Текст книги "Черновик для Эффы 3 (СИ)"

Автор книги: Владимир Ильин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 7 страниц)

– В течение часа будут сведения.

– Мистер Савой?

– В течение часа, – кивнул я. – Но я настаиваю на том, что нужен предлог остаться дома.

– Я вас услышал. Оставим на крайний случай. Изучайте другие варианты. – Ушел он в ту же дверь.

– Беременность, – убежденно произнесла Эффа. – Если он не хочет ее травмировать – в самый раз.

– На первом-то курсе?

– Ты не понял – надо сунуть ей тест и подменить на настоящий. Врач придумает месяц побольше, просто худенькая она. И пусть носочки вяжет, дома сидит.

– То-то ее парень обалдеет.

– Ну, взбодрится точно, – пожала мисс Сойер плечами. – Только, кажется, у нее парня нет. Ни в больницу не приходил, ни после не видела. Но! – С торжеством подняла она палец.

– Что?

– Она хорошо к тебе относится! А ты умеешь водить девушек на свидание – за ногу по кровати, – хихикнула Эффа.

– Так, отставить шутки. И вообще – что за манера лезть в чужую личную жизнь?

– Я ж не лезла – так, слушала только. Даже не говорила ничего. Особенно про сломанный лифт. – Посмотрела та хитро. – А ведь обиделась бы жутко…

– Никаких разговоров на чужой территории! – Строго произнес я и поднялся со стула. – Пойдем снова ломать мою спокойную жизнь.

То, что во время столь трагического явления мисс Сойер обычно рядом – уже стало традицией.

– Это за лотерейным билетом? – Встала и Эффа, поправила платье.

– За ним.

Место распределения практикантов – оно же «Лотерея», находилось на первом этаже здоровенного торгового центра, на первом его этаже под высоченным потолком и на виду анфилады всех пяти этажей, соединенных лифтами и эскалаторами.

Никакой приватности – люди с интересом смотрели на здоровенный крутящийся барабан с кучей черных непрозрачных капсул внутри. Наименование воинской части они, конечно, не узнают, зато выражение лиц «везунчиков» и «неудачников» были видны всем.

Факультеты биоэнергетов находились только в столице, приехать сюда лично не представлялось проблемой – поэтому лотерейный барабан на всю страну был только один. Никаких «особых» розыгрышей в «особых» университетах – все максимально честно. Недоверчивые могли пересчитать количество капсул и свериться – стенки ведь прозрачные. Ну и сам механизм был надежно защищен от внешних воздействий – тоже не придраться.

По первому времени тут даже образовывалась очередь, но сейчас рядом не было никого, хотя капсул внутри еще хватало – где-то треть от стартового числа. Время имелось – неделя до отправки в части, а студент привычен делать все в последний день.

Да и надо ли торопиться?.. Кто-то считал, что больше капсул – больше вероятности попасть в хорошее место. Ренни по этой логике отхватила «столицу». Но кто-то ловил «юг» в той же очереди – а манящая халява «востока» вообще могла дожидаться самого последнего.

Эффа свой «юг» тоже получила в первый день. Впрочем, ее случайность не коснулась.

Была в бесхитростной схеме лотереи одна ерундовина на самом виду – а именно механизм выдачи капсулы, он же перемешиватель. Вроде как, устройство его обычное – подхватить одну капсулу да и доставить в подставленную руку. Но размера он был такого, что несложно представить несколько уже готовых капсул, лежащих внутри – выдать которые он может легко по команде электроники.

Сломать бы его, продемонстрировав всем, в чем тут закавыка – но добьюсь разве что нового розыгрыша…

Я подошел к аппарату, поднес к устройству считывания свой телефон – абы кому капсулы не выдавались, требовался идентификатор учащегося. Барабан завращался чуть быстрее, потом замедлился, подхватывая одну из капсул. Зашуршал механизм выдачи и под ладонь выпал «лотерейный билет».

– Ну, – задышала Эффа над ухом.

– Готова признать меня самым умным? – Не торопился я.

– Или полным придурком. Открывай давай.

Открыл, достал бумажку с номерной частью. Южный фронт.

– Эх… Лучше бы ты оказался придурком. – Грустно констатировала она.

– У тебя такой же, ага? – Отчего-то заныли кости пальцев.

Эффа щелкнула затвором сотового над плечом.

– Да ладно, прорвемся, – поддержала она бодрым голосом.

– Само собой. – Смотрел я приложение. Номер части уже там присутствовал.

Капсула при выдаче «сканировалась» барабаном и автоматически привязывалась к личному делу. Не подменить, не увильнуть.

Тренькнул сотовый телефон сообщением – писала Ренни.

Открыл, с интересом посмотрел на изящную ножку в белых узорных чулочках и подпись «смотри, что купила!».

Перевел взгляд на Эффу – та смотрела с лицом хитрым и довольным.

– Ты Ренни фотку билета скинула?

– Ага. – Закивала та. – Зато не одному спать, здорово же.

– Здорово. – Одобрил я, переводя Ренни триста восемьдесят тысяч и удаляя контакт. – Великолепно.

Коту придется побыть в «заморозке». Но он поймет – мы с ним оба не поддаемся дрессировке.

Глава 3

Глава 3

Проснулся я от тихого ритмичного скрежета по бетону.

Приоткрыл глаза, увидел мелкую мышь у дальней стены, выцарапывающую что-то из скола на стыке с полом. Вздохнул, поискал взглядом, чем бы в нее кинуть, но рядом с матрасом, расстеленном на полу, был только телефон, а ботинки лежали далековато.

– Бу! – Грозно произнес я, но та даже не шелохнулась ни от звука, ни от разошедшегося по пустующему помещению гулкого эха.

Сформировал технику «крестиков-ноликов» – пространство над мышью расчертилось линиями, и первый же «крестик» пришелся по наглому хвосту. Пискнула, подпрыгнула высоко и сбежала в пустующий проем, где должна была быть дверь.

Дверей в депо пока не было – старые разломали давным-давно и пустили на костры. В одном из соседних кабинетов бывшего управления был черный прогар на полу и закопченный потолок. Потом кто-то выбил все окна, и бродягам стало тут неуютно – покупалась недвижимость уже без «жильцов» и необходимости просить их на выход.

Мыши – тех тоже не было. Но они всегда появляются там, где есть люди – и с этим ничего не сделать. Разве что заводить мышелова.

«Пора», – будучи разбуженным раньше времени, был я хмур и полон желания озадачить кого-то срочным поручением.

Посмотрел на время – шестой час утра. Раздраженно выдохнул, подобрал под себя ноги. Подвигал плечами – после ночевок в мягкой постели казалось, что отлежал себе все и ни капли не выспался.

Встал, резкими махами разогнал кровь по телу, сделал зарядку и решился пробежаться вокруг комплекса – в трусах и кроссовках. Кого стесняться?..

Навернул пять кругов, зашел в боксы – там вчера под вечер наладили душ, пока что летний, без подключения к коммуникациям. Освежился – стало радостнее. Выходил на улицу и уже улыбался солнцу и чистому небу.

Переехал я вчера – как вернулся из города, так и забрал из съемной квартиры одежду и кота. Часть оставил на Аликсе, Кэра «стопнул» и с извинениями положил рядом с Ноэлем. Оставшееся, вместе с купленным по пути матрасом, перевез в депо – нашел себе уютный кабинет с окнами на восток, там и расстелился. Лето, тепло, а любой сон идет легче, если адово устать. Вчера с этим проблем не было – разгружали тяжеленные металлические сейфы под инструмент, где-то купленные Мастером. Мол, охранников пока не надо – будем просто запирать на ночь все дорогостоящее. Да и какой охранник справится, если тут от заборов одна видимость, дверей нет, освещения и видеонаблюдения – тоже…

«Надо делать забор», – еще раз убедился я. – «И выпускать Ноэля с Кэром».

Первый – справится гонять собак, второй – профессионально работал по мышам в Хранилище. Но если забора не будет, то убегут, желая увидеть весь остальной мир, который им на двоих принадлежит. Надо оградить их от череды разочарований.

К седьмому часу пришел Мастер – его я и озадачил первоочередным строительством.

– Нужно еще человека нанимать, – выслушав, отметил он. – Металл заказывать, подсобников брать.

– Так давай наймем.

