Текст книги "Невеста по договору (СИ)"
Автор книги: Виттария Войс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 17 страниц)
Уговаривал себя, что надо закрыть глаза и поспать, но хотелось совсем другого.
Опрокинуть ее на спину, подмять под себя, ощутить как она согревается подо мной. А лучше горит. Пылает так, что бы мне и самому стало жарко. Оказаться в ней, целиком и полностью. Не оставлять ей больше выбора и пути к отступлению.
Оставить ее себе.
Мысль пульсировала в мозгу. Ни давая связно сформировать свои желания в действия.
Завтра подпишем соглашение, которое приложено к договору. И пока она ни даст мне хотя бы одного наследника, и пока тому не исполниться три года, она должна будет быть рядом. После она может и дальше продолжить участвовать в жизни общего ребенка, но прав на нее я уже иметь не буду.
Есть так же оговорка. Если в те три года, от рождения ребенка, девушка окажется снова в положении, что будет просто чудом, ее срок пребывания в качестве части семьи увеличиться в три раза. И ей уже придется остаться со мной на девять лет после рождения второго ребенка. Все с теми же условиями по окончанию назначенного срока.
И так может продолжаться до бесконечности. Но есть одно "но".
Дети для вампиров несказанное благо. Их появления ждут порой даже веками, не то, что каких-то несчастных три года.
Да и ее семья вряд ли будет смотреть на это сквозь пальцы. Они с успехом обходят многие законы. Все кроме основных, завязанных на крови.
Наш договор подписан кровью, соглашение так же по настоянию подпишем кровью. Его разорвать будет нельзя.
Но что делать потом?
Если она захочет уйти? А она захочет. И ускользнет, как только такая возможность у нее появиться. И как назло в ней заинтересовался Кирин!
С каждым шагом, ситуация все больше закручивается не в мою пользу.
Друг может ее заинтересовать, увлечь отношениями не связанными обязательствами. А в моем распоряжение лишь эти гребаные обязательства!
Поток неприятных мыслей оборвала девушка. Опять зашевелилась и потеревшись об меня всем телом, видимо немного затекла, прижалась к моей голой груди щекой. У нее был очаровательный легкий румянец, и густые ресницы подрагивали, бросая тени.
Не удержавшись, склонил голову и запечатлел на ее лобике целомудренный поцелуй. А ведь хотелось большего! Она слегка нахмурилась и крутнула головой, скользнув раскрытыми губами по груди.
О Боги! И как это вытерпеть?!
Закрыл глаза и глубоко вдохнул. Легче не стало.
Скоро начнет светлеть за окном, надо выбраться из кровати и заняться вопросом запасов на длительное время. Скрываться придется долго. Намного дольше, чем планировалось.
Аккуратно переложил Джес на подушку и все-таки поцеловал, перед тем как выскользнуть из плена одеяла. Она только облизала губы и продолжила спать.
У нее крепкий сон, это надо запомнить. Она даже может, не узнает что этой ночью, провела в моих объятьях несколько часов. Хотя все было вполне невинно.
Как можно тише открыл сундук и наугад вытащил наряд более подходящий обстановке. Для Джес тоже стоит подобрать что-то в хранилище замка. Не мёрзнуть же ей в своем легком недоразумении!
Напоследок подбросил несколько поленьев и разворошил угли, к ее пробуждению комната должна будет немного прогреться.
3
Только и успел спуститься вниз, как перед глазами открылась картина.
Кирин уплетает за обе щеки парящую кашу и о чем-то переговаривается со слугой Тимом.
– Почти доброе утро!
– Доброе утро, милорд! – Тим склонил голову.
– Доброе, Фабиан. – друг только на мгновение отвлекся он своего занятия.
– Для тебя есть задание. – сразу перешел к делу. – Сегодня должен будет подъехать Морт, вы пополните запасы кладовой и всего остального на несколько месяцев вперед. – и, видя готовность Кирина возразить, опередил его. – Буду очень благодарен.
Мужчина сощурил взгляд и облизал ложку.
– Ну, если ты так просишь… И не пытаешься ли ты меня спровадить подальше от девчонки Драгмэл?
Его подозрения не беспочвенные, но ему об этом знать не обязательно.
