосе друга. Прежний Дилан, неустанно лепечущий обо всём, что только в голову взбредёт, слишком изменился. Теперь от него клещами ничего не вытащишь, и это жутко бесило Кларка. – Может, поделишься одной из них?
– Я знаю, что мой изнурённый вид кажется довольно странным, – начал оправдываться О’Брайен, нервно сжимая в руках вилку. Его надломленный голос не вызывал никакого доверия у Криса Кларка, который усиленно пытался слушать эту несуразицу. На висках невольно вздымались жилы от ярости, но Кларк продолжал понимающе кивать, – но я всего лишь не выспался, вот и всё.
Дилан облегченно выдохнул и оперся на спинку стула. Он с опаской смотрел на раздосадованное лицо друга. Было вполне предсказуемо, что Кристофер не поверит ни единому его слову. Дрожащий голос, смешанный со сбитым дыханием, и бегающие по сторонам глаза вторили об обратном: парень обеспокоен чем-то не на шутку. Кларк с горечью осознавал, что вряд ли его злосчастный друг так быстро расколется.
– Дилан, не позорься ради Бога, – раздражённо фыркнул Крис и сложил руки перед собой, уставившись на О’Брайена. Он знал своего друга слишком хорошо, чтобы за секунду не вывести его на чистую воду. Как оказалось, Дилан совершенно разучился врать, и глупые попытки уйти от разговора просто смешили. – Ты сейчас оправдываешься, как девчонка. Даже у Стефани получилось бы гораздо убедительнее.
Дилан сверкнул глазами и невольно пошатнулся на стуле. Безобидное напоминание о девушке, которая не покидала его мыслей целый день, застало его врасплох. Неожиданная реакция О’Брайена насторожила Кристофера. Он прищурено посмотрел в его глаза и заметил в них неоправданный страх. Рой мурашек пробежал по рукам. Сердце школьника забилось с неистовой скоростью, и ядовитый комок подошёл к горлу. Дилан, с трудом преодолевая тяжёлое дыхание, воткнулся пальцами в столешницу. Кларк, подозрительно вздёрнув бровью, решил всё-таки докопаться до причины замешательства, читавшегося на лице друга.
– Ты пригласишь Лорен на нашу игру в пятницу? – неожиданно спросил Крис, и его серые глаза резко засверкали неприкрытым интересом.
Казалось, словно парень затеял своеобразную игру, чтобы выяснить причины резкой перемены настроения друга. Он привык видеть Дилана озорным разгильдяем, который не напрягается из-за привычных проблем и живёт по зову сердца. От этого парня не осталось и следа: на смену пришёл вечно задумчивый, неразговорчивый пессимист. Кристофер и ещё парочка близких друзей О’Брайена уже начали подозревать, что это влияние Лорен отрицательно отразилось на его поведении поведении, но они глубоко заблуждались. Никто даже не задумывался, что разгадка кроется в близкой подруге. Подруге? Какое это всё-таки обманчивое и неубедительное слово.
– Нет ещё, а что? – равнодушно хмыкнул Дилан и опустил глаза в пол, избегая пристального взгляда Кларка. О’Брайену не нравился заносчивый вид друга: в его голосе всё чаще проскакивали нотки приказного тона. Кем он только себя возомнил? Он что, в няньки Дилану нанимался? Единственное, что от него требовалось, – это банальная поддержка и дружеское общение. Больше ничего. Для настырных советов, осуждающих взглядов и прочей ерунды у него был Паттерсон. Марк всегда говорил ему правду в лицо, не боясь получить за это по морде. А вот Крис явно нарывался пожалеть об ехидных усмешках, брошенных в адрес Дилана.
– Я слышал, что даже Марк уже успел позвать Стефани, – хитро улыбнулся Кристофер, восторженно наблюдая за переменами на лице О’Брайена. Он так виртуозно нажимал на самые болезненные точки Дилана, словно кукловод умело управлял марионетками. Его заискивающий голос кувалдой давил на сознание взбудораженного парня, разжигая в груди пламя ярости. Дилан совершенно не ожидал такой наглости от Криса: за кривой ухмылкой скрывался явный восторг от происходящего. Кларку нравилось играть на нервах друга. По крайней мере, так казалось самому Дилану.
О’Брайен без объяснений резко поднялся с места и пошел прочь, оставляя Кристофера наедине с удручающими мыслями. Парень с непониманием пожал плечами и проводил спину друга шокированным взглядом. Он даже не подозревал, что может одним небрежным упоминанием имени Стефани буквально вывести Дилана из себя. Что его так сильно укололо, школьник так не понял. Следующая картина, которую увидел Кларк, не менее его удивила.
О’Брайен с едва различимым негодованием на лице спокойно подошёл к столику, за которым сидела Лорен Стивенс. Та широко улыбнулась, увидев своего парня, и бойко притянула его рукой к себе, чтобы поцеловать. Дилан не успел и слова проронить, как почувствовал на своих губах жаркие губы возлюбленной. Бархатная грудь, видневшаяся из декольте бордового платья, невольно коснулась раскалённого тела О’Брайена, что вызвало дикую волну возбуждения.
Беззастенчивый поцелуй стал ярым предметом интереса десятка любопытных пар глаз в столовой. Многие девушки наблюдали за происходящим с откровенной завистью, потому что им так и не удалось заполучить первого красавчика школы. Парней в столовой было не больше двух, и одним из них был Кристофер Кларк. Увиденное зрелище не вызвало у него ничего, кроме оцепенения. Казалось, словно Крис пытался своим наглым поведением убедить всех окружающих в своём превосходстве над ними. Увы, актёр из него был паршивый, когда на сердце кошки скребли, и на этот раз очередная «театральная постановка» провалилась с треском. Кристофер начал догадываться, в чём кроется причина чудного поведения друга, точнее в ком.
– Ты чем-то взволнован, или мне кажется? – заботливо прошептала на ухо О’Брайену Лорен и прижалась головой к его плечу. В её изумрудных глазах сверкала теплота, от которой жгучая дрожь пронимала всё тело. Дилан чувствовал пряно-сладковатый аромат духов возлюбленной и нежно обнимал её за талию. Стивенс игриво водила пальцем по его шее и кокетливо улыбалась, замечая нервное напряжение в движениях Дилана.
– Тебе кажется, Лори, – уверенно отпирался О’Брайен, выводя на ладони Лорен незамысловатые узоры. Стивенс внимательно смотрела прямо ему в глаза, пытаясь разгадать истинный ход мыслей возлюбленного, но это задание по-прежнему было ей не под силу. Её всегда задевал вкрадчивый тон Дилана, его двусмысленные фразы и подозрительное поведение. Они с О’Брайеном встречались почти целый месяц, но Лорен порой казалось, что она совершенно не знает этого человека. – Кстати, хотел спросить: что ты делаешь в пятницу вечером?
– Иду на скучный ужин с отцом, – брюзгливо закатила глаза Стивенс и беззвучно вздохнула, облокачиваясь на стол. Девушка поймала на себе требовательный взгляд возлюбленного и замерла в предвкушении. Лорен знала, что Дилану нравилось испытывать её терпение, доводя до безумия молчанием. Стивенс послушно ждала, затаив дыхание. – А что, есть предложения?
– Я хочу, чтобы ты пришла на нашу игру, – самоуверенно моргнул О’Брайен и нетерпеливо сжал ладонь Лорен, сверля девушку пылким взглядом. Вспышка мурашек обращала обнажённые плечи Стивенс, а дыхание слегка участилось. На лице загорелась благодарная улыбка. Лорен давно искала повод, как избежать встречи с отцом, но ничего убедительного на ум не приходило. После развода родителей дочь не горела особым желанием встречаться с мистером Стивенс, потому что подозревала, что поводом для разрыва последовала очередная измена отца.
