Текст книги "Принцесса двух миров (СИ)"

Автор книги: Виктор Постоенко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 19 страниц)

– Еще древние кельты в своих легендах рассказывали об ином мире, куда можно попасть через туманные пещеры. Они называли его Сид и считали, что там живут Боги. Я подозреваю, что кто-то из них все-таки попадал в этот Сид и увидел там примерно то, что ты увидела у нас. Если бы попала к нам сама, допустим, через какую-то пещеру, могла бы ты посчитать нас Богами?

– Если так подумать, то вполне. Мне хватило только одного взгляда в окно, – и мы оба рассмеялись. Потом он спросил:

– Как съездили?

Глава шестая

Полковник Родин

Ответ на запрос пришел из Кореи через неделю. Сканы страниц из «Самгук Саги», написанной в X веке, где автор ссылается на сведения из уже утерянных летописей Когурё и Пэкче «Юги» и «Соги», написанных в IV веке по христианскому летоисчислению. И их заверенный перевод на русский, сделанный по просьбе российской стороны без отклонений от текста.

В четырех местах оба старинных источника сообщали о некоем Ыльчи Урёне, который прожил до ста семидесяти семи лет и был убит во время нападения всадников Уйзи на город Кукнэсон. Из его рассказов, записанных четырьмя разными повествователями, общим было одно – путешествуя у горы Уну, он набрел на пещеру с непонятными знаками на стенах.

Идя по знакам, он вдруг увидел серебристое свечение. Приблизившись к нему и заметив очертание прохода за ним, он осмелился пройти сквозь свечение. И попал во вторую часть пещеры, которая выходила в неизвестную высокогорную долину, окруженную высокими пиками отвесных скал. А внизу под пещерой протекала бурная горная река.

Справа он увидел что-то похожее на монастырь и рядом с ним деревню. Заметив идущих по извилистой тропе вверх людей с оружием, он испугался и вернулся обратно в пещеру. И тут внезапно обнаружил, что такое же свечение идет из левого прохода. Любопытство победило страх, и он вошел в небольшое ответвление от главного хода, где увидел странный предмет.

Это был идеально круглый блестящий полупрозрачный шар. Именно от него исходило серебристое свечение. Сам шар он описывал как некое чудо, поверхность которого была покрыта почти прозрачной радужной пленкой. Внутри него он заметил странные сплетения из тончайших золотистых, серебряных и фосфоресцирующих нитей, пронизывающих матовый темный материал, похожий на обсидиан.

От него исходило слабое тепло. Человек коснулся шара рукой, и его будто бы пронзило каким-то непередаваемо приятным ощущением бодрости и силы. Услышав голоса почти у входа в пещеру, он успел выбежать из прохода и бросился в ту сторону, откуда пришел.

Вслед ему послышались гневные крики и даже пустили несколько стрел, но преследователи не пошли за ним сквозь свечение. Когда он вернулся на это место через год, то прохода уже не было, он был завален огромными валунами.

Полковник отложил листы с переводами, открыл браслетом карту – это место сейчас расположено рядом с китайским городом Бэньси на севере провинции Ляонин. Древние монастыри там известны – один расположен в километре от южной окраины уже разросшегося города, а вот второй – почти на вершине горы Унюйшань, так теперь называется древняя гора Уну.

И самое интересное, что в переводе с китайского это означает «Гора пяти дев», что очень перекликается с названием Ущелье Ведьм, о котором рассказала Ма Ри. Сам монастырь стоит недалеко от руин древней крепости, когда-то прикрывавшей горный проход к городу Кукнэсон. Там сейчас туристическая мекка, маршруты по горам и все прочее, массы праздного народу ежедневно.

Если то, о чем рассказывал этот Ыльчи Урён, в основном верно, то искать с этой стороны сейчас бесполезно. Все пещеры там исследованы, взяты на учёт и картографированы. Значит, остается только один путь – с той стороны пещеры.

