![](/files/books/160/oblozhka-knigi-hudshiy-iz-mirov.-kniga-8-si-360495.jpg)
Текст книги "Худший из миров. Книга 8 (СИ)"
Автор книги: Валерий Софроний
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 30 страниц)
Украдкой кинув взгляд на брата и собравшись с мыслями, полукровка принялась рассказывать:
– В той книге говорилось, что один из исследователей Великой башни Санады добыл поисковый артефакт на одном из этажей той самой башни. А после исследователь не смог разобраться за чем нужен компас и продал его мудрецу Глаару. Мудрец много дней разбирался с этим артефактом и в конечном итоге понял куда указывает стрелка компаса. Вот только сам блуждающий город Глаару интересен не был. И мудрец выменял его на какие-то алхимические ингредиенты. Таким образом компас попал в руки Сниида Кривого.
– Значит, этот компас был найден в какой-то башне в городе Санада, – вслух произнес Олег.
– Не совсем так, – тактично поправил Олега Сэяс, приковав к себе внимание «ужасного», – Санада – это великая башня, а город – это её нулевой уровень.
– Ага, – задумчиво обозначил следующую мысль наш герой, – значит, Санада – это какая-то огромная башня? А где она находится, территориально?
– Почти в самом центре пустыни, – тут же пояснила Кара.
– И тогда чего мы тупим? – Олег прошелся озадаченным взглядом от Кары к Сэясу, – с башни то, ловчей окрестности видать. Тем более вы говорили, что она огромная.
– Мы не говорили, что она огромная, мы говорили, что она великая, – тактично поправил Олега высший эльф.
– И это не совсем башня, – подключилась к разъяснениям Кара, – скорее – это сеть многоуровневых пещер, уходящих глубоко вниз.
– Тогда почему башня? – ну сумела сдержать своего любопытства малая, – башни, ведь они высокие, они к небу тянутся, а тут дыра в земле.
Сэяс и Кара озадачено переглянулись. Видимо Фэйфэй спросила про нечто, настолько очевидное, на что ответ знал каждый. Каждый в их мире. Вот только Олег и Фэйфэй были тут гостями.
– Когда наш мир перешёл на новый уровень, – принялся задумчиво подбирать слова Сэяс, – по всей территории начали появляться башни. Башни и подземелья, – поправился высший эльф, – всего этих локаций шестнадцать, и они имеют очень важное значение. Практический весь магический шмот, бижутерия и оружие выбиваются с уровней башен.
– Понятно, – Олег озадачено почесал короткий ежик волос на своей едва зарослей голове, – а с какого, я извиняюсь пня, подземелья стали называть башнями?
– Первая башня появилась в имперском эльфийском лесу, – продолжила рассказ Кара, – это было неимоверно огромное дерево, которое защищали различного вида инсектойды. Почти сто лет понадобилось лучшим имперским бойцам, чтоб добраться до финального сотого этажа.
– Занимательно, – Олег пошарил палочкой в углях костра, – вот только я спросил, с какого хрена яму в земле назвали башней?
– Так, я и веду к этому, – недовольно проворчала Кара, – то великое древо нарекли «Башней леса». Потом в северном Поморье появился «Пик ангелов» – высоченный каменный палец посреди полярных пустошей. Со временем такие места и стали называть башнями, а потом появился первый провал «Ворота в преисподнюю» и чтоб не нарушать традицию этот провал так же нарекли башней.
– Ну ладно, башня, так башня, – согласился Олег, – так чего там в этой башне?
– А вот это самое интересное, – оживилась полукровка, – в башнях находятся уровни с различными тварями. Чем выше уровень, тем сильнее и жутче твари. На верхушке – самом высоком уровне сидит босс башни. Поговаривают, если его убить, то получишь в свои руки супер-эпические арты. Какой-нибудь невообразимо мощный лук или что-нибудь из кровавых клинков демонов.
– Или губозакатывательный станок, – прервал мечтания девушки Олег, – ладно с твоими фантазиями все ясно, а что по факту можно получить на этих уровнях?
– Разные вещи, – без особых раздумий ответил Сэяс, – оружие с хорошими статами, броню, бижутерию, редкие реликвии на подобии компаса, что указывает в сторону нужного нам города.