– Я обязательно приду, – сладостным голосом протянула Лорен и бережно коснулась губами тыльной стороны ладони Дилана. Их взгляды встретились, пуская в кровь заряд молнии. Стивенс закинула за ухо струящиеся по плечам огненные волосы и с самодовольной улыбкой впилась своими коготками в бедро возлюбленного. Стальное спокойствие на лице О’Брайена сменила гримаса удивления, резко переходящая в лукавую улыбку. Он прижался к Лорен всем телом и горячо впился в её губы на глазах у десятков старшеклассников, вызывая истошные возгласы у девушек.
– Мне одному кажется, что это похоже на показательное выступление? – не скрывал возмущения Кристофер, отмеряя взглядом Дилана и Лорен. Его серые глаза полыхали презрением, а лицо сдавливала кривая усмешка. Кларк чётко понял, что Дилан играл на публику, показывая всем окружающим «силу» своей любви к Лорен. С каждой минутой парень всё больше убеждался в том, что чувства наигранны – неумелая постановка, не больше.
– Не утрируй, Крис, – смело рассуждала София, которая последние две минуты без излишнего интереса наблюдала за происходящим, стуча костяшками пальцев об стол. На её бледном лице читалось лишь безмятежное спокойствие. Блэйк умела быть сдержанной и напористой в каждом решении, как никто другой. В их весёлой компании, в которою, кроме неё, входили Крис, Дилан, Марк и Дэвид, они с Стефани считались самыми благоразумными и серьёзными. Хотя с учёбой у старшеклассницы часто возникали проблемы, особенно с математикой, это не мешало ей пользоваться авторитетом среди ровесников. – Они с Лорен встречаются, так что это нормально.
– Стоит вас оставить наедине, и вы снова начинаете спорить, – с откровенным недовольством качнула головой Ховард и медленно присела за столик рядом с друзьями.
Шелковые черные кудри, как крупные ягоды черники, рассыпались на столе, сверкая на солнце. Молочно-белые плечи были едва заметны под короткими рукавами бежевого платья свободного кроя. Медово-карие глаза сверкали добротой и пониманием. Казалось, на белоснежном лице Стефани никогда не проскальзывала крупинка тоски или печали. Всегда улыбчивая, приветливая и уверенная в себе. Никто даже не подозревал, что на самом деле скрывалось за добродушной улыбкой. – Что вы на этот раз не поделили?
– Разве поцелуи взасос на глазах у всей школы называют любовью? Больше похоже на какое-то извращение, – гневно шипел Кристофер, показывая рукой в сторону целующихся Лорен и Дилана.
При виде влюблённой пары лицо Ховард исказила гримаса смятения. София увидела, как судорожно дрожали руки подруги, а сияющие глаза мгновенно потеряли прежний блеск. Блэйк давно заметила резкие перемены настроения Стефани, когда в их компании речь заходила об О’Брайене. София не придавала этому особого значения, но в глубине души была встревожена душевным состоянием подруги.
– Хватит тебе уже разводить психологические тирады, мы не имеем права вмешиваться в личную жизнь Дилана, – гордо подметила София, по-прежнему не сводя глаз со Стефани, которая застывшими глазами смотрела в одну точку.
Ховард специально села спиной к столику, за которым сидели Дилан, Лорен и её новые подруги. Она понимала, что своим странным поведением добилась только одного – оттолкнула от себя Стивенс. Игнорирование разговоров в школе, избегание встреч и телефонных звонков значительно пошатнули их крепкую дружбу. Девушка ужасно боялась потерять Лорен, но понимала, что оказалась в полушаге от этого благодаря собственной глупости. Но разве можно называть глупостью чувства к парню лучшей подруги?
Стефани в ужасе закрыла глаза и уронила на пол стакан с соком. Слова Криса, как свинцовая пуля, ворвались в её сердце с необъяснимой силой, отравляя внутренности. Поникшие глаза наливались жуткой тревогой, полыхающей языками пламени. Стакан с грохотом рассыпался на полу сотнями острых осколков. Один из них впился в нежную кожу Ховард на правой ноге, оставляя кровавую дорожку на лодыжке. Стефани со слезами на глазах сорвалась с места и выбежала со столовой в неизвестном направлении. Дилан незаметно вздрогнул и испуганно посмотрел ей вслед, норовя побежать за ней. Сейчас ему больше всего на свете хотелось успокоить и обнять Стефани: он впервые так остро ощущал необходимость быть с ней рядом.
