Текст книги "Невеста по договору (СИ)"
Автор книги: Виттария Войс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 17 страниц)
Куда может пойти девушка в столь ранний час? Да никуда! На улице едва светает. И что это за связь такая, что отсекла семью, но работает нестабильно?!
В какой-то момент под сидением зазвенел смартфон, и пришлось шарить рукой, бросая на извилистую дорогу беглые взгляды. Не хватало, еще в кювет уйти. В очередной раз, не выловив телефона, Скотт мазнул взглядом по рейсовому автобусу, и еще пору мгновений обрабатывал в голове то, что увидел.
Резко развернул машину вслед за общественным, и явно видавшим лучшие времена, транспортом, все никак не мог поравняться и заглянуть в салон. Извилистая дорога, не давала такого преимущества, но как только появился ровный отрезок пути, тут же подъехал к интересующему окну, убедиться, что не ошибся.
Чуть понуро склонив голову, в полумраке сидела, его практически племянница, из-за которой собственно и происходит вся эта сумятица! Глаза, покрасневшие, и блестят, все лицо в свежих розовых полосках, а значит, только недавно поцарапалась и шрамы еще не успели регенерировать до обычной стадии. Одета, не пойми во что…
А телефон все надрывался под сидением. Подождет! Кто бы там не был!
Пришлось, нарушая все правила и вождения и самосохранения, подрезать автобус и буквально вломиться в него.
Джес смотрела на него глазами толи полными ужаса, толи боли…
Затравленная девочка…
~~~
Этого не может быть! Дядя Скотт!
Сначала дико испугалась, не узнав его лицо, искаженное суровой маской, но потом его взгляд смягчился, и я сама подскочила на ноги, чуть не ударившись о низкую полку, для багажа.
– Здравствуй, Джес. – он по-отечески обнял, закрывая собой те проблемы, которые надо мной нависли. – Пошли, дальше поедем в моей машине.
И больше не говоря ничего, повел за руку в свой автомобиль. В авто разрывался мобильник, почему то из-под водительского сидения. Дядя пристегнул меня, а после сел и сам. Автобус, сердито сигналя, объехал нас и продолжил свой маршрут.
– Я отдала все заработанные деньги за билет… – почему то было их ужасно жаль.
– Малышка Джес, зарабатывала деньги?! И каким же способом? – Скотт завел машину, и мы поехали в обратном направлении.
– Таскала прелые листья, обрезала деревья, чистила птичники… – дальше перечислять не стала, потому что у дяди отвисла челюсть, и лицо приняло неестественно вытянутую форму.
– Кхм. Неплохо. Расскажешь как нибудь, поподробнее. А сейчас… – он свернул на большую парковку для большегрузов и припарковался рядом с кафе. – Нам надо поговорить и серьезно.
Меня и так потряхивало, а теперь и вовсе начало трясти с удвоенной силой. Он это заметил и щелкнул ремнем безопасности, отстегивая меня и указывая на кофейный аппарат за витриной кафе.
– Мы купим кофе, что бы согреться, а после ты меня выслушаешь. – тон не терпел возражений и мы пошли за огромными порциями ароматного напитка.
Сев обратно в авто, Скотт неторопливо потягивал свое кофе, и так же неспешно начал разговор.
– Джес, мне для начала нужен только один ответ. Фабиан тебя заставлял подписать Договор, и после Соглашение? – он не смотрел на меня, и я вздохнула поглубже.
Первичный договор, у меня выудили шантажом, НО… Это оказалось неожиданно в моих интересах. И потому меня никто и не заставлял. А Соглашение и подавно…
– Нет, меня никто не принуждал, дядя. Я все подписала по собственной воле. – во рту, несмотря на привкус кофе, резко стало сухо.
– Тогда все будет, несколько проще… – он отставил свой стаканчик на торпедо, и повернулся ко мне. – Джес, тебе нельзя сейчас разрывать это Соглашение. Ты должна остаться с Фабианом, как можно дольше.
Последние его слова меня немного ошеломили, и насторожили. А он тем временем продолжил.