– Говорят, ещё жемчужины жизни можно найти, – вклинилась в разговор Кара, – но они крайне редко попадаются.
– Да, – согласился высший эльф, – эти жемчужины крайне редки. Когда наш дедушка отходил в мир иной, мы отдали целое состояние просто за информацию о возможностях добыть эти жемчужины. И все зря.
Сэяс задумался, погрустнел и подкинул несколько веток сухостоя в костер.
– Мы опоздали ровно на день, – пояснила Кара Олегу, – мы сумели добыть жемчужину в одной из башен, только доставили её с небольшим опозданием.
– И теперь она принадлежит мне, – с нотками горечи признался Сэяс.
– Бывает, – без особого сожаления констатировал «ужасный», – мне только одно не понятно. Что у вас за фигня с перерождением? У нас, там, внизу все просто, помер в игре возродился рядом со своим кольцом возрождения. А у вас тут какие-то жемчужины и ещё хрен пойми чего.
– Тут тоже так было, пока мир был низкоуровневым, – Сэяс достал из потайного кармана небольшую перламутровую жемчужину, – а потом мир перешёл на более высокий уровень и те, кто гибли тут, гибли окончательной смертью. Исключением были счастливые обладатели подобных жемчужин.
– И там тоже гибли, – указал ужасный в произвольную сторону, имея в виду мир вне игры, – ты же вроде говорил, что у вас там цивилизация и что технология подарок другой цивилизации?
Кара и Сэяс вновь переглянулись.
– Так и есть, – немного помедлив, продолжил Сэяс, – просто в прошлый раз я не стал вдаваться в подробности.
– И? – вопросительно протянул Олег.
– Да не знает он ничего про внешний мир, – выдала с потрохами братишку полукровка, – бабушка рассказывала, что, когда она была молодой, на их планете произошла катастрофа и многие чистокровные эльфы были помещены в специальные ложа на небесном корабле. А после этот корабль отправился в далекое долгое путешествие к новой планете. И с тех пор путешественники не покидали этот мир. Поэтому мы не знаем, куда пропадают те, кто умирает и больше не появляется.
– Подожди, – с трудом осмыслил новую информацию Олег, – если ваша бабушка, не могла покинуть этот мир то как появились вы? Или…
«Ужасный» на мгновение завис, стараясь грамотно сформулировать вопрос.
– Мы не знаем, существуем ли мы там, – поняв замешательство Олега, ответил на незаданный вопрос Сэяс, – но мы точно существуем тут. У нас тут есть семья, мы мыслим, питаемся и добиваемся своих целей.
– Ясно, – не стал развивать неудобную тему наш герой, – а дедушка ваш от чего погиб?
– От старости, – без малейшей доли смущения ответила Кара, – у многих из тех, кто пришел извне, со временем появлялись проблемы. Они начинали болеть, и наш мир предлагал им полностью перейти сюда, отринув то тело.
– «Привязанные», – тут же осознал Олег.
– Сочувствую. С этим я сталкивался, – смягчил тон наш герой, – у меня приятель был, его, как и вашего деда, забрал этот мир. Отличный был друг. Правда, погиб жуткой смертью. Нас с ним казнили несколько десятков раз. А после он съехал с катушек и помер. Больно было на него смотреть.
– Да, – припомнила своего деда Кара, – эта дурацкая агония длится годами и в один прекрасный момент близкий человек оборачивается в кучку пепла.
– Про года не знаю, но в остальном все именно так, – и тут нашего героя словно громом поразила другая мысль, – подожди, ты хочешь сказать, что вашего привязанного к этому миру деда можно было как-то спасти?
– Жемчужина возрождения, – тоном капитана очевидность ответила Кара, – если бы наш дед получил её своевременно, то он бы до сих пор был жив и здоров, как физически, та и морально.
Кара достала из-за пазухи черствый сухарь и, попробовав его на зуб, протянула брату. Сэяс машинально взял предложенное. Олег же сидел и тихо офигевал, сейчас ему хотелось выть. Если бы эта информация попал к нему в руки раньше. Если бы он только знал после казни, что имеется панацея от забвения, он бы все силы положил, но добыл бы подобную жемчужину. Но, теперь уже было слишком поздно.
