Текст книги "Юнга с "Белого карлика" (СИ)"
Автор книги: Виктор Хорошулин
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 13 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
– Сейчас – нет. А вот когда мы захватим наши сокровища, тогда – да! Кстати, юнга, разрази меня гром, ты напомнил мне об одной важной вещи! Мэт! – он позвал через переговорное устройство старпома. – Приготовь десантный катер и команду! Надо размять ребят, потренировать активным действиям на катере и в открытом космосе... Да, и включи в экипаж нашего юнгу!
8. Первый полёт
В 5 утра меня разбудил голос старшего помощника капитана:
– Десантно-штурмовая группа, тревога! Катер "Стрекоза" – выход в космос!
Я уже знал, куда мне бежать, спокойно и расторопно собрался, и выскочил из каюты. СиЖи обеспечивала в отсеках корабля утреннюю прохладу и свежий, насыщенный кислородом, воздух. Иногда даже звучало пение утренних птах. Я спустился вниз, пробежал мимо ЦОД и вскоре оказался возле шлюзовой камеры. Сержант Гудвин был уже тут:
– Давай, юнга, залезай и устраивайся.
Я пролез в люк, спустился по гладкому металлическому шесту вниз и оказался в полутёмном помещении, освещаемом лишь разноцветными индикаторами. Две лампы в разных концах салона, казалось, ещё не успели проснуться.
– Садись в кресло и пристегнись, – шепнул мне кто-то из абордажной группы. По-моему, Единорог,... нет, Гремучая Змея... или Гиена? Да и чёрт с ним, потом вспомню.
– Шесть человек, – раздался голос Гудвина. – Все! – Он устроился в кресле пилота. – ЦП, Я – "Стрекоза"! – Какая ты Стрекоза, подумал я, ты же – Кабан! – Группа в составе шести человек готова к выполнению задания.... Понял! Идём!
Задрожал корпус катера, замигали огоньки индикаторов. Что-то загудело, дрожь усилилась. Внезапно в иллюминаторе справа появилось звёздное небо. Я понял – открылся внешний люк. Нас слегка тряхнуло.
– Автономное плавание, – тут же доложил Гудвин. – Мы в космосе.
В иллюминаторе слева я увидел корпус "Белого карлика". Оказывается, наш корабль имеет светлую окраску, подумал я. И мне это отчего-то понравилась.
Некоторое время мы барражировали неподалёку от борта крейсера, разве что, очень медленно отдалялись от него. Затем Кабан произнёс:
– Вперёд!
Он повернул какую-то ручку и через секунду мы очутились уже в широких объятиях Вселенной. "Белого карлика" нигде не было видно. Возле Гудвина загорелся экран, на нём высветилось помятое лицо невыспавшегося капитана.
– Поздравляю вас, братцы, – произнёс он хриплым голосом. – Уложились вовремя, черти.
– Какое будет задание, сэр? – спросил Кабан. – Прикажете осуществить посадку на ближайшую планету?
– Нет, – ответил Блекбирд. – Ближайшая к нам планета – Циклон. Там ни атмосферы, ни воздуха... Одно недоразумение, а не космический объект, нужна она нам, как Кентавру уздечка!... Полетайте, проверьте работу систем, проверьте вооружение... Я отслеживаю ваш полёт (послышался характерный звук, я мельком заметил поднимающееся донышко стакана)...Уф-ф-ф... Погуляйте по космосу, примерно час! – он зевнул и отключился.
– Полный вперёд, братцы, – каким-то залихватским голосом произнёс Гудвин и по-настоящему «пришпорил» «Стрекозу». Мы сразу ощутили чувствительную перегрузку, несмотря действующую в салоне антиперегрузочную систему. – Мы свободны!!!
Через пару минут он перешёл на спокойный полёт и я осмотрелся. Действительно, нас было шестеро, включая меня. Меня порадовало, что я считаюсь полноценным членом экипажа.
Гудвин, между тем, достал портсигар, вынул сигару и закурил. По-моему, подумал я, то, что он делает, противоречит инструкции, запрещающей курение на борту. Катер – это особый объект, решающий оперативно-тактические задачи. Это – полноценная боевая единица, на которой находится самая передовая часть экипажа и любое нарушение инструкции чревато непредсказуемыми последствиями! Между тем, красные огоньки и резкий запах чипольского табака свидетельствовали о том, что абордажная команда, мягко говоря, клала на инструкцию... просто клала и всё!
– Хорошо идём. Мягко, – констатировал Кабан. – Руля слушается отлично, наша малышка... Гадюка, наливай!
А это что ещё? Или я ослышался? Наверное, я что-то не понял...
Но тут возник звук откупориваемой бутылки и плеск жидкости в стаканы. Боже мой!!!
– Юнге не наливать, – предупредил сержант. – У него диета.
– Ему папа запретил, – заметил кто-то под дружный хохот людей с "хищными" прозвищами. – Давай, Акула, подставляй ближе, а то мимо пролью!
– Полнее, – попросил кто-то... Тут я узнал татуированного Чёрного Пса. – Клянусь черепахой Тортиллой, я вчера здорово перебрал!....
– Ну, за первый полёт на старушке «Стрекозе»! – провозгласил тост Гудвин. – После долгого перерыва.
Они разом опустошили стаканы.
– Я уж, грешным делом, думал, что не доведётся мне больше... в космосе.. в нашей, такой дружной компании... усугубить, – произнёс Кабан и икнул. – Давай, по второму кругу, – и «вдавил педаль газа».
Справа и слева послышался протяжный звук.
– Бортовая артиллерия в готовности! – доложил Гудвин, видимо, на борт крейсера.
– А не пальнуть ли нам по «Белому карлику»? – со смехом предложил Богомол.
У меня перехватило дыхание... Чёртов шутник!
– Не удивляйся, маленький Коллинз, – обернулся ко мне Чёрный пёс. – Старые друзья должны иногда... немножко отдохнуть...
Здоровье его, по-видимому, пошло на поправку.
Я взглянул в иллюминатор. Звёзды замерли вдали, загадочно подмигивая холодными огоньками. Мне хотелось спросить своих товарищей, а надо ли было именно сейчас, в этой обстановке... выпивать? Хотя, я ещё мало знаком с пиратскими традициями. Может быть, это для меня всё происходящее здесь кажется дикостью, а для них – вполне нормальное явление?
И если... даже эти люди говорят про моего отца, что он пьяница,... то каким тогда мой отец был на самом деле? Я невольно поёжился. Чёрт возьми, я в жизни рому в рот не возьму!
– «Спи, моя радость, усни...», – запел кто-то впереди.
– Рому в стаканчик плесни,... – подхватил Гадюка.
– Ротик пошире открой,... – добавил Акула.
– Песню весёлую спой,... – подключился Кабан.
– Сделать глоток поспеши,... – пробасил Чёрный Пёс.
– Молча подумай в тиши,... – продолжил Богомол.
– Снова наполни стакан,... – быстро нашёлся Гадюка.
– Так приказал капитан! – закончил Акула.
– Хорошо поёте, сволочи! Душевно! Ну, за капитана Блекбирда по прозвищу Зелёная борода! – гаркнул Гудвин. – Он парень удачливый и голова у него работает, что надо!
Они громко чокнулись, а я мысленно перекрестился.
– Что загрустил, юнга? – вспомнил про меня Кабан. – Хочешь порулить?
Я не мог выдавить из себя ни слова.
– Конечно, хочет! – ответил за меня Чёрный пёс. Он отстегнул мой ремень безопасности Кто-то потянул меня за руку.
– Садись рядом с Гудвином!
Еле передвигая ногами, я перебрался на место пилота.
– Вот, – показал мне рукой на пульт Кабан. – Это автопилот. В него введена программа полёта. А теперь мы его отключаем и переходим на ручное управление, – он щёлкнул кнопкой. – Вот РУД, ручка управления двигателем, вот штурвал! Давай, сынок, покатай нас! Смелее!
– Только на «встречку» не заезжай, – попросил Гадюка.
– «Спи, моя радость, усни...» – опять затянул кто-то тоскливо и жалобно.
– Наливай, – приказал Кабан. – Юнга, полный вперёд!
Левой рукой я взялся за РУД, правой – за штурвал. Во рту у меня всё пересохло, колени противно дрожали.
– Кабан, плесни юнге сто граммов, а то он никак не решится...
– Не надо, – проскрипел я и дёрнул РУД.
– Меня сразу вжало в кресло.
– Не так резко, сынок, – прокомментировал мою попытку Гудвин. – Спокойно, без рывков.
Я добавил скорости, но уже более плавно.
– Хорошо, – одобрительно произнёс сержант. – Вот так и становятся настоящими капитанами! А теперь сманеврируй. И не бойся, посторонних объектов здесь не наблюдается.
Я повернул штурвал и картинка в переднем иллюминаторе стала меняться. Россыпи звёзд медленно поползли справа налево. Затем я ещё добавил «газу».
– Молодец, – похвали Богомол. – Сразу видно, что сын настоящего капитана!
У меня захватило дух. С одной стороны, внешне картинка менялась не так заметно, а с другой, ... всё-таки ощущалась бешеная скорость, с которой несётся наш катер в космическом пространстве. Конечно, для космических путешествий она не ахти какая большая, но всё-таки...
Я заворожено смотрел то в иллюминатор, то на приборы, на которых вспыхивали новые цифры и появлялись новые значки и непонятные символы.
– Юнга справляется, – констатировал Гудвин. – Есть повод отметить рождение нового пилота!
Этот призыв был принят со всеобщим воодушевлением.
А я уже не обращал внимание на веселившихся рядом товарищей. Полёт, управление мощным десантным кораблём полностью захватили меня.
– Привыкай, сынок, – словно издалека донёсся до меня голос сержанта Гудвина по прозвищу Кабан.
Я ещё повернул штурвал вправо. Впереди обозначилась яркая точка, которая начала постепенно расти. Я старался держать курс прямо на неё. Вскоре появились очертания зеленоватого шара.
– Это и есть Циклон, – прокомментировал Кабан. – Обойди его. Не хватало нам ещё втрескаться в это дерьмо.
Я повернул штурвал и ещё увеличил скорость. Шар постепенно «поплыл» в правую часть пространства.
– Вот так, – произнёс сержант и... засопел.
Я повернул штурвал, намереваясь совершить оборот вокруг своей оси. Созвездия поползли вниз и вправо. На панели вспыхнули новые значки и символы, обозначающие, как я понял, манёвр корабля. Интересно, подумал я, а где «Белый карлик»? Вдруг мы потеряем его? Но тут же себя успокоил. Конечно, ни «Стрекоза» «Карлика», ни он её не потеряют.
Тут я поймал себя на мысли, что слышу из салона дружный храп. Похоже, десантная группа «размялась» основательно. Я крутанул штурвал. По полу покатилась пустая бутылка.
Я продолжал полёт, испытывая ни с чем не сравнимые ощущения. Подумать только, я управляю настоящим космическим кораблём! Со временем я научусь производить посадку, разберусь в разных тонкостях пилотирования и... стану настоящим космическим пиратом! Я представил себя стоящим на Центральном посту с сигаретой в зубах... Нет, курить я, пожалуй, не буду. И спиртное – ни-ни! И буду этого же требовать от членов своего экипажа.
И вдруг я заметил нечто странное. Созвездия вдруг «поползли» в другом направлении, хотя я не производил никаких манёвров. Я помотал головой, «вытряхивая» из неё возникшие было иллюзии, и вцепился в штурвал. Но, чёрт возьми!... Созвездия продолжали перемещаться справа налево, вот и Циклон вновь обозначился... Постой, он же удаляется! А на панели вспыхнул красный индикатор!
– Сэр, – растормошил я сержанта.
– Что, сынок? Уже приехали?
– Чертовщина какая-то! Похоже, корабль потерял управление!
Тот протёр глаза и уставился в иллюминатор и на приборную панель.
А Циклон, между тем, опять превратился в сверкающую точку!
– Дьявол! – неожиданно проревел Гудвин. – Команда, к бою! Нас засасывает!!!
– Куда? – опешил я. – В чёрную дыру?
– Какие, к дьяволу, дыры! Нет здесь никаких дыр!
Вдруг корабль резко тряхнуло. Так, что у меня невольно закрылись глаза. Когда я открыл их, то ничего не увидел.
Мы оказались в кромешной тьме.
– Приплыли, – обречённо выдохнул Кабан.
9. В плену
– Куда ты завёз нас, юнга? – спросил, как я догадался по голосу, Гадюка.
– Я никуда не завозил, – начал оправдываться я. – Просто, корабль перестал слушаться руля. – Мне показалось, что я действительно что-то напортачил и горькое чувство вины охватило меня. Но, даже если бы я и в самом деле был виноват, то всё равно ни за что не признался.
