Текст книги "Призрак Дома аферистов (СИ)"

Автор книги: Виктор Тарнавский

Соавторы: Мила Тарнавская
сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 20 страниц)

Глава 37

Василисе показалось или кое-кто специально решил ее припугнуть? Торговался Александр мастерски, но немного переигрывал. Слишком близко придвинулся, слишком проникновенно говорил. Да и глаза его выдавали: зрачки немного потемнели, от чего искринки-звездочки стали резче, казались колючими. Василиса вспомнила, как он вчера вел машину – сосредоточенный, целеустремленный. Будто зверь, уходящий от погони.

– Не смотри на меня так. Я всего лишь о поцелуе попросил, ничего более, – неожиданно пробормотал Александр. – От твоего взгляда мурашки на моей спине канкан танцуют.

– А что не так с моим взглядом?

– Сейчас в них настоящий огонь. А перед этим ты дважды меняла цвет глаз.

– Ох, я накопитель забыла надеть!

Василиса вскочила из-за стола и поспешила в комнату. К счастью, браслет никуда не делся, лежал на комоде, где она его оставила.

– Помочь тебе застегнуть? – предложил Александр, появившись в дверях.

– Не надо! – рявкнула Василиса.

– Не надо – так не надо. Кричать-то зачем?

– Извини, – стушевалась девушка. – Я еще не очень хорошо управляюсь с магией и всеми этими штучками. Могу тебя случайно зацепить. Ты же тоже маг, моя сила на тебя реагирует.

– А моя как реагирует... – пробормотал Потехин.

Но Василиса сделала вид, что не поняла намека. Ей хотелось завершить этот скользкий разговор.

– По-хорошему, мне вообще браслет нельзя снимать. Мой инструктор сказала, что после инициации месяца два придется постоянно носить, не меньше, – объяснила девушка. – Но вчера мне показалось, что он тихонько мою магию подъедает, хотя я перевела его в спящий режим. И так сил не было, а тут еще накопитель присосался. Вот и сняла на ночь.

– Если честно, то звучит жутко. Как какой-то вампирский триллер.

– По-большому счету, этот накопитель и есть вампир. Просто я могу в любой момент забрать у него то, что он насобирал... Ну вот, готово! Можем ехать в отель.

– У меня другая идея. Если ты уже восстановилась после вчерашних передряг, может, немного подразним гусей? – глаза Александра подозрительно блеснули.

– Что ты имеешь в виду?

– Как ты думаешь, почему они вчера сбежали? Я ведь не так уж и сильно по ним ударил. И серьезным противником меня не назовешь. Конечно, в цеху немного подзарядился, целый день у печей кручусь.

– Ты заряжаешься на работе? – удивилась Василиса.

Раньше она даже не задумывалась, как черпают магию извне. Обычно у нее была противоположная проблема: как сбросить излишки?

– Конечно. Я же маг огня и металла. Где еще мне силу брать? Предки в кузницах добирали, я – в цеху.

– Да-да. Я об этом не подумала, – пробормотала девушка. – Так что ты хотел предложить?

– Мне кажется, они тоже слабые маги. Чтобы подчинить тебя, сил хватило, а на меня ничего не осталось.

Василиса вспомнила, как смогла напугать задохлика в чиносах одним лишь бабушкиным зырком. И перед этим незнакомец избегал открытых стычек. И все происшествия, которые случались с Василисой, были обычными, ее магии ничто не противостояло.

Пожалуй, Александр прав. На нее посмели напасть, только подготовившись. Не исключено, что накопитель с чужой магией где-то раздобыли.

– Так идем дразнить гусей? – переспросил Александр. – Руки чешутся какую-нибудь пакость им сделать, отомстить за вчерашнее.

Его глаза так азартно блестели, что Василиса снова вспомнила Кондратия Вениаминовича. Все-таки не зря Александр был Потехиным, авантюризм у них в крови.

