Текст книги "Имперский пёс. «Власовец» XXI века"

Автор книги: Виталий Держапольский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 18 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

– Возродить легендарный проект? – Глаза фюрера затуманились. Возродить проект, с которым не справился сам Адольф Гроссефюрер, не это ли истинное величие? Конечно, риск есть… Но, кто не рискует… К тому же что может грозить ему, уже практически бессмертному существу? Решено, он возьмется за эту ношу и приведет Тысячелетний Рейх к настоящему величию!

– Считайте, что он уже возрожден! С этого дня в вашем тайном ордене… пусть он носит то же название, что и сам проект «Аненербе», семеро посвященных!

– Почему семеро? Посвященных шестеро: трое наших гостей, вы, я и профессор Штрудель. Кто седьмой? – поинтересовался Криг.

– Курт Хагенау, первым из нашего мира прошедший омоложение, – напомнил фюрер. – Всем членам «Аненербе» будет гарантирована доза вашего лекарства, тем самым они будут присягать на верность нашему обществу.

– Но у нас нет такого количества препарата! – воскликнул Йохан фон Крезе.

– Но вы же не собираетесь бросать свои исследования? – парировал фюрер.

– Для этого мы и здесь! – ответил доктор. – Но мы не можем гарантировать, что наладим в ближайшее время массовое производство…

– Главное – делайте все, что в ваших силах! – сказал Лепке. – А мы со своей стороны вам поможем.

– Предлагаю, – прошамкал Хильшер, – во избежание будущих недоразумений избрать Великого Магистра, наделенного всеми полномочиями… Лучшей кандидатуры, чем Карл Лепке, я не вижу. Великий Магистр ордена, являющийся одновременно фюрером и канцлером Тысячелетнего Рейха… – Приступ кашля помешал ему договорить. – Братья, вы поняли мою мысль? Есть возражения?

– Может быть, лучше вы, герр Хильшер? Я просто солдат, хоть и высокого ранга, – признался Лепке.

– Кхе-кхе. – Старик прикрыл рот рукой и сдавленно продолжил: – Прежде всего вы политик и очень умный человек! Удержаться на вашем посту и управлять таким грандиозным государством может далеко не всякий. Не надо ложной скромности! Через некоторое время мы представим вам подробнейшую доктрину развития «Аненербе»… Но прежде мы хотели бы ознакомиться со старыми архивными документами. Возможно, кое-какие моменты уже проработаны нашими предшественниками.

– На том и закончим, господа! – подвел итог разговору новоиспеченный Великий Магистр.

03.08.2005 г.

Тысячелетний Рейх.

Берлин.

Секретный архив СС.

Запах в архивах всегда одинаков: пыль и плесень. Не был исключением из правил и этот, с многочисленной охраной, защищенный бронированной скорлупой дверей и толстых бетонных перекрытий.

– С чего начнем? – спросил Вольфрам, в раздумье остановившись перед теряющимися в темноте бесконечными стеллажами с документацией.

– Может быть, для начала зажжем свет? – прошамкал Хильшер, водружая на нос очки с толстыми линзами. – И где бродит этот местный архивариус, как там его? – раздраженно добавил он.

– Клаус, – подсказал Зиверс. – Его должны были предупредить о нашем приходе.

– Прошу прощения!

Из-за ближайшего стеллажа на освещенный участок выполз маленький старичок.

– Клаус Ран к вашим услугам! – сверкая толстыми линзами очков, не уступающими по размерам очкам Хильшера, представился архивариус.

– Ран? – услышав знакомую фамилию, переспросил Хильшер. – А Отто Ран вам, случайно, не родственник?

– Почему же случайно? – всплеснул сухонькими ручонками старикашка. – Идите за мной!

Архивариус засеменил куда-то в глубь архива, приглашая посетителей его пыльного заведения следовать за ним. Возле небольшого, освещенного настольной лампой столика он остановился, нашарил выключатель. Загудели мощные потолочные лампы, разгоняя уже прижившийся в архиве полумрак. Старик подслеповато щурился – за годы, проведенные в закрытом архивном подземелье, Клаус совсем отвык от яркого света. Над столиком, помещенная в простую деревянную рамку, висела пожелтевшая фотография. На толстой рифленой бумаге у подножия памятника Бисмарку была запечатлена группа людей.

– Один из них мой отец, Отто Ран! – с гордостью произнес старичок-архивариус. – Он…

– Третий слева, – перебил архивариуса профессор, указав на улыбчивого молодого человека. – Фотография сделана в мае 37-го года. Отто только вернулся из странствий по Пиренеям, а через пару дней он должен был уехать во Францию.