Сэяс попробовал на зуб предложенный дар и недовольно поморщившись произнёс:
– Черствый. Его бы в водичке смочить.
– Выкинь эту дрянь, – посоветовал Олег, материализовав в своих руках корзинку с провизией, что подготовила Архэя, – вот, протянул наш герой угощения полукровке.
Кара, будучи девушкой не воспитанной, согласно светскому этикету стесняться даже и не думала, поводив немножко своим курносым носиком девчушка живо схватилась за корзинку и, взглянув с вожделением, откинула полотенчико. Про чёрствый сухарь полукровка тут же забыла напрочь. Она ела, как не в себя, словно в первый раз в жизни, набивая рот и глотая куски, особо не разбираясь и не пережёвывая.
– Потише, – не выдержала неприятного зрелища малая, – за тобой никто не гонится!
– Бешеный метаболизм – это особенности класса «демоническая полукровка», – немного стыдясь поведения сестрицы пояснил Сэяс, – у нее бешенное восстановление сил и исцеление ран, правда и аппетит совсем не эльфийский. К ней сейчас лучше не подходить, она, словно животное, может напасть, защищая свою добычу.
– Миленько, – ухмыльнулся «ужасный», – а… расскажи-ка мне, мил друг Сэяс Матывей, как так получилось, что у тебя – высшего эльфа, родича императора неожиданно обнаружилась нечистокровная сестренка полудемон со зверским аппетитом? Что, папаня гульнул на стороне?
Тема явно была неприятна высшему, это стало понятно по враз нахмуренным бровям и довольно острому взгляду.
– Ты не пойми меня неправильно, – продолжил интересоваться Олег, – мне просто интересно, как вообще такое могло получиться? Я имею в виду ваш хваленный эльфийский кодекс, род близкий императорскому и все такое.
– Нет, наш папаня тут совсем не причём, – без стеснения ответила на поставленный вопрос отвалившаяся от корзинки Кара, – тут наша маманя постаралась.
– Кара! – постарался вразумить сестрицу высший эльф, – кодекс высшей аристократии запрещает обсуждать семейные тайны!
– Да иди ты козе в трещину, – без особого такта послала полукровка братишку в пешее-эротическое, – это ты у нас высший аристо, а я до двенадцати лет в хлеву росла и питалась объедками, с твоего же стола, кстати.
– Но ведь кодекс! – возмущенно постарался напомнить Сэяс.
– Кодекс, можешь с собой туда же взять, – посоветовала полукровка брату, – в дороге почитаешь, – и окончательно забив на недовольство высшего эльфа Кара принялась рассказывать Командору, – наша замечательная матушка, через несколько лет после рождения моего аристократического братишки каким-то образом умудрилась связаться с путешествующим демоном. И недолго думая она закрутила роман с этим исчадьем огненной бездны. Ох, какие это были высокие чувства! – наигранно, парадируя кого-то неизвестного Олегу развлекалась Кара, – бабушка говорила, что мой отец был не отличим от самых обыкновенных людей просто один в один. Он соблазнил нашу матушку, и эти глупцы под покровом ночи совершили побег. Год они путешествовали, упиваясь компанией друг друга, а через год эту сладкую парочку настигли наймиты отца Сэяса. Вот тогда и всплыла пылкая натура моего истинного папаши. Он принял демоническую форму и уничтожил добрую половину наймитов. Разумеется, бесстыдников жестоко наказали. Моего несостоявшегося папашу публично четвертовали, а останки засыпали солью, а вот маманю в интересном положении заточили в семейную темницу, где я через пару недель и появилась на свет. Маменька наша, будучи натурой безвольной сразу же после родов приняла приглашение перейти навсегда в этот мир и уже тут покончила с собой окончательно, оставив меня сиротинушкой. И так как, матушка не являлась кровной частью семейства Матывей, то мои замечательные бабуля и дедуля всерьез задумались на предмет по-тихому избавиться от родового позора. На мое счастье скандальная история вышла наружу, честь императорского рода оказалась подмоченной, и избавляться от меня теперь не имело смысла.
– Кара, – укоризненно произнес Сэяс, прикрыв глаза ладошкой, – как же мне сейчас за тебя стыдно!
– Братишка, а тут нечего стыдиться, – явно издеваясь над высшим аристо, слегка надменным тоном продекларировала полукровка, – это жизнь.
– Не того ты стыдишься, Сэяс, – постарался образумить высшего почитателя кодекса аристократов Олег, – я бы свою правую руку отдал, не задумываясь, лишь бы вернуть хоть кого-нибудь из своей семьи. Цени Кару и никогда её не стесняйся, твоя сестра – это твой самый надежный соратник.
Кара аж расцвела после таких слов, но Олег Евгеньевич быстро опустил девушку с небес на землю:
– Да, может она самую малость придурковата, не умеет себя вести за столом и вообще, заносчива, груба и беспринципна…
Олег замолчал, выдержав неприлично долгую паузу.
– Но… – предложила начальный вариант дальнейшей беседы полукровка.
– Это все, – обломал ужасный фурию.
От подобного рода неоконченной морали милое личико полукровки от гнева пошло пятнами. Кара вскочила и теперь зло смотрела на наглого, заносчивого человека. Руки её так и чесались набить одну наглую, плохо бритую физиономию. Зато Сэяс вполне осознал ту мораль, которую не стал озвучивать наш герой. Цени свою семью такой, какая она есть. Потому что завтра вполне может выйти так, что в своей семье ты останется последним представителем. И высший эльф Сэяс Матывей был к этому довольно близок. Какой-нибудь случайный прокол, глупая ошибка, оплошность, – и клан Матывей запросто мог потерять демоническую полукровку. Об этом можно было мечтать когда-то давно, когда клан был многочислен. Но сейчас, когда у финишной прямой изпредставителей этого клана осталось трое: пожилая старуха, дерзкая девчонка и несозревший лидер, которому, помимо собственной воли, пришлось взять на себя ответственность, потеря хотя бы одно из членов была невосполнимой утратой.
– Я понимаю, – не обращая внимания на закипающую от гнева Кару, обратился к Олегу Сэяс.
– Это очень хорошо, что ты понимаешь. И раз такое дело, давай-ка отправляй меня обратно к себе домой. Как начнет светать вызови меня, я принесу одежду, воду и еду.
– Хорошо, – Сэяс Кивнул, дав понять, что услышал, и фигура заносчивого человека растворилась в ночи.
Во дворике цитадели «Морских псов», в отличии от пустыни, ярко светило утреннее солнце. Умеренный климат побережья баловал свежестью и приятной умеренной погодой. Лёгкий бриз приятно обдувал, балуя обонятельные рецепторы запахами луговых цветов и трав, мелкие птахи кружились над кухонным навесом догоняя друг друга и бешено щебеча. Мир вокруг радовался и светился всевозможными красками и только «великий и ужасный» выделялся на общем красочном фоне серым унылым пятном. Порядком обросшая щетиной физиономия Олега Евгеньевича была мрачна. Глаза, недавно ещё горевшие праведным гневом, сейчас в большей степени напоминали глаза обиженного щенка, готового расплакаться. Воспоминания о былом неприятно разбередили совесть. Теперь, когда Олег знал, что спасение для Тарана существовало, – на душе стало как-то особенно паскудно. «Великий и ужасный» молча сидел на своём любимом месте, пялился в одну точку и молчал. Никого из ближников в цитадели уже не было, все разбежались по делам. Архэя приготовила завтрак и, подобно остальным, отправилась обустраивать новый, недавно подаренный на свадьбу дом. Лишь бессменная спутница Фэйфэй старалась хоть как-нибудь растормошить Олега. Попыток было множество, вот только этот упрямый человек был неприступен словно скала, на все вопросы, просьбы, уговоры и даже мольбы «великий и ужасный» отвечал игнором. Спустя несколько десятков бесплотных попыток, малая плюнула на это дело и, организовав из салфетки небольшую лежанку, фея завалилась на бок, прикрыла глаза и засопела.
Проснулась фея от громкого и довольно знакомого голоса, который принадлежал Татарину. Джин сидел за столом совсем рядом с ней.