– С чего бы? – и вскинул бровь в насмешке. – Мне стоит сомневаться в твоей дружбе и честности?
– Не стоит – Кирин усмехнулся. – Пока, не стоит.
"Пока не стоит".
Очень интересно. Кирин что всерьез?
Что ж, потягаемся.
Зловещая усмешка украсила лицо. Если друг хочет позабавиться, ему придется постараться. И если девчонка не дура, Кирину ничего не перепадет.
С утра занялся проверкой стены и рва, на предмет обветшания и прорех.
Морт едва переступив порог был отправлен с Кирином в придачу, обратно за покупками. Тим поехал с ними. В замке только мы с Джес и милая кухарка Маиза.
Попросил взять одно из платьев в хранилище и отнести Джес, и поторопить ее ко мне.
Уже стряхивал с волос снег, как услышал шаги, все еще на втором ярусе но приближаются к лестнице.
Перейдя к рубашке, с которой тоже требовалось скинуть снежок, смотрел на ступени. Сначала показались оранжевый подол, а после и талия на которой был стянул кожаный ремешок. Джес скрутила волосы в тугой пучок на затылке и однозначно выглядела лучше, чем вчера. Платье с длинными руковами на пуговицах до плеч, круглое декольте, скрывающее все что только можно скрыть, плотная ткань хоть немного грела.
– Доброе утро. – сдержана. – Не застала эпоху, таких нарядов. Спасибо, что дали мне такую возможность.
– Тебе очень идет. Только прическа не та… – подошел, помог сойти в последней ступеньки, и выхватил заколку из пучка, чтобы он рассыпался. – Идем.
Тянул ее за руку к очагу. Усадил на лавку и принялся приплетать косички от висков к затылку, оставляя большую часть волос струиться по плечам.
– Ты и прическу можешь сделать? Твоим талантам нет конца! – язка, впрочем как и всегда.
– У меня было достаточно времени чтобы научиться. – хотелось улыбаться, абсолютно не контролируемо. – Тем более, что на импровизированной свадьбе ты должна быть красивой.
Она ни как не отреагировала, перебирая пальцами юбку. Наверное обдумывает как себя вести в сложившейся ситуации.
– Это не свадьба.
Голос был бесцветный и сразу же захотелось ее переубедить. Даже пришлось сжать челюсти, что бы не наговорить лишнего. Переключил все свое внимание на волосы в руках. Мягкие, легко сплетаются в узоры, слушаясь моих пальцев.
– Готово, идем. – подал ей руку.
Она провела рукой по распущенным волосам, и улыбнулась. Ей безумно шло, быть улыбающейся.
Мы поднимались в башню, в молчании. Крепко держал ее за руку и вел за собой.
Все было ровно. Слишком ровно. Шла спокойно, дыхание тихое, даже сердцебиение и то размеренное. А у самого нервы навзводе. Последний шаг, и свернуть уже будет нельзя.
Время начнет свой отсчет, и остановить ни как не получиться. Значит придется действовать стремительнее. И сделать так, чтобы она не захотела уходить.
За утренними раздумьями, решил. Она должна остаться со мной. Только со мной. Независимо от договора и соглашения. Независимо от мнения моего брата и ее семьи. Быть только моей, и не желать меня покинуть.
И я готов приложить все усилия для этого.
В башне ждало подготовленное место и все необходимое. Соглашение пока без единой подписи, и ритуальный нож. Хотелось бы видеть на столе другой договор, но она пока не готова.
– Джес Драгмэл. – подвел ее к столу но руки не отпустил. – Согласна ли ты? – и протянул ей нож на блюдце.
Она без раздумий и колебаний взяла крохотный кинжал и полоснула по ладони, кровь закапала на металлическую тарелочку. Живительная жидкость все еще струилась когда она подхватила перо и обмакнув его в кровь, размашисто, почти по-мужски подписала соглашение. Подняла глаза и протянула перо мне.
– Фабиан Сейв, согласен ли ты? – чуть насмешливо улыбнулась.
Джес думает, что для меня этот договор вынужденный, и она права. Но она еще не знает, что он перестал быть для меня формальным. И теперь ей от меня не скрыться. Никогда. Что бы она ни сделала и где бы не попыталась скрыться я ее найду, и верну домой. К себе, домой.