Девушка не смогла сдержать довольную улыбку – она уже знала, что согласится. Как Василиса Богданова, специалист по заброшкам и особнякам с дурной славой, могла отказаться от такого приключения?

– Идем! – решительно тряхнула кудряшками.

И сама поцеловала Александра. Такого же авантюриста, как она. Парня, умеющего сочетать в себе какую-то домашнюю надежность и способность не терять голову в любой ситуации.

– Идем, – повторила Василиса, выскальзывая из рук Александра. – Это был аванс, не более того.

– А как же третий день, которого мы можем не дождаться?

– Значит, встретимся в Доме аферистов, в особняке Кондратия Вениаминовича. Можешь поверить профессиональному медиуму, загробная жизнь сушествует.

– Да я уже понял, что мой прапрадедушка не скучает.

***

– Мы начнем с особняка Кшесинской, – рассказывала тихонько Василиса, когда они уже ехали в автобусе. – Там какая-то следилка стоит, я даже приблизительно чувствую, где ее установили. А потом посмотрим, как дальше действовать. Мне кажется, если задохлик будет рядом, на Петроградке, то сразу же примчится.

– Думаешь, он не на Ваське сейчас?

– А что ему возле отеля делать? Понятно, что если я не приехала ночевать, то просто так туда не сунусь. Думаю, на Малом он кого-то из подручных оставил, а сам у Дома аферистов крутится. Именно там я чаще всего с ним сталкивалась.

– Значит, едем на "Горьковскую". Первым "гусем" у нас будет чудо враждебной техники.

– Будем дразнить его со вкусом!

Сейчас, под прикрытием Потехина-младшего, Василиса не побоялась бы и с "гусем" пожирнее встретиться.

Вначале маги специально прошли мимо особняка, чтобы проверить следилку. Вдруг уже отключили?

Нет, не отключили! Василиса вновь ощутила чужой взгляд между лопаток. Интересно, как это так получается: какой бы стороной она ни повернулась, взгляд "сверлит" одну и ту же точку на спине? У нее скоро ожог там будет!

– Есть! – прошептала она Александру. – Смотрит, гадина.

– Отлично! Пойдем обратно, подразним ее.

– Жаль, нельзя чем-то тяжелым подразнить.

– Ты почему так сердишься? Сама же говоришь: обычная следилка.

– Бесит! – коротко ответила Василиса.

– Так прикройся.

– Чем?!

– Да откуда я знаю, чем прикрываются медиумы? Я, например, представляю, что нахожусь внутри прозрачного стеклянного шара. А еще лучше надеть на себя доспехи из какой-нибудь стали. Ультравысокопрочной противопульной, с высокой живучестью даже в экстремальных условиях. Например, при низких температурах и повышенной сырости.

– Идеальный вариант для Питера!

Парочка дружно захихикала. Какая-то старушка, бодро семенившая им навстречу, тоже улыбнулась:

– Эх, молодость-молодость, – пробормотала она. – Любитесь, пока молоды.

И поспешила дальше.

– А это идея! – обрадовался Александр. – Цепляйся за мою руку, будем влюбленных изображать.

Василиса послушно взяла его под руку.

– Придвигайся ближе и постарайся представить, что мы – одно целое, – скомандовал Потехин. – На нас – бронированные доспехи. Ничего, что ты их никогда не видела. Я буду за двоих нашу экипировку придумывать.

Василисе очень хотелось закрыть глаза, но она боялась споткнуться. В голову почему-то лезла всякая ерунда – какие-то роботы с бронированной грудью и лазерами в руках. Она не хочет быть такой!

Девушка действительно придвинулась ближе к своему спутнику, чуть ли не прижалась щекой к его плечу – они уже проходили мимо злополучных окон, чужой взгляд жег все сильнее и сильнее. Очень хотелось спрятаться от него, отгородиться хотя бы Александром.

