Текст книги "Броненосное танго (СИ)"

Автор книги: Владислав Колмаков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 17 страниц)

– Нормально себя чувствую! – ответил Рик мел Шойцер, делая большой глоток крепчайшего рюта из своего фужера. – Почти не болит. Я ведь за время своей службы не одно ранение уже получал. Вся моя старая шкура испещрена такими шрамами. Поэтому ничего страшного не случилось. Я и не такие раны пережил. А эта дырка в моей правой руке тоже скоро заживет. Это просто пустяки.

– Как скажете, сэр! – сказал я, мысленно морщась от вида того, как гранд-адмирал пьет крепчайший рют.

Прямо как лошадь воду хлещет. А ведь по крепости и вкусу этот местный алкогольный напиток мне очень сильно напоминал земной ром. А я никогда не был любителем рома. Вот и здесь мне этот самый рют также не понравился. Не мое это. Не моё! Впрочем, у всех свои вкусы. Вон Рику мел Шойцеру нравится самый крепкий рют, который он с таким удовольствием теперь и употребляет в моем присутствии. Видимо тут сказывается его долгая карьера во флоте. Он же начал военную службу в довольно юном возрасте. В пятнадцать лет будущий командующий военно-морским флотом Вестралии стал юнгой на первом своем корабле корвете колониального флота «Разящий».

А так как на военных кораблях сейчас принято из спиртных напитков употреблять крепчайший рют. Ведь вино в дальних морских плаваниях может и прокиснуть в тропической жаре. Поэтому на корабли, уходящие в открытое море, обычно и грузят только такой вот дешевый рют. Этот алкогольный напиток довольно крепкий и может годами храниться даже в самых экстремальных условиях. И еще морякам его специально выдают в дальних походах по сто грамм на человека в день. Такова дневная норма. И это делается специально. Со ста грамм рюта ты сильно не напьешься.

Но зато эта доза крепкого алкоголя поднимет твое настроение. Которое очень быстро портится у людей, находящихся в тесных помещениях своих кораблей где-то посреди бескрайнего океана. В общем, я думаю, что такая вот раздача спиртного в мелких дозах по замыслу командования должна повышать настроение моряков. Чтобы у них не возникали опасные мысли и они не бунтовали против капитана. А то ведь такие случаи бунтов среди матросов здесь случались время от времени. И в большинстве случаев они происходили из-за скудного питания или отсутствия рюта. И еще здесь считается, что регулярное употребление рюта может вас спасти от таких неприятных болезней как цинга, холера или лихорадка. А это ведь самые распространенные болезни среди моряков дальнего плавания. Поэтому неудивительно, что многие моряки потом привыкают пить этот самый рют. Вот и гранд-адмирал тоже привык. И теперь предпочитает крепчайший рют другим спиртным напиткам. В том как он его легко и непринужденно употребляет чувствуется большая практика. Моряка видать издалека! Есть здесь такая шутливая поговорка.

– Так зачем тебе, сынок, эти клиперы? И почему ты оставил себе один из тех призовых линкоров, а не продал его нам? – прервал Рик мел Шойцер мои размышления об местном алкоголе.

– Видите ли, сэр, я хочу построить еще один большой броненосец из того линейного корабля, что достался мне как приз! – ответил я, внимательно посмотрев на своего собеседника. – Ведь те три новых броненосца, что сейчас строятся на теперь уже моей верфи, флот Вестралии у меня согласился выкупить в дальнейшем. Думаю, что и четвертый броненосец тоже лишним не станет. Нашему военному флоту очень нужны именно бронированные корабли, сэр. Один броненосец способен заменить сразу несколько деревянных линейных кораблей. Вы ведь и сами видели в бою, на что способен мой «Красный принц»? Будущее нашего флота именно за такими бронированными кораблями. И чем больше их у нас будет. Тем крепче станет наша оборона и сильнее наш военный флот. А ведь именно от флота зависит будущее нашей молодой страны. Без него враги смогут легко добраться до наших берегов и высадить там свои многочисленные войска. Ну, а большой броненосный флот сможет обеспечить нам безопасность от вражеской интервенции. Ведь когда мы отобьемся от реарцев. То другие страны тоже никуда не денутся. Но если мы будем иметь много броненосцев в своем флоте. То они сто раз подумают, прежде чем лезть к нам. От флота зависит очень многое. Так как, в отличие от континента Бростай, мы здесь у себя не имеем сильных врагов на сухопутных границах. Дикари не в счет. А значит нам и не нужна будет огромная армия на несколько сотен тысяч или миллионов солдат. Вестралию всегда в первую очередь станет защищать наш военный флот.