– Успокойся и ты, Гадюка, и все остальные, – Гудвин, видимо, не потерял присутствие духа. – Нас просто засосало. Мы в ловушке.
– Ничего себе, начало путешествия, – пробурчал Чёрный пёс. – Хотел бы я знать, что нас засосало и куда!
– Скоро узнаем, – ответил Кабан. – Я уверен, что против нас применили гравитационное оружие.
– Чёрт возьми! Я даже догадываюсь кто! – произнёс Богомол.
– Думаю, что ты прав. – Сержант Гудвин пощёлкал пальцами по клавиатуре пульта управления. – Нас обесточили. Что ж, – он взглянул вверх. – Попробуем выйти отсюда. Чёрт! Что такое?...
Внезапно я тоже почувствовал, как мои руки и ноги налились невероятной тяжестью, словно их вмуровали в скалу.
– Пожалуй, сейчас начнётся самое интересное, – прохрипел Кабан.
Настала полная тишина, нарушаемая только могучим храпом Акулы. Он, мерзавец, так и не проснулся.
Действительно, не прошло и нескольких минут, как слабо засветился экран панели. На нём появилось чьё-то лицо. Никто из нас не пошевелился: невидимые путы не давали возможности двинуть ни рукой, ни ногой. Человек с экрана внимательно и насмешливо наблюдал за нами. На вид ему можно было дать лет пятьдесят с лишним. Покатый лоб и глубоко посаженные глаза на морщинистом лице делали его похожим на обезьяну. Но внушительных размеров нос, едва не касающийся верхней губы, всем нам подсказывал только одно имя: Карлик Шнобель!
– Хелло, хлопцы! Уютно устроились? – Он широко улыбнулся, демонстрируя нам всю ущербность своего обличья.
– Хреновое у тебя гостеприимство, Карлик! – ответил Гудвин. – Разрази меня гром, но ты нарушаешь все договоры пиратского братства. Сначала предъяви свои претензии!...
– Та нема у меня нияких претензиев, – с явной издёвкой заявил Шнобель.
– А зачем тогда чинишь беспредел? – с угрозой спросил Чёрный Пёс. – За него отвечать придётся!
– Ой ли? – пират улыбнулся ещё шире. – Это ещё не беспредел! Вы находитесь на борту «Красной фурии»! Вот если бы вы очутились на «Голубой эскадре», тогда беспредел точно начался бы. Названия кораблей кое-что, да значат…
– Мы требуем освободить нас,… – начал было Гудвин, но Карлик его перебил:
– Вы ничего не можете требовать, панове! Вы в плену! Вы захвачены как пираты! А с пиратами разговор у правительства один – в консервную банку и – на Плутон!
– Давно ли ты работаешь на правительство, Шнобель? – осведомился Кабан. – Ты же всю жизнь был таким же пиратом, как и мы.
– Ни, хлопцы, я всегда был законопослушным гражданином. Правда, иногда нарушал закон, но потом горько раскаивался, – он состроил жалостливую гримасу. Мне поневоле захотелось плюнуть в экран панели. – А сейчас я просто обязан пресечь новый пиратский поход! Вы так быстро сорвались, в таком таинственном молчании… Но, видимо, позабыли, что «редкая птица долетит до середины Днепра…», как говаривали в старину особо одарённые люди.
– С чего ты взял, что мы отправляемся пиратствовать? Мы перевозим груз в рамках соглашения с «Интеркосм-магазином». И тебе это известно. Скажи лучше, чего ты добиваешься?
– Вот, это ближе к делу. Байку про коммерческий рейс оставь для Галактической стражи. Там много идиотов, которые с радостью вам поверят…
– Что тебе нужно, хорёк? – спросил проснувшийся Акула.
– А вот грубить не следует, – ответил тот. – За это я могу наказать. – Он двинул плечом (видно, нажал какую-то кнопку) и Джим неожиданно охнул и затих. – Это предупреждение для всех, – продолжил Карлик, оглядывая всю нашу команду. – Вы все под прицелом, клянусь замученными Иродом младенцами!… Я надеюсь, что вы будете сговорчивыми, и избежите травм, иногда несовместимых с жизнью…
– Да что тебе надо, клянусь Драконом? – повысил голос Кабан.
