Текст книги "Последний рыцарь (СИ)"

Автор книги: Ян Христов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 15 страниц)

Либершафт помог им сесть в кресла и пристегнуться. Сидера время от времени поглаживала бок и шипела.

– Её нужно как можно быстрее осмотреть.

– Я могу оказать помощь прямо в пути, – напомнил Сафф. – Подключаюсь к системам управления БТР. Успешно. Вы не могли бы поднести датчики к зоне повреждения. Именно так.

Небольшим, на вид стеклянным, тубусом провели по больному месту.

– Брр…

– УЗИ показывает, что повреждений внутренних органов нет. Переломов нет. Обнаружена крупная гематома, растяжение фасций.

– Само заживёт, мне оно не мешает.

– Ещё как мешает. Сафф?

– Используйте смесь №5 из стандартной аптечки. Одна доза.

Отто достал из кармана красную пластиковую торбочку, раскрыл и выхватил небольшой флакон характерной формы и цвета спелой вишни.

– Будете гнать меня в шею, – пригрозила Сидера. – Я вам отвечу.

– Не дёргайтесь.

Раздалось короткое шипение.

– Вот так!

– Дозы хватит. До дальнейших манипуляций стоит меньше двигаться и напрягаться. Благодарю за внимание и понимание.

– Ага.

– Сидера. Чем лучше ты будешь себя вести, тем раньше вступишь в строй!

– Да ладно! Ладно. Ты прав. Мне сейчас лучше не показываться на глаза Варайну.

– Никаких побегов и несанкционированных действий. Мы предатели на вражеской территории. Полковник, сколько «нас»?

– Восемьдесят девять человек. Пять танков и шесть БТР.

– Плюс рыцарь и я, – кивнул Оклайн. – Великолепно. Этого хватит, чтобы захватить несколько миров прежде, чем нас успеют заметить. Что с Фаустом? Почему вы от него ушли?

– Он прибыл сразу, как только вас увезли. Его сопровождали пять полных зартианских полков, сейчас они перекрыли всю Петрару и никого туда не пускают, и не выпускают оттуда. Что у него в голове творится, я без понятия. Он вообще ни с кем не поделился, я его и видел-то мельком, на собрании. Он тут же начал служебную проверку по поводу нашей здесь возни.

– По результатам которой меня сняли с должности.

– Да. Как узнал, тут же начал метаться. Уверен, это козни! И тут мне позвонила наша знакомая… – он внимательно поглядел на Сидеру. – Не знаю, откуда у тебя свежие пароли, но спасибо. Мы с парнями, конечно, должны подчинятся приказам, но… Этот Фауст – мы же против этих зартианцев воевали! А теперь он командует тут?! Это мы победили или они?! Тем более, он приказал вас расстрелять за эту чёртову летающую каракатицу.

Чем сильнее вдалбливают пропаганду, тем сильнее искривляются мозги. Хорошо, что на этот раз – на сторону Оклайна.

– Левитационный завод?

– Именно. Сказал, что магнаты были вне себя от ярости и потребовали у Августа навести тут порядок. Похоже, если бы вы его не построили, они бы так про нас и не вспомнили!

– Да уж…

Иного ожидать и не приходилось, но как-то печально на душе. Руководство настолько занято, что инциденты международного масштаба не рассматривает, зато претензии пусть богатых, но не входящих ни на дюйм в вертикаль власти толстосумов, разбирает незамедлительно. А ведь сколько времени прошло? Чуть больше суток!

– Вляпался ты по своей глупости, – пробурчала Сидера.

– Хах, если бы. Меня бы сняли в любом случае, слишком важное дело. Так мы хотя бы внимание привлекли. Хотя бы. Что с остальными?

– Охраняют врата. Фауст занят сбором трупов, а командует там некий полковник Ричрас. Без понятия, кто он и откуда, но, похоже, он что-то знает о тварях. Я заметил, что у них полно электрического оружия – каждому по тазеру выдали. Неспроста всё это.

Тазеры? Откуда Иоганн знал? Оклайн не отправлял отчёт о слабостях паразита, а все данные находятся у Саффа. Мера предосторожности? Или ему известно больше, чем хочет показать?

– Что он делает с телами?

– Честно, не знаю. Собирает их, грузит в вагоны, наверное, перегонит в лаборатории. Куда ещё?

– Ясно. Приму к сведенью, – он устало прикрыл глаза. – Как вы замели следы?

