Текст книги "Пламя над бездной"

Автор книги: Вернор (Вернон) Стефан Виндж

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 40 страниц) [доступный отрывок для чтения: 17 страниц]

19

Джоанна кашляла. Все, казалось, меняется от плохого к худшему. Последние три дня ее мучили першение в горле и насморк. Она даже не знала, бояться этого или нет. Ведь в средние века болезни были обычным делом. Да, но и смерть от них – тоже! Джоанна вытерла нос и попыталась сосредоточиться на словах Резчицы.

– Тщательник уже создал образцы пороха. Они действуют точно так, как предсказывал Компьютер. К несчастью, Тщательник чуть не потерял своего элемента, пытаясь использовать порох в деревянной пушке. Боюсь, что если нам не удастся сделать пушку…

Неделю назад Резчица не была бы здесь желанной гостьей – все встречи проходили в зале замка. Но Джоанна заболела – она была уверена, что это «простуда», и ей не хотелось выходить за двери. Кроме того, визит Описателя ее… пристыдил, что ли. Некоторые стаи были вполне достойными личностями. Она решила, что теперь будет общаться с Резчицей – да и с Надутым Клоуном тоже, если он опять появится. Пока типы вроде Шрамозадого будут держаться от нее подальше…

Джоанна придвинулась ближе к огню и отмела жестом сомнения Резчицы. Иногда эта стая казалась ей ее старой-старой бабушкой.

– Допустим, что мы ее сделаем. У нас до лета еще полно времени. Только прикажите Тщательнику методичнее изучать Компьютер и перестать искать короткие пути. Вопрос в том, как использовать пушки, чтобы выручить мой звездолет.

Резчица просияла. Слюнявый перестал обтираться и закивал головой вместе с другими.

– Я говорила об этом со Стран… с несколькими стаями, в частности, с Хранителем. Вообще говоря, доставка армии на Скрытый Остров – это страшная проблема. По морю это быстро, но по дороге есть несколько очень опасных мест. Через лес – медленно, и противника невозможно будет застать врасплох. Но большая удача – Хранитель нашел несколько безопасных троп. Мы сможем прокрасться…

В дверь кто-то скребся.

Резчица насторожила пару ушей.

– Странно, – сказала она.

– Почему? – спросила Джоанна, кутаясь в покрывало и поднимаясь. Двое из Резчицы подошли к двери вместе с ней.

Открыв дверь, Джоанна выглянула в туман. Резчица вдруг громко заговорила, в основном бульканьем. Гость попятился. Да, что-то здесь было, несомненно, странное, и она даже сразу не поняла что. Впервые она увидела одиночного собакоподобного. Только она успела это сообразить, как двое из Резчицы мелькнули мимо нее в дверь. Потом закричал слуга Джоанны на чердаке. У Джоанны засверлило в ушах.

Одинокий шипастый неуклюже повернулся вокруг задних лап и попытался уползти, но Резчица уже его окружила. Она что-то крикнула, и вопли с чердака затихли. Затопали лапы по деревянным ступеням, и слуга выпрыгнул на открытое место с взведенными арбалетами. Снизу на склонах холма залязгало оружие – к ним бежали охранники.

Джоанна подбежала к Резчице, готовая добавить к защите свои кулаки. Но стая тыкалась в незнакомца носами, вылизывая его шею. Потом Резчица схватила одинокого элемента за куртку.

– Пожалуйста, Джоанна, помоги мне втянуть его внутрь.

Девочка подняла собакоподобного за бок. Шерсть была влажной от тумана… и липкой от крови.

Они втащили элемента в дверь и положили на подушку у огня. Существо издавало свист с придыханием – звук невыносимой боли. Оно взглянуло на Джоанну, глаза его так выкатились, что радужка была со всех сторон окружена белком. На миг Джоанна подумала, что элемент ее боится, но когда она отступила, он лишь засвистел громче и потянулся к ней шеей. Она опустилась на колени возле подушки, и элемент положил морду ей на руку.

– Ч-что это?

Джоанна посмотрела на тело ниже куртки. Ляжки элемента были вывернуты под странным углом, одна нога свесилась к огню.