– Какой же ты придурок, Крис. Когда ты уже научишься следить за своим языком, – нервно вздохнула София и укоризненно покосилась на растерянного Кларка. Парень с недоумением смотрел на подругу и разводил руками. Похоже, что Кристоферу сегодня было предначертано свыше становиться главным виновником напряжённых ситуаций, приводящих его друзей в неодолимое уныние и ярость.
Блэйк перевела внимательный взгляд на Дилана, который с оробелым лицом по-прежнему смотрел на дверь столовой, которую Стефани оставила открытой. Теперь не только Крису стало всё предельно ясно.
========== 9. Влюблены ==========
Самые сокровенные желания рано или поздно становятся явью. Скажите, что это лишь предел фантазий или выдумки великих сказочников? В некоторой мере вы, конечно же, правы, но не стоит слепо поддаваться влиянию строгих жизненных правил и общепринятых законов. Даже самый сдержанный и благоразумный человек как разносторонняя личность должен позволять себе иногда поверить в чудо.
Невозможно предугадать, что случится завтра и как это повлияет на течение последующей жизни. Каждый человек мечтает о чём-то, неважно о материальном или абстрактном. Подсознательно он всевозможными способами продвигается к достижению заветных целей и желаний. Все человеческие мысли материализуются, и мы не вправе отрицать доказанную закономерность.
Сила веры в мечту определяет её значимость свыше. Мечты о любви, дружбе и счастье имеют существенное преимущество по сравнению с материальными ценностями: их нельзя купить за деньги, но и бескорыстно получить невозможно.
Любовь и счастье можно заслужить только поступками, а не пустыми словами. Если ты способен любить человека всепрощающе и беззаветно, не требуя ничего взамен, любовь обязательно к тебе придёт. Возможно, придётся пройти тяжелый путь, состоящий из тревог и страданий, но ты справишься с любыми трудностями и опасностями, за что будешь бесценно вознаграждён.
Стефани не находила себе места после колких слов, которые услышала от Кристофера. На первый взгляд это были всего лишь логичные размышления Кларка, которыми он без зазрения совести всегда делился с друзьями. Но поверхностные рассуждения ранили девушку не на шутку, потому что касались непосредственно её самой и Дилана.
Чертов ОʼБрайен. Как острая игла, он надежно засел в её сердце, разжигая внутри безумное пламя. Мучительная боль изнуряла всё тело. Нет, не физическая. Щемящая сердечная боль, которая, как яд в крови, разносится по венам, отравляя внутренние органы. От этой непрекращающейся боли не найти лекарств, от неё нельзя убежать и скрыться. Она, как подлый демон, прячется на дне сердца, не давая о себе забывать ни на минуту.
Сегодня горесть вновь настигла Ховард, накрывая сильной волной, которая поглощает душу, зажимая в стальные оковы. Не медля ни секунды, Стефани со скоростью света убежала со столовой, повергая в шок всех друзей и одноклассников. Ховард даже не подозревала, что в шумной толпе одноклассников всё-таки нашёлся один человек, который заметил в её покрасневших глазах слезы.
Дилан ОʼБрайен. Он видел жестокую муку в её медово-янтарных глазах, но не решился помочь подруге. Погрузившись в болото угнетающих мыслей, Стефани без раздумий покинула здание школы. Ей ужасно повезло, что дома не было родителей, которые очень требовательно относились к обучению дочери, наказывая её за прогулы и плохие оценки. Излишки устаревшего воспитания были очевидны, но Ховард выросла послушной и благоразумной дочерью, которая всегда учитывала мнение родителей и давала отчёт своим поступкам. На два последних урока Стефани так и не пошла, закрывшись в своей комнате.
Стефани, не снимая одежду, улеглась на широкой кровати и укутала ноги в бирюзовое покрывало. Воспламенившиеся глаза застилала пелена горьких слёз, а сердце с дикой скоростью колотилось в груди. Ховард чувствовала силу каждого нового удара, отбивающегося свинцом в висках.