– Ты вносила свое имя в Дипломатические списки? – и получив отрицательное покачивание головой, вздохнул. – Твои родители тоже его туда не вписывали. Но из-за этого, на тебя и Обирдэйла составлен Брачный Договор. И он вступит в силу, как только твое Соглашение с Фабианом закончит свое действие. – что-то скорбно вздыхать у дяди входит в привычку. – Обирдэйл в незапамятные времена, обокрал твоего отца, но доказать это не получилось, хотя все, всё знали. Он захочет отыграться на тебе, поскольку Эдмунд приложил руку к тому, что его перестали принимать многие семейства, избегая и все так же обвиняя в краже.
– А кто такой Обирдэйл? – фамилия вообще ни о чем не говорила.
– Как это? Его наемник должен был доставить тебя в совет, но не довез, как мы видим. – он выглядел несколько растерянно.
– Кирин? – он никогда не представлялся полным именем, а спрашивать не было нужды.
– Именно. – Скотт утвердительно кивнул. – Нам сейчас надо ехать в Совет. Они хотят, что бы ты подтвердила свое согласие на ваши отношения с Сейвом. А потом тебя заберет Фабиан.
От последних слов, опять пошел мороз по коже. Если Фабиан меня заберет, рядом будет его безумно жестокий братец, и что там у них в головах, не имею ни малейшего представления, и в подземелья я точно не стремлюсь.
– А я могла бы вернуться домой? – хотя там мне предстоит глобальная головомойка, от родных.
Дядя смотрел на меня с неким сочувствием.
– Поверь, лучше тебе сейчас остаться с Сейвом. Не подумай, дома тебя очень ждут, да вот только, быть тебе наказанной, как не крути. Да и ваш с Фабианом Договор такое не позволяет. Ты обязана быть рядом с ним. И повторюсь, как можно дольше. – он заглянул мне в глаза. – Надо растянуть это на как можно больший срок, может получиться, как то разорвать намерения Совета.
Опустив глаза, я грела руки об стаканчик с кофе, и размышляла о том, что я погрязла в этом болоте из интриг, и собственных и посторонних, так сильно, что не вижу выхода.
Да и есть небольшая загвоздка…
Телефон опять начал захлебываться писком.
– Ооо, а вот и твой отец. – Скотт принял вызов, и мне во всей красе послышался до боли родной голос, очень недовольный. – Ну что такое Эд?! У меня уже телефон раскалился!
– Какого дьявола, ты не поднимаешь трубку, расслабился что ли?! – отец пыхтел и рычал. – Есть новости?
– Да. Вот везу в Совет твою младшую, подобрал по дороге. – он сделал саркастичную мину и паузу между предложений. – И представь, себе я не шучу! Через несколько часов будем там. А Сейв и того раньше. Постарайся не прибить мальчишку, он нам сейчас крайне нужен.
– Девила я с собой не брал, так что он выживет. – а после чуть тише. – Как она?
– Жива, хоть немного и потрепана. Сам рассмотришь. Давай. – и отключился, добавил, повернувшись ко мне. – Все слышала?
– Конечно.
– Тогда едем. – он выехал с парковки и на ходу протянул мне телефон. – Звони своему Фабиану, и сама объясняй, куда мы направляемся.
– Нет! Можно не я?! – меня атаковала такая паника, что у Скотта брови поползли вверх от моего тона. – Пожалуйста…
– Ну ладно. Ты уверенна, что он тебя… не принуждал? – в его голосе кроме волнения была плохо скрытая угроза.
– Нет-нет! Просто он сейчас будет злиться, я не хочу…
– … попасть под горячую руку. – закончил за меня дядя, он хмыкнул. – А меня значит не жалко?
– Прости, дядя… – к таким словам я прибегала крайне редко.
Скотту нравилось, когда я называла его дядей, и он мне неизменно уступал, вот и сейчас это сработало. Он быстро набрал номер Фабиана, и через пару гудков ему ответил голос едва напоминавший человеческий. По коже побежали мурашки.
– ЧТО?!
– Она со мной, выдохни и успокойся. – что-то рычание в трубке на спокойствие не тянуло. – Отправляйся в Совет, я уже еду туда, вы там будете раньше. Эдмунд тебя уже ждет. И давай без глупых вопросов?!
В ответ лишь короткие гудки. Он отключился.
Он в бешенстве. Ему плевать как я и что со мной, главное нашлась. Как ценная вещь, которая ну очень нужна. Жаль только силы, потраченные на поиск, но нашлась и ладно. Чувствую не избежать мне кандалов и затхлых подвалов замка Сейв. Все, как и говорил Фабиан своему брату…
– Эй, чего притихла? Все будет хорошо. Вот увидишь! – остается только верить дяде на слово.
Кровь капала на коврик авто. Сжатый в кулаке смартфон, просто превратился в кучку пластика и металла, раня своего неблагодарного хозяина.
Она со Скоттом. Она со Скоттом.
Надо принять эту информацию, переварить и хоть немного успокоиться.
Друг уже выжимал все из старого внедорожника, несясь в сторону Совета. Там меня ждет встреча с новоявленным родственником, который уж точно этому родству не обрадуется. До нужного города три часа. Надо прийти в себя и продумать, что и как говорить.
Скотт за то что бы я забрал Джес, на время пока они уладят вопрос со списком. Вот только вряд ли Эдмунд будет так же воодушевлен, этой идеей. А вдруг не захочет ее отдавать?!
От этой мысли, только было начавшие уходить клыки, вновь показались на полную, заставляя рычать, как какой– то зверь. Морт только косился, но чувствовалось он тоже на взводе, опасается, что я не смогу держать себя в руках. И тут он сказал те пару слов, от которых мой оборот начал слабеть и наконец, покидать меня.
– Да вернем мы твою ненаглядную! Надо будет, выкрадем! – он весело хмыкнул, видя мои перемены.
Он, конечно, перегибает, и сил отбиваться и от Драгмэлов и от Совета, я не имею. Да даже поодиночке, они мне не по зубам! Но вот забрать ее у меня пока не получиться не у тех, не у других. Совет законность Договора признал, Эдмунд его оспорить не сможет. Она уедет со мной.
Отпустивший оборот, забрал с собой и последние силы. Прикрыл глаза, и не заметил, как соскользнул в сон.
По прошествии нескольких часов, входил в готический собор, уже свежим. В новом костюме, купленном тут же, и с полной уверенностью, что мне никто не сможет помешать, забрать собственную женщину.
Недалеко от зала, в котором заседает Совет меня, ждал Эдмунд. Жесткое выражение лица не обещало мирного общения. А то как у него на щеках ходили желваки и вовсе не оставило мне шансов на радушную встречу.
– Не скажу, что рад вас видеть. – лучшая защита, это нападение.
– Ты! – он, было, задохнулся от прорвавшегося негодования, но тут же взял себя в руки. – Это взаимно. Но отложим разговор о моей дочери до того момента, как я разберусь с Мариусом и его прихвостнями.
– Тут повсюду его уши, может не стоит так громко? – но мой вопрос он проигнорировал, презрительно фыркнув.
В этот момент я подумал, что мы не сильно и отличаемся. Он такой же первобытный, лишь со стойким налетом манер, которые слетают с него при малейшей угрозе его интересам.
– Фабиан, тебе сильно повезло, что здесь не стоит Девил. Он бы не посмотрел на сторонние обстоятельства и с удовольствием выколотил из тебя твои замашки и интриги. – Эдмунд ни сколько не сомневался в своих словах.
– Смею заметить, – решил ему подыграть, изобразив почти светскую беседу. – вашему наследничку, пришлось бы очень тяжко. И еще не факт, что у него бы это получилось. Думаю, проверим мы это как нибудь в другой раз? Не против?
Следующий взгляд от главы семейства Драгмэл я получил уже более одобрительный, хотя и негодования в нем было все так же много. И тут он перевел взгляд мне за спину, и по потеплению в его глазах я понял, что там она…
Только силой воли остался на мести и медленно обернулся. Лучше бы не оборачивался, пришлось приложить усилий вдвое больше, и скрипнуть зубами, чтобы все еще остаться на том же месте.
Хоть и стоит навытяжку, в глазах гордость борется с затравленностью. В каких то грязных вещах… Только сверху куртка, мужская, наверное, Скотта, который придерживает ее за плечи, но судя по взгляду готов увести ее хоть сейчас. Лицо было недавно расцарапано, и еще не успело до конца восстановиться.
– Не хочешь обнять отца? – Эдмунд изобразил сердитый тон, но точно был рад видеть дочь, в относительном порядке.
