Текст книги "Повторная молодость (СИ)"

Автор книги: Валерий Кобозев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 15 страниц)

Данных по нашим ракетам «Кинжал» у меня не было, поскольку на конец моей жизни в 2025 году таких данных в открытом доступе не было. Были только общие описания этой ракеты. А вот как преодолеваются проблемы с плазмой вокруг головной части информации не было.

– Это очень интересный вариант противокорабельной ракеты, да и вообще ракеты, скажем малого радиуса действия – согласился Устинов, записав мое предложение в блокнот.

Мы с ним поговорили еще на прочие темы, связанные с вооружениями, и закончили разговор.

Сидя в машине, я раздумывал, а вообще зачем меня Устинов к себе приглашал? В общем-то у нас с ним шел разговор ни о чём... Может быть он хотел кое-что для себя прояснить в связи с моим докладом? Но я у него узнал много полезной информации – снят с повестки дня вопрос о строительстве подводных лодок типа «Акула» и ракет Р-39, огромная дыра у нас была от них в бюджете. Помнится даже Макеев говорил, что ракетное топливо для Р-39 дороже черной икры.

Проект самолета Ту-160 тоже положен под сукно – опять огромная экономия бюджету, вместо них будут производить что-то подобное американскому Б-52, долгожителю стратегической авиации, он и в 21 веке летает. Хотя я подкинул тему гиперзвуковых ракет, появятся «Кинжалы» пораньше в СССР. И они реально могут помножить на ноль доминирование авианосцев США в мировом океане в случае конфликта. И похоже, что к авианосцам наши тоже охладеют из-за этого, хотя кто его знает?

Вернулся на квартиру, позвонил Валентине – она же квартиру с телефоном сняла, ну как без него? Поболтали, договорились встретиться у нее, мне назначили время через час, чтобы она могла свои перышки почистить, красоту навести.

Встреча прошла на высшем уровне, я прихватил бутылку хорошего красного вина и всяких деликатесов из спецмагазина, фруктов. После яркой встречи в спальне – давно не виделись, продолжили вечер, пели песни – ну куда без этого. Валя играла на пианино – оно стояло на квартире, она вызывала настройщика для него, я играл на гитаре – Валя позаботилась и об этом.

Глава 23

Ночевать я остался у своей подруги, о чем сразу предупредил охрану. Утром Валя ушла на занятия, я отправился по делам – посетил Маликова и «Самоцветы». Он рассказал, что готовятся гастроли в ФРГ, немцам очень зашли песни на английском цикла «Модерн» (так я ему их обозначил без расшифровки).

– Валера, представляешь! Нам будут командировочные в валюте платить! – восторгался Маликов.

Я читал про эти командировочные – и смех и слезы. Но сам я ничем не мог помочь – мои рубли в доллары и марки конвертировать было невозможно. Сам я невыездной, валюта мне не нужна, в спецмагазинах есть все то, что продается за валюту в «Березке».

Для дела все, что требуется, КГБ закупает за рубежом из своих фондов.

Я как-то сразу смирился с этим. Но надо задать этот вопрос Андропову – из-за этой неоправданной скупости палятся и попадают на крючок западных спецслужб много наших людей. И надо больше импортных товаров завозить в СССР, коли сами их не можем производить.

Андропов

Только вернулся на свою служебную квартиру поступил вызов от Андропова.

– Я становлюсь популярным в Москве, однако – хмыкнул я, собираясь к секретарю ЦК КПСС по идеологической работе и куратору КГБ.

– Здравствуйте Валерий Иванович! – поздоровался за руку со мной Андропов. – Вот занимаюсь тут чисткой идеологического отдела от людей, которые смотрят в прошлое. Кроме цитирования цитат классиков марксизма ничего не умеют делать. А нам надо думать, как нашу страну в будущее вести.

Ваши записи относительно объективного характера прибавочной стоимости мы с молодыми и энергичными сотрудниками нашего отдела обсудили на семинаре, в том числе учитывая наш опыт по уголовным делам в сфере торговли, и пришли к выводу, что это утверждение скорее всего верное. Изучили наш послевоенный опыт по работе с кооперативами – так это, по сути, были частные предприятия! Но были и ограничения для них – работать в нем могли только члены кооператива, которые, впрочем, достаточно легко обходились. Главное, что они практически всю страну снабжали товарами народного потребления. В общем решено возродить это движение, ну а точнее говоря кооперативы. И на селе мы решили применить такую же форму для производства сельхозпродукции, причем разрешаем нанимать работников в любом количестве. Главное – это соблюдения требований по фонду зарплаты, таких же, как для госпредприятий. Ну и контроль будет таким же строгим. Ну а прибыль, если она идет на выплату дивидендов, после налогообложения, выплачивается в виде премии учредителям кооператива, или же работникам, если учредители так решат. А если они прибыль вкладывают в развитие производственной базы, то она налогом облагается не будет. Это позволит быстрее насытить рынок необходимыми товарами и развивать их производственную базу.

В этом плане нам было легче решить вопрос об акционировании государственных предприятий, которые занимаются выпуском товаров народного потребления – сейчас разрабатывается законодательная и нормативная база для этого. Тут мы сделали этот необходимый идеологический переход и признали эквивалентность личной и частой собственности. Как вы подсказали, обосновали это тем, что теоретики марксизма изучали этот вопрос в 18 и 19 веках, а уже конец 20 века, изменились и производства, и производственные отношения, и население. Нет сейчас чисто эксплуатируемых классов, та же поденная работница имеет возможность приобрести акции любого предприятия и получать от них дивиденды. Мы признаем в этом свои идеологические ошибки, и тут же начинаем их исправлять – акционируем те предприятия, которые производят товары для народа.

– За эти действия, по производству этих товаров, нужных для народа, сейчас под судом меховая мафия – напомнил я Андропову. – По моим предсказаниям, троих из них расстреляют. Они, конечно, нарушили закон, но они могут компенсировать нанесенный ущерб – пускай наладят выпуск шуб в местах лишения свободы, как в свое время действовал Сталин, организовывая шарашки из врагов народа и провинившихся инженеров, и конструкторов.

– Да, я лично отстаивал это уголовное дело – много покровителей наверху у них нашлось. Но сейчас они действительно под судом... Я обсужу этот вопрос с генеральным прокурором, чтобы он снял требование о высшей мере для них – ответил Андропов. – И правда, попробуем их использовать для дела!

– В качестве поощрений для них предоставляйте возможность свиданий с женами или любовницами, иначе не захотят работать – улыбнулся я.

– Все верно вы отметили – улыбнулся и Андропов. И немного погодя, помявшись – я видел его внутреннюю борьбу спросил – Вы ничего не можете сказать по поводу моего здоровья?

– Вам надо сделать трансплантацию почек, у меня вылетела эта информация, они вас сведут в могилу. У нас в стране делают такие операции, ваши почки можно не трогать, можно поставить дополнительную почку параллельно или последовательно с вашими почками. Да и ваши почки тоже можно включить последовательно – сообщил я Андропову важную информацию.

– Хм, однако… Почки меня действительно беспокоят, но врачи уверяют, что медикаментозных курсов будет достаточно – удивился Андропов.

– Нет, недостаточно, у меня было четкое видение. Выход только один – трансплантация донорской почки – это уже моя рекомендация без всякого видения. А вот насчет того, что у нас эти операции успешно проводят видение было – сообщил я.

– Ну да, поставить дополнительную почку не так страшно, чем заменять свою – сказал Андропов задумчиво.

– Вам надо серьезно заняться своим здоровьем – посоветовал я.

– Вы что-то видели насчет здоровья Брежнева в своих видениях? – прямо спросил Андропов.

– Что-то мелькает, вы же сами понимаете, малейшие изменения сильно влияют на будущее – ответил я уклончиво.

– Можете прямо мне ответить, сколько протянет Брежнев? И я? – спросил Андропов.