– Откуда вы это знаете? – охнул старичок.

– На этой фотографии я – четвертый справа во втором ряду, – Хильшер изобразил обескровленными губами нечто похожее на улыбку. Архивариус в ужасе отшатнулся от безумного старика и замахал руками:

– Этого не может быть! Профессор Фридрих Хильшер погиб вместе с моим отцом! Даже если бы он выжил в тот роковой день, то был бы уже столетним стариком!

– А ты приглядись повнимательнее! – весело предложил Зиверс.

Опешивший от такого предложения архивариус, безумно вращая глазами, действительно принялся искать сходство.

– Майн Готт! – наконец воскликнул он, признав в старике погибшего профессора.

Зиверс, решив подлить масла в огонь, протянул Клаусу документы, выданные шефом РСХА, где черным по белому были прописаны их имена. Жиденькие седые волосики архивариуса едва не встали дыбом, когда он ознакомился с документами. Его увеличенные линзами очков глаза расширились. Бедняга уже не знал, во что ему верить.

– Йохан фон Крезе? Вольфрам Зиверс? Это безумие! Они все давно мертвы!

– Не совсем! – рассмеялся Зиверс. – Позвольте представиться: штандартенфюрер СС Вольфрам Зиверс!

– Доктор медицины Йохан фон Крезе! – слегка склонил голову его спутник. – Вот же фотография, смотрите! Это Зиверс, а это я! И если вы узнали профессора, то нас не узнать может только слепой!

– Да, а как же возраст?! – всплеснул руками старичок. – Вы не те, за кого себя выдаете!

– Есть многое на свете, друг Горацио, что и не снилось нашим мудрецам! – шекспировской фразой ответил Хильшер.

– Но как?! – Старикашка схватился за голову.

– У вас недостаточный доступ, чтобы знать ответ на этот вопрос, – ответил Вольфрам.

– У меня недостаточный доступ?! – задохнулся от возмущения архивариус. – У меня?! У смотрителя секретных архивов СС?! Многие высшие чины Вермахта не могут похвастать таким допуском. А для меня здесь нет тайн! – победно закончил Клаус.

– А ведь он прав, – согласился с доводами старичка Крезе. – У нас острая нехватка братьев… А нам с Клаусом так или иначе придется работать.

– Предлагаешь посвятить? – уточнил Вольфрам.

– Да.

– Нужно еще согласие Великого Магистра, – напомнил Хильшер. – Пускай чисто формальное, но все же…

– Я думаю, с ним не будет проблем. К тому же Клаус – человек, проверенный системой СС, – настаивал Йохан.

– Хорошо, – согласился с доводами братьев по ордену Хильшер. – В связке действительно будет легче работать. А вы, Клаус, готовы хранить тайны? – риторически спросил профессор.

– Я храню их уже несколько десятилетий, с тех пор как стал заведовать этим архивом. Так что одной тайной будет больше.

– Тогда ждите, завтра фюрер вас вызовет на аудиенцию.

– Лично?

– Лично, – рассеял сомнения архивариуса профессор. – А сегодня подготовьте, пожалуйста, все материалы, которые касаются последнего эксперимента «Аненербе». Да-да, того самого…

Неожиданно Хильшер схватился рукой за сердце и кулем повалился на пол. От пыльной духоты архива ему стало плохо. Он схватился рукой за грудь, в которую словно забили железный костыль, и беззвучно разинул рот.

– Фридрих, что с тобой? – подскочил к нему Зиверс.

– Да ты что, не видишь? Плохо дело – у него приступ! – воскликнул Йохан.

– Может, время пришло? – поинтересовался у врача Вольфрам.

– Некогда размышлять! – сказал, как отрубил, фон Крезе. – Нужно колоть, пока он еще дышит! – Недрогнувшей рукой врач сорвал со шнурка, висевшего на шее Хильшера, шприц-тюбик и вколол его содержимое в сонную артерию агонизирующего старика.

Глава 7

09.08.2005 г.

Тысячелетний Рейх.

Берлин.

Секретный архив СС.

– Клаус! Да не пялься ты на меня так – дыру протрешь! – одернул старика-архивариуса задорный юношеский голос.

Старичок вздрогнул, словно был уличен в чем-то постыдном, втянул голову в плечи и демонстративно углубился в груду бумаг, разбросанных по столу в живописном беспорядке.