Запах ее крови кружил голову, так хотелось раскрыть порезанную ладонь и испить ее. Связать ее чувства со своими и знать их как свои! Ррррр…
Прикрыл на мгновение глаза, и открыв их, удивил девушку своим видом. Принял оборот, чтобы знала кому передала себя, думая что это только игра.
Знаю, как выгляжу в истинном обличии. Я страшен, и стараюсь не открываться просто так. И глаза у меня не просто серые, они почти черные. Многих стычек я избежал, просто показав себя целиком, и противники сбегали, а кто поумнее отступали с достоинством.
Схватил ее за запястье, протягивающее мне перо, и потянул через стол к себе. Пока она не уперлась бедрами и не наклонилась над столом. И сам подался вперед, оскаливаясь, демонстрируя клыки. Они крупнее чем у нее и уже успели произвести впечатление.
– Согласен. – рычащее согласие заставляет ее вздрогнуть, но глаз она не отвела.
Аккуратно вынул перо из ее рук и просто-напросто вдавил его в свою ладонь. Кровь тут же выступила, давая необходимые чернила. Отпустил ее взгляд только тогда, когда нужно было оставить подпись. Нарочно задел очередным витком ее букву, кровь смешается хотя бы на бумаге. Связь начнет крепнуть.
Когда перевел взгляд обратно на нее, кусала губу и не смотрела в мою сторону.
Попалась, птичка! Быть тебе моей, навеки. И скоро ты об этом узнаешь!
Пока она все сверлила глазами пол, отложил перо и поднеся в лицу раскрытую ладонь слизал остатки своей крови. Усмехнулся своим мыслям.
И в один прыжок, через стол, оказался рядом с ней.
– Ой! – хотела отшатнуться, но возможности я не дал.
– Клянусь чтить договор!
– Клянусь чтить договор… – повторила, широко распахнув глаза и все так же закусывая нижнюю губу.
Не стал отказывать себе. Крепко схватил за плечи и сам прикусил эти малиновые губы. Джес было дернулась, но услышав утробный рык замерла, часто дыша.
Отпустил ее губы только чтобы спросить.
– Боишься меня, птичка? – вышло еще грубее, чем хотел.
– Нет! – дернулась опять к свободе, но где ей со мной тягаться.
– Лжешь! – даже засмеялся, настолько очевидно это было.
Она привыкла видеть меня вполне галантным джентльменом, с манерами конца девятнадцатого века. Но я был не таким, и ей пора это узнать.
Похоже она осознала, что попала в просак, согласившись на условия договора, и теперь точно попытается сбежать. А я буду этого очень ждать! Охота за собственной женой, будет весьма интересной.
– С этого момента ты Джес Сейв. Моя супруга. – хотелось показать всю серьезность последнего поступка, но она и тут умудрилась меня обозлить.
– С этого момента, и до выполнения условий соглашения. – как же взбесил ее дерзкий тон!
В миг прижал ее к холодной каменной кладке стены, немного приподнимая над полом, так что она касалась его только носочками.
Девчонка упорно не принимала оборот, что бы хоть как то дать отпор. А ведь могла!
– Верно! И я не хочу больше ждать… – прижался к ней всем телом, чувствуя ее страх и неуверенность.
Взгляд упал на искусанную губу… Хочу еще. Хочу больше!
Плевать если она не ответит, сейчас. Есть много способов заставить девушку таять, и все их я знаю отлично. Осталось только показать это Джес.
Такие сладкие и мягкие. Эти губы хотелось целовать. Как можно дольше, настолько что она не смогла бы стоять на ногах и сама бы льнула ко мне.
Так и будет.
Терзал ее губы и мысли путались, заменяясь желанием. Она все так же не отвечала, но дыхание ее участилось и она стала вжимать свои ладони в камни за спиной.
Провел языком, надавливая, между ее губ, и тут же скользнул вглубь. Рычание вырывалось из груди само по себе, и девчонка затряслась, и опять попыталась отстраниться.
– Не дразни меня! – оторвался только чтобы предупредить, и снова упивался ее губами, пил ее частое дыхание.
Долго, очень долго. И когда она неожиданно, слегка шевельнулась в ответ, застонал как мальчишка! Ответила! Не такая уж и ледяная глыба.
Руки обхватили за тоненькую талию, приподнимая выше, она положила свои ладони мне на предплечья и коснулась своим языком моего клыка.
Все. Точка невозврата. Сегодня ты станешь только моей, птичка!
– Стой! – ее возглас резанул по нервам.
Подкинул ее вверх, перехватывая на руки. Развернулся к столу и все полетело на пол. Звеня разлетелось по камням блюдце и нож, бумаги с шелестом опадали рядом. Девушка оказалась полулежащей на столе. Дернул шнуровку на платье, по бокам, раздался треск.
– Подожди! – девчонка завертелась на столе, пытаясь отползти. – Я… Я…
– Что?! – рычал и смотрел в ее глаза, пьянящие, игристые, но я хочу увидеть те что она скрывает.
– Здесь?.. – голосок дрогнул и в груди неприятно зашевелилось.
Боится. Не была с мужчиной и такой напор ее пугает.
Потянул ее вверх, заставляя сесть и почти сравняться с моим лицом. Обхватил одной рукой за затылок, выталкивая заколку и расплетая прическу.
– Здесь. Со мной. Сейчас! – не могу уже отступить, но могу держать себя в руках, и ей понравиться. Все для этого сделаю.
Она уперлась в грудь обоими руками, но возражать более я ей не дал. Закрывая рот поцелуем, зарываясь в ее волосы уже и другой рукой, не давая ей увернуться.
Джес боится, но отвечает мне. Хоть и совсем немного и испуганно. Постепенно поцелуй становиться жарче, углубляясь так сильно, что тело уже горит как в лихорадке. Руки с моей груди переходят на плечи и замирают там. И я решаюсь отпустить ее лицо, отправляя руки к ее телу. Дрожит но не отстраняется и от губ больше не ускользает, подставляясь под ласки. Под руки, что спускают с плеч яркое платье, заставляя кожу покрываться мурашками от холодного ветерка.
– Посмотри на меня. – открывает дрожащие ресницы. – Посмотри на меня истинными глазами.
Как бы сильно я не хотел ее заставить, но я прошу и она вздохнув поглубже выпускает клыки и глаза начинают менять свой цвет, заставляя меня сбиться с дыхания от восторга.
…
Даже при обороте мои глаза странные. Они мне не нравятся. Но он так гипнотизировал меня, держа в напряжении и неведении.
Он пугал. Таких глаз я не видела ни у одного вампира. Радужка почти сливалась со зрачком, создавая жуткое впечатление. Клыки были длиннее, чем у моего отца. Это ужасало еще сильнее.
По его лицу было абсолютно непонятно, как он реагирует на мое обращение. Смотрел и тишина засасывала как зыбучие пески, поглощая все сильнее, без возможности вернуться. И как только я решила, что довольно и захотела сбросить оборот, он зашевелился.
– Нет, оставь! – его руки опять пришли в движение. – Они такие же необычные, как и ты. Такие же необычные, как и мои. – он усмехнулся.
Он стягивал платье все ниже с плеч, а мои руки безвольно цеплялись за ткань и не могли препятствовать его действиям. Его пальцы обжигали, и ткань медленно соскальзывала все ниже. Платье уже оголяло грудь в тонкой нижней сорочке, абсолютно ничего не скрывающей. Стыд был мне не присущ от слова совсем, но в груди нарастало волнение.
– Ты всегда настоящая, с любыми глазами… – шепот обжигал даже на расстоянии. – Смотри на меня, птичка, смотри.
Во рту пересохло, пришлось скользнуть по губам языком. И сразу же послышался рык, и оскал украсил лицо Фабиана.
Его губы опять накрыли мои, язык тут же ворвался в рот, сплетаясь с моим, заставляя двигаться в нужном мужчине темпе. Он распалял меня все сильнее, и волнение стало спускаться все ниже от груди, и скоро поселилось внизу живота.
Коснуться его все сил не хватало, он притянул меня так близко, что ставшая чувствительной грудь уперлась в его грудь, и теперь от каждого движения ее натирало, принося иголочки под кожу. Фабиан уже сдернул платье до талии и теперь тянул из рукавов мои руки, давая мне большую свободу.
