Текст книги "Новый мир. Очищение (СИ)"

Автор книги: Виктория Хорошилова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 30 страниц)

Глава 6. Откровение.

Глава 6. Откровение.

После такой беготни дети согласились идти домой. Мне открыли портал прямо к дому. Дома я

обнаружила отца. Он готовил. Это повергло меня в приятный шок.

– Привет, котенок. Что с лицом?

– Удивилась. Ты готовить умеешь?

– Да, парни сказали, что с меня готовка и уборка. И намекнули, что раньше ты готовила. Это

правда? Ты же маленькая!

– Бабушку это не волновало, – буркнула я в ответ. – Она много гадостей про тебя говорила.

Как ты нашел меня?

– Я Таис искал, потом узнал, что она здесь живет с тобой и парнями. Знал, что если просто

заявлюсь, мне даже дверь не откроют. Прости, что так украл тебя, но так она хоть выслушала

меня. Тебя бабушка готовить научила?

– Угу.

– А чему она еще тебя учила?

– Читать было легко научиться. Я как-то просто поняла, что понимаю написанное. А говорить

было забавно учиться, – отец внутри застыл, но лицом не позволил отобразить свой шок. – Я за

героями мультика повторяла. Я ведь большую часть времени одна была, всегда. Пока был

дедушка, бабушка большую часть времени была дома. А потом она вышла на полный день, и я

оставалась одна дома. Она давала задания на день и строго спрашивала, если я не выполняла.

– И что за задания были?

– Сначала буквы выучить, это было легко. Потом я ей начала читать. А потом училась писать.

Это было сложнее всего! Ведь нужно было писать очень красиво. Я тогда двумя руками начала

пробовать, ведь одна рука быстро уставала. Она это поняла быстро. И стала требовать, чтобы я

обеими руками идеально писала. Маленькими руками было неудобно, и руки быстро начинали

болеть. А ей было плевать. Я для нее маленькая дрянь и бастард. Про тебя и маму много

нехороших слов говорила. Про тебя больше.

– Как она реагировала, когда у тебя не получалось идеально?

– Лупила, конечно! – сказала я тихо. – Маме только нельзя говорить, иначе опять выдерет.

Сначала только полотенцем била, потом руками. Программа для письма, ну прописи, у неё

максимальный балл четыре. Как бабушка злилась на эти четвёрки и срывалась на мне! А потом

она досмотрела, что это максимальный балл.

– А ты об этом ей говорила? – спросил отец слегка хрипло, он магией отгородил меня, чтобы я

не увидела зашедших в дом и не услышала их.

Отец заранее услышал и маму, и остальных мужчин. Жестом успел показать: тихо. Я их не

видела, сидела за столом и смотрела четко перед собой.

– Говорила. Но она мне не верит. Она так взбесилась за четвёрку по истории. Я думала,

сдохну, лежала дня три, приходя в себя. А это была единственная четвёрка из всех предметов.

Оказывается, преподаватель ставит только одну пятёрку в классе или не ставит вообще. Её ещё

взбесило, что я не получила пять. А за несколько дней до того, как мама с Корином приехали

за мной, я ей в очередной раз заявила, что ненавижу её. Она меня тогда сильно побила. А мама

ей написала, что приедет за мной. Она достала какой-то странный гадкий гель. Он так больно

пёк кожу, но зато все синяки прошли за ночь. Только усталость была сильная. А потом она меня

ещё зельем напоила, но я в машине уснула. Только маме не говори!

– Почему тогда ты мне рассказала?

– Не знаю. Тебя бабушка просто тоже ненавидит. А если я маме скажу, бабушка опять сорвётся.

– Ты же понимаешь, что бабушка, мягко говоря, не права.

– Да, но она же типа взрослая, и я ей всем обязана.

– И чем же ты ей обязана?

– Жизнью. Она могла опоить маму, и та бы меня скинула. Или бы я случайно могла утонуть в

ванной. Поэтому я должна её слушаться, потому что я маленькая дрянь.

Отец сгреб меня в объятья.

– Знаешь, крошка, я бабке глаза выцарапаю.

– Так нельзя! Тебя засудят за такое.

– Думаешь, за то, что она сделала, её не должны наказать?

– Может и должны. Я просто не хочу никогда больше с ней наедине оставаться.

– Хорошо, больше не останешься. Там мама с Корином и нашими друзьями идут. Так что давай на

стол накрывать.

Я услышала, как хлопнула входная дверь, а только потом через несколько секунд отец повернул

меня лицом к пришедшим. Мама с трудом взяла себя в руки и сразу сгребла в объятья.

– Как прогулка в парке? – спросила она хрипло.

– А что у тебя с голосом?

– Устала.

– А мы в парке бегали в обороте, и меня мороженым угостили! Мик, его брат и сестры тоже,

как я, черненькие котята. Тебе Митчел должен прислать видео из парка. Напиши ему. Было

весело. А потом мне портал открыли! Это так круто! Я пришла домой быстро. А тут папа

готовит. И уже вкусно пахнет.

Мама бережно прижала меня к себе и одними губами сказала Тину:

– Спасибо.

– Лили, я вот подумываю тебе телефон купить. Будешь пользоваться? – сказал Корин?

– Да!

– Хорошо, зайдёшь завтра в участок. Пусть тебя друзья проведут только.

– Угу. Давайте кушать, мне ещё уроки делать.

После того как я поела и ушла в свою комнату, мама спросила тихо:

– Как у тебя вышло её расспросить? Я у неё не раз спрашивала. Корин спрашивал и ребята. Она

молчала...

– Это мой дар, если ты забыла. Я умею к себе располагать, особенно девушек. И ты слышала —

ключевая фраза «маме нельзя говорить». А трое здесь присутствующих точно бы тебе рассказали.

А меня твоя мать так, видимо, просклоняла перед малышкой, что я не выгляжу тем, кто будет

тебе докладывать. И всё очень удачно сложилось: вы вовремя пришли. Я бы пересказал, но

хорошо, что вы сами услышали. Но у меня есть несостыковки в её рассказе.

– Училась говорить, – сказала мама. – Я помню, когда приехала после первого курса, ей как

раз годик исполнился. Она уже очень чётко говорила. Вот как сейчас, так же чётко. Но, Лили

тогда предпочитала помалкивать и отвечать одним словом. Типа «да», «нет», «устала». Мама

просто отговаривалась, что это благодаря тому, что она с ней занимается. Спросишь у неё?

– Хорошо.

Отец пришёл с леденцом на палочке.

– Как уроки?

– Почти сделала, мало задали.

– Лили, можешь мне кое-что объяснить? – спросил он тихо. Я кивнула. – Ты сказала, что сразу

поняла, что умеешь читать. А сколько тебе было тогда?

Я нахмурилась.

– До года. Я осознаю себя по-другому с самого рождения и помню всё сразу после рождения. Я

даже помню, как была приведением и видела маму беременной, и бабушка настаивала, чтобы она

избавилась от меня. Следующий раз осознала себя уже в теле. Бабушка тогда не дала маме взять

меня на руки. Она не подпускала её ко мне, заставляла всё время учиться.

– Что-то ещё помнишь, что было до рождения?

– Другую жизнь, – сказала едва слышно, – это был ад, я мечтала умереть.

– Почему?! – хрипло спросил отец, сев рядом со мной.

– Там, тогда я попала в аварию с друзьями, меня парализовало полностью. Я могла сама только

дышать и моргать. Меня отдали дальней родственнице, чтобы присматривала. Я до сих пор помню,

какой ужасный запах был в комнате, от него глаза слезились. А потом что-то случилось, дом,

наверное, загорелся, пошёл очень едкий и густой тёмный дым. И я умерла. А потом осознала

себя, висящей рядом с мамой и бабушкой. Бабушка со мной специально не разговаривала. Потом

только спохватилась и купила планшет, чтобы я начала заниматься. Я тогда за мультяшными

героями повторяла.

Как-то незаметно для себя оказалась у отца на руках. Он просто обнял меня и стал гладить по

спине.

– Пусти, мне нужно уроки доделать.