– Да, в общем, ничего, – хитро усмехнулся Карлик. – За одной малой малостью… Что там вам наговорил Зелёная борода, когда объяснял цель предстоящего путешествия? У меня кое-что не сходится, вот я и решил уточнить…
– Ты же знаешь, что полагается за разглашение тайны похода! Тебе надо было решить этот вопрос с капитаном Блекбирдом ещё до начала экспедиции! – ответил Гудвин. Но тут «тряхнуло» и его. Я видел, как запрокинулась голова сержанта, блеснули в свете экрана его широко открытые глаза. Он затих, потеряв сознание.
– Продолжаем разговор, – как ни в чём не бывало, продолжал мерзкий пират. – Этот вопрос я задам каждому, и каждый ответ буду воспринимать по-своему. Если ответ меня не удовлетворит, то вы получите разряд тока. А когда придёте в себя, то не удивляйтесь. Вас начнут поджаривать. Очень медленно. Подумайте, прежде чем ответить. Не обрекайте себя на мучения. Вы же не святые Петры и Павлы.
Гудвин еле слышно застонал. Похоже, он приходит в себя, решил я.
– Ты! – вдруг вперил в меня взгляд Карлик Шнобель. – Ты, видимо, юнга… Что ты знаешь про цель похода?
– Клянусь честью, мне ничего не извес…
Внутри меня что-то взорвалось, через тело прошла судорога, заставившая свернуться все мои мышцы, дикая боль отозвалась в каждом нерве. И… темнота поглотила всё происходящее…
Я очнулся, наверное, довольно быстро. Всё тело болело, во рту ощущался металлический привкус. Голова раскалывалась.
– О каком золоте идёт речь? – Допрос продолжался.
– ХХ Волопаса, – пробормотал Чёрный Пёс. – По голосу Сэма я догадался, что тот уже «схлопотал» разряд, но остался в рассудке.
– Молчи, брат! – воскликнул Гадюка и тоже получил удар.
– Ты всерьёз думаешь, что я поверю в эту ерунду? – прищурился Карлик. – Если бы Зелёная борода решил идти за этим золотом, он никогда бы не сказал об этом мне! А он намекнул… И довольно внятно!
– Не знаю, – простонал Сэм. – Он сказал,… что за золотом…
Следующий удар вывел из строя татуированного бойца.
– Кто желает добавить к сказанному что-то ещё? – осведомился Шнобель.
– Почему ты такой недоверчивый? – спросил пришедший в себя Кабан. – Тебе же ясно сказали: за золотом!
Его тряхнуло, и он снова отключился.
В салоне резко пахло озоном.
– Ну, что ж… Видимо, вы все заранее сговорились про это чёртово золото… Посмотрим, как вы запоёте, когда я включу печки…
И тут я почувствовал резкое тепло, появившееся у меня под сидением. Пока терпеть его было можно, но температура стала возрастать. Ещё немного, и пират сдержит своё слово – мы все превратимся если не в угли, то в горячие трупы, это точно! Надо что-то срочно придумать! Выдумать правдоподобную версию, в которую Шнобель поверит! Но, что?...
– Что, юнга? Ты ведь юнга, я не ошибся? – голос Карлика стал чуть ли не ласковым. – Тебе ведь не хочется умирать такой смертью? Ты ещё очень молод… Как тебя зовут?
– Роберт Коллинз…
– Коллинз. Знакомая фамилия… Не из семейства ли ты Коллинзов-собакоедов? Они, говорят, всем остальным блюдам предпочитают собачатину…
– Нет, мой отец – Джордж Коллинз, капитан!
– Ах, так речь идёт о пьянице Джорджи… Бедный мальчик. Плохая у тебя наследственность. Но, лучше сгореть от рома, чем под инфракрасными лучами…
– Сэр, я хотел бы сказать правду…
– Вот, это другой разговор. Я был уверен, что ты окажешься умнее этих… болванов.
– Не смей говорить, Коллинз, – прошептал Гадюка. И тут же простонал, получив удар.
Между тем, сидеть становилось всё тяжелее. Жар усиливался.
– Речь идёт о копях царя Соломона, – выдавил я.
Это была известная история. В Гончих Псах обнаружилась планета с богатыми запасами алмазов. Когда начались промышленные разработки, то этому предприятию дали название «Копей…». Несколько лет назад на склад с алмазами, подготовленным к отправке, было совершено дерзкое нападение. Было оно столь тщательно спланировано, и так безукоризненно проведено, что вполне могло попасть в учебники по пиратскому делу… Все запасы алмазов были похищены. Вот тут-то богатств точно не на один миллиард бон! Похититель скрылся, и вся Межгалактическая стража до сих пор не смогла его вычислить. Не говоря уже о том, чтобы арестовать. Имя его так и осталось неизвестным, даже в пиратских кругах. Поговаривали, что это кто-то из «эльфов». Мол, люди так хладнокровно и расчётливо действовать не умеют. А о «гоблинах» и речи быть не может. И до сих пор ничего не было известно ни о герое-похитителе, ни о самих алмазах.
Кто-то застонал. Жар становился невыносимым.
– И что вы имеете мне сказать? – Карлик явно заинтересовался.
– Их похитил… мой отец,… – как бы я хотел, чтобы это было именно так!
– Пьяница Джорджи? – усомнился Шнобель. – Вы что-то путаете, юноша… Хотя, всё возможно… Но, он всё равно погиб! Из чёрной дыры выхода не существует!
– Он не погиб… И он не в чёрной дыре… – я еле держался. – Он жив…
– Ну-ка, с этого места поподробнее…
Жар под моим сидением стал ослабевать.
– Он попал в межпространственный переход. Это кольцевой переход. Он вошёл в него, а выйти… не может. Так и слоняется по кругу.
– Бред! У каждого перехода есть вход и выход. И каждый вход является выходом!
– Но не в этом… Там только один вход. В него можно только войти, а на выход не хватает силы…
– Молчи, юнга, – голос, по-моему, Богомола. Он знает, что я вру, но просто подыгрывает мне. Молодец, знает, что в этом, возможно, наше спасение. – Ради бога, молчи…
– И ты тоже заткнись, – ответил ему Карлик и потряс беднягу очередным разрядом тока. – А ты продолжай, – обратился он ко мне. – «Не верил я в стойкость юных…», – продекламировал он какой-то стих, возможно, из Библии.
– Дайте слово, что вы сохраните нам жизнь и дадите возможность вернуться на «Белый карлик».
– Слово? Хорошо, если информация действительно окажется любопытной. Продолжай, мой мальчик…
– Все думают, что он в чёрной дыре, а он в кольцевом МПП… С запасом алмазов.
– И что же он не подал сигнал SOS?
– Кому? Межпланетной страже? – Карлик кивнул головой, соглашаясь, что задал неверный вопрос. – Он несколько лет пытался наладить связь с Блекбирдом, подлетая к входу в тоннель. И совсем недавно ему удалось передать сообщение с информацией о том, где он находится и как его можно вытащить…
– Молчи, юнга,… – простонал кто-то ещё, возможно, Акула.
– Значит, Зелёная борода решил поживиться похищенными алмазами…. – Боже мой, неужели клюнул? – И как же он собирается его вытащить оттуда?
– Очень просто. Используя гравитационное оружие. Его мощи должно хватить, чтобы преодолеть притяжение этого замкнутого круга…
– Координаты входа в переход?...
– Известны только капитану.
– Хм, – Карлик пристально взглянул на меня. То, что я ему сказал, было настолько невероятно, что становилось… очень похожим на правду.
– Ты ответишь за предательство, юнга, – прохрипел Богомол.
– Ладно, – наконец, ответил Карлик. – Я снимаю накал. Поживите ещё… А я подумаю. – И отключился.
Одновременно я почувствовал, что мои руки и ноги освобождены. Я попытался привстать и это у меня получилось.
Чуть позже зашевелились и остальные члены команды.
– Что? Что произошло? – очнулся Кабан.
– Юнга всех нас предал, – прозвучал во тьме полный презрения голос. – Он сообщил Карлику, что мы летим спасать его отца, попавшего, оказывается, не в чёрную дыру, а в кольцевой МПП! Шнобель не знал, что это его батя прибрал к рукам «копи Царя Соломона»… Теперь он в курсе о настоящей цели нашего похода!
– Будь ты проклят, сын пьяницы!
Я опустил голову, боясь, что если я улыбнусь, это не будет незамечено и моя ложь будет раскрыта. Вместо этого я сделал вид, что зарыдал.
– Он плачет! Ты покрыл позором всех нас!!!
– Мне было жалко вас. Я не хотел, чтобы вы сгорели,… – «сквозь слёзы» оправдывался я.
– Паршиво дело, – обречённо вздохнув, промолвил Гудвин. – Хоть на корабль не возвращайся! Юнга!
– Слушаю, сэр…
– Ты – ничтожество! – О, это прозвучало, как самая искренняя благодарность!
Ещё несколько минут команда изощрялась в ругательствах в мой адрес, которые я в данном повествовании не буду приводить. Хотя, неплохо прозвучала «гнида, ползущая по заднице выхухоли», и «блевотина старой помойной свиньи».
Наконец, зажёгся свет. Наши лица тотчас превратились в скорбные маски.
– Хочет ли кто-нибудь остаться у меня на корабле? – спросил Карлик Шнобель. – Добычу у Зелёной бороды мы забирать не будем, пусть лопает свои алмазы на пару со старым алкашом! Но, кто окажется в моей команде, всегда будет при деньгах, потому что я – чертовски удачлив!
Абордажная команда устало отнекивалась.
– Ну и чёрт с вами! Сами виноваты, если бы сразу рассказали о пройдохе и пьянице Коллинзе, ничего бы с вами не случилось! Я от таких афер стараюсь держаться в стороне! А теперь – проваливайте!
Некоторое время понадобилось, чтобы аппаратура нашего катера заработала в полную силу.
Затем отворился люк и нас выбросило в космическое пространство.
Мы были сдержаны и старались не показывать своих эмоций.
– Что скажем капитану, ребята? – спросил Кабан.
– А ничего, – ответил Гадюка.
– Скажем, что были в плену у Шнобеля, он выпытывал у нас цель похода, но мы ничего не сказали.
– Это, если он обнаружит, что мы исчезли с экранов. Возможно, что он этого и не заметил…
– Если он вообще не спит…
– Ладно, о том, что цель операции раскрыта, будем молчать, – подвёл итог Гудвин.
Представляю довольную ухмылку Карлика Шнобеля!
10. Два инженера и два мастера – золотой «фонд» корабля
– Так значит, юнга, Карлик Шнобель клюнул на твою наживку, – капитан Блекбирд на сей раз не прятал усмешку ни в усы, ни в бороду. – Это приятное известие, клянусь щупальцами Южной Гидры! Теперь я знаю, что он непременно нападёт, и даже догадываюсь, когда! – в его руке, как по волшебству, возник стакан с ромом. – Помянем твоего отца, юнга, если бы ты не думал о нём, тебе не пришла в голову такая замечательная выдумка, – он сделал несколько глотков и вытер губы рукавом. – Но, не обольщайся, сынок. Я не знаю, он ли разобрался с «Копями царя Соломона», но… чёрная дыра!… То, что его затянуло за «горизонт событий» – это факт, который подтверждаю я лично. А оттуда ни вещество, ни свет, ни другие носители информации, не могут выйти… Никогда.
– Поверь, юнга, нам чертовски жаль его, – подтвердил Вилли Вонс. – Клянусь копчёной вырезкой альфийского мегабобра. – Он взглянул на карту звёздного неба, светящуюся на экране панели. – А у нас свои хлопоты… Надо наметить точку входа в предполагаемый МПП и думать, как будем встречать наших «друзей» по пиратскому братству…
– А ты, молодой Коллинз, ступай к инженерам. Передай обоим, что я хотел бы их видеть на Центральном посту… хотя бы раз в сутки.
Специалист по телекоммуникациям, он же главный компьютерщик Гуго Тугой-на-ухо и главный инженер корабля Вальтер Скотч были большими приятелями. Себя они считали «элитой» экипажа, «золотыми мозгами» и были рады невзначай напомнить друг другу об этом важном факте, а также выпить по такому случаю не реже трёх раз в день. Разумеется, втихаря.
Гуго частенько ходил в пиратские походы и считался в экипаже «своим парнем». Своё прозвище он заработал в результате частичной потери слуха, которую потом восстановили мастера Винтинг и Шпунио, соорудив для «компьютерного гения» миниатюрный слуховой аппарат. А произошло несчастье во время стычки с пиратами– «гоблинами». Те повадились отнимать добычу у возвращающихся из экспедиций своих собратьев по пиратскому ремеслу. Гуго решил, что наяву уничтожать гоблинов так же легко, как и в компьютерных играх, поэтому напросился в штурмовую группу. Он в корне изменил своё мнение, когда попал в реальную переделку и схлопотал тяжёлый удар дубиной в ухо. А могло закончиться и вовсе плохо, не подоспей к нему на выручку настоящие бойцы. С тех пор его «поле деятельности» – исключительно ряды компьютеров, программное обеспечение и коммуникации, и ни о чём другом он не помышляет. Он командует тремя мастерами – техниками и программистами, и двумя хакерами, один из которых, Олли Босоножка – профессионал высочайшего класса и мой друг.
Я не мог не зайти к Олли, чтобы узнать, в каком закутке нашего корабля можно отыскать главного компьютерщика. Босоножка находилась одна и в своём обычном виде: кофе, сигарета и наушники. Увидев меня, она улыбнулась.
– Чьи секреты разведываем? – осведомился я по-свойски.
– Тебе, как спасителю абордажной команды, можно довериться, – ответила она. – Просматриваю сайты Карлика и Бормотухи. Много полезной информации. Я её сразу перевожу на ЦП. Пусть изучают и анализируют.
– А что вообще интересного в виртуальном мире?
– Да много чего,… – она взглянула на меня как-то странно, даже загадочно. – Смотря, что тебя интересует.
– Меня интересует всё! Особенно место, где может скрываться твой шеф Гуго от капитана.
– Он у своего друга Вальтера. Наверное, пьют ром и играют в карты…
– Да что ты говоришь! Уж задам я им трёпку, – погрозил я кулаком невидимым нарушителям дисциплины и повернулся к выходу.
– Роберт, – остановила меня Олли тихим голосом.
– Да, – повернулся я к ней.
– Не знаю, стоит ли тебе говорить…
– Говори! Стоит, – я попытался изобразить самую дружелюбную улыбку.
– Знаешь, – она замялась, – иногда мне кажется… Думаю, ты должен это знать,… – она опять замолчала, как-то виновато поглядывая на меня своими зелёными огоньками из-под ресниц.
– Что, Олли?
– Иногда мне кажется, что твой отец жив, Роберт…
Минуту я смотрел на неё, не в силах пошевелиться.
– И это не простые фантазии, – продолжила она. – Я, конечно, понимаю, что несу полнейший бред…
– Успокойся, Олли…
– Я пока не могу объяснить, но в сетях иногда появляются сообщения, характерные для тех, что посылал твой отец… И, кроме этого,… там стоит его «электронная подпись»… Только откуда они идут, я никак не могу понять. Порой, я думаю, что схожу с ума, что этого не может быть, потом даже успокаиваюсь, сочтя это за обычное переутомление,… и вдруг «натыкаюсь» на очередное сообщение…
– Но, из чёрной дыры…
– Да, это невозможно… Я не знаю, что и думать…
– Ладно, – я повернулся к выходу. – Но мы ещё подумаем над этим…
Её слова проникли в моё сознание и на некоторое время вытеснили остальные мысли. То, что Олли иногда «встречает» в сетях сообщения от моего отца, и то, какую роль сыграли мои слова о нём, вырвавшиеся спонтанно и буквально ниоткуда в беседе со Шнобелем, наводило на кое-какие мысли… А вдруг, мой отец и вправду жив!? Вдруг он как-то проникает моё сознание и сознание Олли и хочет передать какую-то информацию?...
В коридоре я повстречал Боба по прозвищу Отпечаток. Зная, что он руководит СиЖи и подчиняется Вальтеру Скотчу, я напрямик спросил его, не может ли он подсказать, где найти вышеупомянутого господина. Боб был довольно рослым и упитанным человеком. Минуту он разглядывал меня с двухметровой высоты, а я мог видеть только его широкую грудь, на которой висел золотой православный крестик, и, наконец, ответил:
– Если имеются затруднения с его вызовом, значит, он не хочет, чтобы его тревожили в этот момент.
Я заверил гиганта, что особой необходимости в нём нет. Иначе сейчас весь корабль стоял бы «на ушах». Просто, надо передать ему пару слов от капитана.
– Тогда загляни в подсобку. Там, где хранятся запасные изделия и инструменты. Он там с Гуго. Не удивлюсь, если они пьют ром. Возможно, они угостят и тебя.
