Текст книги "Невеста по договору (СИ)"

Автор книги: Виттария Войс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 17 страниц)

– Я не знаю… – тихий шелест из едва разомкнутых губ. – Все кружиться…

– Открой глаза, посмотри на меня.

Только качает головой и зажмуривается сильнее.

Похоже, сожалеет. И от этого все внутри сжимается как от боли.

Если то, что случилось только что достойно лишь сожаления, то дальше будет сложнее. Сложнее с каждым поступком ее переубедить. А яркая близость, будет приносить горькое послевкусие.

Чтож, значит, будем поить ее сладостью, чтобы перебить горечь, оттого что ей достался я а не тот, кого бы она выбрала сама.

Заставив себя оторваться от девчонки, опустил подол от ее платья и, понимая абсурдность попыток ее одеть, наспех замотал в свою рубашку, поднятую с пола. Кое-как завязал штаны, и поднял, как можно бережнее ее на руки.

Вопреки ожиданиям, она не сторонилась, а полностью облокотилась на меня, так и не открыв глаз.

Неся ее в комнату, считал каждый шаг, и ступеньку, как будто отсчитывал камни на собственный склеп.

Как быть?

Чувство потерянности давило тяжким грузом на плечи.

А опуская ее на кровать, уже решил, что надо уходить, чтобы она пришла в себя.

Только повернулся к выходу, за пальцы схватила маленькая ладошка.

– Уходишь? – тихий голос. – Не нужна, до следующего… раза?

Настолько закопался в себе, что не подумал каково ей.

– Нет, я не ухожу. – перехватил ее руку и спрятал под покрывалом, которым накрыл девушку. – Я сейчас вернусь.

И не оборачиваясь, отправился обратно в башню. Забрать подписанное соглашение, и убрать, в конце концов, следы разгрома, оставшиеся там. Хорошо еще, что стол все это выдержал.

Как раз убрал все последствия, как перед воротами затормозил автомобиль Морта. И в маленьком дворе началась суета. Тим носился с коробками, а Кирин облокотился на крепостную стену и сверлил замок непроницаемым взглядом. Когда Морт, наконец, внес последний ящик, и отпустил машину, Кирин отклеился от холодного камня и направился в зал.

Надо было бы их встретить, но есть дела поважнее. Джес осталась в комнате и ждала меня. Почти слетел с лестницы и встал, как будто налетел на стену. У двери в спальню стоял Кирин, облокотившись рукой о кладку над дверью.

– Ты торопился. – он даже не повернул ко мне голову продолжая сверлить глазами дверь. – И чую, успел.

После развернулся и ушел. А я так и стоял, сжимая и разжимая кулаки в бессильной злости. Черт бы побрал, старого интригана!

А войдя в комнату, понял что опоздал, что-либо объяснить. Джес спала, свернувшись клубочком, в ворохе рваной одежды и мехового покрывала. Посапывала, а на щеках еще красовались мокрые дорожки от слез.

Сел рядом с ней на самый край, но долго на нее смотреть не смог, отвернулся, а после и вовсе встал, заново растопил очаг и, убедившись, что девушка крепко спит, пошел улаживать дела.

А они начинали копиться с ужасающей скоростью. Чертов Кирин..!

…

Чувствую себя как в невесомости. Пока плыву над полом, пока опускаюсь в кровать. И только когда понимаю, что теплые руки меня отпустили, накатывает реальность.

Ему нужно было это, что бы закрепить договор. И пусть он делал, так что мне было приятно… Да я просто таяла от удовольствия! Теперь чувствую себя опустошенной, как будто все силы закончились и никогда не восстановятся, даже не питаясь, месяц я такого не испытывала.

И кто меня дернул открыть свой рот?!

– Уходишь? – слова сами вырвались наружу. – Не нужна, до следующего… раза?

А он просто отстранил мою руку и замотал в меховое одеяло.

– Нет, я не ухожу. – он был спокоен. – Я сейчас вернусь.

И просто ушел. Закрыл за собою дверь и ушел.

Тело ныло, между ног и внутри саднило. Пока сворачивалась клубочком, подтягивая колени к груди, чувствовала каждую отметину, что он на мне оставил. Стало себя, жаль. Слезы бежали неконтролируемо, хотя на рыдания не было сил. Просто катились и катились. Сама не поняла, как за оплакиванием собственной ситуации просто отключилась.

