Текст книги "Терновая Корона (СИ)"

Автор книги: Виктория Олейник

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 11 страниц)

30

Но его силы были даже слишком чрезмерны. Он замер, осматривая поле сражения. Кругом, куда ни посмотри, зимние солдаты, одетые в форму с белыми узорами, похожими на иней, остервенело сражались за мерзлую землю и их царька. Ледяной ветер кружил в тишине, завывал, яростно раздирая одежды павших.

Но и на его стороне поддержки оказалось не меньше. Как много войск. Леодар нахмурился, изучая участников в незнакомой форме, обрывки мыслей завертелись в голове. Южный князь прислал войска? Откуда здесь силы Пустоши?

Леодар выдохнул сквозь зубы. И силы клана Розы – воины Амброзайоса?

Он плохо помнил тот вечер, вечер свадьбы, вырвавший клок из его жизни. Но он не помнил, чтобы с кем-то заключал союзы.

– Госпожа Айлия потребовала помощи у Амброзайоса, а он привел подкрепления. Но его силы задержались на дальних подступах...

– Потребовала? – В легком изумлении обернулся Леодар на своего полководца. Однако ответил ему посыльный, увязавшийся следом, как самый приставучий из репейников.

– Зря это не видели. Ваша королевна всех построила! Жуткая женщина... – Наткнувшись на мрачный взгляд Леодара, он подавился. – Прекрасная женщина, говорю! Нежная и трепетная. Даже совет охотников решил с ней не связываться... В смысле, связаться и выделил свои силы. Вот там, видите?

Судя по всему, совет остался верен себе, группка одиноких охотников больше жалась друг к другу, не одобряя вылазки в ад. Но то, что совет выделил их, само по себе странно. Леодар нахмурился.

Сражение шло чуть дальше, сверкали клинки, лилась кровь. То и дело падали фигуры, сверкали, ослепляя, вспышки заклятий. Он оказался прав, вписав Айлию своей наследницей при заключении самого первого договора. Она не только сохранила Терновый Клан, но и умудрилась развязать войну и собрала все силы, от демонических сил до сил нечисти; то и дело Леодар замечал серые вспышки, явились даже оборотни.

Милая, трепетная Айли... Она справилась с ролью королевы даже лучше, чем он надеялся, особенно если учесть, что у нее нет опыта в правлении.

Однажды он расскажет ей все тонкости, но это будет, когда она вернется к нему. Леодар стиснул зубы, по его лицу скользнули желваки. Рыкнув, он хлестнул кинжалом по подобравшемуся зимнему, и отступил от ядовитой шипящей крови, фонтаном хлынувшей из чужого горла.

Он отсутствовал непозволительно долго. Он подвел феникса! Леодар пошатнулся, чувствуя отвратительную слабость. Он не дал себе передышки после пробуждения, предчувствие гнало его, не позволяя задуматься об ином.

Только задача, только она. О последствиях непродолжительной комы можно подумать и потом. И о том, как ему удалось выпрыгнуть из этого и очнуться. И о том, почему исцеляющая магия Аристола хлещет в него, но утекает на сторону, оставляя ему крохи.

Все потом, сперва Айли.

– Повелитель! Клан розы обещал явиться к нашим силам в течение получаса. Амброзайос вычищает правый сектор.

Его доверенный, глава стражи Тернового Клана, приложил кулак к груди. И в смертном мире Аттон немало поспособствовал безопасности Терновых Земель, но больше замещал его в Аристоле все то время, пока Терновый Король находился в изгнании. По уже сложившейся за последние годы привычке Леодар одернул свои кандалы и выдохнул, не обнаружив их.

Его изгнание завершено? А он даже не задумался об этом, шагнув в Аристол. Что ж, возможно, идея обручить возможную будущую дочь с наследником Амброзайоса – хорошая мысль, его клану нужны союзники. Помолвка детей – и означает мирный договор; когда помолвленные вырастут, сами решат, встрепать ли им в брак.

Но именно сейчас это объединит кланы, что может быть бесценным. С такими союзниками, даже если с ним самим что-то случится, Айли будет в безопасности...

