![](/files/books/160/oblozhka-knigi-istoriya-chehii-252784.jpg)
Текст книги "История Чехии"
Автор книги: Владимир Пичета
Жанр:
История
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 14 страниц)
Наряду с правыми в КПЧ имелась и «левая», анархистская группировка. Она отрицала необходимость борьбы за частичные требования, допустимость парламентской деятельности и необходимость работы в профсоюзах, ведя таким образом «к отрыву от масс и сектантству»[34].
Кроме того, существовала группа, возглавлявшаяся Шмералем и стремившаяся занять позицию центра в борьбе правых и левых. Однако Шмералю «не удалось устоять на этой позиции, он поплёлся за правыми»[35], ошибочно считая левую опасность главной и проводя тактику «поддержки, защиты правых от ударов со стороны левых»[36].
Значительная часть членов КПЧ во главе с Готвальдом, Копецким, Швермой и др. вела борьбу за большевизацию партии, за очищение её рядов от реформистских и оппортунистических элементов, за переход на путь подлинно классовой борьбы. Это направление в КПЧ завоёвывает на свою сторону всё большее количество членов партии. В результате непримиримой борьбы с правыми и левыми оно становится с течением времени главным и руководящим и приводит КПЧ к 1929 г. на большевистский путь.
Партийный кризис был успешно преодолён КПЧ и завершился в 1929 г. на V съезде победой большевистского ядра и избранием К. Готвальда генеральным секретарём партии. Этот кризис совпал с обострением борьбы в правительственном лагере, имевшим своим следствием значительные изменения в составе и направлении буржуазных партий.
Ещё в период обсуждения в Национальном собрании закона об охране республики из народно-социалистической партии была исключена выступившая против этого закона группа Врбенского, позже вошедшая частью в состав КПЧ, частью в состав социал-демократической партии. В 1925 г. папский нунций в знак протеста против участия правительства в торжествах в честь Яна Гуса покинул Прагу. Часть членов народно-социалистической партии использовала этот демонстративный отъезд и решительно потребовала отделения церкви от государства. Другая группа, во главе с Энглишем, недовольная позицией руководства партии, его борьбой против президента республики и министра иностранных дел Бенеша, вышла из рядов народно-социалистической партии.
Одновременно происходит усиление реакционной части в аграрной партии. Член этой партии Карл Прашек, возглавивший группу противников коалиции с социалистами, основал так называемую «чехословацкую аграрную и консервативную партию».
Изменения в коалиционных партиях привели к необходимости проведения новых выборов в Национальное собрание. Они состоялись 15 ноября 1925 г. и принесли победу чисто буржуазным партиям, получившим в собрании большинство в 60, 5 % голосов. Образованное 6 декабря правительство было снова возглавлено Швеглой. Председателями обеих палат Национального собрания были избраны также аграрии (палаты депутатов – Ян Малипетр, сената – В. Донат). Однако правительство Швеглы не смогло преодолеть разногласия по ряду вопросов между коалиционными партиями и было на полгода заменено чиновничьим кабинетом Чёрного, задачей которого на этот раз явилось дать время буржуазным партиям привести в порядок свои ряды, чтобы снова занять места в кабинете. В этот период устанавливается сотрудничество между реакционными чешскими и немецкими партиями. Среди правого крыла чешской буржуазии возникает фашистское движение, представленное фашистской партией Гайды (организована в 1926 г.), образовавшейся из части членов национал-демократической партии, и фашистской Национальной лигой Стржибрного. Первая из них («Národní obec fašistická») имела немецкую и венгерскую секции и приближалась по своей идеологии к германскому фашизму. Вторая, проповедовавшая сословное государство, была ближе к итальянскому фашизму. В дальнейшем национал-демократическая партия слилась с Национальной лигой в так называемое Национальное объединение (Národní sjednocení), возглавленное Крамаржем.
Результатом перегруппировки сил буржуазии явилось образование 12 октября 1926 г. нового правительства Швеглы, в которое впервые вошли представители немецких аграрной и христианско-социалистической партий, а также словацкой партии Глинки. Аграрии оказались во главе кабинета, объединившего представителей наиболее реакционных буржуазных партий, чешских, немецких и словацких. Единый фронт чехословацкой буржуазии образовался для решительной атаки на остатки демократии в государственной жизни республики. Этот факт подтверждается всеми мероприятиями правительства. 8 апреля 1927 г. был принят закон о лишении избирательных прав военнослужащих и жандармов. В январе 1928 г. заключается соглашение с Ватиканом (так называемый Modus vivendi), укрепившее позиции католической церкви в стране. В 1927 г. проведена административная реформа, делившая страну на земли и округа, в местные законодательные органы которых одна треть депутатов назначалась правительством.
