Текст книги "Господа осеннего пути (СИ)"
Автор книги: Яла Морозова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 27 (всего у книги 31 страниц)
Глава 9
Дагон
–Варг их всех раздери! А лучше, он же, изгадь все углы дворцов! Ведь сейчас навешают лапши полную тарелку, все объяснят! Оно и понятно, куда такое чудо чудное отпускать, это же личный источник, всегда рядом, всегда готов к употреблению, еще и влюбленными глазами хлопает! С чистыми, незамутненными эмоциями, без примеси боли и страха! Вкуснота и красота в одной отдельно взятой наивной девчонке! Ага, откажутся, как же! И если Дару я еще худо-бедно и через раз готов поверить, то уж этому…
–Это что, породная черта ящеров, с самим собой разговаривать? Или как? Или с кем?
Девон…Это надо же, реально не до конца замуровал, чтобы Ялу не расстраивать…
–Породная черта ящеров,-мой хвост сносит дерево за его…ее… спиной, перекрывая возможность отхода,-прибивать незваных гостей.
–То-то вас так мало осталось…Традиция есть, с мозгами хуже…
–Слушай ты, недоразумение!!! У тебя же нечего своего, впитываешь от окружающих…наобщалось с Ялой…
–Впитываю, а чего бы и не впитать? Это вы? Говорите одно, думаете другое, в душе держите третье…а делаете, в результате, фигню, вообще не понятную по счету…вот ты здесь флору пока уничтожаешь…и, заодно, к фауне, в виде меня, подбираешься…а они там что с ней делают?
–А сам не догадываешься?–рычу.–Планы невооруженным взглядом рассмотреть можно было!
–Догадываюсь,–пожимает плечом с ядовитым наростом…какая страшенная, все–таки, тварь,–а ты не против, значит?
–Против!!!–и укладываю второе дерево перед ним, не хочу, чтобы подобрался ближе,–Еще как против, разговорчивый мой!
–Дааа,–нахально тянет,–а почему тогда ты здесь, а они с ней там?
Яла
Меня разморило и размазало…думать совершенно не хочется, а надо…
–Ты, правда, девона не до конца замуровал?
Я сижу на коленях Дара, Влаш подтащил к нам поднос …с блинчиками. Барьеры мы так и не подняли, не сговариваясь. И теперь я чувствую не только свое удивление, но и Дара…и наше взаимное охреневание этим.
–Правда…откровенно говоря, он бы все равно выбрался…через недельку. И остервенело рванул искать нас…а так может чуть тормознет, из-за неуверенной благодарности. Пробуй…
Подносит кусочек к моим губам…и мня пробивает на провокацию, не могу удержаться, безумно нравится видеть в нем человеческие черты. Прихватываю губами не только кусочек блина, но и его пальцы, с чувством, толком и расстановкой, облизываю. Меняются его эмоции и…желания…и Дара…и мои…
–Тебе нравится?–опять прихватывая лицо рукой, заставляя смотреть в глаза. И вопрос не разу не про блин.
–Да, очень. Я вообще, похоже, многое о себе даже не знала, не подозревала. Мне нравится, когда вы с Даром настоящие.
–И не страшно, маленькая?–Дар прихватывает губами шею.
–Не–а, интересно и волнительно…а кормить–то еще будут?
–Яла, я понимаю, что прошу много, но…всегда верь только нам…но еще, может, Максу немножко…слишком лакома ты для обитателей нашего мира, слишком желанна как иринэ для многих…
–Да уж…чувствую себя мышью на кошачей свадьбе…постараюсь…–пытаюсь потянуться за блином, не пускает…
–Не тот ответ.