– Все зависит от вас. В моих первоначальных видениях была зависимость Брежнева от какого-то препарата, нембутала кажется, который ему подсунула медсестра вопреки указаниям врачей, и он от него уже как сомнамбула ходил, мало чего понимая. Но уже не помню, когда это случилось, сколько лет еще до этого. Пусть так и идет как шло. А вот вам надо заняться почками – ответил я. – Иначе больше десяти лет не протянете – в конце концов решил выдать я.

– А можно поправить здоровье Брежнева? – спросил Андропов.

– Я не врач, и далек от медицины. Ничего не могу сказать. Насчет вас были видения, насчет Брежнева – только в общих чертах. Что он будет проситься в отставку по состоянию здоровья, а Политбюро не отпустит, хотя ему действительно будет пора на покой. Вам надо будет подставить ему свое плечо – брать на себя его обязанности. Но это уже чисто мое предложение, без всяких видений. Все равно вам придется поднимать за ним флаг – это уже четко мое видение, но до всех моих вмешательств в реальность.

– Даже так? – посмотрел мне в глаза Андропов.

– Раньше это было так, но сейчас, благодаря моим предсказаниям, многое меняется – ответил я прямо.

Я уже сам не был уверен, что история пойдет по тому же пути, что и в моем времени. Но я продолжил выкладывать свои предвидения.

– Я еще четко увидел, что несколько человек из власти нанесут огромный ущерб стране в будущем, их надо отстранить от власти как можно раньше.

Первый фигурант – Горбачев, первый секретарь Ставропольского крайкома, наверняка вы его знаете – демагог первостатейный.

Второй Александр Яковлев, по неподтвержденным данным будет завербован в Канаде, где он сейчас работает послом.

Следом за ним Шеварднадзе, он националист, который ненавидит нашу страну, и будет делать все, чтобы нанести ей как можно больший ущерб. Он сейчас руководит Грузией и вроде бы успешно, но настанут другие времена, и он покажет свои истинное «я».

Следующий фигурант Ельцин, сейчас работает заведующим отделом строительства Свердловского обкома, затем станет главой обкома. Ради своей карьеры и власти готов на все, даже разрушить СССР. У этого человека нет принципов, кроме собственной выгоды.

– Страшные вещи вы говорите... Я знаком с тремя людьми, и о двух них только положительные отзывы... Насчет Яковлева – его поэтому и отправили послом в Канаду, потому что не справлялся с работой. О Ельцине я не слышал.

– Видите, когда человек сидит внизу, он хороший и исполнительный. А вот когда забирается наверх – тут выясняется, что у него свои взгляды на жизнь и общество – пояснил я. – Насчет Горбачева – сделайте негласную проверку его деятельности, мелькали данные о приписках на этом посту, что вся мелиорация была липовая. Даже если это не так, то пусть остается руководить краем до самой пенсии, в ЦК продвигать его не следует. И то же можно предложить по Шеварднадзе – пусть руководит Грузией до пенсии, только надо держать его на коротком поводке, как и все эти кавказские республики. Делать госприемку их продукции на территории РСФСР, чтобы брак не засчитывался в реализацию продукции.

– Да, знаю я об этом, что многие заводы в Закавказье гонят сплошной брак – усмехнулся Андропов. – Займемся и этим в рамках экономической реформы, Косыгин сейчас ей занимается.

– Вот еще предстоящее событие – его легко купировать. Один офицер посчитал, что партия и правительство отклонилось от истинного ленинского курса и поднял восстание на корабле. В общем запутался человек в своих идеологических изысканиях. А ущерб нам нанес огромный. Надо как-то с ним поработать, вправить ему мозги.

9 ноября – на большом противолодочном корабле «Сторожевой» Балтийского флота произошло выступление моряков под руководством капитана 3-го ранга В. М. Саблина, направленное против политики КПСС. При попытке уйти в Швецию корабль был перехвачен авиацией и вынужден к сдаче.

После небольшой паузы Андропов сказал: – Да, есть над чем нам работать, коли офицеры поднимают восстание. Решим этот вопрос – не будет восстания на корабле.