Уход в отставку заболевшего Швеглы (1 февраля 1929 г.) не изменил антидемократической, профашистской политики аграриев, оставшихся во главе кабинета вплоть до германской оккупации. Ф. Удржал (февраль 1929 г. – январь 1932 г.), Ян Малипетр (февраль 1932 г. – ноябрь 1935 г.) и Милан Годжа (ноябрь 1935 – сентябрь 1938 г.) – все эти премьер-министры чехословацкого правительства принадлежали к аграрной партии и ни в чём не отклонялись от принципов, осуществлявшихся их партийным вождём А. Швеглой.
Экономическая политика этих кабинетов, проводившаяся в интересах крупных аграриев, наносила ущерб чехословацкому народному хозяйству, тормозила развитие промышленности и превращала сельское хозяйство в доходную статью аграриев-монополистов.
В результате продолжавшегося ограничения промышленного производства в Словакии к 1925 г. добыча угля сократилась на 70 %, чугуна – на 50, производство металлургической промышленности – на 25, электрической – на 75, текстильной – на 71, цементной – на 64, спичечной – на 69, бумажной – на 65, стекольной– на 40, деревообделочной – на 80 %. Сокращение словацкой промышленности было вызвано стремлением сохранить и укрепить чешскую промышленность. Такая политика тяжело отражалась на развитии промышленного производства в целом и замедляла процесс его восстановления от послевоенной разрухи, завершившийся лишь к 1927–1928 гг Наряду с этим развитие промышленного производства тормозилось искусственными высокими ценами на основные промышленные продукты, устанавливаемыми могущественными железными и стальными картелями. После первой мировой войны Чехословакия продолжала оставаться в Рейнско-Вестфальско-Бельгийском железном картеле, диктовавшем высокие цены на чугун сталь. В самой стране создался картель в угольной промышленности, поднимавший цены на уголь и связанный с германской промышленностью.
Значительную роль в чехословацком народном хозяйстве играл французский капитал, захвативший почти полностью целый ряд крупнейших промышленных предприятий, например знаменитые заводы Шкода. Старался не отставать от французского и английский капитал, осуществлявший своё влияние через Англобанк. Все эти обстоятельства в значительной степени ухудшили создавшуюся в связи с мировым экономическим кризисом обстановку и вызвали резкое сокращение производства во всех областях чехословацкой промышленности. Уже в 1930 г. добыча угля в Чехословакии снизилась до 33, 6 млн. т против 39 млн. т в 1929 г производство кокса до 2, 7 млн. т против 3, 2 млн. т, а в 1931 г. угля было добыто уже только 31, 2 млн. т. Если в 1929 г. было выплавлено 1642 тыс. т чугуна и 2 152 тыс. т стали, то в последующие кризисные годы их выплавка составляла соответственно в 1930 г. – 1437 тыс. т и 1835 тыс. т, в 1931 г. – 1164 тыс. и 1529 тыс. т, в 1932 г. – 451 тыс. и 682 тыс. т. Вся тяжесть кризиса отразилась прежде всего на положении рабочего класса. Заработная плата, по уровню которой Чехословакия и до кризиса находилась на 14-м месте в мире, упала в годы кризиса ещё на 50–60 %. Количество безработных с 53 тыс. в 1929 г. увеличилось до 780 тыс. в 1933 г.
Не менее тяжёлым было положение крестьянства. Завершившееся в 1928 г. проведение аграрной реформы только укрепило сельскую буржуазию, кулачество и чешское помещичье землевладение. 4 млн. га пахотной земли и лесов, конфискованные у 1873 владельцев, были распределены таким образом, что около 1 млн. га отошло к государству, столько же было возвращено чешским помещикам, а из остальной земли было нарезано 8 тыс. участков по 30 с лишним га, попавших в руки кулаков, 3, 5 тыс. участков по 15 га передано бывшим легионерам и т. д.