– Прости меня папа… – она колебалась всего минуту, ей явно не хотелось проходить мимо меня, но это было неизбежно.
Она выскользнула из рук Скотта и прошествовала к отцу, не бросив на меня и взгляда. Он крепко прижимал ее к себе, а я хотел оказаться на его месте. Хотел, хотя бы коснуться, но она от меня отгородилась, и стояла, спрятавшись в руках у Эдмунда.
– Вас просят в зал. – за спиной замаячил очередной невзрачный тип.
Пришлось скрепя зубами переставлять ноги в направлении, чертова зала! Эдмунд ее так и не отпустил. А мне только и оставалось шествовать попятам и втягивать в легкие ее аромат, стараясь себя успокоить, не обернуться ненароком. Такое ощущение, что нервов совсем не осталось.
На удивление, в зале для заседаний был только Аривий Мариус, и пара каких-то низкосортных вампиров.
– Как чудесно, что семья воссоединилась. – он улыбался, но глаза были холоднее льда. – Давайте покончим с этим поскорее, и вы все сможете отдохнуть. Джес Драгмэл, добровольно ли ты подписала Договор и Соглашение с Фабианом Сейвом?
От этого вопроса я напрягся. Она могла сказать, что я ее принудил, и тоже бы не солгала. Шантаж, тоже своего рода принуждение…
– Абсолютно добровольно. – у нее даже голос не дрогнул.
Пружина внутри, немного ослабела. А ее "абсолютно", даже немного согрело. Значит, хоть нашу связь она не считает насилием.
– Что ж, замечательно. – Мариус как то особенно неприятно улыбнулся, так что по спине пробежал холодок. – Знаешь ли ты, что по дипломатическим соображениям, твое имя из списка было выбрано, и был составлен Брачный Договор с…
– Я в курсе. Но я не вносила в эти списки своего имени. – Джес наглым образом перебила главу Совета, так что он остался с открытым ртом.
Позади меня хмыкнул Скотт. Он видимо такое развитие событий вполне предвидел.
– Я со своей стороны заверяю, – в разговор включился Эдмунд. – что ни кто из нашей семьи не вносил в этот список имен. НИКОГДА!
– Но оно там есть. И довольно давно. – Аривий только руками развел, мол, ничего не знаю. – И учитывая все обстоятельства, жду мисс Драгмэл через четыре года, максимум, снова на заседание. Но уже для подписания Брачного Договора с Обирдэйлом.
– Это еще, с какой стати?! – вот тут мне отказала выдержка, и я сделал несколько шагов вперед. – Соглашение еще не расторгнуто. Или вы подались в провидцы? – последнее было откровенным хамством по отношению к главе Совета и Суда Девяти.
– А вы что же еще не в курсе? Ваша ВРЕМЕННАЯ супруга вас не обрадовала? – тут одна из шавок, сильно размалеванная девица протянула Мариусу тряпку и бутылек. – Мы определяли подлинность крови на вещи, которую нашли на месте вашего последнего пребывания, и случайно выяснили… что вы уже в положении. Поздравляю, ваше Соглашение будет выполнено весьма скоро.
Медленно повернул голову, чтобы увидеть мертвенно белую Джес, сжимающую пальцами, грязную толстовку, на груди. Она смотрела только на предметы в руках у главы Совет, кажется, была готова лишиться чувств, что совсем не свойственно вампирам.
А у меня в ушах шумела только одна мысль, она подарит мне ребенка и исчезнет из моей жизни. Навсегда.
…
Неееет… Ну, нет, не может быть!
Не могла же я забеременеть за две недели?! Элизабет уже несколько лет замужем, и у них до сих пор нет детей. И вообще, это нелепо! Этого ни так уж легко и добиться, потому и заключают такие Соглашения, они порой длятся десятилетиями!
И надо же было случиться этому чуду, со мной?! Я не хочу отдавать своего ребенка и не иметь больше возможности, к нему приблизиться. И если я бы могла с ним общаться, разойдись мы с Фабианом, по-хорошему, то выйдя за его друга, собственное дитя мне не видать.