И добавил:

– Принято решение перебазировать вас в Москву, мы уже подобрали квартиру вам на Чистых прудах, шесть комнат, обстановка по высшему классу, даже рояль имеется – сообщил Андропов. – К лету будет готовы дача в Переделкино, как полагается члену союза писателей и союза композиторов СССР, а также госдача в Крыму. Вам тут будет гораздо комфортнее, чем в Томске.

– А как же институт? – спросил я.

– Решен вопрос о вашей досрочной защите диплома, до Нового Года вы должны все закончить. Институт сам предложил для вашего диплома тему бестрансформаторные преобразователи напряжения, которые вы продвинули на своей кафедре. Так что до Нового года получите диплом и переедите в Москву.

На этом встреча с Андроповым закончилась, я вернулся в свою квартиру, несколько ошалевший от таких новостей.

– Валерий Иванович, может вас отвезти на вашу новую квартиру? – предложил лейтенант Овечкин, который сопровождал меня в Москве на этот раз.

– Да, давай переедем туда, коли уж мне ее выделили – согласился я.

Через час я ходил по комнатам огромной квартиры на Чистых прудах, офигевая от такой роскоши. Это была как минимум квартира министра, примерно сто пятьдесят квадратных метров, но ни это главное – в той жизни у меня на каждом из трех этажей моего дома по столько было, главное было с какой роскошью она была отделана. Мой дом в прошлой жизни бледнел в сравнении с этой квартирой, хотя там была достаточно богатая отделка. Белый рояль Стейнвей стоял в концертной студии, в которой было не стыдно принимать знаменитых артистов. Ну и вся остальная обстановка соответствовала этому стилю.

Хотя эта квартира была государственная, но для меня это не имело значения. Я настолько тесно был с ним связан, что если «упаду с Олимпа», то и всю мою собственность заберут, даже если я ее куплю за свои деньги. Так что с этими вопросами я не заморачивался.

– Здравствуйте, я Даша, ваша домработница. Мои услуги входят в вашу квартирную плату – сообщил молодая девушка в фирменной одежде, которую мы обнаружили на кухне. – В мои обязанности входит уборка, стирка, глажка и приготовление пищи. Я готовлю обычные блюда, если потребуется что-то сложное у нас в штате имеется профессиональный повар, который готовит лучше, чем в ресторане – сообщила Даша.

– Хорошо Даша, буду иметь это ввиду. У нас есть что-нибудь поесть? – спросил я.

– Ничего нет, холодильник пустой. На завтра можете заказать что угодно – в спецмагазине я куплю все необходимые продукты – ответила Даша.

– Пожалуй мы с лейтенантом поужинаем в кафе, а вы закупите продукты долгого хранения – сухую колбасу, сыр, хлеб, сливочное масло – его в морозилке будем хранить. Ну еще по несколько банок красной и черной икры, крабового мяса, и пару банок тушенки. К ним соленья, зеленый горошек и прочие вкусности в банках. Да, пару бутылок сухого красного вина, хорошего, подороже – французского или итальянского. Вот деньги. Вечером с этим чаю попьем. Я скорее всего завтра уеду в Томск надолго, так что нет смысла заниматься готовкой – пояснил я.

Мы с лейтенантом поужинали в кафе, вернулись домой. Я позвонил Вале, чтобы она приехала на новую квартиру.

Мы с ней тихо отпраздновали мое новоселье, пили вино, пели песни. Она прихватила для меня гитару, а сама играла на рояле, восхищаясь им – Стейнвей одним словом!

– Надо тебе освоить рояль, на нем гораздо красивее музыка звучит, чем на гитаре – уговаривала она меня.

– Вот ты и будешь на нем играть – усмехнулся я.

– Если бы я действительно писал музыку, это имело бы смысл, а я ее просто списываю из будущего – подумал я про себя.

На следующий день я проводил утром Валю на занятия, сам посвятил день закупкам всяких мелочей для Томска – мне там еще три месяца жить. Вечером вылетел в Томск.

Томск

Вернувшись в Томск, я занялся учебой. Ну точнее ее завершением. Руководителем дипломного проектирования мне назначили Петра Владимировича, мы с ним сели за стол и составили план моей работы, чтобы к двадцатому декабря выйти на защиту диплома. Он уже все подготовил, что было необходимо, устроили групповой экзамен по специальности в виде собеседования. Преподаватели физики полупроводников, технологии производства РЭА, технологии обработки металлов и других специальностей в течение дня пытали меня по очереди, меняя друг друга. Эти знания у меня были из прошлой жизни, но кое-что помогала вспомнить моя идеальная память. По общественным наукам мне поставили автоматы – свой парень, что его экзаменовать? Эта необходимая часть учебы была выполнена за неделю – я получил в ведомость все необходимые к диплому зачеты и оценки. После этого я приступил к написанию диплома. Пришлось вновь заниматься экономикой проекта, чертить сетевые графики, делать расчеты стоимости производства источника питания. Через пять недель диплом был написан. Каждые выходные ко мне прилетала Валя, лечила бедного студента от перегрузки учебой. А один раз на свой день рождения я летал в Москву, отметили его вместе с Валей в ресторане ЦДЛ. Двадцать лет – круглая дата, что не говори. Вечер получился интересный.

Мы с Валей поглощали деликатесы, и когда перешли к десерту, кто-то из музыкальной тусовки заказал песню для «композитора Валерия Крапивина, который сегодня отмечает свой день рожденья». И тут началось...

Пришлось и нам с Валей спеть песню – у нас была хорошо отрепетирована «Листья желтые», мы ее и жахнули во всю мощь ее красивого меццо-сопрано и моего грубого тенора. Народ был в восторге, хлопали не жалея ладошек. Я представил певицу – Валентина Снегина, студентка Гнесинки, третий курс, начинающая и очень перспективная певица!

Глава 24

ЦДЛ

Публика в ЦДЛ была культурная, больше к нам не приставали с просьбами спеть – понимали, что я отдыхаю и отмечаю свой праздник. Но через час к столику подошел импресарио оркестра, как он представился Семен Будницкий, спросил разрешения обратиться с просьбой к моей спутнице. Я, конечно, разрешил и пригласил его присесть к столу.

– Нам очень понравилось ваше выступление, не желаете петь в нашем музыкальном коллективе? – спросил Будницкий у Вали.

– Ну если только по вечерам в будние дни – я же учусь – ответила Валя.

– При условии соответствующей оплаты – добавил я.

– А по выходным? – спросил Будницкий.

– По выходным я занята – сказала Валя, взглянув на меня.

– Мы по выходным репетируем новые песни – сказал я с ухмылкой.

– Хорошо-хорошо – сказал Будницкий. – Нас устроит и по будним дням ваши выступления. По сто рублей за вечер будет достаточно вам? – спросил он.

Валя взглянула на меня и кивнула – Достаточно. На первое время – добавила она солидным тоном. Импресарио вручил ей свою визитку, договорился с ней о встрече в понедельник в пять вечера.

– Круто!!! – шепотом прокричала Валя. – Я получила работу!!! Офигеть! Я в месяц буду зашибать по две тысячи рублей!!! Как настоящая певица!

– Только сразу себе уясни – конкуренция тут высокая – это раз. Алкоголь должен быть для тебя под полным запретом – только со мной будешь вино пить – это два. Ну и осторожнее с едой – можно быстро жиром заплыть на тутошних разносолах – только овощные салатики и чистое мясо, отварную говядину – посоветовал я подруге.

– Да какое вино! За такие деньги я вообще готова его не пить! – шептала Валя. – А насчет вкусняшек – так я давно на диете. Думаешь так просто держать такую красивую фигуру как у меня? – гордо взглянула она на меня. – И у меня не только диета, но и ежедневные занятия физкультурой, по полчаса качаю пресс, ягодицы, растяжки делаю. Мне же на сцене иногда и танцевать приходится!

– Ну я рад за тебя, теперь ты у меня будешь на самообеспечении – улыбнулся я.

– А я-то как этому рада! Родителям теперь смогу помогать. Они хоть у меня молодые и здоровые, но таких заработков у них нет – сказала Валя.

– Ну за нашу восходящую звезду эстрады! – я поднял бокал с вином.

Мы отлично провели с ней вечер в ресторане, неоднократно танцевали под музыку оркестра, потом вернулись в мою квартиру.

– Валера, ты мне отдашь какой-нибудь шлягер? – спросила Валя, когда закончилась наша очередная встреча в постели.

– Валя, я пока никому не отдаю свои песни – их могут петь все желающие. Я сотрудничаю с «Самоцветами», они делают для моих песен оригинальные аранжировки и регистрируют их в ВААП. Когда ты выйдешь на уровень первого голоса эстрады, тогда возможно я тебе буду отдавать песни на несколько лет в монопольное исполнение, но пока рано – ответил я с улыбкой. – Даже если мы расстанемся как любовники, то останемся друзьями и будем сотрудничать как композитор и певица.

– Ты классный! – с этими словами Валя впилась в мои губы жарким поцелуем, и мы продолжили наши любовные игры.

Двадцатого декабря 1974 года, как и планировалось, состоялась защита моего дипломного проекта. На нее пришли не только преподаватели, но и ребята из моей группы. Защита прошла без помарок и сразу объявили оценку «отлично».

После этого остались формальности – сдать все книжки в библиотеку, получить на руки диплом со свободным распределением.

Встреча с Ольгой

Бегая с обходным листом, в коридоре встретил Ольгу Крамер, свою однокурсницу, статную красавицу.

– Привет Крапивин! Ты куда пропал-то? – спросила она, подойдя вплотную ко мне, обжигая меня своим взглядом.

– Дела композиторские решал – улыбнулся я ей – хороша девица, ничего не скажешь, так и хочется утащить ее в свою пещеру и заняться с ней продолжением своего рода. Детишки у нас красивые будут… – появились у меня неправильные мысли при ее виде.

– Вот заскочил бумаги подписать и опять по делам умчусь… – сделала я паузу.

– Я без тебя скучала… – вздохнула Ольга. – И встреча в постели с тобой была незабываемой! – шепнула она мне на ухо, предварительно оглянувшись вокруг.

– Можем повторить, я сейчас один дома – усмехнулся я, глядя ей в глаза.

– Тогда чего мы ждем – пошли! У нас лекция еще – потом конспект перепишу! – с радостью сказала Ольга.

– Ну поехали, машина у подъезда стоит, белая «Волга». Выходи через минуты две после меня и сразу садись на заднее сиденье, чтобы не светиться – предложил я, как в детективных романах.

– Дай мне пять минут – надо старосте сообщить, чтобы не искали меня. Блин, а ты когда уезжаешь?

– Тебе могу уделить только эту ночь – сказал я.

– А! И этого будет достаточно! – решительно сказала Ольга и побежала искать старосту.

Я сел в машину, ожидая ее. Через пять минут она села в машину, и мы поехали ко мне домой.

– Валера, классная у тебя тачка! – удивилась Ольга.

– Это не моя машина, дали покататься – усмехнулся я.

– И кто такой щедрый? – спросил Ольга.

– Областное управление КГБ – ответил я.

– Ну не хочешь говорить – не надо – надула она губки.

– Все, приехали – сказал я, паркуя машину – ехать-то всего пять минут надо было.

Мы поднялись в квартиру, я помог девушке снять пальто, потом провел ее в комнату Миланы.

– Оля, давай переодевайся в легкую одежду, жарко у меня. Так, а давай-ка я тебе дам свою легкую одежду, пошли – пригласил я девушку осмотреть наряды Миланы, которые остались от её творчества для ролевых игр – форма медсестры, форма горничной с открытыми ягодицами.

– Сегодня ты будешь горничной, а завтра с утра медсестрой – сказал я с улыбкой. – Располагайся в этой комнате. Ванна знаешь где – сказал я.