За прошедшие после появления Ма Ри месяцы несколько раз экспедиции отправлялись в эту точку, но в каждом случае намеренно допускались погрешности в полградуса во все стороны. Всегда команды попадали именно к этому монастырю и крепости, запирающей дорогу. И только те координаты, введенные в первый раз, приводили их на ту поляну недалеко от утеса.

Кстати, в районе древнего Холбона/Кукнэсона/Бэньси нет никакого намека на наличие такого утеса в радиусе десяти километров. Проверили во все времена с помощью дронов.

А о существовании артефакта Родин узнал еще задолго до того, как его поставили руководить проектом «Хронос». Во время одной из своих поездок за границу об этом ему рассказала одна китаянка, главная сотрудница Исторической комиссии, с которой его в тот вечер свела лютая обоюдная страсть.

И с той поры эта фантастическая информация глубоко засела в его мозге, тем более имелись и другие, косвенные доказательства существования артефакта. Это и древнекитайский миф о десяти солнцах, где говорилось о возможном падении на землю предмета с людьми из космоса.

Артефакты Саньсиндуя, которые так и не были объяснены, кроме как ученые приняли решение считать их масками. И наконец отрывки из сохранившегося древнего трактата «Шань хай цзин» о путешественниках по небу, корабль которых разбился в Хэнане, а они сами потом долго жили при дворе Императора Тан.

После доклада наверх там было принято решение начать поиски данного артефакта, не отвлекаясь от основных заданий, носивших скорее военно-политический, чем научный характер.

Пора начать персональные занятия с нашей гостьей, ведь именно ей предстоит сыграть самую важную роль в исследованиях. Единственный человек, которого смогли бы принять в том мире, – это была Виктория Хон.

А в том, что это был иной мир, уже не сомневались ни сам полковник, ни его руководители наверху. Было двухчасовое совещание посвященных, на котором приняли решение пока никому не докладывать о том, что найден Проход.

Но проблема была в том, что Виктория абсолютно не была подготовлена к существованию в том мире. Да, она прекрасно владела боевыми искусствами, мечом, прекрасно стреляла из лука и арбалета, но она не знала главного – реалий того мира. Даже как смотреть на другого человека, исходя из его и своего статуса.

Поэтому Родин и решил начать готовить Ма Ри лично, и только потом представить ее команде. Девушка освоилась, уже сама дважды выезжала в город на институтском автобусе. Несколько раз вместе с Викторией оставалась у неё в городе, даже сходили в ресторан. У неё появились поклонники из числа сотрудников в тренажерном зале, с ней заигрывали на пляже и в кафе. Но она вежливо отказывала всем.

Хан Ма Ри

Док позвонил вечером по Колечку и сообщил, что с завтрашнего дня мое расписание кардинально меняется. После завтрака он будет меня ждать на цокольном этаже. И я должна явиться к нему уже в военной форме, которую мне выдали раньше для поездки на военный полигон.

После пробежки, душа и завтрака я спустилась вниз. Родин уже был внизу, поэтому мы сразу пошли в самую дальнюю часть коридора, где я еще не бывала. Механизмом открылась толстая металлическая дверь, и мы попали в тамбур, где у нас проверили показания браслета и сетчатку обоих глаз. Эти показатели с меня сняли еще когда я жила в первой комнате.

Открылась вторая такая же дверь, и мы попали в огромный двухэтажный зал. Вправо и влево вела галерея, с которой вниз спускалась лестница. Освещение имитировало солнечное, и внизу были разбиты клумбы с цветами и росли деревья. По всему периметру на галерее было много разных дверей, но мы спустились вниз и, проследовав мимо нескольких сотрудников, отдыхавших в креслах в центре у фонтана, вошли в одну из неприметных дверей, пройдя ту же процедуру.

– Все сотрудники имеют разные степени допуска, и поэтому даже находясь здесь, они могут попадать только в те помещения, в которые им разрешено входить по роду своей деятельности, – полковник сказал это мне, пока мы подходили к этой двери.

– А у меня какой допуск?

– У тебя тот, который тебе положен. Куда не следует – не попадешь, извини, таковы правила для всех.

Мы попали в отдельный блок, где проводились занятия со специальной группой, которая совершала хронопереходы. Здесь же хранились их оружие, обмундирование и снаряжение. И отсюда существовал отдельный проход в секретную лабораторию со шлюзом хроноперехода.

Док долго и обстоятельно рассказывал мне все, что знал об артефакте, как о цели их экспедиции.

– Мы сейчас добились средней продолжительности жизни в 110–120 лет, но ещё существуют болезни, с которыми наша наука не в силах справиться. Это связано в основном с иммунной системой и отклонениями в цепочках ДНК. Возможно, изучение описанных в летописях излучений даст толчок в развитии этой части медицины, для человечества это очень важно.

– Даже я могу заболеть такими болезнями?

– Ты вряд ли. При изучении твоих материалов ученые обнаружили необъяснимые явления и кое-какие отличия твоей ДНК от наших. Была выдвинута гипотеза, что находящийся где-то рядом с городом артефакт может дистанционно влиять на проживающих в данной местности людей.

– Возможно, Вы правы, потому что если вспомнить, то болезни в нашей местности были мало распространены, разве что какие-то простуды или переломы и вывихи.

– Вот видишь, то есть имеется некоторое косвенное подтверждение аномалии в той местности.

– И скорее всего, судя по разговору моего хозяина с гостем, во дворце об этом знали. По крайней мере эти два министра знали об артефакте и о том, насколько он может стать опасным. Но почему опасным – вот этого я не знаю. Я бы и не вспомнила, если бы не спросили.

Первый день занятий мы посвятили средствам связи и возможностям современной медицины в экстремальных условиях. Мне очень понравился мини-передатчик в виде полужидкой капсулы, которая абсолютно не мешала мне в ухе, а извлекалась оттуда просто по отданной браслету команде. Поднесла к уху – и капсула сама возвращалась в браслет, уменьшаясь в размере почти в десять раз.

Таких капсул в браслете было шесть, на разные непредвиденные случаи. Помимо всего, она служила ретранслятором, передавая в центр в аудиоформате все, что происходило вокруг меня. Даже если я сплю. Вторым предметом, поразившим и восхитившим меня, был так называемый моник.

Внешне это было похоже на глазную линзу – да она ею и была, – но предназначалась для трансляции в центр всего, что я вижу. И могла быть источником информации, поступавшей в мой мозг через моник прямо в случаях, когда я не могла открыто пользоваться голографией браслета.

За прошедшие месяцы с момента моего попадания в этот мир я научилась пользоваться стационарным компьютером, планшетом, разными коммуникационными устройствами и даже два раза за городом на каком-то заброшенном аэродроме водила Викину машину.

И теперь моя мечта была получить права и ощутить настоящую радость обладания машиной, уверенность и эстетическое удовольствие от того, что она моя. Док уже сказал мне, что после первого перехода отправит запрос на получение прав, а знания правил дорожного движения в меня уже вложила Вика в капсуле, подобной той, где мне подарили знание языка. А пока чисто физически некогда.

В последующие дни мы занимались с ним элементами голографической маскировки, управлением дронами (пока виртуально), и наконец он познакомил меня с оружием под названием плазменный деструктор – разрядник с квантово-баллистическим вычислителем. Стреляли мы тут же в одном из дальних помещений. Это была волшебная дверь, за которой скрывались целые казематы.

Все занятия проходили до обеда, а потом я до одури занималась с Вернером боем на мечах. Он научил меня работать с шестом и копьем. По просьбе полковника я практиковалась с ним в стрельбе из лука и арбалета. И была удивлена, насколько он в этом деле превосходил меня. А ведь там я считалась очень хорошей лучницей даже среди дворцовых гвардейцев.

Позже полковник принес на занятия лук и арбалет, которые мне предстоит взять с собой, а также мне было предложено выбрать меч. Их с десяток разложили на столе, и Док сразу предупредил, что все эти предметы тщательно подбирал Вернер. Правда, он не знал для кого, но ему сказали, что это будет женщина.

Я выбрала себе прекрасный клинок, только поменяла ему ножны – уж слишком они были красивы и непрактичны. Меч имел искусно сделанный хёльзо, или дол, облегчающий его вес и улучшающий баланс. Ножны были деревянными, расписанными разными узорами и покрытыми лаком.

Но я выбрала другие ножны: они тоже были деревянными, но сверху покрыты тонкими листами черненой меди. Эти не намокнут и могут выдержать случайный удар вражеского клинка. Лук и арбалет были сделаны из современных материалов, замаскированных под старину. Вот только стрелы заказывали у мастера на одной из студий, производящих исторические сериалы.

Мне вернули мои метательные ножи, и я попросила сделать мне еще шесть таких же. Та моя одежда превратилась в лохмотья, но по ее образцу мне уже пошили подобную. При этом использовали те же материалы, ну почти те. Единственным отличием стала длинная, чуть ниже пояса футболка с рукавами в три четверти.

– Док, а зачем мне там эта современная вещь?

Полковник молча взял у меня из рук футболку, повесил ее на дальний манекен, взял в руки лук, натянул тетиву и пустил стрелу. Бамц! Стрела отлетела от футболки, а образовавшаяся вмятина сразу затянулась.

– Ударь мечом со всей силы, – приказал он. Результат был тот же.

– Физическое воздействие никто не отменяет. Будешь отлетать и падать, если что, но хоть жизнь твою сможет спасти. И помни – мы всегда будем рядом, слышать и видеть все, что происходит вокруг тебя.

Мне вернули и мою бирку. Моей задачей будет проникнуть в город и выяснить все, что произошло за время моего отсутствия, кто мог остаться в живых после переворота, навестить старого лекаря, если он остался жив. Он тоже кое-что знал о Долине Ведьм и знал, почему эта долина так называлась.

Несколько раз мы с полковником выезжали на загородный полигон, где он тренировал меня в управлении разрядником и умением пользоваться КБВ (квантово-баллистическим вычислителем).

– Думаю, тебе вряд ли там придется его использовать. Но уметь ты должна, всякое может случиться, это как на войне.

– Док, я пойду туда со всем вот этим? С мечом, луком и стрелами? Да меня стража в ворота не пустит и сразу арестует.

– Нет, если возникнет необходимость, мы перекинем тебе все это дроном. Он бесшумен.

– Ага, и невидим. Стража ночью шастает по улицам как днем, даже в большем количестве.

– Мы же будем их видеть, это как тепловизор в твоем личном КБВ.

– У меня будет свой личный КБВ?

– Он у тебя есть, – и полковник указал на мой правый глаз, где уже как с неделю был одет моник.

– А точно, я же забыла, что стоит подать команду – и он переходит в любой режим, простите, просто не подумала.

– Оружие тебе с собой дадим, малогабаритный пистолет с шумоподавляющим действием. Но это уже на смертельно крайний случай.

– А если меня обыщут?

– Вот этого ты не должна допустить. Тогда они и твою бронемайку – тут он засмеялся – найдут. Как будешь объяснять? Завтра у нас будет выезд на военный полигон, там познакомишься с командой. Вернее, я тебя им представлю. Отдохнула? Вперед на рубеж.

Глава седьмая

Олег Вязников

Утром пошел дождь, как всегда внезапно для наших метеорологов. С океана принесло рваные тучи, и они пролились на землю сплошными потоками мокрого утреннего счастья. Так это называет моя бабушка, любительница и единственный страж загородной дачи.

Ехать никуда не хотелось, но Родин назначил недельный сбор всей команде, намекнув, что мы будем готовиться к проведению очень важного заброса. Так что отвертеться не получилось.

На стоянке у учебного корпуса уже стояло с десяток машин. Родинской еще не было, зато была Викина. Мне нравилась эта женщина – прямая, крепкая и очень привлекательная своей неброской восточной красотой. Но увы – она улыбалась всем ровно одинаково, не выказывая никому из нас предпочтения. Слышалось даже ворчание, уж не по девочкам ли она.

Ну и она все-таки была меня старше. Родин как-то сказал нашему любвеобильному Валере:

– Не лезь к ней, иначе накажу. После того как ты от нее огребешь. У нее сложная судьба и не все вам положено знать.

– Здарова, орлы поганые, – Валера с его зубоскальством был легок на помине. Кто-то кинул в него кепкой, он поймал её и заржал.

– Валерик, вот когда-нибудь тебе невзначай надерут задницу и точно все перья повыщипывают, – Виктория тоже была в помещении. Она сняла свои ботинки, положила ноги в синих носках на небольшой журнальный столик и дремала.

– Не, господин майор, не успеют, я улечу быстрее.

Наши собрались все, а вот и начальник явился. В комнату вошел капитан Волин, буркнул что-то типа «поздоровался со всеми» и подошел к майору Хон.

– Виктория Яновна, чего нас Док так сорвал? Я только собрался с семьей в отпуск, вроде же ничего не намечалось.

– Ваня, не знаю, вернее, догадываюсь, так как его вчера туда, – она ткнула пальцем в потолок, – вызывали. Но он сам все скажет, не хочу шаманить. Так, парни, через двадцать минут построение в секторе А, поднимаемся.

Волин был прекрасным офицером, непревзойденным боевиком, принимавшим участие в двух боевых вылазках космодесанта. Но при этом его тяжелый характер и постоянные придирки отталкивали от него подчиненных.

Впрочем, его это мало волновало. Он ждал, когда его отзовут в космодесант. А пока исполнял порученное ему дело с рвением и усердием, иной раз выводя подчинённых из себя. Но связываться с угрюмым двухметровым капитаном никому не хотелось.

За десять минут получили оружие, расписались в ведомостях за патроны и устроили последний перекур.

– Что-то серьёзное намечается – сказал снайпер группы Гена, подбрасывая на руке увесистую пачку четырнадцатимиллиметровых патронов. – Я уже забыл, когда такую с собой на дело таскал.

– Сейчас все узнаем, – Денис затянулся последний раз, затушил окурок о край урны и встал на место построения. Волин посмотрел на часы:

– Группа, становись!

– Я тоже с вами в строй, – Виктория шагнула и встала на правый фланг.

Родин вышел из здания и подошел к построенной группе. Чуть сзади него держалась незнакомая девушка с черными как смоль волосами пониже плеч. Красивые чуть пухлые губы, острый подбородок, густые брови. Половина ее лица была скрыта до сих пор модными каплевидными темными очками. Одета она была в нашу форму с полной амуницией.

На правой ноге в набедренной кобуре «Полоз-15», на плече стволом вниз автоматическая винтовка К-130. Строй притих, рассматривая девушку. Я прищурился, и вдруг что-то показалось мне знакомым. Ее стойка – немного расставленные крепкие ноги, расправленные плечи и чуть согнутые в локтях руки в тактических перчатках.

– Вольно. У вас пополнение, она будет восьмой в нашей группе. Представься.

Девушка сняла очки, аккуратно зацепила их дужкой за разгрузку, взглянула на нас и мягким, с легкой хрипотцой голосом произнесла:

– Меня зовут Хан Ма Ри, можно просто Мари.

И легким кивком головы поклонилась строю. И тут я ее узнал, и видимо не только я, так как Денис толкнул меня плечом. Это была та самая девушка с утеса, которую мы вытащили из прошлого больше полугода назад и которую тогда унесли медики. Сколько бы мы ни спрашивали о ней – ответ был один и тот же: «Не знаем, передали в Медицинский Институт здоровья по распоряжению свыше».

– Ма Ри будет нашим основным звеном в предстоящей важной операции. Все мы, и я в том числе, будем обеспечивать ее действия там, куда мы отправимся. Операция секретная с грифом СС. Все детали сообщу перед забросом. Хочешь что-то сказать?

Она сделала два шага вперед, повела головой справа налево, рассматривая каждого из нас по несколько секунд. Валерик как всегда осклабился, черта не исправить.

– Кто из вас Олег Вязников? – это прозвучало настолько неожиданно, что я даже замешкался, пока Денис не ткнул меня стволом в ногу.

– Это я, – и я поднял руку. Она подошла и встала передо мной и почему-то долго смотрела мне в глаза, как будто что-то там выискивая. Единственное, что я понял, – я не смогу дальше жить без этих глаз. Мысль прилетела внезапно, и я сам её испугался. Девушка сложила руки ладонями перед грудью и медленно поклонилась мне в пояс.

– Это благодарность за мою жизнь. Если бы ты не принял решение тогда, то сегодня меня бы не существовало, – она выпрямилась и опять посмотрела мне в лицо. Какие же у нее огромные карие глаза.

– А девушка представилась не полностью. Сколько ей лет, замужем, парень есть? – Валерик был бы не Валериком, если бы не встрял. Конечно, он дурачился, это была часть его натуры, в деле он преображался в опаснейшего, ловкого и сильного хищника. Потому мы и терпели все его выходки, отлично зная, что за ними скрывается какая-то боль из его прошлого.

– Я за неё отвечу, – раздался голос Родина. – Девушка старше тебя, оболтуса, на шестьсот пятьдесят два года, уразумел? Я думаю, остальные вопросы отпадают сразу же, не так ли?

– Рядовой, не знаю, как там тебя и где, – Ма Ри повернулась к Валерику, глаза ее сузились, и она как будто прошипела едва разжатыми губами: – Я разговариваю с лейтенантом, а когда настанет нужда узнать твое мнение, я обязательно тебя спрошу. А пока закрой рот и жди команды. Ты меня услышал?

– Вот это срезала, прямо на взлёте, – и Гена широкой ладонью, больше напоминающей лопату, громко и гулко шлёпнул Валерика по спине. Тот охнул и сделал шаг назад из строя.

– Господин полковник, разрешите встать в строй? – и после его кивка Ма Ри встала слева от меня за Денисом. Тот наклонился, шутливо подставил ей кулак и шепнул:

– Я второй, кто тогда был на утесе, но тащил на спине тебя всё же Олег.

– Я учту и запомню это, – она с серьезностью ткнула своим кулачком в его кулак и выпрямилась, встав в армейскую стойку.

Мы занимались маскировкой, продвижениями и работой двойками, отрабатывали скрытное движение к объекту, стреляли из разных положений, в общем, занимались тем, чем занимались всегда. Но меня удивило то, как эта попаданка ловко и умело обращалась с современным оружием.

Работали с длинным и с коротким стволом, а в бросках ножей в цель ей не было равных. Она даже обошла майора Хон, которая считалась виртуозом в деле применения холодного оружия. Выбрав момент во время перекура, я подошел к ней, она подняла ко мне свое лицо и похлопала ладонью рядом по траве. Я кивнул и молча сел рядом на землю.

– Значит, я не ошибся, это ты, та девушка с утеса, которая потом пропала. Я спрашивал Родина о тебе несколько раз, но не получил ответа, – я смотрел прямо перед собой, боясь повернуть голову и встретиться с ней глазами. Она сидела, повернувшись ко мне в пол-оборота, и внимательно рассматривала меня. А я боялся шелохнуться, мне даже показалось, что мое сердце перестало биться.

– Ты меня стесняешься? – ее голос, грудной и с легкой хрипотцой, заставил меня вздрогнуть.

– Нет, что ты, нет, конечно нет, я…

– Тогда почему ты смотришь в сторону, когда я смотрю на тебя? Поверни ко мне голову.

Я, наверно, был похож на маленького бандерлога перед могучим удавом Каа – так мне показалось. Медленно повернув голову, я увидел ее смеющиеся глаза. Внезапно она подняла руки и, наклонив мою голову, стала вытаскивать из моих волос застрявшие после занятий травинки. Потом расправила мои волосы, опять улыбнулась и спросила:

– Ты меня боишься? Почему ты так напряжен? Тебя смущает, что я тебя старше? Но это не так. Мне сейчас по вашим меркам двадцать один год. Примешь такой вариант?

Я кивнул головой, в которой уже не было никаких мыслей, я даже внутренне выругался: да что это со мной, почему я так раскис рядом с ней? Я же только два часа назад имя ее узнал.

Но другой я, там, далеко внутри меня, с усмешкой ответил: «Не ври сам себе, тебя она схватила за сердце еще там, на утесе, не так ли? Так чего ты теряешься? Она же не отталкивает тебя? Олег, может, это твой шанс?»

Я повернул к ней голову и, набравшись смелости, спросил:

– Ма Ри, а я могу тебе хотя бы позвонить? Ты дашь мне номер своего коммуникатора?

Она наклонила голову на бок и несколько мгновений смотрела на меня в упор, потом рассмеялась:

– Ты сейчас похож на школьника в очках из дорамы. Конечно дам, и обязательно буду ждать твоего звонка. Я много о тебе думала, какой ты, как выглядишь, все представляла себе нашу встречу.

– И что? – от волнения у меня даже губы пересохли.

– Что? Ну… Если я скажу, что наша встреча превзошла все мои ожидания, ты мне поверишь? – ее глаза смеялись, губы чуть шевелились, и я почему-то не мог отвести от них глаз. Внезапно она взяла меня за подбородок и приподняла мою голову.

– Не надо на меня так смотреть, вернее, на мои губы, – она еще раз улыбнулась, а потом вдруг провела своей ладонью по моему лицу. Ее рука оказалась на удивление мягкой и теплой. Я схватил ее за ладонь и опустил руку вниз.

– На нас уже смотрят, – прошептал я.

– Ну и что? Я же не замужем, или ты женат?

– Нет, я никогда не был женат.

– Ну вот и хорошо. Встаем, вон Док идет с бумагами.

А потом они с Викой рубились на мечах. Насколько Виктория Хон была подготовлена, но и она не могла против нее устоять. Все-таки Ма Ри учили в ее мире защищаться и убивать, а Виктория была просто спортсменкой, хотя и членом сборной.

Я обратил внимание, что Родин часто занимался с Ма Ри персонально. Мы с того дня больше не пересекались, я видел ее мельком утром и вечером. Они поселились с Викторией в одной комнате, и я не посмел туда даже постучаться.

Комната вообще была в другой стороне блока, и тусоваться там не было возможности. Меня уже подкалывали ребята, ведь наш с ней диалог на траве не прошел незамеченным для команды.

А в последние дни сборов Ма Ри внезапно оказалась одетой в тот свой наряд, в котором я увидел ее впервые, там, на утесе. Теперь они с Викой ходили куда-то тренироваться с луком и арбалетом. Значит, нас готовят вернуть ее домой? Все внутри меня встало на дыбы, хотя внутренний голос успокаивал: «Ты что, хочешь вмешаться? И что это даст? Что-то изменит?»

Я сидел на скамейке у спортивного городка, когда кто-то подошел сзади и закрыл мне глаза ладонями. Я сразу почувствовал ее запах, тот, который так взволновал меня еще в первый раз, когда она потянулась ко мне там, на траве.

– Ма Ри?

– Нет, я вместо нее, а что?

Я взял ее за ладони, поднял голову – она нависла надо мной и весело улыбалась. Потом перешагнула скамейку, боднула меня бедром:

– Ну-ка подвинься, девушка сядет.

Я замер, ощущая прикосновение ее ноги, плеча, а ветерок, дувший нам в спину, игриво забросил прядь ее волос мне на шею. Да вашу через три головы и в два клюза осьминога зад, у меня что, голова закружилась и в штанах что-то напряглось? Мне двадцать шесть лет, я же не пацан, но почему так.

– Записывай мой номер, готов? И еще – ты мне понравился, поэтому не прячь свои глаза и не нервничай, это так заметно. По крайней мере, мне как женщине это было видно еще в тот первый день нашего знакомства. Я буду ждать твоего звонка.

– А если я приеду за тобой на машине, Родин тебя отпустит?

– А почему нет? Я же ездила сама в город, ходила в настоящий кинотеатр, потом ночевала не раз у Вики. Мой браслет всегда на связи.

Я замолчал, переваривая сказанное. Она сидела рядом, сложив руки на коленях и закрыв глаза. К нам подошел Денис:

– Олег, тебя Волин ищет. Ма Ри, ему нужно идти. А ты клёвая, – и он поднял большой палец вверх. Она ответила ему тем же жестом.

– Иди, раз командир зовет, но я от своих слов не отказываюсь.

Пока шли, Денис допытывался у меня, что там у нас произошло.

– Ничего, просто она дала мне свой номер.

– И ты говоришь «ничего»? – он хлопнул меня по плечу и рассмеялся. – Да если бы я не был женат, я бы уже весь порог у ее квартиры обтоптал бы до блеска. Какая фигурка, а взгляд. То, что она азиатка, – пофиг, если человек красив, то он и в Африке красив. Природу не обманешь, Олег. Я же помню, какими глазами ты на нее смотрел, когда она лежала у твоих ног там, на утесе. И как бросился ее защищать от капитана, готов был на все, даже остаться с ней там, не так ли? Забыл?

– Нет, не забыл. В общем, мне кажется, она дает мне шанс.

– Олег, я вот серьезно говорю: если будет время до высадки, свози ее к своей бабушке. Она у тебя и психолог, и физиогномист, и вообще мастер от Бога. Я слышал твои последние слова и ее ответ. Она же дает тебе зеленый свет. Парни вон как обсуждали ее в курилке, все просто поражены ее способностями и внешностью. Даже Волин сказал, что она прекрасный боец. А ты знаешь, что значат такие слова в его устах.

Возвращались мы в пятницу вечером. Я сел в машину, но почему-то не уезжал. Мне хотелось еще раз ее увидеть, а она никак не выходила. Вот уже Вика вышла, села в машину и уехала. А их с Родиным все не было. Нет, о чем-то другом я не думал, Родина я знал уже два года, но всё же почему их нет.

Они вышли через полчаса, я уже весь извертелся на сиденье. Они пошли к его машине, как Родин вдруг остановился и что-то ей сказал, указывая рукой на мою машину. Она его переспросила, потом…

Потом она забросила рюкзак с формой на плечо и направилась ко мне. Я не выдержал, вышел, нет, выскочил из машины, взял у нее рюкзак и открыл дверь, успев заметить, как усмехнулся проезжавший мимо Родин. Ма Ри села, пристегнула ремень, потом повернулась ко мне:

– Ты так долго меня ждал? Мы могли и дольше задержаться, если бы Родину не позвонила дочь.

– Мне почему-то захотелось тебя еще раз увидеть.

– Вези-ка меня домой, я сильно вымоталась, и можно я подремлю.

Уже темнело, мы ехали по ночному шоссе, мимо проносились машины, а я не спешил. Мне хотелось побыть подольше рядом с ней. А она спала, не притворяясь, самым натуральным образом. Рот чуть приоткрылся, легкие складки на лбу расправились, грудь равномерно поднималась и опускалась.

«Интересно, какой у неё размер», – вдруг подумала моя бестолковая голова. Ну что ж за такое, ну что за мысли-то в такой момент.

Мы приехали к Институту около десяти вечера. Она потянулась как выспавшаяся кошка, потом повернулась ко мне:

– Завтра выходной, можешь позвонить, но не ранее десяти утра. Утром я купаюсь и бегаю. Это не ритуал, мне нужно быть в форме для дела. Остальное всё потом.

Мы вышли из машины, я подал ей рюкзак. Она поставила его у своих ног.

– Давай я донесу его до твоей квартиры?

– Ну да, потом кофе попьём, всё как в кино, так? Наклонись ко мне.

Она внезапно взяла мою голову в свои руки, притянула к себе, и я почувствовал ее мягкие, чуть влажные теплые губы на своих губах. Она обхватила меня за шею, приникла ко мне всем телом, я ощутил прикосновение ее груди, но она вдруг тихо охнула и резко отстранилась от меня.

– Езжай давай, и не торопись, – и к вашему Богу не бывает опозданий.

Я ехал и видел в зеркало, как она стояла у входа в здание и не уходила, пока моя машина не скрылась за поворотом.