Текст книги "Повторная молодость (СИ)"

Автор книги: Валерий Кобозев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 15 страниц)

– Эти танковые войска наносят ущерба стране больше, чем все враги – усмехнулся я.

Гречко просто взвился: Да как ты смеешь! – и дальше пошел набор идиоматических выражений, свидетельствующих о его презрении к таким как я. Но он быстро свернулся и попросил прощения у Брежнева: – Простите Леонид Ильич, наболело, когда всякие штатские, пороха не нюхавшие, учат фронтовиков.

– Зачем вам такое количество танков? Чтобы относится к ним как к металлолому? – спросил я. – У нас порядка сорока тысяч танков Т-55 и Т-62 выпущено, и их выпуск продолжается? Против кого мы сейчас воюем товарищ маршал? Против собственного народа, коли войны с внешним врагом не ведем? – продолжал я пикироваться с ним.

– Наши военные ответственно относятся к технике, и каждая единица обихожена в соответствии с уставами! – напыщенно ответил маршал, чего я и хотел услышать от него.

– Ну раз так, значит боеготовность танков у нас выше пятидесяти процентов? – спросил я.

– Ха, у нас боеготовность сто процентов! – уверенно ответил маршал.

– Так давайте проверим ваши слова – наш верховный главнокомандующий должен знать реальную картину в войсках. Предлагаю устроить внезапную проверку, которая покажет, какое количество техники у нас реально в строю, а какое просто ржавеет на полигонах – предложил я. – Уверен, что меньше половины техники выполнят армейские нормативы!

– Да как ты смеешь, крыса канцелярская! – подскочил Гречко. – У нас стопроцентная готовность армии!

– Ну Андрей Анатольевич, не кипятись. Давай проведем проверку и докажем КГБ, что они ошибаются с оценкой боеготовности армии – сказал примирительно Брежнев.

– Да сколько угодно! Мы регулярно проводим такие проверки – ответил Гречко.

–****–

Дорогие читатели!

Прошу вас не забывать ставить сердечки, если вам понравилась книга.

Это очень стимулирует для написания продолжения.

Глава 21

Проверка на слабо

Я так и ждал такое заявление, и у меня был готов на него достаточно провокационный ответ.

– «Такие проверки» проводить не надо – это сплошное очковтирательство – врезал я маршалу. – Надо выбрать случайно полки из дивизий и дать им задание выполнить развертывание на случай войны. А перед этим послать в дивизию проверяющих, чтобы эти полки не доукомплектовали, изъяв технику с других полков. Надо выбрать полк в ГСВГ, на Украине, в Белоруссии, ЗакВО, САВО, УВО и на Дальнем востоке – по одному полку из дивизии. И тогда реально оценим боеготовность войск!

– К проверкам надо готовиться – попробовал отъехать назад маршал.

– И противника ты тоже попросишь подождать с военными действиями? – хмуро спросил Брежнев. – Пока вы подготовитесь к его проверке?

– Да нет, давайте сделаем такую проверку – вынужден был согласится маршал.

– Ну начнем тогда – сказал Брежнев. – Прямо с этой минуты отправляем проверяющих в дивизии шести военных округов, и когда они выйдут на связь – уже мы случайным образом – кубик кидать будем – выберем полк, который будет проходить проверку. И с этого момента начнется отсчет времени, который потребуется по нормативам для развертывания танкового полка. Через это время на месте развертывания проверяющие подсчитают технику и личный состав, проверят состояние их вооружения и техники, состояние личного состава, его экипировку и прочее, что полагается проверять. Приказ отдан товарищ министр обороны, приступайте к выполнению!

Ошалевший Гречко подскочил от неожиданности и гаркнул – Есть выполнять приказ товарищ Генеральный Секретарь! – и строевым шагом вышел из зала.

– Ну, теперь будем ждать результатов. Вы хорошо продумали технологию проверки, чтобы исключить игру в поддавки – усмехнулся Брежнев. – Вам сообщат результаты этой проверки. Остальные вопросы, поднятые вами в прогнозе на этот год, находятся в проработке – попрощался он со мной, уже как бы официально обращаясь ко мне, на Вы. По-видимому, это было связано со встречей с Гречко, там все официально было. По мне так лучше, когда ко мне старшие товарищи на Ты обращаются, возраст у меня еще достаточно молодой.

Завершение отпуска

Я вернулся в санаторий уже после обеда, Валя обрадовалась мне, мы пошли гулять в Ялту, кушали шашлыки и запивали их пивом, Костя правда запивал лимонадом – он на работе. Беззаботно болтали с Валей о всякой всячине – она просила песни лично для себя, чтобы поставить себя на эстраде. Я ей посоветовал учиться и набираться опыта, а уж после завершения учебы мы можем вернуться к этому вопросу. Пока я никому не отдаю свои песни, их может петь любой желающий. А вот оригинальную аранжировку песни она может сделать сама, и тогда этот вариант исполнения будет принадлежать только ей.

– У меня есть одна песня, еще не успел зарегистрировать, давай попробуем спеть вместе – предложил я Вале.

– Давай! – с энтузиазмом согласилась она и мы двинулись в санаторий, по пути прихватив вина и закусок. Мы сразу пошли с Валей в концертный зал, только переоделись и я взял гитару и тетради для записи песни.

– Валя, слушай и записывай ноты – сказал я, усадив ее за стол, а сам начал петь песню «Листья желтые», как ее исполняли Анжелика Варум и Дмитрий Маликов в мое время. Валя быстро записывала ноты, я по ее просьбе повторял проигрыши, потом она записала слова, и мы начали репетировать вместе. У нее получалось отлично, не хуже Анжелики, но, конечно, не сразу, и не с десятого раза. Но экспрессия у нее была изумительной, что и требовалось для этой песни. Через три дня упорных репетиций я решил, что теперь эту песню можно преподнести публике. На очередном вечернем концерте мы с ней исполнили её, чередуя мужской и женский вокал – получилось отлично, публика была в восторге. Песню я отправил на регистрацию в ВААП через КГБ, а сам продолжал наслаждаться отдыхом в Ялте.

Но все хорошее когда-нибудь кончается, в середине августа пришла пора улетать из Ялты. Мы вместе с Валей долетели до Москвы, я с разрешения кураторов, остановился с Валей на служебной квартире (знакомые уехали – разрешают жить, когда приезжаю в Москву – такая для неё была легенда). Закупился необходимыми вещами в спецмагазине, взял с собой Валентину, одел ее как куколку с ног до головы – на лето, на осень, на зиму, завел ей книжку и положил туда тысячу рублей – чтобы могла снять квартиру. Такой гардероб в общежитии хранить трудно.

– Валера, а мы будем с тобой продолжать встречаться? – спросила Валя с надеждой.

– Ну пока не надоедим друг другу, почему бы и нет? Я регулярно прилетаю в Москву, теперь буду чаще, два раза в месяц по выходным прилетать сюда ради тебя, а ты будешь летать два раза в месяц по выходным в Томск ради меня – я обеспечу эти перелеты финансами – предложил я.

– Ой как здорово! – обрадовалась Валя и повисла на моей шее.

Валентина была достаточно перспективная певица с моей точки зрения – дать ей хиты, и она станет звездой эстрады. Я решил попробовать это сделать, хитов у меня хватало. Надо было подождать, когда она проучится хотя бы два года в Гнесинке. После третьего курса ее можно будет выпускать на большую эстраду, а пока пусть учится и репетирует, готовится к большой сцене.

В общем тридцатого августа я улетел в Томск с новым большим чемоданом закупленных вещей на новый учебный год, которых не купить было в Томске.

В Томске первым делом посетил сберкассу – поиздержался за лето. Счет меня удивил – двести семьдесят тысяч рублей – расту, однако! Снял десять тысяч на карманные расходы, а точнее на текущие расходы, оплатил коммуналку на месяц вперед. Сходил в институт, взял расписание, и учебные планы. Сходил в библиотеку, получил методички на этот год, сдал прошлогодние.

Шнайдер порадовала меня пирогом с осетром – купила из-под полы у рыбаков. В потребкооперации покупать его не хотела – «Он у них там прошлогодней свежести!» – был ее ответ. Она также сделала его малосольный вариант, а остаток заморозила в морозилке на будущее.

«Можете строганину из него делать» – предложила она.

Строганину водкой надо запивать, а я столько не пью. Хотя, кто его знает… Время покажет.

В отличие от прежней жизни, когда я как молодой щенок был рад любому гостю или компании, в этом времени я же вел уединенный образ жизни, не собирая компании. Женщина у меня есть – мне и достаточно. Общаюсь с инженерами кафедры КУДР, они сдали усилитель постоянного тока заказчику и теперь корпели над другим проектом.

Поскольку Ангстрем уже наладил выпуск высоковольтных полевых транзисторов и диодов для преобразователей напряжения, я предложил кафедре заняться этой тематикой, заодно обучая этому студентов. Завкафедрой проникся, я ему пообещал протекцию через знакомых с элементной базой для лабораторных работ и экспериментов, мы обсудили дорожную карту (как говорили в моем времени) работ по разработке этих источников питания. Мне через неделю прислали с Ангстрема коробку транзисторов и диодов для высоковольтных преобразователей, а также инструкции к ним по проектированию схем. Я все это передал Петру Владимировичу – он будет ведущим преподавателем и инженером по этой тематике. Трое студентов начали с энтузиазмом собирать схему, которую он нарисовал по методичке Ангстрема. Мотали трансформаторы на ферритовых кольцах, вырезали ножом на фольгированном текстолите дорожки печатной платы, сверлили отверстия под радиокомпоненты. Через месяц упорной работы первый преобразователь у них заработал. Ребята восхищались – транзисторы почти не грелись, больше грелись ферритовые сердечники трансформаторов.

Петр Владимирович пояснял:

– Транзисторы не греются только потому, что работают в ключевом режиме! А в открытом состоянии у них очень маленькое сопротивление – 0,27 ома, поэтому при токе десять ампер рассеивают мощность двадцать семь ватт! Хотя мощность источника питания два киловатта!

Меня радовал энтузиазм студентов и преподавателей, увлекшихся этой темой. Теперь эти специалисты будут обладать необходимыми навыками для проектирования таких экономичных преобразователей.

В газетах прочитал, что маршала Гречко отправили на пенсию в связи с достижением пенсионного возраста. Новым министром обороны назначен Устинов. На пару лет раньше, чем в моем мире. Видимо при проверках количество исправной техники оказалось гораздо меньше пятидесяти процентов – усмехнулся я про себя, поскольку о результатах мне не сообщили, хотя и обещали. Я знал об этом из литературы в прошлой жизни, поэтому так смело провоцировал Гречко на эти проверки.

Интерлюдия

– Леонид Ильич, по подсчетам Гарбузова, наша страна по прогнозам нового аналитического центра КГБ, то есть Предсказателя, заработала за год тридцать семь миллиардов долларов и продолжает их зарабатывать – сказал Андропов. – Нам надо как-то вознаградить его за это… А то несправедливо получается, страна богатеет, а тот, кому она обязана этим богатством, ничем не вознагражден именно за это.

– Ты лучше скажи, сколько он уже заработал на авторских отчислениях? – спросил Брежнев.

– У него сейчас на книжке четыреста шестьдесят тысяч рублей. Он тратит в месяц в среднем две тысячи, больше на подарки своей девушке – ответил Андропов.

– Ну вот видишь, у него всё есть – усмехнулся Брежнев. – Что мы ему можем еще предложить?

– Если сравнить его с нашими именитыми композиторами, то многое. Большую квартиру в центре Москвы, большую дачу в Переделкино, большую дачу в Крыму – у него ничего такого нет. По разговорам с куратором он копит деньги на большой дом в Крыму.

– А что его держит в Томске? – спросил Брежнев.

– Да, собственно, ничего – квартира государственная, машина тоже. Вот только учеба в институте, еще три года ему учиться – ответил Андропов.

– Он нам уже столько технической информации передал, что ему не только диплом инженера надо дать, но и степень доктора технических наук без защиты диссертации присудить. А следом в академию наук выбрать действительным академиком! – сказал Брежнев с доброй усмешкой. – Реши вопрос о досрочной защите диплома в институте и пусть перебирается в Москву – подберите ему квартиру под стать статусу популярного композитора. Может ему присвоить звание заслуженного артиста республики?

– Насчет звания не думаю, что это стоит делать, пока он в тени, да и сам он не хочет выделяться. Он вполне доволен гонорарами – ответил Андропов.

– Ну и уже тут организуете присуждение ему докторской степени в Зеленограде, с кем он там работает. Дачу в Переделкино подберите ему по статусу, не жалейте денег. И госдачу в Крыму тоже подберите. Нужных людей надо всячески поддерживать! – сказал Брежнев.

– Он у нас не выездной, а композиторы и поэты ездят по заграницам, наслаждаются роскошной жизнью на заработанные деньги – сказал Андропов.

– Покупайте ему всё, что требуется для личного потребления за границей, его деньги конвертируйте по официальному курсу – это для него будет не хуже заграницы. Я знаю, что Посылторг доставляет все что угодно оттуда! Да и вы по своим каналам можете все что ему нужно купить!– сказал Брежнев. – Пусть ни в чем не знает нужды! И еще – все его новации в технике оформите как его изобретения и по максимуму заплатите за них! Это еще как минимум полмиллиона рублей получит – будет миллионером у нас!

– Хорошо, займусь этим – сказал Андропов. – А как начет государственных наград?

– Давай этим попозже займемся – пусть защитит докторскую диссертацию, вот по этой тематике и дадим ему Ленинскую премию и орден Ленина. Он уже не одну такую премию заработал, но пока не время его светить. Я понимаю, что в политике, особенно международной, его прогнозы уже почти закончились. А вот в технике он будет продолжать нас радовать новинками, и надо всячески поддерживать его в этом.

Ангстрем

В конце сентября пригласили на Ангстрем – там уже работали с первыми образцами однокристального микропроцессора Зет-80, а точнее микропроцессорного комплекта с полным набором интерфейсных микросхем. Дшхунян и другие сотрудники светились энтузиазмом – они первыми в мире сделали действующий однокристальный микропроцессор! Они хотели дальше идти вперед!

– Валерий Иванович, мы тут решили перейти на шестнадцатиразрядный формат команд микропроцессора, и в качестве образца решили использовать ЭВМ PDP-11/20, которую вы нам купили в США. Мы уже собрали макет этого микропроцессора на секционированном микропроцессоре Интел-3000, так же как для Зет-80, эмулировали эту систему команд PDP-11, ну добавили необходимые регистры и таймеры. Макет работает с производительностью в пять раз быстрее прототипа! Тактовая частота десять мегагерц! – сообщил Дшухнян. – Ребята из Минприбора взяли эту схему за основу новой мини-эвм, а наш Микрон взялся за копирование этого микропроцессорного комплекта.

– Отлично! Только вот вам надо бы решить проблему с шестнадцатью разрядной шиной данных. Тогда и память вам потребуется такой разрядности. Но есть два варианта решения проблемы – чтение команды в два такта, что также снижает производительность микропроцессора. Но может быть это не так важно? Вам надо все просчитать. С другой стороны, можно пожертвовать удвоенным количеством микросхем памяти – характеристики мини-эвм от этого только улучшатся – описал я им проблемы.

– Нам бы хотелось сделать мини-эвм подешевле, чтобы была доступна всем пользователям – сказал Машевич.

Я немного подумал и предложил Машевичу:

– Ну тогда смело сжимайте до восьми бит шину данных и передавайте команды и данные в два такта. Можно снизить стоимость и мультиплексированием шины адреса-данных, чтобы уменьшить число выводов микропроцессора, но это уже вам решать – стоит ли это делать – ответил я. – Мультиплексировать шину адрес/данные можно достаточно быстро при необходимости – применить регистр адреса. Или и шину микроэвм на это настроить, чтобы передавать адрес/данные по одной шине. Это не сложно, но замедлит обмен с памятью.

Тут вступили в обсуждение другие участники.

– Для шестнадцати разрядов потребуется всего пять бит кода Хемминга для исправления ошибок – выдал инженер Локтев, очень перспективный разработчик, как я заметил.

– Вот и прикиньте все плюсы и минусы этого дела, и принимайте решение. Могу сказать, что возможны все три варианта микропроцессоров – для разного применения. Самый медленный и недорогой – для массового компьютера, самый дорогой – для систем управления ракетами и инженерных микроэвм.

Кстати, как у вас обстоят дела с жидкокристаллическими дисплеями? Мы же передавали подробную техническую информацию на этот счет – спросил я Дшхуняна.

– Опытные образцы у нас имеются, стоит вопрос о заказной БИС – большой интегральной схеме для управления таким дисплеем, чтобы запустить его в серийное производство. Речь идет о монохромной версии с размером экрана в 17 дюймов. На цветную версию еще не замахивались, будем использовать для компьютеров дисплеи на цветных электронно-лучевых трубках – ответил Дшхунян. – Эта работа стоит в планах Ангстрема, думаю в следующем году пойдет в производство серия этих мониторов.

– Накопители на этих восьмидюймовых лопухах собственного производства у нас работают устойчиво – хихикнул Локтев. – Ждем – не дождемся накопителей на пятидюймовых дискетах.

– Матричные принтеры выпускаются серийно Минприбором, у нас уже пять штук работают. Но управление печатью производится мини-эвм, поскольку нашего микропроцессора еще нет в производстве, мы только первые рабочие образцы получили. Но ребята из Минприбора уже отработали схему такого принтера на макете нашего микропроцессора, так что он сразу пойдет в серию – сообщил Дшхунян.

Глава 22

К обсуждению программы производства персональных компьютеров присоединились другие участники совещания.

– Наши освоили серийное производство кристаллов динамической памяти емкостью четыре килобита, теперь ее можно использовать без кодов Хемминга – работает устойчиво – сообщил Машевич. – А еще они пустили в продажу частично-годные кристаллы на один, два, и даже три килобита.

– А еще и микросхемы ПЗУ 256х4 бита у нас тоже теперь имеются, и главное – они теперь прожигаются как надо! – сообщил Локтев. – Плюс к этому пошла в серию микросхема статической памяти на один килобит – 256х4 бита. Четыре микросхемы памяти и управляющая микроэвм готова! Такой вариант для принтеров и клавиатур вполне пойдет!

– В общем все необходимые компоненты для выпуска первого настольного компьютера имеются. Ребята из Минприбора разработали клавиатуру с использованием нашего Зет-80, отработали ее на макете микропроцессора. Так что месяца через три появятся первые компьютеры! – сообщил Машевич.

– Жду – не дождусь – улыбнулся я. – А то писать от руки очень трудно!

– О! Вам в первую очередь поставим полный комплект! – пообещал Дшхунян.

Полковник Петров улыбался, смотря на нашу беседу. От неприятия до обожания изменилось отношение разработчиков ко мне. Они как-то прознали, что я и есть композитор Крапивин, видимо еще и это сказалось на их отношении ко мне.

Но я нашел чем огорошить и обрадовать разработчиков.

– По данным нашей разведки в январе 1975 года в США поступит в продажу первый микрокомпьютер Altair на базе однокристального микропроцессора Интел 8080. Его будут продавать в виде набора для самостоятельной сборки за 397 долларов США при розничной цене процессора 360 долларов. И он найдет относительно массовый сбыт. Хотя Altair имел очень небольшую оперативную память – всего 256 байт. Более того, машина не имела ни клавиатуры, ни экрана. Пользователи вводили программы и данные в двоичной форме, щёлкая набором маленьких ключей, которые могли занимать два положения – вверх и вниз; результаты считывали также в двоичных кодах – по светящимся и тёмным лампочкам. Видите, даже такой полуфабрикат сейчас может найти сбыт у наших граждан и предприятий, которым интересно применение компьютеров.

И тот минимальный набор, о котором говорил Аркадий Локтев будет по сравнению с этим микрокомпьютером верхом совершенства.

Особенно если в ПЗУ прошить интерпретатор БЭЙСИК. Это упрощенный язык типа Фортрана. Хотя для нашего микропроцессора это займет примерно шестнадцать килобайт ПЗУ. Речь, конечно, о будущем, сейчас у нас нет такой постоянной перепрограммируемой памяти. Но мы в состоянии сделать масочное ПЗУ емкостью не меньше 4 кбит. Надо работать в этом направлении, необходимо подключить к решению этой задачи программистов.

Возвращаясь на землю, подчеркну, что такие минимальные микроэвм найдут применение в народном хозяйстве и в быту. Поэтому надо срочно организовать публикации в журнале «Радио», «Техника молодежи» и в «Моделисте-конструкторе» схемы такой микроэвм и типичных программ для нее. И готовить к продажам такие наборы микроэвм, в том числе к экспорту в США.

– Так у нас пока их для военных не хватает –растерянно сказал Дшхунян.

– Им для разработок сейчас много микропроцессоров не требуется, только опытные образцы будут собирать на них – у вас как раз наступит провал сбыта. И тут наш внутренний рынок нам поможет сохранить темпы серийного производства микропроцессоров и памяти для них – пояснил я.

– Да у нас все остатки всегда забирают! – воскликнул Машевич.

– Это берут на всякий случай, на потом. А реально требуются единицы – отстаивал я свою позицию. Помню эти времена в прошлой жизни – заказывай сто микросхем, может тогда фонды выделят на десять. А если дали сто – забирай! Потом пригодятся! Когда в серию будешь запускать, обычно фонды с запозданием приходят.

– Надо будет срочные поставки отгружать по фондам, а остальную продукцию пускать в свободную продажу по аукционным ценам. Исключение Минприбор и все производители серийной техники, в которую идут эти комплекты микросхем – им само собой отгружать в первую очередь.

– Насчет аукционных цен я сомневаюсь Валерий Иванович, что нам их позволят устанавливать – сказал генерал Петров. – Но насчет публикаций идея верная – надо, чтобы народ осваивал микропроцессоры. И мы постараемся урезать аппетиты разработчиков, чтобы не хапали их почем зря, чтобы остались объемы для продаж населению и на экспорт. Думаю, как сообщу, что на экспорт можно продавать эти наборы, так сразу нам добавят ресурсов для увеличения объемов производства.

Встреча с Устиновым

Мой сопровождающий, лейтенант КГБ Осокин, сообщил, что меня ждёт в министерстве обороны новый министр Устинов к пятнадцати часам. Делать нечего – после обеда в ресторане поехал туда.

– Здравствуйте Валерий Иванович! У вас удивительно точные прогнозы по развитию вооружений и техники – начал с похвалы Устинов.

– Это работа целого коллектива аналитиков – поддержал я официальную версию.

– Леонид Ильич попросил меня сообщить результаты проверки боеготовности танковых полков и принятые по ее результатам решения. Как вы и предсказали, меньше половины техники было в боеготовом состоянии. В связи с этим было принято решение о прекращении выпуска танков Т-55 и Т-62, к выпуску готовится танк Т-72, вы об этом знаете. Но его планируется производить небольшими партиями, постепенно заменяя ими танки Т-55 и Т-62. Не будет у нас аврала по этому поводу, чтобы все танки сразу заменить. А танки Т-55 и Т-62 дано указание продавать всем желающим в любых количествах. В первую очередь, конечно, будем продавать Т-55, поэтому его сделали дешевле, чем Т-62. Освободившиеся производственные мощности загружаются производством тракторов и другой техники для народного хозяйства.

