Текст книги "Господа осеннего пути (СИ)"
Автор книги: Яла Морозова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 24 (всего у книги 31 страниц)
Глава 6
Влаш
Отсюда надо выбираться…и быстро. Пока у Грея окончательно не снесло крышу, и он не попытался убедить Ялу в подлинности своих намерений…силой. Она этого не переживет, не сможет. А я…мы…сможем? В душе, даже наличие которой я у себя не подозревал, удушливой темной волной поднимается моя магия…которой не должно быть. Чувствую, как перетекает в первоначальную форму лицо, тело. Такой исход…памятую свои ощущения…более, чем вероятен. Ему есть, чем ее держать…мною. И хотя сила у девочки немереная, и короткое время она может противостоять даже нам…пользоваться ею не умеет. Выберемся, всему научу…предвкушаю…сейчас не о том…прислушиваюсь. Свою ментальную комнату она изолировала просто на славу…и достраивает, достраивает конторы. Не хочу даже предполагать от чего она бережет меня. Меня…эта хрупкая, искренняя, земная…За ее доверие, за ее чувства можно отдать все. Власть, могущество, даже честь…оставить только ее. С ней нельзя по–другому. На это надеюсь, на то, что Грей это тоже понимает и не будет ее ломать…
Яла
Отрываемся друг от друга одновременно. Я, поняв, что просто сейчас потеряю сознание, а это в такой компании ой как чревато. А он…да Варг его знает почему? Или таки читает? Как это погано будет…Судорожно вспоминаю, что знаю о нем…попутно пытаясь восстановить дыхание…в тишине. С чего бы? Вскидываюсь…и упираюсь в его радостную улыбку.
–С чего счастье неземное накрыло?
–Зашел твой способ отвлечения от последней фразы,–демонстративно медленно облизывает губы,–в серьез думаешь, что с Влашем я не справлюсь?
–В серьез думаешь, что с Влашем и Даром справишься?–Да куда же меня опять несет!?! Точно от температуры соображать хуже стала. Надеюсь, это обратимо.
Жарко…Эта самая сволочная температура явно опять поднимается. И помня нашу теорию с Влашем…у Дара тоже. Что же это такое…Он на моей памяти не чихал даже не разу. Слечь может только от какой здешней магической гадости в виде членовредительства…к нему надо и быстро…вот она здравая мысль…
–Так,–прикасается губами ко лбу,–опять горишь. Выбирайся из одеяла, а то еще больше нагреваешься, и в ванну.
–Не хочу, не надо…–хнычу. Ну вот правда.
–Так,–выдергивает меня из одеяла,–я, конечно, сволочь, даже не спорю, но не такой степени…чтобы силой брать больную женщину. Скучно и не интересно это…
–А я уже подумала…такое объяснение, это да, вполне в твоем духе, –одеяло у меня отбирают…его взгляд тяжелеет, огоньки… Пробую прикрыться волосами, руками…
–Да видел я тебя уже всю…и с Влашем. Видел и завидовал ему,–как хорошо, что моя ментальная комната стоит,–не дергайся…только приласкаю…не откажу себе в этом.
–Благородство рассосалось на подходе к водным процедурам,–хочу съехидничать, но вот только не получается. Затягивает в какой-то воздушный водоворот…или не воздушный…мелькает и пропадает мысль, что это может быть опасным, что может мне туда и не надо вовсе. А может именно туда и надо. Ощущение рук Грея на теле пропадает, уже хорошо. Почему-то мне кажется, что это не просто беспамятство, почему–то мне кажется, что там Дар. Очень хочется…
Влаш
Комната разваливается, рассыпается туманом. Моя девочка не сняла защиту…звучит–то как…защита меня…она не смогла ее удержать. Жива, чувствую, но без сознания. Так глубоко, что не могу до нее докричаться…Если эта сволочь ей навредила…если это он…
–Грей, твою мать!!!–Не знаю, целиком моя комната из его варгова минерала или частично, но сейчас в двери остаются вмятины от моих ударов.–Прекрати ее мучить!!! Убью!!!
Размахиваюсь…и мой кулак почти влетает в физиономию Грея, открывающего дверь, успевает перехватить. На секунду так и застываем…
–Она ушла туманом из рук, даже сообразить ничего не успел,-вид у него ошарашенный,–получается…не только Высшая, но и ранг не маленький, если получается так перемещаться. Не понимаю, почему раньше не ушла…из–за тебя? Рискнула остаться в моих руках из–за тебя? Или знала, что не наврежу? Только постараюсь стать ближе…
–Эти твои старания и напугали ее до перемещения…неизвестно куда!–Не выдерживаю…пусть магии во мне сейчас Варг наплакал, но…мой удар приходится ему четко в скулу. Но даже частично не становится легче…он не закрывается. Замирает, не обращая внимания на то, что мой перстень глубоко рассек ему кожу.
–Перед этим…как исчезнуть…она была у меня на коленях…показалось, что температура у нее стала подниматься, и быстро так…ей явно становилось хуже…
Замахиваюсь на него.
–Идиот, в твою больную голову не приходило, что есть женщины, для которых это не приемлемо, ласки нелюбимого мужчины! Могла на это среагировать или…
Моя рука застывает около его физиономии.
–Или Дару стало хуже, и она отзеркалила его состояние и смогла, неведомо как, но смогла переместиться к нему.
–Куда? И что такое с нашим непрошибаемым Владыкой, что она его так зеркалит? Где они?
Еще бы я знал…
Дар
Фигово…улыбнуло словечко из Ялиного лексикона, несмотря не на что. Он так стремился к ней, к своему счастью, так тянулся на ее ментальный образ…что проворонил катер, который подошел слишком близко, как раз на один удачный выстрел, если повезет. И повезло, но не ему. Не было попыток связаться, не было предупреждающих по курсу, что абсолютно точно наводит на мысль, что четко знали кого надо уничтожить и уничтожить с первой возможности. Почти получилось…даже интересно, кто такой талантливый. Или везучий. Потому как его катерок, который и оставался на прокате последним, он схватил даже не раздумывая и не проверяя. Да, можно было двигаться порталами без всяких условностей в виде техники…но потом надо двигаться обратно и неизвестно, сможет ли это Влаш, после хитро сделанной комнаты Грея и …Яла…да, она сильно удивила. Высшая, сильная, но еще неумелая, необученная…На губах расползается улыбка, если он выберется и вытащит Ялу и Влаша…нет, не так, когда вытащит…наследник…теперь эта мечта, даже призрак которой гнал из сознания, становится реальностью. Яла его реальность, все остальное морок.
Вот только чуть отлежится и убедится, что катерок взрываться не собирается…может и с ногами будет полегче…и с температурой…только чуть отлежится…
Яла
Если по началу меня еще и посещала несуразная мысль разобраться в ситуации, понять, что и куда меня перетаскивает…то минут через десять решаю на это забить. Все рано все мои трепыхания, и ментальные, и физические, ровном счетом не к чему не привели, как тащило, так и тащит, не сбиваясь с курса. Голова раскалывается, телом ломит…как, собственно, и должно быть у нормальной человеческой осыби при температуре. Хоть здесь я не подкачала. Продолжаю надеяться, что вышвырнет меня где–нибудь около Дара. Пока не очень представляю, чем смогу помочь в таком состоянии, но проблемы по мере поступления. Давно поняла, что у конкретно этой Вселенной своеобразное чувство юмора и виды, на меня, хорошую, тоже более, чем своеобразны. Почему–то она представляется мне вреднючей щуплой старушкой, с ехидным прищуром наблюдающей за моими потугами не угробиться самой и не угробить окружающих.
–Ааа!–Меня пару раз крутануло вокруг собственной оси. Это сейчас, скажем прямо, совсем не к месту, реально чуть не стошнило.
–Ладно, не старушкой, женщиной в самом расцвете сил,–с кем, спрашивается, разговариваю? Но и крутить перестало. А мысли все равно лениво болтаются в черепной коробке по кругу. Может, столкнуться пару тройку раз и высекут какую стоящую идею?
Если я зеркалю сейчас состояние Дара, а это скорее всего, действительно так, то что же с ним могло произойти? Болезнь отметается сразу, он и так был не восприимчив…да не к чему, а после моей крови и подавно. Авария или нападения? Может, первое в следствие второго? Скорее всего.
И опять, просто наверняка, с каким–нибудь древним и хитрым артефактом. Тогда возникает закономерный следующий вопрос, кто? Понятно, что желающих постоять у его могилки много, но вот кто реально мог попытаться? Кто–то наподобие Грея? Так думается, среди Высших, он один и мог рискнуть. Стоп, это я сейчас что, им восторгаюсь? Пффф, ничего себе меня с температуры накрыло. Но если уж быть честной…по крайней мере, понимаю. Но второй такой врятли нашелся. Опять пффф…а вот дамочка из Высших…это да, это учитывая образ жизни моих мужчин…звучит–то как тухло…очень даже может быть. Прямо совсем даже может быть. И вообще, частично, даже поделом. Вот никому не понравится, что их просто используют в свое удовольствии, как «резиновую Зину». А они к дамам именно так и относятся. Хочется надеяться, что относились…самоуверенно это, да, но мне тоже требуется оставаться относительно в твердом уме и здравой памяти…а без уверенности в них не фига не получится…как–то так…
Все размышления прерваны банально, по–простому. Меня выкидывает куда–то, где дождь, слякоть и не тепло, вот не разу не тепло. А чтобы жизнь заиграла еще более яркими красками, еще и головой прикладывает об какую–то корягу. Трясу головой, пытаясь восстановить зрение. Безрезультатно. Шарю руками вокруг, стараясь производить как можно меньше шума. Меня должно было притянуть к Дару, вопрос насколько далеко от него. От меня немного помощи в теперешнем состоянии, больная, без всего, без лекарств, оружия, даже без одежды, голая, практически по уши в грязюке…теперь еще и слепая. Та еще помощь ему подоспела. И лучше бы этой помощи не на кого не нарваться. Пытаюсь ментально позвать Влаша, Макса, ага, как же, с моим–то везением, ожидаемо, «тишина в эфире». Попутно пробую ползти вперед, зрения нет, но почему–то кажется, что–то есть впереди, буквально метрах в десяти. Руки наталкиваются на тело.
–Дар!!!–Мигом забываю все свои опасения. Подбираюсь ближе, скользя в этой жиже в бок. Нахожу его руку. Безжизненная, холодная. А он всегда горячий…ползу к лицу. Сверху льется уже не дождь, а поток воды. Нечего не вижу…
–Дар, Дар, родной,–скулю обнимая его за плечи,–это я, Яла. Очнись, ну очнись, пожалуйста.
Гроза набирает обороты, вспышка молнии. Мы на какой–то скале, не сказать, чтобы совсем без растительности. Рядом торчат три здоровенные сосны, около них небольшой прогулочный катерок, зарылся носом все в ту же грязь. Зрение, вопреки всему, после вспышки вернулось. Дар… Вглядываюсь в лицо, бледное, в садинах, на скуле порез до кости. Он даже не бледный, восковой. Без сознания. Надо дотащить его до катера. Раз тот до сих пор не взорвался, хотя и мог от удара, то врятли и взорвется. Пробую подняться на ноги…и шлепаюсь назад. Ладно, ничего, и на четвереньках дотащу…должна дотащить. Вцепляюсь в мундир и тяну, тяну, тяну.
–Ты потерпи немножко…–еще один метр. Я не понимаю сколько времени прошло. Здесь небо не темнеет и не светлее, этот Варгов дождь не прекращается. Но мы почти доползли. Дергаю опять на себя, режу руку от острый край попавшегося булыжника…и застываю, наблюдая как из раны сочится кровь.
–А вот это я и дура, сразу надо было,–подношу руку к его губам…твоего же, они почти синие…не буду…мне это кажется…в темноте. Надавливаю на подбородок, губы чуть приоткрываются, капли скатываются по ним. Но ведь что–то должно попасть. Уже сама со всей дури прикладываю рукой об камень. Еще один порез, поверх старого и наискосок. Струйка крови становится больше.
–Вот так уже лучше,–прикладываю руку к его губам. Хоть что–то же должно попасть.–Дар, хороший мой, пей пожалуйста, пей…и живи. А то, как найдет нас таких кто. Тебя и меня, грязную и голую.
Я говорю не столько для него, сколько для себя. Мне важно быть уверенной, он меня слышит, он жив…иначе никак…совсем никак…
Глоток…его глоток…это моя персональная мечта на все времена…не мигая смотрю на его губы, сцеживая на них кровь…ведь, правда, не показалось же?
–Маленькая моя, в глаза…мне бы подольше ты чудилась…
–Дар!!!–Я целую его везде, где могу дотянуться. Улыбается…этими синими губами так…
–Чудо мое…ты…–пытается подняться и стянуть с себя рубашку,–совершенно распоясалась, Влаша на тебя нет, в таком виде разгуливаешь. Почему, кстати? Где он после перемещения?
–Я сама…сама переместилась…поэтому в таком виде…и холода уже не чувствую…правда…
–Так…все–все мне расскажешь, что натворила без меня…
И целует…мой Дар…живой…
Хрясь…
Ветка треснула…но не здесь…где–то дальше и сбоку. Раньше и не услышала бы.
–Сейчас быстро в катер и закройся,–тихо, уверенно.
–Сейчас время на спор не теряем. Только с тобой…
Подхватываю его за мундир и тащу. Совсем близко уже. Дар пробует помогать…вот только ноги…совсем не двигаются…с этим позднее…
Меня прошибает чужой взгляд. Не обращая внимая, тащу, он еще далеко…
–Яла, в катер…
Тащу…взгляд…там, кажется, удивление…и голод…
Наконец упираюсь спиной в трап.
–Под замком будешь у нас сидеть,–Дар переворачивается на живот. Под аварийными огнями катера видно…даже на черном мундире…что вся спина темнее…
–Не смотри в темноту, беги в катер, а сейчас сам…
–Кто еще кого посадит…я только с тобой…
Хрясь…
Уже ближе. Дар подтягивается на первую ступеньку на руках…на вторую…на третью…
Успели?
–Какая глупая…но смелая…и хорошенькая…–как голос со старой–старой, заезженной пластинки…женский?
–К Варгу!–Рывок Дара на себя, падает, подминает…и успевает рукой выбить выключатель на двери…
Что это? Снаружи непонятный звук, жуткий…смех? Бред бредовский…
Дар
Мы замираем…а меня это устраивает. Даже смех Раны снаружи сейчас, вот именно сейчас, не волнует. Хотя от допроса Ялы мне не уйти, опять, в стопятьсотый раз, накосячил. Если уж совсем точно, накосячил давно, а аукнулось, как водится, в самый неподходящий момент. Я уже начал подозревать, что этот самый «косяк» меня и добьет…но Яла…это тот самый фактор, который не у кого не получается просчитать. И теперь я обязан, просто обязан, выжить и защитить ее. Чудо мое чудное…
–Вот и чему Вы сейчас, Владыка, радуетесь?–Она тоже улыбается.
–А ты чему?–Не выдерживаю, подтягиваю ее выше и начинаю целовать.
–Я–то понятно, как ни как мужа обнаружила живого и относительно целого. Согласитесь, повод,–отвечает мне, скользит губами по скулам, подбородку…вот не знаю, что теперь будет с ногами, но кое-что в моем организме настроено на будущее очень оптимистично.–Я грязная вся,–краснеет и пробует остановить мои руки, скользящие по ее телу.
–Я, знаешь ли, тоже не чистый,–парирую.
Понимать, что мое осознанное существование закончится здесь и сейчас было не так страшно, как осознание того, что могу ее больше никогда не увидеть, не почувствовать. Поэтому сейчас меня от нее ничего не оторвет.
–Давай сначало посмотрю, что с тобой, помоемся…а потом все остальное,–ее руки тоже скользят по мне…заводит еще больше, несмотря не на что…
–Это ты тоже по мне соскучилась или исключительно с медицинской целью?–Вдыхаю ее запах. Его нечего не портит, проникает в легкие как оздоровительный газ из капсулы, мне легче, даже, кажется, температура спадает …и у нее. Уходит не здоровый блеск в глазах.
–Ты–мое Зеркало?–Меня осиняет.
–Очень похоже на то. Это очень плохо?
–Для нас с тобой, с Влашем и Максом–очень здорово. Со временем и их будешь считывать. Не только слышать ментально, но и безошибочно чувствовать. Это,–целую ее в уголок губ,–будет так восхитительно…
–Ужас какой! Этак и «на лево» не сходить, и «на право» не сходить. Все же почувствуете…и присоединитесь,–смеется.
–Никаких «на лево», только прямо, в супружескую постель!–Возмущаюсь и шлепаю ее пониже спины.
–Оххх, Варг возьми!–Боль простреливает, от плеча до пальцев ног. Просто адски болит.
–Больно? Сейчас посмотрю…придумаю что…здесь, где свет включается? Я сейчас из каюты матрац сюда, в рубку перетащу. А санитарный отсек где?
Яла подрывается с меня, сыпет вопросами, вихрем проносится по катеру. Такое впечатление, что она везде. Минуты не прошло, как уже и матрац здесь вместе с постельным бельем, ящик экстренной помощи тоже нашла…даже успела мою рубашку надеть.
–Это дико звучит. Но на самом деле очень хорошо, что ты стал чувствовать боль. Значит нервные окончания восстанавливаются. Сейчас еще моей крови попьешь, я тебя осмотрю и подумаю, что можно еще сделать. Ой…Ты…так больно…я сейчас…потерпи…родной, пожалуйста, потерпи…ну где же здесь, хоть что–нибудь?
Она роется в санитарном ящике, постоянно оглядываясь на меня. Не выдерживает, ползет ко мне, тягая за собой ящик. Гладит одной рукой по голове, что–то выискивает в ящике.
Света, по прежнему, нет. Она не видит, как по моему лицу проходит судорога и из глаз появляются глупые соленые капли. Не видит…но чувствует…чувствует, как я плачу, впервые осознав, что мог ее больше не увидеть…и мне не стыдно…
Яла
Раз–два–три, вдох–выдох–вдох, сосредоточиться и забыть про панику. Иначе я ему не помогу…
–Да что же за твою мать!–Шиплю сквозь зубы и еще парочку забористых земных ругательств прибавляю.–Здесь даже минимальского минимума не наблюдается!
–Совсем распоясалась, девочка моя. Я даже и не подозревал, что ты слова такие знаешь,-перехватывает мою руку и целует ладонь. Бледный до синевы, даже грязь не спасает и смуглая кожа от этого оттенка…а глаза светятся как у дикого кота…абсолютно счастливого мартовского кота.
–Ну, допустим, ты таких слов тоже не знаешь, ты же в моем времени не был,–все-таки краснею, и продолжаю рыться среди абсолютно бесполезного медицинского мусора.
–Ну вот не помню, правда, был или не был в твоем мире…но по интонации все понятно. Так что, наказание ты заработала честно, как не крути.
–Нам до этого самого наказания еще как–нибудь дожить надо,–ворчу.–Вот, хоть что–то.
Действительно, нашла. Аналог нашего антибиотика широко спектора, даже не рассчитывала на такую удачу. Слегка просроченное, судя по маркировки, но это ничего…это, по любому лучше, чем ничего.
–Так что, Владыка…–красноречиво кручу рукой,–колоть надо внутримышечно, а для этого лучше всего подходит…
–Вот не думал–не гадал, что ты любишь ролевые игры…да, пожестче…и к этой части моего тела явно не равнодушна…интереснооо…
Он тянет это «интереснооо…» так…что я опять заливаюсь румянцем, как красна девица…не время и не место…
С трудом Дар переворачивается на живот, совсем не владеет ногами…и я чуть не роняю заготовленный укол…
Рана, как раз по нижнему отделу позвоночника, сантиметров двадцать, узкая, почти бескровная, глубокая…и в ней явно что–то есть…
–Сейчас я вколю укол, и ты мне обстоятельно расскажешь, что за гадость у тебя в спине, а заодно, почему ты до сих пор про нее молчал. И говорю сразу, расскажешь правду. Чтобы можно было объективно понять, что с этим делать.
–Маленькая, мне лучше…но можно я не буду тратить время на правдоподобные придумки?
Я молчу, сжав зубы, глубоко ввожу иглу.
–Нет, не можно. Дай, сама догадаюсь. Это имеет прямое отношение к милому созданию снаружи? И трогать руками не очень желательно?–Все это я проговариваю, одной рукой вводя препарат, а другой примериваясь к кусочку этого «нечта». Понятно, что «это» надо убрать из раны. Понятно, что нечего хорошего, это мне не принесет. Я уже и привыкла. Когда–то Светлейший заманил меня в этот мир, чтобы как раз удержать Дара от перерождения. Удержал, я с всегдашним моим везением оказалась мифическим зверьком иринэ, чья кровь крайне целительна для Высших. Полюбила…а меня? А меня мои мужчины все чаще и чаще прикладывают мордой об стол. Так может, как в том бородатом анекдоте, «все дело в морде». И если морду из этого уравнения убрать, то все и сойдется. И будут жить в своей вечности, как и жили, без вечной проблемной неизвестной, то бишь, меня. Лишняя я здесь…Дожимаю поршень шприца…и хватаюсь рукой за край…
–Не смей!!!–Дар мгновенно переходит в истинный облик. Мой кошмар…желтоглазое чудовище…тот, который до сих пор мне снится…пробует ухватить меня за руку…промахивается. Ведь промахивается? Почему же рука так горит огнем? Натурально, горит…а в ней узенькая пластинка с непонятными знаками…и, так любимая мною, темнота…
—Совсем не тебя здесь ждали,–раздается не то, чтобы возмущенно, скорее, удивленно.
–Ну, извиняйте,–благодушно фыркаю.–А ждали кто и где? И на чье пришествие рассчитывали?
Какое-то странное состояние. Благодушное. Мне и ответы эти не то, чтобы сильно нужны, так для поддержания беседы.
–Извиняю, а ты кто?
А вот тут незадача…я, правда, кто? Силюсь наскрести внутри себе хоть какого–то понимания о своей загадочной личности. Сначало глухо, как в танке. Потом появляется образ этого самого танка…на который тут же накладывается образ какой–то прикольной тетушки, со смутно узнаваемой внешностью. Потом наплывает образ ее же, но более молодой, и теперь уже точно мне хорошо знакомой. Так…на вопрос кто я, видеоряд сформировался. Теперь бы еще имечко какое ни какое…
–Яла, Ялочка! Ответь мне девочка! Иди на меня!–Какой–то мужик бьется практически в истерике. Последнее предложение, вообще прелесть. Как идти–то, когда я себя ощущаю облачком, белым, пушистым, невидимым и легким? А голос, несмотря на это, такой…знакомый и родной…И отдается теплотой глубоко внутри, около сердца…Дар!!!
Меня обдает волной ужаса. Он же там беспомощный, а меня куда–то вынесло из–за штуковины, которую из него вытащила!
–Похоже, вспомнила что. И тебе это не понравилось. Пришло время поделится воспоминаниями,–меня отнюдь не аккуратно вздергивают на ноги, встряхивают …и я различаю на две головы выше своего лица желтые глазищи…кошачьи…и недобрые…
Дар
Меня трясет от бессилия и страха за Ялу…и злости…отшлепаю и прикую к себе наручниками. Сделала по–своему, как всегда. Не послушалась. Мне значительно легче физически, ноги в пляс, конечно, не пустились, но я их почти ощущаю…вот только на фига мне это, если Ялу я больше не чувствую. Учитывая, что эта пластинка прилетела мне от Раны…меня пробовало куда–то выдернуть…и Яла…
–Твоего Варга!–Пол катера покрывается трещинами от моего удара. Пробую встать, не получается…ползти? Да я бы и пополз, вот только пользы от меня! Если Рана догадается, кто для меня Яла, я ей буду уже абсолютно без надобности. Убьет ее–и мы не жильцы. Да и Варг с нами, только девочку надо вытянуть…Пробую дотянуться до Влаша, Макса…как в молоко. Кое как натягиваю штаны и ползу, ползу к выходу…кнопка экстренного открывания дверей, заело заразу, пробую магию, пусто, почти пусто…
–Твоего же!!!–Колочу по панелям как невменяемый. Катер содрогается и жалобно скрипит…вот только не от моих ударов. На его крышу плюхнулось что–то очень громозкое…и с когтями, судя по скрежету обшивки. Эта тварь снаружи…и там же снаружи Яла…бью по кнопке…дверь медленно, но начинает двигаться…
Яла
Уж не знаю, где мы, но темно здесь как в муркиной…в моем случае это и к лучшему. Как-то не горю желанием видеть отчетливо обладательницу этих глазищ. Она без особого труда оторвала мою тушку от поверхности и подняла на уровень своего лица и уже минут десять, не мигая, смотрит в мои. А я что? А я ничего, мне не тепло и не жарко…единственно, держит грубо, новых синяков не избежать, но поскольку я вся изрядно потрепана, погоды они не сделают. По сему, весю и не трепыхаюсь…но надоело, однако…
–Все, визуальное знакомство завершено? Тогда уже можно дать мне воссоединиться с поверхностью.
–Визуальное, пожалуй, да, а все остальное тянет продолжить, а то от любопытства лопну,–и меня, действительно, отпускают. Хотелось бы гордо и независимо выпрямиться, но мне бы на ногах устоять для начала.
–Ну и? Выводы каковы?–Штормит меня. Пытаюсь оглядеться и куда–нибудь примоститься, во избежании позорного падения.
–А выводы противоречивы…На жертвенном месте должно было появиться это ваше чудовище, ваш Владыка,–слово «Владыка» она почти выплевывает, глаза становятся больше и …желтее. Это ненависть, чистая, непримиримая.–А появилась ты…почему?
–Ну что здесь скажешь…не повезло. Если я Вам не подхожу…–Она, что, надеялась в одиночку справится с Даром? По ощущениям, мы одни. Но кто же тогда эта тетенька, с таким самомнением?
–Lаже не знаю,–меня придирчиво осматривают с головы до ног, как курочку на рынке.–Ты точно Высшая тварь…
–Чего–то «тварь» сразу?–Возмущаюсь.
–Но какая–то абсолютно не правильная, бракованная,–обходит меня по кругу.–Но почему появилась ты, вместо него. И почему я тебя считать не могу, а?
–Вот честное слово, не знаю. Может, темновато здесь, буковок не видно…
–Юмористка, как погляжу,–на второй круг осмотра пошла. И правда, что она видит в темноте? Вот я, к примеру, ничегошеньки…хвост? У нее хвост, не милый пушистый хвостик с игривой кисточкой, а здоровенный такой хвостище с наростами и шипами… и жалом на конце. А я так с ней фамильярно…зря, наверное…
–Впечатлилась?–Хмыкает.
–Однозначно, прониклась. Может пойду я…куда–нибудь пойду, а? Я же точно не этот ваш Владыка, можно сказать, знать его не знаю…
–Не так однозначно. Хотя,–принюхивается,–что самое смешное, не врешь. Что странно…откуда тогда на тебе его рубашечка?
–Ааа…–сейчас как что придумаю.
–И бельишко отсутствует, и видок как жевали–жевали, да выплюнули, и…
Резко выбрасывает руку вперед и тянет мою руку себе под нос…это уже совсем не хорошо…
–И кровь его…и тебя это не убивает…по моему, нам здорово повезло…
А мне вот похоже, не разу не повезло…но хоть я сюда попала, а не Дар…
–Не уверена,–честно предупреждаю.
–Ну что, неизвестный в природе высший зверь, будем знакомиться более плотно. Хотя мы с этой ненормальной Радой и договорились…на счет жертвоприношения,–ей что, не удобно?–Но договаривалась я–то на этого Владыку, а не на тебя…хотя, обещала, конечно…и камням, опять же, абсолютно все равно чью высшую кровь впитывать. Его бы, конечно, лучше и справедливо, но и твоя подойдет, если что.
–Не испытываю я желания с тобой плотно знакомиться,–особливо, если учесть ее планы на Дара и , частично, меня,–от недостатка самомнения, смотрю, не страдаешь. С чего уверенность, что ты справилась бы с Да…с Владыкой?
–А у тебя откуда сомнения, что не справилась бы? Мой хвостик тебе приглянулся,–усмехается, и глаза окончательно превращаются в кошачьи.
–Хвостик? Этот монстр? Девушки–такие девушки,–язвлю,–ты на него еще розовый бантик повяжи.
–Хм…а знаешь, подруга, вот кто ты, даже и не представляю, но ты мне определенно нравишься, аура у тебя хорошая…очень не хочется тебя жертвоприносить, знаешь ли…
–Сама не хочу,–говорю честно,–и не приноси, раз не хочется.
–Так говорю, договор у нас с этой чокнутой…на ее плату наше поселение год сможет жить…а то и целых два, если экономно. А если нарушу…настучит в Совет, и все, нет поселения, опять прятаться, с места срываться.
–Совсем не поняла, в Совете же тоже Высшие…
–Сильно не любящие Владыку…
–То есть, вот ты к нему особой ненависти не испытываешь?
–Особой–нет, а вот ненависти,–задумывается,–наверное, все–таки, да. Он только в последнее время попритих, с этими, еще двумя. Ходят слухи, что они вообще куда–пропали, остался только Максимус на хозяйстве. А так–то…ты хоть представляешь, что они творили? Представляешь, сколько жизней пресекли, не по делу и не за дело, а так, скуки и своего удовольствия ради?
–А сколько спасли, представляешь? Без них …еще больше было бы?
–Так, стой…его кровь и рубашка на тебе…эта психованная говорила, что ослабила…ты–Высшая, но неправильная и вообще…ты их иринэ? Всех троих? И здесь вы только вдвоем? Ну вы и влипли, даже без меня влипли.
–А то я не знаю…