– Бендер, ты выглядишь, словно побитая собака, – внимательно рассмотрев взгляд страдальца, произнес Татарин, – я, кстати, этот взгляд уже видел. Это же муки совести, – ехидно оскалился улыбкой Генка, – как в тот раз, когда ты случайно взорвал хижину со стариками.
– Командор убивал стариков!? – словно ужаленная приняла положение сидя Фэйфэй.
– Нет, – довольно пояснил Генка, – он так думал. Этот балбес забыл разрядить оружие и по собственной дурости случайно пальнул в хижину, в которой прятали стариков. Видела бы ты, малая, какое было зрелище. Эта конура щепками в разные стороны разлетелась, местные в паники в разные стороны кинулись. Все орут что-то. В общем хорошие были времена.
– И что, все старики того? – едва не останавливая дыхание от волнения, поинтересовалась Фэйфэй.
– Да не было там никаких стариков, – Генка довольно рассмеялся и хлопнул ладонью по столу, – это я ему так сказал, чтоб в следующий раз следил за своим оружием. А он и поверил. Представляешь! И физиономия у него тогда быта точь-в-точь как сейчас.
– Это жестоко, – укоризненно попеняла Фэйфэй, – разве так можно?
– Можно по-разному, – не стал вступать в полемику джин, – ты, лучше расскажи, чего с ним на этот раз случилось?
– Мудак я, вот что случилось, – подал голос Олег, – я мог помочь Тарану и не помог.
Взгляд Татарина враз поменялся с беспечно-веселого на острый. Зрачки въедливо ловили каждое движение губ приятеля.
– Генка, оказывается привязанных можно спасти, – Олег глянул в глаза джину своими полными скорби глазами, – я мог продлить Егору жизнь ещё как минимум лет на десять. И он бы был нормальным. Не таким, каким мы его видели перед смертью, а нормальным. Обычным, таким, каким мы его знали.
– Малая, о чем он? – не сводя тяжелого взгляда с приятеля, поинтересовался у феи Генка.
– Ему рассказали про жемчужины возрождения. Вроде как они помогают переродиться и начать жизнь сначала, – охотно пояснила фея, – я так поняла их разговор.
– А, вон оно что! – взгляд Татарина потерял свою остроту, – ты узнал про какую-то жемчужину возрождения и теперь решил сожрать сам себя изнутри. Бендер, я открою тебе страшную тайну, ты и в самом деле мудак. Ничему тебя жизнь не учит.
Олег спорить не стал, он виновато глянул в лицо джину.
– По твоей логике, ты виноват в большей части гибели сотоварищей на поле битвы. Потому что ты банально не смог им провести не такие уж и сложные медицинские операции. Ведь, ты же знал, что врачи могут делать коронарное шунтирование, или там, вырезать аппендицит, но сам ты по какой-то причине не делал им эти операции.
– Но я должен был догадаться, что может существовать панацея, – уперся рогом «ужасный».
– Нет, – мягко ухмыльнулся Генка, – все знать невозможно. И даже не думай себя в этом винить. Ты там вообще был не при делах. Егор четко дал понять, что пошел бы за тобой следом даже если бы ты его послал. Ему попросту опостылела подобная жизнь в нищете и впроголодь. Так что ты в той ситуации ничего решить бы не смог.
– Нужно было его послать после первой встречи, – Олег настойчиво искал повод для самобичевания, – пускай впроголодь, но он бы сейчас был жив.
– Вот ты дурак, Бендер. Как был дураком, так и остался. Нет, я еще почему-то начал думать, что этот мир тебя поменял. Сделал из тебя человека! – Татарин поднялся со стола, наклонился и схватив Олега за отворот сюртука хорошенечко того тряхнул, – смотри мне в глаза! Если бы у тебя была эта жемчужина и была возможность помочь Егору, ты бы это сделал?
Глядя в лицо Олега своими жуткими глазами, поинтересовался Татарин. Олег тяжко проглотил подкативший к горлу комок и ответил однозначно:
– Без вариантов.
– Тогда за что ты себя винишь! – выпалил Татарин, – если бы ты сейчас ответил нет, то я бы тебя урыл. Понимаешь? Ты бы и в самом деле оказался конченым мудаком.