Он оставил меня, а сам вышел в коридор и оперся спиной на стену. Рядом стояла мама, зажимая

рот руками. Её обнимал Корин, а волки были мрачные. Они ещё немного постояли и вернулись на

первый этаж.

– Не представляю, как она со всем справилась, – прошептала мама. – Моя девочка… Я помню тот

разговор, он был не первым, но последним. Никогда не хотела, чтобы она о нём узнала.

А я, доделав задания по школе, задумалась. Я выложила всё отцу и теперь понимаю, что мама

обо всём узнает. А значит, и бабушка тоже скоро узнает.

«Она меня убьёт? – задала сама себе мысленно вопрос. – Думаю, нет. Будем

надеяться, что мама с папой и Корином не дадут меня теперь в обиду. Может, нужно было

раньше рассказать, но словно что-то мешало. А папе, которого я сутки знаю, смогла легко

обо всём рассказать».

Утром проснулась сама и снова, превратившись, побежала проверять отца. Он уже потягивался,

будучи котом. Меня попытался поймать и вылизать. Мы немного подурачились, и я побежала к

лестнице с чердака. Чуть кубарем не покатилась. Меня поймали и явно магией.

– Лили, – выдохнул отец испуганно, – я не готов тебя терять. Лучше на двух ногах спускайся

и очень осторожно. Поняла, комочек шерстяной?

Муркнула ему. Меня отнесли в ванну. Я быстро привела себя в порядок и заглянула к маме. Она

уже была одета. Мама крепко обняла и поцеловала меня в макушку.

– Зайди после школы к Корину в участок. Я тебя очень люблю! И если бабушка вдруг придет,

когда ты одна, сразу мне звони. Хотя нет, не только мне, а Корину и папе. Хорошо?

– Угу.

– Запишешь ей свой номер?

– Конечно.

Сегодня меня отец отводил в школу. Возле неё встретила медвежат из своего класса, старшие

медвежата уже убежали в здание, а эти меня ждали. Я побежала к друзьям, не оглядываясь. Их

провожал сегодня Митчел. Медведь сразу подошел к моему отцу и пожал руку.

– Давно пора было.

– Да. Стоило чудом выжить, чтобы всю свою жизнь пересмотреть. Увидишь её бабку, не оставляй

Лили с ней. Она та ещё стерва с больной головой.

– Что узнал?

– Всё. Митчел, мне матерые гады всё выкладывают, а тут котёнок. Я честно неосознанно

повлиял. А потом просто пытался держать лицо от того, что слышал. И чудом смог скрыть

вовремя вернувшихся Таис, Корина, Кима и Тинара. Бедная Таис побледнела от услышанного.

– Расскажешь?

– Да. Но не трогай эту мегеру. Не знаю, как с ней разобраться, чтобы не убить.

А меня после школы дружной гурьбой проводили к участку. Мик с братом и сёстрами папу

проведывать не захотели. А меня дежурный провел к Корину без лишних вопросов.

– Привет, кнопочка! – обрадовался мужчина. – Как школа?

– Интересней, чем раньше!

– Вот, смотри, такой вот телефон в виде браслета. Тебе на какую руку его одеть?

Я мигом спрятала руки за спину и замотала головой.

– Эй, ты чего?! Не хочешь такой телефон?

– Нет.

– Почему?! – удивился Корин.

– У Кэйт такой был. Она вчера рукой махнула, и он разбился, и стекла во все стороны летели.

А ей потом швы накладывали! А ещё с таким ремешком писать неудобно.

Корин по-новому посмотрел на телефон-часы.

– Этот противоударный и даже купаться можно.

– Нет! Лучше вон такой, как у дяди на шее висит на верёвочке. И писать не будет мешать. И

на уроках я буду его в рюкзак убирать.

– Ладно. Сейчас закажем тебе другой. Чехол какой выберешь?

Мне показали чехлы.

– Вот этот розовый с ушками и глазками. На котёнка похож. А почему написано «розовая змея»?

– Не знаю. Ну что, такой берём чехол?

– Да.

Пока Корин оформлял заказ, мне показалось, что я увидела маму. Начала оглядываться, а её

нет. Мужчина заметил мои метания и то, что я резко погрустнела.