Основная масса крестьян продолжала оставаться малоземельной и ещё более разорялась в результате проводившейся правительствам аграриев политики аграрного протекционизма. В 1934 г. была введена хлебная монополия, установлены высокие внутренние цены. Мелкий крестьянин вытеснялся с внутреннего рынка, так как не выдерживал конкуренции с крупными землевладельцами.
Перед лицом наступления буржуазии на жизненный уровень рабочего класса и крестьянства КПЧ выступает организатором сопротивления и возглавляет борьбу за хлеб и работу, за единый фронт трудящихся против атак буржуазии. Эта борьба выражается в массовом забастовочном движении пролетариата, в ряде волнений в сёлах и деревнях, направленных против сборщиков налогов, и в вооружённых выступлениях крестьян некоторых районов Словакии (Чертижне) и Закарпатской Украины. Правительство было вынуждено пойти на кое-какие уступки. В 1935 г. была временно прекращена принявшая до этого широкие размеры продажа крестьянской земли за неуплату налогов и сборов. Целый ряд забастовок в Чехии и Моравии завершился соглашениями, удовлетворявшими отдельные требования рабочих.
Обострение противоречий между капиталистическими странами вызывает стремление побеждённых государств к пересмотру версальской системы. Создаётся угроза агрессии со стороны Германии и оказавшихся под влиянием её внешней политики государств. Перед Чехословакией возникают новые внешнеполитические и внутриполитические проблемы. Стремясь к стабилизации версальской системы, обеспечивавшей существовавшие границы республики, Чехословакия ищет новых гарантий этой системы. Продолжая укреплять Малую Антанту, она идёт на всё большее сближение с Францией, тесно связав с ней свою внешнюю политику договором от 25 января 1924 г. Чехословакия пытается добиться гарантий для своих границ от Италии, заключив в Риме 5 июля 1924 г. гарантийный договор, обязавший обе стороны «к поддержке друг друга и сотрудничеству с тем, чтобы сохранился порядок, установленный мирными договорами в Сен-Жермене, Трианоне и Нейи». Однако фашистская Италия Муссолини всё более связывает свою борьбу с Германией и после установления в последней фашистской диктатуры открыто переходит в лагерь сторонников передела мира.
Германия и Италия пытались развалить Малую Антанту путём заключения сепаратных договоров с отдельными её членами; французское правительство предприняло ряд мер для сохранения Малой Антанты как своего союзника против стремящихся к ревизии версальской системы государств. 16 февраля 1933 г. представители стран Малой Антанты заключили в Женеве так называемый «организационный пакт», ещё более сблизивший их внешнюю политику с внешней политикой Франции. В связи с приходом к власти гитлеровцев в Германии происходят существенные изменения во взаимоотношениях между Францией и СССР. Франции приходится пересмотреть свою антисоветскую позицию и, опасаясь агрессии со стороны Германии, пойти на сближение с Советским Союзом, выразившееся в заключении франко-советского пакта о ненападении (1933) и договора о взаимопомощи (2 мая 1935 г.). Однако реакционные круги Франции и Англии, питавшие надежду на то, что Германия может быть удовлетворена в своих притязаниях за счёт малых стран и Советского Союза, не стали с самого начала на позицию решительного отпора агрессии, всячески попустительствуя Гитлеру в его планах пересмотра версальской системы. Политика Англии и Франции, всё возрастающая угроза независимости стран Малой Антанты со стороны агрессивных фашистских государств привели в конечном итоге к необходимости и для стран Малой Антанты пойти на сближение с СССР как стоящим на страже мира. Во исполнение решения происходившей в январе 1934 г. Загребской конференции страны Малой Антанты стали устанавливать с Советским Союзом нормальные дипломатические отношения. 16 мая 1935 г. был подписан советско-чехословацкий договор о взаимопомощи против неспровоцированной агрессии. Пункт 2 протокола подписания договора гласил, что «обязательства взаимной помощи будут действовать между ними, лишь поскольку при наличии условий, предусмотренных в настоящем договоре, помощь стороне – жертве нападения будет оказана со стороны Франции». Германия и Италия, видевшие в улучшении отношений между странами Малой Антанты и Советским Союзом серьёзное препятствие осуществлению своих агрессивных планов, усилили попытки разложения Малой Антанты и её окружения. Итало-югославский (от 25 марта 1937 г.) и болгаро-югославский договоры о дружбе явились первыми признаками развала Малой Антанты. Появились серьёзные колебания в сторону Берлина и Рима у Румынии. Только Чехословакия продолжала сохранять верность принципам Малой Антанты и в апреле 1937 г. сделала попытку дальнейшего её укрепления. Она предложила расширить оборонительный союз заключением между её участниками пакта о взаимопомощи. Однако это предложение не было принято Румынией и Югославией, правительства которых попадали всё более под влияние Германии и Италии. Изоляция Чехословакии была одной из первоочередных задач гитлеровской дипломатии, наметившей эту страну следующей за Австрией жертвой своей агрессии. Чехословакия лежала на пути германской агрессии на восток. Её захват был одним из подготовительных мероприятий к войне против СССР. Развязывая войну в Европе, Германия рассчитывала использовать богатейшие чехословацкие промышленные, сельскохозяйственные и военные ресурсы для осуществления своих агрессивных намерений.
Подготавливая захват Чехословакии, германский фашизм стремился разложить её изнутри, используя для этого пангерманские и фашистские элементы и настроения среди немецкого населения Чехии и Моравии.
До 1933 г. в Чехословакии существовала немецкая национал-социалистская партия, филиал гитлеровской фашистской партии. После запрещения её, в октябре 1933 г., по указанию из Берлина была создана так называемая судето-немецкая партия. Она возглавлялась Конрадом Генлейном и являлась агентурой Гитлера в Чехословакии. Опираясь на финансовую и политическую поддержку Берлина и действуя по его указаниям, партия Генлейна начала развёртывать при попустительстве со стороны чешских аграриев большую организационную и агитационную работу среди немецкого населения Чехословакии. Её деятельность была направлена к расчленению и захвату Чехословакии Германией. Руководство чехословацкой аграрной партии, верное своей реакционной политике, ничего не предпринимало, чтобы запретить и обезвредить деятельность генлейновцев, занимавшихся открытым шпионажем в пользу Германии. Оно надеялось использовать судето-немецкую партию как орудие борьбы против демократических элементов в стране, в первую очередь против компартии, способствуя этим усилению влияния фашистов в ряде районов государства. Близорукая и антинациональная политика аграриев нашла поддержку в правительственных кругах Англии и Франции, вставших по сути дела на позицию поощрения агрессоров.
Проверив эту позицию ведущих европейских держав Запада на захвате 13 марта 1938 г. Австрии, фашистская Германия убедилась, что с их стороны она имеет полное «понимание» и возможность не стесняться в своих действиях. Ещё до захвата Австрии Гитлер произнёс 20 февраля 1938 г. в рейхстаге речь, в которой совершенно определённо заявил, что будет добиваться объединения всего немецкого народа, живущего за пределами Германии. Эта речь вызвала ряд мероприятий чехословацкого правительства по укреплению обороноспособности страны. Она же послужила сигналом для. гитлеровской агентуры в Чехословакии к открытым выступлениям, проводившимся в первое время под лозунгами борьбы за территориальную и административную автономию Судетской области, где проживала основная масса чешских немцев. Так называемая Карлсбадская программа, принятая на съезде генлейновской партии в Карловых Варах (по-немецки Карлсбад) 24 апреля 1938 г., провозгласившая эти лозунги, выдвинула и требование пересмотра чехословацкой внешней политики по отношению к Германии. Это явилось по сути дела началом германского наступления на Чехословакию, приведшего уже в мае к серьёзному обострению чехословацко-германских отношений. Чехословацкое правительство, учитывая создавшуюся обстановку, выразило согласие на переговоры с судето-немецкой партией и пошло на ряд существенных уступок. Но позиция Германии, Англии и Франции сделала невозможным урегулирование создавшегося положения в рамках чехословацкого государства. Повышая по указке из Берлина с каждым днём свои требования, Генлейн фактически вёл дело на срыв переговоров и на создание повода для вмешательства Германии во внутренние дела Чехословакии. Большую роль в достижении им этих целей сыграла посланная правительством Чемберлена в Чехословакию так называемая миссия Ренсимена, поддержавшая фактически Генлейна и оказавшая давление на Прагу, требуя от неё удовлетворения всех притязаний судето-немецкой партии. Когда президент Бенеш предложил свой план урегулирования спора путём предоставления всем национальным меньшинствам Чехословакии полного равноправия во всех государственных и административных органах страны, именно лондонская газета «Таймс» выступила 7 сентября с провокационным «советом» правительству Чехословакии передать Судетскую область Германии. Получив такую солидную поддержку, руководители гитлеровской Германии в ряде речей (Геринга – 10 сентября и Гитлера —12 сентября) на Нюрнбергском съезде национал-социалистической партии выступили с прямыми угрозами по адресу Чехословакии и связанных с нею договорными обязательствами государств. Когда чехословацкое правительство 13 сентября оказалось вынужденным, в связи с рядом вооружённых провокаций генлейновцев, ввести осадное положение в некоторых районах страны, Генлейн передал премьеру Гожде ультиматум с требованием снятия осадного положения, вывода правительственных войск и полиции из населённых немцами районов и передачи власти в этих районах немцам. Это было наглой провокацией, и правительство, вынуждено было распустить генлейновскую партию и издать распоряжение об аресте её главарей, которые, однако, успели бежать в Германию.