Девушка усердно пыталась вспомнить тот злосчастный момент, с которого началась так называемая «дружба» с Диланом. Случайное столкновение лбами в коридоре полтора месяца назад? Встреча оробелых взглядов на перемене? Нет, всё началось с того момента, когда ОʼБрайен напился на очередной вечеринке и завалился к ней домой в три часа ночи. Стефани до сих пор с небывалой дрожью вспоминала его раскрасневшееся лицо и помутневшие глаза, устремлённые на неё. Ховард не могла себе в этом признаться, но именно в беззаботную улыбку Дилана она влюбилась, пускай хмельную и глупую, но такую чарующую и до одури родную.
«Я не понимаю, почему он припёрся в ту ночь именно ко мне, – тоскливо думала Стефани, утирая предательские слёзы. Измученное сердце трепетало и кровоточило, нещадно проламывая грудную клетку. Ховард не могла пошевелиться от боли, парализующей всё тело. Лаково-черные волосы впивались в белую подушку, а бежевое тонкое платье прилипало к телу, неприятно стягивая талию. Затруднённые вздохи смешивались с тревожными всхлипами. – Зачем было в три часа ночи пьяным в стельку заваливаться ко мне домой? Почему нельзя было пойти к Лорен? Дилан как будто знал, что родителей дома не будет. Я, как наивная дура, впустила его в дом и постелила на диване. На что я только рассчитывала? Что ОʼБрайен на следующее же утро с благодарностью бросится ко мне в объятия и признается в любви? С того дня все закрутилось с невероятной силой и усложнилось ещё больше. Если раньше я могла смело избегать с ним любых контактов, за исключением школьных занятий, то после того случая мы сильно сблизились. Двоякие ощущения возникают, когда вспоминаю его слова: ″Я всегда буду твоим другом, на которого можно положиться в любой ситуации. Я никогда тебя не брошу, потому что ты не бросила меня″. Приятно осознавать, что Дилан меня ценит, но ужасно больно от того, что он никогда не разделит со мной тех чувств, которые я к нему испытываю».
– флешбэк —
Беззаботный вечер пятницы в абсолютном одиночестве Стефани решила посвятить поискам подходящего для поступления университета. Родители два дня назад улетели в Лондон на выпускной Джессики и должны были вернуться только ранним утром. Старшая дочь заканчивала юридический факультет Вестминстерского университета и мечтала познакомить родителей со своим потенциальным женихом Брендоном Макбрайдом, с которым встречалась почти два года. Ховард с трудом удалось выкроить свободное время, потому что Лорен уже неделю не давала ей покоя бесконечными разговорами об организации выпускного и вечерних нарядах. Сегодня Стивенс планировала очередное романтическое свидание со Диланом, поэтому точно не могла помешать Стефани. Хоть девушке и было прискорбно осознавать, что подруга проводит время со ОʼБрайеном, пока она унывает перед монитором ноутбука, но другого выхода у неё не было.
В гостиной царил таинственный полумрак, и лишь монитор ноутбука освящал диван с тёмно-голубой обивкой, на котором удобно расположилась Стефани. Настольные часы показывали уже три часа ночи, но девушка по-прежнему рыскала по разным Интернет-сайтам в поисках информации об университетах журналистики. Лёгкая усталость блестела в глазах, а пальцы нервно отбивали поток слов на клавиатуре. Неожиданно раздался громкий стук в дверь. Ховард невольно вздрогнула, отмерив дверь устрашенным взглядом. Она не ждала гостей в столь позднее время, поэтому лишь настороженно прижалась к спинке дивана и застыла в немом ожидании.
– Стефани, открой! Это я, Дилан, – послышался трескуче-сухой голос за дверью, от которого у девушки мурашки побежали по коже. Она совершенно не ожидала появления нежданного гостя, хотя появление ОʼБрайена в глубине души приободрило школьницу. Сердце забилось в тиски, замедляя жуткий ритм, а руки задрожали то ли от волнения, то ли от неожиданности. Стефани хотелось увидеть Дилана, но тайный страх змеёй закрадывался в душу.