Вокруг один туман. Серый и вязкий. Везде, под ногами и над головой, и куда бы ни обернулась. Всюду. Хотела закричать, но голоса нет. Нет ни рук, ни тела вообще. Ничего. Только туман.

– Джес! – из тумана зовут, но как попасть к тому, кто кричит, не знаю. – Джес!

Страшно. Настолько что начинаю глохнуть, онемеваю, что, даже захотев, кричать я не смогу. Туман начинает кружиться, вихрями проносясь мимо меня. Они начинают обтекать, смутный силуэт, который никак не может обрести четких границ. Он изменчив и навевает леденящий безотчетный ужас.

– Джес! – за плечо бесцеремонно трясут.

Подскакиваю и сажусь на кровати, оказываясь тут же в объятиях. Глаза открыты но перед ними только черные круги, легкие жжет от недостатка кислорода, и никак не получается вдохнуть.

Все просто закончилось в один миг.

Смогла дышать и перед глазами стали выплывать очертания комнаты.

– Джес? – над головой встревоженный голос. – Эй, посмотри сюда.

Он отстранился и, обхватив лицо, повернул к себе. Растрепанный вид, широко распахнутые глаза, убирает от лица мои намокшие от слез волосы.

– Тебе приснился кошмар? – хмурится и не отрывает от меня взгляда. – Джес, ответь.

– Д-даа. Все уже в-впорядке. – отстраняюсь. – Можешь идти.

Трясет немного, но в голове уже прояснилось.

Он не должен быть здесь. Он получил что хотел, и теперь ему тут быть не обязательно. Если он хочет продолжить, то это не лучшая идея. Уж точно не сейчас. Даже с повышенной регенерацией тело все еще ломит.

– Я сейчас не в состоянии, давай завтра. Мне еще не полегчало. А завтра повторим, все как захочешь.

Фабиан вдруг разжал руки и отшатнулся.

– Я пришел ни за этим. – он неопределенно махнул рукой. – Я вернулся, а ты уже спала. Ни стал тебя будить, просто решил подождать. – все это без интонации, а как констатация факта. – Ты сказала, тебе еще нехорошо?

Как ни старайся не могу его понять. Вроде как ему все равно, но он зачем то интересуется моим самочувствием. Хотя, наверное, я должна быть в хорошей форме, чтобы дать ему ребенка, значит надо быть в курсе о моем здоровье. Но все равно это все мерзко.

С момента подписания договора в голове не мелькала мысль о том, что меня просто используют. Хотелось думать, что использую их я. Мне нужна ритуальная вещь. Она у них, значит надо попасть к ним, забрать ее и скрыться. Если для этого надо переспать с Фабианом Сейвом, значит, надо. Если придется родить ему наследника, рожу. А когда окажусь в безопасности и подальше от этих сумасшедших семеек, то смогу забрать своего ребенка. Главное все это выдержать.

Не зря о нем говорят, что он хорош собой и просто бабник, со списком побед. И идя на эту авантюру, думала лучше я сама выберу того с кем смогу спать, чем это в конечном счете сделают мои родители. Как они сделали с Анной. У нее выбора не было никогда.

Наверное, слухи не врали, и он действительно хорош. Если то, что он сделал со мной, делал и с другими… Боги, ну неужели я такая наивная?!

С опозданием понимаю серьезность ситуации.

Он не отпустит, пока я не выполню свою часть договора. А выполнив ее, дорога домой мне заказана.

Остается только искать искомую вещь, и чем быстрее, тем лучше.

– Джес? – новое прикосновение к щеке вывело обратно в реальность из своих мыслей. – Я приказал, приготовит ванну, пойдем, тебе надо помыться.

Он потянул меня с кровати. Когда ноги коснулись, пола неожиданно осознала что абсолютно голая. Все, что было на мне, упало вниз. Руки сами поднялись к груди и закрыли, то, что могли.

Вопреки ожиданиям, о каких-либо неуместных замечаниях Фабиан молча чем-то меня обмотал, и опять понес на руках, но уже на выход.

Мы спускались уже знакомой дорогой, идя на кухню. Была глухая ночь. Но мы шли не на кухню, и не в кладовку. Между кладовой и стеной с очагом оказалась дверь. В маленькой комнатке стояла деревянная бадья с парящей водой.

Поставил на деревянную скамеечку рядом с импровизированной ванной.

– Я сама, спасибо. – но он не дал даже пошевелиться.

– Джес, нам стоит поговорить. – он начал раскутывать меня.

Это оказался какой-то плащ.

– Вода не горячая для тебя?

– Да плевать какая вода! – все это безумно бесило.

И его спокойный вкрадчивый тон, и полное отсутствие эмоций на лице! Так бездушная машина выполняет программу.

– Хорошо.

После этих слов он молча прижал меня к себе и забрался со мной в бадью. Прямо в одежде. Только сапоги громыхнули об пол в последний момент.

Настолько оцепенела от происходящего что просто, как послушная кукла опускалась в воду, уткнувшись в его грудь лбом.

4

Бадья оказалась достаточно просторной, а вода горячей, почти обжигающей. Он облокотил меня на бортик, и пока я пыталась рассмотреть собственные руки под водой, быстро снимал с себя одежду. Вода колыхалась, и он задевал меня то руками то ногами.

Он крепко взял меня за руки у самых плеч и пересадил к себе спиной. Перехватил за плечи обеими руками и наклонился к самому уху.

– Нам надо поговорить, птичка. – он говорил твердо. – Очень серьезно.

– О чем? – а разговаривать-то совсем не хотелось.

– Для начала о том, как ты себя чувствуешь, и где именно болит. А после перейдем к другим вопросам. – он замер и, похоже, приготовился слушать.

Поджала губы и не собиралась издавать ни звука.

– Ххххооорошо. – он скрипнул зубами. – Я сам проверю.

Одной рукой он скользнул под воду и попытался просунуть ладонь между ног. Ну, уж нет! Так сильно сжала ноги, что стало немного больно. И тут он пошел на попятную. Вернул руку на мое плечо и опять попытался со мной заговорить.

– Послушай, мы можем договориться. Ты мне все рассказываешь как есть, а я не распускаю руки. Или сделаем точно наоборот. Ты молчишь, а я все сделаю сам, и тебе не понравится.

Ну, так себе выбор! И так и так, он сделает то, что хочет.

– Послушай, Фабиан, я не хочу с тобой договариваться. Хватит уже и тех договоров, которые у нас с тобой есть! Ну что тебя интересует?! – хотела обернуться, но он все держал, и крепко. – Я цела! Цела! Завтра все будет в норме. Чего ты ко мне прицепился?!

В запале даже хлопнула руками по воде, и окатила нас обоих волной горячей воды, с головой. Начала отфыркиваться, а он так и сидел, обтекая и капая мне на плечи. Даже не отодвинулся.

Всегда корила себя за свои истерики. Ругала и не могла от них отказаться. Вечно делала только хуже, а за дрянной язык, приходилось расплачиваться вдвойне.

– Ладно. Хорошо, что ты впорядке. – Просто встал и, подхватив сапоги и мокрую одежду вышел, плотно закрыв за собой дверь.

От досады терла себя жесткой паклей, пока кожа не приобрела красноватый оттенок. Рассмотрела синяки на бедрах и руках, уже сходящие. Завтра ни останется и следа.

Надо быть повежливее с Фабианом, только он может дать сведения об артефакте. Это его дом, и это его правила. Если он захочет, делать так со мной хоть по двадцать раз за день, то так и будет. Надо взять себя в руки и улыбаться. Он же ни сделал ничего плохого. Просто поинтересовался моим самочувствием, и хотел помочь.

Он не должен был оставаться со мной после, и не должен был приходить после. Поступил так из вежливости или любопытства, плевать. Ну не чувствами же он ко мне должен был ко мне воспылать?!

Так вот и я свои чувства должна держать в руках! Какие именно? Да все! Все что есть!

Замоталась обратно в плащ и, открыв дверь так и встала. Фабиан сидел, заново нацепив на себя мокрую одежду, только сапоги в руках.

– Обуй. – он, встав, поставил передо мной какие-то тапочки.

Чтож тоже неплохо. Хотя бы не на руках обратно.