–Хорошо, только вам…
Дар
Влаша понимаю, и особенно сейчас, когда нет защитных барьеров…ему сейчас хорошо, но очень необычно…каждый раз, видя доказательство привязанности и искренности Ялы, он теряется. Пытается понять ее мотивы, вообще, найти их, не находит…медленно, но верно приходит осознание, что она просто не может, не умеет по–другому с любимыми…и появляется страх, липкий, практически реально осязаемый, потерять. Отсюда дикая ревность, даже за взгляд, за вдох, буквально потребность, постоянно держать в своих руках, оберегая от всех и от вся…знаю, сам такой. А Яла…она насторожена к нему, пытается это перешагнуть, и пока не может…и ей…стыдно за это? А он еще и идет, эмоционально, напролом…вот как сейчас.
–Яла, родная…что еще рассказать тебе…чтобы ты смогла полностью…
–Я…меняются у меня в мозгу картинки, связанные с тобой. Не быстрый это процесс,–в этом вся Яла, не выкручивается, говорит, как есть…этим продирает даже до наших давно потерянных душ,–вот в душе раз, и перещелкнулись. А мозг, скотина такая, требует подтверждения фактами. Нам с душой за него стыдно…но без него грустно будет, поэтому терпим, стыдим, доказываем.
Влаш улыбается, расслабляется.
–Ничего, подожду…только не закрывайся от меня и не бойся…
–Еще чего, я тебя хочу, а не боюсь,–все правильно, малышка…
–Пойду, поищу нашего принципиального чешуйчатого друга. А то я как–то нервничаю, когда долго этого хама не вижу и не слышу. Опять же, посмотрю, не собирается ли девон в гости,–им надо побыть вдвоем…даже, если это будет просто посидеть в тишине.
–Я с тобой,–чувствую волну благодарности от Влаша, которая гасит мою ревность…
–Ой, да ладно, Вашество, справлюсь. Если что, позову.
Хочу поставить барьер, чтобы они…
–Мы же договорились!–Яла.
–Не надо, пока мы одни!–Влаш.–Я хочу , чтобы ты знал и чувствовал.
–Все, все, ступил,–и я быстро выхожу…знал, еще ладно, а вот на счет чувствовал, сильно не уверен.
Яла
–Ему тоже не просто…принять меня…и Макса,–Влаш перетягивает меня к себе на колени…и обнимает. Здесь и сейчас нет никакого эротического подтекста. Просто хорошо, просто уютно.
–Это вы здорово попали со мной, такой редкой и непредсказуемой зверюгой иринэ,–удобнее устраиваюсь, почти сворачиваюсь клубком.
–Даже спорить не буду, ты …это ты…и у меня на тебя странные реакции, как думается, и у Дара,-подсовывает руки по рубашку и кладет на грудь. Меня обдает волной жара. А он…ничего и не делает…вот только чувствую, улыбается.
–Это ты сейчас…и, вообще, какие–такие странные реакции?–Пытаюсь как–то скинуть разговорами свое…возбуждение, вот что юлить–то. И это учитывая, сколько и что они со мной делали. По идее, ничего и никого я хотеть просто не должна. А вот фигушки…хочу и еще как…
–Ну, например, эта…я тоже тебя хочу…опять и всегда. Реакция всегда одна, как только тебя вижу, думаю о тебе…стоит.
–Хммм, так это как раз не разу не странно,–я уже не просто красная, я уже почти дымлюсь,–для здорового мужского организма.
–Для здорового мужского организма, у которого за плечами большая куча лет, это абсолютно позабытая реакция. С годами ко многому теряется интерес, было же много, часто и во всех возможных вариантах…скучно и неинтересно…а вот с тобой,–сжимает мою ноющую грудь…наконец…хотела съязвить…вместо этого выгнулась, чтобы прижаться к нему сильнее, прочувствовать этот самый потерянный интерес,–как и не брал не разу.
–Так это опять типичная реакция столь почтенного организма,–не удержалась, столь могущественный дядечка и так реагирует на подколки про возраст.
–Ах так!–подхватывает на руки…и насаживает на себя одним движением, до конца, резко.
–Аааа!–я кричу, потому как рассыпаюсь на искры, и не хочу никуда собираться.