– Лили, что случилось?

– Я маму только что видела. Где она?

Корин посмотрел на меня с непониманием. Сзади подошёл Тим и спросил:

– И как мама выглядела? Может, мы её не заметили.

– В серой кофте с глубоким капюшоном. Она в ней осенью ходит.

– Ещё детали опиши.

– Ну, капюшон был у неё на голове. А мама частично трансформирована, – последнее слово я

проговорила медленно, чтобы выговорить. – А почему мама так странно выглядела? И где она? Я

к маме хочу!

– Лили, мама скоро придёт, – услышала я голос отца.

Он подхватил меня на руки.

– Ой, а что у тебя с лицом опять?! – шрам у отца был красный и словно воспалился.

– Действительно, что с лицом? – спросил Корин, выдыхая медленно. Он не знал, как на детскую

истерику реагировать, а она только что их миновала.

– Был у твоей мамы в больнице, помогал по одному делу. Врачи там некоторые коновалы. А

лекарства тырят безбожно.

– А мама?

– Мама твоя фея, в плане медицины. Лечит не больно, но это не она лечила, а я просто рожей

посветил, отвлёк на себя внимание. Заодно думал со шрамом попрощаться. Но придётся чуть

позже в другую больницу идти.

– А зачем тебе шрам трогать? – не поняла я заморочек отца.

– Типа я и так красавчик? – подмигнул отец.

– Я его перестала замечать.

Отцу это польстило. А через пять минут Корин уже получил телефон и вернул тот, что мне не

подошёл.

– Вот смотри, – показал он мне девайс. – Сможешь таким пользоваться?

Я кивнула.

– Сейчас настрою и все нужные контакты запишу. А потом одену чехол.

Корин провозился с телефоном полчаса. Я сидела всё это время, смотря на него с коленок

отца. Их коллеги смотрели на нас с улыбкой.

– Готово! Держи.

– Он как планшет, только меньше.

– Да, но звонок ещё может быть объёмным. Сейчас тебе позвоню, увидишь.

Отец, не выпуская меня из рук, отошёл в комнату отдыха, чтобы эксперимент был более полным.

Я ответила на звонок и в шоке застыла, глядя на проекцию Корина до половины тела. Размером

она была небольшая сантиметров 20, при этом была видна и часть обстановки вокруг него.

– С наушниками будешь слышать только ты. Можно сделать и обычный звонок, чтобы отобразился

на экране. Или без видео, просто звук.

– Здорово.

Вернулись в зал и как раз увидели маму. Она выглядела так, как я описывала. Прежде чем я

успела к ней подбежать, у неё спросили:

– Что могло настолько разозлить целителя?

– Коллеги, – прошипела мама. – Корин, сними с меня свою аппаратуру. Много интересного

сегодня.

Мужчина ласково погладил маму по трансформированному лицу, и она быстро успокоилась и снова

стала собой. Он её даже поцеловал. Мы с отцом переглянулись и дружно сказали:

– Бе.

Рядом с нами кто-то покатился со смеху.

– Мама, а ты только сейчас пришла?

– Да, малышка.

Она обняла меня, как только Корин снял с неё маленькие устройства для записи видео и звука.

– Зря ты пришёл в больницу, – сказано было Тину.

– Не зря. У тебя зато столько материала записалось, просто от того, что я там походил.

Мама всё равно покачала головой. Домой мы отправились все вместе. Корин взял с собой

записи, чтобы прослушать и просмотреть их, а также обработать для расследования о хищении в

больнице. Дома нас ждал сюрприз в виде бабушки. Увидев нас всех вместе, она очень удивилась,

особенно увидев Тина.

– Смотрю, у вас всё хорошо, – сказала она и быстро ушла.

– Может, замки сменить? – спросила мама.

– А смысл? – ответила я. – Я вряд ли смогу ей не открыть. Она же не думала вас застать

дома.

Маму передёрнуло от мысли, что её мать приходит, чтобы поиздеваться над котёнком. Не видя

переживаний на лицах взрослых, я убежала к себе и проверила, что задали домой. Заданий было

опять немного. В прошлом году их было в разы больше из-за моего перехода в новый класс.