– Хорошие новости – улыбнулся я.

– Нас интересует ваш прогноз по развитию крылатых ракет, тем более что наша разведка добыла сведения о разработке такой ракеты Томагавк в США – ваш прогноз подкреплен и нашими разведданными. Разработчики системы управления наших крылатых ракет жалуются на несовершенство элементной базы, и ждут новый микропроцессор для этих ракет.

– Я только что с Ангстрема, опытные образцы микропроцессоров появились, их можно будет получить вашим разработчикам – ответил я, хотя он и без меня должен знать это.

– С этим понятно. У нас тут идет срач знатный – не стал выбирать выражения Устинов – по поводу ракет Р-39. Когда их начинали проектировать – уже были сомнения в их целесообразности. А ваш анализ, и главное, что вы так точно сообщили о деградации твердого ракетного топлива, поставил под вопрос продолжения этой программы. Да и сам Макеев с самого начала был против разработки этих ракет, коли химики не создали подходящее топливо. А под эти ракеты заложили проектирование АПЛ проекта 941, но правда там еще «конь не валялся».

В общем все идет к тому, чтобы закрыть программу Р-39, а заняться совершенствованием ракет Р-29Р. Ну и под них проектировать новую подлодку среднего размера, более совершенную, чем «Кальмар». Вот с шумностью ядерных реакторов у нас проблемы, американцы называют наши подлодки «ревущими коровами».

– Насчет шумности реакторов есть лекарство – создать реактор на естественной конвекции, или чтобы он имел режим естественной конвекции, тогда шуметь реактор будет меньше, а точнее совсем не будет – предложил я.

– О! Это надо записать! – обрадовался Устинов. – Тогда подлодки смогут подходить ближе к побережью США.

– Не обольщайтесь, у них развита сеть раннего предупреждения, вдоль побережья натыкано много гидроакустических станций, пройти их незаметно невозможно. Лучше сделайте упор на дальность полета Р-29Р на девять тысяч километров, как она сейчас летит с моноблочной боеголовкой, тогда их с акватории Охотского моря можно будет запускать – предложил я. – Давайте я подготовлю пояснительную записку по этой теме, вы рассмотрите вопрос о развитии направления Р-29 – возможно ее трехступенчатый вариант.

– Насчет противолодочной обороны нам известно – вздохнул Устинов. – Поэтому и стараемся увеличить дальность наших ракет и забрасываемый ими вес. Ваши предложения по поводу развития направления Р-29Р мы обязательно изучим, мы работаем в этом направлении тоже.

Химики работают над вашими материалами по твердому ракетному топливу, года через два будут у них результаты, кое-какие данные, полученные от вас, от вашей разведки, им были неизвестны. Это позволит значительно сократить сроки разработки нового ракетного топлива.

С ракетами все вопросы обсудили, теперь ваш удар по нашей стратегической авиации обсудим – улыбнулся Устинов. – Летуны наши ох и возбудились по этому поводу. И опять срач стоял знатный... В общем тем, кто полетал на Ту-95 ваша концепция очень понравилась – кухня, санузел, спальня для второго экипажа. А вот те, кто на них не летал, хотят сверхзвуковой самолет. Хотя уже сами признают, что сейчас ПВО на сверхзвуке не преодолеть, а в перспективе тем более. Тогда спрашивается – зачем нам сверхзвуковой стратегический бомбардировщик? Аргумент, чтобы от США не отстать уже не работает. В общем техническое задание на новый бомбардировщик было изменено в пользу дозвукового варианта. Он и намного дешевле получается, примерно в три-четыре раза. Зато мы открыли тему крылатых ракет дальнего радиуса авиационного базирования – очень хороший вариант для таких самолетов. Тут и микропроцессоры начнут выпускаться – система управления на них будет значительно легче.

– У авиации есть на вооружении отличный сверхзвуковой бомбардировщик Ту-22М, с системой дозаправки в воздухе это хороший противовес авианосцам – они могут быстро найти и уничтожить их. И как носитель новых крылатых ракет авиационного базирования он тоже будет востребован – напомнил я. – Да, хочу тут сделать замечание по его варианту Ту-22К – ракетоносцу крылатых ракет Х-22. Наш аналитический отдел проанализировал характеристики этой ракеты и пришел к выводу, что попадать она в авианосцы не будет от слова совсем. Точность у нее очень низкая. Надо проектировать новую головку самонаведения с учетом помехоустойчивости, ну и делать ее с помощью микропроцессоров – это и позволит увеличить точность попадания. Ну и надо решить вопрос о помехозащищенности радара, алгоритмы придумать новые. В общем ее надо дорабатывать, войны пока нет, время терпит – предложил я.

– Да, вот его и хотели масштабировать до стратегического варианта большой дальности – ответил Устинов. – А насчет ракет Х-22 – это же главный наш противовес авианосцам... Я выясню вопрос с точностью попадания, помню, что были с этим проблемы, вроде бы их решили. Ну и с помехоустойчивостью тоже уточню вопрос.

– И на эти самолеты можно будет навешивать планирующие бомбы большого калибра с дальностью до двухсот километров – запуск их с большой высоты со сверхзвуковой скоростью. Плюс к этому аэробаллистические ракеты – это наш прогноз. Ну типа Х-22, только скорость у нее надо делать побольше, чтобы невозможно было перехватить. Чисто баллистические ракеты легко перехватываются из-за предсказуемой баллистической траектории. А аэробаллистические ракеты должны лететь на высоте сорок – пятьдесят километров с маневрированием со случайным маршрутом движения со скоростью более десяти Махов. Такие ракеты невозможно будет перехватить средствами ПВО. Энергетика таких ракет не позволит делать их большой дальности, но до тысячи километров вполне достанут противника. А это значит, что из Калининграда будет вся Германия ими простреливаться. И эти ракеты надо делать с обычной боеголовкой и оснащать ими войска, чтобы регулярно тренировались их использовать. Ядерную боеголовку для такой ракеты, при необходимости, сделать не сложно. А представляете, если поставить такие ракеты на Кубе? Там, кстати, давно пора сделать нашу авиабазу и пункт базирования нашего флота – я уже делал свои предложения.

– Да, интересный вариант – согласился Устинов. – С такими ракетами на Кубе мы будем держать пистолет у головы врага! Если они будут без ядерных боеголовок, то никаких соглашений мы не нарушим. Так в таком варианте наверняка можно будет сделать и противокорабельные ракеты?! А это сразу изменит соотношение сил на море! Я понял ваше предложение по ракетам Х-22, очевидно их надо будет развивать, совершенствовать их головку самонаведения.

– Да, но у таких ракет, которые будут лететь со скоростью пять и более махов надо будет решить проблему плазмы, которая будет образовываться на обтекателе ракеты и экранировать её радар и другие датчики – напомнил я. – Как решать эти проблемы нам неизвестно. Вижу только самый простой вариант решения этой проблемы – ракете надо долететь до района расположения цели, через космос, в вакууме, там из космоса по радару обнаружить цель, выставить по гироскопам курс и почти вертикально ударить по цели. Но на перспективу и на этом участке ей необходимо маневрировать. За двадцать-тридцать секунд полета отклонение ракеты от курса будет незначительным. Смогут ли наши разработчики дать возможность маневрировать боеголовке, не потеряв при этом цель – не могу сказать. Самый простой маневр – движение к цели по спирали, противоракете очень сложно будет ее перехватить, даже при таком простом маневре – предложил я.