– Мы просто скрылись. Ушли в патруль. Сняли все аппараты слежения, так что нас не найдут. Камеры перегрузили, а там наверху ещё и гражданскую тревогу подняли, чтобы от лишних глаз избавится. Я сначала думал перестрелять их, однако… Нашлось другое решение.

– Хорошо, – кивнул Эмбар, не открывая глаз. – Хорошо. Ситуация в общем мне ясна, вы могли бы подготовить подробный отчёт? Посмотрю его позже.

БТР причалил к небольшому балкону на нижнем уровне. Так глубоко, что с поверхности проникают лишь редкие рассеянные лучи, отчего можно ходить и днём и ночью без очков. Тут, наоборот, – не хватает света, царит вечный сумрак.

Они залетели в крохотный ангар и там, защищённые от чужих глаз, выбрались наружу. Технику замаскировали – сменили окрас, добавили кое-каких мелких украшений, прикрыли маскерсетями, так что на человеческую машину походила она мало. Скорее, на кустарный бронемобиль. Неплохо.

– Где остальные?

– Рассредоточились по всему району, – Отто пустил их в квартиру.

Довольно просторная, из пяти квадратных комнат с большими окнами, зашторенными толстыми металлическими жалюзи. Судя по яркому убранству, обилию ткани, ковров и душу, жили тут лидаро. На невысказанный вопрос Либершафт пожал плечами.

– У мидду воду днём с огнём не сыщешь, скви живут в теплице. Остаётся только это.

– А что с хозяевами?

– Если вежливо попросить и помахать перед лицом парочкой пластинок, многие готовы временно переехать. Всё, как вы учили. Уважение и ясность.

– Рад, что мои идеи хоть где-то проросли. Так держать, полковник.

– Мы тут уже год, не зря же я протирал штаны!

Сидеру, несмотря на протесты, разместили на диване и оставили наедине с автомедиком. Сафф знает, что делать и как делать, остаётся лишь ждать.

Так как единственным из офицеров тут был Либершафт, то он и предоставил доклад по обстановке. Используя нечёткий домашний голограф, готовый погаснуть от малейшего лучика стороннего света, они внимательно изучили позиции человеческих войск и общее положение на Альфагемоне.

Если в Петраре дела обстоят более-менее спокойно, то за её пределами начался сущий фарс: протестующие каждую ночь устраивают погромы и поджоги. Каждую ночь Гвардия проводит аресты и расстрелы. Но это не помогает. То один, то другой район решает, что власти обязаны ужесточить экологические нормативы, запретить мясо, шоколад и шерстяные изделия, закрыть заводы и прекратить сброс отходов в подземные хранилища. Разумеется, их отправляют куда подальше – мидду без много обойтись попросту не способны– и начинается цикл наново. Таким образом, весь ресурс Гвардии занят постоянно – одни отдыхают, другие – подавляют мятежи и патрулируют улицы.

Варраден внезапно притихли. Проникнуть за непроницаемую завесу секретности Ордена не представляется возможным, однако один источник всё же был – стоящая в ангаре «Бездна». Однако, ничего интересного вокруг не происходило. Разве что недовольный Варайн решил лично оглядеть место последнего пребывания своего гостя.

– Наши действия?

– Выжидание. Мне нужно всё обдумать. Потом. Думаю, вздремну.

– Не буду мешать.

Когда Отто удалился, Оклайн наконец смог отдаться чувствам. Внутри него было лишь… опустошение. Не злоба, не разочарование – опустошение и усталость. Едва не состоявшаяся казнь, раскол внутри Варраден, арест, рука… Он совсем забыл о ней в суматохе. Теперь же, когда всё стихло, она снова напомнила о себе странными ощущениями и лёгким зудом. Награда за поражение. Он не справился. Всё сплошной провал. Объединение – провал, защита – провал, поиск союзников – провал. Как всегда – хотел, как лучше, а получилось хуже, чем всегда. Слишком многое не учтено. Слишком многое упущено ради скорости. Теперь оно аукнулось. Забыл о официальном наборе в Орден – получил выдачу, не захотел подчиняться законам Союза – расстрел.

Может, стоило подождать? Рано или поздно игнорировать инфекцию станет невозможно. Гвардия и Совет будут вынуждены начать кампанию против паразита. Но когда это будет?

Проведя ещё один анализ: от начала до конца, обдумав каждый шаг, он решил, что всё сделал правильно. Каждый раз шёл на опережение, потому и побеждал. Разве что в последнюю ночь вышло неудачно из-за неизвестного воздействия. Несомненно, это паразит. Но как этому противиться? И почему оно действовало исключительно на людей? Имеет тонкую настройку? Вопросы, которые сейчас излишни. Сколько раз он их задавал? Сколько раз слышал одно и то же? Сколько раз проводил одни и те же расчеты? Ходит по кругу. Нужно отдохнуть. Забыться.

Оклайн обмяк в кресле. Болело всё. Тело, голова, разум… Слишком изнервничался. Перенапрягся. Травмировался. Воли хватило лишь на неуверенное перебирание пальцами – остальное отказалось подчиняться.

– Сафф…

– Я здесь.

– Снотворное.

– Ввожу.

– Ох-х…

Наверное, стоит лечь в кровать, но нужно вставать, идти. Куда проще откинуть спинку этого мягкого кресла и закрыть глаза. Да… закрыть и не открывать…

5. Знакомая

Утро выдалось мрачным. Небо застилали густые тучи, от грома дрожали окна в рамах. На сегодня назначили ливень, все мероприятия отменены, все перелёты временно остановлены. Гроза обещает быть невероятно мощной – от обилия беспроводной передачи воздух сильно наэлектризовывается, притягивает воду в больших объёмах. Настало время разрядить обстановку.

В квартире остались лишь они втроём, во избежание. Во второй раз убийца может оказаться достаточно быстр и ловок, чтобы завершить своё чёрное дело. И всё же Оклайн не поворачивался ни к кому спиной. Протез своим нанитным швом ещё жёг плоть.

На завтрак подали овощную лапшу без единого кусочка мяса. Сидера кисло мешала её, наворачивала на вилку и пихала в рот, высоко запрокинув голову. А потом долго и печально жевала с постной миной. Остальные восприняли вегетарианский завтрак менее печально, всё-таки он оказался вкуснее белковой пасты, кубиков водорослей и жира. А вот лекарств оказалось мало – им всем нужен бионитин, так как все так или иначе напичканы техникой. Ради экономии его потребление уменьшили вчетверо – это безопасно. На первых порах. На «Бездне» имеется большой запас, однако пока он недоступен, придётся скряжничать.

– Итак, какой у нас план? – пробурчала Наррайн.

– Без данных Гвардии, – подытожил свои мысли Эмбар. – Война с паразитом бессмысленна.

– Чтобы их достать, нужно попасть в планетарную цитадель. Нам туда путь заказан.

– Я бы могла проникнуть туда и выкрасть сведенья.

– Не стоит рисковать. Без специального снаряжения это будет в разы сложнее. А на тебе простой противопульный скафандр. У меня есть идея лучше.

– Ну-ну.

– Генерал Лисперакс последнее время кутит без передышки, значит, мы обратимся к тому, кто может поставлять ему услуги. Благо, я имею знакомство с нужной особой.

– О-о-о, – по её мордашке расползлась до ушей довольная улыбка. – Я знаю, куда мы полетим. Уверен?

– Абсолютно. Придётся немного потерпеть, но…

– Потерпеть?! Ты шутишь?! Да ты летишь на приём к самой желанной даме галактики! Да с такой кислой миной. Фу!

– Кхм-кхм…

– Не сейчас, полковник. Предупреждаю, у меня не было выбора. Либо так, либо я стану закуской на следующем приёме. Серьёзно.

– Пф-пф-пф-пф…

– Сидера, веди себя прилично! Как твой бок?

– Всё нормально.

– Я у Саффа спрашиваю.

– Не рекомендую значительную физическую нагрузку, однако натяжение фасций минимально. Отёк спал.

– Отлично, потому что она нам сейчас понадобится.

– И как же?

– Нас нужно провести туда. Не на бронемашине же туда лететь?

– Зато какое впечатление ты оставишь!

– Сидера!

– Молчу, молчу, – про себя она начала неистово хихикать.

– Полковник, тоже летите с нами. Глядите в оба.

– О-о, там вам будет, на что поглядеть!

– Сидера!

– Да брось! Весело же. Тамошний бармен готовит великолепные коктейли! На Кокани я все не успела попробовать.

– Вот и займёшься дегустацией. Пока я буду… на переговорах.

Это вызвало очередной взрыв хохота.

– Всё! – отрезал он. – Вылетаем. Сидера?

– Угу, сейчас. Пф-пф-пф…

Гром.