–Аааа!—полностью выходит…и опять резко вход.
Почти чувствую, как вибрирует весь организм, предвкушая взрыв…который точно должен последовать.
–Вместе! Хочу вместе с тобой!–Кричу, наплевав на все.
–Все, что захочет моя госпожа,–шепотом и срывается просто в бешенный темп. Это не про нежность, это про страсть, которую нельзя контролировать, которая просто есть и все.
–Аааа!–наши крики сливают в один. Перестаю понимать кто я, что я, нечего не помню, нечего не знаю…только моего любимого мужчину, только его шальную улыбку и счастливые глаза…
И бешенные удары в дверь…
–Я сейчас приду немного в себя…и прибью Дагона. Чтобы не мешал, зараза такая, быть любимой,–хриплю.
–Всегда помни, про любимую,–тоже еле приходит в себя….что меня непомерно радует.–Почему думаешь, что Дагон? Я его не чувствую…может, Дар?
–Потому, что только это чешуйчатая…скотина, может обломать такое удовольствие. Дар…ты хотел, чтобы он все чувствовал?
–Вот…меня ноги еще не держат,–смеется и целует …в нос,–его тоже.
–Вот…еще минут пять, и пойду воспитывать наглую дагоновскую морду.
–Нет, я…не хочу, чтобы тебе такой видел.
–У тебя получится мордобой, а у меня воспитание…–соскребаю себе с Влаша, даже рубашку почти привожу в порядок, будет платьем, благо, почти по колено. Даже почти прямо стою…и почти прямо иду к двери.
За ней, абсолютно ожидаемо Дагон…и Макс…но…но…но…
Дар
Вот прямо сейчас, остро жалею, что нет барьеров. Чувствую все их эмоции, все чувства, все удовольствие…и не участвую. Член не просто стоит, он каменный. Кроме Ялы, ее …и моего удовольствия, думать не о чем не могу. Отсутствие барьеров–это, конечно, здорово, но я так двинусь и быстро. Да я сейчас нечего уже не вижу вокруг себя, только Ялу, как ее сейчас видит Влаш.
Ее эмоции, такие чистые, такие сладкие…удивление…интересно, к чему? Ужас!?! Боль!?!
Срываюсь к катеру, там же Влаш, не так много живых…да и неживых существ, которые могут ему противостоять, а уж Ялу он будет защищать до последнего…даже если я до конца его не принял, как и он меня…Портал!?! У нас же не получается здесь открывать порталы…пробую…мимо…еще раз…мимо…катер…
Влаша не видно, около входа сидит Дагон, раскачиваясь из стороны в сторону, голова не просто разбита, такое впечатление, что по ней саданули кувалдой. Яла…
–Где Яла?–хватаю его за плечи, взгляд с поволокой, на грани сознания,–где?
–Ваш Макс появился, как–то открыл портал, казался адекватным, хотя и в истинном облике…ты знаешь, кто его мать?
–Дальше!–ору, он почти без сознания.
–А дальше…от нее был такой запас секса и желания, что его сорвало…она его испугалась, узнала, но испугалась…открыл портал и исчез вместе с ней…попытался помешать…не успел…
–Влаш где?
–Пробует отследить его портал и открыть по следу. Может, из другой точки получится…
–Влаш!!!–ору на всех уровнях.
Тишина…
–Прокусывай и пей, Яла не простит нам смерть своей любимой зверушки,–подсовываю ему свое запястье.
–Он…она не выживет,–на мое запястье капают капли. Дагон отворачивается от меня, с силой и под его стон тяну обратно,–пей, я сказал! Я чувствую ее…ее боль…она жива…пока…
Яла
Я еще помню эту боль…уже было…чтобы жить дальше, запихала ее на самые задворки сознания и всякой приятной ветошью припорошила. И вот опять.
–Что, долюбилась–додоверялась?–не иначе, это подсознание и вылезло, на последний разговор, так понимаю.
