355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Виталий Вавикин » КвазаРазмерность. Книга 2 » Текст книги (страница 6)
КвазаРазмерность. Книга 2
  • Текст добавлен: 30 октября 2016, 23:33

Текст книги "КвазаРазмерность. Книга 2"


Автор книги: Виталий Вавикин



сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

Покинув отведенный для ожидания альков, «АЛС-45» смешался с толпой – так, по крайней мере, думали разработчики, надеясь сделать машину, похожую на игровых клонов, но игроки со стажем замечали различия тут же. Да и мода «Голода» менялась из года в год, в то время как боевые синергики всегда выглядели одинаково. И если на средних и нижних уровнях «Голод» продолжал оставаться в первую очередь шутером, то на игровых площадках Рая давно превратился в социальный симулятор.

Сейчас, отправляя «АЛС-45» ликвидировать нарушителей и изучить их оружие и экипировку, основные адаптивные алгоритмы игры продолжали тщетно выяснять детали гибели предыдущего боевого синергика. Слишком много новых переменных за один день. Слишком много неизученных вопросов, ответы на которые невозможно получить без дополнительных исследований. Хотя, вероятно, подобное никогда больше и не повторится. Не бывает идеальных уравнений. Всегда есть небольшая погрешность.

Глава шестая

Силовики рассредоточились, разбирая нарушителей. Защита Рая всегда хорошо оплачивалась, а во время бунтов суммы кредитов и бонусы за исправную работу возрастали в разы. Модули легенды показывали, что перед ними два представителя банды «Двухголовых драконов» и один хронограф. За последнего бонусов было немного, но за первых двух…

– По-хорошему разойтись не получится? – спросила Анакс.

Напряжение предстоящей схватки буквально искрилось в атмосфере.

– По-хорошему? – силовики переглянулись. – Если вы готовы сдаться без боя, то мы можем отпустить хиляка хронографа.

Они смерили Арк-Ми презрительным взглядом – не только силовики, но и Анакс, и Прай-Ми.

– Нам нужно посоветоваться, – сказала Анакс, выпрашивая у силовиков минуту на обсуждение предложенной сделки.

– Да нечего тут обсуждать! – возмутился Арк-Ми, чувствуя себя пятым колесом. – Если и совершать обмен, то только наоборот. Пусть забирают меня, а вас отпускают…

Анакс цыкнула на него, велев заткнуться. Силовики нетерпеливо переминались с ноги на ногу.

– Если мы сейчас вступим в схватку с местными силовиками, то за нами на этих уровнях начнут охотиться все, кто представляет в игре закон и органы власти, – сказала Анакс достаточно громко, чтобы силовики могли слышать. – Если у тебя есть тузы в рукаве, то сейчас самое время использовать один из них, – прошептала она, обращаясь к Прай-Ми. – Какие-нибудь гаджеты невидимости или замедления времени, подмены воспоминаний игровых клонов?

– Да все что угодно, только дай время, – скривился Прай-Ми.

– Понятно, – Анакс обернулась, бросив на силовиков тревожный взгляд, и громко сказала, что нужно принять условия служб правопорядка, одновременно с этим вложив в руку Арк-Ми световую гранату. – Используй это, если что-то пойдет не так.

Она активировала пневмогенератор, готовая выпустить пару зарядов в силовиков, прежде чем схватка перейдет в рукопашную, обернулась и замерла, увидев боевого синергика «АЛС-45». Застывшие на ее лице растерянность и страх заставили силовиков обернуться.

Адаптивные игровые алгоритмы попытались замаскировать боевого синергика, разбавив толпу, рассеявшуюся при появлении силовиков, нейронными образами случайных прохожих, которые выглядели так же нелепо, как создаваемые на нижних уровнях образы торговцев цветочных и ювелирных магазинов. Силовики растерянно переглянулись: «Синергик? Это что, действительно боевой Синергик?»

Нейронные легенды модулей силовиков автоматически активировались. Система адаптивных алгоритмов потребовала игроков ретироваться. Силовики снова переглянулись, сожалея о потраченных кредитах, которые могли заработать, задержав нарушителей.