– Брр!.. Проклятый дождь! Вода, падающая с неба!

– Если что, у меня есть водяной пистолет, – желчно ответил Оклайн. – Посмотрим, кто кого!

– Ах ты! Ладно. У меня есть идея, как вас довести!

– Сэр, мне не нравится её тон.

– Наши приключения только начинаются!

***

По окнам били тяжёлые капли. Тот редкий момент, когда Зеркальный город кажется блёклым и серым местом, когда его серебру нечего отражать, кроме сияния змей молний, разрезающих небеса пополам. Раскаты дикого грохота, гремящего мигом спустя, сотрясали само нутро и заставляли невольно поёжиться. Ярость природы во всей красе!

– Я без погон как без головы.

– Терпите, нам нельзя привлекать внимание, – пробурчал Оклайн.

– Кто бы говорил! – ёрничала Сидера.

– А на этой машине есть какое-то оружие? – спросил Отто. – Бронированное стекло? Усиленный корпус?

– Здесь есть счётчик! – усмехнулась Сидера.

– И?

– И всё!

– Сэр, я, конечно, всё понимаю, но почему мы должны пользоваться такси?

– Потому что его легче всего взломать, а само оно не вызовет подозрений.

– Как скажете. Тут такие большие окна! Неприятно.

– А мне нравится! Широко, свободно, есть, чем дышать!

Правда, такси для мидду, как и все их изделия, страдает некоей формой гигантизма. Тут даже Оклайн двух метров ростом может спокойно вытянуть ноги, и ещё останется свободное место, а про мидду на четверть меньше его и речи не идёт. Профилактика распространенной среди них клаустрофобии.

– А куда мы летим?

– В «Золотую лань».

– Никогда не слышал. Что это? Отель?

– Почти. Малость ошибся.

– Разве? – похоже, он не понимал.

– Это бордель! Лучший бордель во всей галактике! Ха-ха! Я там, правда, никогда не была, но рассказывают только хорошее! Там исполняются любые желания, если у тебя достаточно денег. Но у нас есть Оклайн, поэтому платить будет он.

– Сэр, а ваша знакомая, она…

– Владелица.

– Ха-ха! Да она и сама не прочь развлечься!

Либершафт набрал воздуху в грудь и молчал с минуту, прежде чем спросить:

– Пока вы будете на переговорах, что нам делать?

– Всё просто: глядите в оба и развесьте уши. Там постоянно гуляют разные слухи – ловите все. Кто, куда, откуда и почему. Сафф обработает информацию, главное, её получить.

– Так точно.

Для Отто это может оказаться не так-то приятно. Оклайн даже и не подумал, что тот фактически лишён способности любить – гормональная и лекарственная терапия и особое воспитание внушают полное отвращение ко многим удовольствиям плоти. Солдаты, как и все остальные представители низов, – расходный материал, они должны отлично выполнять свои функции и ничего более. Хотя, он с Равенны, там, вроде, не настолько жестокая подготовка. Не то, что у Зарты, клоны-армейцы которой в прямом смысле бесполы.

– И ещё. Так как мы не знаем, кто подослал убийцу, он может попробовать снова. Будьте начеку.

– Приняли.

Снаружи дворец удовольствий не представлял из себя ничего особенного – просто отдельный фрагмент городской стены, богатый, но в квартале особняков легко найти и более выдающийся дизайн. Перед посадкой запросили имя.

– Передайте Райне, – прокашлялся Оклайн, – что прибыл один её старый знакомый с Кокани.

– Ожидайте.

Они с Сидерой переглянулись.

– Ни слова!

– Как скажешь.

– А что на Кокани произошло? – проснулся Отто. – Это секретная информация?

– Да. Знайте только, что после этого планету разбомбили с орбиты миротворческие силы Совета.

– Нехило вы там повеселились.

– О, да!

– Сидера! Молчать!

– Вам дано разрешение на посадку в верхний ангар.

– Понял, заходим.

Внутри же «Золотая лань» выглядела невероятно. Изысканно и филигранно, всё здесь крайне тонко – золотые нити, коими шиты бордовые занавесы, так и броские, сочные одеяния прислуги. Каждый элемент, каждый сантиметр изысканно обставлен и продуман. Повсюду роскошь, но не такая, что бросается в глаза, не «бедняцкая», а настоящая, подчёркивающая красоту, а не загораживающая её. Лёгкие духи, приглушённый свет, расписные вазы ручной работы, деревянные маски на стенах, ковры, словно потоки вина, фруктовые ароматы и далёкая игра музыкантов. Вживую, разумеется.