– Вот чудак-человек! – насмешливо произнес все тот же голос. – А еще говорил, что к старости разучился удивляться! А сам-то, сам!

Старика наконец-то зацепило за живое: он, более не смущаясь, грозно сверкнул глазами в сторону смешливого юноши. Но юнца лишь раззадорило такое поведение старика. Уж очень уморительно выглядел в гневе этот божий одуванчик с насупленными бровями и пунцовеющими ушными раковинами. Не дав вымолвить старику ни слова, юноша бессовестно расхохотался:

– Клаус, дружище, не надо так кипятиться! От тебя скоро пар повалит! А от ушей уже сейчас можно трубку раскуривать!

Старик вскипел и разразился потоком проклятий, что вызвало новый приступ смеха у юноши.

– Не обращай внимания, Клаус, – по-отечески попытался успокоить архивариуса Вольфрам. – Он сейчас сам не свой, слишком долго томился его дух внутри немощного тела. Вот и тешится, словно дитя малое! Крышу сносит на раз! Для нас с Йоханом этот этап давно позади, а ведь даже от воспоминания тех ощущений до сих пор мурашки по коже! А Фридрих в первый раз… Да еще с таким необычным побочным эффектом…

Необычность эффекта заключалась в том, что столетний старец Фридрих Хильшер неожиданно превратился в семнадцати-двадцатилетнего юнца вместо ожидаемого сорока-пятидесятилетнего мужчины, сбросив зараз больше восьмидесяти лет. Сейчас с этим эффектом пытался разобраться фон Крезе, пропадая денно и нощно в своей лаборатории.

– Вот обвыкнется в новом теле, тогда… – усмехнулся Зиверс. – А сейчас давай-ка итоги подведем, чего мы нарыли за это время.

– Давно пора делом заняться, – отходчиво согласился Клаус. – А не зубоскалить… как некоторые!

– Да ладно тебе, Клаус, коситься! – отмахнулся штандартенфюрер. – Ведь и тебя сия чаша не минует, если мы постараемся как следует! Костлявая-то у тебя за спиной уже и инструмент расчехлила…

– Не каркай! – вновь взвился старичок, еще не успев остыть от насмешек помолодевшего Фридриха.

– Чем быстрей ты этот факт осознаешь – тем легче тебе будет адаптироваться! – продолжил Вольфрам. – Фридрих, а ты тоже хорош! Вспомни, как еще недавно нас с Йоханом костерил. Соберись!

– Все! Все! – взмахнул руками Хильшер. – Не буду! Давайте работать!

– Вот это дело! – уловив перемену в поведении Хильшера, обрадовался Зиверс. – Узнаю твердую профессорскую хватку. – Только работать нам в принципе не с чем – никакой документации не сохранилось. Только несколько докладных записок. По всей видимости, вся документация хранилась в уничтоженном Вевельсбурге.

– Ладно, шутки в сторону. – Фридрих вновь был предельно собран. – В нашем мире подобный проект возглавлял Виллигут? Вольфрам, ты был в курсе?

– Да. У нас тоже был подобный проект. А ты разве не помнишь?

– Смутно, – сознался профессор. – Ты можешь напомнить мне его задачи в двух словах? – спросил профессор.

– Легко. К тому же докладные письма, которыми мы обменивались с Гиммлером, один в один совпадают с найденными здесь, в архиве уважаемого Клауса. Проект назывался «Круг Богини Смерти». Разрабатывал его бригаденфюрер на основании одной из легенд майя. Если кратко, смысл легенды был следующий: собранные вместе и расположенные особым образом тринадцать священных хрустальных черепушек превращаются в грозное оружие. По расчетам Вейстхора, мощность полученного оружия должна была на порядок превышать мощность любого существующего. На момент написания докладных, – Вольфрам тряхнул пыльными листками, – он уже собрал двенадцать черепов. Дело оставалось за малым – раздобыть тринадцатую черепушку, коей, по заверению Виллигута, являлся раритет, найденный археологом Митчелл-Хеджесом. Но в нашей реальности раздобыть череп не удалось, несмотря на все усилия. А здесь, по-видимому, получилось…

09.03.1935 г.

Германия. Берлин.

«Общество по изучению наследственности».

Рейхсфюреру СС Гиммлеру. Личный штаб, отдел «А». «Совершенно секретно». Тема записки: к вопросу о проекте «Круг Богини Смерти».

Дорогой Вольф! Вчера ко мне обратился бригаденфюрер СС Вейстхор, возглавляющий проект «Круг Богини Смерти». Он сообщил мне, что, по агентурным данным, в 1927 году научной группой известного английского археолога Ф. Митчелл-Хеджеса при раскопках древнего города майя в джунглях Британского Гондураса был найден прекрасно отполированный человеческий череп с подвижной нижней челюстью, изготовленный из прозрачнейшего кварца в натуральную величину. Тот же источник сообщает, что качество обработки кварца, а весь череп выполнен из цельного куска горного хрусталя, очень высоко. Череп тонкой работы и, по мнению экспертов, далеко превосходит все известные образцы. Бригаденфюрер СС Вейстхор уверен, что этот экземпляр и есть тот самый, тринадцатый, центральный в «Круге Богини». Бригаденфюрер СС Вейстхор подал прошение на проведение силовой акции по изъятию археологической находки Митчелл-Хеджеса. Жду указаний рейхсфюрера СС.

Подписано: Оберштурмбаннфюрер СС Имперский Директор «Аненербе» Вольфрам Зиверс».

Оберштурмбаннфюреру СС Зиверсу. «Общество по изучению наследственности». «Совершенно секретно». К вопросу о проекте «Круг Богини Смерти».

Дорогой Зиверс! Рейхсфюрер СС издал распоряжение о том, чтобы бригаденфюреру СС Вейстхору, возглавляющему проект «Круг Богини Смерти», в кратчайшие сроки предоставили все необходимое для его работы. Для создания мобильной группы, действующей на неподконтрольной нам территории, прошу Вас обратиться в Главное управление имперской безопасности РСХА к группенфюреру СС Рейнхарду Гейдриху, который будет курировать ваш проект. Все необходимые распоряжения уже сделаны. Непосредственно разработкой и проведением операции будет заниматься шестое управление РСХА. Руководитель службы внешней разведки СД Хайнц Йост уже формирует группу захвата.

Обергруппенфюрер СС Карл Вольф» {18}18
  Вольф, Карл – (Wolff), оберстгруппенфюрер СС (генерал-полковник), ближайший помощник и начальник личного штаба Гиммлера в 1935–1943 гг., а также с 1939 г. офицер связи между Гиммлером и Гитлером. Родился в 1906 г. Вместе с Гиммлером участвовал в создании СС, разрабатывал их тевтонскую мистическую символику. В 1931 г. стал почетным членом СС (один из тех, кого приглашали вступить в СС из-за их аристократических родственных связей и соответствующей нордической внешности). До 1931 г. Вольф был адъютантом у генерала Франца фон Эппа, командующего войсками в Баварии. // В 1943 г. Вольф был назначен немецким военным комендантом Сев. Италии, одновременно являясь полномочным послом Третьего рейха при правительстве Муссолини накануне его краха. Но реальная власть здесь находилась в руках фельдмаршала Кессельринга, командующего расквартированными в Сев. Италии немецкими войсками. // Несмотря на строжайший запрет Гитлера устанавливать какой бы то ни было контакт с представителями западных держав, Вольф предложил Западу при посредничестве папы Пия XII свои услуги с целью прекращения военных действий на Западном фронте. // Являясь уполномоченным СС при группе армий «С», Вольф 6 марта 1945 г. встретился в Цюрихе с Алленом Даллесом и представил ему проект прекращения военных действий в Италии. Группа армий «С» должна была получить возможность беспрепятственно уйти в Германию, а англо-американские войска под командованием Александера Тунисского смогли бы продвигаться в направлении Южных Альп. После неоднократных встреч с Даллесом накануне окончания Второй мировой войны капитуляция перед американцами была подписана (апрель 1945 г.). // Вольф был арестован американской военной администрацией, но выпущен на свободу в августе 1949 г. Затем Вольф долгие годы скрывался и лишь в 1967-м был выдан ФРГ. Суд присяжных в Мюнхене приговорил его к пожизненному заключению.


[Закрыть].

– Подписано личным референтом Гиммлера, – прочитав документ, Зиверс передал его Виллигуту. – Как-то не по-детски в этот раз взялись: курирует операцию непосредственно глава управления РСХА, разрабатывает лично начальник шестого управления!

– Завершающий этап! – щурясь, словно развалившийся на солнышке сытый кот, довольно произнес бригаденфюрер. – Слишком высоки ставки! Двенадцать хрустальных черепушек уже ждут своего часа…

– А ты уверен, что этот «Митчелл-Хеджес» именно то, что нужно?