…

Натягивал трещащую по швам мокрую одежду, и думал, как все исправить. Она сердится и в то же время как будто обижена. Ни как не получается разобрать ее чувств. Хотел проверить ее состояние, но она отталкивает. Стоило этого ожидать.

Как только проснулась, на лице как будто маска. Если бы не все что произошло днем, подумал бы что она просто в порядке. Это ее нормальное состояние, психовать и выглядеть немного высокомерно.

Думал принять с ней ванну, поговорить. Не раскрывать ей всех карт сразу, но может попробовать убедить ее, что я не так уж и плох. Женщины любят подарки и внимание, а она моего внимания как будто и вовсе не хочет. А что до подарков, надо уладить это завтра. В хранилище много интересного и думаю, она захочет что-либо из тех вещей.

Она вышла, замотавшись в плащ, пока я сидел на скамейке и обтекал. В замке холодно, но меня это совсем не трогало.

– Обуй. – приготовил небольшие закрытые тапочки для нее.

Ей наверняка надоело, что я ношу ее везде на руках. Но мне этого хочется. Приятно ощущать ее вес в руках.

Она впрыгнула в обувь, и я пошел впереди, чтобы она не видела выражения моего лица. Она подумала что я пришел за повторением, того что прошло у нас в башне, и я бы не прочь, только вот она ни как не восстановит силы. Питалась утром, Маиза ей отнесла небольшой пакет. Еще пара кормлений и все придет в норму.

Если не получается по обоюдному согласию, находится в одном пространстве, то стоит это сделать немного против воли. Усмехнулся своим мыслям. Как будто до этого все проходило абсолютно добровольно.

До спальни добрались быстро и, впустив ее вперед, зашел следом и закрыл дверь изнутри.

– Если ты опять хочешь поговорить… – не дал закончить.

– Не сейчас. Завтра поговорим, а сейчас просто ляжем спать. – встав у очага, потянул через голову мокрую рубаху, от жара огня тут же повалил пар.

Поставил рядом сапоги, и скинул штаны. Обернулся, а Джес уже в кровати и отвернулась от меня.

Хм, та еще стратегия игнорирования.

Посмотрим, долго ли она продержится. Спать с ней во всех смыслах пока нельзя, а вот ластится, ни кто не запретит.

Заскользнул, под одеяло и тут же придвинулся к ней. Теперь она оказалась теплее меня, прогулка по замку в мокрой одежде зимой, не способствует согреванию.

Прижался к ней всей грудью, и ее кожа тут же покрылась мурашками, но она промолчала. Хороший знак. Осмелев, приобнял за талию, и притиснул ее к себе всем телом. Тут же заворочалась и что-то пробормотала, но так тихо, что я даже не расслышал.

– Ты же сказал…

– Я с тобой и не разговариваю, и тем о чем ты подумала сейчас тоже заниматься, не намерен. – и добавил. – Но кто мне сможет запретить, ласкать собственную супругу?

Кожа опять покрылась мурашками. И она передернула плечиками, на которые я тут же опустил губы. Даже они у меня сейчас были холоднее, чем она.

– Это ты так решил погреться? – милые у нее выводы.

– Угу.

Ни захотел отрываться от того, что путешествовал по ее плечам, соскальзывая на спину. Пара минут таких робких прикосновений и у Джес сбилось дыхание. Все же ее тело отзывчивое и трепетное, раз просто прикосновение едва разомкнутых губ производят такой эффект.

Немного надавив на плечо, положил ее на живот и теперь полностью сосредоточился на ее спине. Небольшие плечики и еще больше сужается к талии. Провел рукой, и она чуть дернувшись, прогнулась в спине, подставляя поясницу под руку. А ниже были прекрасные округлые ягодицы, переходящие в стройные бедра, но им я уделю внимание позже.

Сейчас губы обследовали каждый сантиметр у выпирающих лопаток, пока рука чертила круги на прелестной попке, порой порываясь перейти на низ живота, и все что может быть более интересней.

Эта бесстыдница, так выгибалась под моими руками, что хотелось забыть, о том, что надо держать себя в руках. Дать им волю, а там уж, чем закончится, а вариантов-то не много.

– Фабиан, мне кажется это… это немного… – я, что стал совсем стар? Она еще и говорит.

Прикусил за кожу на талии, и она умолкла. Если спуститься еще ниже, то можно было бы ее подразнить… Но вместо этого, провел кончиком языка по позвоночнику вверх и прикусил уже за шею.

И тут она повернулась, и немного опрокинув меня на спину, сама прикусила меня за шею, придерживая руками за плечи. Даже глаза закатились от того что представил как ее клыки могли бы пронзить мою шею. Руки тут же сошлись на ней, заключая в капкан. Совсем нагая, прижимается ко мне грудью с затвердевшими сосками, и целует в шею, скользя своим юрким язычком от уха до ключицы.

Неужели решив ее немного подразнить и приучить к своим прикосновениям, и тому, что они могут ей принести, сам попался в ловушку?

Она смело погрузила в мои волосы обе ладошки и потянула за них назад, запрокидывая мне голову.

Ее волосы тянулись по месту, где она почти меня укусила, а ее губы перешли на вторую сторону еще не истерзанной ее поцелуями шеи. Она двигалась медленно и почти уверенно.

– И где ты этому научилась? – голос охрип, и хотелось его сгладить, только вот ни как не получалось.

Джес замерла и тихо проговорила, между очередными прикосновениями к коже.

– У отца богатая библиотека. – с каждым словом, ее дыхание веяло на влажную кожу, посылая искры.

Ну, конечно же! И Эдмунд не додумался, как скрыть это от дочери. Или и не пытался?

Самому даже стало интересно, что за трактаты там у него собраны.

Ее пальчики вдруг покинули волосы и прошлись ноготками по шее, переходя на грудь. Уперлись в нее и попытались оттолкнуться, чтобы перекатиться, только вот получилось это только вместе со мной.

Получилось заглянуть в ее пьянящие глаза до того как она их закрыла. Ей нравилось меня касаться, и скрыть она это не успела.

– А там было, то, что ты бы хотела испытать на себе? Ммм? – интересно проверить ее знания.

Она покраснела, что точно говорит о том, что было там как минимум пару глав, от которых у нее горела даже фантазия. Но она покачала головой.

– Нет. – так и не открыла глаза.

– А если хорошенько подумать? – подул на колыхающееся перед моим взором вершинки грудей.

А этот вопрос она вообще попыталась игнорировать. От этого в кровь прилил азарт. Раз она сама не хочет говорить, что ей нравится, будем исследовать все вместе.

Перехватил ее ногу под колено и закинул себе на бедро, упираясь во всю длину ей в самое чувствительное место, и она тут же открыла глаза.

– Ты же сказал… – закрывать рот поцелуем, самый приятный из способов.

Абсолютно не собираюсь брать ее еще раз сегодня, просто хочу, чтобы ей было приятно, и заснула она с мыслями более подходящими мне по плану.

Она почти сразу же отозвалась на поцелуй, и я прикрыл глаза, чтобы чувствовать ее полностью. Замерла как зайка подо мной, руки по-прежнему упираются в грудь, но отвечает на ласки губ и языка, ничуть не уступая мне. Чуть переместил бедра, что бы ненароком не сорваться как юнец. Теперь упирался ей в бедро, и она чуть расслабилась, мои руки скользнули, обхватывая два пышных полушария, чтобы прижать ее к себе поближе. И она простонала мне в губы. Видимо ей нравится, когда ее ягодицы мнут и ласкают. Эту догадку я сознательно решил подкрепить, ведь там в башне, на столе, она тоже стонала и извивалась от того как я ее притягивал к себе, за эту прелестную часть ее тела.

Руки ее чуть ослабели, и я тут же навалился на нее всей грудью, чтобы она ощущала мой вес. И она не подвела, сразу же обхватила руками за плечи и сама повела бедрами чуть вверх и замерла. Наверное, испугалась и попыталась, отстранится, но теперь уже не вытерпел я. Зарычав, не дал ей ускользнуть от меня. Быстро перевернул ее обратно на живот, так что она даже ахнуть не успела, повернул голову, и пока она не успела мне возразить, занял ее более страстным поцелуем.