В результате этого сложилась благоприятная для выступления Германии обстановка. Гитлер принялся бряцать оружием, Муссолини выступил с несколькими речами, призывавшими Германию раздавить Чехословакию. «Ангел мира» Чемберлен начал совершать свои полёты в Германию якобы для «умиротворения» Гитлера, а на деле для поощрения его агрессии. Франция совместно с Англией обратились 19 сентября к Бенешу с рекомендацией передать Германии без плебисцита все районы, в которых немецкое население составляло более 50 %. Правительство Годжи начало колебаться. В руководящих кругах аграрной партии зашевелились капитулянты во главе с Бераном, связанные с английской и французской реакцией. Они начали распространять в стране провокационные слухи о якобы подготовляемом коммунистами перевороте. Положение становилось всё более напряжённым.
В этой обстановке на весь мир прозвучал голос советского делегата в Лиге наций, выступившего 21 сентября с разоблачением политики поощрения агрессоров, проводимой Англией и Францией, и предложившего принятие немедленных коллективных мер против агрессии. При этом советский делегат заявил, что СССР готов выполнить свои обязательства, вытекающие из советско-чехословацкого пакта о взаимопомощи. Это выступление явилось серьёзным предупреждением для Германии, которая, кроме того, помнила, что когда 21 мая создалось конфликтное положение на чехословацко-германской границе и Бенеш призвал население к оружию, то уже через 5 часов чехословацкая армия и народ были готовы к бою. Если бы члены Лиги наций в этот момент вняли голосу Советского Союза, Чехословакия могла бы быть спасена. Но предательская политика Чемберлена и Даладье погубила её.
21 сентября правительство Годжи приняло под давлением Англии и Франции требование о передаче Судетской области Германии. Это вызвало страшное возмущение чехословацкого народа, ответившего на этот позорный шаг правительства повсеместными демонстрациями и всеобщей забастовкой протеста. В результате выступления народа правительство Годжи ушло в отставку и его место заняло правительство генерала Сыровы, оказавшегося впоследствии предателем. В стране была объявлена всеобщая мобилизация, прошедшая, как и в мае, с огромным подъёмом и в полном порядке. 23 сентября советский делегат в Лиге наций снова подтвердил готовность СССР выступить вместе с Францией на защиту Чехословакии. Однако ни Франция, ни Англия не собирались защищать Чехословакию и продолжали свою гнусную политику подталкивания Гитлера к её расчленению. Положение осложнилось спровоцированным Германией выступлением Польши с требованием территориальных уступок. Свои требования Польша подкрепила разрывом чехословацко-польского договора 1925 г. и концентрацией войск на чехословацкой границе. Пражскому правительству пришлось уступить Польше Тешин. Когда Польша, не удовлетворившись этим, стала грозить вторжением в Словакию, Советский Союз, верный своим обязательствам, предупредил, что в случае нападения Польши на Чехословакию советско-польский договор о ненападении будет денонсирован без предупреждения. Полякам пришлось временно отступить. С «претензиями» выступила и Венгрия, полностью находившаяся в фарватере германской политики. Англия и Франция в ультимативной форме потребовали от Чехословакии капитуляции перед Германией, настаивавшей теперь на удовлетворении также польских и венгерских притязаний. Бенеш отверг англо-французский ультиматум о передаче Германии большей части системы чехословацкой обороны и допущении германских войск в глубь страны. Но Гитлера, уверенного в поддержке Лондона и Парижа, уже нельзя было остановить. 26 сентября он выступил с речью, в которой заявил: «Если к 1 октября Судетская область не будет передана Германии, я, Гитлер, сам пойду как первый солдат против Чехословакии».