Если он сперва вернет ее. У Зареля нет тормозов, Леодар давно подозревал, что зимний ублюдок рехнулся. Перед открытием портала ему доложили о делах, которые были учинены благодаря его, проклятье, украденной магии! Кафе полукровок, нападение на логово оборотней, атака на владения вампиров... Зарель совершал то, что запрещено любыми договорами и правилами.

Он безумен. Иначе это нельзя объяснить. Безумен – и адски опасен.

И Айли сейчас в его руках.

– Нам нужно дождаться их и тогда...

– Нет! Выступаем прямо сейчас!

Зарель подготовился. Помимо зимних демонов, на этом поле хватало и смертных с зимних ферм, бесчисленное множество. Они нападали бездумно. Без оглядки, с остервенением зверей, вряд ли отдавая себе отчет в действиях. Все они падали пачками, сраженные стражниками Леодара, и все, как один, восставали из мертвых, буквально собираясь по частям.

Они отнимали время, затормаживали продвижение. Опустив веки, Леодар стиснул зубы. В этом и есть их цель, задержать. Зарель надеется получить недостающий паззл, магию феникса. И ее саму.

Зарель хочет использовать Айли, как живой щит.

Леодар никогда так не поступал. Запахи крови и металла сопровождали его с детства, половину своей жизни он провел в межклановых сражениях. Свою власть он добывал во внутриклановой борьбе.

Он никогда не покидал поле боя.

Но сегодня – придется.

– Ты! – указал он на посыльного, настолько бестолкового в сражении за счет своей худощавости, что никто и не заметит его отсутствия. – Пойдешь со мной! Будешь следить и верещать, если нападут сзади!

– Верещать? – сузил глаза посыльный, но Леодар махнул рукой, подзывая Аттона.

– А ты останься и дождись подкреплений Амброзайоса. Я должен освободить феникса. Мне нужно, чтобы вы обеспечили мне проход.

Что хорошо в Аттоне – он никогда не задавал вопросов. Подозвав стражников, он бросил им пару слов, и врагов стали теснить в сторону. Проход. Единственное, что сейчас нужно, это найти Айли. Леодару не нужны были ритуалы, чтобы почувствовать, где она: Терновая корона, стискивающая его голову, вела его по едва ощутимой связи.

К своей тревоге, он ощутил ее присутствие в Замке – там, куда ей совершенно нельзя. Перехватив одну из лошадей, потерявших вражеского всадника, он взлетел в седло и похлопал по ее крупу.

Животное шумно выдохнуло, сверкнув одним глазом. В Аристоле лошади иные. Конь ударил копытом, выбив из земли искры, по его гриве пробежалось пламя; зубы у подобных созданий острее стали.

Помимо прочего, они падальщики. Леодар как раз отвлек это дивное создание от гастрономического интереса к мертвому смертному. Смертный восстанет и нападет снова; может, остановив коня, он добавил головной боли своим отрядам.

Но у Леодара не было времени! С пешками Зареля он разберется позднее. Однако сейчас... сейчас пришло время найти их короля.

31

Животное верно выбирало самые надежные участки, ни разу не оступилось на хрупком льду. Леодару важно было обойти те участки, где войска Зареля поджидали бы его. Он доподлинно точно знал, как мыслит зимний король – побочный эффект их обоюдной связи.

Айли – наваждение зимнего короля. Но помимо этого – заманчивая сила, которую Зарель мог получить только с согласия феникса.

Этот зимний ублюдок ожидал прихода Леодара. Подготовился, мразь! Терновый Демон не исключал, что все силы зимнего клана были брошены на то, чтобы любой ценой предотвратить проход любого, кто мог бы помешать планам зимнего правителя на феникса.

А значит, Зарель попытается прогнуть девушку, заставить ее дать добровольное согласие. Леодар не хотел даже думать, какими именно способами зимний король попытается это сделать. Вот почему он сам нервничал все больше, подгоняя коня и не обращая внимания на хлестающий в лицо снег.