– Ты не знаешь? – ответила Резчица. – Это часть Джакерамафана.

Она носом подтолкнула свисающую ногу на подушку.

Между охранниками и слугой Джоанны шел громкий разговор. Сквозь дверь были видны элементы, держащие факелы. Они ставили передние ноги на спины своих товарищей и поднимали свет повыше. Войти не пытался никто – для этого не было места.

Джоанна оглянулась и посмотрела на шипастого. Описатель? Тут она узнала куртку. Элемент глядел на нее, все так же выражая боль.

– Вы что, не можете привести врача?

Резчица окружила ее со всех сторон.

– Я сама врач, Джоанна. – Кивнув в сторону Компьютера, она добавила: – По крайней мере то, что у нас называется врачом.

Джоанна вытерла кровь с шеи элемента. Она тут же выступила снова.

– А вы можете его спасти?

– Этот фрагмент – быть может. Но… – Один из Резчицы подошел к двери и обратился с чем-то к охранникам снаружи. – Мои стаи ищут остальные его части. Боюсь, он в основном убит, Джоанна. Если бы остались другие… понимаешь, даже фрагменты держатся вместе.

– Он что-нибудь сказал?

Это был другой голос, говоривший по-самнорски. Шрамозадый сунул в комнату свое мерзкое рыло.

– Нет, – ответила Резчица. – И шум мысли – сплошной мусор.

– Дай я его послушаю, – предложил Шрамозадый.

– Эй, ты, пошел вон, гад! – крикнула Джоанна, и существо у нее в руках вздрогнуло.

– Джоанна! Это же друг Описателя. Дай ему помочь.

Стая Шрамозадого вошла в комнату, и Резчица отступила на чердак, давая ему место.

Джоанна высвободила руку из-под раненого шипастого и отступила, сама оказавшись около двери. За дверью было больше стай, чем она могла себе вообразить, и они стояли ближе, чем ей приходилось видеть. В туманной темноте их факелы казались неясными светляками.

Взгляд Джоанны метнулся к очагу.

– Смотри, я за тобой слежу!

Элементы Шрамозадого расселись вокруг подушки. Большой положил свою голову возле головы раненого. Сначала раненый все так же продолжал свистеть с придыханием. Шрамозадый ему что-то булькал. В ответ раздалось щебетание, почти красивое. Что-то сказала Резчица с чердака. Они со Шрамозадым стали переговариваться.

– Ну и что? – спросила Джоанна.

– Джа – этот фрагмент – он не «говоритель», – донесся голос Резчицы.

– Хуже того, – отозвался Шрамозадый. – По крайней мере сейчас я не могу разобрать звуки его мысли. В них нет ни смысла, ни образа. Я не знаю, кто убил Описателя.

Джоанна шагнула обратно в комнату и медленно подошла к подушке. Шрамозадый раздвинулся, но не отошел от раненого элемента. Джоанна встала на колени между двумя его элементами и погладила длинную окровавленную шею.

– Джа, – произнесла она, стараясь как можно лучше выговорить этот звук, – будет жить?

Шрамозадый провел по телу тремя носами, мягко нажимая на раны. Джа дергался и посвистывал, но был неподвижен, когда Шрамозадый надавливал на его задние ноги.

– Не знаю. Почти вся эта кровь – просто пятна, скорее всего от других элементов. Но у него сломан позвоночник. Даже если этот фрагмент выживет, пользоваться он сможет только двумя ногами.

Джоанна задумалась, пытаясь представить себе эту перспективу с точки зрения народа стай. И ей она не понравилась. Пусть это не имело смысла, но для нее «Джа» был по-прежнему Описателем. Для Шрамозадого это был просто фрагмент, орган свежего трупа. И еще поврежденный. Она посмотрела на Шрамозадого, на его большой элемент, на убийцу.

– И что ваш народ делает с такими… остатками?

Три его головы повернулись к ней, и она увидела, как вздыбилась шерсть на его шеях. Его синтетический голос прозвучал высоким стаккато.

– Описатель был хорошим другом. Мы могли бы построить для него двухколесную тележку, чтобы Джа мог возить на ней свой задний конец. Труднее всего будет найти для него стаю. Ты знаешь, что мы ищем сейчас другие фрагменты, может быть, что-нибудь соберем. Если нет… ладно, у меня только четыре элемента. Попробую его в себя встроить. – Пока он говорил, одна из его голов гладила раненого элемента. – Только я не уверен, что это выйдет. Описатель был личностью с безалаберной душой, никак не пилигримом. И такой, как есть, я ему никак не подойду.

Джоанна плюхнулась назад. В конце концов, Шрамозадый не отвечает за все, что во вселенной неправильно.

– У Резчицы отличные составители. Может быть, найдется что-то подходящее. Но ты пойми… для взрослого элемента очень трудно влиться в стаю, особенно для не-говорителей. Отдельные элементы, такие, как Джа, часто умирают по собственной воле – просто перестают есть. А иногда… ты сходи как-нибудь в гавань, посмотри на рабочих. Там есть большие стаи, но у них разум идиотов. Они даже не могут держаться вместе: малейшая трудность – и они разбегаются в разные стороны. Так кончаются неудачные попытки восстановления стай.

Голос Шрамозадого переходил от одного элемента к другому и наконец затих. Все его головы повернулись к Джа. Раненый элемент закрыл глаза. Спит? Он все еще дышал, но теперь чуть при этом булькал.

Джоанна посмотрела на дверь, ведущую на чердак. Резчица выставила оттуда одну голову. Перевернутое лицо смотрело на Джоанну. В другое время это могло показаться комичным.

– Если не случится чуда, то Описатель сегодня умер. Пойми это, Джоанна. Но если фрагмент выживет, пусть и не надолго, мы, быть может, найдем убийцу.

– Как, он же не может общаться?

– Да, но показать нам он сможет. Я велела солдатам Хранителя проследить, чтобы персонал находился в своих квартирах. Когда Джа успокоится, мы проведем перед ним каждую стаю замка. Фрагмент наверняка помнит, что случилось с Описателем, и хочет нам это сказать. Если среди убийц был кто-то из наших стай, он ее узнает.

– И поднимет шум.

Как собака.

– Верно. Так что сейчас главное – обеспечить ему защиту… и надеяться, что наши доктора его спасут.

Остальные части Описателя нашли через пару часов на башне старой стены. Хранитель заявил, что, по всей видимости, стая или две вышли из лесу и залезли на башню, возможно, в попытке проследить за площадками замка. Это был признак непрофессиональной и ненужной попытки: ничего с этой башни не разглядишь даже в ясный день. Но для Описателя это оказалось фатальным невезением. Очевидно, он застал лазутчиков врасплох. Пятеро его элементов были кто застрелен, кто зарублен, кто обезглавлен. Шестой – Джа – сломал себе спину об каменную кладку фундамента. Джоанна поднялась на эту башню на следующий день. Даже с земли были видны коричневые пятна на парапете. Джоанна была рада, что не может залезть наверх.

Джа умер ночью, хотя и не от дальнейших действий противника – он все это время был под защитой Хранителя.

Несколько дней Джоанна была очень неразговорчива, а по ночам немного плакала. Черт бы побрал ихнее «врачевание». Они могли распознать сломанную спину, но скрытые повреждения, внутреннее кровотечение – в этом они вообще ничего не понимали. Да, Резчица прославилась своей теорией о том, что сердце перекачивает кровь по всему телу. Дай ей еще тысячу лет – может, она и стала бы из мясника хирургом!

Одно время Джоанна ненавидела их всех: Шрамозадого – по старым причинам, Резчицу – за невежество, Хранителя – за то, что подпустил свежевателей так близко к замку… а Джоанну Олсндот – за то, что оттолкнула Описателя, когда тот старался быть ее другом.

Что бы сказал сейчас Описатель? Он хотел, чтобы она им доверяла. Он говорил, что Шрамозадый и прочие – хороший народ. И однажды вечером, примерно через неделю, Джоанна пришла к миру с самой собой. Она лежала на своем матрасе под тяжелым и теплым покрывалом. В янтарном свете мерцали узоры на стенах.

«Ладно, Описатель. Для тебя… я буду им доверять».

20

О первых днях после смерти, когда кончалась боль Старика, Фам Нювен почти ничего не помнил. Призрачные фигуры, безымянные слова. Кто-то сказал, что его сохраняли живым в корабельном хирурге. Ничего этого он не помнил. Почему они сохраняли дыхание в теле – черт их знает. Наконец стали возвращаться животные рефлексы. Тело стало дышать самостоятельно. Открылись глаза. Мозг не поврежден, сказала эта Зеленый Стебель (?), полное восстановление. Оболочка, которая была когда-то живым существом, не возразила.

Человек, который остался от Фама Нювена, много времени проводил на мостике «Внеполосного». Корабль напоминал ему большого жука-мокрицу. Такие жуки кишели в соломе, которая покрывала полы Большого Зала в отцовском замке на Канберре. Ребятишки любили с ними играть. У жуков не было настоящих ног, а только пушистые шипы, торчащие из хитиновой груди. Как этого жука ни переворачивай, эти шипы-антенны возвращали жука на курс, и тот полз себе дальше, не обращая внимания, что ползет брюхом кверху. И шипы гипердвигателей «Внеполосного» очень были похожи на шипы жука-мокрицы, хотя и не так резко выраженные. И само тело его тоже было жирное и скользкое, чуть суженное в середине.

Итак, Фам Нювен оказался внутри мокрицы. Вполне подходящее место для мертвеца.

Сейчас он сидел на мостике. Женщина часто его сюда приводила; кажется, она понимала, как это его интересует. Стены были дисплеями, и гораздо лучшими, чем он видал на своих торговых кораблях. Когда на окна подавались изображения с внешних камер корабля, вид был не хуже, чем с мостика любого корабля Кенг Хо.

Это было как изображение, продиктованное разнузданной фантазией, или как графическая имитация. Если долго сидеть, можно было заметить, как звезды движутся в небе на самом деле. Корабль шел со скоростью десять гиперпрыжков в секунду: прыжок, пересчет и снова прыжок. В этой зоне Края корабль делал одну сотую светового года на каждом прыжке – можно и больше, но тогда резко возрастет время пересчета. При десяти прыжках в секунду получалось больше тридцати световых лет в час. Сами прыжки органами чувств человека не воспринимались, а в интервале между ними корабль находился в свободном полете с той же собственной скоростью, с которой уходил с Ретрансляторов. Поэтому не ощущался допплеровский сдвиг, свойственный полету на релятивистских скоростях; звезды видны были ясно, как ночью в пустыне или при полете с малой скоростью. За полчаса Фам Нювен улетел дальше, чем мог бы улететь за столетие на корабле Кенг Хо.

Однажды на мостике появилась Зеленый Стебель и стала менять изображения в окнах. Как всегда, она говорила что-то Фаму Нювену, будто он был полноценной личностью, способной слушать.

– Видишь? Вот окно в центре – это гиперкарта пройденного нами региона. – Зеленый Стебель повела щупальцем над кнопками. На других стенах появились многоцветные картинки. – А это такие же карты для пяти пунктов на нашем маршруте.

Слова эти шумели в ушах Фама Нювена; они были понятны, но интереса не вызывали. Наездница замолчала, потом опять заговорила с каким-то напором, похожим на бесполезную настойчивость этой женщины, Равны.

– Когда корабли делают прыжки… когда возвращаются, случается гиперволновый всплеск. Я проверяю, нет ли за нами преследования.

Цвета плыли по окнам вокруг всей комнаты, даже перед глазами Фама Нювена. Были только плавные переходы – ни выделяющихся пятен, ни линейных структур.

– Знаю, знаю, – продолжала Зеленый Стебель, отвечая за своего собеседника. – Анализаторы корабля все еще пережевывают данные. Но если бы кто-нибудь подошел к нам ближе ста световых лет, мы бы его заметили. А если преследователь будет дальше… что ж, может быть, он заметит нас.

И не важно. Фам почти отключился от этого вопроса. Но не было звезд, на которые можно глядеть, и он стал смотреть на цвета и думать об этой проблеме. Думать. Шутка: никто здесь никогда ни о чем по-настоящему не думал. Возможно, при крушении Ретрансляторов спасся десяток тысяч кораблей. Скорее всего Противник не произвел инвентаризацию отбывших. Атака на Ретрансляторы – это было лишь мелкое приложении к операции по ликвидации Старика. Почти наверняка «Внеполосный» сбежал незамеченным. Зачем Противнику беспокоиться о тех воспоминаниях Старика, которые могли остаться скрытыми? Зачем ему думать, куда может направляться их кораблик?

По его телу прошла дрожь – очевидно, животный рефлекс.

Каждый день Равну Бергсндот все сильнее охватывала паника. Не резко, как при катастрофе. Это было медленное умирание надежды. Она старалась каждый день больше быть с Фамом Нювеном, говорить с ним, держать его за руку. Он никогда не отвечал, никогда – разве что случайно – на нее не смотрел. Зеленый Стебель тоже старалась. Хоть она была совершенно чужой, прежний Фам, кажется, очень интересовался наездниками. Сейчас он жил уже без медицинской поддержки, но с тем же успехом мог оставаться растением.

И все это время их спуск замедлялся, и всякий раз чуть сильнее, чем прогнозировал Синяя Раковина.

А когда она обращалась к Новостям… в некотором смысле это больше всего и пугало. Становилась популярной теория «смертоносной расы». Все более и более укреплялось мнение, что это раса людей распространяет Погибель.

Шифр: 0

Получено: борт «Внеполосного»

Языковый путь: Бэлореск – Трисквелин, СК: Устройства трансляции

От: Союз Обороны [Объявляет себя союзом пяти многовидовых империй в Крае ниже страумского царства. До крушения Царства неизвестен]

Тема: Видео от Погибели

Рассылка: Группа «Угроза Погибели»

Группа «Отслеживание войн»

Группа «Изучение Хомо сапиенс»

Дата: 17,95 дней от крушения Ретрансляторов.

Текст сообщения:

К настоящему моменту мы обработали полмиллиона сообщений о видеоролике этого объекта и добрую часть их прочли. Большинство участников упустили из виду суть дела. Принцип операции «Помощника» ясен. Он представляет собой Перешедшую Силу, действующую в Крае посредством некоторой расы. Такие вещи легко делаются в Переходе – и есть много сведений о порабощенных Силами расах. Но чтобы такая связь стала возможной в Крае, требуются существенные конструкторские изменения в умах управляемой расы. Такие изменения не могут произойти естественным путем, и их невозможно быстро произвести над новыми расами, что бы ни утверждала Погибель.

С самого появления Погибели мы следим за группой новостей «Изучение Хомо сапиенс». Где находится эта самая «Земля», с которой они якобы прибыли? «На полпути вокруг Галактики», – отвечают они, да еще в глубине Медленной Зоны. Даже их приблизительный источник, Ньора, находится тоже в Медленной Зоне – как удобно! Мы видим альтернативную теорию: когда-то, может быть, раньше, чем доступно любому архиву, произошла битва среди Сил. И тогда были созданы эскизы «расы людей» со встроенными интерфейсами связи. Много позже, когда исчезли не только воюющие, но и память о них, эта раса оказалась в положении, когда могла совершить Переход. И этот Переход тоже был запланирован, чтобы снова возродить Силу, которая и поставила эту ловушку.

Мы точно не знаем деталей, но по существу ничего другого не могло и не может быть. Что нам делать – также совершенно ясно. Царство Страума оказалось сердцем Погибели, очевидно защищенным от любого нападения. Но есть и другие колонии людей. Мы просим Сеть помочь нам в идентификации их всех. Сами мы не очень большая цивилизация, но будем счастливы сотрудничать в сборе информации и военных операциях, необходимых, чтобы остановить распространение Погибели в Среднем Крае.

Почти уже семнадцать недель. Мы призываем к действию. Если бы вы прислушались к нам сразу, хватило бы одного совместного удара, чтобы уничтожить царство Страум. Неужели и крушение Ретрансляторов вас не разбудит? Друзья, совместные действия – наш последний шанс!

Истребить заразу!

Эти суки даже сыграли на неизвестном происхождении человеческой расы. Вообще расы с неизвестным происхождением были редки, но вряд ли неизвестны. Теперь эти типы из «Истребить заразу» пытались представить Чудо Ньоры проявлением смертельного зла.

Эти самые «Истребить заразу» были единственными, кто призывали к погромам, но даже вполне уважаемые корреспонденты говорили вещи, которые можно было считать косвенной поддержкой подобных акций:

Шифр: 0

Получено: борт «Внеполосного»

Языковый путь: Трисквелин, СК: Устройства трансляции

От: Сандорская Разведка при Зоопарке [Известная военная корпорация Верхнего Края. Если это маска, кому-то грозит опасность]

Тема: Видео от Погибели, ответ от Хансе

Ключевые фразы: Границы Погибели; Погибель что-то ищет

Рассылка: Группа «Угроза Погибели»

Группа «Отслеживание войн»

Группа «Автоматика тесной связи»

Дата: 11,94 дней от крушения Ретрансляторов.

Текст сообщения:

Погибель признает, что является Силой, осуществляющей телеуправление разумными существами в Крае. Но вспомним, насколько трудно осуществлять автоматику тесной связи при временных задержках более нескольких миллисекунд. Известная Сеть – превосходный тому пример: задержки варьируются от пяти миллисекунд для систем, разделенных двумя световыми годами, до (как минимум) нескольких сот секунд, когда сообщение вынуждено проходить через промежуточные узлы. Это в сочетании с узостью полосы, доступной для связи на межзвездных расстояниях, превращает Известную Сеть в свободный форум обмена информацией и ложью. И эти ограничения неотъемлемо присущи природе Края, и именно они частично и делают невозможной существование в нем Сил.

Мы заключаем, что даже Погибель не может осуществить плотный контроль где бы то ни было, кроме Верхнего Края. Там, наверху, принадлежащие Погибели разумные существа являются буквально ее органами. В Среднем же Крае, по нашему мнению, ментальная «одержимость» возможна, но контролируемый разум должен пройти значительную предварительную обработку. Далее, для поддержки подобной связи требуется значительное внешнее оборудование (на этой глубине – достаточно громоздкое). Прямой контроль «миллисекунда в миллисекунду» в Среднем Крае практически невозможен. Битва на этом уровне требует использования иерархического управления. В долгосрочных операциях используются также запугивание, обман и предательство.

Таковы угрозы, которые должны осознать жители Среднего и Нижнего Края.

Таковы будут средства, применяемые Погибелью в Среднем и Нижнем Крае, и мы должны быть к этому готовы в ближайшем будущем. Мы не предвидим захвата империй, в этом нет выгоды. Даже разрушение Ретрансляторов было, возможно, просто побочным эффектом убийства, совершенного в Переходе. Самые большие трагедии произойдут в Вершине Края и Нижнем Переходе. Но мы знаем, что Погибель чего-то ищет; она проводила атаки на огромных расстояниях, и целью их были большие архивы. Остерегайтесь предателей и шпионов.

Даже от сообщений некоторых защитников человечества у Равны шел мороз по коже.

Шифр: 0

Получено: борт «Внеполосного»

Языковый путь: Трисквелин, СК: Устройства трансляции

От: Хансе

Тема: Видео от Погибели, заявление Союза Обороны.

Ключевые фразы: Теория смертельной расы

Рассылка: Группа «Угроза Погибели»

Группа «Отслеживание войн»

Группа «Изучение Хомо сапиенс»

Дата: 18,29 дней от крушения Ретрансляторов.