–Что молчишь, чувствую же, в себе. Не в себе была, когда поверила этим монстрам. Как ощущения?–и голос–то какой ехидный.
–Паршивые, жду, когда сдохну,–у меня болит даже каждый волос на голове, лежу в какой–то луже, сильно подозреваю в какой, ничего не вижу…а боль…сейчас она даже почти терпима…по сравнению с тем, что было.
–Где он?–беседа с с собственным внутренним голос, дело, несомненно, полезное и увлекательно, но потом…все это снова…не готова.
–Подорвался куда–то…сначало вой из вашей пещерки раздался, видимо, оценил масштаб своей симпатии. И дальше три варианта…либо какие травки тебе искать, либо портал открывать…сейчас–то ты только падальщиков заинтересуешь…
–Для внутреннего голоса больно ты хамоват,–«едет крыша не спеша, тихо шифером шурша»
–А ты для употребленного по всякому биологического объекта больно разговорчивая, еще минут десять назад напоминала трехдневный труп…правда, меня не узнаешь?
–Правдее не бывает, мил человек…И, кстати, почему боль терпимая стала?
–Потому, что свой яд в тебя впрыснул…девон я, помнишь?–ага, крыша все–таки еще при мне.
–Понятно…с чего вдруг помочь решил…ведь, вроде как, для тебя, для контракта твоего, все удачно сложилось?
–Сам не знаю…полагаешь, зря?–и судя по звуку, чешет голову.
–А это понятно будет, когда яд действовать перестанет…и Макс вернется.
–Правда же…Ты идти можешь?
–А куда двигаться–то будем, и не уверена, что могу? Да и найдет…по эмоциям, по крови.
–Будем надеяться, что не этот первый найдет…понятия не имею, где мы, вы с ним порталами скакали, как бешенные козы, ну и я по следу за вами.
–Там же, вроде, не получалось порталы открывать?–пытаюсь как–нибудь по другому расположиться, боль явно возвращается, пока не в полную силу, лизнет то одну часть тела, то другую и отступает…но пока отступит, я успеваю покрыться липким потом, предвкушая, когда она вернется в полную силу.
–А вот у него получилось, у скотины, ну и я по следу, мышкой метнулся. И нам пора отсюда метаться…мышкой, кошкой, кем угодно, только быстро и далеко.
Я пробую как–то зацепиться взглядом за моего неожиданного спасителя…полностью не получается, но и того, что получается хватает для опасений.
–Ой, ладно…после твоих–то…Мужчин? Мужей? Господ? Потребителей? Как правильно?
–Всего понемногу…
–Тааак,–девон настораживается и даже к чему–то принюхивается,–твой потребитель возвращается, будет ждать родственного воссоединения или идем? Как–то не тянет меня с ним встречаться, не полезно это для здоровья, даже для моего…а с твоим и так все понятно.
–Знаешь, как ходок я сейчас тоже очень не очень,–опять кривлюсь, боль возвращается все настойчивее.
–Должна будешь,–и меня одним движение взваливают на плечо, и сразу припускает энергичной рысцой.