– Хм, тут я с тобой полностью согласен! – сказал гранд-адмирал, выслушав мою пламенную речь, а затем сокрушенно пробормотал. – Я тоже понимаю, что флот станет основой нашей обороны. А вот сухопутная армия так и останется на вторых ролях. Ох, я слишком стар стал для всего этого дерьма. Ведь когда я был еще молод, то моря бороздили только одни величавые парусники. Потом через какое-то время появились эти странные и шумные паровые машины. Загрязнившие белые и чистые паруса своим мерзким дымом. Шли годы. И теперь уже большая часть кораблей использует эти вот паровики. А сейчас это уже считается нормой. Все к ним привыкли. И даже я смирился, что парусникам пора уступить свое место паровым кораблям в морских сражениях. А теперь вот появились эти твои броненосцы. Которые потеснили деревянные линейные корабли. И скоро отнимут у них звание королей морских сражений. И я это тоже вижу. Изменения слишком быстрые. И мой старческий мозг за ними не всегда поспевает.

– Да, сэр, технический прогресс неумолим! – произнес я, выслушав исповедь старого и заслуженного флотоводца. – И сопротивляться ему мы никак не сможем. Поэтому лучше проявить гибкость и возглавить его, оставив наших врагов позади. Сейчас в мире началась броненосная гонка вооружений. И я хочу, чтобы наша страна заняла в ней лидирующее положение. Поэтому и строю новые броненосцы для нашего флота.

– Ладно, с броненосцами мы разобрались, но что ты скажешь про те клиперы, которые приберег для себя? – спросил меня мой собеседник, отхлебнув большой глоток рюта из своего фужера.

– Просто я тут подумал, сэр, что мы ведь все это время лишь защищались! – отвечаю я на вопрос гранд-адмирала. – Мы просто ждали, когда реарцы к нам сами придут. Но ведь войну одной обороной не выиграть?

– Что ты имеешь ввиду, сынок? – заинтересовался Рик мел Шойцер, внимательно прищурившись в мою сторону.

– Я говорю о каперах, сэр! – тут же отвечаю я своему собеседнику. – Почему бы нам не выслать на вражеские морские коммуникации несколько наших вооруженных кораблей с каперскими патентами? Они бы там навели шороху и смогли подорвать морскую торговлю Реарской империи. Как вам такой план?

– На мой взгляд план отличный! – сказал Рик мел Шойцер, согласно кивнув. – Вот только у нас нет под рукой нескольких лишних военных кораблей. Нам все корабли с пушками нужны будут сейчас здесь, чтобы защитить наше побережье от новых вторжений противника. У нас их и так мало имеется в данный момент.

– И именно поэтому я предлагаю взять мои клиперы, вооружить их несколькими пушками и отправить охотиться за реарскими купцами, плывущими через океан! – произнес я, выслушав командующего вестральским флотом. – Пушек на них много не надо при этом ставить, чтобы скорость сильно не упала. Ведь этим каперам не надо сражаться, с военными кораблями Реарской империи. А в случае встречи с ними наши клиперы просто поднимут все свои паруса и благополучно уйдут на полной скорости. А вот для запугивания купцов, чтобы заставить их остановить корабль и сдаться, нескольких небольших пушек на клипере будет вполне достаточно.