Вдруг в мыслях что-то мелькнуло, какая-то картинка. Смутная и немного странная. Зато чужой взгляд ослабел, уже не так сильно чувствовался. Девушка постаралась сосредоточиться, мысленно вглядываясь в изображение. Интересно ведь, что там Александр нафантазировал. Картинка приобрела резкость, очертания стали знакомыми.

– Да ты пошляк! – возмутилась Василиса, отшатываясь от Потехина. – Когда мы говорили о доспехах, я не имела в виду бронелифчик и панталошки из нержавеющей стали!

– А что еще я могу придумать, когда ты ко мне так прижимаешься?!

Продолжение уже завтра, около 12.00-13.00. Не пропустите!

Глава 38

– Ты обманщица! – Александр по-настоящему рассердился. – Говорила, что медиум, и не сказала, что мысли умеешь читать. Неужели ты думала, что я о чем-то приличном могу думать, когда ко мне так прижимаются?

– Я не умею мысли читать, ты сам их навеял!

– Да-да, сделай из меня гипнотизера! Это ты у нас – знаменитость, девушка со способностями. А я так – представитель восхищенной публики.

– Для простого работяги ты слишком витиевато выражаешься!

– То есть, в твоем понимании современные металлурги – это грубые и необразованные мужланы? Вечно замурзанные, в сторону книг и не смотрят? Как же ты собиралась статью о нас писать?

– А я и не собиралась! – выпалила сгоряча Василиса. – Я должна была привести тебя в Дом аферистов, а про статью ничего не обещала.

– Александр, подожди!.. Ну, Саш… Ты чего?

Шаги у Потехтина были широкие, шел он быстро. Василисе приходилось чуть ли не бежать за ним.

– Са-аш… – заканючила она. – Не спеши! Я, кажется, ногу натерла.

И состроила плаксивую гримаску, нарочито прихрамывая.

Потехин резко остановился, порывисто обернулся, посмотрел на нее внимательно:

– Ты снова врешь! – заключил он. – У тебя сейчас глаза цвета лжи.

Василиса не стала отвечать. Воспользовалась заминкой, подбежала к парню и торопливо, пока не сообразил что к чему, обняла его.

– Конечно, вру, – шепнула она, укладывая голову ему на плечо. – Иначе ты бы не остановился.

И торопливо чмокнула его куда-то в шею. Поцелуй в итоге пришелся на ухо, но это было не важно.

– А еще ты используешь меня вслепую, – недовольным тоном проворчал Александр. – И половины всего не рассказываешь. Ты хоть понимаешь, что Мария ко мне придет с претензиями, если статья не выйдет? И что я скажу? Что журналистке Богдановой некогда? Что она в догонялки и перестрелки играет, ей не до статей?

– Не бойся, к тебе никто не придет, – промурлыкала Василиса. – Статья будет в срок, Мария завалила меня материалами. Но я действительно не собиралась ничего писать, промышленность – не моя тема. Мне нужен был ты! Мр-р…

Девушка ласково посмотрела в глаза Александра и аккуратно чмокнула его в кончик носа.

– Не подлизывайся! – сурово нахмурился он. – Все равно я не буду тебе помогать, пока всего не расскажешь.

– Я расскажу… Обязательно расскажу!

– Да-да, как-нибудь потом. В необозримом будущем.

– Почему необозримом? Могу сегодня вечером.

– А лучше – прямо сейчас!

– Но тут неудобно, посреди улицы.

– Ничего страшного. Мы на ту сторону перейдем, на скамеечку в скверике сядем. И будет очень удобно разговаривать.

– Ну Са-аш…

– То есть, мне можно уходить? Рассказывать ты все равно ничего не будешь?

– Хорошо, расскажу.

Тяжело вздохнув, Василиса отступила на пару шагов от Александра.

– Веди уж на скамейку, конвоир! – торжественно сказала она и руки вперед вытянула, будто подставляла под наручники.

– Актриса ты! – беззлобно выругался Потехин. – Клоунесса с забавными кудряшками.