Ольга с интересом рассматривала вещи, я оставил ее и пошел сам переоделся в домашнюю одежду. Потом накрыл на стол – подошло время обеда. Через минут десять вышла Ольга в форменной одежде горничной. Покрутилась кругом, демонстрируя свои прелести. Ну какой тут обед – сразу потащил ее в спальню.

После этого заставил ее переодеться в свою ночнушку, а то такой ее вид меня сильно возбуждал. В ночнушке на голое тело она выглядела более скромно, чем в этом костюме.

Мы подкрепились с ней, пошли в зал, я сел на диван, а она сразу уселась ко мне на колени, приподняв ночнушку, обвила меня руками и прилипла ко мне губами, целуя меня в шею и грудь. Это кончилось предсказуемо – мы быстро переместились в спальню. Такими темпами мы и до костюма медсестры не доберемся – подумал я. – До ночи выкачает у меня все силы. Хотя энергии у меня было достаточно – я уже пять дней не встречался со Валей – она была в Москве, а я в Томске.

Но после двух раз Ольга успокоилась и попросила меня что-нибудь спеть. Я взял в руки гитару и начал петь «Для меня нет тебя прекрасней…» смотря ей в глаза.

– Смотри, а то я поверю, что ты любишь меня – грустно сказала Ольга, когда я закончил петь. Ну я переключился на другую тему – «Не сыпь мне соль на рану…», потом еще несколько песен Добрынина.

– Валерка, давай выпьем что ли? Такие песни прямо говорят – надо выпить! – пошутила Ольга.

– Ну давай, что будем? Вино, шампанское или водку? – спросил я. За обедом я как-то не догадался даме вино предложить.

– Ну если вино хорошее, можно и вино – сказала Ольга.

Я принес в зал бутылку с сухим красным вином и шоколадные конфеты, всё в Москве покупал. Налил по бокалу, выпили за наше здоровье, я опять начал петь песни Добрынина.

– Давай еще по одной! – предложила Ольга, я разлил вино, мы выпили.

– С тобой так легко и беззаботно Валера – просто сказала Ольга. – Ну как я тебя на первом курсе упустила-то?

– Ты не любишь меня Оля, к чему себя обманывать? – улыбнулся я.

– Я была бы для тебя хорошей женой – вздохнула Ольга. – Дурак ты Крапивин, не можешь отличить любовь от привязанности. Может я единственная любовница у тебя, которая в тебя влюбилась и любит тебя по-настоящему.

– Не стоит тебе переживать по этому поводу, я еще лет десять-пятнадцать жениться не собираюсь. И женюсь на девушке, моложе себя лет на десять – сказал я.

– Да, вам мужикам только молоденьких подавай! – вздохнула Ольга.

– Ну для меня ты и так молодая, на полгода моложе меня, куда уж моложе? – спросил я удивленно.

– Да я про своего физрука говорю, мужику лет тридцать было, а ему нравились молоденькие девушки – сказала Ольга.

– Ну наверно, когда вы голыми задницами перед ним крутите, вот ему и хочется вас поиметь – улыбнулся я.

– О да, мы старались изо всех сил! – прыснула Ольга. – Откровенные гимнастические купальники, насколько можно делали, да еще и одевали их так, чтобы сиськи просто выскакивали из декольте при каждом прыжке! Я так вообще и без бюстгальтера ходила – у меня была грудь двоечка с плюсом, да еще и стоячая! Соски так и торчали из-под мягкого купальника, парни слюной истекали, глядя на меня.

– И как же он тебя совратил? – спросил я, поддерживая разговор, я чувствовал, что Ольге хочется выговориться.

– Да это сложно сказать, кто кого совратил… Я старалась обратить его внимание на себя изо всех сил, чуть из купальника не выпрыгивала. А когда он мне между ног засадил свой член, поздно было дергаться – ответила Ольга.

– Он тебя изнасиловал? – удивился я.

– Да нет, что ты… У нас с ним был настоящий роман… Жил он один, не женатый был. Дали ему комнату в заводском общежитии для семейных, ну а там кто только не жил. В том числе и семейные с детьми, которые были даже постарше меня. В общем там проходной двор был, так что я там могла спокойно появляться, не обращая на себя внимание. Он пригласил меня к себе на свидание, мы с ним долго беседы беседовали, разговаривали на разные темы, ну как полагается, когда люди знакомятся поближе. Так мы с ним встречались достаточно долго, целый месяц с к нему бегала в общежитие. Потом начали целоваться с ним, он меня ласкал своими руками, доводил до безумия, я ему все позволяла, в том числе и раздевать меня. И вот через месяц я стала сама его упрашивать сделать меня женщиной. Ну он и выполнил мою просьбу, но правда не сразу. Мне пришлось его еще целую неделю упрашивать, доказывать, что я очень хочу этого и поступаю осознано, понимая необратимые последствия! Вот так все это произошло. После этого мы продолжали встречаться еще два года, у нас с ним правда был настоящий роман! Я влюбилась в него, да и он тоже, как мне кажется. Больше ни с кем у него отношений не было, пока мы встречались – это точно!

Но мы оба понимали, что это временный роман, и он окончится с моим отъездом. Вот он меня и обучал меня житейской мудрости. Как мужа себе хорошего найти, как его к себе привязать. Что надо блюсти себя, скромнее одеваться, никаких вольностей не допускать, чтобы муж был спокоен за мою добродетель. Ну а что не девочка – в школе по глупости залетела, влюбилась в мальчишку, он тоже – так он меня учил отвечать на этот сложный вопрос. Вот так я и потеряла девственность и приобрела сексуальный опыт, но ни о чём не жалею – рассказывала Ольга улыбаясь. – Вот, собственно, и все. Я уехала поступать в Томск и наш роман завершился.

– Ну иди ко мне красотка, недотрога ты моя – протянул я руки к ней.

Ольга с готовностью села ко мне на колени, обвила меня своими руками, я поцеловал ее, прижимая к себе. Я поднял ее ночную рубашку, она помогла снять ее. Стал целовать ее груди, она застонала от страсти, и мы переместились в спальню.

После экспрессивной встречи в спальне привели себя в порядок, вновь подкрепились на кухне, махнули по двадцать пять граммов водки, закусывая салатами – их мне Шнайдер наделала. После этого переместились в зал, я опять взял в руки гитару и продолжил петь песни Добрынина. Ольга стала тихонько подпевать, прижимаясь ко мне. Волна теплоты к ней окутала меня, и она уже не несла сексуальный подтекст. Я также прижался к ней своей головой и продолжил петь песни – уже пошла в ход лирика Антонова.

Я был готов так всю жизнь рядом с ней провести – опять у меня появились неправильные мысли. С большим усилием отогнал их от себя.

– Валера, я, кажется, влюбилась в тебя, ну как я без тебя буду жить? – шмыгнула носом Ольга, вновь вгоняя меня в тоску.

– Ну это ты в песни влюбилась – остудил ее я. Еще мне не хватало – чье-то сердце разбить! – Давай выпьем вина – налил я бокалы. Мы выпили, пошли разговоры на отвлеченные темы – учеба, Ольга делилась своими планами.

Она училась на пятерки и планировала закончить институт с красным дипломом. Мы еще час сидели, прижавшись к друг другу, болтали обо всем на свете. Я пел песни, Ольга подпевала. Начали клевать носами – спать потянуло. Пошли в спальню, там у нас была нежная близость, после которой мы заснули, прижавшись к друг другу, ну прямо влипли в друг друга, и без всякого сексуального подтекста.

Но утро взбодрило нас – молодые организмы требовали своего! В общем хватило у меня сил и на костюм медсестры – Ольга одела его утром, на последнюю, прощальную встречу, интенсивно «лечила» меня в нем. Проводив Ольгу, я упал и отрубился до обеда – все силы у меня выкачала эта вампирша. Но сладкая вампирша…

Завершив дела в институте, занялся квартирой – отправил личные вещи в Москву, сдал квартиру в ЖЭУ.