– Как я могу быть в этом уверен? Вот когда он будет у меня в руках… Вспомни, сколько пришлось корпеть над остальными артефактами? Сколько фальшивок прошло через мои руки?

– Ты хочешь сказать, что все двенадцать черепов подлинные? – не поверил Вольфрам.

– Конечно же нет! – усмехнулся Вейстхор, как будто оберштурмбаннфюрер сморозил несусветную глупость. – За тысячелетия использования артефактов они не могли остаться в неприкосновенности! Какие-то были разрушены, какие-то безвозвратно потеряны…

– Но тогда вся наша затея теряет смысл! – воскликнул Зиверс.

– А вот и нет! – с жаром возразил Карл. – За столь продолжительный срок использования черепов с них были сделаны тысячи копий. Подчас грубых и примитивных, эти пустышки я сразу отбраковывал. А подчас очень точных, с соблюдением всех пропорций… Эти точные копии пускай и не наделены всеми свойствами настоящих артефактов, но и они не просто произведения искусства! К тому же есть у кристаллов одно замечательное свойство – они обладают собственной памятью! Впрочем, памятью обладают любые предметы, а тем более предметы поклонения больших масс людей… Параллельно проекту с черепами я разрабатываю еще один… Правда, он еще пока тут, – Карл постучал себя костяшками пальцев по лбу, – но вскоре я изложу свои мысли на бумаге… Для рейхсфюрера.

– И что это за проект? – заинтересовался Зиверс. – Я, как исполнительный директор «Наследия», имею право знать…

– Да, конечно, – согласился Вейстхор. Несмотря на свой высокий генеральский чин, он понимал, что должность управляющего «Аненербе», пускай даже и носившего скромное звание оберштурмбаннфюрера, не пустой звук. Поэтому он не видел повода отказывать Зиверсу в просьбе. Так или иначе он узнает о новом проекте первым, и неважно, из каких рук. А так, возможно, и поспособствует в продвижении его по инстанциям. – Хочу поработать над эффектом «намоленных икон». Вам, Вольфрам, знакомо такое понятие?

– Приходилось слышать. Чудотворные иконы, мощи, мироточивые главы. Чудеса…

– Вот-вот, чудеса! Ведь что имеем изначально? Струганая дощечка, краски – ничего особенного. А на выходе – обыкновенное чудо! Но это после, сначала разберемся с черепами.

– Так, значит, большинство наших черепов – подделки? – памятуя заявление Виллигута, напрямую спросил Зиверс.

– Копии, – поправил Карл, – очень хорошие копии. А вследствие того, что эти копии использовались в различных культовых обрядах на протяжении длительного времени, они мало чем отличаются от оригиналов. Память и эффект «иконы». Хотя, – не стал отрицать Виллигут, – без нескольких настоящих черепушек ничего бы не получилось. Но у нас их целых четыре! Два черепа из тибетских монастырей, один – мексиканский, найденный солдатом императора Максимилиана, и один из Египта. Четыре из двенадцати! А если еще и этот последний… Ладно, не буду загадывать!

27.12.1937 г.

Третий Рейх.

Орденский замок СС.

Вевельсбург.

– Так вот ты какой! – шумно выдохнул Виллигут, бережно доставая из раскрытой коробки, набитой белоснежной ватой, ценный артефакт. Добыть его оказалось не таким уж и простым делом. Профессионалы из СД гонялись за ним больше двух лет. Этот Митчелл-Хеджес оказался поистине неуловимым путешественником. Он затевал раскопки в джунглях Амазонки, затем неожиданно срывался с места и срочно перебирался в Египет, Грецию, Россию. Несколько раз агенты СД в периоды кризисов Митчелл-Хеджеса, когда он враз лишался своих баснословных капиталов, предлагали ему продать артефакт. Но известный археолог делал большие глаза и говорил, что вообще не знает, о чем идет речь. В конце концов оказалось, что череп все время хранился у его приемной дочери Анны. Вот у нее-то и экспроприировали артефакт агенты шестого управления РСХА. Дипломатической почтой таинственный череп был доставлен в Германию, лично в руки семидесятилетнего бригаденфюрера Вейстхора. Даже беглого взгляда на идеально отполированный горный хрусталь оказалось достаточно для оценки уникальности артефакта. Этот череп настолько превосходил изяществом своих собратьев, насколько современный автомобиль превосходит деревенскую телегу. Артефакт, найденный Митчелл-Хеджесом, оказался настоящим шедевром! Едва Карл прикоснулся к прохладному минералу, в его голове зазвучали неизвестные голоса, а перед глазами закружился хоровод ярких картинок: залитые ярким солнечным светом джунгли, циклопические каменные пирамиды, не похожие ни на что ранее виденное, вереница туземных лиц, костлявых пальцев, что держали череп в своих руках… Виллигут отдернул руки – видения исчезли, но голоса еще некоторое время продолжали звучать в его голове. Вскоре стихли и они. Сила артефакта вызывала невольное уважение и восхищение. С другими черепами тоже происходило нечто подобное, только для того, чтобы рассмотреть их картинки и услышать голоса, нужно было погрузиться в транс либо заснуть рядом с артефактом. А чтобы вот так, без подготовки… Такого с Виллигутом еще не случалось, хоть он и считал себя сильным медиумом. А череп действительно тот самый, тринадцатый, концентрирующий в себе всю силу Круга Богини Смерти. Удача наконец-то повернулась к нему нужным местом! Срочно к астрологам! Пусть сделают расчет наиболее благоприятного времени для эксперимента…

«Воистину сегодня великий день! Это надо отметить!» – подумал Виллигут, закрывая коробку с черепом. Пританцовывая на ходу, он покинул помещение лаборатории.

18.02.1938 г.

Третий Рейх.

Орденский замок СС.

Вевельсбург.

Главный церемониальный зал Вевельсбурга выглядел в этот знаменательный день мрачновато-торжественно. Лишенная электрического освещения искусственно созданная в зале мгла, несмотря на солнечный день, разгонялась лишь чадящими факелами, в изобилии разбросанными по древним каменным стенам. Лениво колыхались в теплых потоках воздуха многочисленные имперские штандарты и знамена, наполняя подобием жизни фантастических животных и птиц, шитых на полотнищах золотыми нитками. В центре зала на хрустальных подставках-колоннах покоились оскаленные черепа, собранные со всего света неугомонным бригаденфюрером СС Вейстхором. Двенадцать черепов составляли идеальный круг, в центре которого на таком же хрустальном постаменте, только на локоть выше остальных, расположился череп, найденный Артуром Митчелл-Хеджесом. Но если все остальные артефакты смотрели хрустальными линзами глазниц в центр круга, то «Митчелл-Хеджес» был поставлен в специальное углубление постамента на попа и смотрел в потолок. Вокруг постаментов носился взмыленный пожилой генерал, отдавая последние распоряжения помощникам, превшим в честь торжественного дня в черной эсэсовской парадке. Смахнув со лба капли пота, Виллигут сделал несколько пометок в толстой тетради, которую ни на секунду не выпускал из рук.

– Поправь этот символ, – усмотрел неточность помощника Виллигут. – Я просил – сосредоточьтесь! Внимание и еще раз внимание!

Он еще раз внимательнейшим образом осмотрел внутреннюю поверхность круга, пол которого был разрисован исполнительными помощниками бригаденфюрера непонятными рисунками и письменами. Не обнаружив больше огрехов, Виллигут сумел наконец перевести дух. Он захлопнул тетрадь и отдал ее одному из помощников. Еще раз победно оглядев творение своих рук, бригаденфюрер приветливо кивнул Зиверсу, также приехавшему в замок заранее. Вольфрам уже довольно долгое время наблюдал за ухищрениями Виллигута из темного угла, стараясь лишний раз не отвлекать Карла от работы.

– Все готово? – риторически спросил Вольфрам.

– Готово!

– Ты уверен, что правильно растолковал свои видения? Еще не поздно все свернуть!

– И похоронить семь лет поисков? Наплевать на баснословные средства, затраченные на проект? Нет! Даже не думай об этом! Все получится! Я верю в это!

– Дай Бог, дай Бог не опозориться перед лицом фюрера… Скажи честно, все эти символы, коими ты разрисовал пол, действительно имеют какое-то значение?