Просунул обе руки под ее тело, одной обхватив за шею, второй накрыв холм с чувствительной точкой. Коленом раздвинул ей ноги и устроил свой ствол, между ее, красных от моих прикосновений, полушарий. Она стонала, и я пил каждый звук, пока она упиралась руками в перину, не в силах меня сбросить.

Она была горяча, и если бы только захотела, я бы уже был в ней. Влажная и податливая, выгибалась с такой силой, что могла бы меня скинуть. Ее рука нашарила мое запястье, цепляясь с дьявольской силой. Пока я пытался вознести ее, она металась по кровати, но ослабь я хватку она осталась бы на месте.

Отпустил ее губы, только тогда когда она была близка к грани, задыхалась, и сердце вырывалось из груди, колотясь в мою руку.

– Ну же, птичка, не сдерживайся. – увидел, как она почти до крови закусила губу, и потянул ее вниз. – Ну же, я так хочу тебя слышать.

– Аааа! – стоны срывались на крики, она подмахивала моей руке, двигаясь ей навстречу, все сильнее раскачивая мою выдержку. – Нет, нет, нет…

– Да, маленькая моя, да… – и тут она взорвалась, и, прикусив подушку, сдавлено закричала.

Не мог отпустить ее, пока последняя дрожь не покинула ее тело. И даже тогда, отодвинул свои руки лишь немного, чтобы не дразнить оголенные нервы.

– Ну, зачем?! – она спрашивала несколько обреченно, сорванным голосом.

Она кричала так сильно, что, наверное, слышала вся округа, не говоря уже о том, что завтра, я наткнусь на не очень-то приветливый взгляд Кирина.

– Тебе было плохо? – пусть только попробует соврать!

Молчит.

– Ммм?!

– Хорошо. – ну хоть в этом не пытается меня задеть. – Но тебе-то не очень.

Не понял сначала, а потом стоило приложить не малые усилия, чтобы не хмыкнуть, и, пользуясь тем, что она все еще лежит лицом в подушку, скривил страдальческую мину.

– Мне было хорошо. – голос мой хоть и хрипел, но лицу в этот момент не соответствовал. – Приятно когда в твоих руках теряет реальность красивая девушка. – и уперся лбом ей между лопаток. – Тем более что это ты.

Она вздрогнула.

– Не стоит мне делать комплиментов, это ни к чему. – голос надломился.

– Это был ни комплимент. Не люблю врать. Не смотря на то, что между нами договор, удовольствие мне хочется приносить именно тебе, а не части договора. И он писался специально под тебя, а не под любую подходящую девушку.

– Но…

– Давай обсудим это позже. – повернул ее к себе. – Мы сильно устали за сегодня, давай просто поспим.

Она хмурилась и поджимала губы, но кивнула и с готовностью, закинула на меня ножку и еще долго щекотала грудь взмахами ресниц, думая, что я ни понимаю, что она не спит. Я и сам не мог дать себе отчет в том, что сказал ей сейчас.

По сути, я не соврал, лишь немного исказил факты. Совсем чуть-чуть.

Только спустя несколько часов смог скатится в беспокойный от волнений сон.

Зато точно узнал, что я ей не противен, и даже совсем наоборот.

…

Ага, "обсудим позже"! Как же!

Лежала и думала, как все так повернулось?

Ага, "просто ляжем спать"! Как же!

А теперь лежала и слушала, как он мерно дышит и не шевелится. Он понимает, что я не сплю, и я понимаю, что он не спит. Вот таки и лежали несколько часов, пока не придремали. Проснулась от того что он немного поерзал, и прижал меня к себе сильнее.

Немного понежилась в его руках и решилась выскользнуть. Как можно тише выудила, наугад из сундука какую-то рубашку, и быстро втиснувшись в тапочки, шмыгнула за дверь.

Женщина, что приходила ко мне вчера с платьем и кровью, назвалась Маизой и сказала, что она вроде как кухарка. И путь свой я держала на кухню. На кухне ее не оказалось, она была в той комнате для купания. Убиралась там.

– Доброе утро, Маиза. – женщина встрепенулась. – Извините…

Стало так неловко, она, похоже, меня не услышала.

– Ну что вы, миледи. Я привыкла, что бываю тут одна и витаю постоянно в облаках, не прислушиваясь к окружающему. – она окинула меня взглядом и немного опешила.