– Хм, идея неплохая, сынок! – согласился с моим планом гранд-адмирал. – А мне нравится! Почему бы нам не попробовать выслать свои каперы на морские коммуникации противника? Вот давай ты завтра ко мне зайдёшь в Адмиралтейство. И мы там все подробно обговорим. По твоим вооруженным клиперам и четвертому броненосцу тоже.

Внезапно к нам приблизилась довольно красивая, молодая девушка с черными волосами, зелеными глазами и стройной фигурой, которая была затянута в дорогое бальное платье.

– Ах, позволь представить тебе мою внучку Гвенту мел Шойцер! – оживился с хитрой улыбкой старый гранд-адмирал. – Она давно мечтала познакомиться с самым удачливым, знаменитым и молодым адмиралом Вестралии. Развлекайтесь тут в общем, молодёжь. А я, пожалуй, пойду домой. Что-то рука опять разболелась.

После этого старый флотоводец технично испарился, оставив меня наедине с его очаровательной внучкой. А я тогда лишь подумал, что это у него был такой вот коварный план по сведению нас вместе. Ведь ко мне тут уже начали старательно подбивать клинья многие богатые и влиятельные люди на предмет породниться с ними через женитьбу. Им ведь совсем не помешает такой знаменитый и заслуженный зять, который в столь молодом возрасте уже смог добиться звания адмирала-капитана и стать национальным героем вестральской нации.

После моего быстрого взлета популярности я вдруг резко стал довольно завидным женихом для многих влиятельных семейств нашей молодой страны. Ведь для них такой родственник был очень неплохим политическим капиталом. Популярность которого можно было использовать в своих целях и целях своего клана. Поэтому ко мне тут за последнее время уже подкатывали мамаши и отцы различных семейств на предмет знакомства со своими юными дочками. Которым уже пора было выходить замуж. Поэтому я совсем не удивился, что Рик мел Шойцер тоже попытался познакомить со мною свою незамужнюю внучку. Которая, между прочим, оказалась очень даже ничего. Такие красивые и изящные девочки всегда были в моем вкусе.

Глава 20

Каперы.

А наша случайная встреча с прекрасной, юной внучкой гранд-адмирала Рика мел Шойцера как-то совершенно незаметно переросла в довольно бурный любовный роман. Я куртуазно ухаживал за Гвентой мел Шойцер, дарил ей дорогие подарки с цветами, пел серенады под окном, читал стихи (которые за отдельную плату писал для меня один бедный молодой поэт). И конечно же, мы с ней очень часто общались на разные интересные темы. Вот как-то очень сильно зацепила сорокалетнего циника с планеты Земля эта зеленоглазая красотка. Есть такие женщины, которых с самой первой встречи сразу же хочется затащить в постель и любить в разных интересных позах.

Хаос подери! Это прямо на уровне инстинктов у нас мужиков зашито в подкорку. У меня ведь в прошлой жизни было очень много женщин. В каждом порту по красавице. Поэтому я в присутствии красивой и молодой девушки не заикался и не тупил как девственник, который и женской сиськи не видел раньше. Я то в плане общения с женским полом был очень даже опытным кадром. И думал, что меня уже ничего не проймет. Вот только внучка старого гранд-адмирала пробила в моей циничной броне огромную такую дыру взглядом своих пронзительных зелёных глаз. В которых можно было просто утонуть. Хотя она была очень красива и привлекала меня физически как женщина. Но главным ее достоинством стал ее интеллект.

Да, да! Эта молодая особа меня очень сильно удивила своим широким кругозором и живым умом. Это вам не какая-то придурковатая Барби с шикарной фигурой и одной извилиной на девственно чистом мозге. Такие тупые красотки меня никогда особо не привлекали. И у меня с ними обычно если и что-то случалось, то отношения были очень короткие. Только одноразовый секс и до свиданья. Ну, а что? С ними же даже нормально поговорить было не о чем. Они же все были как фарфоровые куклы. Красивые снаружи и гнилые внутри. Да, еще и тупые как пробки. В общем, отказать! А вот умные и красивые женщины – это мое! И по моему мнению именно живой и развитый ум придает женщине пятьдесят процентов к ее сексуальности и привлекательности. Мне бабы нравились не только из-за сисек и точеных фигурок. На мозги своих сексуальных партнёрш в таких отношениях я также обращал пристальное внимание.

И у юной Гвенты мел Шойцер с мозгами было все в порядке. Мы с ней общались на разные темы интересные для меня. История, литература, география, технические новинки. Ведь сейчас в мире Церенталь начиналась техническая и промышленная революция. И здесь появлялись все новые и новые изобретения, которые в дальнейшем могут стать основополагающими и значимыми для развития здешней человеческой цивилизации. Электричество, телеграф, паровые машины, патефоны с механическими звуковыми шкатулками, фотография, первые робкие попытки анимации движущихся на экране фигур и еще многое другое. Эти ростки новой высокоразвитой цивилизации здесь только начали появляться. И все это сильно интересовало любознательную внучку командующего вестральским флотом.

Конечно, мы говорили с ней и о местном искусстве. Но скажу честно, что в нем Гвента была гораздо более подкована чем я. Меня как-то особо здешняя музыка, песни, живопись, театры с оперой и балетом не интересовали. Я ведь больше техникой и наукой увлекался. Поэтому Гвента мел Шойцер меня просвещала в плане местной культуры. Впрочем, эта моя культурная дремучесть ее как-то сильно не смущала. Ведь мужчины все такие. Нам больше нравится война, охота, техника и оружие. А вот женщины являются более одухотворенными созданиями. Которых как-раз и интересуют больше искусство, культура или шоу-бизнес. А та же Гвента, например, фанатела от театра и оперы. И мне пришлось тоже с ней туда ходить. Сходил, не впечатлился и понял, что местное искусство мне не очень нравится. Но не обижать же мне девушку, которая мне очень понравилась. Я ведь не враг самому себе. Все равно с ней было интересно общаться. А опера и театр? Так у всех свои причуды. Вот и у Гвенты они тоже имеются. Но меня это совсем не парило.

А тем временем жизнь шла своим чередом. Мы смогли достроить и спустить на воду наши первые мониторы. Эти небольшие броненосцы береговой обороны Адмиралтейству понравились. Ведь они были относительно дешёвые. Всего лишь двести пятьдесят тысяч рингов за штуку. И хотя с тем же «Красным принцем» по размеру и боевой мощи их было не сравнить. Однако, эти небольшие и низкобортные корабли имели толстую двухслойную броню. А в их единственной поворотной, бронированной башне располагалось всего одно, но зато очень мощное орудие. Та самая морская, нарезная, казнозарядная пушка калибра триста пять миллиметров системы «Эмрика и Кроулера», ставшая вместе с револьвером визитной карточкой нашего оружейного производства.

При помощи паровой машины такой монитор мог развивать скорость в десять узлов. Что было очень даже неплохо. Если учесть, что данный броненосец береговой обороны был построен на основе гражданского парохода. В общем, для защиты побережья Вестралии и наших портов эти два броненосных корабля подходили просто идеально. Кстати, на этот раз флотские чиновники не стали перебарщивать с пафосом. И назвали эти два монитора «Скат» и «Мурена». В честь двух видов прибрежных, хищных рыб, которые водились у побережья Вестралии. Название было с определенным смыслом.