Макс
Я так давно без нее…так жалею, что не воспользовался шансом, не присвоил ее себе на Земле, когда был для нее «просто Максом, своим, в доску, парнем». Мне так давно плевать на Империю отца, которую я раньше вожделел как самую желанную женщину. Мне так давно плевать, что находиться могу только в истинном облике, а, учитывая, кто моя мать, зрелище это не для слабонервных. И у меня срывает все, все ограничение, сносится налет цивилизованности, почти намертво приставший, как мне казалось, за это время…когда вдруг, впервые, почувствовал ее, увидел…и увидел ее страх…приправленный удовольствие…желанием…сексом с Влашем…с отцом…она вся в нем, в его запахе…и меня накрыло…не помню…снес Дагона с моего пути…схватил ее…а дальше чистый восторг единоличного обладания…это так сладко…ее кровь…нечего желаннее нет…ее сопротивление в начале…покорность потом…не о чем не жалею…моя…как возможно и невозможно, но моя…
Очнулся от чувственного угара как вынырнул из омуту, на мне, в руках Яла…без сознания…окатило страхом, очень много крови, очень много ран, укусов…моих укусов…только бы не внутренние разрывы, осмотрел осторожно, все внешне, уже легче…
Пробую напоить своей кровью, без сознания, не глотает. Я не боюсь, что очнется и не поймет. Кто же меня и поймет, если не она. Не боюсь, что не простит, простит, боюсь лишь упустить из вида, потерять…но надо остановить кровь, найти воду, еду…
–Девочка моя, подожди меня, сейчас найду травы, заварю…все пройдет…все…и будем здесь только мы,—устроил поудобнее, накрыл остатками нашей одежды,–я скоро…
Яла
–Слушай,–пытаюсь выровняться на плече,–я соображала плохо, сейчас тоже не лучше, но, кажется, мне надо поговорить с Максом, нельзя так от него убегать, не правильно…мы столько времени не…он без моей крови…вот и сорвался…да, стой, говорю!
–Блаженная, как есть блаженная! Поговорить? Это тебе от разговоров с ним так накрыло? Тебе маловато показалось? Сматываться надо, а не говорить!
–Он меня не убил? Не убил…а мог…с собой не справился…И, чтобы ты знал, Макс …из моих «потребителей», если тебе угодно…самый вменяемый и адекватный. Так что, пристрой меня, куда к деревцу прислони, а сам хочешь, где рядышком поброди, поговорим, потом тебя позову, хочешь, подальше уйди, через сутки возвращайся, будем вместе думать, как отсюда выбираться.
–Да ты, я смотрю, заядлая оптимистка, через сутки,–хмыкает, но скорость не снижает, вот ведь упертый…чудак,–тебе сильно так повезет, если через сутки жива еще будешь. Тебе помощь медицинская нужна, квалифицированная помощь,–воздух пронзает плач-вой, даже думать не надо, чей,–а не вот это все.
–Стой, говорю! Судя по «этому всему», Макс вернулся и сейчас нас нагонит, тебе, вообще, это надо?
–Мне это не надо…но почему-то по другому не могу…
Этот жуткий плач раздается ближе…намного ближе…Девон это тоже понимает…и останавливается…
–Твоего же…
–Спускай меня осторожно и отходи,–мне не видно Макса с такой позиции…но я его чувствую…
–С этим нельзя договариваться…к этому не то, что подходить, а для сохранения психического здоровья, даже смотреть в его сторону не рекомендую…
–Ставь меня на землю!
–Полностью согласен с предьидущим оратором.
Грей, чтоб его…Грей…
–Ставь меня на землю,–шепчу,–теперь точно ставь, без разговоров, и мотайся отсюда, куда подальше.
–А ты кто такой? Ты для Высших медом что ли намазана?–и кто бы меня, умную такую, слушал…
–Не правильная формулировка, она и есть этот самый мед,–мне даже не надо видеть… Грей, из–за его подставы с кровью, я и так вижу как он презрительно кривится, осматривая девона. Ну да, низший, хотя эти самые девоны, низшие, к нему, высшему, ближе всех из живущих. А еще я чувствую …его голод по мне…и острое недовольство…он равен Влашу…а, значит, Макс слабее…хотя он крови моей немало так хлебнул…но все равно…
–«Хьюстон, у нас проблемы».
–Совсем сбрендила? Ты, вообще, о чем?–девон, с редким упорством, приближается к своему бесславному концу. И, по идеи, мне должно быть все равно, но все равно не разу не получается, из-за моей чокнутой натуры.
–Сбрендила я давно и надежно так. Поэтому ставь меня на землю и прикинься ветошью где-нибудь сильно в сторонке.