Погода разошлась не на шутку, откликаясь на происходящие события. Над головой бесновался ветер, швыряя град и острые ледяные иглы под его ноги. Леодар нервничал все сильнее. Припадая к крупу лошади, он подгонял животное.

Этот чертов зимний дворец находился от портала слишком далеко! Прямые переходы в сердце зимнего клана гасились; это одна из причин, по которой отдельные демоны потом долго хвастались, как они потратили целый день на пеший ход, зато потом развлеклись с каждой из одурманенных пленниц Зареля.

Среди демонов зимний клан считался чем-то сродни борделю. Мерзкое место. С мерзкими обитателями.

И до подозрительности сейчас уязвимое – похоже, Зарель действительно бросил все свои силы, чтобы не позволить чужакам пересечь границы клана.

Но вот он здесь – и отступать не планировал.

Спешившись, Леодар махнул клинком, подрубая метнувшемуся к нему стражнику ноги. Брызнула кровь, смотреть на тело противника желания не было. Оставив коня, Леодар взбежал по длинной лестнице к сомкнутым вратам, и махнул рукой, магией отбрасывая очередного нападавшего.

– Будь настороже, следи в оба!

– Слушаю и повинуюсь, – неохотно откликнулся посыльный, показалось, что с иронией.

Врата со скрипом открылись перед ними, пропуская на придворцовую площадь. Некогда Леодару довелось увидеть одну из оргий, которую здесь устраивал Зарель. Но сейчас здесь было пусто, ни души – слишком подозрительно.

Где стража?

– Смотри в оба, – бросил Леодар своему нелепому соратнику. Тот зыркнул исподлобья. От этого типа проку, кроме воплей, конечно, нет. Но глаза за спиной не помешают.

Тем более что немногочисленные стражники обнаружились за вторыми вратами, поджидали, как будто им отдали приказ остановить именно его любой ценой. Крутанув в руках клинок, он ударил по первому нападавшему, потом по второму.

Но Айли здесь не было. Пусть он ощущал след ее ауры, легкий, невесомый – она была здесь только что. И это заставляло нервничать еще больше. Где она сейчас? Куда Зарель увел ее?

Впрочем, стоило перешагнуть порог, как любые вопросы утратили свой смысл.

Сначала повисла тишина. Неестественная, словно нажали на кнопку, и все звуки угасли, а мир остановился и застыл. Сердце Леодара ударилось лишь один раз, а потом вокруг разнеслась волна жара и пламени, такая мощная, что его отбросило назад, а в ушах заложило. Он словно потерялся в пространстве, завис в нем, распятый силой слишком мощной, чтобы спутать ее с другой.

Упав на пол, он утратил сознание и понимание, где он и что он есть. Корона тисками обхватила его голову, сжала так, что Леодар зарычал от боли. Ему казалось, артефакт раздавит его, уничтожит в пыль!

Это длилось минуту... часы.

А может быть, мгновения. Нахлынул мрак, всё загудело, вокруг закружился пепел. Здание тряхнуло, что-то заскрежетало в нем, словно камень дробился на осколки. Земля подпрыгнула, когда Замок начал осыпаться, как карточный домик. Обваливались целые куски стен, пыль и щебень погрузили все во мрак; камни трещали и рассыпались в пепел. Леодар почти ничего не мог понять...

…Кроме того, что в груди больно. Словно натянутую струну отпустили, и она выбила почву из-под его ног. Но именно эта струна сетями стискивала его все это время, мешала дышать. Отнимала его силы.

Теперь, когда она разорвалась, он вдохнул полной грудью. Было невыносимо больно, так больно, что его дыхание вырывалось с хрипами.

Однако в то же время утраченная сила стремительно возвращалась к нему. Наполняла такой мощью, которой он не ощущал с момента изгнания.

Связь с Зарелем... исчезла.

– Повелитель? Вас уже надо хоронить?

Леодар не обратил внимания на посыльного, кашляющего от копоти. Как и на то, что ударная волна пощадила его, но никого больше – все стражники сгинули в пламени. Из его груди вырвался рык. И не боль была тому причиной, а осознание.