Эти рыбки были не такими крупными хищниками как акулы или хищные киты, водившиеся на глубине в здешних океанах. Однако, они могли вас смертельно удивить. Так у мурены имелись ядовитые зубы. А скат мог бить свою жертву костяным шипом на своем подвижном хвосте. И тот шип также выделял яд, смертельный для человека. В общем, прямо как и наши небольшие мониторы с их очень серьезными пушечками эти рыбки были очень опасными и смертоносными. И могли вас удивить очень сильно со смертельным исходом. Надеюсь, что и наши мониторы точно также будут смертельно удивлять реарцев при встрече. Но в любом случае я получил свои деньги за «Ската» и «Мурену». После чего их в торжественной обстановке передали военно-морскому флоту Вестралии. А затем мониторы получили команды из военных моряков и заступили на боевое дежурство в портах Рифолка и Крэйга. И я при этом чувствовал гордость и уверенность от того что изделия наших кораблестроителей охраняют покой Вестралии.

Кстати, я договорился с флотом, что они у меня купят еще два таких же монитора. Помните, у меня остались еще два трофейных парохода из наших призов, взятых при Кроссе? Я их специально не стал тогда продавать или выменивать. И вот теперь на моей верфи начали строиться еще два однобашенных монитора по такому же проекту как «Мурена» и «Скат». На строительство первых мониторов у нас ушло примерно по четыре месяца. Я надеялся, что и эти два мелких броненосца береговой обороны мы тоже будем строить столько же времени. Кстати, американское название для этого типа броненосных кораблей как-то незаметно прижилось среди местных моряков с моей подачи. Они ведь вслед за мной и стали называть эти однобашенные броненосцы береговой обороны мониторами.

А всем здесь это необычное и непонятное название почему-то понравилось. Поэтому в этом мире в истории кораблестроения теперь появился такой тип броненосного корабля как монитор. И никто из местных этим как-то особо сильно не заморачивался. Все просто думали, что я обозвал так эти небольшие броненосцы, использовав какое-то малознакомое слово местных дикарей, проживающих в джунглях этого дикого материка. А там ведь столько диалектов существует у тех самых диких кералов, что даже демон Хаоса ногу сломит. Вот все и решили, что монитор – это так какая-то опасная водяная тварь на туземном языке называется. Мда! Штирлиц еще никогда не был так близок к провалу. Но местное гестапо его эпичного промаха просто не заметило. Потому что оно им на фиг не упало!

А после спуска на воду мониторов «Мурена» и «Скат» мы провожали в море четыре наших капера. Я их назвал тоже со смыслом «Мародер», «Убийца», «Рейдер» и «Грабитель». Это были те самые клиперы, захваченные нами в морской битве при архипелаге Кросс, что потом я выкупил у своих моряков. Заплатив им их призовую долю. Я ведь наш с командующим вестральским флотом разговор не забыл. И потом мы с ним обсудили мою идею более подробно. После чего он выдал каперские патенты на четыре моих клипера. Затем я сам набрал туда команды. С этим снова не возникло никаких проблем. Хорошо быть знаменитым героем. Это привлекает людей, которые хотят служить под твоим командованием. В общем, команды мы набрали довольно быстро. Потом все четыре клипера получили вооружение. По шесть сто пятидесяти миллиметровых морских пушек, что мы сняли с трофейного реарского линейного корабля. Для боя против военных кораблей противника этого будет явно маловато.

