Текст книги "Челнок Предтеч 3 (СИ)"
Автор книги: Валерий Кобозев
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 14 страниц)
Для всех наша легенда будет такая: «Мы просто случайно встретились с вами сегодня на рыбалке, ночевали вместе, пели песни и пили водку».
Все, более ничего. Мы вам о корабле не рассказывали ничего, и вы о нем ничего не знаете, кроме официальных сообщений. Я собираюсь в ближайшее время выходить на власти и сотрудничать с ними, но уже как руководитель корпорации, а не вчерашний школьник.
– Ну что коллеги, согласны на такие условия? – спросил майор.
– Я согласен! – тут же выдал водитель. Вслед за ним кинолог и эксперт также с радостью выразили свое согласие.
– Ну тогда товарищ майор, вы первым пойдете в медкапсулу – сказал я и встал со стула. Майор поднялся мы все вместе прошли в медотсек.
Медотсек встретил нас стерильным белым светом, от которого резало глаза после мягкого освещения кают-компании. Майор, стараясь сохранять достоинство, снял китель, рубашку и ботинки, аккуратно сложил их на стуле и лег на ложе медкапсулы. Прозрачная крышка плавно опустилась, отсекая звуки внешнего мира для него. Роботизированные манипуляторы, похожие на тонкие серебристые пальцы пианиста, задвигались над его рукой.
– Пять минут на введение, – пояснил я остальным, наблюдая, как игла медкапсулы мягко входит в вену майора. – Наниты – это крошечные строители. Они сейчас маршируют по его кровотоку, занимая позиции – пошутил я.
Глава 3
Когда прозрачная крышка медкапсулы поднялась, Остапов сел. Его лицо казалось помолодевшим, глаза уже блестели по-молодому.
– Ну как, Михалыч? – с нервной усмешкой спросил Алексей. – Вштырило?
– Иди в задницу, Леша, – улыбнулся Остапов, и вдруг легко, по-юношески спрыгнул с капсулы. – Тебя самого сейчас так вштырит, что всю жизнь благодарить будешь этих ребят.
Вслед за майором все его коллеги по очереди прошли медкапсулу.
– Ну, теперь точно надо выпить! – взмолился Володя-водитель. – Слишком много чудес на одну милицейскую голову за один день. Тащу водку из машины товарищ майор?
– Тащи водку! – скомандовал майор.
– У нас все имеется на корабле – будьте нашими гостями – пригласил я.
– Ну ладно! – быстро согласился майор. Какой нормальный русский мужик от дармовой водки отказывается! Не из жадности, а чтобы больше выпить! А то вдруг своей водки не хватит!
Мы вернулись в кают-компанию. Я подошел к пищевому синтезатору – чуду техники Предтеч, которое мы привычно называли «автоматом». Мы его загрузили по полной разными продуктами, когда прилетели из Спокана сюда заряжать аккумуляторы дрона.
– Лариса, помоги с меню – попросил я.
Девушки засуетились. Конечно, челнок не был загружен деликатесами, но синтезатор мог творить чудеса из базовых белков. Через десять минут на столе дымились сочные шашлыки из баранины, лежал отварной рис, а нарезка из ветчины и копченого окорока выглядела так, будто ее только что доставили из спецраспределителя обкома КПСС. Центр стола украсили две большие пластиковые миски с салатами – «Оливье» и «Селедка под шубой». Наши традиционные рецепты, взятые из нашей памяти и заложенные в память инопланетного Искина.
Автомат с тихим гудением наполнил рюмки золотистой жидкостью.
– Это виски, – пояснил я. – Считайте, что это американский самогон высокого качества. Там его предпочитают пить, а не водку.
Выпили за наше сотрудничество, понимали милиционеры, что мы теперь одной веревкой связаны. После виски перешли на водку, она была привычнее. Спиртное расслабляло и после двух бутылок водки мужиков отпустило, решили порыбачить. Хотя уже было девять вечера, но было еще совсем светло – полярный день же у нас. Я отвел им каюты для ночлега, пес давно отошел от наркоза и мирно грыз баранью кость в пещере, перед этим слопав порцию гречневой каши с тушенкой.
– Одной веревкой связаны мы теперь, – майор поднял рюмку, глядя на нас поверх края стекла. – За… за новый мир, ребята. Чтобы он нас не раздавил. Чтобы у вас все получилось с сотрудничеством с властями, а это сделать очень не просто…
Алкоголь сделал свое дело. После второй бутылки водки лед окончательно растаял. Полярный день за границей пещеры лил ровный, холодный свет, который мы видели на экранах мониторов, но внутри челнока было тепло. Мужиков потянуло на подвиги. Захватив спиннинги и ружья, они отправились к выходу из пещеры – порыбачить на Аян-Юряхе, пока наниты перестраивали их тела.
Когда гости ушли рыбачить, мы собрались в кают-компании.
– Костя, ну ты и рисковый парень! Так сразу расколоться! А если бы он уперся? Что бы ты делал? – спросил Погодин.
– Парализовал бы их с помощью микро-дронов как пса, и закачал бы им наниты, четыреста граммов в вену активируют нейросеть через четыре часа. Медкапсула у нас под боком, она все и сделала бы. Вот и поспали бы пока нейросеть не развернется, чтобы не буйствовали, а потом поговорили бы с ними – ответил я. – С нейросетью они не проболтаются, для нас это главное. И никакого ущерба для нас они нанести не смогут.
– Я тоже удивилась Костиной откровенности, но поддержала его игру, как он просил – сказала Лариса. – Я просто говорила откровенно.
– Да и я говорил откровенно – сказал Погодин. – Но пуля нас миновала, продолжаем жить дальше.
– Костя, а они не убегут? Машина-то у них под боком! – спросила Зоя.
– Дроны следят за ними, в случае попытки побега парализуют их – сказал я.
– Ну зато у нас теперь есть добровольные помощники! – усмехнулся Погодин.
– Ну на это они не подряжались – сказала Лариса. – Через десять лет могут к нам прийти, но к этому времени у нас будет достаточно персонала.
– Костя, надо поспешить с легализацией, а то видишь – только случайность не дала этим людям самим найти челнок. Они вызвали бы КГБ, и мы с тобой остались бы в стороне – сказал Погодин.
– Ну ты перегибаешь – челнок управляется только мною, или по моему поручению человеком с нейросетью – напомнил я. – Но ты прав, что компания рыбаков с собакой точно также может его обнаружить. Искин-07, мы можем чем-то более прочным, чем пленка, закрыть вход в пещеру?
– Надо заказать такое укрытие на корабле, у меня нет возможности его изготовить – ответил Искин-07.
– Айк, есть что-то в твоем арсенале подходящее для этой цели? – тут же спросил я.
– Есть, это композитные бронированные жалюзи из металлокерамики, сверху у них будет керамическое покрытие под видом природного камня – ответил Айк.
– Прошу тебя сделать его побыстрее и установить. И придумай насчет запахов, чтобы собачки не подходили к нему – попросил я.
– Вас понял господин капитан, сделаем пропитку с отпугивающим собак запахом – сказал Айк.
– Подумать страшно, что случилось бы, если они без нас сюда пришли… – задумчиво произнес Погодин.
– Случилось бы то, что и я планировал – их бы парализовали, закачали по четыреста граммов нанитов, активировали нейросеть с обетом молчания – ответил я. – Такой протокол охраны установлен мной у челнока. Так что не переживайте. Но наниты такими темпами расходовать конечно не стоит.
Мы сидели за столом кают-компании, обсуждали наше чудесное избавление от ловушки, в которую мы случайно попали, пили легкое вино, слушали музыку.
Через несколько часов милиционеры вернулись. Одежда у них местами промокла, они пахли рыбой и порохом, но их лица светились от счастья. Три утки-шилохвоста, увесистая щука и с десяток хариусов – богатый улов.
– Сейчас уху из утки варить будем! – объявил Володя.
– Уху… из утки? – Зоя прыснула в кулак. – Володя, уха – это из рыбы. Из птицы – это суп.
– Э-э, девочка, ты просто настоящей колымской ухи не пробовала! Пальчики оближешь! – водитель был в ударе.
Веселье продолжалось. Алкоголь и уверенность в собственной безопасности развязали языки. Девушки, получив мое разрешение, решили поделиться своими «подвигами» за океаном.
– Ой, товарищи, это была настоящая шпионская комедия! – начала Зоя, и ее глаза загорелись. – Представляете, мы на Луне набрали камней, когда летали туда первый раз. Ну, просто так, на память. Килограммов десять. А потом подумали: а чего они у нас лежат? Надо Родине помочь. Но как отдать? Не скажешь же: «Здрасьте, мы тут со школьной скамьи на Луну летали». Придумали легенду: мы – уборщицы в НАСА, идейные коммунистки, вынесли грунт в мусорных пакетах.
Милиционеры замерли, слушая, затаив дыхание.
– Сан-Франциско, яркое солнце, мост «Золотые ворота»… – продолжала Зоя, жестикулируя. – Я в короткой юбке, с сумочкой, набитой лунными булыжниками. В кармане – права на имя Зоси Сколански из Техаса. Я этот техасский говор и поведение девушки из Техаса неделю перед зеркалом репетировала! Иду в консульство, сердце в пятках. Захожу в него и говорю клерку: «Хочу в СССР, визу мне!». А он мне: «Вы из Техаса, мадам, вам в Нью-Йорк ехать надо за визой».
Зоя рассмеялась, вспоминая лицо чиновника.
– Ну, я тогда на чистом русском выдаю: «Так и запишешь, милок. А теперь бегом зови Зинчука, дело государственной важности!». Мы тому этот пакет с камнями сунули в руки, сказали как и планировали, что мы уборщицы в НАСА и лунный грунт оттуда сперли – и ходу. Бедный Зинчук, наверное, неделю не спал. Станция «Луна-16» сто граммов привезла, а тут две девчонки-уборщицы ведро лунных камней на порог вывалили!
Хохот в кают-компании стоял такой, что, казалось, стены челнока вибрируют.
– За советскую космонавтику! – Майор Остапов поднял рюмку, и в его глазах теперь читалось искреннее уважение. – Ну, девки, ну вы даете…
Лариса подхватила эстафету, рассказывая о передаче данных по предателю Полякову. История о том, как они фиксировали каждый шаг шпиона с помощью невидимых дронов, а потом передавали пленку с механизмом самоуничтожения, звучала как лучший роман Юлиана Семенова.
– Я шла по улице и дрожала, правда внутри себя, нейросеть держала меня в руках – тихо сказала Лариса. – Если бы появилось ФБР, то пришлось бы микро-дронам этих агентов парализовать, а мне быстро смыться. Страх у меня был настоящий. Настоящий человеческий страх за свою жизнь и свободу. Но я знала, что друзья меня выручат и шла вперед. Ну а консульстве страх ушел – я вызвала Зинчука, передала ему пленку, теперь у меня с собой не было ничего криминального, и я спокойно вернулась к друзьям в машину. В общем мы все перенервничали, вернулись домой в Спокан – это город такой в Америке, там напились в зюзю, и нам захотелось по Луне погулять. А у нашего дрона аккумуляторы разрядились, для полета на Луну его надо было тут зарядить. Вот мы и прилетели его заряжать… И вас тут встретили.
– Ребята, вы… вы настоящие герои, – эксперт Алексей обвел всех взглядом. – И мы… мы тоже не подведем. Если этот корабль может изменить мир, значит, мы будем его щитом. Здесь, в Сусумане, и где угодно.
Все выпили, даже майор толкнул короткую речь в виде тоста, сказав, что мы молодцы и настоящие советские люди.
Последовал очередной тост «Смерть шпионам», все выпили и наш праздник продолжился.
На следующий день мы показали майору место, в котором нашли золото бандитов, мы этот тайник не трогали – только мешок с золотом забрали. Его поместили назад, эксперт сфотографировал все как полагается, по легенде его пес Байкал обнаружил при следовании по следам бандитов. Все улики были сфотографированы, все протоколы были оформлены и лежали в сумке у майора.
Вечером компания милиционеров отбыла в Сусуман, а мы отправили девушек в США, сами решили форсировать выход на власти СССР. Я отменил заказ Айку на жалюзи для входа пещеры, даже пленку придется убрать, когда начнем это процесс легализации. Мы с Погодиным обсуждали, что еще мы не успели сделать до этого момента.
Интерлюдия
Кабинет заместителя председателя КГБ СССР генерал-полковника Цвигуна.
– Ну что нового у нас? – спросил Цвигун у своего помощника.
– Прислали две кассеты с пленками из Сан-Франциско, как в прошлый раз. Их проявили – кошмар просто, два десятка предателей, их личные дела из ЦРУ, ФБР, Ми-6 – сказал помощник. – Надо брать их.
– Это не может быть провокацией? – спросил Цвигун.
– Полякова они нам сдали – все улики на лицо, он и сам во всем признался. Надо брать одного из последнего списка, самого слабого – это Чернов – предложил помощник. – Он сразу расколется, судя по досье.
– Берите эту тварь, после его допроса определим порядок арестов других – приказал Цвигун.
Выход в свет
И вот мы наконец решились на этот рискованный шаг – выйти на власти СССР и сообщить о находке космического корабля, попытаться установить с ними нормальные партнерские отношения. Все чаще пещера стала попадать в поле зрения посторонних людей, как бы ее случайно не открыли без нас, при таком раскладе мы могли остаться в стороне.
Для того, чтобы нас не оттеснили от челнока и не заперли в «золотую» клетку, мы приняли превентивные меры – отправили наших родителей подальше из Сусумана.
Родители Погодина якобы уехали на Материк в отпуск, долетели самолетом до Новосибирска, мама так же «уехала» в отпуск, на самом деле все они перебрались в США в Рокуэлл, на ранчо Смита. В Новосибирске их следы терялись – оттуда они на дроне улетели в США.
Смит был рад таким гостям, есть с кем пообщаться по вечерам, выпить стаканчик виски. Потом они переедут в наше поместье в Спокане, а пока Погодины привыкают к Америке. Похоже, что им придется тут еще долго жить, на благо денег у нас хватает, чтобы содержать эту компанию. Прииск Смита приносит нам по десять тысяч долларов дохода ежемесячно, еще в Сусумане два артели отчисляют нам солидные деньги за предоставленные карты месторождения золота с детализацией распределения металла по площади и глубине залегания. Правда уже не знаем, на что нам эти рубли тратить, когда попадем «под колпак», возможно, что эти счета просто арестуют, ну или заблокируют на время. По крайней мере нам будет очень сложно ими будет воспользоваться.
Погодины не захотели сидеть на шее у сына и предложили Смиту свою помощь – Николай Александрович был инженером по ремонту и обслуживанию приискового оборудования – работал главным механиком прииска, а Мария Григорьевна работала бухгалтером. Нейросети многократно усилили их возможности в профессиональном плане, поэтому Смит с удовольствием принял это предложение и не обидел их зарплатой, которую они с лихвой отрабатывали. Отпуска на Колыме два месяца в год, а если берешь отпуск за три года – это шесть месяцев, то тебе и семье оплачивается дорога туда и обратно, причем самолетами (другим путем на Колыму трудно попасть). Вот и взяли наши родственники отпуска по шесть месяцев, давая нам время для того, чтобы установить контакт с властями.
Мы с Погодиным, как и планировали, отправились на рыбалку на Аян-Юрях. На попутках добрались до моста, оттуда пешком добрались до пещеры. Сходили на полигон, где работал прииск, он был на три километра дальше пещеры с челноком, отметились там, чтобы нас видели, что мы рыбачим. Потом, в соответствии с придуманной легендой, пошли в пещеру, и «обнаружили» там челнок.
Я оттуда на дроне перелетел в США, а Погодин через два часа пошел на полигон – там была рация, чтобы вызвать милицию и КГБ. Полчаса ходу пешком по проторенной дороге, и он прибыл на полигон.
– Мне нужно вызвать сюда сотрудников КГБ – сказал Погодин начальнику полигона Ефимову, когда пришел туда.
– А что случилось парень? – спросил тот.