Татарин расцепил пальцы ослабив хватку, и Олег присел на своё место. Татарин, как всегда, был до неприличия груб и честен. Именно за подобное поведение ему и доставалось в том мире. Именно за это его боялись. Но сейчас Генка, делал то, что нужно было Олегу, и эта небольшая встряска не прошла в пустую.
– Так чего там с моим камушком? – безмятежным тоном, словно и не было никакого сложного разговора, поинтересовался джин вернув пятую точку обратно на стул.
– Вот блин, Генка, там просто все так завертелось. У меня совсем из головы твоя просьба вылетела.
– А что за камушек? – насторожено подобралась одна мелкая любительница драгоценных камней.
– Ах да, вот он, – Олег достал кулон с синим камнем и положил его на стол.
– Камень силы! Откуда он у тебя?! – изумленно выдала Фэйфэй.
Глава шестая. В которой наш герой разрывается на два мирам.
– Ну не дуйся ты, малая. Ну не могу я отдать тебе этот камень, – совершенно без стеснения вещал на всю базарную площадь человек, довольно сильно походивший на Татарина тех времен, когда он еще был инструктором в армейской учебке, – где я другой такой найду?
Два человека в компании надувшей губки фей совершенно без стеснения бродили по большой, забитой игроками, базарной площади.
– Бендер, ну хоть ты ей объясни, – не обращая внимания на зевак, потребовал Татарин.
– Э нет, дорогой Геннадий, свои проблемы с этой особой решай самостоятельно. Это ты ей зажал камень, а не я.
– Да на кой хрен он ей вообще сдался? – Татарин, лавируя между игроками, двигался следом за «ужасным».
Недовольная Фэйфэй повернулась в сторону Татарина и, возмущенно глядя на джина, едва не выпалила какую-то гадость. Благо вовремя вспомнила о просьбе нашего героя «рта не раскрывать, дабы не шокировать окружающих, а если что приглянется – указывать на предмет вожделения пальчиком».
– Ну чего! – грубо поинтересовался Татарин, – ты нам даже не рассказала, что это такое!
На что Фэйфэй ответила ему нелицеприятным жестом, который подглядела у Кости Феникса. Фея подняла правую руку и выставила средний палец. Значения сего жеста до конца Фэйфэй не осознавала, но со слов Авроры он был весьма оскорбительным и неуместным во всех ситуациях.
– Вот поганка! – взорвался гневом Татарин, – нет, Бендер, ты видел, что она мне показала? Если бы это была не твоя питомица, я б ей башку снес. Оторвал бы собственными руками. А тот палец запихнул бы так глубоко, что его несколько недель бы из ее трупа выковыривали.
Фея в ответ только хмыкнула, отвернулась и с гордым видом задрала подбородок.
– Бендер, ну скажи ты ей, – не желал униматься приятель, – она же твой зверек.
Фэйфэй резко развернулась. Милое личико в этот момент налилось краской, а взгляд гневом. Руки непроизвольно начали кастовать какое-то заклинание.
– Стоп! – выставил Олег ладонь прямо перед разгневанной феей, перекрыв вид на обнаглевшего джина, – прекратите ссориться. Мы сюда приехали закупиться. Это вам Асмаала, а не наша Эленсия. Отношения между собой выясняйте дома.
Фэйфэй перевела гневный взгляд на Олега, и в этих глазах горел немой вопрос, который Олег понял без озвучки.
– Нет, ты не зверек, – постарался разрядить ситуацию «ужасный», – ты моя спутница. Причем невольная. Малая, я никогда тебя не считал зверьком, ты личность. И как только у меня выдастся возможность, я верну тебе свободу и отпущу тебя на все четыре стороны. А на Генку не обращай внимания, он часто мелит разную ахинею совершенно не думая.
Гордая и, в то же время, обиженная представительница прекрасного пола кивнула «ужасному» давая понять, что услышала его слова, и поднялась на несколько метров вверх, зависнув над головами.
– Зря ты так, Генка, – на мгновение остановился Олег, рассматривая товары на прилавке, – она же девушка – натура утончённая и возвышенная, а ты её зверушкой обозвал. Так нельзя.
– Малая, ну прости! – Татарин задрал голову к небу и, совершенно не стесняясь окружающих, проорал на всю площадь, – ну хочешь, я тебе какой-нибудь другой драгоценный камень куплю! Самый большой и самый красивый, любой, который тебе понравится!
Малая снизошла до Татарина. Зависла перед самым его носом и сурово посмотрела в глаза.
– Любой понравившийся тебе камень, кроме того, – повторил Генка, – и мы забываем о неприятном инциденте.
Фея выставила вперёд растопыренную пятерню.
– Что? Остановиться? – озадачено спросил джин.
– Я думаю, это значит пять, – коварно улыбнулся «ужасный».
Малая словно китайский болванчик закивала головой, указывая пальцами в сторону Олега.
– Пять, – нахмурил брови джин, – а у тебя губа не треснет?
Фэйфэй с серьезным видом помотала головой, давая понять, что её губа вполне сможет выдержать и не такое богатство.
– А, ладно, – сварливо согласился Генка, – но мы забываем про нашу небольшую размолвку.
Фея довольно закивала и, улыбаясь во все свои тридцать два белоснежных зуба, указала Татарину на огромную вывеску небольшого магазинчика. «Драгоценные камни» – однозначно поясняла коряво выведенная надпись над перекошенным входом.
Татарин и Олег переглянулись. Ну, не походил этот полу-сарай на магазин класса «Люкс», в котором торгуют драгоценными камнями. Скорее уж это был третьесортный магазинчик, едва ли не открытый лоток на городском рынке, да и народу у этого магазинчика не было. А случайные посетители, проходя мимо, даже не удосуживались поинтересоваться, что же там, за этой обшарпанной дверью.
Олег и Татарин, оценив экстерьер сарайчика, переглянулись.
– Малая, ты уверена? – наконец подал голос Генка, – просто местечко какое-то сомнительное. Ну, сама посуди – среди прекрасных бутиков, в какой-то подворотне, стоит вот это убожество, да еще и с такой кривой вывеской.
Малая жестом, который нельзя трактовать двусмысленно, указала направление на дверь.
– Как скажешь, девочка, – сдался Татарин и шагнул навстречу этому обшарпанному подобию вертикальной доски.
Внутри сарайчик выглядел столь же непрезентабельно, как и с наружи, а его владелец, по случайному стечению обстоятельств, являлся довольно тучным чертаном. Развалившись прямо на торговом прилавке в небольшой корзине, он откровенно дремал, прикрыв физиономию журналом. На обложке были изображены обнаженные эльфийки, орчанки и прочие прелестные представительницы «Другого мира». Несмотря на довольно громкий скрежет несмазанных петель, хозяин лавки так и не проснулся, и даже не сменил тональность храпа. Полок в этом чудесном заведении не имелось, не было видно и какого-либо товара. Просто пустой магазинчик и дремлющий с журналом для взрослых тучный тип. Несколько довольно мощных ударов кулаком по столу нарушили покой чертана. Толстячок откинул журнал и осоловелым взглядом уставился на нарушителей заведенного в сарайчике миропорядка.
– Мое почтение, – поприветствовал ошарашенного владельца Татарин, – это ведь, магазин драгоценных камней?
– А? Что? – тучный чертан выпятил буркала на гостей и никак не мог сообразить, что происходит.
– Я говорю, камни драгоценные на продажу есть? – командирским тоном гаркнул Татарин, чуть ли не в самое ухо хозяину лавки.
– А, камни, – сообразил тот, – да, да. Камни есть.
– Уважаемый, мы бы хотели взглянуть на ассортимент – миролюбиво и довольно вежливо пояснил Олег.
– Таки и я много чего желаю, – с явным одесским акцентом отозвался чертан, – вон какие милые леди из журнала мне нравятся. Но, к сожалению, мечты на то они и мечты, чтобы оставаться лишь мечтами, эхх… Ладно, – зевнул он, – но пока я не пойму что у вас наличествуют ассигнации, я и шага не сделаю.
– Теперь понятно, почему в твой магазинчик такая бешеная очередь, – ухмыльнулся Олег.
