290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Коммунистическая республика Камчатка (СИ) » Текст книги (страница 11)
Коммунистическая республика Камчатка (СИ)
  • Текст добавлен: 1 декабря 2019, 17:01

Текст книги "Коммунистическая республика Камчатка (СИ)"


Автор книги: Виктор Старицын






сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 25 страниц)

Высадив десант, Аврора и Киров вернулись на каботажную линию Сталинград – Красноярск – Красногорск – Ленинград – Кировоград, а Варяг пошел с дипмиссией в Маракайбо.

12. Взятие Пуэрто-Рико

Утром 29 июня эскадра подошла к юго-восточной оконечности острова Пуэрто-Рико. Прошло меньше пяти месяцев после разгрома Сан-Хуана – единственного испанского города на острове. Новый королевский конвой из Испании еще не должен был подойти, поскольку приходили они не чаще чем раз в полгода. Поэтому, сколь-нибудь серьезного сопротивления со стороны испанцев не ожидалось. От пленных было известно, что, помимо Сан-Хуана, на побережье острова располагалось 9 крупных укрепленных феодальных поместий – энкомьенд. Экспроприация таких поместий уже проводилась эскадрой на Кубе и обошлась практически без сопротивления со стороны испанцев.

Марти покинул парусную эскадру и направился в Сан-Хуан, чтобы взять под контроль город и порт. Парусники разделились на две группы и двинулись на восток и на запад вдоль берегов острова. Галеоны имели на борту по две сотни туземных гвардейцев, а каравеллы – по сотне. Каждому галеону предписывалась экспроприация двух поместий, а каравеллам – по одному.

Испанцы, захватывая рабов для работы на плантациях, вынудили туземцев покинуть прибрежные деревни и откочевать в джунгли вглубь острова. За сорок лет испанского владычества население острова сократилось в пять раз. Прежде всего, за счет принесенных испанцами инфекционных заболеваний: чумы, тифа, холеры, оспы, кори, золотухи. Планируя экспедицию, наркомат здравоохранения заблаговременно провел вакцинацию личного состав туземной гвардии от всех болезней, носителей которых удалось обнаружить среди пленных испанцев.

Впервые туземные сотни должны были действовать без контроля со стороны мартийцев. Рисковать жизнью полноправных граждан руководство республики больше не хотело. Во главе каждой сотни был поставлен воин – аравак, проявивший себя в операции против Веракруса, где туземная гвардия впервые столкнулась с реальным сопротивлением. В каждой сотне было два взвода лучников и три взвода пехотинцев. Взводными командирами оставили испанцев. В Веракрусе к ним никаких претензий не возникло.

По отработанной на Кубе схеме, корабли скрытно высаживали гвардейцев, которые блокировали поместье. После предупредительных пушечных выстрелов поместье бралось под контроль. Обычно в поместье находилось до полусотни испанцев обоего пола и до четырех сотен рабов – индейцев. Всех испанцев брали в плен, а индейцев – отпускали на волю. Однако, в ряде случаев, пришлось разрешить освобожденным рабам свести счеты с особо рьяными надсмотрщиками. Причем как с испанцами, так и с надсмотрщиками из местных. Такие тоже обнаружились. Уж больно тяжело пришлось рабам на плантациях и на лесоповале. Наказания кнутом, голодные волчьи ямы и жестокие казни были в поместьях обычным делом. Впрочем, многие индианки – жены испанцев предпочли остаться с мужьями.

Согласно стратегическому плану Генштаба, на взятых под контроль островах не должно было остаться самостоятельных испанских поселений в любой форме. Все имущество и скот конфисковывадось, поместья передавались индейским племенам.

Гвардейцы после экспроприации поместий брали проводников из местных индейцев и двигались через джунгли в Сан-Хуан. Поскольку весть о разгроме энкомьенд разносилась освобожденными рабами значительно быстрее, чем продвигались отряды, в индейских деревнях гвардейцев встречали радушно.

Двигаясь от деревни к деревне, отряды приглашали туземных вождей на встречу с властями республики в Сан-Хуан. Гвардейцы в сверкающих красках расписывали местным аравакам жизнь подданных в республике. Да и вид гвардейцев в европейской одежде, в сверкающих испанских доспехах с железным оружием в руках, говорил сам за себя. То, что отрядами, включая взводных командиров – испанцев командовали воины – араваки, было решающим аргументом, подтверждающим все слова гвардейцев. Контраст с положением индейцев в энкомьендах был разительным. Загруженные трофеями корабли направлялись в Сан-Хуан.

Марти также не встретил трудностей в городе. Работы по восстановлению разрушенных крепостей испанцы только начали. Немногочисленные легкие пушки, установленные в укреплениях, не смогли причинить минзагу никакого вреда до того, как были уничтожены. Город на этот раз не громили.

Расстреляв недовосстановленные крепости, артиллеристы накрыли из минометов внешнюю стену города, затем высадили с катеров и шлюпок три сотни гвардейцев, которые, как и в прошлый раз, заняли стену, изолировав город с суши.

Войдя в бухту, Марти через громкоговорители приказал гарнизону сложить оружие у внешней стены, солдатам и морякам собраться в костеле. Сопротивления никто не оказывал. Воспоминания о недавнем разгроме, учиненном эскадрой, были еще свежи в памяти горожан и солдат. Моряки нескольких стоявших в порту каравелл и шхун тоже дружно решили не проявлять фанатизма.

Сан-Хуан стал первым испанским городом, который республика собиралась взять под себя, поэтому Генштаб подошел к планированию операции со всей тщательностью. Наркомом острова назначили лейтенанта Прядильщикова, одного из немногих командиров, еще командовавших парусниками, освободив его от командования галеоном Фрунзе.

Всех мужчин – испанцев, взятых на Пуэрто-Рико, решено было объявить военнопленными. Рабов и слуг индейцев – отпустить на волю по их желанию. Весь город Сан-Хуан на некоторое время должен был стать большим лагерем для военнопленных.

В порту решили оставить каравеллу Свердлов, поручив ее экипажу охрану периметра острова. На каботажную линию Сан-Хуан – Ленинград предполагалось поставить семисот тонный галеон Фрунзе.

* * *

В последний день уходившего 1939 года от Рождества Христова в Мадриде получили письмо губернатора Карибских островов Хуана Карлоса графа Кастанеда о разгроме неизвестно откуда взявшимися пришельцами сильной эскадры адмирала де Эспиноса. К сожалению, император священной римской империи Карл V находился в Нидерландах. Регент королевства Испания сын императора Филипп созвал Высший королевский совет по делам Индии.

Первый канцлер королевства Гранвиль предложил регенту воздержаться от каких-либо действий, поскольку никаких конкретных сведений о происхождении, наличных силах и намерениях пришельцев в письме губернатора не содержалось.

Гранвиль напомнил, что после поражения эскадры де Эспиносы в Новый Свет из метрополии уже прибыл очередной королевский конвой – более полусотни крупных кораблей с большой армией на борту. Вполне вероятно, что этих сил хватит Вице-королю, чтобы радикально решить проблему пришельцев.

На том и порешили. Губернатору направили письмо с приказом собрать максимально полную информацию о происхождении и силах пришельцев. Вице-королю приказали, используя все силы королевского конвоя, а также все местные силы флота и армии, уничтожить пришельцев. Письмо губернатора направили императору с дополнением о принятых мерах.

Как гром среди ясного неба прозвучало известие из полученного 28 апреля письма Вице-короля о полном уничтожении пришельцами объединенного флота Новой Испании, разгроме Сан-Хуана и смерти в бою губернатора Карибских островов со всем военным и административным персоналом губернской администрации.

Срочно созванный Совет по делам Индии постановил задержать отправку в Новый свет очередного королевского конвоя. Конвой решили по максимуму насытить крупными военными кораблями с мощной артиллерией. Императору направили письмо с предложением о привлечении к боевым действиям флотов Нидерландов, Италии, Португалии и других государств, управляемых династией Габсбургов, а также союзных государств.

Вице-королю направили распоряжение усилить разведку и любой ценой получить точные сведения, за счет чего именно пришельцам удалось разгромить объединенную эскадру Нового Света.

15 июня пришло известие о разгроме Санто-Доминго и Веракруса. На этот раз к письмам прилагались подробные сведения о силах пришельцев, их вооружении и тактике. Информации о происхождении пришельцев по-прежнему не было, но зато было точно выяснено, что они – безбожники, поклоняющиеся какому-то "Коммунизму". Что за Коммунизм такой, было не понятно. Появились они откуда-то из северной части Тихого океана, с островов северо-западнее Японии.

Регент по совету первого канцлера направил письмо императору и Папе с призывом объявить крестовый поход против безбожников.

Для обсуждения тактики борьбы с пришельцами регент приказал собрать Высший военно-морской совет королевства Испания. Копии последнего письма Вице-короля с приложениями накануне разослали всем членам Совета. Филипп просил всех командующих флотами подготовить предложения для того, чтобы не повторить конфуз с эскадрами Альмансы и Эспиносы.

Ввиду важности вопроса, Совет собрался в тронном зале королевского замка Алькасар. Луис де Веласко, маркиз де Салинас, командующий флотом Средиземного моря попросил слова первым.

– Из сообщенных Вице-королем сведений следует, что артиллерия пришельцев вдвое превосходит нашу по дальнобойности. К тому же их корабли быстроходнее наших и могут ходить против ветра, что дает им возможность расстреливать наши корабли без всякого риска для себя. Поэтому, первое, что нужно сделать, это перевооружить наш флот дальнобойными орудиями крепостного типа с увеличенным калибром и увеличенной длиной ствола. Думаю, нужны пушки с диаметром дула не менее двух десятых пасо, длиной ствола четыре пасо и увеличенной толщиной стенок. Такое задание нужно дать оружейникам. Нам нужно достичь дальнобойности орудий не менее полутора тысяч пасо. Понятное дело, что даже на крупных галеонах таких пушек можно поставить не более двух десятков.

Затем слово взял Диего Фернандес де Кордова, маркиз де Гуадалкасар, адмирал флота Атлантического океана:

– Кораблей у пришельцев не более десятка, причем на них стоит всего по одной – две пушки. Но, их пушки имеют скорострельность не менее 5 выстрелов в минуту. То есть, чтобы добиться равной скорострельности, на каждый их корабль мы должны иметь по 4 двадцати пушечных галеона или фрегата. А чтобы получить уверенное превосходство, нужно 8 наших кораблей на один их корабль. Таким образом, для победы над пришельцами наш флот должен состоять из 80 крупных кораблей с новыми пушками.

Приглашенный на совет командующий войсками Кастилии генерал Маркус де Торес-и-Руэда возразил:

– Я хоть во флотских делах и не совсем компетентен, но позволю себе заметить, что в сообщении Вице-короля упоминается о фантастической точность стрельбы артиллерии пришельцев. К тому же, они стреляют не ядрами, а мощными взрывающимися бомбами. Так что, даже восьмикратное численное превосходство не гарантирует нашему флоту победы.

В тоже время, в письме отмечено, что сражений на суше пришельцы избегают. Скорострельного сухопутного оружия у них мало. На суше за них сражаются индейцы, вооруженные нашим же оружием. А этот противник нам вполне по силам. Я считаю, что победы над пришельцами следует искать не на море, а на суше. Вице-король сообщает, что у пришельцев две базы: на Тринидаде и на острове Бекия. Поэтому, главной задачей флота должна быть не победа в морском сражении, а обеспечение высадки сухопутных сил на острова.

Думаю, нужно разделить флот на 6–8 эскадр, и одновременно напасть с разных сторон всеми эскадрами на Тринидад и Бекию. Это позволит растянуть силы пришельцев. В таком случае каждая эскадра будет сражаться с одним – двумя их кораблями. В это же время еще две эскадры должны прорваться к островам и высадить сильный десант.

Первый канцлер Гранвиль и секретарь совета Франсиско де лос Кобос поддержали генерала де Тореса. Регент распорядился подготовить проект решения совета и направить его на утверждение императору. Своей властью регент приказал коронным пушечных дел мастерам начать отливку новых дальнобойных пушек.

Получив письмо Филиппа, император покинул Роттердам и направился в Мадрид. Войну с еретиками в Нидерландах пришлось временно приостановить, ввиду появления более опасного противника. Письмо Папе с просьбой об объявлении крестового похода он отправил, не откладывая. Как и письма всем вассалам империи о подготовке их флотов к походу в Вест-Индию. Усиление безбожных пришельцев в Новом свете грозило прервать поток золота и серебра, текущий через океан в казну Испании.

* * *

Штурман лейтенант Прядильщиков вполне освоился в должности командира галеона Фрунзе. Под его командованием корабль участвовал в разгроме испанской Армады, ходил во все набеговые операции. С парусами особых проблем не возникало. Во-первых, их поднимали только при попутных ветрах, во-вторых, три десятка испанских моряков с юнгами – индейцами под руководством опытных испанских же старпома и боцмана легко справлялась с управлением парусами. Испанец суперкарго прекрасно знал особенности загрузки парусника. Паровые машины работали как часы. Он оставался одним из немногих лейтенантов, все еще командовавших парусниками. Заводы, лаборатории и КБ требовали квалифицированного персонала. Почти всех лейтенантов, первоначально назначенных командирами парусников, уже заменили на старшин.

Назначение комендантом Сан-Хуана он воспринял без всякого восторга. Сдал командование кораблем своему штурману старшине Шелихову и перешел на борт Марти. Получил подробный приказ по управлению городом, разработанный Генштабом. Важность задачи ему разъяснил лично Николай Иосифович. Все командиры с Марти, начиная с мамлеев, были при серьезных должностях. Комендантами городов уже назначали старшин. Но, это своих городов. А ему предстояло руководить бывшим испанским городом. Предсовнаркома утешил его, сообщив, что наркомом острова назначен опытный торгпред Потькалов, который возьмет на себя все вопросы по взаимодействию с туземным населением Пуэрто-Рико, и, как человек опытный, поможет в руководстве городом распоряжением и советом.

На двадцати четырехлетнего парня свалилась огромная ответственность: руководить предстояло примерно шеститысячным населением, большую часть которого составляли женщины и дети. Лишь малую часть вдов вывезли в Ленинград после первого штурма города. Все обнаруженное в городе мужское население старше 15 лет подлежало изоляции в лагерь. Первой задачей стройотрядам военнопленных назначено восстановление портовых сооружений и оборудование береговых батарей.

Вне лагерной ограды в городе останутся только женщины с детьми, причем как испанки, так и туземки. Ввиду острого дефицита испанок в Новом свете многие испанцы брали себе в жены индианок.

В гарнизоне города оставались полтора десятка мартийцев и полусотня обученных туземных подростков в качестве номеров расчетов артиллерии, минометов и пулеметов. Плюс две сотни туземных гвардейцев, конвойная сотня охраны лагеря и пограничная сотня. Еще четыре сотни в гарнизон предполагалось набрать из местных араваков. Для обучения новобранцев Марти привез около сотни испанцев – инструкторов, подписавших договор найма и принявших присягу на верность республике. На вооружение гарнизона доставили три трехдюймовки, четыре миномета и три станковых пулемета, все своего производства. Командиром гарнизона назначили старшину Дятлова.

На Пуэрто-Рико предполагалось набрать в вооруженные силы республики полторы тысячи воинов, а с учетом сменности – две с половиной тысячи. После обучения местных воинов, гвардейцы, конвойники и пограничники, прибывшие с эскадрой, должны будут вернуться на свои родные острова.

За прошедшие неполные полгода испанцы сумели восстановить лишь пару десятков домов в центральной аристократической части города. Их заняли назначенные Вице-королем новые городские начальники, которых теперь посадили в отдельный лагерь для последующей доставки в лагерь комсостава в Ленинграде.

Опустевшие ремесленные кварталы все еще лежали в руинах. Зато беднота свои хибарки восстановила полностью, использовав дармовые материалы от оставшихся бесхозными разбитых домов в ремесленной части города.

В Сан-Хуане взяли двенадцать сотен пленных, в основном рабочих из бедноты, солдат и матросов. По быстрому огородив высоким забором часть разрушенных ремесленных кварталов, устроили там лагерь. Сгрузили с Марти и смонтировали паровую пилораму, наладили вырубку и подвоз бревен из ближайшего леса. Камень пока добывали из разрушенных домов, хотя близ города имелся и известняковый карьер. Запас цемента сгрузили с корабля. Начали восстанавливать город.

Через неделю подошли первые каравеллы, к исходу второй недели в порту собралась вся эскадра. Количество военнопленных возросло до 15 сотен. Всех взятых в поместьях мастеровых объединили в филиал общего завода с цехами: столярным, обувным, шорным и портняжным. Семьи взятых в поместьях испанцев расселили по хижинам бедняков.

В течение третьей недели в город прибыли все сухопутные отряды с вождями всех туземных племен острова. Носильщики из местных индейцев доставили большое количество продовольствия. На ближайшее время вопрос снабжения продовольствием был решен. Гвардейцев разместили в парусиновых палатках, а вождей, в знак уважения – в восстановленных домах аристократов. Командор Звягинцев собрал совет вождей.

Для пущего морального эффекта вождей собрали в кают-компании Марти, доставив их к парадному трапу корабля на паровых катерах. Во время восхождения вождей на борт из всех громкоговорителей на полную мощь ревел Интернационал. Все сигнальные флаги празднично полоскались на свежем ветру. Вожди впечатлились до печенок. 19 касиков – вождей аравакских племен свободно разместились вокруг стола. Себя они именовали народом "таино". К счастью, карибов на острове не было.

Приглашать на борт шаманов племен не стали, чтобы не осложнять переговоры вопросами вероисповедания. И без шаманов вожди сделали обычно строгий вид кают-компании изрядно схожим с новогодним карнавалом: парадная раскраска тел, обилие перьев, амулетов и шкур производили сногсшибательное впечатление. Тропическая военно-морская форма моряков выглядела на этом фоне скромно. Со стороны республики присутствовали Звягинцев, Потькалов, Прядильщиков и шестеро командиров туземной гвардии, обеспечившие сбор вождей. Гвардейцы раскраски не имели, зато щеголяли в начищенных доспехах.

Среди вождей выделялся крупный, поджарый и жилистый воин, единственный из всех вождей облаченный в испанскую кирасу и шлем. Командир туземной сотни Гуаканагари пояснил командору, что это – Куанаболь, вождь единственного местного племени, не покорившегося испанцам. Правда, помимо доблести воинов, этому способствовало и географическое положение племени – в центре острова, в ущелье между двух труднопроходимых горных хребтов. Испанцы туда особо и не стремились. Все остальные племена были испанцами покорены, обложены данью и поставляли рабов в энкомьенды.

Командиры сотен подтвердили сделанные штабом предварительные выводы относительно положения индейцев на острове. За время испанской оккупации население пережило три эпидемии: оспы, холеры и тифа, каждая из которых уполовинивала население. В энкомьендах от непосильной работы плохого питания и побоев индейцы мерли, как мухи. На данный момент на острове туземцев насчитывалось порядка двадцати тысяч, из них боеспособных мужчин около двух с половиной тысяч, что было существенно ниже предварительных оценок Генштаба. В самом сильном племени Куанаболя осталось всего три сотни воинов. Эпидемии серьезно подкосили и это племя. До организации карантина при угрозе эпидемии туземцы еще не додумались.

От имени верховной власти республики командор Звягинцев объявил, что власть испанцев на острове закончилась. Республика берет остров под свою могучую руку. Сообщил вождям о разгроме всех испанских городов и всего флота. Пообещал племенам защиту от посягательств любых внешних врагов. Официально подтвердил, что рабство в республике запрещено.

Все племена острова становятся вассалами республики. При этом они сохраняют самоуправление. Но, обязуются платить республике дань древесным углем и продовольствием, пропорциональную количеству воинов. Другие ресурсы, необходимые республике, будут обмениваться на железные инструменты и прочие промышленные товары. В случае нападения внешнего врага вассальные племена выставляют всех своих воинов в ополчение.

Племенам предоставляется право добровольно перейти в подданство республики. При этом они переходят в прямое подчинение наркому острова, но освобождаются от дани. Воины подданных племен набираются на службу в военные подразделения республики, бесплатно обеспечиваются оружием и снаряжением. За время службы воинам выплачивается жалование. Индейцы подданных племен привлекаются к заготовке леса, прокладке дорог и другим нужным республике работам с выплатой им заработной платы. Подданным предоставляется бесплатная медицинская помощь и бесплатное обучение детей в школе.

О внедрении коммунистических идей в племена речи не шло. Никакой возможности выделить в племена комиссаров у республики не было. Коммунистическое воспитание предполагалось проводить постепенно через обучение детей в школе.

В заключение командор представил вождям наркома острова Потькалова и коменданта города Прядильщикова.

Первым из местных выступил касик Куанаболь. Встав из-за стола во весь рост, он заявил:

– Гордое племя кунанчей испанцев на свои земли не пустило. Поэтому и к республике в вассалы я не пойду! Попробуйте заставить храбрых воинов моего племени!

Вождю ответил Потькалов:

– Никто Вас, уважаемый вождь кунанчей, принуждать не собирается. Но, имейте в виду, что в таком случае никаких отношений с кунанчами республика поддерживать не будет, в том числе и торговых. Не будет у племени ни железного оружия, ни железных инструментов. В случае конфликта между любым вассальным племенем и кунанчами, войска республики поддержат вассальное племя. Медицинской помощи вашему племени тоже не будет. От очередной эпидемической болезни мы все подданные и вассальные племена излечим, а кунанчи снова вымрут наполовину. А за причинение кунанчами вреда любому подданному республики армия республики ответит всей силой оружия. Испанцы и карибы эту силу уже сполна на себе испытали. Так что, решайте сами.

Больше против никто из вождей не выступил. Наоборот, за избавление от жестокого гнета испанцев вожди готовы были молиться на республику.

Затем Звягинцев и Потькалов ответили на многочисленные вопросы вождей. Со слов гвардейцев вожди достаточно подробно знали об условиях жизни племен под властью республики. Теперь они получили подтверждение непосредственно от руководства республики. Вождям раздали по два проекта договора на испанском языке: о подданстве и о вассалитете. На этом собрание закрыли, предоставив вождям сутки на размышление.

На следующий день 16 вождей, в том числе вожди всех прибрежных племен, захотели вступить в подданство. Им от испанцев досталось сильнее всего. Трое вождей, включая Куанаболя, предпочли вассалитет. Договора подписали. Неграмотные вожди поставили отпечатки пальцев.

Затем обсудили и утвердили порядок несения пограничной службы, набора воинов в конвойные войска, гарнизон и в гвардию. Решили призвать половину воинов от всех подданных племен. Договорились о размерах дани, системе связи и сигнализации, аналогичным принятым на Тринидаде.

Как обычно, вожди сватали своих дочерей в жены вождям республики. Предложение с благодарностью приняли.

Закончили собрание выборами верховного вождя острова. По представлению Звягинцева им стал Гурагчель – вождь племени, земли которого окружали город. Так было удобней для связи со всеми остальными племенами.

Вечером в городе состоялся пир, на котором отпраздновали заключение договоров с племенами. Выставленные под открытым небом столы ломились от угощений. Крепленое вино лилось рекой. Вожди и шаманы с непривычки упились в усмерть.

Организация взаимодействия с туземцами заняла почти месяц. В обратный путь эскадра двинулась только 16 августа. В городе приступили к обучению одной сотни конвойников, двух сотен пограничников, трех сотен гарнизонных войск и пяти сотен гвардии, набранных из местных. Доставленные эскадрой войска пока остались в городе. Из частично восстановленных крепостей смотрели в океан дула трех пушек, стену на перешейке прикрывали пушка, два миномета и два пулемета. Бухту и ее материковый берег контролировали минометы и пулеметы. Военнопленные весь световой день трудились на восстановительных работах. Каравелла Свердлов приступила к еженедельным обходам побережья острова и сбору дани в племенах. Галеон Фрунзе остался в Сан-Хуане.

Верфь закончила постройку двух парусно-моторных шхун. Каждая с двумя паровыми двигателями по 200 лошадей. На испытаниях шхуны, названные "Матрос Железняк" и "Котовский" показали максимальную скорость под моторами в 11 и 12 узлов. При свежем попутном ветре они разгонялись до 10 узлов без моторов и до 16 узлов под моторами. На баке каждой поставили по трехдюймовке, на юте – 120-мм миномет и станковый пулемет.

Экипажи шхун укомплектовали по новому: командир, штурман, стармех и артиллерист – из мартийцев, все младшие специалисты – из туземцев. Старпом, суперкарго, штурман, боцман – испанцы, палубная команда – поровну из испанцев и араваков. Абордажная команда – воины араваки под командованием испанца. Всего 52 человека. На этот же стандарт комплектования начали переводить и экипажи старых парусников. Командирами кораблей поставили старшин, присвоив им звания младших лейтенантов. Мартийцев в экипажах вооружили автоматами ППД и пистолетами ТТ, специалистов араваков – револьверами, палубную команду – обрезами, абордажников – обрезами и холодным оружием.

На верфи заложили шесть пятидесяти тонных сторожевых катеров, два из них под двигатели ГАЗ, четыре – под паровые пятидесяти сильные моторы.

90-миллиметровая пушка с унитарным выстрелом после доработок успешно прошла испытания и была принята на вооружение. Для нее разработали фугасный и деревобойно-зажигательный снаряды, начали их серийнок производство. Орудия комплектовали оптическими прицелами. Проходила испытания трехдюймовка с гидропневматическим противооткатным устройством. Автоматы ППД, пистолеты ТТ, карабины Мосина и станковые пулеметы пошли в серию. Гладкоствольные двустволки и обрезы у мартийцев изымались и передавались в туземные подразделения. Взамен мартийцам выдавалось нарезное оружие.

Из Маракайбо пришли на Гренаду два немецких галеона, загрузились товарами, выпущенными в республике, и отплыли в Гамбург.

На железный рудник Тринидада перебросили пленных из Конкерабии и с Гренады и возобновили работы на руднике.

Карибы Укутепеля полностью уничтожили на острове Тобаго карибов Тетикетля. Сам Тетикетль погиб в бою. Как и договаривались, Укутепель вернул республике две винтовки, сотню пленных испанцев и половину трофейного оружия. Сам Укутепель стал верховным вождем Тобаго. Только вот, воинов у него осталось чуть больше сотни, из них половина раненых. И почти полторы тысячи вдов с детьми. Племя Тобаго приняли в подданство. На остров перебросили три сотни пленных и начали строить форт. Наркомом острова назначили лейтенанта Синицына.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю