![](/files/books/160/oblozhka-knigi-intellektualnaya-poziciya-2-220131.jpg)
Текст книги "Интеллектуальная позиция-2"
Автор книги: (ВП СССР) Внутренний Предиктор СССР
Жанры:
Политика
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 13 страниц)
Шекельгруберовщина – “гитлеризм” – знаменует собой то, что ветхозаветно-талмудическая доктрина о вседозволенном господстве над народами Земли иудейской “элиты”, по отношению к самой “расе господ” – блеф, низводящий возомнивших о себе как верующих в неё, так и беззаботных бездумных потребителей своего статуса[54] многочисленных “бен-израэлей” – иудеев – до состояния, подобного животным, некогда уничтожавшимся в жертвоприношениях Иерусалимского храма.
Глобальный биосферно-экологический кризис и множество сопутствующих ему внутрисоциальных проблем – следствие технико-технологического “прогресса” за последние две тысячи лет. Технико-технологический “прогресс” под кнутом ссудного процента опережает нравственное развитие цивилизации, существующей в ростовщической удавке. Так, что М.Рац прав: попытки выдумать и навязать народу миссию в истории до добра не доводят. Это исторически реальная миссия еврейства в мировой истории, но приписывать её самоубийственность для цивилизации благому Божьему промыслу, на наш взгляд богохульно.
Но коли библейская миссия выдумана и навязана, подменив собой истинную миссию, объективно предложенную Свыше, то тем самым выдуманная миссия, при её осуществлении, объективно порождает необходимость миссии сдерживания и искоренения из жизни мерзостной отсебятины древнего жречества Египта, деградировавшего до безоглядности и безответственности знахарства. Эта альтернативная миссия, объективно необходимая человечеству для жизни, и её нет причин выдумывать: Её суть необходимо просто понять и осуществить ко благу всех народов, угнетаемых на протяжении тысячелетий общебиблейским паразитизмом.
Но поскольку М.Рац ничего внятного по этой проблематике не высказал, то это означает, что он объективно работает на Доктрину “Второзакония-Исаии”, будучи сам её жертвой и тупым [55] орудием. Как справедливо указали братья А. и Б.Стругацкие в “Жуке в муравейнике”, нормы общечеловеческой этики не распространяются на биороботов в то время, когда те ведут боевые действия против людей.
И в свете сказанного, то историческое явление, которое стоит за словами «Политика формирования открытого общества» (так М.Рац назвал свою статью), есть по существу политика формирования для неограниченной деятельности международной мафии-зомби по осуществлению целей общебиблейской расовой рабовладельческой доктрины, навязанной социальными магами древнего Египта. Таковы “реалии”, от которых уклонились зомби-аналитики. Но людям такая политика вредна и потому должна быть подавлена и искоренена в исторически коротки сроки.
Теперь можно вернуться к статье Лилии Шевцовой “Российская власть опять на перепутье. Номенлатурная сделка или санитарная чистка?” Статья начинается вопросами:
«Напряженность в российских политических кругах усиливается. Сегодня, как и в 1993 г., речь идет прежде всего о следующем: в каком направлении двинется политический режим? к “сильной руке”? какой именно олигархии удастся закрепиться? сохранится ли поле для ограниченной демократии?
Шаги, которые предпринимают отдельные группировки, заставляют ставить и другие вопросы: возможен ли компромисс между основными силами в переходный период, который может начаться уже при Ельцине? или нынешним параличом власти воспользуется одна из группировок? Насколько реальна устрашающая верхи угроза, исходящая от генерала Лебедя? насколько устойчива российская система власти и сможет ли она вынести грядущие встряски?»
Эти вопросы – заурядный образец, той ахинеи, которой отечественная журналистика, после 1991 г. замусоривает коллективное сознательное и коллективное бессознательное России. Такая ахинея из года в года пятнает газетные развороты. В ней не меняется по существу ничего, кроме фамилий тех, кого воспринимают в качестве мнимых и реальных угроз стабильности очередного правящего режима: Сначала Ельцин – угроза Горбачеву; потом Руцкой и Хасбулатов – угроза Ельцину; за Руцким еще кто-то; теперь очередь дошла до Лебедя и Чубайса, как возможных персон № 1, следующего режима. Но никто из них не угроза доктрине “Второзакония-Исаии” со всеми вытекающими для России последствиями.
Вся их борьба и борьба поддерживающих их массовок – возня мелочных рвачей и амбициозных слепцов и дураков, не способная вызвать ничего кроме молчаливой презрительной насмешки со стороны ныне живущих наследников организаторов синайского “турпохода”, тех, кто запустил тысячи лет тому назад процесс, из-под колпака которого не высунулся на протяжении столетий ни один российский политик, за исключением князя Святослава и Сталина; из-под контроля которых за тысячу лет после крещения Руси не вышло и ни одно массовое общественно-политическое движение.
Святослав, разгромив Хазарский каганат и будучи противником внедрения Библейского культа в России, создал условия для самобытного развития народов России-цивилизации. Он отрицал мерзостную доктрину, порожденную осатанелым “жречеством” древнего Египта, за что и был убит.
Даже если не вдаваться в подробности идеологии сталинизма, то вождь-жрец И.В.Сталин проводил политику планомерного снижения цен и планового ведения народного хозяйства во многонациональном государстве, взявшем курс на искоренение эксплуатации человека человеком. Это исключало возможность ростовщического вмешательства в экономику страны, а внешняя политика СССР исключала возможность затягивания ростовщической удавки на государстве в целом.
После убийства Святослава его сын от порочной связи русского князя с дочерью хазарского раввина из города Любеч (институт любовниц влияния в действии!!!) – “святой” «равноапостольный князь Владимир-креститель» 1000 лет назад ввел страну в плен древнеегипетского знахарства, разрушив Святославово наследие. Прошло почти 1000 лет прежде чем, Сталин освободил страну из этого плена. Но “элитаризовавшееся” окружение спесивого дурака Н.С.Хрущева ввело СССР в плен древнеегипетский сызнова. Околоельцинские группировки пытаются плен древнеегипетский закрепить конституционно в качестве нормы жизни для всех народов России, но испытывают проблемы, которые и видятся Лилии Шевцовой в качестве “перепутья российской власти”, а редакции “Независимой газеты” они же видятся в качестве «коллизии».
Реально же “коллизия” носит совсем иной характер: Страна обладает достаточным потенциалом, для того чтобы вырваться из древнеегипетского плена узурпаторов власти в Библейской цивилизации. И процесс очищения России от мерзостной Библейской доктрины идет своим чередом. Это объективный процесс, слагающий мировую историю. Процесс, поддерживаемый Свыше, и осуществляющийся через разрешение в его пользу всех ошибок и неопределенностей управления по Библейской рабовладельческой доктрине, которой тупо следуют себе на погибель демократизаторы России.
Первая редакция 28 февраля – 5 марта 1997 г.
Уточнения 23 апреля 1997 г.
О “духовности” и “материальности” в региональных цивилизациях
[56]
Прежде всего следует обратить внимание на то, что слова “материя” и “дух” – не придуманы нашей эпохой, а унаследованы ею от предков. Но ныне они понимаются, осмысляются несколько не так, как это было хотя бы в начале прошлого века. В то время слово “материя” по существу было “именем собирательным”, употреблявшимся для обозначения вещества в различных его агрегатных состояниях: от твердого до газообразного. “Дух”, особенно в повествованиях о призраках и явлениях бестелесных, также был словом для обозначения объективных явлений, однако не обладавших качеством вещественности = материальности.
Человек же по тогдашним воззрениям был существом трехкомпонентным, представляющим собой в жизни единство 1) вещественного тела, 2) духа и 3) души. При этом – в полноте тогдашнего контекста – были свойственны субъективные особенности каждого из “духов”: Святой Дух, дух лжи, природные (стихийные) злые и добрые духи, неприкаянные духи конкретных живых и умерших субъектов, сказочные джины и т.п. Субъективные особенности духов определялись в зависимости от свойственного им информационного обеспечения поведения и деятельности каждого из них.
Следует иметь в виду, что наука тех лет, уже ступив на путь материалистического развития, однако не знала еще такого понятия, как “физическое поле”. Когда же понятие физического поля стало общеупотребительным, то все поля без исключения были отнесены к “материи”, которая до этого была обобщающим понятием по отношению исключительно к веществу в его различных агрегатных состояниях.
Следует помнить, что физические поля объективно существовали и в тот период исторического времени, когда наука не имела в своем арсенале понятия “физическое поле”, а также связанной с ним терминологии (лексики) и (внелексических) представлений-образов. Но поля существовали, человек сталкивался с их объективными проявлениями, и эти проявления полевой стороны бытия находили свое отражение в культуре. При этом, не будучи веществом, физические поля не попадали в то время в понятие “материя”, а их проявления относились к сфере “духовной” жизни Мироздания.
Чувствительность разных людей разная: люди, обладавшие качествами, которыми обладают те, кого ныне называют “экстрасенсами”, были и в те времена. Если большинство людей воспринимали объективно своими органами чувств только вещество, то малочисленные “экстрасенсы” могли непосредственно ощущать некоторые поля и их совокупности, т.е. они осознанно объективно видели, слышали, осязали духов; не-”экстрасенсы” непосредственно духов осознанно не воспринимали, но видели только воздействие полей на вещественные объекты без непосредственного контакта вещественных объектов между собой. И на основе этих вещественных проявлений деятельности духов (общефизических полей, несущих в себе образы, как несет образы вещество) “экстрасенсы” и не-”экстрасенсы” находили общий «язык».
Соответственно, в культуре каждого народа, каждой региональной цивилизации изначально возможно две ветви развития: во-первых, освоение и хранение навыков употребления в своих целях вещества; во-вторых, освоение и хранение навыков употребления в своих целях общефизических полей, и прежде всех прочих физических полей – той (ныне она называется “биополем”), которая свойственна живущему человеческому телу (биомассе-веществу), не подкрепленному вещественными техническими средствами, излучающими и/или воспринимающими те или иные общефизические (природные) поля.
Преобладание первого в культуре общества по существу можно назвать – “материальная цивилизация”; преобладание второго в культуре по существу можно назвать – “духовная цивилизация”.
Но есть еще и нечто третье, что объединяет в каждой цивилизации её “материальность” и “духовность”. Навыки обращения с этим третьим стали утрачиваться по мере того, как наука занялась “материализацией” духов – включением общефизических полей в философскую категорию “материя”, отказывая тем самым “духам”, несущим информацию (образы, внелексический смысл как таковой) в объективности их существования.
В итоге, о роли совокупности общефизических полей, свойственных живому человеческому организму, западная наука и практическая медицина не задумывались до самого последнего времени, пока порожденные бездуховной наукой Запада проблемы не взяли всех за горло, поставив под угрозу жизнь всего глобального биоценоза. Однако, до сих пор школьные и вузовские учебники по предметам биологической тематики, хотя что-то и сообщают о физиологии обмена веществ, но глупо молчат по всем вопросам физиологии полей живых организмов: излучение, поглощение и переизлучение общеприродных полей в их жизнедеятельности, а также и по вопросам взаимовлияния биогенных и техногенных полей как друг на друга, так и на жизнь всей биосферы.
Пока наука признавала объективность “материи” (вещества) и объективность “духа” (общеприродных полей), большинство людей понимало, что всякий образ, не является ни веществом, ни духом, но может быть запечатлен как в веществе, так и в духе; то же относится и к фиксации и выражению смысла, мысли – всего того, что ныне сводится в понятие “информация”. Мыслительные процессы человека сопровождаются излучением полей, и мысль, смысл, образ (и т.п. информация) может существовать в духе человека, не будучи выраженными им в веществе. Отказав “духу” в объективности существования, материалистическая наука молчаливо, негласно отказала в объективности и смыслу (информации), который, будучи продуктом мыслительной – духовной (полевой) по её носителю – деятельности человека, изначально не вместился в понятие ,, в нынешнем понимании этого термина.
Мягко говоря, описанный нами только что “синонимический” переворот в терминологии общества (вещество + поля = материя, дух = 0)[57], сопровождавший научный прогресс в последние два столетия, нельзя назвать удачным. То есть, совершив этот терминологический переворот и навязав “бездуховную” терминологию, материалистическая наука разрушила прежнюю духовную культуру – культуру мировосприятия и мышления, – безусловно обладавшую многими недостатками и извращениями, но заместила её еще более ущербной духовной культурой, не способной описать полевую сторону жизни и заодно утратившей представление об информационных процессах в обществе и в Мироздании.
После того, как свершился этот терминологический переворот, опустошивший смысл многих слов, потребовалось достаточно продолжительное время, чтобы обнуленная в современной нам терминологии составляющая “духа”, под давлением обстоятельств, нашла к концу ХХ века свое выражение в признании материалистической наукой:
· объективности существования во Вселенной нематериальной информации и также нематериальных систем кодирования информации [58];
· и в робко высказываемых предположениях, что Вселенной в целом и многим её фрагментам свойственен разум и мышление, и как следствие – объективно допустимая и объективно порочная этика и общевселенская “иммунная система”, обеспечивающая пресечение подрывающего гармонию Вселенной поведения субъектов-объектов, представляющих собой малые её части.
И когда древние говорили об одухотворенности вещества (“материи” в тогдашней терминологии), то они были правы, поскольку нет вещества, которое не представляло бы собой “сгустков” (квантов) полей, “склеенных” и пронизанных другими полями. А нарушение полевых процессов в живом организме, может быть не менее убийственно, чем нарушение в нём обмена веществ, его телесной целостности, структуры и формы.
Мировосприятие и мышление это информационные процессы, протекающие в человеческом организме на полевых носителях, свойственных вещественным структурам человеческого тела. Даже восприятие осязаемого – это полевой процесс, а не механический: в организме нет кинематической передачи раздражения в мозг (рычагов и шестеренок), а есть некоторое количество разнородных “волноводов”, по которым распространяются в организме общефизические поля в их совокупности.
Соответственно, если употреблять современную терминологию, то культура духовная – это накопление и передача от поколения к поколению навыков:
· нетехнического восприятия общефизических полей, несущих информацию;
· навыков преобразования этой информации (культура мышления);
· навыков излучения (с осмысленной целью воздействия человека как на себя самого, так и на другие объекты-субъекты в Мироздании) свойственных человеческому организму полей, несущих информацию также, как и воспринимаемые им поля (в этом суть самообладания и управления собой и обстоятельствами вокруг).
Таким образом духовность в обществе людей обуславливает “вещественность”. Короче говоря, если нематериальный образ не запечатлен в духе, то он не будет запечатлен и в мраморе.
Духовность формируется в настоящем на основе прежней духовности под воздействием текущего состояния “вещественности” и в совокупности с нею предопределят будущее в его духовной и “материальной” (вещественной) составляющих. Так духовная культура настоящего, обусловленная всем прошлым [59], предопределяет будущее состояние “материальной” – овеществленной культуры[60] в частности. Но – это единственный миг, в который можно и должно изменить в духовной культуре те её свойства, которые подавляют благоносность “материальной” (овеществленной) и “духовной” ветвей культуры будущего, обрекая тем самым множество людей на бедствия, возможно что в преемственности многих поколений.
Исторически реально так сложилось, что Библия и с нею связанные догмы стали кандалами на духовной культуре Запада, наложившими запрет на недогматические тематику и образ мышления, а также и на [61]. В этих условиях и развивалась материальная культура. В итоге на Западе сохранилось господство нравственности и этики борьбы за жизненное пространство и обладание ресурсами [62], свойственных пещерным временам, но подкрепленное не личностной телесной и духовной силой и координацией возможностей варвара начала эры, а техноэнерговооруженностью современности, не мыслимой для войн каменного и бронзового веков.
Соответственно, с точки зрения европейцев, “варвары” – все отстающие от Евро-Америки в области техники и технологий добычи и обработки вещества; с точки зрения Восточной Азии, “варвары” – все, кто не умеет владеть своим духом и ответственно за последствия вести себя в вещественном мире.
Россия же может понять и ту, и другую точку зрения, поскольку россиянам – наряду с их достижениями в обеих сферах деятельности – свойственны проявления каждого из названных видов варварства, на которые многие могут взглянуть с точки зрения самобытной культуры России, не являющейся ни Азией, ни Евро-Америкой («Евро-» в данном случае не только «Европа», но и «еврейство» диаспоры, через которое осуществляется управление Евро-Американской региональной цивилизацией в целом, которую обычно принято называть «Запад»).
На Востоке (в Индии, в Китае, в Японии) первенствовала духовная культура, многими нравственными и этическими соображениями ограничивавшая развитие (материальной) овеществленной культуры. По этой причине развитие техники и техногенной среды обитания в этом регионе планеты не привело к тому, что энерговооруженность обогнала развитие нравственности и этики в обществе, как это случилось на Западе и в России. До самого конца ХIX века злонамеренность на Востоке вынуждена была опираться преимущественно на свои силы, а не на усилители, в которых овеществлены новейшие достижения научно-технической мысли. Восточным традициям свойственен отбор кандидатов на освоение духовных практик и отсев признанных недостойными по их нравственным и этическим качествам для прохождения высших ступеней, что отчасти и защитило Восточно-Азиатские общества от злоупотреблений духовными практиками. Но желающие злоупотреблять духовными практиками столетиями устремляются с научно-технически передового Запада на Восток, дабы, обманув социальные запреты восточных традиций, войти в тамошние исторически сложившиеся системы обучения и посвящений, чтобы вынести знания и навыки на Запад.
Последнее позволяет понять особенность исламского региона планеты, культуре которого свойственна более строгая черта, чем культурам Восточной Азии: Ислам изначально налагает ограничения прежде всего на злоупотребление духовными практиками: В Коране многократно сообщается, что все чудотворения совершались пророками исключительно с дозволения Бога и/или по Его прямому повелению дать знамение. Никакой отсебятины в области магии – духовных практик – истинные пророки не совершали; отсебятина в духовных практиках способна нарушить гармонию Мироздания еще в большей мере, чем технико-технологический прогресс, опережающий нравственное и этическое развитие общества; и прежде всего – “развитие” нравственно и этически групп и личностей в составе общества.
Отличие исламского Востока от ведического Востока в том, что открытие человеку возможностей к освоению духовных практик (а также ограничения на доступ к ним объективно порочных) в Восточной Азии находятся в ведении внутрисоциальных традиционных институтов (типа орденов и братств Запада), доказавших свою жизнеспособность в течение столетий; в Исламе же открытие путей к освоению духовных практик – исключительная прерогатива Бога: в таком понимании суфии и прочие мистические ордена и братства, занятые духовными практиками в мусульманском регионе планеты, – это не естественное выражение исламской культуры, а вкрапления в неё духовной культуры Запада и Восточной Азии.
Также следует вспомнить, что многие, столкнувшись с информационным бумом последних десятилетий, тонут в волне информационного мусора и не могут сами быстро выявить жизненно необходимой им информации в «плюрализме мнений», представляющем собой совокупность неопределенностей. По этой причине они становятся невольными заложниками подчас еще более невежественных “авторитетов” – толкователей «плюрализма мнений» – неспособных, однако, разрешить неопределенности без того, чтобы не вызвать катастрофу.
Это приводит к вопросу о том, что духовная культура должна нести в себе средства различения – в темпе течения событий – каждым человеком жизненно необходимой ему и другим информации, от вредоносной помехи и бесполезного шума, порождаемых в обществе авторитетными толкователями и попугаями от журналистики и педагогики.
Традиционные духовные культуры Восточной Азии сложились до этого информационного бума, но оказались не готовыми к нему. Когда человечество только подходило к эпохе “информационного взрыва” в первой половине ХХ века, Китай и Япония в своей традиционной культуре не нашли средств для продолжения своего самобытного развития в глобальном взаимодействии с обществами прочих региональных цивилизаций.
В Китае это выразилось в том, что он попытался решить проблемы своего развития и взаимоотношений с глобальным обществом на основе марксизма. Вследствие ущербности марксистских воззрений (крутой материализм и бездуховность, приведшие к ложным воззрениям в политэкономии [63] и управленчески неприемлемой постановке основного вопроса философии [64] Китай зашел в тупик, задачу выйти из которого и поставил шестой пленум ЦК КПК четырнадцатого созыва [65], обратившись к тематике соотношения и взаимной обусловленности “духовности” и “материальности” в жизни одного и того же общества.
Япония, также как и Китай, в первой половине ХХ века совершила ошибку в своей политике: она ввязалась в союз с марионеточным нацизмом, пришедшим к власти в Германии, вступила в войну против Запада, в которой не могла победить за отсутствием реальных союзников. Она смогла сохранить после неё свою традиционную духовность и культуру общественного самоуправления во многом благодаря СССР, чье руководство не позволило “лидерам” Запада посадить на скамью подсудимых японского императора в качестве военного преступника в процессе, аналогичном Нюрнбергскому.
Причина этого лежит в том, что Восточно-Азиатские учения о духовных практиках ничего не говорят о различении необходимого и ненужного, а учат воспринимать всё происходящее, как должное – “карма”.
В статье «”Вторая Европа” или “Третий Рим”?» с подзаголовком «Интуитивные прозрения гуманитария» [66] А.С.Панарин предлагает и России идти по пути расхлебывания “кармы”, вызревающей в жизни каждого общества, предлагает молчаливо подражать Азиатскому Востоку. Им особо оговорено, что: «Дистанцирование от Запада, экспортирующего деморализующий постмодерн прежде модерна, предполагает, естественно путь на Восток. Не экзотический Восток теократий и мусульманского фундаментализма, а новый, Тихоокеанский Восток, доказавший свою способность овладеть Просвещением, не впадая в декаданс.»
Если бы он не предлагал молчаливо расхлебывать “карму”, то он не отказался бы априори – загодя невежественно и слепо – от анализа смысла духовной культуры “экзотического Востока теократий и мусульманского фундаментализма”.
Тогда, возможно он увидел бы ключ к еще одной духовной практике, данный в Коране, и не используемый с того времени ни одной из господствующих духовных практик [67]: «О те, которые уверовали! Если вы будете благоговеть перед Богом, Он даст вам Различение и очистит вас от ваших злых деяний и простит вам. Поистине Бог – обладатель великой милости!» (Коран, 8:29). «А когда спрашивают тебя рабы Мои обо Мне, то ведь Я – близок, отвечаю призыву зовущего, когда он позовет Меня. Пусть же и они отвечают Мне[68] и пусть уверуют в Меня, – может они пойдут прямо!» (Коран, 2:182). «Бог не меняет того, что (происходит) с людьми, покуда люди сами не переменят того, что есть в них»[69], – так объясняется в Коране, сура 13:12, трагичность происшествий в жизни многих личностей и обществ.
Если очистить каноны Ветхого и Нового Заветов от привнесенной в них самодурственной отсебятины, своекорыстных извращений лежащих в их основе истинных Откровений, то выяснится, что все пророки учили одной и той же религии, но в разное время и разные народы. Различия между религиями, в основе которых лежат вероучения истинных пророков, известные из истории и современности, – либо внешне видимые различия в обрядности, либо – следствие извращения Откровений, цензурных изъятий и дополнения текстов Писаний отсебятиной.
Соответственно, очищение в настоящем духовной культуры от самодурственной отсебятины, унаследованной от прошлого, – путь в счастливое будущее.
Первая редакция 12 февраля 1997
Уточнения 23 апреля 1997
Существование индивидуального [70], т.е. свойственного человеческой отедельной личности сознательного и бессознательного, ощутимо и более или менее понятно каждому человеку. Многие согласятся с существованием коллективного сознательного – «общественного сознания» в привычной марксистской терминологии – под которым понимается вся совокупность информации в обществе, осознаваемой всем множеством людей. Сложнее обстоит дело с восприятием и осознанием кем либо из индивидов факта объективного существования коллективного бессознательного, а тем более смысла несомой им информации, поскольку каждый из людей – несет в своей психике только какую-то весьма малую долю коллективного сознательного и бессознательного.
Тем не менее, всякое множество людей (толпа и народ в том числе) несет в себе коллективное сознательное и бессознательное и управляется им. По существу несет в себе информационные модули определенного смысла, распределенные своими различными фрагментами по иерархически организованной психике каждого из множества разных людей [71], а эти модули предопределяют процесс самоуправления коллектива, поскольку людям во множестве свойственна общность, во-первых, культуры, а во-вторых, по характеристикам их биополей. То есть информационный обмен, являющийся существом процессов управления и самоуправления, в обществе носит как минимум двухуровневый характер: биополевой и через средства культуры (виды искусств, средства массовой информации, науку и образование).
Коллективное сознательное и бессознательное в таком его понимании, как объективного информационного процесса, поддается целенаправленному сканированию и анализу, поскольку обрывки информационных модулей так или иначе находят свое выражение в произведениях культуры разного рода: от газетно-туалетной публицистики, до фундаментальных научных монографий, понятных только самим их авторам и нескольким их коллегам. Один человек или аналитическая группа в состоянии систематически сканировать (по-русски – просматривать) множества публикаций и высказываний разных людей по разным вопросам, выбирая из них фрагменты функционально-целостных информационных модулей, принадлежащих коллективному сознательному и бессознательному. В такого рода перекачке информации из коллективного бессознательного в индивидуальное и коллективное сознательное – одна из множества сторон процесса общественной жизни, развития в обществе культуры – овеществленной и духовной. Если этот процесс протекает устойчиво и бесконфликтно между сознательным и бессознательным (как индивидуальным, так и коллективным), то это можно назвать .
После анализа состояния коллективного сознательного и бессознательного, на него возможно оказать воздействие в избранном направлении его изменения, преследуя определенные цели, если сгрузить в него информацию, объективно соответствующую, во-первых, целям и во-вторых, информационному состоянию общества. Такое воздействие может быть произведено вопреки долговременным жизненным интересам большинства; вопреки тому, как большинство понимает и выражает свои жизненные интересы; но сделать это возможно, если люди не умеют, а главное и не желают, защитить свое коллективное поведение от своего же коллективного сознательного и бессознательного, и агрессивного воздействия на него сторонних сил.
Коллективное бессознательное и сознательное, если признавать объективность информации, – своего рода информационное домино. Каждая мысль, в большинстве её выражений имеет начало и конец. Перед нею может встать [72] иная мысль, которую первая объективно будет продолжать; но может найтись и мысль, продолжающая первую. И каждая из них может принадлежать разным людям. И есть некий “информационный магнетизм”, о природе которого мы в этой работе говорить не будем, но вследствие которого, как и в настольном домино, в информационном домино коллективного сознательного и бессознательного есть возможные и невозможные соответствия завершений и начал мыслей. Отличие только в том, что возможные соответствия “завершение информационного модуля – продолжение его иным информационным модулем” в информационном домино не однозначно. Но кроме того неоднозначность продолжений в информационном домино вызвана и тем, что в этом сплетении мыслей и их обрывков участвует множество людей одновременно, оттесняя своими мыслями мысли других. Но в отличие от настольного домино, где определенная по составу группа игроков плетет только одну информационную цепь, в коллективном сознательном и бессознательном плетется множество [73] одновременно как из завершенных мыслей, так и из обрывочных, порождаемых разными людьми на уровне биополевой общности и на уровне средств культуры.
Какие-то информационные выкладки могут замкнуться концом на свое же начало, иллюстрацией чего является известное многим повествование: «У попа была собака. Он её любил. Она съела кусок мяса – он её убил, вырыл яму, закопал, крест поставил, написал: “У попа была собака… и т.д.”». Если так построенное кольцо недоброй информационной выкладки коллективного сознательного и бессознательного устойчиво, то оно может работать в режиме нескончаемых кругов ада.