– Есть у нас бабки, – Татарин брякнул о стол тяжелым кошелём, туго набитым монетками, – а теперь поднимай свою ленивую задницу и тащи самые крупные и дорогие камни.
– Стесняюсь просить, но кто же таки надул в ваши благородные уши мысль, что тут меняют маленький кошелечек на крупные камушки? – прикинув на глазок размер кошеля, постановил чертан.
– А так, – рядом с первым Татарин выставил ещё пару столь же тяжёлых кошелей, и у ленивого тучного чертана от предвкушения даже веко дернулось.
Торгаш степенно выбрался из корзинки, которую использовал в качестве кресла, и осторожно протянул руку к одному из оных.
– Руки, – деликатно предупредил чертана Олег, – камни против денег, и давай пошевеливайся. А то знаю вашего брата. Вы, чертаны, народец ушлый и жадный, особенно до чужих богатств.
Слова предупреждения отрезвили жадный порыв, и тот, внимательно осмотрев гостей, решительно представился:
– Беня Родершмит! – протянул он небольшую пухлую ладошку Татарину.
– Камни, – напомнил Генка, напрочь проигнорировав порыв торгаша.
– Да, тут, молодой человек, Вы правы, – неловко убрал полную ладошку толстячок Беня.
Далее забавный чертан, тряся телесами, продефилировал по прилавку, спрыгнул на небольшой табурет, затем на пол. Шустро прошелся к двери, затворил её на несколько засовов, после вернулся к стене дома, что располагалась по ту сторону прилавка. Выбрав определенное место, толстячок принялся в нее тарабанить. А троица наших героев с превеликим интересом наблюдала за действиями странного торгаша. Минуты через две, когда «великому и ужасному» надоела эта комедия, и он уже собрался озвучить собственное мнение о почтенном заведении и его хозяине, с обратной стороны стенки ответили. Одна из досок дома убралась, и внутрь сарайчика заглянула заспанная физиономия другого, более молодого чертана:
– Таки, а что у нас случилось, дядюшка Беня?
– Клиент у нас случился, Изечка, – не вдаваясь в подробности объяснил тот, – благородные господа пока не желают расставаться с деньгами, но хотят таки, приобрести лучшие камни твоего почтенного дядюшки!
– Хм… подать ту самую коробку? – озадачено уточнил Изя.
– Да. И именно серенькую, и именно с верхней полочки, – распорядился дядюшка Беня.
Племянник испарился ещё на пару долгих минут.
Когда ждать стало уже неприлично долго, в небольшом окне проема появилась довольно объемная серая шкатулка:
– Нашел-таки, дядюшка.
– Далеко не уходи, – распорядился тучный торгаш, приняв серую коробку.
Племянничек кивнул, что, мол все понял, и внимательно уставился на гостей. Тучный Беня с тяжёлой ношей прошелся до прилавка и с превеликим трудом забрался сначала на табурет, а уже после на сам торговый прилавок. Олег, Генка и Фэйфэй ждали ещё пару минут, пока Беня Родершмит пытался отдышаться. В любой другой ситуации, бывший военный инструктор Татарин, давно бы растолковал пухляку, что в его присутствии нужно двигаться бегом, но гражданская жизнь в «Другом мире» сделала его мягче. И теперь Татарин с ленцой во взгляде наблюдал за процессом.
– Вот, – все еще пыхтя, произнес Беня, – самые лучшие камни в Асмааале! И заметьте, – поднял он палец, сильно смахивающий на сердельку – всего за те скромные кошелечки, что вы можете себе позволить.
Далее пухляш откинул крышку и продемонстрировал россыпь камней. Нужно было видеть Фэйфэй в этот момент: – глазки у нее загорелись, восторженно открылся ротик и…
– Пять камней, малая, – обломал ее Татарин, кивнув на шкатулку. Ротик захлопнулся, и она тут же кинулась выбирать обновки.
Тучный торгаш комментировал судьбу каждого камня, что фея доставала из коробки, словоохотливо распинаясь перед двумя абсолютно апатичными людьми. Казалось, что этой парочке было плевать на драгоценные камни, они попросту пришли в этот магазинчик, чтоб поскучать.