Да видок был еще тот. Рубашка по колено, стянутая на плечах руками, да мягкие домашние тапочки с задниками.

– Маиза, а есть ли здесь еще одежда, вроде той, что ты мне вчера принесла? То платье, оно…

– Да платье еще одно есть, но я не знаю можно ли. Милорд просил только одно вам принести. – женщина замялась.

Тогда придется подождать, чтобы проснулся Фабиан. Ни требовать же у бедной женщины, то, что он ей запретил.

– Давай помогу. – и подхватила ведра, чтобы осушить бадью. – Не стоять же мне столбом.

– Ой, не надо, миледи. Я сама!

– И слушать не хочу! – я и дома помогала по хозяйству, конечно пока родители не видели. – Я донесу до задней двери, а ты уж дальше, хорошо?

– Спасибо, миледи. – Маиза выскочила за дверь, чтобы сменить легкие домашние туфли на сапоги, и накинула сверху жилетку.

Набирая и таская ведра с водой, просто отключилась от реальности и не думала ни о чем. Мы быстро справились и уже мыли полы, когда послушались шаги позади.

– Маиза, волшебница, ты наша, как там завтрак, или я слишком рано? – судя по звукам, этот мужчина приземлился на скамью у очага.

– Вы опять ни свет, ни заря, милорд Морт! Я еще занята, вам придется подождать! – она даже не вышла, продолжила выжимать тряпку.

– Да я готов помочь! Давай… – мужчина быстро вошедший в комнату, запнулся об меня, ползающей на коленях, по деревянному настилу, и едва не упал. – Вот же! Маиза ты цела?!

– Да, милорд. – он обернулся на голос из дальнего угла и после дернул меня вверх.

– А ты? Черт, Фаб, тебя, что на кухню отрядил?! – он смотрел, как я в мокрой рубашке отряхиваю колени.

– Я просто помогла, и нечего на меня так глазеть. – сложила руки на груди. – И если хочешь помочь, то сдвинь бадью поближе к той стене, нам надо помыть, под ней.

Он моргнул пару раз, и сдвинул емкость одной рукой, особо не напрягаясь, что и для вампира хорошее достижение. Маиза тут же махнула пару раз тряпкой, и уборка была окончена. Морт же привалился к стене и смотрел, сложа на груди руки.

– Я, конечно, понимаю, ты вживаешься в роль хозяйки и все такое. Но в таком то виде… – он скорчил недовольную мину.

– А ты не смотри. Мне до твоего неодобрения нет дела. – помогала выносить тряпки Маизе.

– А как насчет моего? – голос Фабиана застал врасплох, и я чуть не выронила тряпку.

– Можешь положить его рядом с неодобрением своего дружка! – быстро взяла себя в руки и пошла дальше.

– Обязательно! – он фыркнул, но остался стоять на месте, хотя было заметно, как он кипел.

Когда вернулись обратно, на кухне уже ждали четверо мужчин, о чем то переговариваясь. Но все быстро притихли, когда мы вошли. Маиза тут же потянула меня в кладовую, и вручила в руки корзину с яйцами и какой-то сверток, из упаковочной бумаги.

– Сейчас мы их быстро покормим, и они разойдутся по своим делам, миледи. – Маиза прихватила еще корзинку со склянками и пакетом крови. – А это только вам. – это она про пакет.

На небольшой кухне, тут же стало тесно. Мужчины уселись за стол и вроде как не обращали на нас внимания, обсуждая горные перевалы. Маиза сноровисто готовила яичницу с мясом, а я потягивала кровь из пакета и думала, как попросить Фабиана о платье.

Стояла молча в сторонке пока все ни поели.

– Фабиан, можно с тобой поговорить? – он только бровь вскинул. – Сейчас!

И вышла, не дожидаясь его очередной заносчивой реакции. И за спиной скоро застучали шаги.

– Ну что хотела, птичка? Еще пару моих рубах? – он был очень недоволен. – Нравится сверкать коленками?!

– А что прикажешь одевать? Платье то порвано! Не ты ли постарался?! – аж захлебнулась от возмущения.

И замолчали оба.

– Маиза сказала, что есть еще одно, но она не знает можно ли мне его взять. Можно? – смотрела, как он склонил голову на бок.