– …И глазами цвета лжи. Ты бы хоть сказал, что это за оттенок.

– Нет такого оттенка, я тебя нагло подловил. Поймал на интерес, как маленькую любопытную рыбку.

Он решительно взял Василису за руку и скомандовал:

– Видишь синюю машину? Сразу за ней перебегаем через дорогу! Готова?

– Да!

– Побежали!

Очутившись на другой стороне, девушка самым невинным тоном спросила:

– Потехин, ты знаешь, что дорогу нужно переходить только по зебре?

– Конечно, знаю. Именно так ты всегда и поступаешь.

– Исключительно так. Не считая тех случаев, когда машин рядом нет, до светофора идти и идти – и вообще, он, кажется, сломан.

– Кроме того, ты исключительно честным путем добываешь свои видео. А также совсем не интересуешься сомнительными историями и старинными кладами.

– Сомнительными историями приходится интересоваться – это мой хлеб. Я ведь журналистка.

– Я уже понял, журналистка, – вздохнул Александр. – Пойдем искать скамейку. Я возьму тебя на руки и ты мне все-все расскажешь.

– А почему сразу на руки? – опешила Василиса.

– По нескольким причинам. Во-первых, я подозреваю, что скамейки еще сырые после утреннего дождя. Во-вторых, так мы будем смотреть в разные стороны. Ты будешь наблюдать за особняком – следить, не примчался ли господин в приметных штанцах. Я буду видеть тех, кто прогуливается сквером.

– А в-третьих, на таком близком расстоянии ты сможешь следить за моими психомоторными реакциями и сразу почувствуешь, если я что-то недоговариваю.

– Тебе не кажется, что мы друг друга стоим?

– Я это давно поняла!

Александр клещом вцепился в Василису, не отстал, пока не выпытал у нее все о Доме аферистов и знакомстве с Кондратием Вениаминовичем. Впрочем, девушка и не пыталась что-то скрыть – Саша, как и она сама, влез в это дело всеми конечностями. Имел право знать.

Кроме того, Потехин-младший не задал ни одного лишнего вопроса о делах журналистки Богдановой. Спрашивал строго по делу. Это Василиса тоже отметила и мысленно поставила ему большой жирный плюс.

– Тебе не кажется, что наши друзья задерживаются? – спросил Александр, когда они закончили с деловым разговором.

– Кажется. По моим подсчетам, давно уже должны быть здесь. Тем более, моя оранжевая куртка издалека видна.

– Ты не хочешь сходить в музей, на месте поискать следилку? Если честно, я уже немного подмерз на этой лавочке. Заодно и гусей наших поторопим.

– Пожалуй, я бы зашла, посмотрела, как организована работа коллег. Тем более, в музей как раз заходит большая группа китайцев, сотрудникам будет не до нас.

– Тогда чего мы медлим?

Конечно, смешаться с китайцами им не удалось, но в музее было так людно и шумно, что на них никто не обращал внимания. Чужой взгляд уже не так раздражал Василису – идея Потехина, пусть и в таком специфическом исполнении, сработала. Тем не менее, девушка чувствовала, что источник находится где-то рядом внутри. Проходя по залам, она старательно рассматривала стеклянные шкафы с экспозициями, витрины, интерактивные стенды, а сама прислушивалась к своим ощущениям.

Плохо ей стало у входа в один из залов. И тянуло туда с немыслимой силой, и казалось, что как только зайдет, произойдет нечто страшное. Александр сразу почувствовал, что с Василисой что-то не так, взял ее за руку.

– Нашла? – спросил еле слышно, едва-едва губами шевельнул.

– Нашла, – так же, почти беззвучно, ответила девушка.

– Магию из браслета не хочешь выпустить? Страви чуть-чуть, я прикрою тебя. Им много не понадобится, а ты увереннее будешь себя чувствовать.

– Хорошо, – кивнула Василиса, осторожно оглядываясь.

Увидев какой-то стенд, стоявший достаточно далеко от двери, она подошла к нему и сделала вид, что рассматривает старые фотографии. Александр остановился рядом, прикрывая ее от посетителей. Девушка сдвинула накопитель экраном вниз, попыталась нащупать едва заметный рычажок и чуть не отдернула руку – он был горячим. Василиса сильнее прижала его и почувствовала, как магия возвращается к ней, растекается теплом по ее сосудам.

– Сейчас ты похожа на кота моей бабушки, – шепнул Александр. – Он с таким же видом ест сметану, «случайно» найденную на столе.

– Не смеши меня! – еле сдерживаясь, попросила Василиса. – Мне надо вовремя остановиться, чтобы потом не пугать окружающих глазами-фонарями.

– Да-да! Кот, если переест сметаны, тоже выглядит офонаревшим от счастья.

– Перестань!

Василиса попыталась ткнуть его локтем в бок, но Потехин вовремя увернулся:

– Ты что?! Хочешь короткое замыкание устроить? Твоя магия да моя магия…

– …Да вражеская следилка! Пойдем уже, а то мы своим нездоровым хихиканьем привлекаем много внимания.

Девушка снова нащупала рычажок, прижала его, отключая. Он был не таким горячим, чувствовалось, что сбросил часть накопленного.

Походя к двери, Василиса почувствовала, что ей уже не так страшно. Она чувствовала «следилку», но не боялась ее.

Продолжение – уже завтра, около 12.00-13.00. Не пропустите!

Глава 39

Василисе даже смотреть не надо было, куда идти. Большая треугольная витрина сразу притянула ее взгляд. В ней реконструировали какой-то интерьер, центральным элементом которого стала допотопная пишущая машинка.

– Настоящий «Ундервуд»! – восхищенно прошептал Александр. – Мне всегда хотелось на такой поклацать… Василиса, ты что?

– Она ведь и сейчас клацает… Машинка что-то печатает. Ты не видишь?

– Нет, тебе чудится.

Потехин хотел приобнять Василису за плечи, но девушка уклонилась:

– Не мешай!

А сама старательно всматривалась в легкое марево, окутывавшее «Ундервуд». Она буквально видела, как «танцует» клавиатурное поле, подчиняясь движениям невидимых пальцев. Слышала, как машинка тихонько отстукивает что-то. Наверное, очередное донесение. Но кому? Кто заставляет работать старое устройство – призрак или маг?

Девушка тряхнула головой, прогоняя видение. Картинка была не сегодняшняя, в ней царил полумрак, будто за окном шел дождь. Сейчас сквозь занавеси пробивалось солнце, а машинка молчала. Будто замерла, притаившись. Выжидала, когда Василиса уйдет?

Подойдя вплотную к стеклу, журналистка присмотрелась внимательнее. Ей показалось или молоточки с буквами чуть подрагивают? Будто готовы подать сигнал в любой момент.

Василиса подняла правую руку, раскрыла ладонь, прижала ее к стеклу, провела вверх-вниз. Стекло казалось толстым, прочным, но ни для призраков, ни для магии этот барьер не был преградой. От машинки к окнам тянулись какие-то нити – стоя в углу, "Ундервуд" знал, что происходит на улице.

Девушка почувствовала, как подушечки пальцев начало покалывать. Здесь поработал маг! Причем, какой-то неизвестный: и мистер Джой, и напавший на Василису ощущались по-другому. Было у них что-то общее, но все-таки разные люди.

Увлекшись исследованием, девушка не заметила, когда китайцы перешли в другую часть особняка. Стояла у витрины, чуть ли не прижимаясь к ней.

– Отойдите, пожалуйста. Так близко нельзя подходить, – раздался рядом с Василисой скрипучий резкий голос.

Девушка поспешно отступила. Пожилая служительница, увидев на стекле след от ее ладони, укоризненно покачала головой. Александр, понимая, что сейчас разразится конфликт, поспешил на помощь Василисе:

– Вы не помните, откуда у вас этот экспонат? – кивнул он на «Ундервуд». – Мой друг, коллекционер, ищет похожую.