– Мы первые нашли их, – попытался торговаться с боевым синергиком один из силовиков, не понимая, что «АЛС-45» – инструмент основных адаптивных алгоритмов, а не отдельно функционирующая система.

Силовики снова переглянулись и несмело встали на пути боевого синергика – глупый опрометчивый ход, продиктованный жадностью и самоуверенностью игроков со стажем. «АЛС-45» оценил вооружение противников, сделал запрос, получил разработанный план ведения ближнего боя. Данные включали особенности игровых клонов силовиков и последние приемы, использованные в системе во время бунтов. Никаких сюрпризов. Никаких неожиданностей. Все предсказуемо, просчитано до мелочей.

Силовики активировали гравитонные дубинки, выстроились треугольником с оттянутой вершиной – стандартный прием, заложенный в мозг игровых клонов силовиков, подразумевающий возможность заманить противника в центр, окружить и…

Визуальные системы боевого синергика оценили строй противников, отправили новый запрос в центр адаптивных алгоритмов, получив рекомендации ведения боя. Силовики самодовольно улыбнулись, решив, что «АЛС-45» допустил ошибку, пройдя в центр треугольника. Атака представителей правопорядка была стремительной и скоординированной. Никаких лишних действий. Никакой суеты. Синергик подпустил силовиков, позволив сомкнуть круг, уклонившись в последний момент от удара гравитационной дубинки, переведенной в режим нанесения максимальных повреждений. Перехватив руку силовика за кисть, «АЛС-45» отразил его дубинкой следующий удар, сломал силовику руку, прикрылся им как щитом от третьего удара. Гравитационная дубинка напарника переломала силовику ребра. Кровь брызнула изо рта игрового клона. На оценку повреждений противника синергик потратил доли секунды, отпустил силовика и перешел в нападение, избегая ударов гравитационных дубинок с ловкостью акробата. Он просто приближался, не нанося ответные удары, пока не оказался в зоне нанесения максимальных повреждений.

Молниеносный удар ладони сломал ближайшему силовику шейные позвонки в тот самый момент, когда Анакс выстрелила из пневморужья в боевого синергика. Болт пробил ему грудь, застряв где-то внутри. Визуальные системы «АЛС-45» отправили запрос в центр управления, желая получить предписания касательно действия оружия нарушителей. Ответ пришел с задержкой в несколько секунд, требуя детального изучения нового оружия для последующего анализа и разработки правил ведения боя. Промедление стоило боевому синергику пробитого плеча – Анакс была отвратительным стрелком, но в этот день ей, кажется, везло. «АЛС-45» увернулся от очередного удара гравитационной дубинки, подставив Анакс спину.

«Так мне до него не добраться», – поняла она, выпустив в машину три болта, попав точно между лопаток. – Нужно нейтрализовать биоэлектронный мозг».

Десяток выпущенных из пневморужья болтов устремился к ногам «АЛС-45». Анакс уже видела, как боевой синергик падает на колени, поворачивается к ней лицом, открывая для прямого попадания грудь и мозг, когда один из болтов, миновав ноги «АЛС-45», попал последнему уцелевшему силовику в колено, срезав ногу. Силовик взмахнул руками и повалился на спину. Оторванная нога осталась стоять, разделяя силовика и боевого синергика. «АЛС-45» расценил противника неопасным, повернулся к нему спиной и, сменив тактику, начал, петляя, приближаться к нарушителям. Визуальные системы реагировали на каждый выстрел, бросая пластичное тело из стороны в сторону. «АЛС-45» оценивал траекторию выпущенного болта, прослеживал момент, когда нарушитель спустит курок, и менял положение в пространстве.

Анакс выругалась, проклиная отсутствие у самодельного ружья режима «беглый огонь» и быструю адаптацию синергика к неизвестному оружию.

– Стреляй в него из нейронного излучателя! – крикнула она Прай-Ми.

Он подчинился, но успел признаться, что не верит в успех.