Мрамор колонн, перекрывающихся тяжёлыми тканевыми занавесями, приглушающими звуки. Красные дорожки, золотые кисточки штор. Резные двери из настоящего дерева блестят лаком в свете хрустальных люстр. В залах на диванах развалились гости, повсюду валяются свежие фрукты, пахнет шампанским, перемешивающимся с духами. Уставшие от опостылевших супругов, любвеобильные или просто горячие, гости платили не только за наслаждения, но и за тайну.

Райна гарантировала, что ни один слух не покинет томных стен. А если слуга всё же пробалтывался, она лично вырезала ему язык и зашивала рот серебряной нитью. После пары таких случаев местные лакеи стали самыми надёжными хранителями тайн. Для всех, кроме своей госпожи. Она знала и видела всё. Срезая сливки, она жила ярко и напыщенно, иногда танцуя на подиуме, иногда приглашая в покои особо впечатливших её мужчин. Что только не делали люди, чтобы попасть к ней на приём! В последний раз несколько офицеров устроили дуэль за право поцеловать её ногу. А она пнула победителя, когда тот попытался.

Но всё хранится тут, среди огромных изящных картин, статуй и золота блеска. Каждое украшение не похоже на другое, каждое сделано вручную лучшими мастерами. Обыденное подчёркивалось экзотикой, цвета – ароматами и звуком. Сам воздух здесь пропитался и стал необычныйным, словно розовым на нюх. Однако глаза видят лишь малую часть того, что занесла сюда хозяйка – на других этажах оформление окажется совсем иным – от классицизма до ампира, от барокко до модерна. И всё везде изысканно и шикарно. Ведь главное, в чём разбиралась Райна – роскошь.

Она сама как сочный рубин в алом платье, а окружение – лишь оправа. Грация, идеальная осанка, мелодичный голос. Одни считали её вычурной куртизанкой, другие – молились на неё. Но все соглашались в одном:

– О, духи, как она красива, – прошептал Либершафт, когда хозяйка показалась на лестнице.

– Рот закрой, не то она его зашьёт. Или подаст тебя на стол. Там, откуда она родом, людоедство – норма.

– Какие редкие гости нас навестили! – по-змеиному блеснули её глаза. – Давно же ты не заглядывал на огонёк.

– Был занят.

– Понимаю, до нас доходят крайне пренеприятные слухи, – Раекка перебрала керамические пальцы. – Так это правда.

– Да. Что бы ты ни слышала, всё правда.

– Опасно так говорить, ты даже не представляешь, сколько всего я слышала в твое отсутствие, в том числе и о тебе, – она заглянула ему за спину, перемигнулась с Сидерой и задержала взгляд на Отто.

Тот браво заложил руки за спину, выкатил колесом грудь и мечтательно глядел куда-то вверх. Словно с портрета сошёл.

– Неожиданно, но приятно. Надеюсь, вам понравится в гостях.

Она была редкого бронзового отлива, и, в отличие от большинства соплеменников, казалось удивительно гладкой. Её чешуйки аккуратно прилегали друг к другу, её янтарные глаза обрамляли тонкие пластинки, на её коже, того же тёмного, медового цвета темнели пятна, будто тени. Она любила полумрак, любила игру света, ведь так выглядела только краше. И знала это.

– Поговорим наедине?

– Конечно.

Она легко выдохнула и приобняла его за талию.

– Так пойдём же.

– А что с моими товарищами?

Райна обернулась и обвела рукой их, прислугу, багрянец занавес, десятки дверей.

– Это дом удовольствий! Тут исполняются желания! – она расхохоталась.

– Идём, пень, я покажу, что значит настоящая драка! – потащила за край мундира Отто Сидера.

Их проводили взглядами.

Через десять минут в роскошном пентхаусе, на высоте над Зеркальным городом, под звон капель распивали алое вино. Словно потоки крови, по стенам струились гобелены, украшения разных культур и эпох неизменно сливались в одну чудеснейшую картину, нисколько не противореча друг другу. Вдыхая дурманящие ароматы духов, размякнув на шёлковых подушках, они сидели рядом и говорили о всяком.

– Это так печально. Они совершили большую ошибку, когда обвинили тебя.

– Они действовали по протоколу.