Женщина поморщилась так выразительно, что Василиса сразу поняла: их ждет занимательная история.

– Данная композиция поступила в дар от господина Майкла Потекина в девяносто третьем году, – неохотно сказала служительница. – Вот, на табличке все указано.

– Майкла? – заинтересовано переспросил Александр. – Получается, эмигранта? Может, он был Потехин?

– Я не знаю, как его по-настоящему звали, – нервно дернула плечом служительница. – В начале девяностых много таких было, из-за бугра. Важные, надутые, жить учили. А этот дольше всех крутился, никак отвадить не могли. Начал с подарков музею, вот начальство нюни и распустило. А он потом начал хлопотать, чтобы музей закрыли!

Гневно сверкнув глазами, женщина так сердито посмотрела на «Ундервуд», что Василисе почудилось, будто его клавиши испуганно вжались. Но Александра было сложно смутить строгим взглядом, он продолжил допытываться:

– Почему вы думаете, что именно Потекин хлопотал? Мало ли какие слухи ходили. Вы же знаете, в наших газетах чего только не напишут.

У Василисы кулаки сами сжались, так захотелось толкнуть вредного Александра. Но он стоял далеко, не дотянешься.

– Да я здесь с конца восьмидесятых работаю. И склерозом еще не страдаю! Да и в старческом маразме не замечена, – искренне возмутилась служительница. – Я же видела все своими глазами. Он на этот особняк так облизывался, разве что слюни не пускал! Прожженный мошенник – без мыла куда угодно влезет. То у нас в горадминистрации толкся, то в Москве в Государственной Думе. Знаете, как мои коллеги его прозвали? Старый Реститут!

– Почему? – еле сдерживая смех, спросила Василиса.

– Да он все реституцию пробивал, чтобы имущество вернули потомкам дореволюционных владельцев. Как в ГДР или Прибалтике. Да только к нашему особняку он никаким боком! Здание официально на музей оформлено, сама Кшесинская его передачу одобрила.

– Мы знаем, что этот дом с именем, – согласно кивнул Александр. – Странно, что Потекин на него позарился.

– В итоге он ничего и не добился, – с заметным ехидством сказала служительница. – А потом помер, наверное. Кажется, укатил в свою Америку году в девяносто девятом или даже в девяносто восьмом. И больше здесь не появлялся.

– А правду говорят, что Кшесинская пыталась отсудить этот особняк? – спросила Василиса.

– Так это давно было, еще в семнадцатом. Когда дом заняли большевики в феврале семнадцатого, она подала иск и даже выиграла дело. В июле того же года большевистский комитет съехал отсюда, но особняк тут же занял батальон самокатчиков.

– Самокатчиков? – ухмыльнулся Александр. – Получается, они и сто лет назад по тротуарам Петербурга на самокатах рассекали?

– Так раньше называли велосипедистов, – давясь смехом, объяснила ему Василиса.

Батальон солдат в портянках и с винтовками, разъезжающий на электросамокатах, развеселил даже служительницу. Она заулыбалась и охотно продолжила свой рассказ:

– В том же июле семнадцатого Кшесинская уехала из Петербурга. Как оказалось, навсегда. Ходили слухи, что ее поверенный продал кому-то особняк вместе с самокатчиками, но это потом не подтвердилось.

– Самокатчики яростно сопротивлялись, – понимающе хмыкнул Александр.

– Вообще, слухов об этом здании ходило много. Тут даже клад официально искать пытались, потом отказались от этой идеи. Сама Кшесинская дожила до девяносто девяти лет. Перед смертью она одобрила передачу ее любимого особняка в дар музею.

– Ты поняла, что произошло тогда, в семнадцатом?

Александр еле дотерпел, пока они выйдут из музея и перебегут в сквер. Он чуть ли не пританцовывал, так спешил поделиться с Василисой своей догадкой.