– Можно. Пойдем, я тебе кое-что покажу. – он протянул мне руку, и я спокойно подала свою.

Он повел меня через широкий коридор, уходящий под наклоном вниз, в сторону от зала. Потолок был необычайно высок для такого строения. Скоро мы уперлись в железные двери, с множеством клепок и мощным таким замком.

– Монументальненько… – вправду было все очень основательно.

– Это хранилище. Одно из многих семейных. Там есть платье, и как сказала Маиза всего одно, из тех, что может тебе подойти. Но там много чего, что могло бы тебе пригодиться.

Он вынул ключ, и замок со скрежетом открылся. Было темно, совсем ничего не видно. Фабиан зажег фонарь. Колеблющийся свет озарил огромный зал, забитый под потолок всевозможным богатством. Прямо пещера с сокровищами!

Пока я хлопала ресницами, Фабиан подошел со спины, и приобнял за талию. Склонился и на самое ухо проговорил.

– Все тут, твое. Бери все что захочешь. – взял мою руку и вложил в нее ключ. – Как и все в замке, в твоем распоряжении.

– Почему?

– Ты моя супруга. Сейв. Ты хозяйка этого замка. – он был спокоен и его вкрадчивый голос завораживал.

Супруга. Хозяйка.

В другое время я была бы счастлива от такого поворота событий. Но я здесь гость.

Временная хозяйка.

– Здесь было пусто, много лет. Сейчас все здесь надо обжить, что бы нам было комфортно. – он все продолжал меня уговаривать. – Возьмёшься?

Я никогда не делала ничего подобного. Дома мне ни доверяли больших дел, оберегая как самую младшую всегда и во всем. А тут такой поворот…

– Можно… все? – робко поинтересовалась.

– Все что пожелаешь. – он хрипловато усмехался мне в ухо.

Глаза забегали по огромному складу, ища, все, что только может понадобиться. Он выпустил меня из рук, когда я начала носится между гор с разными свертками и сундуками.

Столько всего! Гобелены и ковры, лежали плотными рулонами. Массивная мебель из дерева и камня, множество посуды. Большая ее часть инкрустирована драгоценностями. Картины, ткани, украшения…

Столько всего! За день не рассмотреть!

– Спасибо! – и взвизгнув, бросилась его обнять.

Он даже приподнял меня над полом.

– Полегче, птичка! Сначала оденься, а все остальное потом. – он держал в руке простое коричневое платье, из плотной шерсти. Совсем ни такое как то первое.

– Хорошо! А как это все вытащить? Ты мне поможешь? – щебетала и развязывала рубашку.

– Джес! Ты здесь собралась переодеться? – он смотрел, как я уже спустила рукава.

– А что? Здесь все равно больше никого нет, а ты уже все видел. – рубашка упала на пол.

Быстро выдернула из его рук наряд и через голову начала натягивать. Самого простого кроя, с длинными рукавами на завязках, и узкой горловиной тоже на завязке.

– Для работы в самый раз! – крутнулась. – Мне идет?

– Идет. – он улыбался и смотрел, как я опять металась от одного сундука к другому. – Я позову Маизу, она тебе поможет. Да и меня с другими можешь попользовать.

Он говорил несколько шутливо, но это не отменяло того, что он дал согласие, на то что бы я тут все изменила, на свой вкус.

– Ага! – но остановила его до того как он успел уйти. – Только сначала надо убраться в главном зале. Сможешь с мужчинами, справится без нас?

– Конечно, птичка, и не с таким справлялись. – ушел, так и не обернувшись.

Видела в одной из исторических книг красивую иллюстрацию с милым, уютным средневековым залом, в котором шел пир. Было много еды и красивых гобеленов на стенах, хочу так же! И для этого придется приложить немало усилий. Работы будет много! Но от предвкушения даже притопывала на месте.

До того как я забеременею есть много времени, и я хочу получить от этого удовольствие. Где еще мне выпадет шанс, попасть в средневековье, в наши дни? Побыть хозяйкой целого замка?

Хочу свой дом! Где я смогу делать то, что захочу, не опираясь на мнение общества. А только так как хочется мне.

И пусть ненадолго, но Фабиан дает мне такую возможность. И я ее использую по-полной!