Смотрю на склянку, в которой плещется серебряная, похожая на ртуть жидкость и понимаю, что все правда. Да и подделывать нет смысла. Все очень быстро выйдет наружу…
Руки отца, на моих плечах, напрягаются так, что еще чуть-чуть, и он оставит на мне синяки.
Перевела взгляд на Фабиана, а он смотрит на меня нечитаемым взглядом, в котором сквозит некая отрешенность. Он как будто и не воспринял эту информацию. Воздвиг непонятную стену, и тут же отвернулся от меня, обращаясь к главе Совета.
– Если все так, то я забираю супругу, раз уж вы все выяснили. – он поворачивается ко мне и, подойдя вплотную, вынимает меня из отцовских рук.
Он неохотно разжимает руки и тихо проговаривает сквозь зубы.
– Мы еще не все обсудили. Подождите снаружи.
3
Ни слова не говоря, Фабиан выводит меня из зала заседаний, и отводит в небольшую нишу. Она частично скрывает меня от спешащих и незамечающих нас, вампиров. Он притискивает меня к стене, и я не успеваю даже пискнуть, как он бесцеремонно просовывает руку мне под толстовку и рывком, да таким, что кожу на шее обожгло, срывает кулон, что мне дал Кирин.
– Зачем ты это взяла?! – от тихого угрожающего тона, волосы на затылке зашевелились. – Зачем носила?!
Онемев, даже слова сказать не могу, погружаясь в почти черные глаза, которыми он меня сверлит.
Сбросив кулон на мраморный пол, он давит его каблуком от туфель, пока тот не разлетается на осколки с громким хлопком. Это привлекло к нам внимание, и он закрыл меня плечом, сильнее склоняясь надо мной.
Он так близко, что чувствую его тепло, пышет как от камина.
– Ты ответишь или нет?! – он больно прихватил за локоть, но я молчу, закусив губу. – Что сложного в том, что бы открыть свой очаровательный ротик, и сказать, какого черта ты вытворяешь?!
– Отойди от нее. – голос отца заставил вздрогнуть обоих.
Но он не отошел, повернулся на месте, закрыв мне обзор на все кроме его спины, обтянутой достаточно тонким пальто.
– Нет.
Этого было достаточно, чтобы отец вышел из себя.
– Послушай, ты! – он подскочил к Фабиану, и это я поняла только по тому, как рядом всколыхнулся воздух. – Если уж так вышло, и ты мне теперь РОДСТВЕННИК, – последнее можно было посчитать за оскорбление, каким это тоном было высказано. – это не дает тебе права, отказывать мне в общении с дочерью! У тебя и так не осталось воздуха, хочешь, что бы его перекрыли совсем?!
– А силенок, хватит? – издевательский тон, как красная тряпка для быка, и отец наверняка сейчас потеряет контроль.
– Не надо, папа! – выглянула из-за плеча мужчины, хоть это было и нелегко. – Все хорошо.
Фабиан вздрогнул, но с места не сдвинулся.
– Хорошо?! Это как понимать? Тебя все устраивает?! – он сверлил взглядом, ожившую каменную стену между нами и только при последних словах перевел на меня взгляд. – Устраивает?
– Да. – тихий ответ громче оглушающего выстрела.
Скрепя зубами, отец сделал шаг назад, и к нему тут же подступился дядя Скотт. И только Морт оставался немного в стороне, не решаясь встать между разгоряченными мужчинами.
– Эд, мы с тобой кое-что обсудим. Но не здесь. – дядя увещевал его как гипнотизер, но удостоился лишь взбешенного взгляда. – Дай им уйти, не стоит устраивать здесь сцен.
– И что же? – отец стоил на своем.
– Эд… – начал было Скотт, но вздохнул и проговорил. – Не веди себя как мальчишка. – такое могло сойти с рук только ему. – Это единственный вариант. Пусть времени немного, но оно все же есть. И к тому же, ты теперь впервые станешь дедом…
Еще один такой убийственный взгляд и от дяди не останется и следа, но он и этот выдержал стойко.
– Идет. – он опять посмотрел на меня. – Скоро увидимся.
И не проронив больше не слова, скрылся в потоке снующих вокруг. Скотт, бросив извиняющий взгляд, последовал за ним.
– Уходим. – молчавший все это время Фабиан ожил и кинул ключи от машины Морту.