Не одному же ему все тянуть – это только кажется, что должность у него руководящая. К вечеру заматывается не меньше остальных – все тяжести на нем, все проблемы и вопросы.

– Чалыч работу ищет. Вчера звонил, спрашивал.

Этого бодрого старичка я забыть не успел – правда, сильно сомневался, что от него будет толк. О чем и сказал напрямую.

– Зря ты так, Тан. У нас все редкие запчасти через него шли, знакомых у него куча. А что сам не работает – так ведь другим бездельничать не дает. В стройке это самое важное.

– А чего он уволился-то? – Все-таки сомневался я.

Хотя Мастер просто так за человека просить не станет. Да и я – больше ночным охранником в мастерской был, лично со старичком не очень-то и сталкивался. Разве что один раз, когда силовую установку продавали оптимистам.

– Да там все плохо пошло. Сначала две «Сагиры» взяли на обслуживание и теперь судятся с владельцами. Потом новенький слесарь решил, что надо смазать вентиль кислородного баллона машинным маслом…

– Жив хоть?..

– Жив, но треть боксов под ремонт.

Вот так в жизни и бывает – увольняли Мастера спокойно, без просьб остаться и посулов поднять оплату. Мол, хочешь – уходи, другие найдутся. Ушел – и как опорную колонну убрали. Все сразу набок завалилось.

– Значит, берем Чалыча. Зарплату сам ему придумаешь?

– Его обижать нельзя. – Убежденно произнес Мастер. – Поставлю ту же плюс два процента с продаж.

– Ну, когда еще продажи пойдут…

– Да уж пойдут, будь уверен.

– Но забор-то он построит?

На что Мастер просто улыбнулся и кивнул. Ладно, пройдет месяц – увидим. Если что, не много и потеряем.

– Ты здесь, что ли, ночевал? – Удивился Мастер, сопоставив внешний вид и ранний час.

– Ага, – неохотно подтвердил. – Я ж матрас не просто так затаскивал.

– Ну, матрас и кровать и у меня тут есть. В обед самое то поваляться. А что так? Поссорились? – Полюбопытствовал он.

Невозможно скрывать наличие девушки – начинаешь пахнуть иначе и ходить в глаженой одежде, появляются неотложные дела и звонки, которых раньше не было.

– Разошлись.

Ссорились мы с Эффой – той первой пришла реакция Ренни на денежный перевод. Должен же я был компенсировать все порванные тряпки.

Потом Ренни увидела, что больше не может мне писать.

В общем, мне купили еды на фудкорте в торговом центре – много. И выносили мозг, что красивых идеалистичных девочек надо уметь прощать, пока я все не доел.

Я хорошенько подкрепился, покивал и ушел собирать вещи. Иначе придут лично, а я не умею выяснять отношения. Может быть, когда-то и придется научиться – но после того, как Канцлера повесят. До этого – десятой дорогой буду обходить и тот дом и Ренни в нем.

– Познакомить, может, с кем-нибудь?

– Да я сам умею, – улыбнулся ему. – Но пока не хочу.

– Это тоже бывает. – С сочувствием покивал он. – Ну, я тогда работать пошел. И Чалычу позвоню – он рано встает.

– Хорошо. Я в город сейчас.

После «лотереи» на телефон пришло множество уведомлений: требование явиться на медосмотр (вместо точного времени – период дат, время работы и адрес), сообщение о вещевом довольствии, которое надо получить (полагалось два набора формы, белья и обуви), и рекомендации о том, что можно купить самому и взять с собой (в том числе прилагались выкройки формы, если есть желание заказать дополнительные комплекты).

Если придется ехать – чего искренне не хотелось – то лучше бы озаботиться запасом нормальной одежды. Готовую я трогал на Ренни – не сказать, чтобы плохая, но карманов маловато. И уж точно нет ветровок с капюшонами – закупщики застряли на слове «лето» и «юг», а ведь в гористой местности бывает такое лето, от которого можно замерзнуть насмерть. Околеть, конечно, не дадут – выдадут теплые вещи уже в части, но это будут чужие вещи чужого размера с чужими запахами пота.