Поэтому я быстро переоделась и села за уроки. Что-то при виде бабушки аппетит мигом пропал.

Скорее всего, еду только начали готовить. Оказалось, я была права. Мама зашла через час. Я

уже сидела, изучала телефон.

– Обедать идёшь? Только из духовки достали. – Я кивнула ей. – Позвонишь мне, хочу

посмотреть, как ты отобразишься проекцией.

Мама ответила из своей спальни. Я ей улыбнулась и помахала свободной рукой.

– Его можно носить на шее на верёвочке!

– Браслетом не захотела?

– Писать будет неудобно. Мне Глеб давал примерить сегодня свой телефон. У него он

браслетом. Но он пишет одной рукой, а браслет на второй. А я меняю руки, когда они устают, и

будет неудобно каждый раз перестёгивать.

В кадре у мамы появился Корин, покривлялся мне рожицами за маминой спиной, что вызвало мой

смех. Потом они вдвоём зашли и забрали меня на кухню.

– О, мы вовремя! – зашли Ким и Тинар в дом.

– Если поторопитесь, то вам даже еда останется, – подколол отец.

За обедом Корин получил сообщение от шефа.

– Кхм, ребята, у нас гости будут через полчаса. Лили, к тебе пара ребятишек в гости придёт.

– Кто?! – удивилась я.

– Микаэль и Кирилл, а к нам шеф, собственной персоной.

Мик и Кирилл пришли с коробкой пирожных. Мама со мной открыла дверь и учила спрашивать:

«Кто там?».

– А если будет кто-то, кого не знаю, не открывать?

– Нет, – сказал Мик. – Папа сказал чужим не открывать. Даже курьеру! Только взрослые могут

чужим открывать. А мы должны сделать вид, что не слышим и нас нет дома. Это тебе! Они

вкусные!

Я посмотрела на коробку – там было три больших пирожных. Угу, значит, на нас троих.

– Пошли их кушать. Чай? – спросила у мальчишек.

– Да.

Мама сама сделала нам чай и переставила всё на журнальный столик.

– Сёстры в гости к медведям ушли, – выдал Мик, – и заодно сестру проведают. В следующий раз

можем вместе к Мире пойти и у медвежат дома поиграть.

– А это далеко?

– Другой город. Но мы же порталом. Нас кто-то из взрослых отведёт и потом вернёт по домам.

Я заметила, что все взрослые собрались за обеденным столом и накрылись словно пузырём,

только из магии.

– Они щитом накрылись, чтобы мы не слышали, – объяснил Кирилл.

Мы, поев сладостей, стали играть в догонялки, превратившись в котят. Причём мальчики

безбожно поддавались. Я благодаря им поняла, насколько я мелкая.

– Лили, сколько лет? – уточнил Дин, отец ребят.

– Шестнадцать.

– Как-то слишком маленькая.

– Я как бы тоже не крупная, даже в обороте.

– Хм, ясно. Когда у вас свадьба?

– Через месяц, – ответил Корин, прижимая мою маму. – Лили, нужно уже сказать.

– И моей маме. Думаю, всё же стоит замки сменить. Не стоит, чтобы она могла свободно

попадать в дом. А то так даже дома Лили не будет в безопасности.

– Что решила с ней делать?

– Для начала поговорю. Скорее всего, поскандалим. Потом запишу её на терапию по контролю за

гневом. И пусть учится выплёскивать эмоции не на беззащитном ребёнке.

– Так, ребятки, Лили что-то рассказала?! – спросил шеф.

– Она всё рассказала, – сказал Тин.

– Точно, ты же у нас ходячая сыворотка правды. Всё плохо?

– Отвратительно. Пока я росла, она себя так не вела.

Я прошла сквозь защиту и мяукнула маме. Меня мигом подхватили на руки и поцеловали в носик.

Дин подхватил на руки своих упитанных котят.

– Скучно стало без взрослых? – спросил он у сыновей и почесал обоих под челюстью.

Они мурчали довольно на два голоса. А я у мамы стала устраиваться на коленках и сразу

уснула.

– Моя ж ты лапочка, спать пришла.

Кирилл и Мик посмотрели на отца.

– Маленькая она ещё. Вы себя просто забыли, как вы вырубались во время игр. Идите

поиграйте, нам ещё немного пообщаться нужно.

Взрослые ещё пообсуждали дело по хищению лекарств и обсудили план действий. Потом только

разошлись. К этому моменту у Дина дети едва не уснули. Ему пришлось тормошить ребят и

уводить на улицу. А оттуда уже открыл портал домой.

Мама с бабушкой поговорила на следующий день. Меня попросили домой одной не идти и подольше

погулять с друзьями. Я даже у Мика дома побыла. При этом было ощущение, что я видела бабушку

у нас на кухне. Потрясла головой, скидывая наваждение. Дом у друзей оказался очень большим.

Но и семья жила в нём большая. Периодически мне казалось, что я вижу, как мама с бабушкой

общаются. И даже отдельные слова слышу. Мотала головой, и всё приходило в норму.

А мама освободилась сегодня пораньше и, придя домой, застала свою мать. Криво улыбнулась.

– Здравствуй, мама. Ты хоть предупреждай о визите.

– Зачем?! Тем более я к внучке прихожу.

– К внучке? Которая от тебя шарахается, – мама заметила, как напряглась её мать. – Так

зачем на самом деле ты пришла?

– К Лили, чтобы проверить, как она и сделала ли домашнюю работу. Где она?

– У друзей.

– Она должна учиться, а не прохлаждаться. Иначе будет как ты!

– Как я что? Рожу ребёнка? И что, пусть даже родит ребёнка. Я её этим упрекать не буду. И

уж точно не подниму на неё или внука руку. И уж точно не буду называть свою внучку маленькой

дрянью!

– Это она тебе рассказала?

– Нет, это она рассказала своему отцу. А мне посчастливилось это подслушать. Но ему она

рассказала абсолютно всё, мама. Как ты с ней обращалась и какими методами ты её учила.

– Это пошло ей на пользу!

– Да?! И чем?! Она бы и без твоей помощи в виде побоев научилась читать и писать. У неё

должно быть нормальное детство, а не побои и страх, что накажут за малейшую провинность.

– Значит, такая твоя благодарность, – зашипела мать на неё.

– Я тебе доверила самое дорогое, что у меня было. А ты её обижала и унижала!

– Я показывала ей её место в жизни. Если бы не она, ты бы могла работать не в Кливере, не в

той дыре.

– Это вряд ли. Тут кое-кто подсуетился другой.

– Знаю я эту историю. Могла ножки и раздвинуть за хорошую работу.

Мама сделала то, чего сама от себя не ожидала. Залепила пощечину родительнице.

– Не смей поднимать на меня руку!

– А что? Тоже ударишь, как била мою дочь.

– Вообще ты мне должна за её воспитание, неблагодарная.

– Денег с аренды этого дома за восемь лет было мало? За эти годы ты получила пятьдесят

тысяч золотых. Этого мало за содержание внучки? Да ты на неё меньше тысячи потратила за все

десять лет! Чего стоят те вещи, в которых она ходила. А то, что она отстаёт в росте,

говорит, что питалась она крайне плохо. Особенно в первые годы жизни. Нет, мама, я тебе

ничего не должна!

– Вот как ты заговорила с матерью. Стоило мужика себе найти и мать побоку. Ничего, он тебя

бросит, прибежишь ко мне. Только я тебя не приму.

– Не прибегу. А вот ты отправишься на принудительное психическое лечение.

– Что?! – спросила шокировано женщина. – Со мной всё в порядке!

– Нет. Не переживай, лечение безболезненное. И я готова потратить достаточно денег, чтобы

твои мозги стали на место.

Женщина попыталась выбежать из дома и угодила в руки двух крепких оборотней-санитаров.

– Нет! Отпустите! Вы не имеете права!

– Мама, заткнись, – прошипела молодая кошка. – Тебе ничего плохого не сделают. Проведут

диагностику и полечат. К счастью, твой случай не тяжёлый и поддаётся коррекции. После этого

сможешь вернуться к нормальной жизни. Вот только на свою свадьбу я тебя не приглашу.