Вокруг не было тел. И, кроме его самого и посыльного, живых не было. Только пепел – бесконечный пепел и выжженная земля без единого намека на жизнь. На многие мили вокруг. Ничего и никого; Замок все еще рушился, наполовину сожженный. Земля трещала под весом руин, обугленная, как зола. Его пальцы утопали в слое пепла и праха, в его ноздри ввинчивался запах сожженной плоти.

– Феникс... – вырвалось у Леодара.

Только одна сила могла это вызвать. Последний дар чудесного создания, сверкающего золотым пламенем, как яркое солнце...

Последний дар, потому что, уничтожая все в пламени, фениксы сгорают и сами на своем погребальном огне...

32

Фениксы легендарны даже в Аристоле. Всегда живущие уединенно, они не торопились давать потомство, как и не слишком часто снисходили до общения с демонами в целом. Они находились на границе двух миров, их трудно было отнести как к смертным, так и к бессмертным. Они проживали порядка десяти смертных жизней и только потом угасали окончательно, возвращаясь в стихию, из которой появились – в пламя.

Заканчивая свое последнее воплощение, они не умирали – просто исчезли навек.

Однажды Леодару сказали, что у Айли осталась лишь одна жизнь. Как так вышло, она ведь молода! Значит ли это, что она исчерпала пламя, которое могло ее возродить? Или всему виной ее выбор, ведь связав себя узами брака с ним, терновым королем, она начала путь перерождения в терновую королеву?

Леодар не знал, мог только надеяться. Надеяться, что он не потерял свою королеву, что она каким-то образом жива, что у него есть время, чтобы ее спасти, хоть что-нибудь!

Отчасти ему дарила надежду тонкая, истончающая нить, протянувшаяся между ним и Айли. Брачная связь исчезала, но она все-таки еще теплилась. Должно быть время. Хоть какое-то!

– Мне нужна твоя энергия для портала, – отрывисто велел он посыльному.

Пепел кружился в воздухе, на месте замка образовалось выжженное плато. Теперь не нужно было петлять по коридорам, чтобы отыскать, где феникс находилась перед тем, как Зарель забрал ее.

Оттуда можно будет проследить, где она сейчас… Впрочем, Леодар и так догадывался, проклятье, он догадывался, где искать жену!

Ритуальный дворец, где Зарель однажды попытался связать девушку узами брака. Именно там возникла чертова взаимосвязь между ним и зимним королем; именно там он отбил феникса из лап зимнего ублюдка, а теперь, если понадобится, отобьет ее у самой смерти!

– Да смысл? Барьеры пали, не заметили, что ли? – Посыльный, раздраженно выдохнув, махнул рукой, и воздух заискрился от перламутрового вихря. Прежде, чем шагнуть в портал, Леодар долго посмотрел на парнишку, впервые поймав себя на мысли, что этот тип не так прост...

Но для этого не время! Дернув плечом, Леодар перешагнул границу пространства. Плевать, что с этим парнем не так, плевать, что случилось, плевать на все! Леодар пнул с дороги остатки сожженной стены, пробивая себе путь.

Плевать на все... кроме нее.

Он увидел ее сразу, как только прах развеялся достаточно, чтобы обнажить для него мир. Там, на горизонте, все еще разливалось пламя. Горели местные леса, тлели здания...

Феникс, утративший контроль над своим даром, обречен. Он умирает сам. И забирает с собой жизни всех, кто подпадет под пламя – тысячи и тысячи жизней.

Леодар упал перед Айли на колени. Его губы дрогнули, он не верил, не мог...

– Айли... – позвал он, коснувшись ее щеки. Пламя не коснулось ее тела. Он ни разу не видел, как возрождаются фениксы. Разве она не должна восстать из пепла теперь? Разве она не...

Он подцедил прядь ее медных волос, и та, вспыхнув, рассыпалась искрами. Девушка... исчезала. Исчезала на его глазах; под ее кожей мерцали огненные вены, и он вспомнил старые легенды: именно так погибают фениксы...

