Текст книги "Ужас Великой половины (СИ)"

Автор книги: Василиса Грунина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

Уже в сумерках перед ними завиднелась широкая, утоптанная тропа, вдоль которой через каждую милю были установлены островерхие каменные вехи. Шагов за сто до неё кончались последние деревья, и начинался пологий склон.

Глава 10

Нерумат

Перешагивая невидимую, но ощутимую каждой клеточкой тела линию границы, Грэгор чувствовал, как возвращается к нему уверенность в собственных силах. Это было упоительное чувство, того, как после сминающей атаки более сильного противника ты поднимаешься на ноги и понимаешь, что всё ещё можешь контролировать ситуацию.

Прохладный воздух Нерумата казался принцу упоительным, он проникал в горящие лёгкие и наполнял новой силой, желанием жить. Иомир, судя по всему, испытывал нечто схожее. Лицо беглого разгладилось, а плечи распрямились, будто с них упал тяжкий груз.

Теперь можно было уже не спешить укрыться от цепкой хватки тех, кто хотел поживиться за счёт чужой свободы. И друзья двигались вперёд неторопливо, делая частые привалы, общаясь с местными и наслаждаясь новоприобретённой возможностью выбирать любой доступный путь.

Живописную долину Нерумата полукругом охватывали горы, оставляя проход на запад в полторы версты длинной там, где начинался Ужас Великой Половины. Столица словно взбиралась к этим 'воротам', чтобы прикрыть свои благоухающие сады, стройные колонны и хрупкие каскады лестниц от смрадного дыхания прошлого спиной.

Чем ближе становилась цель путешествия, тем сильнее сжимался каменный пояс, исполинские утёсы, покрытые седыми шапками, тянулись к небу острыми краями, буйная зелень ластилась к их ногам, но робела подняться выше, уступая место холодному безмолвию.

Грэгора, привыкшего к раздольному ветру полей и лесов, долго преследовало навязчивое чувство уязвимости, вызванное 'пленом' вековечных 'стен'. Но, когда за очередным подъёмом открылись переливающиеся на солнце резные башни, парапеты, белоснежными лентами, охватывающие город ярус за ярусом, дома, причудливо растущие на скромных участках отведённого пространства, и мирно дремлющие рядом с ними монолитные фасады дворцов, укрытых в сердце гор, оно истончилось и растаяло как дым.

– Вот мы и достигли 'последнего рубежа', – нарушил восхищённое молчание принц.

– Почему? – В горящих любопытством глазах Стольна мелькнуло недоумение.

– Нерумат получил своё название во времена падения империи магов. С языка наших предков это слово переводится как последний рубеж.

– Дурная идея так называть город, – Иомир передёрнул плечами.

– Тогда на этом месте стояла простая крепость, – Грэгор покосился на лицо ульфа и невольно улыбнулся. – Впечатляет?

Мальчик буквально мерцал от переполнявших эмоций, не найдя подходящих слов, он лишь кивнул и улыбнулся в ответ.

***

Оказавшись на людных улочках Нерумата, Грэгор почувствовал, как 'одичал' за время пути. Больше всего на свете ему хотелось отмыть с тела пыль и пот, привести одежду в должный вид да избавиться от ежеминутного желания превратиться в ульфа, дабы стать невидимым для вездесущих любопытных взглядов. Жители города давно привыкли к приезжим, но вместе с этой привычкой обзавелись и умением бегло определять судьбу, которая привела того или иного гостя в их края. Поэтому куда бы ни ступила нога принца, его везде сопровождали приглушённые шепотки и 'понятливые' улыбки. Женщины осматривали его так, будто он был товаром на прилавке, мужчины поглядывали с насмешливым интересом, а их непосредственные чада забегали вперёд, чтобы иметь возможность указать пальцем на какую-либо примечательную деталь облика незнакомца.

С трудом добравшись до третьего яруса, представляющего, судя по всему, наиболее зажиточный район Нерумата, путники остановились, чтобы перевести дух.

***

Но, стоило им примоститься под колоннадой, окружающей скульптуру в центре небольшой площади, и вытянуть гудящие ноги, как тут же с гомоном появилась и стайка ребятни, сопровождавшая их по дороге.

Помявшись, мальчишки и девчонки отрядили делегата, который деловито задрал подбородок и, сделав шаг вперёд, начал осыпать чужеземцев догадками-вопросами относительно их происхождения. У Грэгора не осталось сил реагировать, он блаженно закрыл глаза, подставив лицо под палящие солнечные лучи. Иомир терпел 'нападение', уперев руки в колени и низко опустив голову. Стольн же, безропотно деливший все тяготы пути со взрослыми, казался настолько вымотанным, что вряд ли вообще обращал внимание на происходящее.

Избавление пришло с неожиданной стороны. Хлопнула дверь одного из домов, окружавших площадь, и к друзьям устремилась полная моложавая женщина, громко ругая на ходу 'малолетних балбесов'.

Мучителей словно ветром сдуло. Прокричав пару 'ласковых' слов им вослед, спасительница резко повернулась на каблуках и, уперев руки в широкие бёдра, 'накинулась' на оставшихся.

– Сами на камнях развалились и ребёнка туда же усадили! – она нагнулась и похлопала ульфа по спине, призывая подняться. – А ну вставай, Мирна плохого не посоветует.

– Пощади! – рассмеялся Грэгор, уворачиваясь от подзатыльника. Незнакомка так напоминала кормилицу, что симпатия к ней возникла сама собой.

– Сейчас обоих так пощажу, что мало не покажется, – женщина потянулась в сторону Иомира, и тот поднял руки, показывая, что сдаётся. – Быстро за мной!

– Народ у нас добрый, но уж больно любопытный, – неожиданно мягко сказала Мирна, пропуская гостей в дом. – Иногда и лишку хватить может. Я за вами битый час уже присматриваю. Хорошие ведь мальчики! Вот и детей не обидели.

– Чем же, позволь узнать, мы снискали столько внимания? У тебя и без нас, уверен, забот не мало, – принц оставил заплечный мешок там, где велела хозяйка, и проследовал за ней в опрятную гостиную с большим окном, из которого открывался великолепный вид на город.

Комната утопала в сладковатом аромате цветов занимающих здесь любую доступную горизонтальную поверхность, ползущих по стенам и свисающих с потолка.

– Ой, нравишься ты мне! – Мирна хитро стрельнула глазами и потрепала его по щеке, – Зачем шпионила, хотел спросить, а спросил так, что не придерёшься.

Она немного помолчала и, всплеснув руками, суетливо начала накрывать на стол.

– У меня гостиница. Небольшая, конечно, на десять комнат, но доход всегда приносила. А теперь, когда из Ужаса едва треть живыми возвращается, постояльцев-то поубавилось. Сейчас вот, девочка молодая живёт, маг земли. Да и всё!.. Совсем заморили! – усадив Стольна в кресло, хозяйка ласково погладила его по голове.

–Это она столько зелени вырастила? – Грэгор поднял брови в притворном ужасе.

– Она-она! – женщина кивнула и скрылась на кухне, откуда вскоре появилась вновь, неся большую кастрюлю супа. – А ты не смейся! Тяжело бедняжке пришлось. Обманули её.

– Ты сказала, что люди пропадают в Ужасе...– мужчина вернул разговор в нужное русло.

– Да, и раньше пропадали, но только в основном те, кто на свой страх и риск совался. А теперь вот из подготовленных тоже мало кто назад приходит. Такое потом рассказывают!

Принц хотел было задать ещё вопрос, но Мирна только махнула на него полотенцем и отправила путников мыться с дороги.

Вернуться к прерванной беседе ни за обедом, ни позже, когда друзья сидели с вином на крыше-террасе, уже не удалось. Хозяйка ловко ускользала от темы, рассказывая множество забавных историй из жизни гостей и своей собственной заодно.

***

Утром пришёл посланник от лорд-мага. Ни Грэгора, ни Иомира не удивило, что правитель Нерумата прекрасно осведомлён о появлении опального наследника Теолина в городе.

Принц был даже рад тому, что Кирдел открыто намеревался 'забыть' предостережение Сибела о 'возможных последствиях' общения с братом. К тому же, для захвата власти в Грандире человек, потенциальные союзники которого разбросаны по всей Великой Половине, использовал бы совсем иные методы, нежели Цастин, а значит, и его встреча с изгоем не грозила для последнего перерасти в заточение.

Иомир же, после истории с коррийцами, с большим недоверием отнёсся к доводам друга относительно собственной безопасности. Однако узнав, что дворец лорд-мага располагается в недрах горы, смутился и оставил попытки убедить его идти вместе.

Когда юноша откланялся, пообещав зайти в положенное время, Грэгор осмотрел свой небогатый гардероб и выругался от бессилия. Ему вдруг отчаянно захотелось предстать перед Кирделом в полном блеске, чтобы напомнить не то магу, не то самому себе, что кровь королей Грандира стоит дорого.

Как и прежде, выручила Мирна, чьё присутствие ощущалось в доме повсеместно, она заглянула принцу через плечо и, легонько похлопав его чуть ниже спины, приказала раздеваться. Увидев, как молодой мужчина, промычав тихое 'эээ...', залился краской, женщина безудержно расхохоталась и, ненадолго отлучившись, вернулась с целым ворохом рубашек и штанов внушительных размеров. После чего заставила путников не только разоблачиться, но и достать из заплечных мешков запасные вещи.

Закончив их укладывать в сумку, хозяйка куда-то ушла. И на сей раз не было её довольно долго. Только спустя пару часов Мирна вновь появилась в гостиной, где оставила друзей в смешанных чувствах, и положила на стол аккуратную стопку чистой и выглаженной одежды.

– О, Создатель! Как? – Грэгор провёл пальцами по сияющей серебряной вышивке камзола, который выглядел точно, как в день коронации.

– Ты забываешь, где находишься. Я-то сама не маг, но муж мой покойный им был. И много разных друзей мне в наследство оставил, – она лукаво подмигнула.

– Я заплачу, – принц потянулся за кошельком, но женщина остановила его руку.

– Не суетись, мальчик, мы и сами как-нибудь сочтёмся.

***

Как и было оговорено, сопровождающий появился на пороге Мирны под вечер. Грэгор, прекрасно одетый, гладко выбритый и позволивший, наконец, густым, ухоженным волосам свободно ниспадать на плечи, выглядел настолько изысканно и благородно, что юноша, повинуясь инстинктам, невольно склонил голову, приглашая гостя следовать за собой.

Улыбнувшись краем губ, принц послушно вышел на улицы Нерумата, утопающие в предзакатном зареве и, направляемый молчаливым проводником, двинулся наверх, к предпоследнему ярусу, где располагался вход в чертоги совета, делившие, вместе с храмом Создателя и школой магов, южный склон Мин-Эдира.

Возле покрытой алыми рунами двери, укромно затаившейся в тени высокой арки, обрамлённой искусными барельефами и колоннами, провожатый снова поклонился и бесшумно исчез. Здесь Грэгора уже поджидали двое – мужчина и женщина, оба в широких белых штанах и длинных туниках, украшенных золотой шнуровкой. По спокойным лицам и почтительным взглядам встречающих молодой человек понял, что перед ним младшие члены совета, посланные Кирделом в качестве жеста уважения.

Проведя принца по гулким, широким коридорам, в которых могли свободно разъехаться несколько конных обозов, и величественным лестницам, облицованным янтарём, они оставили его рядом со следующей двустворчатой дверью, ведущей в кабинет лорд-мага.

Прочистив горло и поправив стоячий ворот сорочки, Грэгор осмотрелся по сторонам, приводя мысли в порядок. Затем медленно поднял руку и коротко постучал. Из глубины помещения, занимаемого Кирделом, послышался бархатистый, тёплый голос.

– Войдите!

Принц легонько толкнул преграду и, сделав шаг вперёд, оказался в просторной комнате со стрельчатыми витражными окнами, подле которых стоял изящный письменный стол. В больших, кованых подсвечниках по углам кабинета горели свечи.

– Рад приветствовать вас, мой господин, – молодой мужчина поздоровался и едва заметно склонил голову, на пару секунд задержав подбородок внизу.

– Неужели это сын Теолина! Я счастлив, что наконец-то вижу тебя воочию! – Из-за письменного стола поднялся седеющий человек с аккуратной бородкой и мягкими, почти женскими чертами лица. Он одобрительно осмотрел вошедшего и жестом указал на столик поменьше, который был придвинут к самому камину, занимавшему дальнюю стену. Там же их ожидали и два кресла, обитые бардовым бархатом. – Хочешь вина?

– Не откажусь, – Грэгор с любопытством огляделся по сторонам. Стены и потолок были расписаны теми же рунами, которые встретили его у входа в чертоги.

– Когда тебя окружают равные по силе, стоит принять меры, чтобы никто не...мм... жульничал, – проследив за взглядом гостя, Лорд-маг обезоруживающе улыбнулся.

– Мне это на руку, – принц опустился в кресло и, откинувшись на спинку, вернул улыбку собеседнику.

– Тебе здесь нечего бояться, – Кирдел открыл дверцу массивного секретера и достал тёмную, влажную бутыль, – в Нерумате каждый получает второй шанс, даже преступник, – он откупорил пробку и блаженно повёл ноздрями, – Коим ты, разумеется, не являешься. Ты являешься, как бы это сказать...жертвой обстоятельств. К тому же, – продолжил мужчина, – я знаю несколько больше твоего брата и не привык так расточительно тратить древнюю кровь.

– Какую кровь? – Грэгор настороженно поднял бровь.

– Не будем пока об этом. Скажем только, что она королевская, – лорд-маг протянул бокал, наполненный ароматным, густым напитком. – Твоё здоровье.

– Да продлит Создатель благоденствие Нерумата! – гость пригубил вино и закрыл глаза от удовольствия.

– Из лучших виноградников Крыльена, – Кирдел указал сухим пальцем на драгоценную жидкость, – Сибел, кстати, оказался довольно сильным, не занесённым в списки эмпатом.

Эта неожиданная, чудовищная новость была сказана таким будничным тоном, что Грэгор едва не поперхнулся. Наследник испытывал чувство, будто одурачил сам себя, а перед его глазами, набирая скорость, пронеслась целая вереница воспоминаний, которые теперь понимались совсем иначе. Постаравшись взять себя в руки, он открыл глаза и отразил на лице умеренный интерес.

– Вы уверенны?

– О, да! После коронации, – Кирдел деликатно кашлянул, – мы решили присматривать за ним. Может быть я излишне мнителен, но допустить вероятность того, чтобы приёмный сын обрёл столько союзников в борьбе за престол без хитрого фокуса – не могу.

– Если уж вы решили меня шокировать, так удивите ещё сильнее, – принц глубоко вздохнул, – поведайте, что происходит в Ужасе.

– С чего бы начать? – лорд-маг, помолчав, отрешённо покачал в пальцах пустой бокал и, протянул руку за бутылью. – Наверняка придя в Нерумат, ты увидел намного меньше искателей удачи, нежели ожидал?

– Да, – Грэгор задумчиво кивнул.

– Не так давно всё было иначе. Поодиночке или группами в город стекались те, кто хотел заработать быстрых денег. Маги оставляли на стенах чертогов совета запросы на компоненты зелий, артефакты, камни силы и многое-многое другое, – Кирдел поочерёдно загнул пальцы и повертел кулаком в воздухе. – Редко выпадал случай, когда заказ дожидался исполнителей дольше суток. Отдельные умельцы оседали в городе и безбедно жили, навещая гиблые земли раз за разом...

– И что случилось потом? – терпеливо спросил принц у замолчавшего собеседника.

– Потом? Потом что-то изменилось. Ужас стал ещё опаснее, чем был, – лорд хмыкнул, – Люди начали пропадать там десятками, и тех, кто был готов рискнуть с мизерным шансом на возвращение, постепенно остались единицы. Да и они без магов теперь не ходят.

– На Великую половину начали проникать разные твари, – Грэгор подвинул кресло вперёд, ближе к теплу.

– Я слышал, – Кирдел покачал головой. После этого, словно решившись на что-то, он встал и, дойдя до своего рабочего места, выудил из кипы бумаг карту, – Пару месяцев назад мы отправили к руинам Найзарда шестерых младших членов совета. Двоих магов разума, троих огня и одного земли.

– К самым границам Ракхов? – иронично спросил принц, проследив за ногтем собеседника, скользнувшим в северо-западный угол листа.

– Ракхи не держат большой армии там. Это бессмысленно. Насколько мне известно, большая часть их войск по-прежнему сосредоточена на подходах к землям Грандира, – мужчина отвесил лёгкий полупоклон гостю, – Так вот. Ни один из наших людей не вернулся. Месяц назад мы отправили сборный отряд на поиски, и...– он медленно скатал карту, – результат получили тот же.

– Это печальная новость, но я не совсем понимаю причину, по которой вы решили поделиться ею со мной, – Грэгор изучающе посмотрел в непроницаемые глаза политика.

– Ты, конечно же, сознаёшь, насколько мне не хотелось бы придавать подобные вещи огласке, – лорд-маг грузно опустился обратно в кресло, – Пошли я ещё магов на поиски, это породило бы слухи о том, что у Нерумат не в силах больше полностью контролировать ситуацию. Поэтому, – он поднял бутыль, предлагая собеседнику ещё вина, – нужно сделать всё осторожно. Мы оба оказались в затруднительном положении. Тебе нужны деньги. Мне – надёжные союзники. Теперь понимаешь?

– О, теперь да! – Принц откинулся на спинку кресла и невесело осклабился.

– Если ты посчитаешь возможным согласиться, я заплачу очень хорошие деньги. И бесплатно предоставлю любые амулеты. Если же нет... – Кирдел словно бы случайно свёл большой и средний пальцы, растирая между ними невидимую пылинку, – наш разговор не покинет этих стен.

– У меня есть время? – Грэгору пришлось усилием воли подавить ударившее в голову желание переломить замершую сухую руку.

'О, как легко было бы сделать это единственным резким движением...'– напомнив себе об Иомире и Стольне, он проглотил свои эмоции и выпрямил спину.

– Да, подумай до завтрашнего вечера, – мужчина поднялся и ласково улыбнулся, – Был рад видеть тебя, мой мальчик.

***

Когда Грэгор снова очутился на улице, стояла глубокая ночь. Судорожно втянув свежий, напоённый ароматом цветущих садов, воздух, он почувствовал, как ярость, не выпущенная наружу, клокочет внутри и, смешиваясь с отчаянием, отравляет рассудок.

Чтобы хоть как-то успокоиться перед встречей с товарищами, он решил вернуться к дому окольными путями. И постепенно, шаг за шагом, пелена гнева начала истончаться, пропуская иные мысли, помимо тысячи различных вариаций убийства Кирдела. Новость о том, что Сибел – эмпат будто ножом резала поджившие раны, а убийственное 'предложение' лорда Нерумата отдавалось страхом за жизни близких людей.

Когда Грэгор неслышно вошёл в тёмную гостиную Мирны, ему навстречу сорвался бледный, мерцающий Стольн. Подросток явно не ложился спать и караулил возле окна. Иомир наверх тоже не поднимался и дремал в кресле, изогнув шею под совершенно диким углом. Услышав шум, беглый очнулся и, пытаясь проморгаться, сиплым голосом приказал ульфу зажечь свечи.

– Если бы тогда, в доме у лесника мне сказали, что я не смогу уснуть, пока не увижу твою холёную морду, я бы, пожалуй, долго смеялся, – он достал из-под стола глиняный кувшин и пощёлкал пальцами, призывая Стольна сходить за кружками на кухню.

Грэгор усмехнулся и, сняв камзол, тяжело опустился на стул.

– Что, всё настолько паршиво? – присмотревшись к другу, Иомир быстро растерял остатки сна.

– Для меня – да, – на лице изгоя появилось выражение решимости.

– Ну?! – выждав минуту, беглый нетерпеливо повысил голос.

– Я иду в Ужас, – принц приложил палец к губам, предупреждая готовый сорваться с языка друга вопрос, – я один! Вы остаётесь здесь.

– А кочергу в жопу не хочешь, твоё величество? – Иомир фыркнул, – Говори толком!

Пересказав разговор с Кирделом, молодой человек снова надолго замолчал. Наконец он потряс головой и поднял глаза на собеседника.

– У меня выбор не большой, но рисковать твоей жизнью, жизнью Стольна! Я не буду!..

– Мдааа, – протянул беглый, описывая круг опустевшим кувшином, – Я иду с тобой, прими как данность! – он приложил палец к губам точно так же, как недавно это сделал Грэгор, – А вот Стольна лучше бы, конечно, оставить у Мирны.

–Нет! – подал голос подросток, о присутствии которого оба давно забыли.

– Я тебя не беру, – принц спокойно выдержал его упрямый взгляд и отвернулся.

– А я не прошу разрешения! – от негодования и обиды ульф потерял зримый облик, и неожиданно, у самого виска собеседника мелькнул его метательный нож, – я не такой слабый, каким вы меня считаете!

– Ах, ты ж дрянь! – Грэгор вскочил на ноги и метнул кружку в ту сторону, где, предположительно, стоял мальчик. Раздался приглушённый стон, сосуд, наткнувшись на преграду, упал на пол, давая необходимый ориентир, и, в несколько движений поймав Стольна, мужчина прижал его щекой к прохладным доскам. – Убить меня решил?

Подросток ничего не ответил, из-под рук принца доносилось только его рваное сопение.

– Ракш тебя дери!

На звуки, доносившиеся из гостиной, спустилась Мирна. Увидев, что происходит, она поставила на подоконник свечу, которую держала в руках, и поймала Грэгора за рукав.

– Оставь ребёнка! Кому сказала!

– Этот 'ребёнок' собрался идти с нами в Ужас Великой Половины, – почувствовав, как замедляется пульс ульфа, принц ослабил хватку.

– А ты хочешь, чтобы он один вдогонку за вами сорвался? Как я за ним услежу? – женщина помогла Стольну подняться и, обведя газами гостиную тихо добавила, – Давайте ка до утра все вопросы оставим.

***

Детально обговорив с Иомиром за завтраком все детали предстоящего похода, Грэгор попытался ещё раз уговорить ульфа остаться с Мирной. Но подросток старался держаться от принца подальше, и с угрюмой решимостью отвечал на все увещевания отказом. Не помогла даже красочно описанная важность роли встречающего Трора, и, в конце концов, мужчине ничего не осталось, кроме как махнуть на Стольна рукой.

Хозяйка с энтузиазмом взялась помогать друзьям с покупками. Она хорошо знала все мастерские, лавки, лавочки и лавчонки в городе, обладала неиссякаемым источником информации о том, где и что можно выгоднее купить, а так же куда стоит обращаться, если во главе угла стоит не цена, а качество. Кроме того, женщина сдабривала свою речь таким обилием лишних подробностей, как из жизни владельцев каждого заведения, так и совершенно случайных людей, что у Грэгора вскоре начала кружиться голова.

Когда Иомир, заметил, что товарищ разрывается между симпатией к Мирне и желанием столкнуть её с ближайшего парапета, то предложил ему ограничиться участием в покупке оружия и коней, после чего, ко всеобщему удовольствию, озаботиться поисками 'приличного' мага. Но и здесь женщина умудрилась вмешаться, заставив принца пообещать, что первым делом он поговорит с её загадочной постоялицей, которую никто до сих пор даже случайно встречал. После чего Грэгор, не особо вдаваясь в подробности, тут же заверил дотошную хозяйку, что не только поговорит с неуловимой любительницей зелени, но и расцелует её при встрече.

В оружейной лавке было тихо и пусто. Владелец, рослый, широкоплечий человек с толстой косой, коротко заверил гостей в том, что каждый клинок знает лучше, чем самого себя и за качество ручается головой. Усомниться было трудно. Глядя, как любовно этот великан берёт в руки тот или иной товар, принц невольно подумал, что даже у самого маленького ножа на прилавке, должно быть, есть собственное имя.

После долгих колебаний, себе он выбрал изогнутый обоюдоострый кинжал, рукоять которого обвивала изящная серебряная ветвь, а оголовье украшала защитная руна, призванная уберечь клинок от повреждений. Точно такую же руну Грэгор попросил выгравировать и на собственном мече, который заставил владельца лавки надолго застыть в благоговейном изумлении.

Иомир остановился на одноручном лабрисе с заострённым оголовьем. Кроме того, поскольку его гномий кинжал забрали воины Бренина, он приобрёл себе другой, более скромный, но пришедшийся точно по руке. Стольну же купили новый набор метательных ножей, отлично сбалансированных и почти невесомых.

К тому моменту, как спутники добрались до конюшни, стоял уже полдень. Пройдясь несколько раз из конца в конец просторной, чистой постройки, Грэгор остановился возле стойла с высоким, статным вороным. Зверь не нуждался во многочисленных хвалебных одах, которые тут же посыпались из уст восторженного заводчика. Стоило ему картинно изогнуть мощную, шею, обрамлённую длинной гривой, и несколько раз величественно переступить стройными ногами, как принц понял, что его сердце дрогнуло. Он внимательно оглядел скакуна и остался доволен, после чего, подыскав животных для друзей, кинул Иомиру изрядно похудевший кошелёк, и поспешил воспользоваться его недавним милостивым предложением удалиться.

Оставшись в одиночестве, Грэгор испытал облегчение. Он не хотел никого видеть, не хотел поддерживать разговор, хотел только одного – раствориться в глубоком омуте собственных тягучих раздумий.

Дойдя неспешным шагом до центральной площади Нерумата, он устроился в тени круглого постамента и долго наблюдал, как солнце нестерпимо плавит древние камни и бликует на золотых шпилях башен. Все мысли словно выжгло из головы его палящими лучами.

В конце концов, молодой мужчина лениво поднялся на ноги и направился к дому, чтобы начать поиски мага с того самого разговора, который обещал Мирне.