– Система не позволит использовать свое оружие против себя!

– Делай, что я велю!

Анакс успела выпустить еще несколько болтов, не достигших цели. Просвистев мимо боевого синергика, они прошили несколько случайных прохожих. Два из них оказались созданными системой нейронными образами, четвертый – игровым клоном. Болт врезался прохожему в голову. Череп лопнул, забрызгав стены станции общественного транспорта мозгами и кровью.

Боевой синергик поравнялся с Анакс. Прай-Ми выстрелил. Активированное оружие отвлекло внимание «АЛС-45» на долю секунды. Этого хватило, чтобы Анакс активировала нанолезвия, скрытые в длинных, доходивших до ягодиц черных волосах. Адаптивные системы «Голода» отключили нейронный излучатель Прай-Ми. Внимание боевого синергика сосредоточилось на Анакс. Длинные волосы взвились в воздух черным веером. Одновременно с этим Анакс спустила курок – последний выстрел, на большее времени не было. Доли секунды ушли у «АЛС-45», чтобы оценить степень угрозы: уклоняться от веера волос или от нацеленного в грудь болта. Тактика игрока была старой как мир – два действия, одно из которых отвлекает внимание. Адаптивные алгоритмы «Голода» хранили в глубоких архивах сведения о запрещенной переработке наномечей в скрытые лезвия, но на анализ и разархивацию данных требовалось несколько секунд, которых не было у «АЛС-45». Поэтому боевой синергик получил указание уклониться от болта, который мог при удачном попадании повредить биоэлектронный мозг. Веер черных волос был расценен как отвлекающий маневр.

«АЛС-45» метнулся в сторону, выверяя смертельный удар, который нанесет нарушителю. Выпущенный из пневморужья болт зацепил руку синергика – допустимый ущерб с учетом выверенного расстояния, необходимого для предстоящей атаки. Веер черных волос коснулся шеи «АЛС-45». Нанолезвия рассекли синтетическую плоть. Сообщение об ошибке было отправлено в центр адаптивных алгоритмов, но времени на ответный ход не было. Нанолезвия срезали боевому синергику голову, отхватив заодно и часть левого предплечья. Искры и технические жидкости брызнули из раны. Занесенная для смертельного удара левая рука повисла плетью вдоль туловища. Визуальный контакт был утерян. Удар правой оказался неточным, позволив Анакс уклониться.

Системы «АЛС-45» переключились в аварийный режим, ориентируясь в пространстве согласно командам основных адаптивных алгоритмов.

– Не стойте на месте, двигайтесь! – крикнула Анакс братьям.

Петляя, они покинули квартал, где находилась станция общественного транспорта. Какое-то время боевой синергик пытался вести преследование, но после того, как нарушители сменили тактику и разделились, ретировался, получив приказ от основных адаптивных алгоритмов вернуться в альков для последующей переработки.

– Ну вот, теперь и ты войдешь в историю как первый игроман, уничтоживший боевого синергика, – сказал Прай-Ми, когда троица беглецов встретилась недалеко от улицы, где находилось монолитное и неприступное на первый взгляд здание оставленного на игровой площадке архива.

– Сомневаюсь, что кто-то вспомнит обо мне, – скривилась Анакс, считая слова Прай-Ми издевкой. – Во-первых, в истории всегда остаются только первопроходцы, а это ты. Во-вторых, я не уничтожила боевого синергика, а сильно повредила, после чего сбежала, не закончив сражение. Так что… – на ее губах появилась улыбка, – ты по-прежнему остаешься королем этой горы. Первый игроман, победивший боевого синергика.

– Я не игроман, – отмахнулся Прай-Ми, разглядывая здание архива.

Согласно основным релизам игровых площадок, архив сохранял охранные системы и архитектуру неизмененными со времен, когда функционировал в Размерности, – до теракта, превратившего Isistius labialis в окруженный льдами оазис, где погибло более восьмидесяти процентов подключенного к Квазару населения. Потом были десятилетия застоя, сотни заседаний клириков, пытавшихся решить, как быть с уцелевшими жителями: оставить в опустевшем комплексе, сократив затраты энергии на сдерживание Ледника, сохранив лишь необходимые для жизни центральные кварталы, или организовать экспедицию, переселив уцелевших жителей в Galeus longirostris и Hextactinellida.