Даладье и Чемберлен, желая сломить сопротивление Чехословакии и удовлетворить Гитлера, выдвинули предложение о совещании четырёх держав – Англии, Франции, Германии и Италии – для разрешения чехословацкого вопроса. Конференция, состоявшаяся в Мюнхене 29 сентября, явилась венцом предательской политики Англии и Франции. Согласно подписанному Гитлером, Муссолини, Чемберленом и Даладье Мюнхенскому соглашению Чехословакия обязывалась передать Германии все пограничные с ней районы, очистив их от своих войск в 10-дневный срок и оставив в неприкосновенности все находящиеся на их территории военные сооружения. Чехословакия обязывалась «урегулировать» вопрос о польском и венгерском национальных меньшинствах. Пражское правительство не могло оказать сопротивления, и на следующий день германские войска заняли территорию в 28 291 кв. км с населением в 3636 тыс. человек (среди них около миллиона чехов).
В результате мюнхенского предательства Чехословакия потеряла ряд районов с большинством чешского населения, всю тройную линию бетонированных пограничных укреплений и хребты, служившие естественной границей. Ряд крупнейших промышленных центров оказался теперь у самой границы (Моравска Острава, Брно, Пльзен, Братислава). Чехословакия потеряла высокоразвитые промышленные районы, продукция которых оценивалась в 4 млрд. золотых крон, где были расположены такие важные экспортные отрасли промышленности, как текстильная, фарфоровая, стекольная, бумажная. В захваченных Германией районах находились крупнейшие залежи бурого угля (до 10–12 млрд. г), добыча которого составила в 1937 г. 16 млн. т, в то время как во всей остальной Чехословакии добывалось лишь около 1 млн. т. В общем Германией был захвачен 51 % промышленных предприятий Чехословакии, в том числе 49 % текстильной промышленности (Либерец, Аш, Варнсдорф), 99 фарфоровой (Карловы Вары), 63 стекольной (Яблонец, Теплице, Усти), 37 % бумажной промышленности (Либерец) и т. д., а также 26 % железнодорожных путей. Одновременно Польша заняла район Тешин – Фриштадт – Богумин, в котором находилось 50 % залежей каменного угля Чехословакии, а Венгрия – район Кошице – Ужгород – Мукачево, с расположенными в нём значительными сельскохозяйственными площадями, сахарными, винокуренными, пивоваренными и тому подобными заводами. Понеся такие потери, Чехословакия была обескровлена, обезоружена и не могла существовать далее как суверенное государство. Мюнхенское предательство Англии и Франции вызвало возмущение во всём мире и обнаружило подлинное лицо их политики поощрения агрессии. Пытаясь оправдать себя, лондонские и парижские «миротворцы» попытались утверждать, что правительство СССР находилось в курсе мюнхенских переговоров и одобрило их.
Однако «Советский Союз не участвовал и не мог участвовать в сговоре империалистов фашистских и, так называемых, „демократических“ правительств за счёт Чехословакии. Советский Союз не участвовал и не мог участвовать и в расчленении Чехословакии для удовлетворения аппетитов германского фашизма и его союзников»[37].
В действительности же одной из главных причин мюнхенской катастрофы явилась политика попустительства германскому фашизму со стороны правительств Англии и Франции, рассчитывавших направить его агрессию на малые страны и на Советский Союз и за их счёт удовлетворить притязания и аппетиты Германии. Существовал вместе с тем целый ряд внутренних обстоятельств, приведших к расчленению Чехословакии.