Ховард нерешительно последовала к парадному входу. Она застыла в смятении на несколько секунд, тяжело дыша. Как только дверь со скрипом отворилась, Дилан едва не рухнул прямо на пороге. Стефани вовремя подхватила его за руки, опирая на свои хрупкие плечи. От ОʼБрайена за километр разило алкоголем, поэтому было неудивительно, что парень толком не держится на ногах. Хмельная улыбка и воспламенённые глаза вызвали у девушки безобидную усмешку, которую Дилан даже не заметил. Шатаясь на ногах, шатен громко плюхнулся на диван и закрыл глаза.
– Дилан, как тебя угораздило так нажраться? Ты на ногах с трудом стоишь, – осуждающе фыркнула Стефани, освобождая руки Дилана от тесной кожаной куртки. Её янтарно-медовые глаза сверкали ярым негодованием, но помутнённый вид друга дико смешил. Усердно сдерживая хохот, Ховард начала снимать с него туфли и укладывать на диван. Мелкая дрожь пробежала по телу от прикосновений к ОʼБрайену, но Стефани пыталась вести себя сдержанно и уверенно, хотя друг слабо различал в её действиях скованность и беспокойство. – Где Лорен?
– Мы с Лорен поссорились, и она поехала домой. А я решил немножко выпить с Дэвидом и Полом, – неразборчиво мямлил Дилан, откинувшись на спинку дивана. Его горящие глаза были полузакрыты, но правая рука судорожно двигалась по дивану.
Найдя ледяную руку Стефани, ОʼБрайен крепко за неё ухватился и расплылся в довольной улыбке. Девушка издала надрывный вопль и пронзительно посмотрела в его глаза. Поймав на себе внимательный взгляд, Дилан широко открыл глаза и засмотрелся на подругу. Она выглядела такой очаровательной в своей ярко-жёлтой пижаме. Короткий топик слегка обнажал плоский живот. Волосы были собраны в неаккуратный пучок, и выбившиеся вьющиеся пряди торчали по бокам. Её медово-шоколадные глаза мерцали огненным блеском и манили с необъяснимой силой. Алкоголь играл в крови, отнимая способность трезво мыслить. ОʼБрайен неожиданно потянулся к полыхающим губам брюнетки, отчаянно пытаясь поцеловать её.
– Даже не думай, милый, обойдёмся без глупостей, – заявила Стефани и резво оттолкнула Дилана в сторону. ОʼБрайен упал головой на груду мягких тёмно-синих подушек и перевернулся на бок. Пока девушка стягивала с него брюки и рубашку, он упорно бормотал какую-то чепуху и неистово хохотал.
С убедительной фразой «Оставь мою рубашку себе» Дилан в беспамятстве уснул. Ховард не сводила с него глаз, пристально разглядывая каждый уголок его кожи. Его лицо выражало безмятежное спокойствие, а закрытые веки время от времени дёргались. Стефани бережно укрыла Дилана тёплым пледом, невольно касаясь ладонью горячего торса. Душащий комок подошёл к горлу, а руки тревожно затряслись. Сердце забилось в пятки. Казалось, если она прислушается, то услышит бойкое сердцебиение друга. Ховард взяла в руки синюю рубашку ОʼБрайена и ласково прижала к груди, как маленького беззащитного котёнка. По щекам побежали ледяные слёзы, а сердце сжалось в комок.
– конец флешбэка —
*
Прошло несколько часов с того момента, как Стефани надела ту самую синюю рубашку Дилана, вместо пижамы, и уснула, изнемогая от душащих слёз и воспоминаний. Погрузившись в тёмный мир собственных страданий, Ховард совершенно забыла, что как раз сегодня вечером Дилан должен был придти к ней домой, ссылаясь на то, что нуждается в её помощи с написанием статьи. Девушка, в силу своей доверчивой натуры, со скрытым восторгом согласилась, даже не догадываясь, в чём заключается истинная причина прихода друга.