– Вам лучше не знать, просто вызовите сюда сотрудников КГБ, есть дело по их ведомству. Пусть прихватят эксперта с фотоаппаратом – настаивал Погодин.
Начальник не стал спорить с ним и вызвал через милицию сотрудников КГБ. Через три часа на полигон прибыл УАЗ с тремя сотрудниками КГБ, один из них был экспертом – с чемоданчиком.
– Ну что тут у вас случилось? – настороженно спросил главный из них.
Начальник полигона показал на Погодина – Он вызывал вас, отказался суть изложить, сказал, что лучше мне не знать.
– Ну рассказывай – пойдем в машину – пригласил его майор Соткин, заместитель начальника районного отделения КГБ.
– Проедем в пещеру, это километра три назад надо проехать – сказал Погодин, усевшись в машину.
– А что там? – спросил майор.
– Давайте вы сами посмотрите, и решите, стоит ли об этом вслух говорить – сказал Погодин. Все эти диалоги мы с ним проговаривали, чтобы они достовернее звучали.
– Ну ладно, поехали – согласился майор и они проехали к пещере.
– Вот тут пещера – показал Погодин. – Пройдёмте туда.
Сотрудники прошли с ним, водитель остался в машине.
– Это инопланетный корабль, мы с другом его случайно обнаружили. Зашли в него, нам стало дурно, мы потеряли сознание. Когда я очнулся, друга не было рядом – сообщил Погодин. – Вот дверь в этот корабль.
– Стой! Не трогай! – майор трясущимися руками схватил его за одежду.
– Да я там был уже и спокойно вышел – сказал Погодин. – Но Кости там нет.
– Постой все равно – тяжело дыша попросил майор. Остальная группа стояла окаменевшей, во все глаза рассматривая космический корабль пришельцев.
– Ну так что вы так и будете стоять тут? – спросил Погодин. – Я думал, что вы сфотографируете этот объект и отправите фотографии в Москву.
– Да, так и поступим – разморозился майор. – Алексей, делай снимки корабля.
Глава 4
Эксперт Алексей открыл свой чемодан, достал фотоаппарат и стал делать снимки снаружи. Затем стал фотографировать, обходя со всех сторон челнок – мы его переставили так, чтобы он был со всех сторон доступен для осмотра.
– Ну что – будем открывать или дождемся команды из Москвы? – спросил майор, по сути, у самого себя.
– Так давайте откроем, коли молодой человек там бывал – предложил эксперт, которому не терпелось посмотреть на это чудо техники.
– Открывайте дверь Валерий – доверил майор эту почетную миссию Погодину. Тот открыл дверь, и они увидели достаточно просторный коридор, освещенный яркими светильниками с потолка.
– А с чего вы взяли, что это космический корабль? – спросил майор.
– В конце коридора вход в рубку управления, там сразу станет все ясно – ответил Погодин.
– Ну так. Лейтенант, вы остаетесь снаружи, страхуете нас, и, если нам потребуется помощь, вызовите её – приказал майор. – А мы с Алексеем и Валерием двинемся осмотрим рубку.
Они прошли в корабль, прошли по коридору в рубку управления. Они открыл дверь в нее, загорелся свет. На стенах отображалась в цвете и с фотографическим качеством окружающая обстановка, в том числе стоящий возле дверей лейтенант.
Майор сглотнул от волнения слюну – Это точно неземная техника! – сказал он. – Фотографируй Алексей.
Алексей начал щелкать затвором фотоаппарата, а Погодин подключил на монитор наружную камеру на дроне, на экране увидели свою машину и водителя возле нее.
– Да, колоссально! – с восторгом произнес Алексей, делая снимок экрана.
– Ты в другие помещения заходил? – спросил майор у Погодина.
– Первое слева – там что-то типа кровати, там отлеживался, в себя приходил – ответил он, легализуя таким образом легенду о попадание в него нейросети.
– Пойдем туда – приказал майор, и они вышли из рубки. Прошли в медицинский блок, там Алексей сфотографировал медкапсулу и окружение.
– Все достаточно. Лейтенант, вы остаетесь тут охранять этот объект особой секретности. Вам пришлют смену и инструкции – приказал майор. – Ни с кем не общаться на эту тему, кроме доверенных сотрудников КГБ.
Лейтенант козырнул в ответ, взволнованно ответил «Есть»!
– Едем в Сусуман! – приказал майор. – Ты с нами – обратился он к Погодину. – В машине не разговаривать на эту тему, водителю ни к чему знать подробности, они секретны.
Они уселись в машину и поехали в Сусуман. Через три часа они были в райотделе КГБ, майор доложился начальнику райотдела КГБ подполковнику Седому. Тот тут же связался по ЗАС с Магаданом, с начальником областного управления КГБ генерал-майором Авдотьевым, доложил обстановку. А тот в свою очередь, не задерживаясь, позвонил по ЗАС напрямую председателю КГБ Андропову.
Интерлюдия
Андропов говорил по телефону с начальником областного управления КГБ по Магаданской области Авдотьевым.
– Говоришь, что фюзеляж у него как у Ил-18 или даже больше? Такая громадина? Вывезти можно оттуда? Сейчас же отправлю к тебе бригаду экспертов. А? Что? Он в рабочем состоянии? Телевизоры светятся, и свет там есть? Я-то сначала подумал, что это останки от корабля! Так, тогда на подбор экспертов потребуется время. Ты пока там охрану организуй, оцепи район, как полагается.
– Юрий Владимирович, а что с парнем делать, который этот корабль обнаружил? Он был с другом, который пропал – спросил генерал Авдотьев.
– Ну пока придержите его у себя, но только не обижать его, попросите его консультировать вас. Ну и дела! Звони, если что новое обнаружите. И организуйте поиски его друга – может недалеко в тайге бродит – приказал Андропов.
После этого Андропов позвонил Брежневу.
– Леонид Ильич, тут такое дело, в Магаданской области в пещере обнаружили действующий космический корабль пришельцев.
– Ничего себе новости! Он летает? – спросил Брежнев.
– Пока неизвестно, но свет в нем есть, экраны светятся, показывают окружающую обстановку – ответил Андропов.
– Пошлите туда кинооператоров, пусть фильм снимут подробный о нем. Пока тему надо засекретить! – приказал Брежнев.
– Будет сделано Леонид Ильич! Тему мы сразу засекретили – ответил Андропов.
– И вот еще что Юрий Владимирович. Изучать бережно, вдруг он летать сможет… Может и нашу экспедицию на Луну свозить сможет. А то американцы одну за другой экспедиции туда посылают, а мы только автоматы – попросил Брежнев.
– Разумеется Леонид Ильич, я все понимаю, только бережное изучение матчасти – пообещал Андропов.
– Я дам команду Гречко, чтобы он ваш район прикрыл ПВО, от американской воздушной разведки – решил Брежнев.
– Так может пока не стоит привлекать внимание американцев? – спросил Андропов. – Корабль в пещере находится, там и изучать его будем. А если примем решение перевозить его, тогда и позаботимся о ПВО – предложил Андропов.
– Хм, согласен, ни к чему лишнее внимание привлекать к району – согласился Брежнев. – Как будут новости – звони в любое время дня и ночи! – попрощался Брежнев.
После разговора с Брежневым Андропов вызвал своего заместителя Цвигуна.
– Степан Кузьмич, тут такое дело возникло, настолько важное, что только тебя могу назначить курировать его. Обнаружили в Магаданской области инопланетный корабль, и что самое важное – он в рабочем состоянии. Надо собрать группу экспертов у нас в Москве и вместе с ней отправиться на место, осторожно изучить этот корабль. Можно ли его использовать, Леонид Ильич в этом очень заинтересован, особенно в лунном аспекте – понимаешь, о чем я?
– Да, понимаю! Сейчас же этим займусь! – подскочил Цвигун. Не часто в жизни такие события происходят.
Он прошел в свой кабинет, вызвал своего заместителя и стал с ним формировать команду экспертов, которых можно привлечь к изучению иноземного космического аппарата. За три часа они справились и выдали предписания для командирования десятка специалистов в области проектирования космических кораблей. Утром следующего дня бригада специалистов на военном самолете Ил-18Д вылетела в Магадан. Народ ничего не знал, зачем их собрали. Взъерошенные они сидели на креслах и пытали друг друга о том, зачем их собрали вместе. Самолет садился на заправку в Новосибирске и Якутске, там сразу доставляли в самолет горячие обеды для пассажиров и экипажа. После Якутска самолет сразу полетел в Сусуман, минуя Магадан. К вечеру самолет приземлился в аэропорту Берелёх города Сусуман – хоть аэропорт и был маленьким, но Ил-18Д принимать мог, этот самолет был непритязательный к аэродромам.
К этому времени районный отдел КГБ оперативно освободил в поселке Аян-Юрях два дома для проживания экспертов, туда завезли все необходимые припасы и одежду – накомарники в первую очередь, чтобы москвичей местные комары не съели. Зачем везут экспертов сотрудники КГБ не знали, но лишних вопросов не задавали.
Вечером эксперты уже изучали снимки внутренностей корабля, его виды снаружи, расспрашивали Погодина о корабле. Тот пока помалкивал, особо не светил свои знания – мы с ним решили, что он это сделает на корабле – обнаружит, что может им управлять мысленно.
Утром все вместе на вахтовке отправились на Аян-Юрях, через три часа Погодин провел их в корабль, местные чекисты решили отстраниться от этого, коли есть добровольный помощник. Они откровенно побаивались этого корабля – второго парня-то так и не нашли.
Эксперты облазили весь корабль, добрались до двигательного отсека, дальше которого их не пустили – мигающая лампочка со значком, понятым ими как радиоактивная опасность, остановила их. К тому же жесткая инструкция бережного изучения на предмет использования не позволяла что-то ломать.
Через три часа собрались все вместе в рубке управления. Руководитель группы Виктор Николаевич Бранец, один из главных конструкторов НПО «Энергия», начал совещание.
– Так товарищи, какие выводы можно сделать на данный момент? – спросил он.
– Корабль функционирует, у него работает ядерный реактор. Судя по этому, он тут появился недавно, поскольку ядерный реактор требует регулярной замены топлива, хотя бы раз в пять лет – выдал свое суждение двигателист Киров.
– Этот реактор термоядерный, холодного цикла – сказал Погодин.
– Ты откуда знаешь? – удивился Киров.
– Да у меня в голове готовый ответ как бы появился – ответил якобы удивленный Погодин.
– Так, что еще можно сказать? – спросил Бранец.
– Система управления либо удалена, либо действует по непонятным принципам – никаких ручек управления в рубке не обнаружено – сообщил Афанасьев, специалист по системам управления.
– Корабль управляется с помощью нейросети – сообщил Погодин.
– Ты откуда знаешь? – удивился уже Афанасьев.
– Да как-то в голове появился ответ – растерянно произнес Погодин.
– Как у тебя это появляется в голове? – рассерженно спросил Бранец.
– Да вот так, как-то знаю я все про этот корабль. И управлять им могу – также растерянно ответил Погодин. – Это у меня в голове имеется.
– Покажи, как им управлять – попросил Афанасьев.
– Смотрите на экраны – и Погодин вывел на них схему корабля – термоядерный реактор, система подготовки тяжелой воды, гравитационный движитель, отсеки.
Несколько человек защелкали затворами фотоаппаратов. В рубке управления царила тишина.
– Это очень интересно – сказал Бранец. – Корабль может летать?
– Может – уверенно ответил Валера. – Могу сейчас вывести его из пещеры.
– Нет, не стоит это делать без санкции сверху – остановил его Бранец.
– А на каких принципах построен термоядерный реактор? – спросил Киров.
– Вот его схема – показал на экране Погодин.
– Так это же Токамак классический! Только мы его не смогли заставить работать – воскликнул Киров.
– Корпус выполнен из специального сверхпроводящего материала – ответил Погодин. – Это ноу-хау фирмы «Теплон» с планеты Кора. При иссякании запасов топлива остаточная реакция сжигает внутренности реактора, поэтому он сам готовит для себя топливо – тяжелую воду. Его невозможно остановить без разрушения.
– А что из себя представляет гравитационный движитель? – спросил Афанасьев.
– Для его изготовления используется минерал гравилит, добываемый только на планете Ро в созвездии Цаги – ответил Погодин.
– Откуда ты это все знаешь? – спросил удивленный Бранец.
– Не знаю, это все у меня в голове имеется – ответил удивленный Погодин.
– Это просто здорово, что у тебя в голове все это имеется – сказал Бранец задумчиво. – Что еще можешь рассказать про корабль?
На челноке
Погодин начал рассказывать про корабль.
– Этот корабль попал сюда десять тысяч лет назад – сказал Погодин. – Дальше мне не рекомендовано рассказывать эту информацию техническим специалистам. Это информация для политиков. Спрашивайте техническую информацию, что у меня имеется – вам выдам.
– Хм, надо же так, не рекомендовано… Ну что же, давайте техническую информацию будем спрашивать. Задавайте вопросы товарищи – разрешил Бранец.
– Какая грузоподъемность у этого корабля? – спросил Киров.
– Корабль может поднимать сто тонн груза в своих трюмах – ответил Погодин.
– А на какую орбиту? – удивленно спросил Киров.
– На любую, может разгоняться до скорости тридцать километров в секунду с максимальным ускорением пятьдесят метров в секунду в квадрате – пять земных ускорений – ответил Погодин. – Но для комфортного полета обычно используется не более одного земного ускорения.
– Ничего себе! – воскликнул Киров. – Это до Луны можно долететь за шесть-восемь часов!
– Да, примерно так – подтвердил Погодин.
– А у корабля есть переходной отсек, чтобы выходить в безвоздушное пространство? – спросил Бранец.
– Да, имеется шлюзовая камера, в ней отсек со скафандрами, два штуки. Еще два скафандра находятся в ангаре с дронами – ответил Погодин.
– Блин, это целая космическая кладовая! – воскликнул Афанасьев.
– Вот эта камера показывает ангар – показал рукой Погодин на экран.
Мы убрали из ангара большие дроны для перевозки людей, оставили только служебные дроны для обслуживания корабля на поверхности и в космосе.
– А вот на этом экране шлюзовой отсек для выхода в безвоздушное пространство в космосе или на Луне – показал Погодин. – Дверь из коридора в ангар герметичная, челнок может открывать люк ангара наружу для вывода или забора объектов из вакуума. Воздух из него откачивается с целью экономии.
– Как быстро мы можем организовать экспедицию на Луну? – спросил Бранец.
– Да хоть сейчас, но для этого требуется разрешение от главного корабля – сообщил Погодин.
– А связь с главным кораблем имеется? – спросил Бранец.
– Да, уже имеется – ответил Погодин и вывел на экран мою рожицу.
– Приветствую вас товарищи – поздоровался я. – Меня зовут Константин Корбин, волей случая я назначен капитаном головного корабля. Вы хотели слетать на Луну? Это возможно, но надо договориться о цене полета с вашим руководством.
– Ой! Костя нашелся! – обрадовался Валера, притворно, конечно.
– Ээээ – это ваш пропавший друг? – растерянно спросил Бранец, глядя на экран.
– Да, это он. Видимо его забрали на головной корабль, а меня тут оставили – сказал Погодин.
– Так, нам надо обсудить ситуацию с руководством. Изучать тут похоже нам нечего, поехали в Сусуман – скомандовал Бранец, команда собрала свои инструменты, и все вышли из корабля. Расселись по машинам, и колонна двинулась в Сусуман.
– Чертовщина какая-то! Как вы управляли кораблем? – спросил Бранец.
– Ну просто желал того или другого, например в ангар посмотреть или в шлюзовой отсек. План корабля посмотреть – а он все показывал – ответил Погодин.
В Сусумане экспертов высадили у гостиницы, а Бранец с Погодиным поехали в райотдел КГБ, где их ждал с отчетом Цвигун.
– Ну чем порадуете? – спросил у Бранца Цвигун.
– Я привез с собой пилота этого корабля – с ошалевшим видом сообщил Бранец.