Когда это пламя, текущее в ее венах, угаснет окончательно, девушка исчезнет вместе с ним. Станет стихией, которая подарила ей жизнь – растворится в ней...

– У нее было последнее воплощение, вы помните, повелитель? Она перестала быть фениксом, когда выбрала вас, ее пламя исчерпано сегодня до дна. – Посыльный равнодушно облокотился об алтарь, чудом уцелевший, хоть и обрушившийся наполовину.

Последнее... Последнее... Слово зазвучало в его голове; демон судорожно вдохнул, ощутив, что ему не хватает воздуха. Что он сгорает сейчас в пламени, и почва уходит из-под его ног.

Он опоздал. Не справился, не защитил ее...

– Но я намекну, повелитель, – посыльный отстранился от алтаря и повел головой, разминая шею. – Вы, создания этих миров, слишком быстро сдаетесь. У вас есть еще один способ. Он на вашей голове, или мне уточнить?

Да кто этот тип такой, черт бы его?! Сейчас, когда к нему вернулась полная сила, Леодар ощутил прорвавшуюся сквозь наложение иллюзий мощь; она ударила в него, обнажая за обликом посыльного – другой облик. Лицо посыльного будто раздваивалось, искажалось...

Он не тот, за кого себя выдает.

Его сила превосходила любую, с которой он сталкивался до сих пор. Магия хлестала из него, одновременно сияющая, как солнце, и черная, как ночь. Даже простой взгляд сквозь возведенные этим существом завесы отзывался болью в висках.

Как он мог просмотреть это под своим собственным носом? Леодар выдохнул, оставляя вопросы на потом. Это ждет. Все ждет! Он отвел с лица феникса медные пряди. Закрыл глаза, заставляя себя собраться с мыслями.

На его голове... Терновая корона.

Власть этого места была уничтожена вместе с Зарелем. Преграды, блокирующие порталы, рушились одна за другой, да и не такие уж это преграды для такого, как он. Сила вернулась к нему, он больше не испытывал недостатка магии.

Вдохнув, он подхватил феникса на руки и, не говоря ни слова, шагнул в покорно открывшийся для него портал. Сила посыльного, кем бы он ни являлся, помогла проложить путь далеко – достаточно далеко, чтобы достичь точки, ощутимо удаленной от зимних земель.

Родные земли, пахнущие опавшей листвой, встретили его хмуростью и зловещей тишиной. Свинцовое небо нависало над ними набухающей грозой; разряды молний ветвились в темных тучах, грозя обрушиться на их головы. Потрескавшаяся земля изголодалась по дождю; изогнутые тернии тянулись к его ногам, цепляясь за обожженные полы мантии.

Терновый Клан. Воздух защекотал ноздри, подпитывая его магию, но сейчас не то время, когда он мог бы вдохнуть полной грудью. Не сейчас, когда на его руках смысл всей его жизни. Не в момент, когда жизнь Айли висит на волоске, цепляясь за меркнущие искры под ее кожей.

– Повелитель! – Одна из терновых жриц, несущая к Терновому Дворцу чашу со свечами, увидев его, рухнула на колени. – С возвращением вас! С возвращением! Мы не знали, мы…

– Довольно! – Он сделал рубящий жест, останавливая приветствия. Его не ждали здесь, это можно понять Он отсутствовал слишком долго. Бесконечность и бесконечность дней… – Подготовь алтарь.

Последние слова он бросил появившемуся из портала посыльному. Неодобрительно покачав головой, тот взмахнул рукой – налетевший вихрь сбросил с алтаря пожухлые бурые листья и мелкий сор. После чего кинул жрице пару слов, но Леодар их не услышал.

Он опустил феникса на древний алтарь. Поставив на него руки, низко склонил голову.

Никогда не получалось. Ни у кого.

Это невозможно. Он не спасет ее, только умрет сам. Он не сможет добиться ничего больше.