Вот только мои каперы и не должны вступать в бой с каким-нибудь реарским корветом или фрегатом. Да, даже с вражеским шлюпом не надо биться. Толку от такого трофея все равно мало. А вот проблем можно много заиметь. Ведь наши клиперы не заточены для боя. Это быстроходные парусники. Их тут еще моряки выжимателями ветра называют в шутку. А пушки моим каперам будут нужны для устрашения купцов. Вот для того чтобы догнать одиночный реарский торговый пароход и принудить его сдаться под дулами немногочисленных орудий, эти самые пушки и нужны будут. А в случае если на горизонте вдруг появится военный корабль противника, наши клиперы должны будут поднимать паруса и драпать оттуда на полной скорости. Ведь сейчас их при попутном ветре ни один боевой корабль догнать не сможет. Вот такую я и предложил тактику использовать капитанам своих каперских клиперов. Ведь их главная цель – это захват торговых судов Реарской империи. Именно для этого я их и выпускаю в море. И конечно, я на тех вооруженных клиперах в море не пойду. У меня и тут дел хватает. Каперами будут рулить мои доверенные люди. Которых я сам лично выбрал и назначил капитанами этих кораблей. По сути своей эти самые каперы теперь будут пиратами, которые находятся на службе у вестральского государства. Тут есть такой пункт о каперах в местном международном праве. Ну, а по факту эти клиперы принадлежат мне. Поэтому я буду получать адмиральскую долю прибыли в шестьдесят процентов со всех захваченных ими в последствии вражеских кораблей. Остальные же сорок процентов уже станут получать члены команд моих каперских судов. Здесь я все в рамках закона делаю. И никто меня за пиратство осудить не сможет. Даже реарцы не смогут прикопаться к моим каперам. Так как те будут действовать совершенно официально как боевые корабли вестральского военного флота.

Глава 21

Охота на купцов.

Следующие пять месяцев прошли без визитов вражеских флотов к берегам Вестралии. Реарцы даже не стали гонять сюда свои одиночные пароходы или клиперы, чтобы попытаться хоть как-то проскользнуть через нашу морскую блокаду. Которую мы установили в районе побережья, возле порта Драйса. Из-за этого снабжение реарского карательного корпуса, засевшего в Драйсе, по морю полностью прекратилось. Видимо реарцы поняли, что пускать сюда одинокие и беззащитные транспортные корабли будет просто глупо. Они ведь к этому моменту уже потеряли несколько десятков торговых судов и боевых кораблей в этом проблемном районе. И даже крупный морской конвой, охраняемый многочисленными военными кораблями, мы тоже разбили. Поэтому флот Реарской империи на какое-то время решил взять паузу. Предоставив нам такую необходимую передышку на море.

Что уже в свою очередь позволило вестральскому флоту отремонтировать все захваченные ранее трофейные, реарские корабли. И затем уже не торопясь ввести их в строй. Из-за чего теперь к прежнему составу военно-морского флота Вестралии добавились следующие корабли. Два деревянных, винтовых линейных корабля, которые были зачислены в реестр нашего флота под названиями «Кросс» и «Драйс». Эти бывшие линкоры Реарской империи некогда носили имена «Разрушитель» и «Ярость империи». Их переименовали в честь наших громких морских побед на страх врагам и на радость нашим людям. Кроме того в строй под вестральским флагом вступили трофейные, винтовые фрегаты «Принц Альбер», «Зачинщик» и «Шуфолк». Эти корабли также получили новые имена, войдя в вестральский военно-морской флот. Теперь их называли «Свобода», «Герой» и «Керал». Последний трофейный фрегат получил свое новое имя в честь героически погибшего в бою при Кроссе вестральского парохода-фрегата «Керал». И на новом «Керале» сейчас служило довольно много моряков из команды его предшественника. Бывший реарский корвет «Альбатрос» тоже переименовали птичьим именем в «Сокол». В общем, судя по всему, уже сейчас Адмиралтейство Вестралии начало создавать свои славные морские традиции. Называя корабли именами их героически погибших в бою предшественников или в честь славных морских побед. В принципе, правильно они мыслят. Это ведь помогает создавать среди матросов и офицеров атмосферу боевого братства и гордости за свою службу. Моральный дух личного состава очень важен для поддержания боеспособности любого военного флота. И наши адмиралы это очень хорошо понимали.

Кроме этого за эти месяцы на моей верфи достроили и продали вестральскому флоту еще три броненосца. Это были два новых монитора, получивших имена «Омар» и «Краб». Тут флотское начальство продолжало оставаться, в своем репертуаре. Поэтому всем мониторам давали названия морских обитателей. Ну, а третий броненосец, который за это время сошел со стапелей, был тот самый однобашенный, батарейный броненосец, который мы перестраивали из винтового реарского фрегата «Буреносец».

Этот большой мореходный броненосец был немного меньше нашего «Красного принца» и имел всего лишь одну орудийную башню, а не две. И вместо десяти пушек калибра двести двадцать миллиметров с каждого борта на нем имелось лишь по восемь таких орудий на борт. А так то по дизайну он был похож на наш самый первый броненосец «Красный принц». Правительство Вестралии без споров выкупило у нас и этот новый броненосный корабль. Который получил имя «Боевой молот». Это наш командующий флотом придумал такое вот название.

И мне оно тоже понравилось. А то весь этот демократический пафос с рабовладельческим окрасом типа «Свободы», «Конституции» или «Независимости» мне уже оскомину набил. Вот не нравится мне, когда смешивают флот и политику. Хрень полная тогда получается. Корабли должны называться грозно. В честь героев, побед или серьезного оружия типа того же боевого молота. Кстати, такими молотами можно было легко пробивать доспехи средневековых рыцарей. И черепа врагов вместе со шлемами они тоже крушили хорошо. Поэтому я думаю, что наш новый броненосец тоже неплохо будет крушить и ломать корабли противника. Хорошее название. Правильное.

Кстати, этот броненосец «Боевой молот» вошёл в состав моей «Эскадры открытого моря». Я так с гранд-адмиралом Риком мел Шойцером договорился. Я ему отдаю наш винтовой фрегат «Рассвет», чтобы он его включил в первую эскадру вестральского флота. Я ведь все равно этот деревянный фрегат не буду для стандартных перестрелок с вражескими кораблями использовать. Для этого у меня «Красный принц» имеется. Для моей же эскадры лучше подойдет вот этот самый броненосец «Боевой молот» и еще один винтовой корвет в пару к моему «Рейнджеру». Вот тогда у нас получится идеальная боевая эскадра. Где броненосцы будут громить врагов своей артиллерией и заставлять их сдаваться или умирать. А корветы потом будут захватывать наши призы. И все будут довольны. И драться с кораблями противника они уж точно не станут. Слишком уж корветы мелкие и хрупкие для этого. В общем, теперь у меня в «Эскадре открытого моря» числятся уже два больших броненосца и два деревянных винтовых корвета. Вот такие пироги с котятами!

Хотелось бы еще сказать про действия моих каперов. Те четыре вооруженных клипера, что я, когда-то отправил на морские коммуникации противника начали приносить довольно стабильный доход. Основные охотничьи угодья у них были примерно в восьмистах морских милях к юго-западу от побережья Вестралии. Там находится так называемый Палаванский треугольник. Это было довольно большое Палаванское море, окруженное с трех сторон россыпью островов. И вот вся эта тропическая местность как-раз и называется Палаванский треугольник. Там на многочисленных островах того теплого моря проживают не менее многочисленные туземные племена дикарей.

И конечно же, мимо такого вкусного места не смогли пройти белые колонизаторы. Мне этот Палаванский треугольник чем-то напоминает Карибское море на планете Земля. Только размер и форма у него другая. Но суть почти та же. Здесь в Палаванском треугольнике сейчас находятся колониальные владения нескольких цивилизованный стран с материка Бростай. И еще там также имеются несколько небольших государств туземцев. Правда, они не такие развитые и сильные как страны белокожих бростайцев. Но все же и не полные дикари. Хотя на островах Палаванского треугольника хватает и разных дикарей. Там даже самые настоящие людоеды проживают. В общем, весело там живется как белым колонистам, так и местным туземцам. Сейчас в тех краях идет непрекращающийся процесс порабощения и завоевания белыми колонизаторами коренных жителей тех многочисленных островов. Ну, прямо Карибы в восемнадцатом или девятнадцатом веке. Очень похоже. Очень!