Опять повернувшись ко мне, скользнул отсутствующим взглядом, как будто я и вовсе предмет мебели. Скинул пальто и замотал меня в него, почти от пят до головы. Подхватил на руки и, не обращая внимания, на изумленные взгляды, двинулся к выходу.
У меня язык к небу присох, было страшно. Что теперь? Ну не будет же он меня беременную на цепь садить?! Или будет?
Постаралась опустить лицо, прячась за воротник темного пальто. Он посадил меня в авто и сам сел с противоположной стороны.
– Домой, по дороге останови у той лавки. – и все, головы ко мне даже не повернул, уставившись в окно, но только притормозили на торговой улочке, разомкнул губы. – Купи, пожалуйста, те же что я брал. Все что у них есть.
Морт молча вышел.
Молчание, нагнетало обстановку до предела, тем более мы остались одни.
Он, было, потянул руку, к моему запястью, но осекся и просто уперся ей в сидение.
– Джес, можешь мне хоть что-нибудь объяснить? – он вроде как не раздражался, но говорить ему было сложно. – Почему сбежала?
И как ему сказать, что слышала его разговор с братом? Да никак. А то, что попросила помощи у Кирина, будь он неладен! Ой, оторвут мне голову…
– Испугалась. – придётся до последнего в дурочку играть. – И попросила меня вывезти, Кирин согласился. Про Брачный Договор я не знала! – поспешно добавила.
– Чего?! Чего ты испугалась, что ночью из нашей постели сбежала?! – он сорвался на крик, который пробирал до костей. – Узнала, что беременна и дала деру?! Это мой ребенок, ты не можешь с ним уйти!
Все.
Сердце окончательно упало.
А он все продолжал.
– А своему Кирину, сказала, что уже беременна? Или готовила ему сюрприз? После свадьбы узнал бы! – от его яда и презрения чуть не задохнулась.
– Я не знала про ДОГОВОР! – сама перешла на крик. – И про ребенка не знала… – по щекам покатились слезы. Не позволяла себе такой вольности, но от осознания, что я переиграла саму себя, и влипла так прочно, что даже не дернуться, впала в немое отчаяние.
Замерла, стекленея, все внутри холодело, от мысли, что у меня всего три года, а после… после меня передадут в другие руки. Как вещь. Без сомнения, ценную, но вещь.
Горячие руки легли на мои щеки, смахивая горькие слезы.
Настолько выбили меня, ее слезы из колеи, что уставился на нее неверяще. Недооцененная актриса? Или…
– Настолько не хочешь от меня родить? – проговорил с горечью, стирая с бледного лица, соленую влагу.
– Я хочу этого ребенка! – она вскинулась, прожигая меня своими пьянящими глазами, в которых стояли слезы. – Ты не поймешь…
Отвернулась от меня, прячась в моем пальто. Была похожа на нахохлившегося воробушка. Измученного и грустного. Через силу повернул к себе, ее лицо за подбородок. Еще раз посмотрел в ее глаза, пытаясь понять, что же там в этой голове происходит.
Испугалась! Ха! Чего, могла испугаться эта безбашенная девчонка, по собственной воле сунувшаяся ко мне в руки? Она не думая перебила главу Совета, а тут, испугалась!
– Если хочешь, зачем сбежала? И не говори мне, что чего-то испугалась! – решил проявить твердость, несмотря на то, что ее слезу разъедали меня, хуже кислоты.
– Я сказала правду. – она горько вздохнула и выдернула из моих пальцев лицо, резко мотнув головой. – Струсила! Представь себе, просто струсила! А ты сам-то не хочешь мне ничего рассказать?! Совсем?
Сначала почувствовал легкое облегчение. Ну, подумаешь. Оказалась трусихой, я это и так уже понял. Но что бы от страха наворотить таких дел, надо быть сказочно невезучей. Но вот ее неожиданный выпад в мою сторону, вызвал во мне недоумение. Что она рассчитывает услышать?
– Что сказать? Не понял… – она тут же ринулась в наступление.