– Какие же вы глупые! – она оторвала ягодку от кисточки. – Такие… такие… варварские.

– Топорные.

– Да! Да! Как режет слух! То самое слово! Повтори ещё раз.

– Топорные, – Оклайн невольно улыбнулся.

– Каких только унижений не придумают!

Она легла на колени. Радостно улыбнулась, когда его рука легла на живот. Вздохнула.

– Ещё вина?

– Пожалуйста, – она отпила совсем чуть-чуть пурпура. – Какой вкус! Какие нотки! Ты заметил?

– Конечно. Бенденское?

– Как ты угадал?!

– Хах! Мы ведь не в первый раз тут.

– Я берегла эту бутылку для особых случаев. Триста лет выдержки! Мм-м… Был ли ты когда-нибудь около того шато?

– Нет. Я слишком занят ныне для поездок.

– Ничего. Как-нибудь съездим! Там солёный воздух с моря, солнце круглый год и так тепло! А ещё повсюду усадьбы, усадьбы, усадьбы. Там… Там такой запах сена, травы. Мм-м!.. А ещё много скал и рифов с разноцветными рыбками!

– Мне по душе борей и сосновый бор, чтобы пахло смолой, а древние мегалиты, словно кости, торчали из земли! Чтобы фьорды тянулись на сотни метров, чтобы о них с воем бился прибой. Чтобы под ногами шуршала хвоя, а туманы, словно молоко, скрывали долины поутру.

– Я тоже люблю туман, но дождь… Я не люблю ливни.

За окном сверкнула молния. Раекка слегка поёжилась.

– Не бойся, я не промокаю.

– Ха-ха-ха! Прикроешь меня?

– А почему бы и нет?

Опустевший бокал с воздушным звоном опустился на малахитовый столик.

– Тебе нравится?

– Конечно.

– Ты всегда так отвечаешь!

На её лице появилась недовольная потешная гримаса, которая тут же стаяла, стоило её погладить.

– Продолжай. Не останавливайся.

– Ты такая невесомая.

– Да, мне нравится это слово. Давай быстрее, плотнее. Я хочу жара! Хочу жизни! Разгони кровь!

Оклайн обхватил Райну металлической рукой и поднёс к самому лицу.

– Тебе не больно?

– Нет. Неприятно, но терпимо.

– Я могу обмотать её атласом.

– Не надо. Ты такой едва шершавый и грубый.

– А ты упругая и гладкая. И мне это нравится.

– Да…

Он отбросил всякие сомнения и поцеловал её.

– Да…

***

Лишь к следующему вечеру они начали собственно то, ради чего встретились. В руках её сверкала игла, объединяя бордовые лоскуты – Райна любила иглы и умела найти им применение. Где-то, среди экзотической коллекции, имеется шкафчик, наполненный экземплярами сего предмета из сотен эпох и культур.

Сидя в креслах друг против друга, лаская на языке сочные напитки и тающие во рту фрукты, говорили о генерале Лиспераксе.

– Он ведёт себя странно, – протянула Райна. – Неподобающе своему положению.

– Слышал, он любитель развлечений.

– Развлечений?! Да хотя бы знаешь, что он сделал с моими девочками?! Он убил их, пьяный! – она фыркнула. – Его манеры мне неприятны. Когда я узнала и позвонила. Эх…

– Что случилось?

– Он нёс какой-то бред. Слов было не разобрать. Первые минуты две я и понять не могла, с кем говорю. Думаю, он перешёл всякие границы. Наверняка следствие от употребления тяжёлых препаратов.

Оклайн покачал бокал. С одной стороны – преимущество, ведь наркомана легче шантажировать, с другой стороны – а кто знает, как он это воспримет? Генерал в почёте, а вот беглецам и преступникам веры нет. Не воспримут ли обвинения как клевету и ничтожную попытку расшатать положение уважаемого военного? Нужны доказательства.

– Как давно вы виделись?

– Давно. Полгода назад. Он пригласил меня обсудить своё поведение.

– И?

– Постоянно глядел на меня, пускал слюну! – Раекка вытянула ноги и пошевелила пальцами. – Невоспитанный индивид! К слову, его офицеры на том приёме вели себя так же. Думаю, они все уже… пропали.

– Успокойся, сейчас им до тебя не добраться.

– Знаю. Ко мне и не такие личности приходят! Ты знал, что советник лидаро – страшный алкоголик? Он пьёт без разбора. Мешает какие-то жуткие коктейли, от одного запаха которых можно упасть в обморок! В последний раз мы его выносили к машине без сознания! Как так можно! И ведь официальное лицо!

– А ведь он фактически первый человек в галактике.

– О чём и речь! – её возмущению не было границ, хотя голос Райна повышала в пределах приличий. – Но хуже всего наш делегат. Честно, мне стыдно за свой народ. Он, ты бы видел его, – она залпом осушила бокал, Оклайн налил ещё. – Эх… Он такой безвольный. Я ради шутки предложила ему ходить с отрытым ртом, пока муха туда не залетит. И что бы ты думал? Он его так и не закрыл, пока я не попросила. Ох… Такой болванчик!

– Неужели всё настолько плохо?

– Просто ужасно. Сейчас среди аристократии этикета почти не осталось. И они ещё меня в дикости обвиняют! Как низко. На себя бы поглядели. Один лежит под столом, весь… в рвоте. Даже вспоминать противно. Другой надышался веселящего газа, третий так и вовсе шею свернул, прыгнув с балкона! У моих нижайших слуг честь выше!

– Осторожно, не облейся.

– Пока ты здесь, всё хорошо. Я знаю. Но… Ты ведь уйдёшь?

– У меня полно забот.

– Понимаю… Но ведь теперь, когда тебя уволили, ты… ты будешь со мной?

– По возможности. Мне необходимо восстановится, иначе Союз не отстанет. Наказания всегда исполняются, рано или поздно. Нужно доказать, что Фауст не прав, что я действовал соответственно ситуации. Быть может, у меня получится, и даже получится уволиться из-за этого.

– И тогда ты придёшь ко мне?

– Сначала – паразит. Я же рассказывал, насколько он опасен.

– Это же годы. Десятилетия!

– Иначе мы все будем в опасности. Поверь, если окажется, что с ним легко справятся и без меня, я не буду терять время.

– Спасибо. Я, надеюсь, – она обмякла в кресле.

– Не волнуйся. Я себя берегу.

– Вижу, – Райна провела взглядом по левой руке.

– Непредвиденные обстоятельства. Им должно быть объяснение.

– И ты его найдёшь.

– Да, – он набрал побольше воздуху в грудь.

Как бы хотелось говорить с ней вечно! Они так хорошо провели время, все тревоги, вся усталость – всё растворилось в ней. Райна невероятна во всём, слишком притягательна, слишком обольстительна, чтобы уйти. Однако, «время не ждёт»!

– Мне нужна информация о праздниках, что устраивает генерал. Расписание, квартиры, гости?

– Конечно! Он каждый раз присылает мне приглашение!

Раекка тронула рубин в ожерелье, и возникала голограмма.

– Следующий «праздник» послезавтра. Мне поехать?

– Не стоит, мы сами со всем справимся.

– Нет, я поеду. Что может отвлечь их лучше меня?!

– Даже не представляю.

– И я тоже. Я попробую расспросить их, узнать больше. Применю всё своё обаяние! В пределах разумного: никто из них мне не нравится. Они такие скучные, серые, банальные. Тоску навевают.

– Ладно, – обдумал всё Оклайн. – Твоя помощь будет кстати. Проведём всё тихо и скрытно. Никто ничего и не заподозрит.

– Не сомневаюсь, – прошептала Райна. – А теперь, раз мы всё решили, может, останешься ещё на ночь? Все равно до завтра ничего не изменится.

Так заманчиво… И нет никакого повода отказать.

– Я передам своим, и мы…

Она села на колени.

– И чем же мы займёмся?

– Тебе точно понравится.

Эмбар крепко её прижал. Она провела рукой по его перьям, по лицу, по шее, по губам. Постучала и улыбнулась.

– А ты злюка.

– Даже не представляешь, насколько. Ты такой редкий зверь в наших краях, настоящий экзот. Слишком многим браконьерам нужна твоя шкура! – она погладила плечо. – Я им тебя не отдам, только сам себя береги.

– Думаешь, я подставляюсь под пули?

– Нет. Но, найти тебя – словно найти чёрную жемчужину среди пустыни.

– Жемчуг распадается песком.

– Нет, нет, только не твой. Да, да! – она застонала, когда он помял её плечи. – Хорошо!

Розовый запах, невесомое прикосновение, дыхание страсти падало на раскалённый щёлк. Райна не намеревалась отступать. Она ценила наслаждение, она умела брать его. И давать…