Стефани проснулась от настойчивого стука в дверь. Ховард, потирая сонные глаза, села в кровати и прислушалась. Она понимала, что родители не стали бы стучаться, заходя в её комнату. Семья Ховардов всегда отличалась хорошими манерами, но в узком семейном кругу царила ненавистная атмосфера контроля. Как только Стефани исполнилось шестнадцать лет, меры предостережения со стороны родителей значительно усилились. Девушка особо не напрягалась по этому поводу, пользуясь той свободой, которую ей вдоволь выделяли. Стефани перестали удивлять внезапные появления матери в комнате без стука ещё полтора года назад. Ховард усердно пыталась привести бессвязные мысли в порядок, но, осознав, что это займёт много времени, решилась открыть дверь.
– Привет, – широко улыбнулся Дилан и мгновенно замер на месте. Его лицо залилось краской смущения, когда он увидел свою любимую синюю рубашку на Стефани. Парень решительно искал её в течение месяца, но, подумав, что оставил рубашку у одной из бывших девушек, прекратил напрасные поиски. Теперь ситуация прояснилась, но от этого было не легче. Брови вздёрнулись от удивления, а по спине прошёл едва ощутимый холодок.
– Ты оставил рубашку мне полтора месяца назад, когда напился, – Стефани мгновенно ответила на немой вопрос Дилан а. Её лицо побледнело от горького изумления, и странное ощущение дежавю накатывало волной. ОʼБрайен снова неожиданно заявился к ней в гости и застал врасплох. Измученные глаза болезненно блестели, а пересушенные губы были солёными от слёз. Ховард наконец-то вспомнила, что договаривалась о встрече с Диланом, но тяжесть на сердце только усилилась.
– Ты меня не особо ждала, как я вижу, – неловко пролепетал Дилан, проходя в комнату. Стефани указала рукой на черный стул возле шкафа, и парень нерешительно присел.
Карие глаза мерцали едким волнением, которое ОʼБрайен с трудом удавалось скрывать. Пока Ховард застилала бирюзовое покрывало на кровати, Дилан украдкой за ней наблюдал. Как сверкали её агатово-черные волосы, немного взлохмаченные после сна, как изящно она выгибала спину, как синяя рубашка, едва прикрывающая попу, обнажала стройные длинные ноги. Стефани резко повернулась к другу лицом, почувствовав на себе изучающий взгляд. – Почему ты ходишь в моей рубашке?
Ховард растерянно присела на кровать и опустила глаза в пол. Слезы ядовитым комком подступали к горлу, а сердце отбивало сумасшедший ритм. Снова всё повторялось. С недавних пор у школьницы всё хуже и неубедительнее стало получаться играть роль преданной подруги, которую совершенно не заботит личная жизнь Дилана и всё, что с ней связано.
Стефани всё чаще стала избегать рутинных взглядов друга, начала говорить с ним робко и приглушённо, словно в любой момент может потерять сознание. Ощущения, по крайней мере, были именно такие. Ноги постоянно подкашивались, руки холодели, а глаза наливались слезами. Невыносимое чувство, когда ты вынужден молчать о чувствах, которые давят на тебя с невыносимым напором.
– Она довольно длинная и удобная, – тревожно содрогнулась Стефани и подняла затуманенные от слёз глаза на Дилана. ОʼБрайен глубоко вздохнул и резко поднялся на ноги, потирая колени. Его задумчивый взгляд сосредоточился на глазах девушки. Точно такие же усталые, полные слёз глаза, какими он их видел ещё в школьной столовой. Дилан не знал причин девичьей тоски, но видел, что Стефани страдает. Её разбитый вид, умело скрывающийся за щедрой улыбкой, давно беспокоил его, но он всё не решался спросить прямо. Стефани вновь отвела глаза в сторону и сдержанно добавила: – Она мне нравится.
– А я тебе нравлюсь? – спросил Дилан, пытливо всматриваясь в побледневшее лицо подруги. Стефани залилась багровым румянцем и шатающейся походкой подошла к окну.