Руки легли поверх сорочки на талию, и он потянул меня на край стола, втиснулся между моих коленей, и рука поползла по бедрам, собирая платье кверху. Ноги облизал холод, только сапожки еще скрывали ноги чуть выше щиколотки.
Дыхания не хватало и пришлось отклониться от мужчины, что бы глотнуть воздуха и оценить масштаб трагедии, в которой оказалась. Тут же рука схватила за подбородок и заставила смотреть прямо в пугающие глаза.
– Тебе будет проще принять меня другим? – он спрашивал с каким-то подтекстом, неуловимым для меня сейчас, в подобном положении. – Может так? – его глаза стали привычными золотистыми и клыки исчезли.
Отчего-то стало несколько тоскливо, как будто он надел маску, спрятав то самое настоящее лицо навсегда. Он усмехался своей циничной улыбкой, а глаза вопрошающе смотрели и ждали ответа. И поборов онемение, которое не отпускало все это время, подняла руку на уровень его лица, но все же не дотронулась до него.
– Нет. – голос дрожал и ломался от переизбытка эмоций. – Хочу видеть тебя тем, кто ты есть. Можно?
Он сомневался всего секунду, а после вернулся к своему истинному виду. Его взгляд хоть и выглядел так же безумно как раньше, но больше не обжигал неприязнью. Мужчина качнулся, вперед подставив свою щеку с отрощей щетиной, уже образовывающей подобие небольшой бороды, а не простой небритости. Руку не отдернула и неловко повела ею, вбок обхватывая его лицо и задевая упавшие из прически пряди.
– Ты сам внес в договор пункт о защите. Ты ведь меня не обидишь? – сама не поняла, как начала смотреть на собственную руку, утопавшую в его волосах.
– Нет, не обижу. – он прижал мою руку сверху своей, и почти касаясь меня губами проговорил. – Ты же примешь меня? Примешь таким?
Кивнула и опять облизала губы. Следила только за его губами, не в силах оторваться от созерцания его клыков. Они выпирали, и в отличие от моих малюсеньких ни давали мне покоя.
Но они нисколько не мешали ему меня целовать и когда во время поцелуя они касались моих губ или языка по телу пробегала дрожь. Впервые в жизни посещала шальная мысль, о том, как меня пронзают клыки. Его клыки.
Но я не его связанная и этого никогда не узнаю. Такое не позволительно, но и мои клыки зачесались от желания попробовать его на вкус.
Ощущение времени совсем потерялось и горячие губы не давали и секунды, чтобы прийти в себя. Его руки уже забрались под юбку, легли на бедра и описывали там круги, путая и меня в своих желаниях окончательно.
Внизу живота, нестерпимо пекло и мышцы подрагивали. Прикусив напоследок нижнюю губу, он начал покрывать жгучими поцелуями шею прямо под подбородком и дойдя до ключиц, задержался там. Моя голова безвольно откинулась назад, пришлось выставить руку, чтобы опереться о холодный стол и не опрокинуться окончательно. Вторая рука беспрестанно перебирала его волосы на затылке, цепляясь за реальность, как за последнюю ниточку.
– Не бойся…
Не зря он это сказал, ведь в следующий момент он подцепил зубами сорочку и потянул вниз, открывая ноющую грудь.
Стало некомфортно, от того как он рассматривал меня. Как животно облизывался, и крутил головой.
Попыталась закрыться обеими руками, но он тут же их перехватил.
– Нет! – он рычал, посылая по телу волнами волнение. – Ни смей! Это мое!
Фабиан пугал. Своей резкой переменой настроения. Держа за руки, вновь притянул к себе и обнял обеими руками. Он хмурился и раздувал ноздри, сверкая на меня гневными глазами.
– Твое, только не злись. – попыталась его успокоить. – Я так больше не буду.
Такое ощущение, что я взяла его вещь и теперь мне приходиться оправдываться. Как маленькая девочка, я робела перед ним таким. Таким большим и опасным. Мне всегда казалось, что я могу дать отпор любому мужчине. И они его получали. Но они были другими. Они не кидались и не сгребали меня в охапку, не рычали на меня при любом удобном случае, и не пытались даже поцеловать, а не то, что он вытворял…
– Не злись. – повторила как можно более спокойно.