В общем, ехал закупаться – благо, знал, где пошила себе все Ренни, и не собирался выдумывать какие-то другие варианты. Оставалось шесть дней до отправки – и вера в то, что все купленное окажется невостребованным.

Присутствовало и неприятное предчувствие, что ехать все равно придется, но я старался не кормить его эмоциями.

Рассматривал чисто теоретически: мол, абстрактная ситуация – вопреки здравому смыслу придется по своей воле ехать туда, где тебя поймают, чтобы жестоко пытать. Как же этого не допустить?..

Повышенный уровень сложности – на плечах инвалид по энергетике и девчонка со спицами в бедре. Шикарная боевая команда. Обстановка – блеск, всеми забытая в/ч в предгорьях, с залитыми до болотины равнинами – потому как если долго и упорно долбить ядерным оружием, подземные реки выходят на поверхность. Уровень снабжения – невероятный, две пары трусов, две пары футболок, две «парадки» и запрет на ношение оружия. Имелся ремень, чтобы повеситься самостоятельно, не дожидаясь нападения.

Да, где-то в близком отдалении находился батальон спецназа, но противник-то об этом знал. А значит, надежды на быструю помощь мало.

Опять же, Эффа подсказала название населенного пункта рядом с частью – и я вчера перед сном изучал ландшафт по спутниковым снимкам. Если там и в самом деле все в шахтах и тоннелях, то дело плохо – Тиронский хребет уходил на территорию противника.

«Даже нападать на часть не нужно – сцапают по дороге. Маршрут в поселение Сарги проходит в низине под контролем гор».

Гражданские спецы подневольны только в рабочее время и при объявлении тревоги. Остальная часть дня может быть потрачена внутри казармы – что без интернета и развлечений заставит лезть на стену от тоски, либо можно скататься в соседний населенный пункт, либо на природу. Любой шаг за территорию открывал сезон охоты.

Ловушка выглядела идеальной.

Вчера мелькала мысль, что Хенни может воспользоваться правом аристократов и прибыть для несения службы на собственном корабле. Оказалось – так можно во время войны, а гражданскому специалисту это недоступно.

Потом хотел вызвонить капитана Асгальта и предложить вояж на «Радости-5» к южным границам – зато гражданский специалист мог нанять что угодно и пользоваться этим во вне служебное время. Хоть в другие города катайся, лишь бы хватило времени вернуться к утру.

Мир на Сарги не замыкался – да и рисков внутри него для симпатичных девчонок немало. Там должно быть свое отношение к чужакам и законам – Сарги живет с контрабанды чуть ли не полностью, потому что ни охотиться, ни заниматься собирательством, ни ловить рыбу у южных границ нельзя. Радиация.

Но проблематика даже не в том, что бывший боевой гравилет у границы не вызовет у другой стороны никакого умиления своей веселой расцветкой – и по ту сторону тут же пригонят что-то аналогичное и уже вполне боевое.

Загвоздка совсем иная – у границы нельзя летать никому, кроме бортов Министерства обороны. В ПВО вбиты коды только армейских гравилетов и алгоритмы «свой-чужой», все остальное – даже свое гражданское – будет немедленно сбито. Об этом есть в документах, сопровождающих практику – на случай, если кто-то решил устроить себе люксовый отдых вместо тяжелой службы.

Можно, конечно, достать и военный борт – но придется обращаться к человеку, встречи с которым и мне и Эффе хотелось бы избежать.

В общем, вариант «привезти с собой крепость» существовал, но был мысленно отмечен как «давай думать дальше». Слишком много проблем может возникнуть вместо пользы – на каждую «крепость» найдется своя «открывашка».

Еще вариант – «сделать так, чтобы нашу часть охраняли гораздо серьезнее». Правда, раз присутствие Хенни вон Альтазар не смогло на это повлиять, то казалось довольно сомнительным, что найдется какой-то другой, более убедительный повод для усиления.

«Организовать им технореликт?» – Хмыкнул я уже в такси, направляясь в город. – «Скинуть что-нибудь бесполезное с Аликса, привлечь внимание…»

Если этот технореликт еще раньше не выкинет подальше местный командир, чтобы не писать отчеты. Но даже если удержится и доложит, то для наших целей технореликт должен быть достаточно тяжелым, иначе увезут в безопасное место. А мы останемся в опасном.