– Повелитель! Постойте! Если вы хотите провести ритуал, мы поможем вам отдохнуть и…

– Нет. Я проведу ритуал терновой короны, – отрывисто бросил Леодар, беря себя в руки. Послышался звон, кажется, ведьма уронила свою ношу. – Приведи всех!

Он приложил ладонь к бледной щеке девушки, медные волосы разметались вокруг ее головы. Она еще не ушла далеко. У него еще есть время. Так мало времени! Но оно есть.

Это самоубийство. То, что он задумал, испепелит их обоих.

Но у него не было времени на сомнения. Стиснув зубы, он сорвал с себя остатки истлевшей рубашки, почти уничтоженной пламенем феникса.

Он знал, что будет сложно. Такие ритуалы кровавы и полны боли. Их совершают над живыми, возможно, уже слишком поздно. Ему придется спуститься в самое пекло ада и вырвать из него девушку. Свою жену, свою принцессу. Ту, ради которой он готов был отобрать у Алатара добычу, любой ценой!

Ни у кого еще не получалось за последние тысячи лет.

Что ж, он будет первым. Он спасет ее.

Или погибнет с ней вместе...

33

Леодар закрыл глаза. Он позволил снять с себя одежду, раскинув руки, вытерпел все подготовки. Его натирали маслами, благовониями, щекочущими ноздри. В него втирали соль и кровь. Землю и пепел.

Все четыре стихии должно быть задействованы в ритуале, чаши с подношениями стояли по четыре стороны алтаря. Дым возносился к свинцовому небу. Воняло кровью и жженным, монотонно раздавались слова заклятий.

– Ступайте.

Леодар забрал у ведьм поднос с необходимыми травами и маслами. Сам убрал с обожженного тела феникса остатки ткани. Отложил в сторону невзрачный черный кулон, который Айли не снимала последнее время. Взгляд задержался на украшении, но Леодар мотнул головой: вещь явно магическая. Может сбить потоки.

Он касался жены осторожно, бережно, сдерживая рычание, она сильно пострадала. Полностью истощила свой резерв. Если даже у него получится... если он сможет... она может потерять магию феникса, любую магию вовсе.

Это ерунда. Его магии хватит для них обоих. И все равно его сердце болело и кровоточило. Он знал, ритуал невозможен. Он проводится на живых супругах, проводится, когда оба дышат и готовы, когда в сознании, но даже так шанс на успех почти нулевой.

Невозможно подарить абсолютное бессмертие тому, кто рожден смертным. Неслыханно желать изменить законы мироздания. Новообращенные смертные, получившие демоническую силу, жили несколько столетий, но все равно умирали, так или иначе.

Ритуал короны был создан, чтобы подарить жене древнего правителя бесконечную жизнь, равную жизни бессмертного супруга. «Жили они долго и счастливо и умерли в один день» – отражение этого ритуала, не более.

Но ни у кого не удавалось провести подобный обряд за много тысячелетий, это сработало только один раз, в старые, старые времена, после первого проведенного обряда. Та смертная, ради которой создавался обряд, действительно прожила несколько тысячелетий и умерла, когда умер ее муж – первый из правителей тернового клана. В ту же секунду, в тот же день, ее бессмертие оборвалось.

Вопреки мнению смертных охотников, высшие демоны тоже не вечны. Просто живут не сотни, а тысячи лет, но и жизнь каждого из них, в том числе Леодара, однажды оборвется. Это будет спустя тысячи лет... но, может, и меньше, если сейчас у него ничего не получится.

Тогда, много лет назад, получив предсказание о суженой, Леодар поверил в то, что суженая – его погибель. Что, если она умрёт, так и не встретившись ему, это спасет его. Он избегал ее столько лет, а встретив, хотел развернуться и уйти – но не смог.

А теперь он готов был умереть, лишь бы она жила. Все равно на цену, он заплатил бы любую.

– Отвечаешь за Алатара, – бросил он колдуну, оставляя поднос, и, прищурившись, взглянул на посыльного. – А ты… знаешь, что делать, если меня не станет.