Так вот! В Палаванском треугольнике как-раз располагались довольно обширные колониальные владения Реарской империи. Соответственно и корабли из метрополии к тем колониям ходили туда-сюда. А вот там сейчас и паслись все четыре моих вооруженных клипера. И время от времени они отлавливали в Палаванском море очередную добычу. Очередной корабль жирного реарского купца, который и становился их законной добычей. При этом мои каперы не всегда даже возвращались обратно в порты Вестралии, чтобы продать там очередной свой приз или пополнить припасы. Бывало, что тот или иной клипер под вестральским флагом приходил в какой-нибудь нейтральный порт в зоне Палаванского треугольника. И уже там сбывал свою добычу, полученную с реарцев, а также заправлялся, водой и продуктами.

Да, что там говорить? Если моим каперам нейтралы в тех колониальных портах охотно продавали даже порох и ядра. Ведь нейтралитет бывает разным. А тут в Палаванском треугольнике у Реарской империи было довольно много недоброжелателей. Взять хотя бы тех же гастийцев или готарцев. Ведь им когда-то в этом районе этой планеты большинство колоний и принадлежали. Однако, потом в Палаванском треугольнике отшумели несколько колониальных войн. В результате которых часть колоний здесь перешла по владение реарского императора. Поэтому здешние колонисты из других цивилизованных стран в Палаванском треугольнике тихо ненавидели реарцев. И с радостью помогали их противникам. Вот и моим каперам тоже помогали, охотно скупая у них захваченные торговые корабли Реарской империи с их грузами и снабжая тех припасами.

Да, и починится в таком вот нейтральном порту наши вооружённые клиперы также легко могли. Поэтому им там было довольно комфортно действовать. И наводить шорох на реарских морских коммуникациях. Нет, реарцы то тоже на месте не сидели. И их военные корабли даже пытались ловить наглых вестральских пиратов. Вот только это им плохо удавалось. Быстроходные клиперы легко и быстро отрывались от погони. А их капитаны хорошо помнили мои приказы, не нарываться на неприятности и не вступать в бой с реарскими боевыми кораблями. И они вели себя очень осторожно. Не расслаблялись и нападали только на безоружных купцов противника.

И денежки за захваченные моими каперами вражеские торговые корабли и их грузы мне в карман тоже довольно регулярно капали. А ведь, оказывается, каперство – это очень прибыльный бизнес. Особенно, если тебе при этом не надо самому рисковать головой, удирая от реарских военных кораблей на хрупком, деревянном паруснике. Я ведь в этом случае лишь получал прибыль. А вот рисковали при этом совсем другие люди. Впрочем, мы на свои клиперы набирали только добровольцев. Эти люди прекрасно знали, на что идут. И такая рискованная, но очень прибыльная работа их вполне устраивала. Да, там было столько желающих. Что мы спокойно могли в команды моих каперов отбирать только лучших матросов и офицеров.

Еще благодаря нашему каперскому бизнесу, мы смогли достать несколько вполне приличных пароходов реарской постройки с довольно мощными машинами. Которые идеально подходили для постройки из них новых мониторов. Поэтому сейчас на стапелях моей верфи уже строились еще пять мониторов. Кроме них там же трофейный реарский линкор «Решительный» перестраивали в большой броненосец первого ранга с двумя башнями и орудийной палубой. В общем, я не собирался останавливаться на достигнутом. И планировал дальнейшее расширение броненосного флота Вестралии.

Тем временем на суше тоже произошли довольно значимые события. Похоже, что командующий реарским карательным корпусом генерал-корнет Викт мел Праунд понял, что пополнений и припасов из метрополии он уже может не дождаться. После чего его войска снова предприняли попытку штурма Рифолка. Теперь в его корпусе насчитывалось тридцать две тысячи солдат. В то время как им противостояла шестидесяти тысячная армия Вестралии. Которую тоже правительство за все эти месяцы успело пополнить и неплохо так вооружить. В том числе и при помощи моего оружейного бизнеса. Теперь в вестральской армии большинство солдат и офицеров было вооружено оружием производства моего завода.