Тяжелое и габаритное я через портал не протащу. Значит, мимо.

«Обвалить тоннели в горах».

Если на Земле после всех ударов, в том числе ядерных, остались действующие ходы, то средств для этого в местных арсеналах недостаточно. Зато они имелись на Аликсе – на лунных и орбитальных базах люди сидели вооруженными до зубов.

Изрядно струхнувшие, не понимающие, что происходит, они не знали, что им делать дальше – потому об оружии вспомнили слишком поздно.

Но горы – это все-таки горы. Гигантские площади, над которыми придется работать круглосуточно, с высоты. И без гарантии, что осядет именно та часть, под которой пройдет группа захвата.

«Как бы еще с той стороны не психанули и не нажали свои красные кнопки…»

– Ваше ателье, сэр, – вывел меня из задумчивости таксист.

Поблагодарив, я покинул машину и зашел в ателье на первом этаже улицы Победы, одной из центральных в городе – аккуратное заведение, небольшое, без ценников на витринах, чтобы не ранить в сердце проходящих мимо туристов.

Там заулыбались, даже вспомнив по имени – я привозил им форму Ренни в ремонт и ее же увозил обратно.

Показал девушке на приемке выкройку, объяснил, что именно хочу улучшить, что добавить, а что пошить совсем иначе – та тщательно записывала, не полагаясь на память.

– У нас были похожие заказы, но вы первый, кто подошел так обстоятельно, – досталась мне похвала, которая совсем не тронула.

Мысли уж больно тяжелые вращались в голове. Так что стоял равнодушно, пока с меня снимали мерку. И на предложения высокотехнологичных тканей просто кивал.

«Надо будет посмотреть, что заказали себе Эффа и Хенни».

Первая-то ладно, с головой на плечах и опытом. Вторая может искренне верить, что государство обо всем подумало.

«Может, Канцлера убить?..» – Лицо публичное, а арбалет с оптикой и нужной силой выстрела продавался в любом хорошем спортивном магазине.

Но тут же отмел – ничего это для нас не изменит. На практику все равно придется ехать и рисковать в той же мере. Разве что предатель на какое-то время станет общенациональным героем – а как всплывет история с таллиумом, то уже никто не станет обнажать ее в прессе. Ходи потом по проспектам, названным в честь Канцлера, проходи через музеи, университеты и школы его имени и пытайся не исплеваться… Нет уж, подонок должен умереть подонком – надо дать время вон Альтазару, пусть устраивает скандал. Даже если ради этого времени придется покорно отбыть к южной границе.

После ателье вышел на улицу, занял свободную скамейку на пешеходном бульваре неподалеку и просто смотрел на проходящих мимо людей. Поймал себя на остром чувстве дежавю – было уже такое, не так уж и давно.

Тогда я был беден, в зачетке кое-как была выведена тройка, и если не найти двадцать пять тысяч к следующему месяцу – грозили погоны и южные болота. Сейчас я богат, круглый отличник, но южные болота стали гораздо ближе.

Что я делал в прошлый раз, чтобы все наладить?..

«Шел за Эффой», – хмыкнул даже с некоторым удивлением.

Но это, разумеется, совпадение.

Решил, что раз занялся подготовкой, то надо бы и с медосмотром покончить сегодня же. Все равно откосить под вымышленным поводом не выйдет, а травму можно доказать и после неявки на отбытие, справкой или выпиской из истории болезни.

Медосмотры проводило Минобороны – хоть студенты подчинялись Минпросвещению, но, видимо, наверху два министерства договорились между собой. Адрес соответствовал расположению городского военкомата – значит, нам туда.

Прокатился на такси, отметился на входе – все-таки использовать телефон вместо бумажных документов невероятно удобно. Правда, тут же выдали картонную карточку обхода, которую потом следовало сдать – ну, это для архива, наверное.

Поднялся, следуя указанию, на второй этаж, а там встал не в такую и большую очередь – тут тоже прошел наплыв желающих.

Первым выбрал кабинет окулиста – перед ним было всего два человека. Через минут пять зашел в небольшой кабинет с ветхой мебелью и решетками на окнах – хотя, казалось бы, второй этаж.

– Присаживайтесь, – женщина в возрасте указала на стульчик в дальнем углу.

Присел – на противоположной стене была таблица для проверки зрения, подсвеченная лампой.

– Что видите?

– Вижу двадцать тысяч на столе под журналом. – Отметил я меланхолично.

Женщина суматошно поправила журнал, прикрывая две «десятки».

– Годен, – ляпнула она штамп и подпись на обходную карту.

Потом зашел в кабинет психиатра, сел под понимающий взгляд усталой женщины в очках с роговой оправой.

– Жалобы?

– Меня постоянно пытаются убить. – Поделился с ней, положив локоть на стол и глядя с тревогой.

Та заинтересовалась, пощелкала в компьютере перед собой.

– У вас три медали и четыре ордена. Перед этим всегда пытаются убить, – покивала она. – Все нормально.

– Доктор, вы меня очень успокоили. – Выдохнул я. – А еще я знаю про инопланетян и заговор.

– Давайте лучше проверим на знание поговорок. – Вымученно улыбнулась она.

– Давайте, – грустно кивнул я.

– У семи нянек дитя без глазу. Что это значит?

– Мутации генома не зависят от воспитания.

– Одна голова хорошо – а две лучше.

– Бывают и полезные мутации.

– Мал золотник, да дорог?

– Убить могут и за мелкую монету.

– Отлично, вы полностью здоровы. – Очередной штамп с подписью косо украсил собою картонку. – Позовите следующего. – Заинтересованно смотрели на дверь, а не на меня.

Зашел к неврологу.

– Жалобы?

– Психиатр меня совсем не слушает. – Возмущенно ответил я.

– А голова не болит? – Совсем не встретил я сочувствия.

– Если по ней не бить, то не болит. – Остался стоять я на ногах.

Думаю, тут тоже все будет быстро.

И вправду – штамп стукнул по столу через картонку.

– Не давайте бить себя по голове, – дали мне строгое напутствие и указали на выход.

Выждав очередь, оказался у хирурга – старенький дедушка шел от чайника к столику мелкими шагами, удерживая в руках кружку.

На меня он посмотрел грустно – как, впрочем, наверняка смотрел на весь окружающий мир, не делая исключений.

– Травмы были?

– Были, но я отомстил.

– Половую жизнь ведете? Жалоб нет?

– Только восхищения. – Сунул я ему карточку, и он поставил на нее кружку.

– Ой.

– Да без разницы, штампик – подпись, – грустно кивнул я.

– Да, конечно… – завозился он, переставляя кружку.

Помахал картонкой в воздухе – влажный круг должен был сойти. Хотя подпись и штамп психиатра смазалась… Зайти, что ли, сказать, что она недослушала про инопланетян?..

Ладно, и так пойдет – направился я к стоматологу.

– Жалобы? – Сидела молодая девчонка рядом с аппаратом, который был призван немедленно наказывать тех, кто пожалуется.

– Иногда перекусываю стальную ложку. Потом изжога.

– Паяц. Давайте карточку.

В коридоре покрутил головой – оставался гастроэнтеролог, лор, терапевт и биоэнергетик.

Зашел к первому, рассказал про ложку – тетенька даже хохотнула и штампик поставила быстро, даже присаживаться не пришлось.

ЛОР оказалась женщиной строгой – высокой, лет тридцати пяти. Халатик приятно обтягивал верхние и нижние девяносто. Кольцо на руке отсутствовало, и, быть может, поэтому присутствовало недовольство в глазах.

– Повторяйте, что слышите, – велели мне отвернуться и желали проверять слух. – Тридцать семь.

– Тридцать семь.

– Сорок пять.

– Сорок пять.

– Синий карандаш на большой книге, – еле слышным шепотом.

– Ее трусики пахли лавандовым мылом. – Прошептал я в ответ.

– Что?

– Что? – Повернулся я.

– Забирайте карточку, – смотрели на меня с подозрением.

У терапевта замерили давление, рост и вес.

– Еще немного, и будет первая степень ожирения, – отметили, сопоставив.

– Дай-то бог, – покивал я.

Штампик был предпоследним перед посещением главврача – он уже выносил вердикт.

А там, видимо, минобороны получало информацию, какая часть может недополучить практиканта – иначе смысла сначала брать билет, а потом проходить медосмотр, не было.

Какое-то количество шаров, впрочем, наверняка тоже окажется в барабане по завершении срока – с этим им тоже что-то придется придумывать.

Биоэнергет смотрел какой-то сериал – который поставил на паузу, когда открылась дверь.

Молча указал мне на железку – вроде дверной ручки, выступающей из аппарата. Ну, такое мы знаем – есть в университете.

Подошел, подал чуть энергетики – и зажглась зеленая лампочка. Никаких дополнительных цифр.

Даже если взять заряженный таллиумный браслет – и человек со слабым контролем такое повторит. Даже инвалид.

«Наверное, Эффа так и сделала», – хмыкнул я. – «Ну и взятку сунула, чтобы и дальше свое кино смотрел».

Последний штампик имелся – настало время занимать очередь к главврачу. Где меня и обрадовали, что «годен без ограничений», а в личном деле в приложении появилась соответствующая отметка.

Главной же пользой двухчасового медосмотра стало то, что в голове выстроилось понимание, как нам пережить месячный южный вояж – или хотя бы минимизировать риски.

Вышел на улицу и набрал Эффе – та взяла неохотно, где-то после десятого гудка.

Хотя, может быть, просто искала второй телефон – вчера решили, что в нашем положении разговаривать по своим номерам это риск, который мы не можем себе позволить.

А вот набрать «звонилок» с левыми симками – нам вполне по карману. С такого и звонил, предварительно включив – и еще один запасной миниатюрный сотовый имелся при себе.

– Доброе утро, Эффа. – Начал я подавленным голосом. – Не бросай трубку, пожалуйста. Мне это очень важно.

– Ну? – Холодно отозвались на той стороне линии.

– Сегодня я проснулся на холодном матрасе, один. – Добавил я в голос волнения. – Рядом пробегал крошечный мышонок. Я поймал его и гладил – сам не знаю, что на меня нашло. Эффа, со мной такое впервые. Мне больно, у меня рвется сердце от тоски. Я не знаю, где она сейчас, с кем – и это сводит меня с ума. Скажи, ты можешь ее привезти ко мне?..

– Ренни на тебя сильно зла и вряд ли захочет разговаривать. – Вздохнула Эффа. – Я пыталась ее убедить, что с тупыми иногда надо делать первый шаг, но…

– Причем тут Ренни, Эффа?

– А ты про кого?.. – Запнулась она.

– Где моя «Арта» калибра сто пятьдесят пять миллиметров? Уже месяц прошел. – Вернул я себе деловой тон. – Я начинаю переживать.

– Нахрена тебе «Арта», Тан? – Разозлилась мисс Сойер.

– Во-первых, ты мне ее должна. Во-вторых, мне нужен от нее силовой агрегат и идентификатор гравиплатформы.

– Хм… Ты считаешь, наше ПВО пропустит «Арту», летающую на сверхзвуке? – Заинтересовалась она.

– А если нет, то какая разница? – Даже пожал я плечами, хоть Эффа и не видит. – Мы все равно будем быстрее.

– Мы?..

– Ты всерьез хочешь ночевать в казарме? Или в радиоактивном селе?

– Как бы, лишения… – Сомневалась она.

– Перелетим в нормальный город на ночевку – хоть на улице спи. А Хенни на такое не подписывалась.

И я – тем более.

– А в части что скажут? Там парковки для гражданских нет, только за периметром.

– Денег дадим. Сигареты будем привозить. Офицерскому составу – коньяк. Да придумаем что-нибудь. Но каждую ночь – новый маршрут отправки и возвращения. Как минимум, полдня вне рисков.

– Насчет оставшихся двенадцати часов – тоже есть мысли.

– Бери «Арту» и приезжай, поговорим.

– А Ренни?

– Кто это? Знать не знаю. – Сбросил я вызов.

Выключил мобильный и выкинул в ближайшую урну. Эффа сделает со своим то же самое, так что никаких проблем.

– Зажрались вы в своей столице, – буркнули позади.

Шедший поодаль мужик смотрел на такое использование техники с осуждением. Впрочем, и сам он в корзину не полез. Империя – богатая страна.