– Я видел обряд… Этот череп – кладезь информации! – Виллигут порывисто взмахнул рукой в сторону артефакта. – Я слышал шепот тысяч и тысяч его жрецов… Я понимал их с полуслова… И возложили двенадцать посвященных руки на священные сосуды и позвали Великую Богиню, дарующую Истинное Забвение, называемое Смертью. И явилась она на зов! Да разверзлась под Ее ногами земля, и раскололось на куски небо! Развеялись прахом Ее враги и враги слуг Ее! И наполнился силой Ее тринадцатый сосуд, и разверзлась бездна…

– Все это я уже слышал, – невозмутимо перебил впавшего в маниакальное состояния Виллигута Зиверс, – но я хочу исключить возможность провала! Ведь если что-то пойдет не так… Представляешь, какая тень падет на всю нашу организацию! Если есть хоть малейшие сомнения… Я не могу допустить, чтобы это все… – он развел руки, словно пытался охватить весь зал, – превратилось в фарс, «Наследие» – в цирк, а сотрудники «Аненербе» – в шутов!

– Вольфрам, дружище, ну что на вас нашло? – воскликнул успокоившийся бригаденфюрер. – Откуда столько недоверия, сомнений? У нас все получится! Сегодня мы утрем нос многим скептикам! Если честно, мы могли бы обойтись без всех этих рун и магических символов. Но согласитесь, так намного таинственнее… Мы произведем неизгладимое впечатление на фюрера!

– Хорошо, Карл, полагаюсь на ваш опыт, – через силу улыбнулся Вольфрам. – Вы ведь поистине легендарная личность в нашей структуре…

– Полноте, Вольфрам, я не девица, мне комплименты не нужны!

– Ладно. Тогда огласите список лиц, задействованных в обряде. Ведь до сих пор даже для меня это тайна за семью печатями.

– Так было нужно, вы уж извините!

Виллигут кликнул помощника, которому до этого передал тетрадь. Тот без лишних разговоров вернул ее владельцу.

– Ознакомьтесь, оберштурмбаннфюрер, – Карл раскрыл тетрадь на нужной странице.

– Первый номер – фюрер? – удивленно воскликнул Зиверс. – Разве он не просто зритель?

– Он должен занять место Великого Жреца у тринадцатого черепа. Кому, как не Гитлеру, направлять силу «Богини»?

– Вообще-то такие вопросы нужно утрясать заранее, – высказался Зиверс, которого затея Виллигута не обрадовала. – Если он откажется? К тому же фюреру нездоровится вот уже дней десять. Возможно, он вообще не приедет…

– Я предусмотрел такой вариант, – не стушевался бригаденфюрер, сегодня его трудно было чем-нибудь прошибить. – Тогда мы просто сотрем начертанное возле тринадцатого пьедестала тайное имя фюрера – Книболо – и заменим его тайным именем рейхсфюрера СС Генриха Гиммлера. Я считаю, что это практически равноценная замена. А из списков претендентов на роль двенадцати жрецов подберем достойного кандидата – ведь место Гиммлера в круге освободится.

– Да, это выход, – согласился Зиверс, – рейхсфюрер не откажется поучаствовать в столь интересном процессе. О его тяге к мистике я знаю не понаслышке, как, впрочем, и вы, Карл. Так, – Вольфрам вновь заглянул в тетрадь Виллигута, – номер два – рейхсфюрер СС Генрих Гиммлер. Это естественно, – буркнул он себе под нос, разбирая мелкий убористый почерк бригаденфюрера, – кто еще? Вальтер Дарре, профессор Фридрих Хильшер, Герман Вирт, Вольфрам Зиверс… – бубнил глава «Аненербе» известные всему Рейху имена. – Что? – неожиданно изумленно воскликнул он. – Шарфюрер СС Отто Ран? А этот мальчишка как затесался в список? Ему не место рядом с такими зубрами!

– У него большой потенциал! – убежденно сказал Виллигут. – Поверьте мне на слово, Вольфрам, он еще отыщет нам Чашу Грааля!

– Так, – Зиверс взглянул на часы, – сейчас начнут прибывать действующие лица и зрители. Где расположим гостей?

– Для зрителей отведены места на балконе второго этажа. Поместятся все! А с высоты виднее, да и эффектнее будет.

На выходе из зала взгляд Зиверса зацепился за странно расположенный тринадцатый череп.

– Скажите, коллега, – поинтересовался Зиверс, – почему так необычно расположен центральный череп?

– Вы получали мой отчет и схему обряда? – уточнил Виллигут.

– Получал, но не вникал в детали. Если можно, то поясните хотя бы на пальцах.

– В основании черепа Митчелл-Хеджеса сделано что-то наподобие призмы, преломляющей свет. Лучи, попадающие на эту призму, выходят из глаз черепа. Даже если просто поглядеть в глазницы черепа, мы увидим в каждой из них отражение помещения. Все двенадцать черепов, образующих Круг Богини, ориентированы глазницами строго на эту призму. Когда солнечные лучи, преобразованные с помощью сосудов, то есть черепов, – поправился бригаденфюрер, – сольются в основании тринадцатого черепа, то вся энергия, полученная от обряда, должна изойти из его глазниц. А вот что произойдет дальше… – он лукаво подмигнул Зиверсу, – мы вскоре увидим своими собственными глазами.

Гости начали прибывать к десяти часам утра. Обряд должен был пройти ровно в полдень. Первым в сопровождении небольшой свиты прибыл рейхсфюрер СС Генрих Гиммлер. Зиверс и Виллигут поприветствовали одного из иерархов черного ордена СС неизменным «Зиг хайль». К большому разочарованию Виллигута, Гиммлер привез неутешительное известие о том, что фюрер расхворался и присутствовать на обряде не будет. Перекинувшись с рейхсфюрером парой слов, Виллигут увлек своего могущественного покровителя в замок. Вольфрам тем временем остался во дворе: встречать подъезжающих гостей. Следом за рейхсфюрером прибыл предводитель германского крестьянства Вальтер Дарре. Он улыбался и шутил, находился в прекрасном расположении духа.

– Что, Вольфрам, – иронично заметил он, – говорят, сегодня мы с вами станем участниками прелюбопытнейшего представления Вейстхора?

– А кто, позвольте вас спросить, разгласил столь секретную информацию? – так же шутливо ответил Зиверс.

– Земля, уважаемый Вольфрам, слухами полнится! – продолжал веселиться Дарре. – А кому, как не мне, истинному народнику, слухи собирать?

– Нужно будет сообщить в четвертое управление РСХА о подозрительной осведомленности Вальтера Дарре…

– В четвертое? – перебив Зиверса, заразительно расхохотался Вальтер. – Это в Гестапо? Мюллеру, что ли? Да вон он и сам! – Дарре указал на въезжающий во двор автомобиль. – Только вспомни о тайной полиции, она тут как тут!

Во дворе тем временем стало тесно от подъезжающих автомобилей. Обслуга едва справлялась с потоком машин, в воротах тем временем образовалась пробка. В Вевельсбурге собирался весь цвет Третьего Рейха. В глазах Зиверса пестрело от обилия парадных мундиров, золотых галунов, нашивок, железных крестов и дубовых листьев, начищенных до зеркального блеска сапог. Раз за разом он вскидывал руку, приветствуя вновь прибывших гостей орденского замка. Ему отвечали тем же, перебрасывались парой слов, поднимались по застеленной красным ковром парадной лестнице и исчезали внутри замка. Наконец поток машин начал иссякать и в конце концов сошел на нет. Приглашенные собрались. Во дворе, не считая застывших неподвижными истуканами охранников, остался только Зиверс.

– Вольфрам! – нетерпеливо окликнул оберштурмбаннфюрера выскочивший на улицу Виллигут. – Ты чего здесь? Пора начинать! Давай, не задерживай высоких гостей! Ты ж у нас в списке действующих лиц. Давай! Давай! – поторапливал он Вольфрама. – Вот возьми, – бригаденфюрер протянул Зиверсу бесформенный балахон из грубой ткани, принесенный кем-то из обслуги. – Надень.

Виллигут собственноручно накинул на голову оберштурмбаннфюреру глубокий капюшон, закрывший половину лица. И они вместе прошли в Главный церемониальный зал Вевельсбурга.

– Все очень просто, – шепотом на ходу наставлял Вольфрама бригаденфюрер, – по моей команде подойдешь к черепу и положишь на него руку. Повторяй за мной заклинание слово в слово. Затем, опять по моей команде, снимешь с черепа надетый на него мешок. Дальше – сам увидишь. Занимай свое место. И да пребудет с нами удача!

Зиверс встал напротив черепа, который указал Виллигут. По сигналу бригаденфюрера, также облаченного в черный балахон подобно остальным участникам обряда, слуги затушили факелы. Вольфрам вздрогнул от неожиданности: светились все тринадцать колонн с черепами. Старый пройдоха Виллигут оказался мастером в наведении мистического антуража: все хрустальные колонны освещались солнечными лучами, которые хитроумный генерал направлял с помощью специальных зеркал.

– Братья Жрецы! – раздался из темноты торжественный голос Виллигута. – Вытяните руки! Положите их на сосуды силы и призовите Великую Богиню! Пусть придет она и наполнит сосуды энергией! Повторяйте за мной этот призыв…