Текст книги "Дикий артефакт"

Автор книги: Виктор Угаров

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 16 страниц)

Глава 2

Коди Янг нервничал.

Внешне это было незаметно. Но знавшие его люди удивились бы, увидев, что бизнес-хищник уровня Коди сам приехал в аэропорт Эдинбурга встречать гостей, а не просто послал машину с шофером.

На то были причины. Дела в Штатах у Коди шли превосходно, и он недавно проскочил нижний порог самой богатой сотни мира по списку «Форбс». А на вечеринке по поводу этого события схлестнулся с приятелями на тему вечного вопроса: куда вкладывать деньги?

Быстро богатеющая на ниве интернета молодежь взяла за моду скупать недвижимость в Европе. В этом хорошо помогал финансовый бардак в Евросоюзе и крепнущий доллар. У самого Коди хватало домов и участков в Италии и Греции.

Сильно приняв бренди вовнутрь, Коди поклялся приятелям, что купит в Европе что-нибудь не для вложения денег, а, наоборот, для удовольствия.

И купил древний замок в Шотландии.

Когда влезаешь в роскошь, забудь о прибыли.

Коди оставил в Штатах бригаду, которая продолжала высасывать из пользователей интернета законные барыши, а сам перебрался на север Шотландии, в Абердин, поближе к своему средневековому замку. Неожиданно для себя Коди Янг увлекся историей своего приобретения и решился на полную реставрацию этого осыпающегося монстра. Конечно, с внесением элементов современного комфорта. Если иначе – как там жить? Без строительного хай-тека не обойтись.

Деньги стали утекать сразу, рекой, под пристальным вниманием прессы и сетевого сообщества. А до реставрации еще было как до Луны! Деньги сыпались в карманы тех, кто оценивал прочность конструкции, фундамента и горного основания. А также в карманы чиновников и архитекторов, будущих строителей и дизайнеров.

Но Коди не унывал. По его расчетам, на замок будет уходить не более пяти процентов нынешних прибылей его интернет-компании. Немало, зато и удовольствия не меньше!

В разгар этого бедлама с ним связался Алекс Ройтберг из русского Санкт-Петербурга. В России Алекс представлял интересы компании Янга, а заодно подвизался как блогер.

– Коди, – вопил Алекс по скайпу, – ты забыл о кладах! Твои криворукие строители замажут все щели внутри и понаделают фальшивых стенок. А вдруг там есть клады?! Потом и не найдешь, после такой-то грандиозной реставрации.

– Оʼкей, как скажешь, – вздохнул Янг. – Придется потратиться и на археологов.

– Ни в коем случае! – продолжил вопить Ройтберг. – Забыл про прессу? Не успеешь оглянуться, как все твои находки покажут по ТВ и заставят сдать в музей!

Коди растерянно пожал плечами:

– И что же делать?

Проныра Алекс подсказал выход. В сети есть адрес агентства «Антанта» по оценке и поиску антиквариата. На самом деле там работают «черные археологи» из Москвы.

– Профи хай-класса! – убеждал его Алекс. – Работают сдельно, тебе по карману. После работы – молчок. Полная конфиденциальность. Я по своим каналам проверил: ребята очень успешно поработали на местных акул бизнеса вроде тебя. Рекомендации превосходные!

Коди Янг согласился и сейчас ожидал в терминале аэропорта, пока русские пройдут таможню. Роб, его водитель и бывший гонщик, которого он привез из Штатов, – не доверял Коди местным драйверам! – ожидал его снаружи в арендованном «Крайслере». Написанный шофером плакатик Коди теребил в руках.

Когда появились русские, они стали вертеть головами, пока не опознали себя на картонке. Коди изобразил лицом свой фирменный «чи-из!» и протянул руку:

– Коди Янг, хозяин поместья, рад познакомиться.

Русские, парень и девушка, удивленно переглянулись.

– Вау, сам «сетевой Коди»! Не ожидали, большая честь для нас, сэр.

Русский блондин, улыбаясь, пожал руку и представился:

– Энтони Анненски. А это мой партнер Энн, можно просто Эни.

Изящная брюнетка оказалась менее улыбчивой и, пожимая руку, лишь слегка раздвинула губы.

– Отлично, не будем терять времени, – Коди махнул рукой, – поговорим в машине.

Понравилось, что русские были налегке, с двумя небольшими чемоданами. Когда уселись в «Крайслер», Коди спросил у шофера:

– Как будем добираться, Роб? Не заблудишься в горах?

Роб, одетый по-простому, без униформы, снисходительно улыбнулся.

– Ничего сложного, сэр. Вдоль побережья на север до Абердина, а там свернем в глубь страны. У меня все на GPS. Домчу с ветерком!

Гости переглянулись.

Парень наклонился к ушку спутницы и прошептал по-русски:

– Помнишь братана Шурку из Вязьмы? На «Газели» с ветерком.

– Путь не очень долгий. – Коди обернулся к гостям и нажал на кнопку, подняв перегородку между салоном и водителем. – Если проголодаемся, перекусим по дороге.

– Не волнуйтесь, мистер Янг, – русский похлопал себя по животу, – авиалиния кое-что сюда набросала.

– Вот и славно! В Эдинбург заезжать не будем, сразу отправимся на место. – Сорокалетний магнат стал серьезным. – У нас есть срочные вопросы?

Русский археолог не стал тянуть с ответом:

– Только уточнение. Мы работаем за десять процентов от оценочной стоимости клада, которая будет определена вашими специалистами. Деньги перешлете на счет нашего агентства в Москве. Договор об услугах у нас с собой, ваши юристы будут довольны. Плюс транспорт и проживание. Вроде бы все, как ты считаешь, дорогая?

Симпатичная брюнетка кивнула. На этот раз ее улыбка была заметно шире, показались ровные зубки. Что-то в ней было хищное.

«Боец», – удовлетворенно подумал Коди Янг, а вслух сказал:

– Почему я приехал лично? Это касается особенности вашей работы, а значит, и вашей анонимности.

Мимо проплыла огромная диспетчерская башня аэропорта, напоминающая шахматную фигуру: то ли пешку, то ли королеву. Какое-то время Роб проплутал среди потока машин, а затем выбрался на трассу А90.

«Крайслер» прибавил скорость и бодро припустил на север. С ветерком.

* * *

К тому моменту, как машина осторожно миновала извилистый участок дороги и поднялась к горному взлобью с замком на вершине, русские уяснили положение дел.

Всего в замке ежедневно работает до тридцати человек, занимаясь в основном измерениями и планировкой. Для них по всем этажам, башням и переходам каменного гиганта протянули гирлянды с электролампами. На первом этаже, в одном из залов, разместили времянку с минимальными удобствами и с возможностью отдохнуть и перекусить.

– Сюда их возят на автобусе, прямо от гостиницы в Абердине, – объяснил хозяин поместья. – Я не случайно попросил вас приехать именно сегодня, в пятницу. Всем специалистам объявлена благодарность, и я в виде премии отпустил их на уик-энд пораньше, с обеда. Вслед за ними умотали и телевизионщики. Времени у вас до вечера воскресенья. Охрана в курсе и будет молчать. Обращайтесь к ребятам без стеснения, они всегда помогут. Есть вопросы? Нет? Тогда одна просьба. – Коди широко улыбнулся. – Не пугайте мои привидения! Будьте с ними поласковей.

– Конечно, мистер Янг, – подала голос русская брюнетка. – Я лично прослежу, чтобы их вовремя покормили лунным светом.

И вежливо отсмеявшись, добавила:

– Пожелайте нам удачи, она – дама капризная.

Когда хозяин благополучно отбыл в сторону цивилизации, Антон достал из холодильника бутылку местного темного пива «Midnight Sun», угнездился на диванчике и полушутя-полусерьезно спросил:

– Посмотрела бы ты наши линии судьбы, подруга. Не мелькнет ли в них фортуна?

Анна пожала плечами:

– Я могу оценить только опасность. Пока без проблем. А с пивом завязывай, мы еще даже работать не начали. Что у вас, мужчин, за манера такая, чуть что, устраивать перекур с перепивом!

– А нам, шотландцам, все равно: пиво или лунный свет – лишь бы с ног сшибало. – Антон вздохнул и поднялся. – Ладно. Пионер-оборотень к работе готов, командуй.

* * *

Две фигуры в комбинезонах, как два привидения, бродили по безлюдным залам, переходам и лестницам, перебираясь из башни в башню. С призраками их роднило умение исчезать на несколько минут и появляться в неожиданных местах.

– Ничего, – констатировала Анна, когда они вошли в длинный коридор, ведущий в последнюю, Северную башню. – Я начинаю думать, что, кроме привидений, мы тут ничего не найдем. Кстати, есть тут симпатичные? Чтобы не убийцы и не клятвопреступники?

– Хромой Ганн, например. Дальний родственник главы рода, – ответил Антон. – Вполне приличный призрак, умер от пьянства и обжорства.

– Ау, Ганн! – крикнула Анна, и вдоль коридора побежали волны эха: ауган-ган-ан-ан…

– Подожди секунду. – Антон остановился, уловив слабое волнение Силы. – Там, в башне, что-то есть.

Сразу за коридором в большой круглой комнате они обнаружили пятно остаточной магии, исходящей от стены слева.

– Будем вскрывать, хозяин разрешил. – Антон бодро скинул с плеча сумку с инструментами.

Они провозились не менее получаса, пока не выковыряли первый камень, размером чуть больше кирпича. Дальше пошло легче. Когда отверстие расширилось до ширины локтя, они, мешая друг другу, полезли смотреть и засунули внутрь руки с фонариками.

Каменный мешок полтора на полтора метра. В углу, откинув назад череп и поджав ноги, сидел скелет в лохмотьях мужской одежды. У его ног, излучая совсем слабенький фон Силы, были свалены в кучу мелкие, покрытые пылью предметы.

– Судьба Иного, – в страхе произнесла Анна, – бывает и такой. Почему он не ушел через Сумрак? Пока муровали?

Антон ткнул пальцем в ржавые остатки цепей.

– Могли стукнуть по голове и заковать. Или опоить маковым отваром. Или ослепить… – Он махнул рукой. – Попробуй угадать, как в Средневековье шотландцы казнили колдунов.

– Один. В темноте, – прошептала Анна.

Она сникла, отошла к противоположной стороне комнаты и присела у стены на корточки.

Антон вздохнул. Надо заканчивать: парню в каменном мешке колдовские амулеты уже ни к чему. Он расширил отверстие и полез внутрь.

* * *

Утро субботы они встретили в унылом настроении. На всякий случай повторили свой вчерашний маршрут. Все, что у них было на руках, – карта замка, на которой они отметили найденные пустоты. Пустые пустоты, с точки зрения кладоискателя. Мусор не в счет.

Они сидели в комнате для персонала на первом этаже и вяло жевали яичницу, приготовленную Анной на скорую руку.

– Что будем делать, коллега? – нарушил молчание Антон.

– По крайней мере за границей побывали, – спокойно ответила напарница. – Бесплатно. А на обратном пути можно побродить по Эдинбургу. Я красотами полюбуюсь, а ты неудачу зальешь пивом. Будем считать, что были в краткосрочном отпуске.

– Какой позитивный настрой! – фальшиво восхитился глава агентства «Антанта». – И все же, что мы еще не облазили?

– Только пещеры под замком. Давно изученные и наверняка пустые.

Антон, ненавидящий киснуть, встряхнул головой и решительно встал.

– Я не собираюсь скучать до завтра! План такой. Обойдем замок по периметру, как дядька Черномор, и найдем входы в подземелье. Если не пойдем вовнутрь, то снаружи посмотрим, для очистки совести. А вечером оценим магические находки, тут уж без тебя никак не обойтись. Годится?

– Вай нот? – Иногда ее хладнокровие даже нравилось Антону. Как сейчас.

Подхватив сумки с инструментами, они направились к выходу.

У дверей сидел парень в униформе, крупный, с намечающимся пивным брюшком, и азартно резался во что-то на своем планшете.

– Привет, Шон! – Антон помахал охраннику рукой. – Вокруг не шныряют пожиратели информации?

– Все чисто, сэр, я делаю обход каждые полчаса. Гуляйте спокойно, – пробормотал громила, не отрываясь от игры.

– Вот видишь, милая? А ты беспокоилась!

Анна фыркнула, а начальник приобнял ее за талию и повлек наружу.

* * *

Горку, над которой возвышался замок, обегала вокруг извилистая и широкая тропа, мощенная камнем. По дороге они обнаружили два входа в подземелье: один был перекрыт стальной решеткой с висячим замком, а второй плотно забетонирован.

Для ведьмы-цыганки вскрыть замок что чихнуть.

– Не хочешь взглянуть? – с надеждой спросил Антон, искательно глядя в ореховые глаза спутницы. Та лишь кисло улыбнулась. – Ну ладно, давай хоть сделаем еще кружок, здесь красиво.

Теперь они смотрели в сторону от замка и шли медленно, просто гуляя. Северная Шотландия на пороге ранней осени была спокойной и сонной. Только ниже тропы, бодро скатываясь маленькими водопадами, звенел ручей.

У их ног приземлилась ворона. Она стала ходить перед ними, загораживая тропу и косясь круглым глазом.

– Обрати внимание, – задумчиво произнес Антон, – куда ни приедешь, везде есть вороны. Серые и нахальные, типичные ведьмы! – И тут же получил шутливый подзатыльник.

Как будто поняв, птица обиженно каркнула и сорвалась с места.

Настроение стало подниматься, и Антон обнял подругу за плечи.

– Как думаешь, Анюта, она обругала нас по-гэльски или по-английски?

– Зависит от образования и семейных традиций.

* * *

Так, дурачась, они сделали почти полный круг вокруг замка. Уже подходя к главному входу, Анна вдруг остановилась.

– Посмотри на это. – Она показала на небольшую вмятину на склоне горы, размером с обычную дверь. – Тебе ничего не кажется странным?

Антон присмотрелся и пожал плечами.

– Маленький грот. Кажется, замурованный, под травой плохо видно.

– Замурованный, но очень неровно! Давай-ка поглядим.

Анна шагнула в Сумрак, и недоумевающий напарник – следом. В сером полумраке трава и кусты исчезли. Перед ними была стенка, выложенная неровными грубыми камнями и со щелями, замазанными глиной. Анна кивнула своим мыслям и показала рукой: на выход.

– Ты так и не понял? Кладка же сделана кое-как, в спешке, из того, что попалось под руки. И довольно давно, видишь – нанесло земли, и все заросло. Могли что-то прятать!

Антон поморщился.

– Что бы ты себе ни напридумала, эта кладка сделана в Новейшие времена, а не в эпоху расцвета шотландской аристократии. Анюта, очнись.

– Анто-ошка! – капризно протянула подруга. – Скучно же. До завтра делать нечего, давай посмотрим. А за это я на ужин что-нибудь вкусненькое приготовлю.

– Опять землю долбить, – вздохнул Антон и скинул сумку на землю.

Отдирать слой дерна с травой и кустами оказалось занятием канительным. А вот камни после нескольких ударов подошвой тяжелого ботинка быстро дали слабину и посыпались вовнутрь.

Поначалу Антон заскучал. Маленький грот ожидаемо был заполнен камнями и ворохом сухой листвы. Но Анюта не поленилась и разворошила мусор.

– А вот и сюрприз! – воскликнула она и показала на обнажившийся угол предмета.

Антон подхватил небольшой, но тяжеленький ящик и выволок его на тропу, под солнечный свет.

– Вот видите, госпожа археолог, – назидательно сказал он, – к древнему роду гордого шотландского тана эта деревяшка точно не имеет никакого отношения.

На камнях дорожки лежал полусгнивший патронный ящик времен Первой мировой войны. Крышка легко слетела, а под ней обнаружились две выцветшие сумки защитного цвета.

– Сумка для противогаза. А вторая – командирская, – уверенно заявил Антон и распахнул клапан первой. – Вот же черт! Анюта, ты настоящая ведьма!

В сумке блеснуло золото.

* * *

Они очистили стол от оставшейся после завтрака посуды и аккуратно выложили обнаруженные предметы. Это были золотые статуэтки величиной с ладонь. Тонкая работа, со вставками слоновой кости и вкраплениями мелких драгоценных камней.

– Индия! – удивленно сказала Анюта и с восхищением стала разглядывать статуэтки. – Ты хорошо помнишь мифологию? Доставай-ка ноутбук, проверим.

Они быстро нашли в сети изображения индийских богов. Со стола на них взирала забавная компания.

Ехидно улыбалась слоновья голова Ганеши. Многорукий Вишну держал мелкие предметы и скипетр. Брахма внимательно отслеживал круговую панораму четырьмя ликами. Парочка Нагов опиралась на змеиные хвосты, накрывшись капюшонами из змеиных же голов. Но всех затмевал героический Арджуна на боевой колеснице.

– Давай удивим Коди, устроим презентацию, – ухмыльнулась Анна.

Она поставила журнальный столик под настенной лампой. В центре поместила самую большую статуэтку: две фигуры в золотой колеснице с двумя запряженными лошадками из слоновой кости. А позади полукругом – остальные пять фигур.

Сверху она накинула свой нашейный платок из шелка и громко оповестила:

– Дамы и господа, внимание!

Анна издала звук, пытаясь изобразить фанфары. Потом одновременно щелкнула выключателем и сдернула платок.

Под конусом электрического света вспыхнул желтый металл, а на его фоне светлячками запрыгали зеленые, красные и голубые искорки драгоценных камешков.

– Бинго, ты настоящая ученица цыганской ведьмы! Я звоню нашему магнату. – Антон набрал номер, прочистил горло и солидно бросил в трубку. – Мистер Янг, у нас новости…

* * *

Магнат не стал дожидаться воскресенья и примчался через три часа.

– Дерьмо ангелов и демонов! – завопил «сетевой Коди», таращась на скелет в углу каменного мешка. – Вот это клад! И что мне с ним делать?

Анна оттащила Коди от пролома в стене. Она удивленно распахнула свои ореховые глаза и заговорила бархатным голосом:

– Ах, мистер Янг, как же вы не понимаете? За этим скелетом скрывается тайна, настоящая легенда древнего замка! Неплохое дополнение к привидениям, вы не находите? Вот представьте… – Она театральным жестом показала на дыру в стене. – Здесь ваши строители сделают красивую арку и закроют ее стеклом. Арку снаружи можно будет прикрыть какой-нибудь дверцей, скажем, старинной картиной на петлях.

Антон с любопытством наблюдал, как его подруга наводит легкие чары на сетевого магната. Цыганские штучки!

– Вы приводите сюда гостей, – вдохновенно продолжала Анна, – отодвигаете картину, включаете подсветку, и – вуаля – скелет в кандалах. Вы рассказываете удивительную историю – и все в восторге.

– Неплохо, неплохо, – задумчиво сказал Коди Янг. – А что за история?

– Наймите пиарщиков! Пусть покопаются в архивах.

От не менее театральной демонстрации индийских золотых божков Коди впал в ступор. Затем разразился восторженными ругательствами. И вспомнил не только ангелов и демонов, но и добавил несколько специфических выражений из сленга программистов.

– Это сенсация! – вопил он. – Друзья иссохнут от зависти!

Он позвонил своему шоферу Робу, и тот притащил пузатую посудину с рифлеными боками и стеклянной пробкой.

– Настоящий скотч, – заявил магнат, разливая ароматную жидкость по бокалам, – двадцать лет выдержки. Ну, удивили вы меня, друзья мои, действительно – клад из шотландского замка!

– Осторожней с определениями, сэр, – предупредил его Антон. – К замку и его истории наша находка не имеет никакого отношения. Статуэтки – по-видимому, всего лишь военный трофей времен Первой мировой войны. Его просто припрятали до поры до времени. Британская армия тогда воевала с германцами в Европе, и выяснить происхождение этого трофея, боюсь, нет никакой возможности. Я могу только предположить, что приехавшие на побывку солдаты или офицеры пристроили свое сокровище в нору на вашей горе. До окончания войны. А потом сгинули где-то в окопах. Придется вам, мистер Янг, придумать еще одну легенду!

Коди такому предложению совсем не удивился.

– Умение всучить товар, то есть сочинить легенду – основа современного бизнеса. Поэтому нет проблем. Какие у вас планы? Есть срочные дела в Москве?

– Особых дел нет, – осторожно сказал Антон. – Мы сэкономили завтрашний день, хотим побродить по Эдинбургу.

Магнат думал недолго. Он позвонил секретарю в Лондон.

– Пирс, это я. Организуй гостиницу в Эдинбурге для Энн и Энтони Анненски на… – три дня хватит? – на три дня, начиная с завтрашнего воскресенья. И два билета до Москвы с открытой датой. Через гостиницу передай этой паре кредитку на пару тысяч фунтов в качестве премии за работу. Все, отбой, позвони, когда будет готово.

Коди откинулся на спинку стула и удовлетворенно заявил:

– Толковые вы ребята! Прав оказался Алекс Ройтберг из вашего Петербурга. По этому поводу надо выпить. Наливайте!

* * *

Кредитку сетевого магната они выжали досуха и вернулись в Москву. В дорогу Коди подарил им посудину со скотчем, близнеца той, что они откупорили в замке. Перелет был рутинным. Чтобы провезти артефакты, Анна поколдовала над небольшим пакетом с магической начинкой. Для отвода глаз Иных на таможне она использовала заклинания, полученные еще в пору ее ученичества у цыганки-ведьмы Нины. Все амулеты, добытые в Шотландии, они решили оставить во владении Анны. Черный рынок обойдется!

* * *

Конец экспедиции почти совпал с годовщиной их знакомства. А потому отметить решили по-домашнему. Устроили романтический антураж. Анюта приготовила что-то из южной кухни, а хозяин агентства «Антанта» поставил подаренный скотч в центр стола и размашисто написал на нем фломастером «На удачу!». Огоньки свечей ведьма сделала разноцветными, а на голову повязала цыганский платок.

Когда наполнили бокалы, Анюта строго посмотрела в глаза напарника:

– Первый тост за Иного, замурованного в замке. Я не знаю, где бродит в Сумраке его душа. Но если она своим краешком может иногда выглядывать в наш мир, то пусть порадуется: люди будут видеть его останки и вспоминать о нем, хоть и безымянном.

– Согласен, главное, не делай его своим тотемом. Пусть им Коди забавляется.

В глазах подруги заплясали чертики.

– Моим тотемом будешь ты, начальник! Строгий и подкупный.

Они шутили, танцевали, целовались. Обсуждали дела и ругались. Пожалуй, это был их лучший вечер за целый год.

А потом была постель, была страсть и в конце – холодный и пустой взгляд подруги. Под утро Аня опять плакала на кухне. А он, стиснув зубы, притворялся спящим и в злом недоумении в который раз пытался понять, как в этом хрупком создании могут уживаться такие разные сущности.

Деловой партнер, расчетливая ведьма, верный товарищ.

Мягкая отзывчивая Анюта, нежная любовница.

И убийца эмоций Аня Снежная с душой-холодильником.

Антон не выдержал. Он вышел на кухню и сел напротив Анны. Она успела вытереть слезы полотенцем и уперлась в Антона взглядом своих ореховых глаз на бесстрастном и опухшем лице.

– Говори, подруга, в чем дело, – спросил он и улыбнулся. Улыбка вышла кривой. – Что у нас не так? Ответь на вечный вопрос: кто виноват? Я, ты? Или бизнес?

Она помотала головой и отвела взгляд.

– Знаешь, а у нас неплохо получается! – Он энергично поднялся, достал из шкафчика початую бутылку, которая «на удачу», и рюмки. – Подумай сама. Ты была одиночкой и букой. Сейчас нас двое, мы вместе, друзья и партнеры. Что тебя волнует? Любовь не сложилась? Знаешь, как говорят: стерпится – слюбится.

– Не слюбится, Антошка. – Она залпом выпила скотч и посмотрела в упор. – «Венец безбрачия» не позволит.

«Венец безбрачия!»

Конечно, Антон об этом слышал. И вполне верил: он хорошо представлял, на что способны ведьмы. Но столкнуться вот так, лицом к лицу!

Анна стала рассказывать. Сухо, без подробностей, старательно пряча взгляд. А память, как назло, выталкивала в ее сознание яркие выпуклые воспоминания.

* * *

Свою нелюдимость, как генетическую аномалию, она протащила сквозь детдом и школу. Они и научили ее раз и навсегда: откроешь любому мальчишке свою приязнь, симпатию, влюбленность – и получишь удар в ответ. Презрение, недоумение, насмешку. И сплетни девчонок за спиной, и лживое сочувствие, и прямое злорадство.

А если закрыться, спрятаться за маской равнодушия, тогда можно жить и общаться, не получая удары. От маски было тошно, но хотя бы не больно!

Свободу от людей ей подарил цыганский табор. Темная колдунья, распознав в девочке Иную, агитировала недолго. Пройдя инициацию через Сумрак, Анюта навсегда ушла от оседлой жизни и органов опеки.

Мир колдунов и колдуний для цыганского люда не был тайной, и старую ведьму Нину почитали не меньше, чем барона. За ее пестрыми юбками и спряталась надолго черноволосая девушка с ореховыми глазами и вполне цыганским именем. А угрюмость Анюты бродяжий народ принял легко: ученица чародейки и должна быть со странностями. Аня Снежная, почему бы и нет?

В одну из летних ночей у костра, затерявшегося где-то на просторах Полесья, старая Нина раскрыла источник Анютиных бед.

– Ты проклята, девка. И ты, и весь твой род по женской линии. – Ведьма затянулась сигаретой и выпустила вверх колечко табачного дыма. Она не курила традиционную трубку, предпочитала «Chesterfield». – «Венец безбрачия» накладывают не для того, чтобы насолить, а чтобы весь род извести, под корень. Кого из твоих предков прокляли – не ведаю. Но раз ты передо мной сидишь, значит, мать тебя родила как-то, нашла мужика. Ты ведь подкидыш?

Сжав зубы до боли и привычно окаменев лицом, Анна кивнула.

Проклята вместе с родом – откуда ей было знать, детдомовской?! Все, что отличало ее от других детей, – это медальон, который подкинули на порог роддома вместе с орущим младенцем. И который за всю ее недолгую жизнь так никто и не решился украсть.

Она сидела, опустив голову, но пламя костра заставляло блестеть предательские слезы.

– Я тебе открою то, о чем другие знахарки говорить ни за что не станут. – Ведьма неожиданно хрипло расхохоталась. – Они, дуры, боятся, что часть проклятья на них перекинется!

– А ты не боишься? – подала голос Анна.

– Я дома, в семье. Кровью со всеми повязана, оттого и сильна. Такую силу никаким заклятьем не переломить! – Она махнула рукой в сторону табора и примолкла.

Обе ведьмы, молодая и старая, прислушались к звукам ночи: песням, ругани, детским крикам и смеху.

– Уходить тебе надо, милая, – ошарашила Анну старуха. – Судьба твоя там, среди людей в городах. Нельзя всю жизнь прятаться. Тебе расти надо, как ведьме расти. А в таборе что? Мы от века не меняемся. А тут я одна такая. Всю науку я тебе передала, да и не велика хитрость: колдовать да воровать!

Она опять хохотнула, но тут же стала серьезной. По ее словам, любое ведьмино проклятие можно распутать. Были бы опыт и Сила. Одна колдунья не справится, так позови несколько! Все по плечу. Кроме «венца безбрачия».

– Понимаешь, Анюта, любое проклятие от злобы и гнева происходит. Наложит его врагиня: злоба ее отдельно, а колдовство на тебя упадет, тоже отдельно. А вот в «венец безбрачия» ведьма память о своей злобе внутрь вплетает, как ленту в косу. Там, в «венце», она и живет, и работает. Вот влюбилась ты в парня – это сигнал для ведьминой памяти. Она вылезает и вредит, становишься ты для милого противней кикиморы. Спрятала ты свою любовь в себе – колдовская лютость засыпает до времени. Может, та злодейка и подохла давно, а ее память в порченой бабе живет, переходит к потомству, пока род не оборвется. Проклятье распутать можно, а как злобу избыть? Лютую и вековечную? Она-то и скрепляет «венец безбрачия» и защищает его от чужого колдовства!

Слезы на щеках Анны высохли. Она встала, окинула старую Нину долгим взглядом, а потом поклонилась в пояс и канула во тьму, исчезнув из жизни табора навсегда.

* * *

Антон молча выслушал историю напарницы. Понятно было, что ему выложили не все подробности. Но он и не настаивал. О жизни своей подруги после табора Антон знал и так. Похожа на его собственную. Колдовала да воровала, училась да набивала шишки.

Под разговор скотч «на удачу» закончился, но было не жалко. Может, и к лучшему. А вдруг поможет?

После этого разговора что-то изменилось, изменилось неуловимо. Как будто распрямилась в женской душе сжатая старая и покрытая ржавчиной пружина. Анна была все той же, корректной и дружелюбной. Но холод ослаб, выражение ее лица стало мягче, она стала чаще смеяться.

И главное – перестала плакать по ночам.

* * *

На серьезный разговор Антону долго не хватало духу, прошли месяцы.

И однажды, в дождливую октябрьскую стынь, они сидели за ужином, и он уплетал Анютино рагу. В приоткрытую форточку текла прохлада, разгоняя жар от кухонной плиты. По подоконнику снаружи важно расхаживала толстая чертановская ворона, взявшая за привычку залетать к ним гости.

Подруга, по своему обыкновению, быстро поклевала из тарелки и теперь сидела перед чашкой с кофе и перебирала в коробке из-под обуви свою колдовскую мелочь. Губы ее что-то шептали. Иногда Антон ощущал небольшие всплески Силы, отчего по спине каждый раз пробегала зябкая стайка мурашей.

Неожиданно для себя он решился.

– Нам надо поговорить. – И, увидев страх в распахнутых глазах подруги, засмеялся. – Думаешь, предложу разбежаться? «Фигушки, я плотоядная!» Помнишь корову из старого мультика «В стране невыученных уроков»? У нас та же ситуация. Ведем себя, как двоечники, ей-богу! Какая-то старая сучка своим проклятием испоганила тебе жизнь, а мы и лапки кверху.

Анюта открыла рот, но он ее остановил:

– Молчи, говорить буду я! Вся эта ситуация напоминает торфяной пожар. У нас под ногами земля горит, а мы молчим и дышим вонючим дымом. Хочу разобраться! Прежде всего хватит тебе прятаться, покажи мне «венец безбрачия».

Она сидела и тяжело, со всхлипами дышала, низко опустив голову. Антон постарался говорить мягче:

– Просто расслабься, отпусти себя. Покажи, что ты ко мне чувствуешь.

Антон поднялся, прихватил стул и, обойдя вокруг стола, сел напротив, вплотную. Он приподнял ее голову за подбородок и заставил смотреть Анну прямо ему в глаза.

Девушка поколебалась несколько секунд и приняла решение: привычно холодная настороженность исчезла. Черты ее лица смягчились, и она посмотрела на него одновременно умоляющим и грустным взглядом.

А потом ее лицевые мускулы пришли в движение.

Они ожили, совершая быстрый и страшноватый танец. Их новый узор преобразил лицо подруги до неузнаваемости. Наверно, в течение жизни у каждого человека или Иного хотя бы раз, но возникало такое выражение.

Откровенно презрительный прищур глаз. Брезгливая ухмылка сжатых губ. Тяжелый оценивающий взгляд. В детстве, увидев такое на лице ровесника, маленький Антошка почти рефлекторно бросался в драку.

Мерзость, по-другому не назовешь.

Антон мягко закрыл-обнял лицо подруги своими ладонями. Анюта вздрогнула и обмякла. Голова девушки упала на руки, и плечи затряслись в беззвучном рыдании.

Он встал позади нее, обхватил шею девушки руками и притянул ее голову к себе.

– Спасибо, маленькая, – прошептал в ухо. – Спасибо, у меня гора с плеч свалилась!

Анна зашевелилась, но он не позволил ей обернуться и продолжил:

– Если права твоя учительница Нина, то я увидел правду: твое настоящее чувство ко мне, только вывернутое наизнанку. И судя по твоей мерзкой роже, – он тихо засмеялся, – я тебе по-настоящему не безразличен. Ты влюблена в Антона Анненского! Слава богу, а я-то боялся, что нужен тебе только для снятия сексуального напряжения. Спокойно, подруга, не дергайся! У меня появились идеи.

Нам с тобой нужна магическая защита, уж коли не можем снять этот чертов «венец». Даю приказ как твой начальник! Подумай, прикинь, что можно сделать. Ты же ведьма, напряги фантазию. Заклинания, амулеты – все что угодно, лишь бы ослабить давление «венца безбрачия». Не спеши, времени у нас полно.

От сквозняка хлопнула форточка, и Антон подошел ее прикрыть. Любопытная ворона покосилась круглым глазом, сердито его обругала по-московски и, скрежетнув когтями, ухнула вниз.