– Ооо! – она закатила глаза, из них тут же испарились слезы. – А про ваши с братом методы, исполнения Договора! Подземелья, кобели, случки! Я все понимаю! Сама подписалась, и наследника, ты таки получишь, но унижать меня при этом, лишнее! И то, что я "чертов выбор" твоего брата, а не твой, тоже понимаю! Ты после той нашей стычки, из-за рудников, между прочим, почти пустых, единственное, что хотел со мной сделать, это свернуть мне шею! Так зачем соглашался?! Уверена, мог бы выкрутиться из подобной, щекотливой ситуации. Так почему не извернулся?!
Быстро прокрутил ее слова и со скрипом понял, где она могла подобное услышать. Подслушала! Но я же там говорил совсем о другом. Да и про нашу давнюю встречу она зря упомянула. Единственное, что мне тогда хотелось, так это разложить ее на столе для переговоров, и высвободить от чопорного и скучного, сплошь закрытого платья. И про Договор ложь! Да ее выбрал брат, но я… Не отказался. Черт, в чем-то она права. Мог бы и вывернуться.
– А сама? Сама, зачем согласилась? Могла сдать нас брату, и дело с концом! Чего добивалась, Джес?! – ее тактика также хорошо применима и в моем случае, нападай, может и пронесет.
Она тут же сцепила зубы и прожгла меня взглядом. Меня прошила догадка, что она это сделала намеренно. Но она молчит и только злобно на меня пыхтит.
– Чего ты хотела?
Именно хотела, потому что не получила этого и попыталась удрать. Опять начала разбирать злость. Неужели все-таки оказалась меркантильной.
Прихватил ее за руку, нащупав сквозь пальто, и притянул к себе.
– Ну, так что? – она прикрыла глаза, а открыв их, смотрела только в мои.
– Мне нужна была одна ритуальная вещь, и она принадлежит твоей семье. Но я передумала, она мне не пригодиться. Больше.
…
Этот допрос с пристрастием, меня порядком вымотал. А то, что он теперь так близко, заставляло злость на него перерастать в волнение, от самого его присутствия.
Попыталась все же засунуть свои чувства куда подальше. И выдержала его взгляд.
– Что тебе нужно было? – он был зол, но старался говорить негромко.
– Уже не важно. – говорила сквозь зубы, а сама думала, как выпутаться. – Планы поменялись, ничего мне от вашей семьи не нужно! Справлюсь и сама.
Он кипел, это бы понял любой. Его рука на моем локте ощутимо дрожала, даже через ткань пальто чувствовалось.
– Ты упускаешь, птичка, мне все еще от тебя кое-что нужно. – он упер в меня свои дьявольские очи, и клыки стали приподнимать верхнюю губу. – Мы с тобой еще не закончили. Говори! Что за вещь?!
Он рычал, и в машине уже стало душно. Где носит Морта?!
– Оставь меня, Фабиан! Ты и так получишь, что хотел. Какое тебе дело до моих невыполненных планов? – на глаза опять набежала пелена, и я быстро ее сморгнула.
Не хватало опять рыдать, как маленькой девочке, у него на глазах.
– Ты!..
– Хватит! Я не твоя собственность! Выполню, что договаривались и ты меня больше не увидишь! Обещаю! – он дернул головой, как от удара, и его волосы упали на лоб. – Я больше не буду досаждать тебе, во веки веков! Тебе не надо будет терпеть мое присутствие, и изображать заботу не надо будет! Просто оставь меня в покое!
Выкрикивала ему в лицо и уже окончательно теряла над собой контроль. Изнутри как будто выжигали огнем, безжалостно сковывая грудь стальными кольцами, ни вдохнуть, ни выдохнуть.
Слезы все-таки покатились.
Кричала мне в лицо и даже колотила по моей груди своими кулачками. Была так близко, что чувствовал ее дыхание, но как будто стала далека как никогда прежде.
От ее слов, мне становилось нестерпимо больно. Все ее слова, каждое, казалось неправильным, и враждебным. Будто это именно они угрожают мне, а ни что-то извне.
Неужели настолько ей неприятен, что и моей заботы она не желает?
Нет! Этого не может быть! Я же видел, как она на меня смотрела, как плавилась в руках. Как доверчиво льнула ночами, когда ей снилось что-то пугающее. Я ни настолько расплылся от ее игристых глаз, что бы пропустить настолько глобальную ложь. Я чувствовал ее. Она была тем идеальным кусочком головоломки, что довершал меня. Давал мне целостность и необходимые эмоции, без которых я чувствовал себя почти пустым. Как зверь, нашедший своего хозяина, я всегда хотел быть с нею рядом.
Но она отталкивала, даже когда перехватил ее запястья, чтобы ненароком не навредила себе, она билась, сцепив зубы и опустив голову, рвала руки назад, в попытке замахнуться и вновь попытаться меня ударить. Не мог понять, что происходит?!
Ее истерика меня выворачивала наизнанку, оголяя нервы, оставляя без кожи. За столько веков, я видел истерики у женщин, но ни одна не трогала как эта. Я просто не знал, как ее успокоить.
– Пусти! Оставь меня! Мне ничего не нужно! Я не буду у тебя это красть! Пусти! – услышав надломленный голос, готов, был сам себя возненавидеть.
Она пять плакала, заливалась слезами, но даже сейчас не поднимала головы, что бы ни показать их. Завесилась своими волосами и трепыхалась, упираясь ногами в пол автомобиля, в бесплодных попытках меня оттолкнуть.
– Только скажи, что тебе нужно, и я отдам сам! Тебе не надо это красть! Успокойся, Джес! – она вмиг замерла, но головы так и не подняла, а потому нерешительно продолжил. – Ты же навредишь…
– Ребенку? – она всхлипнула снова, и я почувствовал, что мое лицо исказилось, как от боли. – Ну да. Ты же беспокоишься о своем будущем наследнике. Все готов дать… – ее размышления вслух не выглядели корыстными или злыми. – А если будет девочка? Будешь так же смотреть как она переходит из рук в руки для того что бы дать продолжение какому-нибудь роду?
Голову прострелило несколькими мыслями наперебой, и каждая достойна более детального размышления!
– Не переживай, я буду вести себя паинькой, и не наврежу этому ребенку. Ведь он не только твой, но и мой. Не так ли? Хотя, скорее всего и не успеет меня запомнить. Будет слишком мал… – она потянула свои руки обратно, в свою сторону, и я тут же разжал пальцы, на ее руках и так уже красовались красные пятна, которые скоро перерастут в синяки.
– Свою дочь я буду любить, и оберегать не меньше чем сына. Об этом ты можешь не переживать. – она только хмыкнула, так и не показав лица.
Она осела на сидении, ссутулившись, как от непомерного груза, и обхватила, пока еще плоский живот руками. Я всем своим существом хотел ее утешить, но просто не знал как. Что бы я сейчас не сказал, просто не услышит. Я для нее сейчас худшее из зол. И если до этого я топил этот лед в постели, то теперь я не могу себе этого позволить, да и она, думаю, не захочет, чтобы я ни сделал.
Это не просто мой или ее ребенок. Это НАШ ребенок. Общий. Часть ее и моя.
– Джес, – весь повернулся к ней, но притронуться не решился. – Я не собираюсь отбирать у тебя дитя, или препятствовать тебе, с ним общаться. – она обернулась с таким взглядом, как будто впервые меня видела. – Я хочу, что бы ты осталась со мной.
Она не мигая смотрела, и похоже не понимала смысла того что я ей предлагаю.
Одна из мыслей, пронесшихся в моей голове, была о том, что в Договоре прописан НАСЛЕДНИК. А девочка наследовать не может. И если в животе у Джес, моя дочь, Соглашение не будет выполнено. У нас будет еще время.
Но это все в рамках официального закона.
Если же нет, и она носит действительно НАСЛЕДНИКА. Значит, мне предстоит жизнь в бегах. Ведь я не собираюсь ее отдавать ни Совету, ни ее проклятой семейке.
И этот план мне был абсолютно не чужд. Я согласен! И пусть весь мир катится к чертям!
И в этот самый момент я понял.
Я решился.
Я нарушу все законы и привяжу ее к себе, как только это станет возможным. Как только она родит.
Что он такое говорит?!
Как это остаться с ним? И с ребенком получается?
В голове стало пусто, хотя секунду назад она разрывалась от слов и мыслей, роящихся в беспорядке.
– Я тебе не верю. – он напрягся. – И с тобой я не хочу оставаться. Но хочу быть рядом со своим малышом.