В чехословацких правительственных кругах, возглавлявшихся аграриями, были сильны капитулянтские настроения. Аграрии не пожелали оказать сопротивление гитлеровской агентуре внутри страны. Опираясь на проведённый ими в 1933 г. закон о расширении полномочий, предоставлявший правительству право издавать законы и постановления без согласия Национального собрания, эти круги вели ожесточённую борьбу со всеми антифашистскими демократическими силами. Они опасались, что объединение демократических сил создаст угрозу для господства в стране чехословацкой буржуазии. Силы чехословацкого рабочего класса были ослаблены отказом социал-демократической и народно-социалистической партий от совместных действий с компартией против фашизма. К созданию единого антифашистского фронта КПЧ призвала ещё в 1933 г. Сказалась и чрезвычайная распылённость и раздробленность рабочего профсоюзного движения, насчитывавшего десятки профцентров, находившихся под влиянием различных борющихся между собой партий. Немалую роль сыграло также наличие в руководящих кругах чехословацких буржуазных партий значительного количества откровенно профашистских и фашистских элементов, тесно связанных с германской промышленностью и банками и рассчитывавших в результате капитуляции перед Германией захватить в свои руки чехословацкую экономику и политическую власть.
Опираясь именно на эти элементы и действуя их руками, фашистская Германия сразу после Мюнхена начала подготовку к полному захвату Чехословакии. После отъезда в Америку президента Бенеша, отказавшегося признать мюнхенское соглашение, Национальное собрание в неполном составе (более трети «ненадёжных» депутатов не были допущены на заседание) под давлением гитлеровцев избрало президентом Гаху (ноябрь). 1 декабря премьером был назначен руководитель аграриев Беран. Первые мероприятия правительства «второй республики», как стали называть послемюнхенскую Чехословакию, были направлены против КПЧ, деятельность которой в Чехии и Моравии была запрещена уже 21 октября. 28 декабря было опубликовано распоряжение министерства внутренних дел о роспуске компартии и лишении её депутатов всех мандатов в Национальном собрании, а также в земских, окружных и общинных представительствах. КПЧ не прекратила, однако, своей деятельности, перенеся её в подполье и создав сеть нелегальных партийных организаций, основой которых были пятёрки. Также нелегально продолжали выходить газеты компартии.
Иначе поступили другие чехословацкие партии, представители которых 27 октября приняли решение о самороспуске. Самораспустились и социал-демократическая и народно-социалистическая партии. При этом часть народных социалистов, возглавленная Зенклом, вошла вместе с фашистской «Национальной лигой» Стржибрного, «Национальным объединением», народной и живностенской партиями в созданную аграриями профашистскую партию «Национального единства».
Другая часть народных социалистов вместе с социал-демократами образовала «партию труда», руководимую капитулянтом Рихтером.
По приказу из Берлина правительство Берана проводит ряд мероприятий по подготовке германской оккупации. Подобные мероприятия проводились и созданными в Словакии и Закарпатской Украине «автономными» правительствами, также руководимыми Берлином. Создавшееся положение вело к гибели Чехословацкой республики.
13 марта словацкие фашисты Тисо, Тука и Дурчанский, стоявшие во главе «автономного» правительства, получили из Берлина приказ немедленно созвать сейм и провозгласить независимость Словакии, что и было сделано 14 марта, несмотря на упорное сопротивление депутатов сейма. В ночь с 14 на 15 марта германские войска стали занимать оставшуюся часть Чехословакии. Одновременно вызванные в Берлин «президент» Гаха и министр иностранных дел Хвалковский были принуждены подписать документ, в котором говорилось, что чехословацкий президент «…с полным доверием передаёт судьбу чешского народа и страны в руки фюрера германского государства».
В течение 15 марта немецкими войсками была занята вся территория Чехословакии, кроме её юго-восточной части, оккупированной Венгрией. 18 марта Гитлерам был издан указ о ликвидации Чехословацкой республики и создании протектората Богемии и Моравии. «Самостоятельная» Словакия во главе с предателями Тука и Тисо превращалась в вассала Германии, а Закарпатская Украина отдавалась Венгрии. Таковы были результаты англо-французской политики «умиротворения» агрессоров. Англия и Франция ограничились протестом против того, что Гитлер «не проконсультировался» с ними прежде, чем захватить всю Чехословакию. Только Советский Союз выступил резко против совершившейся агрессии, указав на лживость заявлений о нежизнеспособности чехословацкого государства и о имевшейся якобы с её стороны угрозе европейскому миру. «На самом деле, – говорилось в ноте НКИД от 18 марта, – из всех европейских государств, после первой мировой войны Чехословацкая республика была одним из немногих государств, где были действительно обеспечены внутреннее спокойствие и внешняя миролюбивая политика». Отметив далее незаконность отмены Гахой самостоятельности Чехословакии без выраженной на то воли населяющих её народов, советское правительство отказалось признать включение Чехии и Моравии в состав Германии.