Текст сообщения:

В нашем архиве есть образцы из человеческих миров. Подробный анализ в архиве группы «Изучение Хомо сапиенс». Мое заключение: более ранний (но менее обширный) анализ физиологии/психологии людей вполне правилен. Данная раса не содержит встроенных структур для поддержки дистанционного управления. Эксперименты с живыми субъектами не показали особых наклонностей к подчинению. Мною не найдено никаких признаков искусственной оптимизации. (Есть признаки хирургии на уровне ДНК для повышения резистентности к болезням; работа датируется примерно две тысячи лет до настоящего времени. Кровь образцов из царства Страум содержит группу оптигенов, Тиролт [дешевый медицинский рецепт, которым может быть настроен почти для любого млекопитающего вида].) Эта раса, судя по представленным у меня образцам, прибыла из Медленной Зоны совсем недавно и, возможно, из единственного мира-источника.

Проводил ли кто-нибудь подобные испытания на более отдаленных людских мирах?

Шифр: 0

Получено: борт «Внеполосного»

Языковый путь: Бэлореск – Трисквелин, СК: Устройства трансляции

От: Союз Обороны [Объявляет себя союзом пяти многовидовых империй в Крае ниже страумского царства. До крушения Царства неизвестен]

Тема: Видео от Погибели, статья Хансе 1

Рассылка: Группа «Угроза Погибели»

Группа «Отслеживание войн»

Группа «Изучение Хомо сапиенс»

Дата: 19,43 дней от крушения Ретрансляторов.

Текст сообщения:

Кто этот Хансе? Он тут гундит свои возражения и предлагает исследовать образцы людей, но собственную свою природу скрывает. Не давайте себя одурачить рассказами людей о самих себе! У нас нет способа изучать создания, живущие в царстве Страум, – их защитник об этом позаботился.

Истребить заразу!

И был маленький мальчик, пойманный на дне колодца. Случались дни, когда связь была невозможна. В другие дни, когда антенна «Внеполосного» смотрела в нужном направлении и условия зоны позволяли, Равна слышала его корабль. Но и тогда сигнал был так слаб и так искажен, что эффективная скорость обмена была всего несколько бит в секунду.

Джефри и его проблема могли бы оказаться лишь крохотным примечанием к истории Погибели (и даже меньше того, потому что никто о нем не знал), но для Равны Бергнсдот разговоры с ним были единственным светлым моментом ее теперешней жизни.

Мальчик был одинок, но теперь, думала она, уже не так одинок. Она узнала о его друге Амди, о суровом Тиратекте, героическом господине Булате, о гордом народе Стальных Когтей. Равна улыбнулась про себя. На стенах ее каюты была плоская фреска с изображением джунглей. Глубоко во влажной мгле лежали ровные тени – замок, построенный в корнях гигантского мангрового дерева. Фреска была знаменитой, оригинал был создан две тысячи лет назад. И показаны на ней были времена еще более древние – Темные Века Ньоры. В детстве они с сестрой Линн воображали, как их перенесло бы в те времена. А маленький Джефри попал в те времена по-настоящему. Мясники Резчицы не были межзвездной угрозой, но для своих соседей были смертельной опасностью. Слава богу, что Джефри не видел самого убийства.

Это был настоящий средневековый мир. Суровый и непрощающий мир, хоть Джефри и попал в окружение народа с широким кругозором. И сравнение с Ньорой было только очень приблизительной аналогией; эти Стальные Когти обладали разумом стай, что удивило даже старого Грондра Вринимикалира.

А по письмам Джефри было видно, что народ Булата близок к панике:

* * *

Господин Булат снова меня спрашивал можем ли мы заставить наш корабль подлететь хоть немножко. Я не знаю. Я думаю мы почти разбиты. Нам нужны пушки. Они нас спасут хотя бы пока вы не прилитите. У них есть луки и стрелы как на Ньоре но ружей нет. Он меня просил вас спросить можете ли вы нас научить делать пушки?

Солдаты Резчицы вернутся, и на этот раз достаточными силами, чтобы сокрушить маленькое королевство Булата. Когда они думали, что «Внеполосный» доберется за сорок дней, это было не важно, но сейчас… Равна могла прилететь к оставленным Резчицей свежим трупам.

Ох, Фам, дорогой мой Фам. Если ты хоть когда-то был на самом деле, прошу тебя, вернись сейчас. Фам Нювен со средневековой Канберры. Фам Нювен, торговец из Медленной Зоны… Как бы поступил здесь человек вроде тебя? Не знаю.