Сама удивилась, но послушался…на половину…то есть на землю поставил, но сам никуда не делся…а я рассмотрела трансформацию Макса…и почему-то единственная мысль, которая крутится в этот в момент в голове, абсолютно шизовая мысль, я видела трансформации Влаша…значит, все остальное от матери…ничего себе вкусы у Влаша…
Ну а вы чтобы думали, увидев перед собой не тоненькую такую трехметровую змею с торсом мужчины, по которому то там, то здесь видна змеиная чешуя черного и зеленого цвета, развитая мускулатура с четко просматриваемым рисунком вен, длинные спутанные волосы заслоняют лицо с чертами паучьих…чтоб их, всю жизнь боялась…да еще и с раскрытыми крыльями летучей мыши с рваными ранами, развернутые за спиной. На змеином, воинственно поднятом хвосте трещит трещетка. По торсу, рукам синяки и порезы…они–то откуда…
Девон тоже зависает от этого зрелища…я сталкиваюсь взглядом с Максом…и все становится проще. Это Макс, тот самый Макс, которого я знаю кучу времени. Тот самый Макс, который понимает меня с полуслова…а все остальное…буду считать маскарадом и плохим сном. Сейчас проснусь и все будет хорошо, точно же будет, куда оно денется…
Я рывком и со скоростью, которую в себе и не подозревала и в лучшие времена рванула к Максу. Нырнула за его спину, обхватив руками торс, змеиный хвост прижал меня еще плотнее. Вдохнула, закрыв глаза, Макс…самый настоящий Макс…Вот и не буду открывать глаза, чтобы не смущаться всякими разными не важными дополнительными фактами…пока уж точно не буду…
–Яла…прости меня, моя девочка, не сдержался, себя…свое человеческое потерял, выберемся …из этого всего и полечу, поговорим…простишь?
–Куда же я от вас…от тебя…только выбраться будет не так, чтобы очень просто. Это знаешь кто?–чуть высовываю нос из–за Макса,–Грей, он…равный отцу…
–Это из области фантастики…–Макс все пытается развернуться ко мне полностью.
–Фантастики не фантастики, сам Влаш так говорил и мои ощущения о том же. И не упускай его из виду, нормально все со мной, нормально. По крайней мере, явно нормальнее, чем будет с нами от общения с этим милым мужчиной. А он явно настроен на плотное и продолжительное общение.
–Ты же можешь открывать порталы? Ощущаешься странно, высшая, вроде, а, вроде, и нет. Тогда мы разделимся…
–И не думай даже. И тебе, как аргумент, что пойдет он, по любому, за мной. Кровью обменялись,–Макс пробует повернуться…и весь клокочет от эмоций, трещетка уже не просто гремит, а грохочет как барабаны.
–Да обманом! Сто лет он мне нужен!–чуть успокаивается.–Надо как–то, пока не знаю как, но договариваться. Прими как аксиому не ты, не я, не девон, не все вместе, мы с ним не справимся. Даже не затормозим его поступательное движение в задуманном направлении.
–Какая скучная и не интересная жизнь у меня была до встречи с вашей теплой компанией,–раздается ехидное,–а здесь событий водоворот, то прибить хотят, то поиметь ближнего своего.
–А то все вместе…и в разной последовательности…
–Так план какой, востребанные мои?
–Все тот же, незамысловатый, договариваться…
–Господин Грей, чему обязаны Вашему явлению и пристальному вниманию?–подаю голос, изображая светскую беседу.
–Так решил не допустить твоей безвременной кончины в ходе востребанности,–ответ мне в тон.
Макс явно делает вздох для ответа, сильнее обнимаю, торможу. Обманчив этот обмен любезностями.
–Таки я передумала безвременно кончаться…
–Таки главное, что я на счет тебя не передумал…
–Таки Влаш и Владыка будут явно против. И это, не считая присутствующих…
–Таки их здесь не наблюдаю…а на присутствующих мне…
–Так вы еще долго будете договариваться,–девон демонстративно усаживается на корточки, подпирает рукой голову…ему еще бы попкорм в тему.