– Ты о чем? – переспросила девушка.

– Давай, на эту скамейку присядем. Обсудим, что услышали.

– Давай, – Василиса осторожно опустилась рядом с ним, хотя Александр хлопнул по колену, приглашая ее занять более теплое место.

Девушке его спешка не нравилась. Как-то уж очень стремительно их отношения развиваются! Впрочем, и события мчались одно за другим.

– Тебе не кажется, что господин Майкл не зря на этот особняк облизывался? С пустыми руками он бы в суд не пошел, не такой дурак.

– Думаешь, документы какие-то подделал?

– Бери круче! Скорее всего, наша с тобой гоп-компания – «Братья Потехины, Потрошков и Галлахер» – все-таки выкупила особняк у Кшесинской. Думаю, перехватила за какие-то смешные деньги прямо перед ее отъездом.

– Но такой куш! Не их уровень. Это тебе не Дом аферистов где-то в недрах Петроградки.

– Ты же сама говорила, что один из них, Потрошков, был тесно связан с Корниловым. Думаю, они поставили именно на него. Решили, что тот захватит власть и вернет собственность старым владельцам или добросовестным покупателям. Фактически, они взяли этот особняк на передержку. Не собирались у себя на балансе долго его держать.

– Вполне может быть… – задумчиво пробормотала Василиса.

– Возможно, из-за этого братья Потехины и рассорились. Уж очень большой кусок хватанули – от такой удачи у кого хочешь снесет крышу.

– Мне кажется, у них и без того хватало причин не любить друг друга. Та еще шайка!

– Резонно! В любом случае, произошло убийство, но Корниловский мятеж провалился. Мало того, случилась еще одна революция, покупатели особняка так и остались ни с чем. Однако документики придерживали на всякий случай. И уже в наши времена решили попытаться вернуть себе имущество. Скорее всего, купчая у них сохранилась, иначе бы Майкл Потехин так не наглел.

– Но ведь Кшесинская официально благословила передачу особняка в дар музею!

– Думаю, после заключения сделки она не раз пожалела о своем опрометчивом поступке. Решила, что сама вряд ли сможет выиграть у Потехина, а с государством тягаться намного сложнее. Слушай, а как фамилия того мистера, которого ты в офисе магов встретила?

– Мистер Джой? Ты о нем спрашиваешь?

– Ага! Ты не помнишь, как это слово с английского переводится?

– Конечно помню – «радость», – пожала плечами Василиса и вдруг замерла, осененная догадкой. – Подожди… Радость, потеха… Ты хочешь сказать, что Джой тоже может быть твоим родственником?

– Да! Представляешь, какое у нас разветвленное семейное древо?

– Одно слово, мафия! Кстати, в музее мне показалось, что магии Майкла Потекина, мистера Джоя и того молодого парня в чиносах сходные. Если Майкл тут бывал еще в девяностых, то и пишущую машинку он тогда же магией «зарядил». И вряд ли всем подряд об этом рассказывал. Но кто-то и сейчас этой машинкой пользуется! Не думаю, что призрак Майкла как-то в Петербург пробрался. Да и нет в той витрине призраков, только чистой магией фонит.

– Думаешь, мы имеем дело с наследниками Майкла?

– Вывод сам напрашивается. Но не многовато ли наследников? У меня такое ощущение, что Потехины буквально наводнили Петербург.

– Ты имеешь что-то против Потехиных? – промурлыкал Александр, глядя Василисе в глаза. – Может, не будешь всех в одну кучу смешивать?

– Ты бы тоже был против, если бы за тобой охотились! – рассердилась девушка. – Я уже сто раз пожалела, что с твоим Кондратием связалась! Никогда у меня такого сложного дела не было.

– А были и другие дела? Признайся честно: кто ты, девушка-медиум? Частный сыщик? Проводишь расследования для призраков?

Продолжение – уже завтра, около 12.00-13.00. Не пропустите!