Посыльному даны все инструкции. Кому передавать власть, что делать, если правитель клана умрет. К тому же, у Леодара было смутное чувство: помимо этого, посыльный может сыграть свою роль.

Глубоко вдохнув, он возлег на алтарь бок о бок с женой и сплел с ней пальцы. Ее рука так холодна… он повернул к ней голову. И вот они вместе. В одном ритуале, между смертью и бессмертием, – и, похоже, так было суждено с самого начала. Только она… не дышала больше.

– Уверены? – Посыльный, кем бы он ни был, возложил корону между ними. Его голос прозвучал отрывисто и резко, без капли сомнений, ведь он знал ответ.

– Давай, – отрывисто приказал Леодар, не желая терять драгоценное время.

– Повелитель! – Главный колдун, ломая руки, едва не плакал. – Передумайте, прошу! Вы последний из династии! Это будет ваш последний вдох, вы не сможете...

– Делай, что велено!

Леодар задохнулся от резкой боли: колдун, перестав спорить, наконец-то вонзил кинжал в его сердце. Терновая корона, возвышающаяся над алтарем, вспыхнула пламенем и угасла, разбрасывая вокруг себя искры.

Это было больно, умирать всегда больно. Кровь из раны, нанесенной острым кинжалом, заструилась по желобкам символа, прорезанного в алтаре. Скоро она обагрит огромный знак, что разрезал ритуальную площадь. Засверкает в лучах красного солнца рубиновой радугой...

Такой ритуал подразумевает обмен кровью, сердцами и самой жизнью. Требует сперва умереть, но Айли и так за гранью. Ее кожа, покрытая пламенеющими венами, сияла в сумраке, ее глаза были закрыты, кровь была везде. Израненное тело Айли может не восстановиться даже со всей магией Аристола.

Только ему предстояло пройти момент фиэической смерти. Как и прежде, он мог спуститься в обитель Алатара, только остановив собственное дыхание.

– Я проложу путь. Но ее жизнь теперь не в моей власти...

Кто этот посыльный такой, проклятье? Его голос стал последним звуком в этом мире, а потом пришла боль.

Смерть всегда болезненна. Голоса звучали в его голове, заклятье струилось шепотом над миром. Его тело слабело, охваченное могильным холодом, терновая корона, объятая пламенем, слепила глаза.

Она давала ему бессмертие – и она могла его забрать. Колдун прав, это может быть его последний вздох.

Но, закрыв глаза, Леодар отдался этому чувству и накатывающей мгле. Было больно, но душе его больнее. Встретив Айли, он обрел то, что отрицал так долго. Словно впервые вдохнул, и если ее не станет... он готов был окончить свой путь – быть может, в следующей жизни он нашел бы ее снова. Быть может, тогда все будет иначе.

Кровь заклокотала в его горле, короткая вспышка боли и наконец... покой. Леодар поймал свой вздох, будто издалека. Больше он не принадлежал этому миру, больше нет...

– Айли... – Ступив во тьму, он всмотрелся в бредущие тени. – Где ты, Айли?...

Он должен совершить невозможное. Найти ее душу в царстве Алатара, найти и похитить у самого темного божества во всех мирах. Им придется пройти все врата ада, что невозможно, не под силу никому...

Но он справится, черт бы его! Леодар стиснул кулаки и оглянулся. Он выведет ее отсюда. Их кровь станет единой, как и дыхание, он справится!

Должен... это последний шанс ее спасти, другого не будет. У него нет права на ошибку.

Ритуал и без того непростой. Ему нужно было провести феникса сквозь врата ада, вывести отсюда. Оба должны умереть и возродиться, а их кровь стать единой. Тот, кто желает поделиться своим бессмертием, должен пройти контроль Алатара. Миновать ловушки. Уломать зловредного божка на щедрый дар.

А потом... будет решать уже Терновая корона, обладающая нравом еще более непредсказуемым, чем ее создатель Алатар. Иные артефакты опасны. У них может быть свое мнение на все вопросы.

Но у Леодара не было выбора. Или он рискнет – или потеряет своего феникса навеки…