– Прости. – он на миг зажмурился. – Просто я не всегда полностью себя контролирую. Поэтому и просил меня не дразнить.
– Но я не дразнила! – не смогла смолчать и возразила. – Мне… неловко. И ты меня пугаешь, когда не даешь даже защититься.
Фабиан задумчиво склонил голову, чуть вперед, всматриваясь в мое лицо.
– Защитится? От меня? Зачем? Я ни сделал ничего, из того что могло причинить тебе вред.
Его руки блуждали по спине, проводя по лопаткам и чуть выступающим позвонкам. Сорочка уже не скрывала до самого пояса. Горячие руки и холодный воздух обжигали поочереди, но ни как не могли отвлечь, от того что происходило перед самым носом.
Мужчина как будто растерялся. Осматривал мое лицо и вздохнул, опять притянул для поцелуя, теперь уже короткого, но ни менее сладкого.
– Тогда помоги мне. – похоже, отступать он не намерен. – Я даже согласен, если ты меня поведешь за собой. Идет?
– Не поняла… – совсем меня запутал. – Что ты от меня хочешь?
– Что бы ты… – небольшое касание к губам. – … говорила со мной, пока я… – еще раз, чуть подольше. – … с тобой рядом. И объяснила мне, что помимо моего вида тебя настораживает. Ну, так что, идет?
Думать мне он не давал, то прикасаясь губами к шее, то массируя плечи и оглаживая шею.
– Я, наверное, могла бы… – очередное прикосновение языка к местечку, где шея переходит в плечо и мысль почти ускользнула. – Надо сейчас?
– Конечно, птичка, сейчас. – дыхание обожгло плечико. – Мы ни спустимся отсюда, пока я не узнаю что мне нужно.
– Я все равно не понимаю, чего конкретно от меня хочешь? – он все не останавливался, и одна его рука вернулась к бедру.
– Если тебе что-то из того что я сейчас буду делать, не понравиться, ты мне скажешь, только и всего. Ну же, птичка, соглашайся. Только отвечай честно, я ведь пойму, если ты мне солжешь.
От последней фразы, как от угрозы побежали мурашки. И не дожидаясь моего согласия, пошел в новую атаку. Запустив руку в волосы, оттянул за них голову назад и приступил к тому самому изучению, на котором остановился. Его губы скользнули по одной груди, перешли на другую, и когда из горла начал рваться стон, он сорвал его, втянув в себя затвердевший сосок. А услышав то что из меня полилось, Фабиан обласкал и второй, не оставив шанса на здравый рассудок.
– Мне нравиться. – порыкивая, он все усыпал и усыпал поцелуями грудь, иногда задевая острыми концами клыков. – И тебе, судя по стонам тоже. Так?
– Дааа… – даже не думала отрицать очевидного.
– Мммррр… – он даже подмурлыкивал от происходящего.
Рука, блуждающая под платьем переместилась выше и, не обнаружив ожидаемой преграды, тут же принялась там хозяйничать. А от попытки свести ноги остановил короткий вопрос.
– Не нравиться? – он замер и не шевелил ни единым мускулом в своем теле.
– Я еще не знаю, просто… – попыталась еще сильнее свести колени, но уперлась в бедра мужчины.
– Расслабься.
Вздохнув ослабила мышцы на ногах, перевела дыхание и опять закрыла глаза, подставляясь под пальцы опытного мужчины.
И пока все мое внимание сосредоточилось на том, что он вытворял с моей грудью, даже не заметила как он, аккуратно поддерживая за затылок, положил меня на стол и, освободив тем самым свою вторую руку, начал развязывать кожаный поясок, последнее, что еще удерживало на мне одежду. Но ненадолго. Он все-таки отправился на пол, не продержавшись и пары минут. Дышать без него стало намного легче, а кислород сейчас был просто необходим.
– Что..? – голос дрогнул, от осознания того где оказались его горячие пальцы.
Пока цеплялась за плавящие ощущения, от того что он вытворял с моим телом, Фабиан не терял время и уже ощупывал самое интимное место.
– У тебя очень отзывчивое тело. – мужчина рычал и не понять с одобрением или осуждением. – Не прячь его от меня, хочу видеть все.
И пока его губы на груди заменили руки, я лихорадочно пылала, лежа с разведенными ногами, навзничь, на столе. И совсем не понимала как себя вести.
Кости выламывает от напряжения, а в голове ни как не проясниться. Держать себя в руках сложнее, чем предполагал вначале. А все цивилизованные замашки слетели как от сильно порыва ветра.
Полуголая девчонка с остатками одежды на талии, выгибается под моими руками дугой, слепо шаря руками по гладкой поверхности стола.
Ведь пугаю ее, пугаю до дрожи и сбитого дыхания. Но она и тут удивляет, прося вернуть обличье, так сильно ее пугающее. Холодной ладошкой перебирает волосы у моего виска и отдает себя в мои руки.
До дрожи в руках доводит то, как у нее закатываются глазки и приоткрывается ротик, показывая свои маленькие аккуратненькие клыки.
А я еще думал, что она ледышка! Вот так провал! Совсем потерял нюх, и ослеп.
Небольшая грудь, хорошо ложиться в мои руки, и новый тихий стон пробирается по венам.
– Ааах… – она приподнимает колени, опираясь на бедра и лопатки, пытается перехватить мои руки и толи прижать к себе, толи оттолкнуть.
Но выпустить ее из рук выше моих сил. Опускаюсь на колени, раздвигая шире ее ноги, плечами. Прихватил ее бережно одной рукой и втянул в себя кожу с внутренней стороны бедра, сильно, оставляя отметину. Свое клеймо, и как только оно сойдет, я поставлю еще. И еще. Столько сколько нужно будет, чтобы она навсегда запомнила. Запомнила, что теперь моя, и только моя.
– Остановись! – отчаянный вскрик. – Зачем, так…
Губы уже подобрались к той точке, что доставит ей большее удовольствие, чем все до сих пор. Но она паникует, и заставляет меня метаться от ее страха, на грани между желанием дать ей и себе то, что и так неотвратимо, и тем, чтобы она приняла меня не под давлением.
Не сейчас.
Отступить не могу.
Прижал ее к столу, удерживая одной рукой основание шеи, а второй подтягивая к себе за бедро.
– Фабиан… – теперь это шепот.
Как лезвие, медленно и остро, по слуху и пониманию.
Но когда язык коснулся пульсирующей плоти, шепот стал горячечным.
– Фабиан… подожди, я… Ааа..! – проси меня, птичка, зови по имени. За это я готов сделать все. Все!
Мечется по столу, не в состоянии остановиться. Стоны становятся жарче, и теперь ее руки в моих волосах. Перебирают пряди, но не давят и не цепляются, просто легкие касания, как будто ветер разгулялся.
Если бы только мог, съел бы ее сейчас целиком!
Не выдержав, вскочил и поднял ее рывком к себе. Схватил за шею, запечатав ей рот поцелуем, пусть чувствует свой вкус, такой же порочный, как и она в порыве страсти.
Как ей насытиться? Затягивает как темная пропасть. От одного ее взгляда идет кругом голова, а руки тянуться к ней с желанием дотрагиваться постоянно.
Маленькие ручки, успели пробраться под рубашку и теперь несмело гладят по бокам и животу. Холодные, они нисколько не остужают пыл, а только подливаю масла в огонь. Скорее даже не масла, а взрывчатки!
– Джес… – отпустил губы, попросить. – Помоги мне…
Если бы она знала, что это не просто просьба, избавиться от одежды…
Выдергивая остатки рубашки из-за пояса, она смотрит только вниз, а я пытаюсь совладать с собой. Смотрю на ее раскрасневшееся лицо, и вдыхаю ее аромат. Но получаю только обратный эффект. Хочется только сильнее ею обладать.
Рубашку все же скинул сам, торопясь прижать ее к голой груди. Она доверчиво жмётся и сама подставляется под поцелуи и ласки, гладит в ответ по груди и спине, вздрагивает, оттого что я притягиваю ее ближе, и не пытается отстраниться.
Захватив ее в очередной глубокий поцелуй, просто рву, этот чертов ремень, и сам чуть не оседаю на пол. Ее шустрые пальчики уже опускаются в мои штаны. И они бы дошли до грани, если бы я их не перехватил.
– Что ты творишь?! – шепотом и на грани безумия, отчитывать не получается. – Я же не железный, птичка! Пожалей меня. Я все тебе позволю, только не сейчас… Ни в этот раз.
– Ни в этот? – ресницы хлопают, и во взгляде отрывочное понимание происходящего. – А так можно?
И эта искусительница закидывает свои ножки мне на талию, притягивая сильнее. Чуть выпрямляется, и, выкрутив из моих в миг ослабевших рук, свои и заводит их мне за спину. Я чувствую ее всю, до подрагивающих кончиков пальцев. Застыв на несколько секунд, закрываю глаза а, открыв, вижу, что картинка перед ними не поменялась.
– Джес! – срываюсь на рык, но она даже не дергается.
– Ни так? – голос ее не меняется, но руки она убирает.
– Так, даже слишком. – теперь моя очередь ее обнимать. – Обними меня, дай мне себя. Всю.
Ее руки возвращаются на мою спину, чертя дорожки ногтями, толкая за грань. Мои руки возвращаются к ее бедрам, притягивая вплотную. Жар от ее лона опаляет, вырвавшуюся из плена брюк восставшую плоть. Прижавшись, ловлю ее стон губами, выпивая без остатка, и растворяясь самому. Несколько скользящих движений по влажным лепесткам, и сил держаться, больше нет.
Подхватил под ягодицы и начал насаживать ее на себя, медленно скользя внутрь. Узко и горячо, так что даже больно. Сдавленные стоны, рвущиеся из ее груди, заставляют сделать резкий выпад, и, преодолев небольшую преграду, полностью погрузился в адов жар.
Странно. Снаружи такая холодная, а внутри жарче пожара.
И почти против собственной воли, повел бедрами чуть назад и опять вперед. Так и не смог отпустить ее губы, теперь мы касались раскрытыми устами, втягивая дыхание друг, друга. Она замерла, крепко зажмурившись.
– Джес? – молчит. – Птичка? Ответь…
– Ммм… – сглатывает и по-прежнему не открывает глаза.
Готов все прекратить. Если ей так больно, то хватит. Смогу все остановить.
Только подался назад, сцепив зубы, мучительно покидал ее тело.
– Нет… – следом за тихим возражением, в мой рот проник ее горячий язычок.
Боги! Как можно держать себя в руках?! Ну как?!
Тянул ее на себя, пока не погрузился полностью.
Всегда стеснялся собственных стонов, но тут не мог удержаться. Утопая в ней раз за разом, перестал понимать, чьи стоны и сбивчивое дыхание теперь окружало нас. В какой-то момент она запрокинула голову, и мои губы перешли на шею не в силах оторваться хотя бы на миг. Так сильно сжимал ее мягкие бедра и ягодицы, что даже для вампира, синяков не избежать.
Чувствовал, как напряжение в ней росло, видел, как она закусывала губу. Все ожесточеннее срывал ее крики, на которые она перешла, разрывая в клочья мое самообладание.
– Пожалуйста, пожалуйста! – она захныкала, задыхаясь, хватая ртом воздух. – Пожалуйста, Фабиан!
Нарочно замер, ведь от ее просьб, парил над пропастью.
– Что, птичка? Что хочешь? Я дам! – смотрел и сгорал дотла.
– Не знаю… – она заерзала, пытаясь сильнее меня обхватить.
Зарычал и сорвался, клеймя ее собственными поцелуями, заставляя расцветать на шее багровые разводы. Опрокинул ее на стол и почувствовал, как она задрожала и, вскрикнув начала ритмично сжимать меня внутри, утягивая за собой.
Как мальчишка, тяжело дышал и чувствовал себя опустошённым. Как давно не испытывал ничего подобного? Вечность!
Приходить в себя еще тяжелее, чем дышать. А горячее тело девушки, по которому пробегает волнами дрожь, не хочется покидать. Но оставаться здесь больше нельзя.
Обостренный слух ловит звуки приближающейся машины, пусть до убежища еще несколько километров, по снегу и заносам. И как только мои друзья окажутся здесь, тут же уловят перемены. Надо отнести ее в комнату. Скрыть от любопытных глаз.
– Джес? Открой глаза. – убирал с ее лица волосы и целовал скулы. – Тебе нехорошо?