В итоге решение проблемы нашли центры Энрофы, решившие воспользоваться ситуацией, открыв десятки незаконных исследовательских центров в Isistius labialis. Робко, но настойчиво за учеными Энрофы в жилой комплекс, не обремененный чудовищными налогами и непомерной арендной платой, потянулись исследовательские центры Размерности, резонансные инженеры и, под итог, игровые площадки. Для последних передислокация стала вторым дыханием, позволив расширить игровые площади до небывалых размеров. Это дало возможность увеличить в десятки раз количество участников и снизить цены на ключи игроков, собирая рекордные суммы единиц Влияния.

Игровые проекты перешли на новый уровень. Теперь к разработкам новых игр привлекались лучшие инженеры и координаторы. Качество игровых площадок шло в гору. Впервые в истории Нейронные развлекательные сети заинтересовались приобретением прав на трансляции игровых процессов в реальном времени. Использование игровых клонов и перенос сознаний объединил скованные Великим ледником жилые комплексы.

Талантливые финансисты, почувствовав желание людей тратить единицы Влияния на игры, подключались к модному течению сотнями, открывая новые проекты. Привлеченные к игровой горячке акеми разрабатывали новые протоколы, необходимые для полноценного функционирования игровой площадки в Подпространстве. Мир Квазара обещал неограниченную игровую базу, но запустить серьезные проекты удалось только после того, как акеми по имени Пай-Мик, не имевший отношения к игровым проектам, взломал алгоритмы точки сборки, необходимой для существования сознания в Квазаре, и определил правила и базисы подмены Основных протоколов личности. Открытие было нестабильным и считалось неприменимым в реальности Квазар, но для игровых площадок, долгое время пытавшихся выйти на рынок Подпространства, стало золотой жилой.

Игроманы, аналитики и социологи сбились со счета, устав рассказывать о сотнях игровых проектов, которые вспыхивали и гасли, не продержавшись и сезона в бурлящих потоках развлекательного бизнеса. Сформировался костяк явных лидеров и аутсайдеров. Объединив усилия, лидеры старались контролировать игровой рынок, побуждая Всемирную иерархию выпускать новые антимонопольные законы КвазаРазмерности. Но главным антимонопольным фактором оставалась реальность, разделенная на два мира. И никто не собирался уступать.

Акеми и резонансные инженеры тянулись к проектам Квазара. Центры Энрофы оставались верными материальному миру. Рождение двух основных, независимых, враждебных друг другу игровых площадок, как «Голод» и «Фивы», оставалось вопросом времени. Потом началась рекламная гонка технологий.

Устаревший архив Иерархии, давно переведенный на двухуровневый язык общения, с учетом современного нейронного интерфейса и с возможностью изучать данные, не покидая Квазар, стал одной из рекламных компаний, призванных усилить ажиотаж вокруг «Голода». В обмен на допуск к архиву управляющий персонал предоставил клирикам полный доступ к запланированным сценариям развития. Так, «Двухголовым драконам», напомнившим Иерархии адептов «Мункара и Накира», было запрещено принимать участие в игровых беспорядках во время бунтов. Вторым условием был информационный фильтр, согласно которому центральные нейронные игровые каналы «Голода», которых к тому времени было около дюжины, не транслировали детали запрещенных Иерархией сцен. Список запретов казался бесконечным, но в тот момент никто не думал, что «Голод» продержится не одно поколение, поэтому срок использования информационного фильтра ограничили десятью годами – ни один игровой проект прежде не продержался и трети от этого срока. Впоследствии Институт всемирной иерархии утратил почти все наложенные на проект ограничения в обмен за доступ к оставленному архиву, проявив усердие разве что в отношении «Двухголовых драконов».

Что касается архива, то перед тем как отправиться в незаконный центр Энрофы и заложить свое тело в обмен на ключ игрока, Прай-Ми тщательно изучил чертежи и особенности охраны внутри этого здания, расположенного на верхних уровнях, где начинались владения небожителей. Ничего особенного. Ничего запредельного. Охрана самая обыкновенная, ставшая давно классикой на уровнях Рая в «Голоде». Слишком много нейронных блокировок. Слишком старые механические системы, связанные с центральными адаптивными алгоритмами, устаревшими поколение назад. Новые нейронные сети седьмого поколения сырые и требуют доработки. Если добавить к этому старые жидкие чипы, интегрируемые игровым клонам, безупречные, но изжившие себя протоколы программирования, то…

– Думаю, я бы смог переписать базисы новых сетей, сделав их более совершенными, – сказал Прай-Ми, разглядывая здание архива. – Не знаю, понимают клирики об уязвимости или нет, но новые способности открывают новые горизонты для вирусов и взломов, – он смерил брата многозначительным взглядом. – Мы могли бы сделать себе имя, заключив с Иерархией договор на разработку новых жидких чипов и интерфейсов взаимодействия.

– И не мы одни, – сказал Арк-Ми. – Каждый уважающий себя инженер Размерности считает, что способен улучшить новые нейронные сети, но Всемирная иерархия считает этих инженеров недостаточно квалифицированными и ждет предложений от своих собственных ученых. Понимаешь? Независимые инженеры Размерности для них не авторитет. А мы с тобой даже не инженеры – ученые акеми, которых Иерархия считает алхимиками современного мира, при условии, конечно, что не обвиняет в связи с адептами «Мункара и Накира».

– Зато мы создали с тобой первую в истории двухуровневую игру. Не просто придумали, а написали с нуля. Если бы не спешка новых хозяев «Мекки», то мы могли войти в историю как разработчики революционной системы переносов, изменившей понимание путешествий между комплексами по принципу «человек – клон», – Прай-Ми повернулся к Анакс и спросил, знает ли она, как много дыр в основных алгоритмах сетей седьмого поколения.

– Это поможет нам попасть в архив? – спросила Анакс.

– А почему, по-твоему, я тебя спрашиваю?

– Не знаю. Хочешь похвастаться, какой ты умный? – Анакс выдержала тяжелый взгляд Прай-Ми, даже не пытаясь улыбнуться, подчеркивая, что не шутит. – Могут появиться и другие боевые синергики. И на этот раз прежний трюк не сработает. Адаптивные алгоритмы учтут наши навыки, изменят тактику. Так что если у тебя есть идеи, как пробраться в архив, то сейчас самое время открыть мне карты, потому что потом…

– Мы заразим охранные системы архива вирусом. Используем интегрированный игровым клонам жидкий чип, изменим основные протоколы при помощи модуля взлома и позволим нейронным охранным система архива подключиться к зараженному чипу. Главное – оградить клона гравитационным коконом по дороге в архив, чтобы не заразить весь квартал. Что касается защитных систем архива, то они, согласно начальным требованиям Иерархии, полностью автономны, поэтому вирус просто отрубит девяносто процентов защитных систем, позволив нам забрать то, что нужно, а затем уничтожит себя.

– А как быть с оставшимися десятью процентами охранных систем? – спросила Анакс.

– Придумаем на месте.

– На месте? – Анакс презрительно скривилась. – И вот еще: ты сказал, что мы используем жидкий модуль игрового клона для взлома. Можно узнать – чей? Потому что свой я не дам, а ты должен оставаться в игре, занимаясь программированием… – она покосилась на Арк-Ми и снова заглянула Прай-Ми в глаза. – Ты понимаешь, что его тело заложено в терминале и, если ты сделаешь что-то не так и система решит выбросить его из игры, это будет означать смерть?

– Я не собираюсь заражать вирусом чип брата, – сказал Прай-Ми, выуживая из вещмешка модуль взлома. – Для этого мы используем стороннего игрового клона.

– Ты хочешь, чтобы мы схватили случайного прохожего?

– Почему бы и нет?

– А если он заложил свое тело, как ты с братом?

– Ни один незаконный терминал не предоставляет ключи игроков верхних уровней. И дело не в том, что они не могут взломать защитные системы небожителей, просто это невыгодно – игрок быстрее вылетит из игры в Аду или Чистилище, а Рай… – Прай-Ми театрально огляделся. – Здесь тихо и спокойно…

Он замолчал, переключившись на изменение настроек модуля взлома. Какое-то время Анакс наблюдала за ним, удивляясь неловкости, с которой Прай-Ми пытается удалить из модуля защитные системы.

– Ладно, давай достанем твоему брату жидкий чип, – сказала она Арк-Ми и сразу предупредила, что выбирать будущую жертву придется ему.

– Боишься убить кого-то по-настоящему? – спросил Арк-Ми.

– А ты нет? – ощетинилась Анакс, устав от показного безразличия братьев.

Арк-Ми предпочел промолчать. Новостные нейронные каналы, предназначенные для игровых площадок, транслировали бунты с нижних уровней, предупреждая о нестабильной обстановке. Он вспомнил, как Саломея рассказывала о том, что при желании можно вклиниться в трансляцию, подменив основные образы, посеяв смуту, внеся дезинформацию. Вот только как это поможет пробраться в архив?

После случая с «Прыгуном» вера в безупречность брата пошатнулась. Может быть, он и гений, но не бог. Всегда могут появиться непредвиденные обстоятельства.

– О чем задумался, хиляк? – спросила Анакс, ткнув его локтем под ребра. Удар был несильным, но для тщедушного тела хронографа и этого было достаточно, чтобы перехватило дыхание. – Смотри, – Анакс взглядом указала на лишенную волосяного покрова женщину.

Высокая и худощавая, она шла, прижимая к плоской груди портативный нейронный модулятор.

– Небожитель-наркоман, – прошептала Анакс. – Я видела таких за годы игрового процесса сотни. Они приходили ко мне за нейронными наркотиками – заносчивые, нервные. Иерархия обязала создавать игровых клонов, способных очищать организм по требованию игрока, но нейронные наркотики – это другое. Говорят, зависимость складывается на метафизическом уровне, действуя не столько на материальное тело и синоптические связи клона, сколько непосредственно на перенесенное в мозг клона сознание игрока. Поэтому, когда начинаются бунты, подсевшие на нейронный наркотик небожители готовы буквально на стену лезть, лишь бы получить дозу. Но станции общественного транспорта закрыты. Жизнь замерла. Повсюду патрули силовиков. Наркозависимые небожители курсируют от одного дома к другому, надеясь, что у друзей осталась пара заветных пилюль с нейронным наркотиком. Поэтому наркоманы и носят повсюду нейронные модуляторы…

Анакс оставила Арк-Ми и смешалась с толпой, пробираясь к женщине-небожителю. Язык общения и базы поведения были давно наработаны. Анакс могла определить небожителя-наркомана так же, как и небожитель мог признать в ней дилера, выделив из толпы. Арк-Ми не слышал, о чем Анакс разговаривает с женщиной-небожителем, но судя по оживлению, произошедшему с небожительницей, все шло к тому, что Прай-Ми скоро получит необходимый ему чип.

Доверительно улыбаясь, Анакс уводила наркозависимого игромана из густонаселенной части уровня. Незаконные терминалы никогда не принимали в залог тела в обмен на ключи небожителей, поэтому сомнений в том, что убив клона, можно убить настоящего игрока, не было. Даже наоборот – возможно, вернув игрока к реальности, они сделают ему великую милость, не позволив увязнуть в зависимости к игровому нейронному наркотику.

Анакс долго рылась в вещмешке, распаляя нетерпение небожительницы, затем выудила пару пилюль и протянула безволосому игровому клону на раскрытой ладони. Женщина задрожала, глаза вспыхнули безумием.

– Можешь принять их здесь, – сказала Анакс, оглядываясь. – Подворотня тихая. Если доплатишь, то обещаю присмотреть за тобой, пока не вернешься из нейронного трипа.

Небожительница подозрительно закусила губу, затем представила, сколько времени займет возвращение в свою квартиру, и спешно закивала, перечислив требуемое количество кредитов на счет Анакс. Проглотив красную пилюлю, небожительница настроила переносной нейронный модулятор, изживший себя в КвазаРазмерности тысячи лет назад, на произвольный набор и нетерпеливо закрыла глаза. Спустя минуту она отключилась.

Арк-Ми вышел из укрытия. Когда-то давно, в детстве, Прай-Ми часто рассказывал о принципе работы нейронных модуляторов, мечтая построить игровую платформу, используя эти старые технологии. Беда модуляторов заключалась в том, что без нейронных наркотиков они работали как примитивные виртуальные игры, канувшие давно в небытие в силу несовершенства и отсутствия веры игрока в реальность. После приема наркотика проблем с восприятием не возникало, но видения не поддавались контролю. Это были сны наяву, от которых невозможно проснуться. Нейронный модулятор служил связующим звеном между участниками трипа. Обычно люди объединялись в группы, с головой окунаясь в сплав совместных снов, фантазий, восприятий реальности.

Пик использования модуляторов и нейронных наркотиков пришелся на период затяжной Третьей мировой войны, которая длилась так долго, что люди забыли о том, какой была жизнь в мирные дни. Поколение за поколением изоляция в закрытых гигантских комплексах, построенных в океанах, плюс застой и бесконечные проповеди о конце света собирали возле нейронных модуляторов все больше людей, уставших от мрачной, безрадостной реальности. Планета умирала, война стала нормой. На плечах висел груз лишений: нехватка необходимой для нормального функционирования общества энергии, перебои с обеспечением жителей синтетическими продуктами питания, бесконечные стычки внутри комплексов между представителями разных социальных и этнических групп…

– Брат говорит, что нейронные модуляторы служили официальным досугом у колонистов во времена, когда человечество пыталось покорить космос, – сказал Арк-Ми, наблюдая за трипующей небожительницей.

– К черту твоего брата! – отмахнулась Анакс. – Помоги лучше сломать этой наркоманке что-нибудь и вызвать медицинского помощника. Системе наплевать, за что платит игрок. Я оплачу нейронный корсет, и так мы доставим игрового клона твоему брату. В противном случае нас остановит первый патруль силовиков…

Анакс уложила небожительницу на спину и велела Арк-Ми держать руку женщины.

– Главное – не применять официальное оружие, иначе система сообщит о происшествии силовикам, – бормотала Анакс, примеряясь, как лучше нанести удар.

Арк-Ми отвернулся. Хрустнули сломанные кости. Трипующая женщина не очнулась, лишь тихо застонала, но почти сразу успокоилась. Анакс активировала модуль легенды. Медицинский помощник оценил повреждения небожительницы и сообщил о цене лечения. Анакс выругалась, увидев суммы за лечение, сильно завышенные в районах Рая, но вместо того, чтобы отказаться, оплатила необязательную транспортировку пострадавшего. Медицинский помощник сообщил о том, что сломанные кости будут восстановлены в течение получаса, но в ближайшие дни следует избегать нагрузок.

Нейронный корсет окутал тело небожительницы. Анакс взяла модулятор, надеясь, что трип не прервется в дороге, и женщина, придя в сознание, не поднимет крик. Прохожие, признавая в Анакс представителя банды «Двухголовых драконов», смущенно отводили взгляд.

– Чертов нейронный корсет сжирает кредиты быстрее, чем самая дорогая аптечка на средних уровнях, – ворчала Анакс, наблюдая, как истощается ее счет. – Боюсь даже представить, какие цены на самых высоких уровнях.

– Главное, чтобы корсет работал исправно, – сказал Арк-Ми, вспоминая силовиков, с которыми они разминулись пару минут назад.

Анакс заверила, что во время бунтов ни один из игроков не может быть объявлен в розыск, но после встречи с боевыми синергиками Арк-Ми ждал любых неприятностей.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю